Решение от 1 октября 2025 г. по делу № А51-5424/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...>

именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-5424/2025
г. Владивосток
02 октября 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 18 сентября 2025 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Володькиной Е. В., при ведении протокола секретарём судебного заседания Майдан А. Н., рассмотрев в судебном заседании дело

по исковому заявлению Дальневосточной электронной таможни (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, адрес: 692760, <...>)

к ООО «Лем» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, адрес: 692519, <...>)

о признании сделки недействительной,

при участии в заседании:

от истца посредством веб-конференции – представитель ФИО1, по доверенности от 23.12.2024, паспорт, диплом,

ответчик не явился, извещен надлежащим образом,

установил:

Дальневосточная электронная таможня обратилась в Арбитражный суд Приморского края с исковым заявлением к ООО «Лем» о признании недействительной сделкой контракта на поставку товаров № HLSF-1764-7000 от 30.11.2020, заключённого между ответчиком и Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC, применении последствий недействительности в виде взыскания с ответчика в доход Российской Федерации причитающейся по сделке суммы товара в размере 3 908 108,83 руб.

Ответчик в судебное заседание не явился, о времени и месте проведения заседания уведомлен надлежащим образом в порядке ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в связи с чем дело рассматривается в его отсутствие на основании ст. 156 АПК РФ.

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования, ответил на вопросы суда.

Исследовав материалы дела, оценив доводы лиц, участвующих в деле, в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд установил следующее.

Исковые требования мотивированы тем, что ответчик при заключении спорного контракта не имело намерения создать соответствующие правовые последствия, и, следовательно, контракт заключен формально, концепция деловой цели которого в действительности направлена на вывоз с территории Российской Федерации сырья без возврата в Российскую Федерацию денежных средств за экспортируемые товары, что наносит вред экономической безопасности государства. В рассматриваемом случае Дальневосточная электронная таможня имеет охраняемый законом интерес в признании спорной сделки, подлежащей валютному контролю, недействительной, и наделена правом предъявления в арбитражные суды исков и заявлений о признании сделки недействительной, а также о применении последствий недействительности сделок.

Ответчик письменный отзыв на исковое заявление не представил, предъявленные к нему требования не оспорил.

Такая процессуальная позиция ответчика, надлежащим образом извещенного судом о наличии предъявленных к нему материально-правовых требований, свидетельствует об отсутствии у него каких-либо возражений по предъявленному иску, что согласуется с положениями части 3.1 статьи 70 АПК РФ, в силу которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Судом принято во внимание, что в ходе рассмотрения дела ответчик не воспользовался процессуальным правом опровергнуть заявленные истцом требования, отзыв на исковое заявление суду не представил, об объективных препятствиях для совершения процессуальных действий не заявил.

Как следует из материалов дела, 30.11.2020 между ООО «Лем» (далее – общество, продавец) в лице генерального директора ФИО2 и компанией Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC (далее – Покупатель) в лице генерального директора Лю Сюйсянь (совместно – Стороны) заключён внешнеторговый контракт № HLSF-1764-7000 общей стоимостью 5 999 000 рублей (далее – внешнеторговый контракт от 30 ноября 2020 г. № HLSF-1764-7000, Контракт) на поставку лесоматериалов лиственных пород, пиломатериалов лиственных пород, изделий и заготовок из лесоматериалов и иных товаров, определяемых сторонами по контракту в приложениях к настоящему Контракту.

Согласно пунктам 1.1, 1.2 Контракта Продавец обязуется в течение срока действия Контракта поставлять, а Покупатель обязуется принимать и оплачивать следующие товары:

– лесоматериалы лиственных (ильм);

– пиломатериалы лиственных (ильм);

– изделия и заготовки из лесоматериалов лиственных (ильм);

– иные товары, которые стороны Контракта сочтут необходимыми к поставке и определят в Приложениях к Контракту.

Согласно пункту 5.1 Контракта оплата товаров производится в течение 180 дней с даты оформления декларации на товары на территории РФ. Оплата товара производится путем перечисления денежных средств (в рублях Российской Федерации) Покупателем на расчетный счет Продавца. При этому допускается перечисление денежных средств в валюте, отличной от валюты Российской Федерации по курсу Центрального банка Российской Федерации на дату зачисления денежных средств на счет Продавца, в том числе, другими компаниями, расположенными за пределами Российской Федерации (пункт 5.2 Контракта).

В соответствии с пунктом 9.1 Контракта он вступает в силу с 30 ноября 2020 г. и действует до 29 ноября 2022 г. включительно.

В соответствии с пунктом 11 Контракта уполномоченным банком ООО «Лем» является АО «Альфа-Банк», филиал «Хабаровский», БИК 040813770, расчетный счет №<***>.

Во исполнение Контракта Обществом осуществлен экспорт пиломатериалов в количестве 293,23 м?, общей стоимостью 3 908 108,83 руб., товары были выпущены таможенными органами и вывезены ООО «Лем» с таможенной территории Евразийского экономического союза в период с 4 декабря 2020 г. по 18 апреля 2021 г. по декларациям на товары (далее – ДТ) № № 10720010/021220/0015758, 10720010/041220/0016363, 10720010/071220/0017007, 10720010/071220/0017030, 10720010/091220/0017706, 10720010/101220/0018078, 10720010/111220/0018390, 10720010/141220/0019077, 10720010/141220/0019085.

В отношении ООО «Лем» от уполномоченного банка получена выписка о движении денежных средств по счетам организации, открытым в АО «Альфа-Банк».

Таможенным органом на основании сведений, содержащихся в выписке по счету                                              № <***>, полученной от банка (вх. ДВЭТ от 31.01.2023 № 01505), установлено, что оплата за поставленные по Контракту товары не произведена (денежные средства за поставленные в соответствии с условиями Контракта товары на счета общества не поступили) в установленный Контрактом срок, счета организации закрыты 06.09.2022.

В целях выявления фактов исполнения ООО «Лем» требований валютного законодательства о расчетах иными способами за поставленные нерезидентам товары (в соответствии с ч. 4 ст. 24 Федерального закона от 10.12.2003 № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» (далее – Закон № 173-ФЗ)) таможней дополнительно запрошены сведения в уполномоченном банке – об исполнении или прекращении обязательств по контрактам способами, разрешенными законодательством Российской Федерации (письмо ДВЭТ от 19.01.2024 № 17-17/00574).

Сведения о принятии ООО «Лем» мер по исполнению или прекращению обязательств по Контракту способами, разрешенными законодательством Российской Федерации, не установлены. Согласно ответу банка, Контракт Обществом в Банк не представлялся (исх. от 02.02.2024 № 941/51275; вх. ДВЭТ от 12.02.2024 № 01783).

Также в ходе информационного взаимодействия, организованного с налоговым органом в отношении Общества, получена информация, что сведения о наличии счетов ООО «Лем» за рубежом отсутствуют.

Согласно сведениям о таможенном декларировании товаров, имеющимся в распоряжении таможенного органа, по рассматриваемому контракту ввоз товаров ООО «Лем» в качестве зачета встречных требований не осуществлялся.

Между тем, пп. 1 п. 1 ст. 19 Закона № 173-ФЗ установлено, что при осуществлении внешнеторговой деятельности резиденты обязаны обеспечить в сроки, предусмотренные внешнеторговыми договорами, получение от нерезидентов на свои банковские счета в уполномоченных банках иностранной валюты или валюты Российской Федерации, причитающейся в соответствии с условиями указанных договоров (контрактов) за переданные нерезидентам товары, выполненные для них работы, оказанные им услуги, переданные им информацию и результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них.

Таким образом, до окончания срока действия Контракта обязанность ООО «Лем» по получению от нерезидентов на свои банковские счета в уполномоченных банках иностранной валюты или валюты Российской Федерации, причитающейся в соответствии с условиями Контракта за переданные нерезидентам товары, не выполнена.

Учитывая изложенное, действия, направленные на своевременное исполнение обязанности по перечислению валютной выручки за поставленные товары на свои счета, открытые в уполномоченном банке, а также действия, направленные на исполнение обязательств по контракту иными способами, разрешенными законодательством Российской Федерации, ООО «Лем» не совершались.

В отношении ООО «Лем» в связи с выявлением признаков осуществления противоправной деятельности при исполнении внешнеторговых контрактов Дальневосточной электронной таможней возбуждены уголовные дела                                       № № 12304009423000005, 12304009423000006, 12304009423000007, 12304009423000008 по пункту «в» части 2 статьи 226.1 Уголовного Кодекса Российской Федерации. Согласно материалам указанных уголовных дел, установлено, что сведения об обстоятельствах производства товаров (в части объема лесозаготовок), не подтверждаются производителями товаров, участником ВЭД при перемещении товаров через таможенную границу в таможенные органы представлены недействительные документы. В настоящее время указанные уголовные дела соединены в одно уголовное дело (уголовному делу присвоен номер 12304009423000005), которое находится в производстве в Восточном межрегиональном следственном управлении на транспорте Следственного комитета Российской Федерации.

С целью получения исчерпывающих сведений о хозяйственной деятельности Общества ДВЭТ запрошены сведения в налоговом органе об используемом ООО «Лем» режиме налогообложения. Из писем Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Приморскому краю от 05.04.2021 № 12-19/08838, от 07.02.2023 №12-23/03627 следует, что с 03.08.2020 по дату ответа ООО «Лем» применяет упрощенную систему налогообложения (далее – УСН).

В соответствии с п. 1 ст. 346.11 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) упрощенная система налогообложения применяется организациями и индивидуальными предпринимателями наряду с общей системой налогообложения, предусмотренной законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Согласно п. п. 1 и 2 ст. 346.12 НК РФ налогоплательщиками признаются организации и индивидуальные предприниматели, перешедшие на упрощенную систему налогообложения и применяющие ее в порядке, определенном главой 26.2 НК РФ.

В силу п. 2 ст. 346.11 НК РФ применение упрощенной системы налогообложения организациями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль организаций, налога на имущество организаций. Организации, применяющие упрощенную систему налогообложения, не признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость, за исключением налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в соответствии с НК РФ при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации. Переход к упрощенной системе налогообложения или возврат к иным режимам налогообложения осуществляется организациями и индивидуальными предпринимателями добровольно.

В соответствии с п. 6 ст. 346.13 НК РФ налогоплательщик, применяющий УСН, вправе перейти на иной режим налогообложения с начала календарного года, уведомив об этом налоговый орган не позднее 15 января года, в котором он предполагает перейти на иной режим. При этом п. 4 ст. 346.13 НК РФ предусмотрено, что если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со ст. 346.15 и с пп. п. 1 и 3 п. 1 ст. 346.25 НК РФ, превысили 200 млн. рублей, и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пп. пп. 1 - 11, 13, 14 и 16 - 21 п. 3 ст. 346.12 и п. 3 ст. 346.14 НК РФ, и (или) средняя численность работников налогоплательщика превысила ограничение, установленное пп. 15 п. 3 ст. 346.12 НК РФ, более чем на 30 человек, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение упрощенной системы налогообложения с начала того квартала, в котором допущены указанные превышения доходов налогоплательщика и (или) средней численности его работников и (или) несоответствие указанным требованиям.

Из письма налогового органа от 07.02.2023 № 12-23/03627, а также согласно сведениям ИР «Таможня-Ф» в 2021 году ООО «Лем» были экспортированы товары (лесоматериалы) фактурной стоимостью в размере 298 532 604 рубля.

В силу положений статей 167, 271, 273 НК РФ, используя общую систему налогообложения, ООО «Лем» имело бы обязанность по уплате налогов (НДС и налога на прибыль) с момента таможенного декларирования товаров и их отгрузки иностранному контрагенту (метод начисления).

В свою применении УСН согласно п. 1 ст. 346.17 НК РФ очередь, при датой получения доходов признается день поступления денежных средств на счета в банках и (или) в кассу, получения иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав, а также погашения задолженности (оплаты) налогоплательщику иным способом (кассовый метод).

Из изложенного следует, что исходя из фактурной стоимости товаров, перемещенных ООО «Лем» за пределы таможенной границы ЕАЭС в 2021 году, в случае поступления на расчетный счет Общества валютной выручки в размере 298 500 000 рублей, использование УСН данным участником внешнеэкономической деятельности было бы невозможным. Используя общую систему налогообложения (OCH), ООО «Лем» имело бы обязанность по уплате налогов с момента таможенного декларирования товаров и их отправки иностранному контрагенту. Однако, в связи с действующими условиями использования УСН и вследствие наличия длительных сроков оплаты по контракту, ООО «Лем» уклоняется от уплаты налогов.

С учётом изложенного, обнаружив, что спорный договор имеет признаки недействительной сделки, истец обратился в суд с рассматриваемым иском.

Рассмотрев материалы дела, заслушав пояснения истца, арбитражный суд считает заявленное требование подлежащим удовлетворению в силу следующего.

В соответствии со ст. 351 Таможенный кодекс Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенные органы обеспечивают на таможенной территории Союза защиту национальной безопасности государств-членов, а также предупреждение, выявление и пресечение преступлений и административных правонарушений. Действовавший до 01.01.2018 Таможенный кодекс Таможенного союза также относил принятие мер по защите национальной безопасности государств - членов и выявление, предупреждение и пресечение административных правонарушений и преступлений к задачам таможенных органов (ст. 6).

В соответствии с ч. 2 ст. 254 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон    № 289-ФЗ) таможенные органы обеспечивают на территории Российской Федерации выполнение задач и функций, установленных ст. 351 ТК ЕАЭС, а также осуществляют контроль за валютными операциями и выявляют, предупреждают, пресекают преступления и административные правонарушения.

В соответствии с пп. д п. 10 ч. 1 ст. 259 Закона № 289-ФЗ таможенные органы для выполнения возложенных на них функций обладают, в том числе правом предъявлять в суды или арбитражные суды иски и заявления о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

В соответствии с п. 1 Положения о Федеральной таможенной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 23.04.2021    № 636 (далее – Положение), Федеральная таможенная служба является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим в соответствии с законодательством Российской Федерации, в том числе функции по контролю и надзору в области таможенного дела, функции органа валютного контроля.

Согласно п. 4 Положения Федеральная таможенная служба осуществляет свою деятельность непосредственно, через территориальные органы ФТС России и свои представительства (представителей) в иностранных государствах во взаимодействии с другими федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления, Центральным банком Российской Федерации, общественными объединениями и иными организациями.

В соответствии с ч. ч. 1, 2 статьи 253 Федерального закона от 03.08.20218                   № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 289-ФЗ) таможенные органы составляют единую федеральную централизованную систему, в которую входят: 1) федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по контролю и надзору в области таможенного дела; 2) региональные таможенные управления; 3) таможни; 4) таможенные посты.

Согласно ч. 6 ст. 253 Федерального закона № 289-ФЗ региональные таможенные управления, таможни, таможенные посты, в том числе специализированные таможенные органы, действуют на основании общих или индивидуальных положений, утверждаемых федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в области таможенного дела.

В соответствии с пп. «б» п. 2 Указа Президента Российской Федерации от 02.02.2016 № 41 «О некоторых вопросах государственного контроля и надзора в финансово-бюджетной сфере» функции органа валютного контроля переданы Федеральной таможенной службе и Федеральной налоговой службе.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 23 Закона № 173-ФЗ органы и агенты валютного контроля и их должностные лица в пределах своей компетенции и в соответствии с законодательством Российской Федерации имеют право, в том числе запрашивать и получать документы и информацию, которые связаны с проведением валютных операций, открытием и ведением счетов.

Подпунктами 5, 7 пункта 10 Общего положения о таможне, утвержденного приказом ФТС России от 20.09.2021 № 798, предусмотрено, что таможня наделена полномочиями по выявлению схем незаконного вывода денежных средств из Российской Федерации, в том числе в рамках мнимых (притворных) сделок с использованием номинальных лиц, а также полномочиями по взаимодействию в рамках компетенции с федеральными органами исполнительной власти и иными организациями, направление международных запросов в целях противодействия сомнительным операциям, направленным на незаконный вывод денежных средств из Российской Федерации, на подготовку и подачу исков в судебные органы о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

В соответствии с Законом № 173-ФЗ задачами валютного контроля являются обеспечение экономической безопасности государства и защита национальных интересов Российской Федерации, учет обобщение и анализ информации о валютных операций, своевременное и полное исполнение резидентами обязанностей по репатриации валюты на внутренний валютный рынок, возмещение ущерба, причиняемого государству в результате неисполнение резидентами и нерезидентами положений валютного законодательства.

Пунктом 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обусловлено, что граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В ст. 2 ГК РФ закреплено, что предпринимательская деятельность осуществляется участниками гражданского оборота на свой риск. Указанное положение предполагает, что от участников гражданского оборота требуется должная степень осмотрительности и заботы при заключении сделок.

Согласно ч. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки являются способами защиты нарушенного права.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (п. 1 ст. 422 ГК РФ).

Согласно п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило.

Исходя из ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка).

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 ст. 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Частью 2 ст. 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться иные последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 25) применительно к статьям 166 и 168 названного Кодекса под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Из разъяснений, приведенных в абз. 2 п. 74 Постановления Пленума                     № 25, следует, что договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Согласно ст. 169 ГК РФ ничтожной является также сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2004                    № 226-О указано, что понятия «основы правопорядка» и «нравственность», как и всякие оценочные понятия, наполняются содержанием в зависимости от того, как их трактуют участники гражданского оборота и правоприменительная практика, однако они не являются настолько неопределенными, что не обеспечивают единообразное понимание и применение соответствующих законоположений. Статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

В пункте 85 Постановления Пленума № 25 разъяснено, что в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Согласно разъяснениям п. 8 Постановления Пленума № 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ.

При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 170 ГК РФ установлено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом в п. 86 Постановления Пленума № 25 отражено, что следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение.

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, следует, что фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время, для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Следовательно, для признания сделки недействительной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

Исходя из положений Закона № 173-ФЗ, задачами валютного контроля являются обеспечение экономической безопасности государства и защита национальных интересов Российской Федерации, учет, обобщение и анализ информации о валютных операциях для стратегического планирования и текущей корректировки валютной политики, обеспечение законного осуществления валютных операций, своевременное и полное исполнение резидентами обязанностей по репатриации валюты на внутренний валютный рынок, возмещение ущерба, причиняемого государству в результате неисполнения резидентами и нерезидентами положений валютного законодательства.

Вместе с тем, в ходе проведения мероприятий в части сбора и анализа сведений о хозяйственной деятельности ООО «Лем» установлено, что единственным учредителем и директором общества является ФИО2.

При этом установлена аффилированность ответчика с ООО «Молл» (ИНН: <***>), генеральным директором которого с 26.11.2018 являлась ФИО3, с 09.04.2019 – ФИО2, с 15.12.2020. – ФИО4, а учредителями являются ФИО2 и ФИО5.

ООО «Молл» заключило не менее 137 аналогичных контрактов, не поставленных на учет в уполномоченном банке, (идентичный номер «HLSF-1764-7000» с различными датами подписания) с одними и теми же контрагентами, что и ООО «Лем» на аналогичных условиях. Согласно выписке о движении денежных средств по счетам организации, денежные средства за товары, экспортированные ООО «Молл», поступили в незначительном объеме. Фактурная стоимость задекларированных товаров составляет 921 773 797,5 рублей. Обязательства по получению от нерезидента на свои банковские счета в уполномоченном банке иностранной валюты и валюты Российской Федерации, причитающиеся в соответствии с условиями Контрактов за переданные нерезидентам товары, не выполнены.

ООО «Молл» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 30.10.2023 в связи с недостоверностью сведений о юридическом лице.

Ответчик также аффилирован с ООО «Дивий» (ИНН: <***>), генеральным директором которого являлся ФИО2, учредителем – ФИО3, ООО «Дивий» 02.02.2016 прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме присоединении к ООО «Поддоны и паллеты» (ИНН <***>), которое внешнеэкономическую деятельность не осуществляло и было ликвидировано 01.03.2019.

В базе данных валютного контроля содержится информация об одном внешнеторговом контракте от 22.04.2013 № HLSF-1764-7000 (УНК №13040004/2733/0002/1/1), заключенном ООО «Дивий» с контрагентом Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC (покупатель товаров по контрактам, заключенным ООО «Лем» и ООО «Молл»), сальдо расчетов по контракту отрицательное и составляет 292 826 337,20 рублей.

Вышеизложенное в совокупности позволяет арбитражному суду сделать вывод о том, что ответчик при заключении спорного контракта не имел намерения создать соответствующие внешнеэкономическим сделкам правовые последствия и, следовательно, спорный контракт заключен формально, концепция деловой цели которого в действительности направлена на вывоз с территории Российской Федерации сырья без возврата в Российскую Федерацию денежных средств за экспортируемые товары, что, в свою очередь, наносит вред экономической безопасности государства.

Как отмечалось ранее, в соответствии со ст. 421 ГК РФ заключение договора между сторонами носит свободный (диспозитивный) характер. Стороны самостоятельно определяют и отражают в договоре все необходимые условия его заключения.

При этом предусмотренные законом ограничения свободы договора преследуют одну из трех целей: защита слабой стороны договора, защита интересов кредиторов либо защита публичных интересов (государства, общества).

Злоупотребление свободой договора представляет собой умышленное несоблюдение одним из контрагентов предусмотренных законом ограничений договорной свободы, повлекшее причинение ущерба другому контрагенту, третьим лицам или государству.

Для злоупотребления свободой договора характерны такие признаки как: видимость легальности поведения субъекта; использование недозволенных средств и способов осуществления права (свободы); осуществление права вопреки его социальному назначению; осознание лицом незаконности своих действий (наличие умысла); причинение ущерба другим лицам вследствие совершения вышеуказанных действий.

Таким образом, злоупотребление правом представляет собой особый тип гражданского правонарушения. Заключение договора с целью причинения вреда, в том числе, государству, подпадает под понятие злоупотребление правом.

В соответствии с ч. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу ч. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 65 АПК РФ).

Оценивая в совокупности вышеизложенные обстоятельства, поведение ответчика как стороны спорного контракта и профессионального участника экономической торговой деятельности, в том числе, с позиции добросовестности, исходя из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, с учетом отсутствия переводов со стороны покупателя – компании Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC за поставленный в рамках указанного Контракта товар, суд считает доказанной позицию ДВЭТ о недействительности (ничтожности) Контракта от 09.12.2020№ HLSF-1764-7000 на основании положений статей 10, 166, 167, 169 ГК РФ.

Умышленные действия ООО «Лем» по предоставлению таможенному органу недействительной (ничтожной) сделки по Контракту от 09.12.2020 № HLSF-1764-7000 породило правовые последствия в виде возможности декларирования товара и его вывоза с территории Российской Федерации, а также отсутствие обеспечения возврата в Российскую Федерацию денежных средств за экспортируемые товары, что противоречит основополагающим началам российского правопорядка, основам гражданского законодательства Российской Федерации, установленным ч. ч. 3, 4 ст. 1, ч. ч. 1, 3 ст. 10 ГК РФ, положениям валютного законодательства (пп. 2 п. 1 ст. 19 Закона № 173-ФЗ), а соответственно указанная сделка подлежит признанию недействительной (ничтожной) на основании положений ст. 10 и п. 2 ст. 168 ГК РФ, равно как и на основании ст. 169 ГК РФ.

Фактически имел место вывоз с таможенной территории Российской Федерации лесоматериалов лиственных пород, пиломатериалов лиственных пород, изделий и заготовок из лесоматериалов без намерения получить валютную выручку, при этом с целью уклонения ответчика от уплаты налогов, что свидетельствует о мнимости спорного догоовра, а также о том, что данная сделка была заключена с целью заведомо противоправной основам правопорядка, нарушающей требования закона и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы государства, что является основанием для признания оспариваемой сделки недействительной (ничтожной).

Не поступление в Российскую Федерацию иностранной валюты или валюты Российской Федерации нарушает экономические интересы государства, подрывает основы его безопасности, что представляет собой существенную угрозу охраняемым общественным отношениям в сфере валютного регулирования.

В данном случае действия ООО «Лем» посягают на охраняемые законом общественные отношения в сфере стабильности внутреннего валютного рынка, а также приводят к невыполнению поставленных государством задач по реализации единой государственной валютной политики, направленной на обеспечение законности и прозрачности оттока капитала за рубеж, оказывает влияние на устойчивость платежного баланса Российской Федерации и не позволяет Правительству Российской Федерации осуществлять контроль за процессами, происходящими во внешнеэкономическом секторе экономики, проводить взвешенную внешнеторговую, денежно-кредитную, финансовую и валютную политику государства, определять стратегию в области валютного регулирования.

Вышеперечисленные действия представляют существенную угрозу общественным отношениям в области валютного регулирования, которая выражается в пренебрежительном отношении к исполнению своих публично-правовых обязанностей.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания се таковой судом (оспоримая сделка), либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие сделке ей последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

В соответствии со ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные ст. 167 ГК РФ. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно абз. 1 п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Таким образом, арбитражный суд признает исковые требования таможенного органа обоснованными, а сделку по контракту от 09.12.2020 № HLSF-1764-7000 между обществом с ограниченной ответственностью «Лем» и компанией Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC, недействительной (ничтожной).

У сторон сделки изначально отсутствовало намерение создать реальные правовое последствия, соответствующие тем, что указаны в составляемых ими документах. Сделка заключена сторонами лишь для вида, с целью вывода денежных средств за границу, что привело к незаконному выводу из Российской Федерации денежных средств в размере 3 908 108,83 руб., нарушило экономические интересы государства и нанесло ущерб охраняемым общественным отношениям в сфере валютного регулирования.

В связи с указанным, требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме.

Расходы по уплате государственной пошлины на основании ст. 110 АПК РФ относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

1.1. Признать недействительной (ничтожной) сделкой контракт № HLSF-1764-7000 от 09.12.2020, заключённый между ООО «Лем» и Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC.

1.2. В качестве применения последствий недействительности сделки взыскать с ООО «Лем» в доход Российской Федерации денежные средства в размере 3 908 108,83 руб.

2. Взыскать с ООО «Лем» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 50 000,00 руб.

3. Выдать исполнительные листы после вступления решения в законную силу.

4. Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Приморского края в Пятый арбитражный апелляционной суд.


Судья                                                                                               Володькина Е. В.