Апелляционное определение № 33А-4779/2026 от 16 марта 2026 г.

УИД: 66RS0009-01-2025-002742-75

Дело № 33а-4779/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 марта 2026 года город Екатеринбург

Судебная коллегия по административным делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Федина К.А.,

судей Курищевой Л.Ю., Антропова И.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Соколенко А.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело № 2а-1774/2025 по административному исковому заявлению ФИО1 к администрации города Нижний Тагил о признании постановления незаконным

по апелляционной жалобе административного истца ФИО1 на решение Ленинского районного суда города Нижний Тагил Свердловской области от 18 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Курищевой Л.Ю., объяснения представителя административного истца ФИО2, представителя административного ответчика ФИО3, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с административным исковым заявлением к администрации города Нижний Тагил (далее – администрация) о признании незаконным постановления от 25 марта 2025 года № 49-ПГ «О внесении изменения в постановление главы города Нижний Тагил Свердловской области от 13 сентября 2002 года № 751 «Об изменении статуса помещений в жилых домах» в части признания утратившим силу пункта 6 постановления главы города Нижний Тагил Свердловской области от 13 сентября 2002 года № 751.

В обоснование административного иска указала, что является собственником квартиры № <№> по адресу: <адрес>. Согласно плана объекта на указанную квартиру из поэтажного плана, составленного БТИ по состоянию на 4 ноября 1992 года и 22 мая 1997 года, к ней примыкает помещение общего пользования – колясочная площадью 18,6 кв. м, которая указана в экспликации общей площади квартиры. Фактически с момента ввода в эксплуатацию жилого дома, 1984 года постройки, помещение колясочной по назначению никогда не использовалось, являясь второй комнатой квартиры № <№>. Конструктивно проектной документацией дома помещение колясочной представляет собой часть жилого помещения – второй комнаты квартиры № <№>. Пунктом 6 постановления главы города Нижний Тагил от 13 сентября 2002 года№ 751 «Об изменении статуса помещений в жилых домах» статус помещения колясочной изменен – из нежилого на жилое помещение, которое передано ФИО1 с целью использования в качестве жилого. С 2003 года на основании данного постановления административный истец пользовалась жилым помещением (бывшей колясочной площадью 18.6 кв. м) по договору аренды жилого помещения. В дальнейшем, в связи с изменением жилищного законодательства административный истец арендовал спорное помещение в качестве части общего имущества собственников помещений многоквартирного дома. ООО «Проектно-геодезическая компания» по заявлению истца был составлен план перепланировки квартиры, который согласован с Управлением архитектуры и градостроительства Администрации города Нижний Тагил за № 27 от 20 января 2016 года. При проектировании и согласовании перепланировки был представлен протокол внеочередного общего собрания собственников жилых помещений многоквартирного дома о согласии на реконструкцию (переводу нежилого помещения в жилое). В письме от 2 апреля 2025 года администрация сообщила, что вынесено оспариваемое постановление о признании утратившим силу пункта 6 постановления от 13 сентября 2002 года № 751, а все заключенные договоры аренды (найма) на помещение колясочной признаны недействительными (ничтожными) с момента их заключения. Считает оспариваемое постановление произвольным и нарушающим ее права.

Решением Ленинского районного суда города Нижний Тагил Свердловской области от 18 сентября 2025 года административное исковое заявление ФИО1 оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с данным решением суда, административный истец ФИО1 подала на него апелляционную жалобу, в которой, повторяя доводы, изложенные в административном иске, просила решение суда первой инстанции отменить, принять новое решение об удовлетворении заявленных требований. Дополнительно автор жалобы отмечает, что оспариваемое постановление принято произвольно, без учета положений статьи 23 Жилищного кодекса Российской Федерации, поскольку администрация в настоящее время не является собственником спорного имущества. При этом, колясочная не состояла и не состоит на государственном кадастровом учете в качестве нежилого помещения, фактически представляет собой часть жилого помещения. Кроме того, суд не учел то обстоятельство, что проектная документация на указанное помещение уже была утверждена Управлением архитектуры и градостроительства Администрации города, а оспариваемое постановление нарушает права административного истца на государственную регистрацию спорного помещения и дальнейшего оформления прав.

В письменных возражениях администрация просит решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу административного истца без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель административного истца ФИО2 поддержала доводы апелляционной жалобы.

Представитель административного ответчика администрации ФИО3 в судебном заседании судебной коллегии просила оставить без изменения решение суда первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились, о его времени и месте извещены заблаговременно надлежащим образом заказной почтой и телефонограммой, а также посредством размещения информации на официальном Интернет-сайте Свердловского областного суда.

Поскольку в материалах дела имеются доказательства заблаговременного извещения участников процесса о времени и месте его рассмотрения судом апелляционной инстанции, судебная коллегия, руководствуясь статьями 96, 150, частью 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, рассмотрела апелляционную жалобу при имеющейся явке.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, изучив материалы административного дела, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 10 Жилищного кодекса Российской Федерации, жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, на основании договора о передаче квартиры в собственность граждан от 11 августа 1993 года городская администрация города Нижнего Тагила передала в собственность ( / / )5 квартиру, состоящую из 1 комнаты, площадью 29.60 кв. м, по адресу: <адрес> (л.д. 26-27 том 2).

Наследником указанного имущества (квартиры) является ФИО1, о чем нотариусом 12 марта 1997 года выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию (л.д. 23 том 1).

5 июня 2024 года право собственности на данную квартиру с кадастровым номером <№>, площадью 29,6 кв.м, зарегистрировано в ЕГРН за административным истцом (л.д. 77-79 том 1).

Указанная квартира № <№> расположена на первом этаже в пятиэтажном жилом доме, 1984 года постройки (л.д. 132-167 том 1).

Согласно технического паспорта на указанный жилой <адрес> государственного общественного жилищного фонда, составленный БТИ по состоянию на 4 ноября 1992 года, дом состоял из 110 квартир. Как следует из экспликации к плану жилого дома, квартира № <№> состояла из жилой комнаты и вспомогательных помещений, общая площадь квартиры 29,6 кв. м (л.д. 146 том 1), также отдельно в жилом доме указано помещение колясочной, площадью 18,6 кв. м (л.д. 160 том 1).

Согласно плана объекта на квартиру № <№> из поэтажного плана строения по адресу: <адрес>, составленного БТИ по результатам обследования по состоянию на 22 мая 1997 года, указанная квартира состоит из одной жилой комнаты и вспомогательных помещений, общей площадью 29.6 кв. м, а также в составе объекта на квартиру указано помещение колясочной площадью 18,6 кв. м (л.д. 24 том 1).

Постановлением главы города Нижний Тагил Свердловской области от 13 сентября 2002 года № 751 «Об изменении статуса помещений в жилых домах» принято решение: в связи с неиспользованием нежилого помещения колясочной по <адрес>, а также учитывая просьбу квартиросъемщика квартиры № <№><адрес> ФИО1 о передаче ей этого помещения, изменить статус помещения колясочной площадью 18,6 кв. м по <адрес> с целью использования в качестве жилого. Считать квартиру по адресу: <адрес> двухкомнатной (пункт 6 постановления) (л.д. 95-98 том 1).

В пункте 7 этого постановления указано, что Управлению по жилищной политике администрации города оформить правоустанавливающие документы.

Указанным жилым помещением, площадью 18,6 кв. м, ФИО1 пользовалась на основании договоров аренды (найма), заключенных с 2003 года по 2016 годы.

Так, по договору аренды от 9 сентября 2003 года муниципальное образование «город Нижний Тагил» предоставило ФИО1, ( / / )6 жилое помещение, во временное пользование сроком на 2003-2004 годы жилое помещение, состоящее из комнаты жилой площадью 18,6 кв. м в двухкомнатной квартире № <№> по адресу: <адрес>. Действие договора пролонгировано по 6 сентября 2005 года (л.д. 46-49 том 1).

На основании договора найма от 2 июня 2006 года администрация муниципального образования «город Нижний Тагил» (наймодатель) предоставила ФИО1 (наниматель) во временное пользование сроком с 2 июня 2006 года по 31 мая 2007 года комнату, жилой площадью 18,6 кв. м, в двухкомнатной квартире № <№> по адресу: <адрес>. В пункте 1.2 договора указано, что жилое помещение принадлежит наймодателю на праве собственности на основании постановления главы города № 398 от 2 ноября 1992 года (л.д. 50-51 том 1).

На основании договоров аренды от 1 октября 2009 года, от 1 сентября 2012 года, от 2 сентября 2014 года, заключенных между ООО «Управляющая компания «Химэнерго» (арендодатель) и ФИО1 (арендатор), арендатору предоставлено нежилое помещение многоквартирного дома, общей площадью 18,6 кв. м, на основании согласия собственников помещений многоквартирного дома (протокол общего собрания собственников помещений многоквартирного дома № 2 от 1 октября 2009 года), на срок до 1 сентября 2016 года (л.д. 52-55 том 1).

ООО «Проектно-геодезическая компания» по заказу ФИО1 подготовлен план перепланировки квартиры № <№> по адресу <адрес>, согласно которому помещение колясочной, площадью 18,6 кв. м, включено в состав квартиры в качестве второй жилой комнаты, общая площадь квартиры составила 50,4 кв. м (л.д. 25-33 том 1).

Для согласования перепланировки ФИО1 в администрацию представлены: указанный проект перепланировки ООО «Проектно-геодезическая компания», протокол внеочередного заочной формы общего собрания собственников жилых помещений в многоквартирной доме по адресу: <адрес>, в котором нижеподписавшиеся 109 человек (за исключением квартиры 4) не возражали против реконструкции (перевода нежилого помещения в жилое помещение) нежилого помещения (колясочная) многоквартирного дома № <№> в городе Нижнем Тагиле по <адрес>, общей площадью 18,6 кв. м, этаж № 1 (л.д. 52-59 том 2).

Указанная перепланировка квартиры согласована Управлением архитектуры и градостроительства администрации города Нижний Тагил 20 января 2016 года № 27 (л.д. 31 том 1, 40-59 том 2).

Из технического паспорта жилого помещения (квартиры) <№> по адресу: <адрес>, составленного БТИ по состоянию на <дата>, следует, что квартира, общей площадью 50,1 кв. м, состоит из двух жилых комнат: 12 кв. м и 18,6 кв. м (л.д. 130-133 том 2).

Оспариваемым постановлением главы города Нижний Тагил от 25 марта 2025 года № 49-ПГ «О внесении изменения в постановление главы города Нижний Тагил Свердловской области от 13 сентября 2002 года № 751 «Об изменении статуса помещений в жилых домах» признан утратившим силу вышеупомянутый пункт 6 постановления главы города Нижний Тагил Свердловской области от 13 сентября 2002 года № 751 «Об изменении статуса помещения в жилых домах» (л.д. 99 том 1).

Разрешая административные исковые требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемое постановление принято уполномоченных органом в пределах представленной компетенции в порядке самоконтроля принятого ранее решения в соответствии с законом, нарушения прав административного истца отсутствуют.

Судебная коллегия не может согласиться с такими выводами суда первой инстанции ввиду следующего.

Согласно части 4 статьи 7 Федерального закона от 6 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 131-ФЗ в редакции, действующей в период спорных правоотношений) муниципальные правовые акты не должны противоречить Конституции Российской Федерации, федеральным конституционным законам, настоящему Федеральному закону, другим федеральным законам и иным нормативным правовым актам Российской Федерации, а также конституциям (уставам), законам, иным нормативным правовым актам субъектов Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 48 Федерального закона № 131-ФЗ муниципальные правовые акты могут быть отменены или их действие может быть приостановлено органами местного самоуправления или должностными лицами местного самоуправления, принявшими (издавшими) соответствующий муниципальный правовой акт, в случае упразднения таких органов или соответствующих должностей либо изменения перечня полномочий указанных органов или должностных лиц - органами местного самоуправления или должностными лицами местного самоуправления, к полномочиям которых на момент отмены или приостановления действия муниципального правового акта отнесено принятие (издание) соответствующего муниципального правового акта, а также судом; а в части, регулирующей осуществление органами местного самоуправления отдельных государственных полномочий, переданных им федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации, - уполномоченным органом государственной власти Российской Федерации (уполномоченным органом государственной власти субъекта Российской Федерации).

Таким образом, орган местного самоуправления вправе в порядке самоконтроля отменить (изменить) ранее принятый им ненормативный правовой акт в случае выявления его противоречия закону, если при этом не нарушаются законные права граждан и организаций. Реализация органами местного самоуправления предоставленных законом полномочий не может ставиться в зависимость исключительно от усмотрения данных органов, которые обязаны доказать наличие оснований для отмены (изменения) принятого ранее постановления в силу указанной нормы и требований части 2 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 26 мая 2011 года № 739-О-О указал, что положение части 1 статьи 48 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», регулирующее порядок отмены муниципальных правовых актов и приостановления их действия, основывающееся на необходимости контроля за соблюдением действующего законодательства, направлено на регламентацию деятельности и реализацию гарантий самостоятельности органов местного самоуправления, закрепленной в статье 12 Конституции Российской Федерации, и само по себе не может рассматриваться как нарушающее конституционные права граждан. При этом оно не исключает возможности судебного контроля принимаемых органами местного самоуправления решений, а сами решения об отмене или приостановлении действия ранее изданных муниципальных правовых актов не могут носить произвольный характер, должны быть законными и обоснованными.

В данном случае оспариваемым постановлением органа местного самоуправления от 25 марта 2025 года ранее принятое решение от 13 сентября 2002 года об изменении статуса помещения колясочной, площадью 18,6 кв. м, по <адрес>, из нежилого в жилое с целью его использования в качестве второй комнаты квартиры № <№> отменено.

Вместе с тем, в оспариваемом постановлении от 25 марта 2025 года не указаны основания отмены пункта 6 постановления от 13 сентября 2002 года № 751 об изменении статуса помещения, каким нормативным правовым отменяемое постановление противоречит, то есть постановление является немотивированным и необоснованным.

В период принятия решения от 13 сентября 2002 года № 751 действовал Жилищный кодекс РСФСР.

В соответствии со статьей 4 Жилищного кодекса РСФСР находящиеся на территории РСФСР жилые дома, а также жилые помещения в других строениях образуют жилищный фонд.

Согласно статье 5 Жилищного кодекса РСФСР жилищный фонд включает: 1) жилые дома и жилые помещения в других строениях, принадлежащие государству (государственный жилищный фонд); 2) жилые дома и жилые помещения в других строениях, принадлежащие колхозам и другим кооперативным организациям, их объединениям, профсоюзным и иным общественным организациям (общественный жилищный фонд); 3) жилые дома, принадлежащие жилищно-строительным кооперативам (фонд жилищно-строительных кооперативов); 4) жилые дома и квартиры, находящиеся в личной собственности граждан (индивидуальный жилищный фонд).

Жилищным законодательством РСФСР процедура перевода нежилых помещений в жилые не регламентирована, а перевод жилых помещений в нежилые осуществлялся по решению исполнительного комитета краевого, областного Совета народных депутатов РСФСР, в отношении жилых помещений государственного и общественного жилищного фонда в нежилые - по предложениям соответствующих министерств, государственных комитетов, ведомств и центральных органов общественных организаций (статья 9 Жилищного кодекса РСФСР, статья 6 Основ жилищного законодательства Союза ССР и Союзных Республик).

Действующим в настоящее время Жилищным кодексом Российской Федерации установлено, что перевод нежилого помещения в жилое осуществляется его собственником (статья 23 данного Кодекса).

В материалы дела не представлено доказательств, что спорное помещение, площадью 18,6 кв. м, в жилом доме по <адрес>, на дату принятия решения от 13 сентября 2002 года не относилось к государственному общественному жилищному фонду, а также, что орган местного самоуправления не мог принимать по нему решение об изменении статуса в качестве жилого.

Кроме того, из самого постановления от 13 сентября 2002 года № 751 не усматривается, что оно противоречит действующему в тот период законодательству, указанное постановление органа местного самоуправления незаконным не признано.

Согласно разъяснениям пункта 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 год № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» при этом суд не вправе признать обоснованным оспариваемое решение, действие, бездействие со ссылкой на обстоятельства, не являвшиеся предметом рассмотрения соответствующего органа, организации, лица, изменяя таким образом основания принятого решения, совершенного действия, имевшего место бездействия.

Например, при недоказанности обстоятельств, указанных в оспариваемом решении органа государственной власти и послуживших основанием для его принятия, суд не вправе отказать в признании такого решения незаконным, ссылаясь на наличие установленных им иных оснований (обстоятельств) для принятия подобного решения.

В силу требования части 2 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации орган местного самоуправления должен доказать, что отмененный (измененный) им ненормативный правовой акт не соответствовал нормам действующего законодательства, а отменяющий (изменяющий) акт органа местного самоуправления должен соответствовать закону и не нарушать законных прав и интересов граждан и организаций, произвольно ограничивая их субъективные права.

Однако в нарушение положений Федерального закона № 131-ФЗ административным ответчиком в оспариваемом постановлении не указаны правовые нормы, которым не соответствует отмененное постановление.

Судебная коллегия считает ошибочными выводы суда первой инстанции об отсутствии нарушений прав административного истца оспариваемым постановлением.

Так, материалами дела подтверждено, что ФИО1 с 2002 года пользуется спорным помещением в качестве жилого на основании постановления от 13 сентября 2002 года № 751, договоров аренды, согласованной администрацией перепланировки помещения.

Судебная коллегия соглашается с доводами административного истца, что в данном случае отмена ранее вынесенного постановления по истечении более 20 лет в порядке самоконтроля носит произвольный характер и нарушает права ФИО1, которая непрерывно длительное время пользовалась этим помещением в качестве жилого и добросовестно полагалась на законные действия органа государственной власти.

Исходя из вышеустановленных обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу, что оспариваемое постановление от 25 марта 2025 года № 49-ПГ носит произвольный характер, является немотивированным и необоснованным, а потому не может быть признано законным.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции на основании положений пункта 3 части 2 статьи 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации подлежит отмене, с вынесением по административному делу нового решения об удовлетворении административного искового заявления.

Руководствуясь статьями 308 - 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда города Нижний Тагил Свердловской области от 18 сентября 2025 года отменить.

Принять по административному делу новое решение, которым административное исковое заявление ФИО1 удовлетворить.

Признать незаконным постановление главы города Нижний Тагил от 25 марта 2025 года № 49-ПГ «О внесении изменения в постановление главы города Нижний Тагил Свердловской области от 13 сентября 2002 года № 751 «Об изменении статуса помещений в жилых домах».

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течении шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

К.А. Федин

Л.Ю. Курищева

И.В. Антропов