Постановление от 18 июня 2025 г. по делу № А73-5/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

ФИО1 ул., д. 45, <...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-934/2025
19 июня 2025 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 июня 2025 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Кучеренко С.О.,

судей Ефановой А.В., Никитина Е.О.

при участии:

от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Пионер» ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 27.05.2025;

от ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 17.08.2023 № 27АА2139775;

от ФИО6 – ФИО7 по доверенности от 26.01.2023 № 27АА1999083;

от ФИО8 – ФИО9 по доверенности от 09.03.2023 № 27АА2065135;

от АО «Дальневосточный банк» - ФИО10 по доверенности от 07.09.2023,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Пионер» ФИО2

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 22.11.2024, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2025

по делу № А73-5/2019

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Пионер» ФИО2

к ФИО4, ФИО11, ФИО8, Таталину Федору Федоровичу

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Пионер» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 680032, <...>) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 11.01.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Пионер» (далее - ООО «Пионер», общество, должник).

Определением от 30.01.2020 в отношении ООО «Пионер» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2, член ассоциации «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением о суда от 15.07.2020 ООО «Пионер» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим в деле о банкротстве утверждена ФИО2 (далее – конкурсный управляющий).

В рамках дела банкротстве конкурсный управляющий должником ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО4, ФИО6, ФИО11 и взыскании с них в солидарном порядке 480 565 509,17 руб.

Определением суда от 22.11.2024, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2025, в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с определением от 22.11.2024 и апелляционным постановлением от 18.02.2025, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, не передавая дело на новое рассмотрение принять новый судебный акт, которым привлечь солидарно ФИО8, ФИО4, ФИО6, ФИО11 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Пионер», взыскать с ответчиков солидарно 463 614 551,20 руб. В обоснование жалобы заявитель указывает, что выводы судов о том, что банкротство должника вызвано возбуждением в ноябре 2018 года в отношении общества уголовного дела не соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным конкурсным управляющим в материалы дела доказательствам. Полагает, что момент объективного банкротства ООО «Пионер» установлен вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Хабаровского края от 17.09.2021 по настоящему делу, в котором указано, что с 15.01.2018 по 22.10.2018 должник отвечал признакам неплатежеспособности и этот период не связан с возбуждением уголовного дела в отношении общества. Отмечает, что деятельность ООО «Пионер» осуществлялась исключительно на кредитные денежные средства, получая которые общество, в лице контролирующих его лиц, не погашало свои долги, а выводило денежные средства и иное имущество на аффилированные компании (ООО «Темп», ООО «Юпитер»); по состоянию на 31.12.2018 должник имел отрицательный бухгалтерский баланс (стоимость чистых активов составляла -511 290 000 руб.). Обращает внимание, что конкурсному управляющему руководителем должника ФИО8 не переданы документы, подтверждающие факт наличия дебиторской задолженности притом, что согласно бухгалтерскому балансу на 31.12.2018 таковая имелась в размере 24 274 тыс. руб., что влечет невозможность формирования конкурсной массы общества и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов. Считает, что бухгалтерская отчетность по строке «Запасы» искажена ФИО8, выбытие запасов (нефтепродуктов) на сумму 480 009 800 руб. документально не подтверждено.

Определением от 25.03.2025 кассационная жалоба конкурсного управляющего принята к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, судебное заседание по рассмотрению жалобы назначено на 15.04.2025 на 11:30.

От ФИО6 поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором он полагает ее необоснованной и просит оставить без удовлетворения. Указывает, что конкурсный управляющий неправомерно отождествляет понятия «объективное банкротство» и «наличие признаков неплатежеспособности»; указанный ответчик не является контролирующим должника лицом по смыслу подпункта 2 пункта 4 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), получение им выгоды не доказано.

ФИО8 в отзыве на жалобу полагает, что основания для ее удовлетворения отсутствуют; позиция конкурсного управляющего базируется на ошибочной аргументации об отнесении указанного ответчика к числу контролирующих должника лиц. Обращает внимание, что конкурсный управляющий моментом наступления у должника признаков неплатежеспособности указывает май 2018 года, в то время как ФИО8 директором общества является с 17.04.2019, то есть после принятия судом заявления о банкротстве ООО «Пионер» (11.01.2019); конкурсным управляющим не представлены доказательства, подтверждающие передачу генеральному директору ФИО8 какого-либо имущества (транспортные средства, запасы) от ликвидатора общества ФИО12 и предыдущего директора ООО «Пионер» ФИО4; 29.07.2020 управляющему ответчиком по акту приема-передачи переданы все документы и печать ООО «Пионер», после чего каких-либо претензий к ФИО8 по вопросу передачи документов не было; заявитель не представил доказательств причинно-следственной связи между вменяемыми ФИО8 действиями и фактически насупившим банкротством ООО «Пионер».

Кредитор должника – акционерное общество «Дальневосточный банк» (далее – АО «Дальневосточный банк») в своем отзыве считает обжалуемые судебные акты необоснованными и подлежащими отмене по основаниям, идентичным доводам кассационной жалобы конкурсного управляющего.

В судебном заседании представители конкурсного управлявшего и АО «Дальневосточный банк» поддержали позицию, приведенную в кассационной жалобе; представители ФИО4 и ФИО6 возражали против удовлетворения жалобы.

Определением от 15.04.2025 судебное разбирательство по кассационной жалобе конкурсного управляющего должником ФИО2 отложено на 13.05.2025.

Определением арбитражного суда кассационной инстанции от 13.05.2025 на основании абзаца второго части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотрение кассационной жалобы отложено на 27.05.2025.

Определением от 26.05.2025 в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Головниной Е.Н., участвовавшей в заседании суда кассационной инстанции 13.05.2025, на судью Никитина Е.О.

По правилам части 5 статьи 18 АПК РФ рассмотрение кассационной жалобы начато с самого начала.

От конкурсного управляющего поступили пояснения по кассационной жалобе.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего, ФИО4, ФИО6 поддержали ранее изложенные ими позиции. Представитель ФИО8 по доводам жалобы возражал.

Определением от 27.05.2025 в судебном заседании по рассмотрению кассационной жалобы конкурсного управляющего ООО «Пионер» Ивановой О.В. объявлен перерыв до 10.06.2025.

К судебному заседанию от конкурсного управляющего в суд округа поступили пояснения по кассационной жалобе, от ФИО6 – дополнение к отзыву.

После перерыва представители конкурсного управляющего и АО «Дальневосточный банк» настаивали на удовлетворении кассационной жалобы, представители ФИО4, ФИО6 и ФИО8 просили отказать в удовлетворении жалобы.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы путем размещения соответствующей информации на сайте арбитражного суда в сети «Интернет», своих представителей для участия в судебном заседании суда кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ООО «Пионер» зарегистрировано в качестве юридического лица 03.11.2003; основным видом деятельности общества являлась торговля, оптовая твердым, жидким и газообразным топливом и подобными продуктами.

Исходя из заявления конкурсного управляющего ФИО2, в ходе исполнения возложенных на нее обязанностей в процедуре конкурсного производства ООО «Пионер» выявлены основания для привлечения контролирующих должника лиц - ФИО4, ФИО8, ФИО6, ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В частности, указывает, что неплатежеспособность должника возникла в мае 2018 года (решение Арбитражного суда Хабаровского края от 29.11.2018 по делу № А73-17567/2018 о взыскании задолженности с общества).

При этом согласно бухгалтерским балансам по состоянию на 31.12.2018 у ООО «Пионер» имелись основные средства – 43 546 тыс. руб., доходные вложения в материальные ценности – 5 841 тыс. руб., запасы предприятия - 480 098 тыс. руб., дебиторская задолженность – 24 274 тыс. руб., прочие оборотные активы – 1 150 тыс. руб.

Участниками ООО «Пионер» в период возникновения фактического банкротства являлись: ФИО6 – 33% доли участия в уставном капитале; ФИО8 – 33% доли участия в уставном капитале, ФИО11 – 33% доли участия в уставном капитале. С 26.05.2005 по 09.01.2019 генеральным директором общества являлся ФИО4; с 17.04.2019 по 08.07.2020 – ФИО8

Полагает, что ухудшение финансового положения ООО «Пионер» обусловлено виновными действиями контролирующих должника лиц, которые выразились в неисполнении обязанности по хранению и передаче документации общества конкурсному управляющему, в неподаче заявления о признании должника банкротом, в совершении ряда сделок с аффилированными лицами (ООО «Юпитер», ООО «Стимул», ООО «Темп») с целью вывода имущества должника. Не исполнение бывшим руководителем должника ФИО8 обязанности по передаче документации общества и иных ценностей привело к невозможности формирования конкурсной массы общества, взыскания дебиторской задолженности и оспаривания сделок должника, и, как следствие, к невозможности погашения задолженности перед кредиторами.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закон о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица.

Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

Из указанных положений Закона о банкротстве - подпунктов 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, следует, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии, имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрен ряд презумпций, наличие которых предполагает, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (подпункт 1); документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2).

Применение положений статьи 61.11 Закона о банкротстве разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в пункте 19 которого указано, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства. Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

При определении причинно-следственной связи между действиями/бездействиями привлекаемых к ответственности лиц и невозможностью погашения задолженности перед кредиторами должника (иными словами, за доведение должника до банкротства) следует учитывать не только финансовые показатели организации, но и то, что неспособность исполнения должником обязательств может быть вызвана как объективными причинами (изменение общеэкономической ситуации на рынке, кризис неплатежей и замедление платежного оборота, и др.), так и субъективными (неэффективное управление, снижение объемов производства и продаж, необоснованное увеличение дебиторской задолженности, несовершенная налоговая и денежная политика должника, вывод активов с целью обогащения определенного лица или группы лиц и т.п.).

Руководствуясь вышеназванными нормами права, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Относительно отсутствия оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности суды исходили из того, что ФИО8 не является контролирующим должника лицом, так как являлась генеральным директором ООО «Пионер» в период с 17.04.2019, т.е. после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (11.01.2019), и ее доля в уставном капитале общества в размере 33 % не позволяет ей единолично влиять на принятие существенных решений в деятельности должника. Доказательств, подтверждающих передачу ФИО8 какого-либо имущества (транспортных средств, запасов должника) от ликвидатора общества ФИО12, а также от предыдущего генерального директора ООО «Пионер» ФИО4 в материалах дела не имеется, в тоже время 29.07.2020 по акту приема-передачи ФИО8 передала управляющему имеющиеся у нее документы и печать общества.

В отношении ФИО6, которым по мнению конкурсного управляющего извлечена выгода от совершения сделки - договора поставки от 01.01.2018 № 01/18 между ООО «Пионер» и ООО «Темп», суды приняли во внимание, что сделка между указанными лицами являлась реальной, ФИО6 стороной сделки не являлся, денежные средства в рамках этой сделки ответчик не получал, так как они перечислялись на расчетный счет ООО «Темп». Связь ФИО6 с ООО «Темп», которая выражалась в том, что ФИО6 с момента создания данного юридического лица (30.11.2017) и до 11.05.2018 являлся его директором, носила временный характер, при этом в период с 01.01.2018 по 11.05.2018, общая сумма платежей от должника составила 9 820 001 руб., что является несущественным размером применительно к масштабам его деятельности.

Кроме того, в рамках дела № А73-3108/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «РесурсНефть» судами установлено, что напротив, именно ООО «Пионер» имеет задолженность перед ООО «Темп» в размере 49 046 730,24 руб. по договору поставки от 01.01.2018 № 01/18, о чем заявлял сам конкурсный управляющий.

Анализ движения по расчетному счету как должника, так и ФИО6, и материалы возбужденного в отношении него дела о несостоятельности (банкротстве) также не свидетельствуют о том, что последний был выгодоприобретателем от заключенных должником сделок и от деятельности общества вцелом.

Применительно к ФИО11 (стала участником общества в декабре 2017 года в результате совершения между ней и ФИО4 договора дарения доли в уставном капитале общества), доказательств совершения и/или одобрения сделок, которые привели или могли привести ООО «Пионер» к банкротству, конкурсным управляющим не представлено; контролирующим должника лицом она также не являлась.

В отношении ФИО4, руководившего в ООО «Пионер» с 16.07.2004 по 31.10.2018, также не представлено доказательств, что он совершал сделки, которые привели к банкротству общества.

Вместе с тем, судами учтено, что до ноября 2018 года предприятие работало в штатном режиме (общество получило кредит на пополнение оборотных средств, выручка от реализации нефтепродуктов за период с 26.05.2017-13.11.2018 составила 1 008 426 214,23 руб.).

Между тем в ноябре 2018 года было возбуждено уголовное делопо факту недостачи нефтепродуктов по заявлению ООО «РНВостокнефтепродукт».

По утверждению ФИО4 и ФИО11, и в отсутствие доказательств обратного, возбуждение уголовного дела и предшествующие возбуждению дела следственные мероприятия (наложение ареста на имущество и счета должника, изъятие финансовой документации, опломбирование емкостей с нефтепродуктами и пр.) привели к тому, что деятельность ООО «Пионер» была остановлена, так как предприятие не могло производить отгрузку нефтепродуктов по контрактам и на АЗС; появились просроченные платежи по процентам по кредитным обязательствам (ноябрь 2018 года), исполнение обязательств по заключенным контрактам сделалось невозможным. Уголовное дело до настоящего момента приостановлено, однако последствия, которые возникли в связи с блокированием деятельности общества, стали необратимыми. До ноября 2018 кредитные платежи осуществлялись согласно графику.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, полагает, что суды первой и апелляционной инстанций верно и в полной мере установили имеющие существенное значение для правильного разрешения по существу настоящего спора фактические обстоятельства, дали им надлежащую правовую оценку, в полном объеме исследовали приведенные сторонами спора доводы и возражения, указав в обжалуемых судебных актах мотивы согласия либо несогласия с ними, выводы судов соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основываются на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

В отношении доводов конкурсного управляющего о сделках ООО «Пионер» с аффилированным к нему ООО «Юпитер» (соглашений об отступном от 22.10.2018 № 1,2,3) суд кассационной инстанции учитывает, что указанные сделки признаны недействительными, применительно к положениям статьи 61.3 Закона о банкротстве (оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами), сторонам сделок восстановлена взаимная задолженность по зачетным обязательствам, что исключает неблагоприятные последствия для должника.

Довод о том, что бухгалтерская отчетность по строке «Запасы» искажена ФИО8 документально не подтвержден, в связи с чем не может явиться основанием для возложения на указанное лицо субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

Довод кассационной жалобы конкурсного управляющего о том, что момент объективного банкротства ООО «Пионер» установлен вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Хабаровского края от 17.09.2021 по настоящему делу, в котором указано, что с 15.01.2018 по 22.10.2018 должник отвечал признакам неплатежеспособности и этот период не связан с возбуждением уголовного дела в отношении общества подлежит отклонению, поскольку понятие объективного банкротства не тождественно основным понятиям статьи 2 Закона о банкротстве – «недостаточность имущества должника», «неплатежеспособность» (определение Верховного суда Российской Федерации от 21.04.2016 по делу № 302-ЭС14-1472).

Согласно абзацу второму статьи 2 Закона о банкротстве, банкротство - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом. Тогда как неплатежеспособность - это лишь прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Наступление признаков объективного банкротства законодатель связывает с наступлением обязанности должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве.

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим соответствующего основания к ответчикам не заявлено.

В целом доводы заявителя кассационной жалобы не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм материального права, а сводятся к несогласию с выводами судов обеих инстанции и направлены на переоценку имеющихся в материалах обособленного спора доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных в статье 286, части 2 статьи 287 АПК РФ.

Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебных актов по безусловным основаниям, судами не допущено.

При таких обстоятельствах обжалуемые определение и постановление судов отмене, а кассационная жалоба удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 22.11.2024, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2025 по делу № А73-5/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья С.О. Кучеренко

Судьи А.В. Ефанова


Е.О. Никитин