Решение от 25 сентября 2024 г. по делу № А10-6574/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А10-6574/2023
26 сентября 2024 года
г. Улан-Удэ


Резолютивная часть решения объявлена 13 сентября 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 26 сентября 2024 года.

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Богдановой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Цыбиковой Э.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Коммунальное хозяйство» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к администрации муниципального образования «Баргузинский район» (ОГРН <***>, ИНН <***>), администрации Главы Республики Бурятия и Правительства Республики Бурятия (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании убытков, причиненных вследствие исполнения концессионного соглашения №01.08-010-119/18 в отношении объектов теплоснабжения, водоснабжения находящихся в собственности МО «Баргузинский район», расположенных на территории МО СП «Баргузинское» <...>, Баргузинского района Республики Бурятия, в размере 1045915 руб.,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Республиканская служба по тарифам Республики Бурятия (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), Министерство строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), Министерство социальной защиты населения Республики Бурятия (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), Государственное бюджетное учреждение социального обслуживания Республики Бурятия «Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Звездный» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), арбитражный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Коммунальное хозяйство» ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от истца посредством веб-конференции: ФИО2, представителя  по доверенности от 10.10.2023,

от ответчика, Администрации Главы Республики Бурятия и Правительства Республики Бурятия: ФИО3, представителя  по доверенности от 18.01.2024,

от ответчика, Администрации муниципального образования «Баргузинский район»: не явился, извещен надлежаще,

от третьего лица  - Министерства строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия: ФИО4, представителя по доверенности №06-02-08-и6837 от 25.07.2024,

от третьего лица, Министерства социальной защиты населения Республики Бурятия: ФИО5, представителя по доверенности №511 от 05.06.2024,

от третьего лица, Государственного бюджетного учреждения социального обслуживания Республики Бурятия «Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Звездный»: не явился, извещен надлежаще,

от третьего лица, Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия (после перерыва): не явился, извещено,

арбитражный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Коммунальное хозяйство» ФИО1 не явился, извещен,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Коммунальное хозяйство» (далее – истец, общество) обратилось в арбитражный суд с иском к администрации муниципального образования «Баргузинский район» (далее – ответчик-1), администрации Главы Республики Бурятия и Правительства Республики Бурятия (далее – ответчик-2) о взыскании убытков вследствие исполнения концессионного соглашения №01.08-010-119/18 в отношении объектов теплоснабжения, водоснабжения, находящихся в собственности МО «Баргузинский район», расположенных на территории МО СП «Баргузинское» <...>, Баргузинского района Республики Бурятия,  в размере 1045915 руб.

В обоснование предъявленного требования истец указал, что с ответчиками заключено концессионное соглашение от 01.10.2018 № 01.08-010-119/18, согласно которому общество «Коммунальное хозяйство» (концессионер) обязуется за свой счет произвести реконструкцию объекта соглашения – объекты теплоснабжения и водоснабжения с. Баргузин (приложение № 1 к соглашению) – принадлежащего муниципальному образованию «Баргузинский район» (концедент), и осуществлять деятельность по оказанию услуг теплоснабжения, водоснабжения потребителям с использованием объекта соглашения и иного имущества, а концедент обязуется предоставить на срок пять лет права владения и пользования объектом соглашения, а также иным имуществом для осуществления указанной деятельности. По утверждению истца, в процессе исполнения концессионного соглашения, а именно предоставления услуг потребителям (ГБУ СО «Центр помощи детям оставшимся без попечения родителей «Звездный») было выявлено несоответствие в сведениях, указанных в приложении № 6 к соглашению, о ценах, значениях и параметрах в отношении объектов теплоснабжения. Так, истцом указано, что на основании письма № 460 от 19.05.2022 ГБУ СО РБ «Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Звездный» выяснилось, что отапливаемый объект по адресу, расположенному по адресу: Республики Бурятия, <...> (Главный корпус) является многоквартирным домом. При заключении концессионного соглашения и расчете объема полезного отпуска тепловой энергии о данном факте истцу не было известно, соответственно, по его мнению, расчет полезного отпуска тепловой энергии должен был рассчитываться из других норм и правил. Между тем, общество на протяжении с января 2021 года по сентябрь 2022 года рассчитывало объем полезного отпуска и соответственно сумму, подлежащей потребителем оплаты за услуги по теплоснабжению, исходя из расчетных тепловых нагрузок, как на нежилое здание, а не на многоквартирный дом. Как указал истец, разница между начислениями за тепловую энергию по нежилому зданию и начислениями по многоквартирному дому составляет 1045915 рублей, данную денежную сумму общество не дополучило при исполнении концессионного соглашения, что повлекло возникновение у истца убытков в вышеуказанном размере.

К участию деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Республиканская служба по тарифам Республики Бурятия, Министерство строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия, Министерство социальной защиты населения Республики Бурятия, Государственное бюджетное учреждение социального обслуживания Республики Бурятия «Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Звездный», арбитражный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Коммунальное хозяйство» ФИО1

Ответчик-1 в отзыве на иск указал, что общество, узнав о том, что помещение потребителя является жилым помещением, мог обратиться в соответствии с разделом 14 Концессионного соглашения к другой стороне с соответствующим предложением о внесении изменений в соглашение, в то же время истец с таким предложением не обратился. Более того из Постановления от 2016 года указано, что  администрация разрещает директору Центра «Звездный на перевод помещения из нежилого в жилое и на момент заключения концессионного соглашения ответчик не знал о том, данное помещение является многоквартирным домом, изменения регистрирующим органом были внесены только в 2022 году.

Ответчик-2 в отзыве на иск указал, что из условий Соглашения не следует, что на Республику Бурятия возложена обязанность по возмещению недополученных доходов в результате установленного расчетного норматива потребленных услуг, предъявленных концессионером потребителю по договору оказания услуг теплоснабжения. Установление и изменение величин тепловых нагрузок регулируются Правилами установления и изменения (пересмотра) тепловых нагрузок, утвержденных Приказом Министерства регионального развития Российской Федерации от 28.12.2009 № 610, и определяют отношения между снабжающими организациями и потребителями тепловой энергии, а не между концедентом и концессионером при исполнении концессионного соглашения, объектом которого являются объекты теплоснабжения. Ссылаясь на часть 3 статьи 8 федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении» оценка экономической обоснованности расходов, понесенных ресурсоснабжающей организацией, производится регулирующим органом при установлении тарифа, на основании представленных организацией документов, подтверждающих эти расходы. Концессионер имеет право на возмещение убытков, причиненных ему в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Истец самостоятельно осуществлял эксплуатацию объекта в период действия Соглашения, в спорный период установлены экономически обоснованные тарифы на тепловую энергию, поставляемую концессионером потребителям в МО СП «Баргузинское» согласно Приказам Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия от 12.12.2018 № 2/70, от 02.09.2021 № 2/35, при этом тариф «для потребителей» и тариф «для населения» установлен в одном размере. Истец в установленном порядке утвержденные ему тарифы не оспорил, не обосновал и не представил доказательства противоправности действий (решений) Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия при установлении ему экономически обоснованных тарифов. Разумные ожидания концессионера в условиях добросовестного исполнения ими своей деятельности сводятся к получению той необходимой валовой выручки и тем способом, которые запланированы при утверждении тарифа, к принятию мер по своевременному обращению в орган тарифного регулирования по его корректировке с надлежащим документальным обоснованием такой необходимости. Нормы Закона № 115-ФЗ не подлежат расширительному толкованию и не могут применяться к правоотношениям сторон по компенсации расходов ресурсоснабжающей организации вследствие невозможности их компенсации с помощью мер тарифного регулирования. Недополучение концессионером ожидаемой прибыли от эксплуатации объекта, относится к предпринимательским рискам самого истца. Сам по себе убыточный характер деятельности истца не свидетельствует о нарушении Республикой Бурятия принятых на себя обязательств.

Республиканская служба по тарифам в отзыве на иск указала, что согласно Приказам Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия от 12.12.2018 № 2/70, от 26.12.2020 № 2/133 для ООО «Комхоз» установлены тарифы, действующие с 01.01.2019 по 31.12.2023, при этом тариф для потребителей и населения, то есть тариф для многоквартирного дома и для нежилого помещения установлен одинаковый. Указанные тарифы в установленном порядке обжалованы не были.

Министерство строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия в отзыве на иск указало, что Соглашением предусмотрен порядок возмещения расходов концессионера, не возмещенных ему на момент окончания срока соглашения, в течение шести месяцев с момента прекращения концессионного соглашения. Размер данных расходов рассчитывается исходя из фактически произведенных инвестиционных, эксплуатационных расходов, а также фактически полученных доходов концессионера. В представленном истцом расчете указанные в исковом заявлении убытки не подтверждены. Также тарифы, установленные РСТ по РБ, в установленном порядке обжалованы не были. В исковых требованиях просил отказать.

До начала судебного заседания 10.09.2024 от арбитражного управляющего через систему «Мой Арбитр» в электронном виде поступили письменные пояснения, согласно которым третье лицо считает, что требования истца заявлены обоснованно, оплата за потребленное тепло должна была рассчитываться из норматива потребления по многоквартирному дому, а не из расчетных тепловых нагрузок на нежилое здание.

В заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика-2 против удовлетворения исковых требований возражал по доводам, изложенным в отзыве на иск.

Представители Министерства строительства и модернизации жилищно-коммунального комплекса Республики Бурятия и Министерства социальной защиты населения Республики Бурятия поддержали правовую позицию ответчиков, считают исковые требований необоснованными.

В судебное заседание остальные лица, участвующие в деле, своих представителей не направили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Информация о движении дела и определения суда опубликованы на официальном сайте Арбитражного суда Республики Бурятия в сети Интернет http://buryatia.arbitr.ru и сайте http://kad.arbitr.ru.

Дело рассмотрено в порядке статьи 156 АПК РФ, правовых оснований для отложения судебного заседания не  имеется, иных письменных ходатайств не заявлено,  дополнительных документов от лиц, участвующих в деле, не поступило.

Выслушав пояснения сторон, изучив материалы, судом установлены следующие обстоятельства по делу.

В рамках настоящего дела ООО «Коммунальное хозяйство» предъявило требование о взыскании с ответчиков 1 045 915 рублей убытков, причиненных в результате исполнения концессионного соглашения от 01.10.2018 № 01.08-010-119/18 в отношении объектов теплоснабжения и водоснабжения, расположенных по адресу: <...>. По данному адресу расположен Главный корпус Государственного бюджетного учреждения социального обслуживания Республики Бурятия «Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Звездный» (далее – учреждение, потребитель).

В рассматриваемом случае сторонами было заключено концессионное соглашение от 01.10.2018 № 01.08-010-119/18, по условиям которого общество «Коммунальное хозяйство» (концессионер) обязуется за свой счет произвести реконструкцию объекта соглашения – объекты теплоснабжения и водоснабжения с. Баргузин (приложение № 1 к соглашению) – принадлежащего муниципальному образованию «Баргузинский район» (концедент), и осуществлять деятельность по оказанию услуг теплоснабжения, водоснабжения потребителям с использованием объекта соглашения и иного имущества, а концедент обязуется предоставить на срок пять лет права владения и пользования объектом соглашения, а также иным имуществом для осуществления указанной деятельности.

Согласно пункту 2 раздела III соглашения объектом Соглашения являются объекты теплоснабжения и водоснабжения с. Баргузин, указанные в Приложении № 1, и предназначенные для осуществления деятельности, указанной в пункте 1 Соглашения, подлежащие реконструкции концессионером.

Согласно пункту 1 раздела IX соглашение вступает в силу со дня его подписания и действует в течение 5 лет.

15.12.2020 между сторонами концессионного соглашения было подписано дополнительное соглашение № 1, согласно которому стороны договорились изложить Приложение № 6, Приложение № 4  к концессионному Соглашению в новой редакции, внесены изменения и дополнения в сведения о составе и описании объекта Соглашения в связи с передачей концедентом концессионеру объектов бесхозяйного недвижимого имущества, которые являются частью единой технологической системы теплоснабжения, водоснабжения и технологически связаны с объектом Соглашения, концедент передает концессионеру в состав объекта Соглашения бесхозяйное имущество, расположенное по адресу: Республика Бурятия, <...> (водосети протяженностью 46 м, теплосеть, протяженностью 46 м).

Приложениями к Соглашению и дополнительному соглашению стороны согласовали задание, сведения о ценах, значениях и параметрах в отношении объектов теплоснабжения, основные мероприятия по реконструкции.

Согласно акту приема-передачи концедент передал, а концессионер принял имущество, входящее в состав объекта соглашения. Данное обстоятельство не оспаривается сторонами.

Так, истцом указано, что  на основании письма № 460 от 19.05.2022 ГБУ СО РБ «Центр помощи детям, оставшимся без попечения родителей «Звездный» выяснилось, что отапливаемый объект по адресу, расположенному по адресу:  <...> (Главный корпус) является многоквартирным домом, в то же время данное обстоятельство, по мнению истца, не было учтено по вине концедента при заключении концессионного соглашения, что и привело к возникновению убытков у истца.

Изучив и исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» предусмотрено, что по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Таким образом, по своей правовой природе убытками являются расходы лица, понесенные в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением обязательства по договору другим лицом, либо его противоправными поведением в отсутствие обязательственных правоотношений.

Применение гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом.

Исходя из указанных норм закона, в предмет доказывания по настоящему делу входят следующие обстоятельства: факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица, а также вина причинителя вреда в произошедшем.

При этом недоказанность хотя бы одного обстоятельства является основанием для отказа в иске.

Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Наступление гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков в соответствии со статьями 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации обусловлено наличием совокупности всех элементов состава, влекущего такую ответственность: факта причинения убытков, их размера, вины причинителя убытков, противоправности поведения этого лица и наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) указанного лица и наступившими убытками.

Противоправность поведения нарушителя при наступлении гражданско-правовой ответственности, предусмотренная ст. ст. 16, 1069 ГК РФ, выражается в незаконности актов, действий или бездействия органов публичной власти.

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. При этом лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить, что им совершены конкретные действия, направленные на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, ставшим единственным препятствием для получения дохода. Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить, что оно совершило конкретные действия и сделало с этой целью приготовления, направленные на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением. Другими словами, взыскатель должен доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить упущенную выгоду.

Как указывает истец, взыскиваемая им разница недополученных доходов образовалась в результате того, что по вине концедента (в результате включения в концессионное соглашения неверных сведений относительно объекта теплопотребления) ООО «Коммунальное хозяйство» не имело возможности получить доход, предусмотренный концессионным соглашением.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 29.01.2015 № 302-ЭС14-735, при проверке факта наличия упущенной выгоды судам следует оценить фактические действия истцов, которые подтверждают совершение ими конкретных действий, направленных на извлечение доходов, не полученных в связи с допущенным должником нарушением. При оценке поведения сторон судам следует исходить из принципа добросовестности сторон (пункт 3 статьи 1 ГК РФ). В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В соответствии с частью 2 статьи 18 Закона о концессионных соглашениях концессионер имеет право на возмещение убытков, причиненных ему в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

По смыслу статьи 1 Федерального закона от 21.07.2005 № 115-ФЗ «О концессионных соглашениях» (далее - Закон о концессионных соглашениях, 115-ФЗ) концессионные соглашения заключаются в целях привлечения инвестиций в экономику Российской Федерации, обеспечения эффективного использования имущества, находящегося в государственной или муниципальной собственности, на условиях концессионных соглашений и повышения качества товаров, работ, услуг, предоставляемых потребителям.

Согласно части 1 статьи 3 Закона о концессионных соглашениях по концессионному соглашению одна сторона (концессионер) обязуется за свой счет создать и (или) реконструировать определенное этим соглашением имущество (недвижимое имущество или недвижимое имущество и движимое имущество, технологически связанные между собой и предназначенные для осуществления деятельности, предусмотренной концессионным соглашением, за исключением случаев, если концессионное соглашение заключается в отношении объекта, предусмотренного пунктом 21 части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона) (далее - объект концессионного соглашения), право собственности на которое принадлежит или будет принадлежать другой стороне (концеденту), осуществлять деятельность с использованием (эксплуатацией) объекта концессионного соглашения, а концедент обязуется предоставить концессионеру на срок, установленный этим соглашением, права владения и пользования объектом концессионного соглашения для осуществления указанной деятельности.

В соответствии с частью 2 статьи 3 Закона о концессионных соглашениях концессионное соглашение является договором, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных федеральными законами. К отношениям сторон концессионного соглашения применяются в соответствующих частях правила гражданского законодательства о договорах, элементы которых содержатся в концессионном соглашении, если иное не вытекает из настоящего Федерального закона или существа концессионного соглашения.

В силу пункта 11 части 1 статьи 4 Закона о концессионных соглашениях объектами концессионного соглашения являются системы коммунальной инфраструктуры и иные объекты коммунального хозяйства, в том числе объекты водо-, тепло-, газо- и энергоснабжения, водоотведения, очистки сточных вод, переработки и утилизации (захоронения) бытовых отходов, объекты, предназначенные для освещения территорий городских и сельских поселений, объекты, предназначенные для благоустройства территорий, а также объекты социально-бытового назначения.

Согласно пункту 11 части 1 статьи 4 Закона о концессионных соглашениях объектами концессионного соглашения являются объекты теплоснабжения, централизованные системы горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, отдельные объекты таких систем.

Частью 1 статьи 10 Закона о концессионных соглашениях определены существенные условия концессионного соглашения, к которым отнесены обязательства концессионера по созданию и (или) реконструкции объекта концессионного соглашения, соблюдению сроков его создания и (или) реконструкции (пункт 1); обязательства концессионера по осуществлению деятельности, предусмотренной концессионным соглашением (пункт 2); срок действия концессионного соглашения (пункт 3); описание, в том числе технико-экономические показатели объекта концессионного соглашения (пункт 4); цели и срок использования (эксплуатации) объекта концессионного соглашения (пункт 6).

Факт наличия убытков истец связывает с недополучением финансовых средств в результате предоставления услуг по теплоснабжению с января 2021 года по сентябрь 2022 года в связи с не учетом статуса объекта потребителя, который изначально являлся не нежилым помещением, а многоквартирным домом. То, что помещение потребителя является многоквартирным домом,  истцу при заключении концессионного соглашения не было известно. В то же время представитель ответчика-1  в судебном заседании пояснил, что ему при заключении концессионного соглашения также не было известно о переводе дома в МКД. Ответчик-1 указал, что согласно представленному в материалы дела постановлению Администрации МО «Баргузинский район» от 10.03.2016 № 141, директору учреждения Центр «Звездный» было дано разрешение изменить целевое значение здания с нежилого на жилое (многоквартирный дом) с внесением необходимых изменений в БУ РБ «Гостехинвентаризация – Республиканское БТИ», Росреестр по Республике Бурятия. Документов, свидетельствующих о выполнении указанного разрешения руководством учреждения не представлено. При этом согласно выписке из ЕГРН от 15.06.2022 указанное здание является многоквартирным домом, однако доказательств того, что назначение здания было изменено с нежилого на жилое ранее 2022 года, также не представлено.

Истец возражал по доводам администрации, считая, что ответчик-1 предоставил неверные сведения при заключении концессионого соглашения.

Истец, по сути, считает, что объемы тепловой энергии, фактически отпущенные для теплоснабжения потребителя в многоквартирный дом, превышают объемы тепловой энергии, рассчитанные по тепловым нагрузкам, как на нежилое здание, что является разницей между потреблением, рассчитанным истцом по нормативам к МКД и предъявленным к потребителю объемом, рассчитанным как к нежилому зданию.

В соответствии с частью 3 статьи 13 Закона о концессионных соглашениях концессионное соглашение может быть изменено по соглашению сторон. Условия концессионного соглашения, определенные на основании решения о заключении концессионного соглашения и конкурсного предложения концессионера по критериям конкурса, могут быть изменены по соглашению сторон концессионного соглашения на основании решения Правительства Российской Федерации (для концессионного соглашения, концедентом в котором является Российская Федерация), органа государственной власти субъекта Российской Федерации (для концессионного соглашения, концедентом в котором является субъект Российской Федерации) либо органа местного самоуправления (для концессионного соглашения, концедентом в котором является муниципальное образование), а также в случаях, предусмотренных частью 3.1 настоящей статьи, частью 7 статьи 5, частями 1, 3 и 4 статьи 20 и статьей 54 настоящего Федерального закона.

Согласно п. 111 Соглашения, последнее может быть изменено по соглашению сторон, за исключением случаев, предусмотренным федеральным законом «О концессионных соглашениях»

В целях внесения изменений в условия настоящего Соглашения одна из сторон направляет другой стороне соответствующее предложение с обоснованием предлагаемых изменений, также Соглашение может быть изменено по решению суда (пункты 112 и 113 Соглашения)

Изменение условий настоящего Соглашения осуществляется по согласованию с антимонопольным органом в случаях, предусмотренных Федеральным законом «О концессионных соглашениях» (пункт 114 Соглашения).

Согласно пункту 115 Соглашения изменение значений долгосрочных параметров регулирования деятельности концессионера, указанных в Приложении № 6, осуществляется по предварительному согласованию с Республиканской службой по тарифам Республики Бурятия, получаемому в порядке, утверждаемом Правительством Российской Федерации.

Согласно части 4 статьи 13 Закона о концессионных соглашениях концессионное соглашение по требованию стороны концессионного соглашения может быть изменено решением суда по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации.

Порядок заключения концессионного соглашения в отношении объектов водоснабжения и водоотведения, иных объектов коммунальной инфраструктуры, урегулированы статьей 52 Закона о концессионных соглашениях. В соответствии с частью 2 статьи 52 Закона о концессионных соглашениях по концессионному соглашению, объектом которого являются объекты теплоснабжения, централизованные системы горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, отдельные объекты таких систем, орган, уполномоченный Правительством Российской Федерации, либо субъектом Российской Федерации, участвующим в концессионном соглашении, либо муниципальным образованием, обязан представить в течение тридцати календарных дней по запросу лица, выступающего с инициативой заключения концессионного соглашения, документы и материалы, указанные в пунктах 1, 4 - 8, 10 - 14 части 1 статьи 46 настоящего Федерального закона, а также сведения о составе имущества и обеспечить доступ для ознакомления указанного лица со схемой теплоснабжения, схемой водоснабжения и водоотведения.

Правом направить соответствующий запрос истец не воспользовался.

В соответствии с пунктом 12 раздела III Соглашения выявленное в течение одного года с момента подписания сторонами акта приема-передачи объекта соглашения  концессионером несоответствие показателей объекта концессионного соглашения, объектов недвижимого и движимого имущества, входящих в состав объекта соглашения, технико-экономическим показателям, установленным в решении концедента о заключении настоящего Соглашения, является основанием для предъявления концесионером концеденту требования о безвозмездном устранении выявленных недостатков, либо для изменения условий настоящего Соглашения, либо для его расторжения в судебном порядке.

Согласно документам, представленным в материалы дела, истец эксплуатировал имущество, переданное в концессию по акту приема-передачи с 2018 года, проводил ремонт на объектах Соглашения.

Так, из пояснений истца, а также из мероприятий по реконструкции объекта Соглашения, расположенного по ул. Очирова, д.17,  следует, что истец в  2019 году производил замену и установку насоса,  бойлера, которые расположены в Главном корпусе, работы производились в самом здании,  и соответственно, как минимум, с этого момента истец должен был узнать о статусе данного здания, усомниться в назначении помещения, предназначенного для проживания детей, обратиться к концеденту о внесении соответствующих изменений в Соглашение с обоснованием понесенных ввиду данного обстоятельства дополнительных расходов. Тем более, по данному Концессионному соглашению концессионер оказывает услуги только по адресу ул. Очирова, д. 17.

Кроме того, перечень мероприятий, подлежащих реализации в рамках названного соглашения, их технико-экономическое обоснование изначально должно было быть известно концессионеру, разрабатывающему инвестиционную программу. В этой связи обществу достоверно должно было быть известно о характеристиках отапливаемого объекта потребителя.

Общество не воспользовалось предоставленной пунктом 12 раздела III концессионного соглашения возможностью в течение года со дня принятия объекта концессии заявить администрации претензии относительно несоответствия характеристик и параметров, установленных в Приложениях к концессионному соглашению.

Также суд отмечает, что из условий Соглашения не следует, что на концедента и на Республику Бурятия возложена обязанность по возмещению недополученных доходов в результате установленного расчетного норматива потребленных услуг, предъявленных концессионером потребителю по договору оказания услуг теплоснабжения, для концессионера существует иной способ компенсации убытков.

Федеральным законом «О концессионных соглашениях» от 21.07.2005 № 115-ФЗ регулируются правоотношения в области подготовки, заключения, исполнения, изменения и прекращения концессионных соглашений.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 22 Закона № 115-ФЗ орган местного самоуправления принимает решение о заключении концессионного соглашения в отношении объектов, которые принадлежат муниципальному образованию на праве собственности.

В силу части 2 статьи 10 Закона № 115-ФЗ концессионное соглашение помимо предусмотренных частями 1 и 1.1 данной статьи существенных условий может содержать иные не противоречащие законодательству Российской Федерации условия.

В то же время условия концессионного соглашения не содержат однозначной и безусловной обязанности концедента возместить все недополученные, по мнению концессионера, расходы.

В сущности, концессия отражает отношения между государством и частным капиталом по поводу управления государственной и муниципальной собственностью в рамках договорных отношений. Орган муниципальной власти, передавая частной организации во временное управление объект муниципальной собственности и предоставляя, тем самым, возможность такой организации извлекать прибыль от пользования объектом, в свою очередь, рассчитывает на покрытие расходов на содержание такого имущества именно концессионером. Правовое регулирование концессионных отношений предоставляет концессионеру ряд гарантий, которые обеспечивают ему окупаемость вложенных инвестиций. В частности, концессионер участвует в установлении тарифов с применением долгосрочных параметров регулирования деятельности концессионера.

В этой связи необходимо обратиться к положениям о тарифном регулировании, поскольку основанием для возмещения расходов концессионера, является то, что такие расходы подлежат возмещению в соответствии с законодательством в сфере регулирования цен (тарифов).

В пункте 65 Соглашения установлено, что концессионер обязан при осуществлении деятельности, указанной в пункте 1 Соглашения, осуществлять реализацию производимых товаров, работ и услуг по регулируемым ценам (тарифам) в соответствии с установленными надбавками к ценам (тарифам). Регулирование тарифов на оказываемые концессионером услуги осуществляется в соответствии с методом индексации установленных цен (тарифов) (П. 66 Соглашения). Значения долгосрочных параметров регулирования деятельности концессионера указаны в приложениях № 6, № 7.  Планируемый объем валовой выручки, получаемой концессионером в рамках реализации соглашения, в том числе на каждый год действия соглашения указан в приложении № 8 (пункт 70 соглашения).

Концессионер самостоятельно заключает договоры с потребителями, выставляет им счета и собирает плату за услуги по теплоснабжению.

Концессионер имеет право на возмещение убытков, прежде всего посредством тарифного регулирования.

Осуществление деятельности концессионера осуществляется по регулируемым в установленном законодательством Российской Федерации ценам (тарифам); реализация тепловой энергии также осуществляется по регулируемым ценам (тарифам) и в соответствии с установленными надбавками к ценам (тарифам).

Тарифы представляют собой регулируемые государством в соответствии с пунктом 1 статьи 424 ГК РФ цены определенных видов ресурсов (товаров, работ, услуг). Цена устанавливается исходя из экономической обоснованности затрат регулируемой организации и доступности ресурсов для потребителей, то есть с соблюдением баланса публичных и частных интересов. Субъекты, осуществляющие регулируемые виды деятельности, не вправе игнорировать принятые в отношении них уполномоченными органами государственной власти тарифные решения и исчислять стоимость передаваемых ресурсов иным образом, нежели в соответствии с такими решениями. Применение тарифа презюмируемо не должно приводить к возникновению убытков на стороне субъекта регулирования, а фактический дисбаланс доходов и расходов последнего выравнивается мерами последующего тарифного регулирования.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 28 02 1995 № 221 «О мерах по упорядочению государственного регулирования цен (тарифов)» регулируемые государством цены (тарифы) должны применяться всеми предприятиями и организациями независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, а также физическими лицами.

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 8 Закона о теплоснабжении государственному регулированию подлежат тарифы на тепловую энергию (мощность), поставляемую теплоснабжающими организациями потребителям, в соответствии с установленными федеральным органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов в сфере теплоснабжения предельными (минимальным и (или) максимальным) уровнями указанных тарифов, а также тарифы на тепловую энергию (мощность), поставляемую теплоснабжающими организациями другим теплоснабжающим организациям.

Таким образом, пункт 6.1 статьи 10 Закона о теплоснабжении определяет условия компенсаций теплоснабжающим организациям, теплосетевым организациям, которые произошли вследствие изменения: долгосрочных тарифов в сфере теплоснабжения; необходимой валовой выручки теплоснабжающих организаций; долгосрочных параметров государственного регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения. При этом компенсируются лишь те недополученные доходы, которые возникли в результате действий субъекта РФ в области государственного регулирования тарифов (в случаях установления уполномоченными органами параметров, отличных от долгосрочных параметров государственного регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, что привело к недополученным доходам теплоснабжающих организаций, теплосетевых организаций).

В данном случае таких изменений долгосрочных тарифов в сфере теплоснабжения, необходимой валовой выручки теплоснабжающих организаций, долгосрочных параметров государственного регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения на уровне субъекта РФ (а равно на ином уровне) не принималось (тарифные решения государственного тарифного органа, а также показатели необходимой валовой выручки истца ни каким-либо органом государственной или муниципальной власти, ни тарифным органом не менялись).

Тарифное регулирование не исключает возможность оспаривания теплоснабжающей организацией установленного для нее экономически обоснованного тарифа, в случае если она действительно была вынуждена понести разумные и документально подтвержденные затраты, не учтенные при установлении такого тарифа. При этом обязанность теплоснабжающей организации доказать соответствующие непредвиденные затраты и фактическую необходимость повышения установленного экономически обоснованного тарифа создает дополнительную гарантию недопущения неоправданного роста цен на коммунальные услуги для их конечного потребителя в связи с искусственным завышением соответствующих затрат (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 30.09.2021 № 2120-О).

Суд установил, что ООО «Коммунальное хозяйство» самостоятельно осуществляло эксплуатацию теплоэнергетического комплекса в спорный период.  В данный период в отношении истца осуществлялось государственное регулирование в сфере теплоснабжения. В спорный период применялись экономически обоснованные тарифы.

Истец в судебном порядке установленные ему тарифы не оспорил, не обосновал и не представил доказательств противоправности действий (решений) органов государственного регулирования в сфере теплоснабжения при установлении ему экономически обоснованных тарифов. Долгосрочных параметров регулирования условий деятельности концессионера, в том числе нормативного уровня прибыли, величина которой могла направляться на окупаемость вложенных средств, концессионное соглашение не содержит, инвестиционная программа не утверждалась. Истец ни к концеденту, ни в антимонопольный орган для согласования изменений условий концессионного соглашения не обращался, доказательств обратного материалы дела не содержат.

Таким образом, для объектов по производству, передаче и распределению тепловой энергии, компенсация недополученных доходов производится в порядке тарифного регулирования.

Разумные ожидания теплоснабжающих организаций в условиях добросовестного исполнения ими своей деятельности сводятся к получению той необходимой валовой выручки и тем способом, которые запланированы при утверждении тарифа, к принятию мер по своевременному обращению в орган тарифного регулирования по его корректировке с надлежащим документальным обоснованием такой необходимости.

Возложение на концедента ответственности за недостижение истцом необходимых объемов оказания услуг в сфере теплоснабжения и, как следствие, недополученных концессионером доходов (недополученной валовой выручки) представляется необоснованным и не основано на положениях действующего законодательства.

Истец самостоятельно осуществлял эксплуатацию объекта в период действия Соглашения, в спорный период установлены экономически обоснованные тарифы на тепловую энергию, поставляемую концессионером потребителям в МО СП «Баргузинское» согласно Приказам Республиканской службы по тарифам Республики Бурятия от 12.12.2018 № 2/70, от 02.09.2021 № 2/35, при этом тариф «для потребителей» и тариф «для населения» установлен в одном размере.

При этом суд отмечает, что тарифы на спорный период устанавливались в отношении истца, в том числе, с учетом параметров соглашения; данные тарифы обществом не оспорены; к ответчику об изменении условий соглашения в части установления значений долгосрочных параметров регулирования цен (тарифов) на производимые и реализуемые концессионером услуги теплоснабжения истец не обращался.

Более того, истец не оспаривает тариф, с заявлениями о признании недействующим тарифа, утвержденного Республиканской службой по тарифам Республики Бурятия, в арбитражный суд либо иные суды общество не обращалось. Приказы тарифного органа, которыми установлены тарифы, в судебном порядке недействующими не признавались, доказательств оспаривания в установленном порядке тарифных решений, установленных регулирующим органом в период действия концессионного соглашения, истцом в материалы дела не представлено.


Недополученный истцом доход от регулируемой деятельности не может быть отнесен к убыткам по смыслу статьи 15 ГК РФ, так как является последствием предпринимательского риска.

Соответствующие потери компенсируются публично-правовым образованием исключительно при их наступлении по причине неправомерного поведения ответчика.

Бремя доказывания понесенных сторонами убытков и их связь с неисполнением или ненадлежащим исполнением другой стороной настоящего соглашения возлагается на сторону, предъявляющую другой стороне требование о возмещении понесенных убытков.

Прямая причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и убытками истца судом не установлена, последним не доказана.

Суд отмечает, что истцом также не представлены доказательства поставки тепловой энергии потребителю в спорный период в большем объеме полезного отпуска. Также не представлено доказательств несения больших затрат на отопление данного здания как многоквартирного дома, чем на отопление объекта как нежилого здания. Представленный расчет суммы убытков по нормативам сам по себе не является доказательством фактически большего объема поставленного ресурса в здание Центра защиты детей в спорный период.

В настоящем случае доказательств того, что изменение назначения здания с нежилого на жилое  повлекло увеличение расходов истца на отопление здания и на иные услуги не представлено, как и не представлено доказательств того, что потребитель в спорный период предъявлял претензии по недостаточному объему поставляемой тепловой энергии, о несоответствии  температурного режима в помещении, в результате реагирования на которые истцу пришлось увеличить объем отпускаемой тепловой энергии и понести дополнительные расходы на отопление помещения потребителя.

Суд обращает внимание, что в данном случае взаимоотношения прежде всего касаются потребителя и истца, а не сторон концессионного соглашения.

Как пояснил истец, требования за спорный период к самому потребителю не предъявлялись, более того, как пояснил истец, тариф, как для категории «населения», так и для «иных потребителей» установлен одинаковый, который не был оспорен истцом.

Непредъявление требования за спорный период к потребителю не может являться основанием для возложения недополученных доходов на ответчиков.

Взаимоотношения между потребителем и теплоснабжающей организацией не могут быть возложены на сторон по концессионному соглашению.

В результате истец не обратился к концеденту с соответствующим предложением о внесении изменений, своевременно не предпринял мер по возмещению недополученных доходов средствами тарифного регулирования, а впоследствии не предъявил соответствующее требование самому потребителю.

При этом предоставление или непредставление обществом в тарифный орган необходимых документов в обоснование включения в устанавливаемый ему тариф дополнительных расходов является действиями самого истца, за которые администрация не отвечает, в связи с чем предъявление истцом требований к ответчикам о взыскании убытков в размере невзысканной с конечного потребителя задолженности за жилищно-коммунальные услуги за спорный период не является обоснованным.

Неполучение концессионером ожидаемой прибыли от эксплуатации объекта соглашения, в том числе ввиду невозмещения затрат посредством тарифного регулирования, относится к предпринимательским рискам самого истца и является прямым следствием бездействия последнего.

Выявление сторонами деловых просчетов, которые не были учтены на стадии заключения договора, при его исполнении на определенных в нем условиях, являются рисками предпринимательской деятельности. Общество, осуществляющее предпринимательскую деятельность, являясь профессиональным участником рассматриваемых правоотношений, для которого действующим законодательством установлен повышенный стандарт осмотрительности, при должной степени заботливости несет риск негативных последствий своего делового просчета.

Исходя из предмета и условий концессионного соглашения на концедента возложена обязанность по предоставлению концессионеру на определенный срок права владения и пользования объектами соглашения для осуществления деятельности по предоставлению населению услуг по теплоснабжению. Нарушения данных условий концессионного соглашения со стороны ответчика суд не установил. На момент заключения и подписания соглашения общество каких-либо замечаний, возражений о несогласии с условиями концессионного соглашения не заявило. Бесспорные доказательства ухудшения положения концессионера по сравнению с тем положением, в котором он находился на момент заключения концессионного соглашения, в результате чего концессионер в значительной степени лишается того, на что был вправе рассчитывать при заключении концессионного соглашения, в материалах дела отсутствуют.  Кроме того, отсутствуют доказательства совершения ООО «Комхоз» всех необходимых мер для получения прибыли либо необходимых конкретных приготовлений для этого.

Сам по себе убыточный характер деятельности истца не свидетельствует о нарушении концедентом  принятых на себя обязательств.


Суд приходит к выводу об отсутствии доказательств возникновения у истца убытков в результате неправомерных действий (бездействия) ответчиков, и, как следствие, об отсутствии оснований для применения ответственности в порядке статьи 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, вопреки доводам истца, отсутствует прямая причинно-следственная связь между действиями ответчиков и убытками истца.

На основании изложенного,  оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности с фактическими обстоятельствами по правилам статьи 71 АПК РФ, установив недоказанность истцом совокупности составляющих, необходимых для предъявления и взыскания с ответчиков истребуемых убытков, суд пришел к  выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Иные доводы лиц, участвующих в деле, не имеют существенного значения для разрешения спора и не могут повлиять на выводы суда.

На основании статьи 110 АПК РФ с учетом результата рассмотрения дела расходы по уплате государственной пошлины суд относит на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р  Е  Ш  И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Решение по настоящему  делу вступает в законную силу  по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.


Судья                                                                                                А.В. Богданова