Решение № 2-492/2020 2-492/2020~М-316/2020 М-316/2020 от 2 сентября 2020 г. по делу № 2-492/2020

Гражданское дело №2-492/2020

УИД 52RS0038-01-2020-00569-89


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 сентября 2020 года г. Лукоянов

Лукояновский районный суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Пузановой П.Ф.,

при секретаре Горяевой Т.Н.,

с участием: истца ФИО1, представителя ответчиков ФКУ ИК-20 ГУФСИН России по Нижегородской области, ФСИН России ФИО2, действующей на основании соответствующих доверенностей,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Нижегородской области», Федеральной службе исполнения наказаний Р., Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в сумме 50000 рублей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Лукояновский районный суд Нижегородской области с исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Нижегородской области», Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда в сумме 50000 рублей.

В обоснование иска ФИО1 указал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он содержался в ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области, где условия содержания вызывали у него чувства унижения, страдания, страха, тревоги и собственной неполноценности. В отряде №, где он находился, не соблюдались требования закона о минимальной жилой площади на одного осужденного, установленные ч.1 ст. 99 УИК РФ. Тем самым ему был причинен моральный вред, который он оценивает в 50000 рублей.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в качестве соответчика по делу был привлечен ФСИН Р..

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, указывая, что в связи с нарушением закона и не соблюдением требований о минимальной норме жилой площади на одного осужденного, при нахождении его в отряде № ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области, он претерпевал моральные страдания. Иных нарушений условий содержания в отряде №, причинявших ему моральный вред, не было.

Представитель ответчиков ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области, ФСИН Р. К. И.А., действующая на основании соответствующих доверенностей № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала, в удовлетворении иска просила отказать в полном объеме, указывая, что в отряде № ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области, где содержался осужденный ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, имеются две жилые секции площадью 74 кв. метров и 71,1 кв. метров. В период отбывания наказания осужденного ФИО1 в отряде №, численность спецконтингента составляла: ноябрь -89 человек, декабрь – 92 человека, январь – 92 человека, февраль – 95 человек, март -93 человека, апрель – 96 человек. Состояние здоровья ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время не ухудшилось. Факт причинения истцу нравственный и физических страданий ничем не подтвержден, в связи с чем, основания для взыскания компенсации морального вреда отсутствуют.

Представитель ответчика – Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, о месте, дате и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом. ДД.ММ.ГГГГ от представителя ФИО4 М.Д. ФИО3, действующего на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, поступило ходатайство о проведении судебного заседания в отсутствие представителя ФИО4.

ДД.ММ.ГГГГ от представителя Министерства финансов Российской Федерации ФИО5, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, поступило возражение на исковое заявление, в котором указано, что доказательств причинения ФИО1 морального вреда, и обосновывающих его размер, не имеется. При нахождении судом оснований для удовлетворения требований, взыскание должно быть произведено с главного распорядителя бюджетных средств - ФСИН Р.. Минфин Р. является ненадлежащим ответчиком по данному делу. Считает исковые требования ФИО1 к ФИО4 незаконными и не подлежащими удовлетворению. В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4 просит отказать в полном объеме.

Выслушав в судебном заседании объяснения истца ФИО1, представителя ответчиков ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области, ФСИН Р. К. И.А., исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, установив юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 150 ГК РФ – жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, - если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно Постановлению Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (с изм.), под моральным вредом понимается нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с ч. 2 ст. 10 УИК РФ при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу ст. 13 указанной Конвенции каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Согласно ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина, согласно ст. 18 Конституции РФ, являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

В соответствии с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ» (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ), суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращения признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст, состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на личную безопасность и охрану здоровья (в частности, статьи 20, 21, 41 Конституции Российской Федерации, пункты 2, 9 статьи 17, статьи 19, 24 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений"); право на доступ к правосудию (статья 46 Конституции Российской Федерации); право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статья 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения").

Согласно п.4 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих (далее - органы или учреждения, должностные лица) нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статья 99 УИК РФ).

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности.

Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными (принятыми на первом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ) предусмотрено, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, кубатуру этих помещений, их минимальную площадь, освещение, отопление и вентиляцию (п.10 Правил).

Статья 13 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлено, что учреждения, исполняющие наказания, обязаны обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства РФ, создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территории, обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 отбывал наказание виде лишения свободы в ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отряде №, что следует из справок ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ.

По утверждению истца в отряде №, где он находился, не соблюдались требования закона о минимальной жилой площади на одного осужденного, установленные ч.1 ст. 99 УИК РФ.

Согласно ч.1 ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных учреждениях не может быть менее двух квадратных метров.

Согласно справке ФКУ ИК – 20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ в отряде № ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области, где содержался осужденный ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, имелись две жилые секции площадью 74 кв. метров и 71,1 кв. метров. В период отбывания наказания осужденного ФИО1 в отряде №, численность спецконтингента составляла: ноябрь -89 человек, декабрь – 92 человека, январь – 92 человека, февраль – 95 человек, март -93 человека, апрель – 96 человек.

Таким образом, жилая площадь отряда №, в период отбывания в нем наказания ФИО1, составляла 145,1 кв. метров (74 кв. м. +71,1 кв. метров = 145,1 кв. метров).

Учитывая количество осужденных в отряде №, отбывающих наказание вместе с ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, норма жилой площади на одного осужденного составляла: ноябрь 2011 года – 1,63 кв. метров, декабрь 2011 года – 1,58 кв. метров, январь 2012 года– 1,58 кв. метров, февраль 2012 года– 1,53 кв. метров, март 2012 года -1,56 кв. метров, апрель 2012 года – 1,51 кв. метров.

Таким образом, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в отряде № ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области была менее двух квадратных метров, что является нарушением ч.1 ст. 99 УИК РФ и п. 10 Минимальных стандартных правила обращения с заключенными, принятыми на первом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

Факт не соблюдения требования закона о минимальной жилой площади на одного осужденного в отряде № ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подтверждается также ответом заместителя прокурора Нижегородской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях №ж-2020 от ДД.ММ.ГГГГ, представлением Нижегородского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому в отряде № на 94 осужденных приходится 145,1 кв. метров, то есть, 1,54 кв. метров на человека.

Об иных нарушениях условий отбывания наказания в ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 не заявлено, и судом не установлено.

На основании изложенного, судом достоверно установлено, что условия содержания истца ФИО1 в отряде № ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не отвечали требованиям норм международного права, федеральным законам Российской Федерации, а именно, норма жилой площади на одного осужденного составляла менее установленной.

В судом также учитывается, что в п. 79 Постановления ЕСПЧ от ДД.ММ.ГГГГ «Дело Семихвостов (Semikhvostov) протии Российской Федерации» указано, что Европейский Суд напоминает, что в ряде дел недостаток личного пространства, предоставляемого подсудимым в следственных изоляторах Российской Федерации, был столь значительным, что сам по себе служил основанием для принятия решения о нарушении статьи 3 Конвенции. В таких делах заявителям обычно предоставлялось менее 3,5 кв. м санитарной площади (см. среди прочих примеров Постановление Европейского Суда по делу "Линд против Российской Федерации" (Lind v. Russia) от ДД.ММ.ГГГГ, жалоба N 25664/05, § 59). В то же время Европейский Суд всегда избегал принятия окончательного решения относительно того, какой именно размер санитарной площади должен предоставляться заключенному, чтобы соответствовать требованиям Конвенции, принимая во внимание, что многие факторы, такие как продолжительность содержания под стражей, возможность активно проводить время на открытом воздухе, физическое и психологическое состояние заключенного и иные условия, играют важную роль при принятии решения о том, соответствовали ли условия содержания под стражей требованиям статьи 3 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "ФИО6 против Российской Федерации" (Trepashkin v. Russia) от ДД.ММ.ГГГГ, жалоба N 36898/03, § 92). Оценивая учреждения, в которых содержатся лица под стражей во исполнение приговора суда, такие как исправительные колонии в Российской Федерации, Европейский Суд полагал, что санитарную площадь следует рассматривать в контексте применяемого режима, предоставляющего заключенным исправительных колоний возможность пользоваться более широкой свободой передвижения в дневное время, чем заключенным других типов пенитенциарных учреждений, и, как следствие, беспрепятственным доступом к естественному свету и свежему воздуху. В ряде случаев Европейский Суд установил, что предоставляемая заключенным в колонии свобода перемещения и беспрепятственный доступ к естественному свету и воздуху являлись достаточной компенсацией за недостаток личного пространства, приходившегося на каждого заключенного (см. среди прочих примеров Постановление Европейского Суда по делу "Валашинас против Литвы" (Valasinas v. Lithuania) от ДД.ММ.ГГГГ, жалоба N 44558/98, §§ 103 и 107, Решение Европейского Суда по делу "ФИО7 против Российской Федерации" (Nurmagomedov v. Russia) от ДД.ММ.ГГГГ, жалоба N 30138/02, и Решение Европейского Суда по делу "ФИО8 против Российской Федерации" (Shkurenko v. Russia) от ДД.ММ.ГГГГ, жалоба N 15010/04).

Как указывалось выше, жилая площадь, приходящаяся на одного осужденного, в спорный период была менее установленной государством нормы площади, равной 2 кв. метрам на одного осужденного мужчину (часть первая статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Площадь на одного осужденного (1,51 кв. м. – 1,63 кв.м.) рассматривается судом в контексте обширной свободы передвижения истца с утра до вечера. Истцом не утверждалось, что в комнате общежития отсутствовало естественное освещение или что в нее не проникал свежий воздух. Согласно справке ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ, в жилой секции № имеется четыре окна размером 165х190 см., имеющие двойное остекление. В жилой секции № имеется четыре окна размером 165х190 см., имеющие двойное остекление. Вентиляция представлена вытяжными каналами, обеспечивающими приток и вытяжку воздуха с естественным побуждением, также для проветривания помещений в оконных проемах установлены форточки в соответствии с требованиями СП17-02, которые позволяют обеспечивать приточно-вытяжную вентиляцию помещений в соответствии с требованиями СанПиН 2.ДД.ММ.ГГГГ-10 гл. IV п. 4.7. Вместе с тем, ответчиком не были предоставлены никакие доказательства, которые бы свидетельствовали о том, что свобода передвижения ФИО1 предоставляла ему возможность доступа к естественному свету и свежему воздуху, компенсируя относительно малые размеры комнаты заявителя и недостаточность площади, приходящейся на одного осужденного., а также, например, не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что при отбытии наказания в отряде № ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области, было нарушено право ФИО1 на надлежащее обеспечение жилищно-бытовых условий при отбывании им наказания в виде лишения свободы, в результате чего ФИО1 испытывал нравственные и физические страдания, которые выражались в нахождении в помещении не отвечающим требованиям закона, а именно, переполненность жилого помещения, что объективно свидетельствует о наличии правовых оснований для компенсации истцу морального вреда.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физический и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда, судом учитывается также период нахождения истца в ненадлежащих условиях отбывания наказания в отряде № ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области, который составляет 5 месяцев 14 дней.

С учетом всех обстоятельств дела, суд считает размер компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей не разумной и не справедливой.

С учетом требований разумности и справедливости, суд считает разумной, законной и справедливой компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей.

В соответствии со ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Статьей 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации или казны субъекта Российской Федерации.

По этим же правилам возмещается причиненный моральный вред - физические и нравственные страдания.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с ГК РФ или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно ст. 9 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», финансовое обеспечение функционирования уголовно – исполнительной системы, прав, социальных гарантий ее сотрудникам в соответствии с настоящим Законом и федеральными законами является расходным обязательством Российской Федерации.

Согласно п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета РФ, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде от имении Российской Федерации, субъекта РФ, муниципального образования в качестве представителя по искам к Российской Федерации, субъекту РФ, муниципального образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 459-ФЗ «О федеральном бюджете на 2019 год и на плановый период 2020 -2021 годов» утверждена ведомственная структура расходов федерального бюджета на плановый период 2020 и 2021 годов главным распорядителем указана ФСИН Р.

Таким образом, в соответствии с п.3 ст. 125, ст. 1071 ГК РФ, пп.1 п. 3 ст. 158 БК РФ взыскание может производиться только с главного распорядителя средств федерального бюджета – с Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Р..

ФКУ ИК – 20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области, Министерство финансов Российской Федерации не являются лицами, с которых подлежит возмещению моральный вред, причиненный в связи с ненадлежащими условиями содержания осужденного ФИО1 в отряде № ФКУ ИК-20 ГУФСИН Р. по Нижегородской области, то есть являются ненадлежащими ответчиками по данному делу.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований истца.

В соответствии с подпунктом 19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины освобождаются государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, в качестве истцов или ответчиков.

ФСИН Р. является федеральным органом исполнительной власти, с которой государственная пошлина взысканию не подлежит.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Нижегородской области», Федеральной службе исполнения наказаний Р., Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в сумме 50000 рублей удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Р. в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3000 (три тысячи) рублей.

В остальной части исковых требований ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний Р. отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Нижегородской области», Министерству финансов Российской Федерации отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Лукояновский районный суд.

П.П. Судья – П.Ф. Пузанова

Копия верна: Судья – П.Ф. Пузанова

Решение в окончательной форме принято 04 сентября 2020 года.