Апелляционное постановление № 22К-418/2026 от 13 апреля 2026 г.

Судья Богданов Д.Н.

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от

№ 22К-418/2026
город Вологда
14 апреля 2026 года
Вологодский областной суд в составе

председательствующего судьи судебной коллегии по уголовным делам Мищенко С.В.

при секретаре Нефедовой Н.С.

с участием прокурора Ивановой Ю.М. и адвоката Манойловой Н.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе адвоката Манойловой Н.Н. в интересах С на постановление судьи Вологодского городского суда Вологодской области от 24 февраля 2026 года о продлении срока ареста на имущество.

Заслушав выступления адвоката Манойловой Н.Н. и прокурора Ивановой Ю.М., суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

4 июля 2024 года возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ в отношении неустановленных лиц из числа руководителей ООО «...».

25 ноября 2025 года вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1, 27 ноября 2025 года ему заочно предъявлено обвинение в совершении указанного преступления, и в этот же день он объявлен в федеральный розыск.

Постановлением судьи Вологодского городского суда Вологодской области от 27 ноября 2025 года органам предварительного расследования разрешено наложение ареста на имущество дочери обвиняемого ФИО1 – С, а именно на два земельных участка, жилой дом и жилое помещение.

28 ноября 2025 года предварительное следствие по уголовному делу приостановлено.

Постановлением судьи Вологодского городского суда Вологодской области от 23 января 2026 года продлён по 27 февраля 2026 года срок ареста на имущество С

Заместитель начальника второго отдела следственной части следственного управления УМВД России по Вологодской области К с согласия руководителя следственного органа обратилась в суд с ходатайством о продлении срока ареста на имущество С, состоящего в запрете собственнику имущества распоряжаться им.

Постановлением судьи Вологодского городского суда Вологодской области от 24 февраля 2026 года срок ареста на имущество С, полученное по договорам дарения от 20 и 21 декабря 2024 года, ранее принадлежавшее её матери – П, продлён на 1 месяц, то есть по 27 марта 2026 года, а именно на:

- земельный участок кадастровой стоимостью ... рубля с кадастровым номером №..., площадью ... м2, расположенный по адресу: <адрес>;

- жилой дом кадастровой стоимостью ... рублей с кадастровым номером №..., площадью ... м2, расположенный по адресу: <адрес>;

- земельный участок кадастровой стоимостью ... рубля с кадастровым номером №..., площадью ... м2, расположенный по адресу: <адрес>;

- жилое помещение кадастровой стоимостью ... рублей с кадастровым номером №..., площадью ... м2, расположенное по адресу: <адрес>.

с установлением собственнику запрета на распоряжение данным имуществом и запрета органам Росреестра совершать регистрационные действия с указанным имуществом.

В апелляционной жалобе адвокат Манойлова Н.Н. выражает несогласие с судебным решением, считая его незаконным. При этом отмечает, что в суд ею были представлены копии документов продажи имущества П, на которое наложен арест, подтверждающие источник денежных средств на приобретение спорного недвижимого имущества с последующим дарением своей дочери. Однако данным доводам судом первой инстанции не была дана оценка. Из постановления суда не ясно, из каких документов, находящихся в деле, усматривается, что указанное выше имущество могло быть получено в результате преступления, инкриминируемого ФИО1 Напротив, в уголовном деле имеется бухгалтерская экспертиза в отношении ООО «...», по результатам которой не установлено, что денежные средства были потрачены на приобретение спорного имущества или выведены со счёта в адрес ФИО1 или его родственников. Таких доказательств следственным органом не представлено.

Кроме того, сведения о том, что С является близким родственником обвиняемого ФИО1, и то обстоятельство, что спорное имущество было получено ею в дар от матери П – супруги обвиняемого в период доследственной проверки по сообщению о преступлении после инкриминируемых событий, не свидетельствуют о том, что данное имущество было приобретено П и С за счёт незаконной деятельности. Вещественным доказательством, также как и орудием преступления, спорное имущество не является.

Более того, в настоящем деле суд не мотивировал, в силу каких обстоятельств рассмотрел ходатайство следователя о продлении срока наложения ареста на имущество в закрытом судебном заседании без аудио протоколирования, в результате чего судом первой инстанции нарушены принципы гласности и открытости.

Адвокат также отмечает, что арест на имущество, находящееся у других лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, может быть наложен лишь один раз, а впоследствии должен только продлеваться на основании ст. 115.1 УПК РФ при наличии к тому законных оснований.

Кроме того, следственным органам известно, что по исполнению муниципального контракта, по которому инкриминируются ФИО1 преступные действия, на рассмотрении Арбитражного суда Вологодской области находится гражданское дело № А13-14840/2022 по тем же самым основаниям, которые указаны в постановлении о возбуждении уголовного дела. Более того, судом не принято во внимание то обстоятельство, что исковые требования в уголовном деле не заявлены, гражданским истцом никто не признавался, в материалы дела таких сведений не представлено. При этом судом оставлено без внимания то, что арестованного на основании постановления суда от 27 ноября 2025 года имущества обвиняемого ФИО1 достаточно для исполнения приговора в пределах санкции ч. 4 ст. 159 УК РФ. Просит постановление отменить.

В суде апелляционной инстанции адвокат Манойлова Н.Н. апелляционную жалобу поддержала, а прокурор Иванова Ю.М. полагала постановление законным и обоснованным.

Суд апелляционной инстанции, выслушав участников судебного разбирательства, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующим выводам.

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 111 УПК РФ наложение ареста на имущество является мерой процессуального принуждения и применяется в целях обеспечения исполнения приговора. При этом арест, наложенный на имущество, отменяется, в том числе, когда в применении данной меры процессуального принуждения отпадает необходимость (ч. 9 ст. 115 УПК РФ).

В соответствии с ч.ч. 1, 3 ст. 115 УПК РФ для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, указанного в ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, следователь с согласия руководителя следственного органа возбуждает перед судом ходатайство о наложении ареста на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия. Арест может быть наложен и на имущество, находящееся у других лиц, если есть достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого или обвиняемого, либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия преступления.

В силу ч. 1 ст. 115.1 УПК РФ срок ареста, наложенного на имущество лиц, указанных в ч. 3 ст. 115 настоящего Кодекса, может быть продлён в случае, если не отпали основания для его применения.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что ходатайство органов предварительного следствия было заявлено с соблюдением указанных норм уголовно-процессуального закона. При этом, исходя из взаимосвязанных положений ч. 3 ст. 115, ч. 2 ст. 115.1, ч. 7 ст. 208 УПК РФ суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу о возможности продления срока действия указанной меры процессуального принуждения по приостановленному уголовному делу.

Судом первой инстанции при рассмотрении ходатайства следователя вышеуказанные требования закона учтены в полной мере, при этом, принимая решение, суд руководствовался требованиями ст. 165 УПК РФ и действовал в пределах полномочий, предоставленных ч. 2 ст. 29 УПК РФ.

Из правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда РФ от 31 января 2011 года № 1-П, следует, что наложение ареста на имущество в рамках предварительного расследования по уголовному делу является мерой процессуального принуждения, которая может применяться как в публично-правовых целях для обеспечения возможной конфискации имущества, имущественных взысканий в виде процессуальных издержек или штрафа в качестве меры уголовного наказания, а также для сохранности имущества, относящегося к вещественным доказательствам по уголовному делу, так и в целях защиты субъективных гражданских прав лиц, потерпевших от преступления.

При этом из представленных в суд материалов уголовного деда следует, что у органов предварительного расследования сохраняются разумные основания подозревать, что права на арестованное имущество получены в результате инкриминируемого ФИО1 преступления, поскольку данное имущество приобретено непосредственно после инкриминируемого деяния, было зарегистрировано на супругу обвиняемого П, а в дальнейшем подарено его дочери С

Таким образом, принимая решение по данному ходатайству, судья руководствовался требованиями ст.ст. 115, 115.1, 165 УПК РФ и обоснованно пришёл к выводу о наличии оснований для продления срока применения указанной меры процессуального принуждения.

Выводы судьи об этом в обжалуемом постановлении надлежащим образом мотивированы и основаны на материалах, являющихся достаточными для разрешения заявленного ходатайства, подтверждающих законность и обоснованность принятого судом решения. Не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции оснований не имеется, поскольку правовых и фактических оснований для отказа в удовлетворении рассматриваемого ходатайства у судьи не было.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, наложение ареста по уголовному делу на имущество, непосредственно принадлежащее ФИО1, не влияет на законность и обоснованность обжалуемого решения. Срок продления ареста на указанное в постановлении имущество на данном этапе расследования является разумным.

Поскольку в случае отмены обеспечительных мер возникает угроза отчуждения перечисленного выше имущества, что впоследствии может затруднить или сделать невозможным исполнение приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, судья принял правильное решение о продлении срока ареста на указанное выше имущество.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии по уголовному делу заявленного гражданского иска не могут быть приняты во внимание судом апелляционной инстанции, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 44 УПК РФ гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции.

Допущенное судом первой инстанции несоблюдение процедуры принятия решения в связи с рассмотрением ходатайства следователя в закрытом судебном заседании не свидетельствует о существенном нарушении уголовно-процессуального закона, влекущем отмену судебного решения, поскольку судья имел право рассматривать материалы дела в закрытом судебном заседании.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает правовую позицию, изложенную в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 декабря 2012 г. N 35 «Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов», несоблюдение требований о гласности судопроизводства (ст. 241 УПК РФ) в ходе судебного разбирательства свидетельствует о нарушении судом норм процессуального права и является основанием для отмены судебных постановлений, если такое нарушение могло привести к принятию незаконного и (или) необоснованного решения, не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Следовательно, вывод об отмене судебного решения в связи с нарушением судом норм уголовно-процессуального права при несоблюдении требований о гласности судопроизводства следует лишь тогда, когда такое несоблюдение не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, что привело к принятию незаконного либо необоснованного судебного решения.

Вместе с тем из протокола судебного заседания, замечания на который сторонами не подавались, видно, что в судебном заседании участвовали помощник прокурора города Вологды П1, заместитель начальника 2 отдела СЧ СУ УМВД России по Вологодской области К и адвокат, по соглашению представляющая интересы С, Манойлова Н.Н. в материалах дела также имеются сведения о надлежащем извещении самой С о дате, времени и месте рассмотрения ходатайства следователя (л.д. 42, 47).

В этой связи суд апелляционной инстанции считает, что, несмотря на проведение по данному делу закрытого судебного заседания, судья всесторонне, полно и объективно рассмотрел дело, поскольку из протокола судебного заседания следует, что были выслушаны все участники уголовного судопроизводства, судья предоставлял адвокату право задать вопросы следователю, исследованы все представленные материалы дела, после выступления сторон дополнений у них не было, следовательно, сделать вывод о принятии незаконного и необоснованного судебного решения в связи с несоблюдением процедуры судопроизводства не представляется возможным.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что наложение ареста на имущество само по себе не сопряжено с лишением собственника его имущества либо переходом права собственности к другому лицу либо государству.

При этом вопрос о снятии ареста с имущества может быть разрешён как следователем при расследовании уголовного дела, так и судом при рассмотрении уголовного дела по существу, а также в порядке гражданского судопроизводства при предъявлении иска об освобождении имущества от ареста, наложенного по уголовному делу.

Таким образом, при решении вопроса о продлении срока ареста на имущество вышеуказанного лица существенных нарушений уголовно-процессуального закона не установлено, поэтому оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

постановление судьи Вологодского городского суда Вологодской области от 24 февраля 2026 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий С.В. Мищенко