Постановление от 19 сентября 2023 г. по делу № А21-4183/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


19 сентября 2023 года

Дело №

А21-4183/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Тарасюка И.М., ФИО1,

при участии от акционерного общества «Сыктывкарский ликеро-водочный завод» представителя ФИО2 (доверенность от 29.11.2022),

рассмотрев 12.09.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 и ФИО4 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 27.03.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023 по делу № А21-4183-6/2021,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 05.05.2021 принято к производству заявление акционерного общества «Сыктывкарский ликеро-водочный завод», адрес: 167000, Республика Коми, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), о признании ФИО4, ИНН <***>, СНИЛС <***>, несостоятельным (банкротом).

Определением от 12.07.2021 в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Решением от 13.12.2021 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5

В рамках названного дела о банкротстве финансовый управляющий 05.07.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором просил признать недействительными сделками соглашение от 25.03.2019 об уступке прав и обязанностей по договору аренды земельного участка от 14.10.2009 № 1457, заключенное ФИО4 с ФИО3, и договор аренды земельного участка от 30.12.2019 № 613, заключенный ФИО3 с администрацией Гурьевского городского округа Калининградской области (далее – Администрация), и применить последствия недействительности указанных сделок в виде признания права аренды земельного участка за ФИО4 и признания ФИО4 арендатором по договору аренды земельного участка от 30.12.2019 № 613, либо взыскания с ФИО3 150 000 руб. в конкурсную массу должника.

Определением от 27.03.2023 заявление финансового управляющего удовлетворено частично, соглашение от 25.03.2019 признано недействительной сделкой и применены последствия его недействительности в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 150 000 руб., в остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023 определение от 27.03.2023 отменено в части применения судом последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 150 000 руб., в указанной части в удовлетворении заявления отказано, в остальной части определение от 27.03.2023 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО3 и ФИО4, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, неполное выяснение обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, просят отменить определение от 27.03.2023 и постановление от 05.06.2023 и направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

По мнению подателей жалобы, судами не учтено, что ФИО4 оплачивал арендную плату, погашение задолженности произведено за счет средств ФИО3 перед заключением оспариваемого соглашения, при этом должник не имел намерения застраивать спорный земельный участок в соответствии с целью его предоставления и продлевать договор аренды, следовательно право аренды прекратилось бы 01.09.2019, в связи с чем оснований считать, что указанная сделка направлена на причинение вреда имущественным правам кредиторов, не имеется.

Кроме того, ФИО3 и ФИО4 указывают, что на момент совершения оспариваемой сделки у ФИО4 отсутствовали признаки неплатежеспособности, поскольку размер задолженности перед единственным кредитором - Обществом не был установлен в судебном порядке, а кроме того, осведомленность ФИО3 о наличии у должника неисполненных обязательств перед Обществом не доказана.

В отзыве, поступившем в суд 07.09.2023 в электронном виде, Общество возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель Общества возражал против удовлетворения кассационной жалобы, считая постановление апелляционного суда от 05.06.2023 законным и обоснованным.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО4 и ФИО3 с 22.02.2008 состояли в браке.

По совместному заявлению супругов 23.07.2018 брак между ФИО4 и ФИО3 был расторгнут.

Между ФИО4 (арендатором) и ФИО3 (новым арендатором) 25.03.2019 было заключено соглашение об уступке прав и обязанностей по договору № 1457 аренды земельного участка от 14.10.2009, согласно условиям которого арендатор безвозмездно передает, а новый арендатор принимает принадлежащие арендатору права и обязанности, связанные с арендой земельного участка из земель населенных пунктов, площадью 1200 кв. м. с кадастровым номером 39:03:040810:34, расположенного по адресу: Калининградская обл., Гурьевский р-н, пос. Георгиевское, Центральная ул., 5.

Согласно пункту 2 соглашения объект находится в аренде у арендатора сроком до 01.09.2019 на основании постановления администрации Гурьевского муниципального района от 02.10.2009 № 4650, договора аренды земельного участка от 14.10.2009 № 1457, соглашения об уступке прав и обязанностей от 25.02.2015 по названному договору, зарегистрированных в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области.

Согласно постановлению администрации Гурьевского городского округа от 23.04.2019 № 1388 внесены изменения в разрешение от 25.11.2009 № RU39310000- 529/2009 МО на строительство индивидуального жилого дома на земельном участке с кадастровым номером 39:03:040810:34 в части указания фамилии застройщика вместо ФИО6 указана ФИО3

ФИО3 01.08.2019 зарегистрировала право собственности на объект незавершенного строительства (индивидуальный жилой дом) площадью 79 кв. м, степень готовности 15 %, с кадастровым номером 39:03:040810:337, по адресу: Калининградская область, <...>

Между Администрацией и ФИО3 06.11.2019 было подписано соглашение № 927 о расторжении договора аренды земельного участка от 14.10.2009 № 1457.

Затем 30.12.2029 Администрацией и ФИО3 был заключен договор аренды земельного участка № 613, по условиям которого ФИО3 передан в аренду тот же земельный участок с кадастровым номером 39:03:040810:34.

Ссылаясь на то, что соглашение от 25.03.2019 об уступке прав и обязанностей по договору аренды земельного участка от 14.10.2009, а также договор аренды земельного участка от 20.12.2019 являются недействительными сделками в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и причинили вред имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, установив, неплатежеспособность ФИО4 на дату заключения соглашения от 25.03.2019 и осведомленность ФИО3 об этом в силу ее аффилированности с должником, безвозмездность названной сделки, пришел к выводу о наличии оснований для признания соглашения недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, применил последствия ее недействительности в виде взыскания с ФИО3 150 000 руб. в конкурсную массу должника, не усмотрев при этом оснований для признания договора аренды земельного участка от 30.12.2019 недействительной сделкой.

Суд апелляционной инстанции, не согласившись с выводами суда первой инстанции в части применения последствия недействительности соглашения от 25.03.2019, постановлением от 05.06.2023 отменил определение от 27.03.2023 в указанной части и отказал, в остальной части определение от 27.03.2023 оставил без изменения.

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения жалобы и отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главои? X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недеи?ствительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, а также сделок, совершенных с нарушением этого же Закона.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) (далее - Постановление № 63), если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 указанного Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что оспариваемое соглашение заключено 25.03.2019, а договор аренды заключен 30.12.2019, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (05.05.2021), следовательно, как правильно указали суды, они подпадают под действие положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установив, что оспариваемое соглашение от 25.03.2019 заключено в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, факт его заключения должником в условиях неисполнения обязательств перед кредиторами и аффилированность ФИО4 и ФИО3, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о том, что указанные выше обстоятельства в своей совокупности являются достаточными для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом суды правомерно не усмотрели оснований для признания недействительной сделкой договора аренды земельного участка от 30.12.2019 № 613, заключенного ФИО3 с Администрацией как по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, так и по общегражданским основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ, ввиду отсутствия доказательств того, что Администрация при заключении указанного договора действовала с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Судебные акты в части отказа в признании недействительным договора аренды от 30.12.2019 лицами, участвующими в деле, не обжалуются.

ФИО3 и ФИО4 не согласны с выводами судов о наличии совокупности условий для признания соглашения от 25.03.2019 недействительной сделкой, поскольку, по мнению подателей жалобы, причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемых сделок материалами дела не подтверждается.

В кассационной жалобе ФИО3 и ФИО4 ссылаются на отсутствие у ФИО4 на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пунктах 5, 6 и 7 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При этом предусмотренные нормой презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под таковым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 названного Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Делая вывод о наличии у ФИО3 и ФИО4 цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и причинении такого вреда, суды первой и апелляционной инстанций правомерно исходили из того, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО4 отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица в отсутствие равноценного встречного предоставления.

В частности, судами правильно отмечено, что на дату совершения оспариваемой сделки у ФИО4 имелись признаки неплатежеспособности, что подтверждается приговором Сыктывкарского городского суда от 06.03.2017 по делу № 1-59/2017, согласно которому ФИО4 осужден по части 1 статьи 201, части 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи причинением имущественного ущерба Обществу.

Ответственность по возмещению этих убытков возникла у ФИО4 в момент их причинения (совершения неправомерных действий по заключению договоров с мнимыми контрагентами, допущения закупки товаров у поставщиков по завышенным ценам), то есть в период с 2011 года по 2016 год.

Кроме того, постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 13.02.2020 по делу № А29-7590/2019 с ФИО4 в пользу Общества были взысканы убытки в размере 10 896 202 руб.

Указанные убытки были причинены в результате неправомерных действий ФИО4 в период с 2011 по 2013 год.

В указанных судебных актах установлено, что ФИО4, организовывая взаимоотношения с мнимыми кредиторами в период с 2014 по 2016 годы и допуская закупку товаров у поставщиков по завышенным ценам, действовал недобросовестно и не мог не осознавать, что взаимоотношения с такими контрагентами повлекут за собой неблагоприятные налоговые последствия и убытки для Общества и, соответственно, на день заключения оспариваемого соглашения у должника имелось обязательство по возмещению Обществу причиненных ему убытков.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3) по делу № А40-177466/2013, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

При этом судами обоснованно указано, что ФИО3, находясь в браке с должником до 23.07.2018 не могла не знать о наличии обязательств ее супруга перед Обществом по возмещению убытков, которые определением от 30.12.2021 включены в реестр требований кредиторов ФИО4 в размере 73 149 246,75 руб.

Таким образом, наличие осведомленности о фактической неплатежеспособности должника на дату ее совершения и цели причинения вреда кредиторам в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презюмируется.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что безвозмездное отчуждение права аренды земельного участка заинтересованному лицу, которое впоследствии зарегистрировало за собой право собственности на объект незавершенного строительства (индивидуальный жилой дом), свидетельствует о скоординированности сторон оспариваемого соглашения по выводу активов должника, которые потенциально могли бы быть включены в конкурсную массу.

Доказательств обратного в материалы дела вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представлено.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства в совокупности, руководствуясь вышеназванными положениями действующего законодательства, регулирующими спорные отношения, а также учитывая конкретные обстоятельства дела, суды первой и апелляционной инстанций правомерно удовлетворили заявленные требования, признав оспариваемое соглашение от 25.03.2019 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом суд апелляционной инстанции правомерно указал на отсутствие оснований для применения последствий недействительности соглашения от 25.03.2019 в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 150 000 руб., поскольку, признавая соглашение от 25.03.2019 недействительной сделкой, суд фактически возвратил стороны в первоначальное положение.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции правомерно отменил определение от 27.03.2023 в части применения последствий недействительности сделки.

Выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, доводы, приведенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, где получили надлежащую правовую оценку.

В данном случае доводы подателей кассационной жалобы не опровергают выводов суда апелляционной инстанции, а, по сути, сводятся к несогласию с оценкой доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела. Переоценка доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Поскольку постановлением апелляционного суда от 05.06.2023 определение от 27.03.2023 изменено, оставить в силе надлежит постановление от 05.06.2023.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023 по делу № А21-4183/2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО3 и ФИО4 - без удовлетворения.


Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи


И.М. Тарасюк

ФИО1