Решение № 3А-397/2025 3А-397/2025~М-284/2025 М-284/2025 от 5 августа 2025 г. по делу № 3А-397/2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Екатеринбург Дело № 66OS0000-01-2025-000391-64

23 июля 2025 года Производство № 3а-397/2025

Мотивированное решение составлено 6 августа 2025 года

Свердловский областной суд в составе судьи Рудакова М. С.,

при ведении протокола секретарем Романычевой О. В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации и Министерству внутренних дел Российской Федерации о присуждении компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок,

заинтересованные лица: Межмуниципальный отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации «Заречный», Главное управление Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области,

при участии в судебном заседании ФИО1, представителя Минфина России – ФИО2, представителя МВД России и МО МВД России «Заречный» – ФИО3,

У С Т А Н О В И Л :

вступившим в законную силу 8 декабря 2020 года решением Заречного районного суда Свердловской области (далее – районный суд) от 7 октября 2020 года по делу № 66RS0061-01-2020-000589-12, производству по которому был присвоен номер 2а-418/2020 (далее соответственно – решение от 7 октября 2020 года, дело № 2а-418/2020), был удовлетворен административный иск ФИО1 об оспаривании бездействия МО МВД России «Заречный» (далее – Отдел), выразившегося в невозвращении подлинников медицинских документов. Одновременно решением от 7 октября 2022 года на Отдел возложена обязанность возвратить ФИО1 документы, изъятые у него для производства экспертизы, а именно: подлинник медицинской карты пациента ФИО1, получающего помощь в амбулаторных условиях, подлинник выписки из медицинской карты амбулаторного, стационарного больного ФИО1 от 3 октября 2017 года, подлинники рентгеновских снимков черепа ФИО1 от 3 октября 2017 года в количестве трех штук, а также подлинник расшифровки указанных рентгеновских снимков.

На основании выданного по делу № 2а-418/2020 исполнительного листа, предъявленного ФИО1 к исполнению в Белоярское РОСП ГУФССП России по Свердловской области 14 июля 2021 года, постановлением судебного пристава-исполнителя названного подразделения от 23 июля 2021 года в отношении Отдела было возбуждено исполнительное производство № 49790/21/66019-ИП (далее – исполнительное производство).

Решениями Свердловского областного суда от 27 сентября 2022 года, от 24 октября 2023 года и от 15 октября 2024 года, производствам по которым были присвоены номера 3а-817/2022, 3а-876/2023 и 3а-903/2024 соответственно, ФИО1 была присуждена компенсация за нарушение права на исполнение решения от 7 октября 2020 года в разумный срок в общей сумме 30 000 руб. за период с 14 июля 2021 года по 15 октября 2024 года.

Определением Белоярского районного суда Свердловской области от 30 апреля 2025 года по делу № 2а-418/2020 по заявлению Отдела исполнительное производство прекращено по основанию утраты возможности исполнения исполнительного листа, выданного на принудительное исполнение решения от 7 октября 2020 года.

Указанное определение не было обжаловано, в связи с чем вступило в законную силу 28 мая 2025 года (предложение второе части 2 статьи 92, часть 1 статьи 314, часть 4 статьи 359 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Ссылаясь на длительный период исполнение решения от 7 октября 2020 года, существенную значимость исполнения данного судебного акта и на прекращение исполнительного производства, ФИО1 10 июня 2025 года обратился в Свердловский областной суд (далее также – суд) с новым административным иском о присуждении ему компенсации в размере 50 000 руб. за нарушение права на исполнение названного судебного акта в разумный срок за период, истекший после 15 октября 2024 года.

В ходе рассмотрения административного дела Минфин России, МВД России и Отдел представили письменные возражения против удовлетворения требований ФИО1, мотивированные чрезмерностью предъявленной к присуждению компенсации, неисполнением решения от 7 октября 2020 года по причинам, независящим от Отдела, а также допущенным со стороны ФИО1 злоупотреблением правом, выразившимся в требовании исполнения указанного судебного акта при наличии возможности получения необходимых медицинских документов в медицинской организации.

В судебном разбирательстве по делу приняли участие ФИО1, представители Минфина России, МВД России и Отдела.

ФИО1 поддержал заявленные требования, уточнил, что просит присудить ему компенсацию за период с 16 октября 2024 года по 23 июля 2024 года, полагал, что поскольку продолжительность исполнения решения от 7 октября 2020 года начала свое исчисления с момент предъявления исполнительного листа по делу № 2а-418/2020 в службу судебных приставов, постольку и окончание исчисления такой продолжительности не может наступить ранее вынесения постановления об окончании исполнительного производства судебным приставом-исполнителем.

Представители Минфина России, МВД России и Отдела поддержали возражения против административного иска ФИО1, изложенные в письменной форме.

ГУФССП России по Свердловской области, должным образом извещенное о времени и месте рассмотрения дела явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило.

На основании статей 96, 150 и 258 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее также – КАС РФ) дело рассмотрено судом в отсутствие указанного заинтересованного лица.

Заслушав участников судебного заседания, исследовав и оценив в совокупности установленные фактические обстоятельства и собранные по административному делу доказательства, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 250 КАС РФ лицо, полагающее, что государственным органом, органом местного самоуправления, иным органом, организацией, должностным лицом нарушено его право на судопроизводство в разумный срок, включая досудебное производство по уголовному делу и применение меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество, или право на исполнение судебного акта в разумный срок, может обратиться в суд с административным исковым заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок (далее также – административное исковое заявление о присуждении компенсации).

Согласно части 4 статьи 250 КАС РФ административное исковое заявление о присуждении компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок может быть подано в суд в период исполнения судебного акта, но не ранее чем через шесть месяцев со дня истечения срока, установленного федеральным законом для исполнения судебного акта, и не позднее чем через шесть месяцев со дня окончания производства по исполнению судебного акта.

Из части 3 статьи 258 КАС РФ следует то, что при рассмотрении административного искового заявления о присуждении компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок суд устанавливает факт нарушения права административного истца на исполнение судебного акта в разумный срок исходя из доводов, изложенных в административном исковом заявлении, содержания принятых по делу судебных актов, из материалов дела и с учетом таких обстоятельств как поведение участников судебного процесса, достаточность и эффективность осуществляемых в целях своевременного исполнения судебного акта действий органов, организаций или должностных лиц, на которых возложены обязанности по исполнению судебных актов, а также с учетом общей продолжительности неисполнения судебного акта.

Положения главы 26 КАС РФ, регламентирующие особенности производства по административным делам о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, корреспондируют положениям Федерального закона от 30 апреля 2010 года № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее – Закон о компенсации).

Так, частью 1 статьи 1 Закона о компенсации гражданину Российской Федерации, являющемуся взыскателем, наряду с иными поименованными названной частью лицами при нарушении его права на исполнение в разумный срок судебного акта, предусматривающего обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, либо судебного акта, возлагающего на федеральные органы государственной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные органы и организации, наделенные отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих обязанность исполнить иные требования имущественного характера и (или) требования неимущественного характера, предоставлено полномочие на обращение в суд с заявлением о присуждении компенсации за такое нарушение.

Из части 2 статьи 1 Закона о компенсации следует то, что компенсация за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок присуждается в случае, если такое нарушение имело место по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с заявлением о присуждении компенсации, за исключением чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (непреодолимой силы). При этом нарушение установленных законодательством Российской Федерации сроков исполнения судебного акта само по себе не означает нарушения права на исполнение судебного акта в разумный срок.

Кроме того, в части 3 статьи 1 Закона о компенсации установлено то, что присуждение компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок не зависит от наличия либо отсутствия вины органов, на которые возложены обязанности по исполнению судебных актов, иных государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц.

Размер компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок определяется судом исходя из требований заявителя, обстоятельств дела, по которому было допущено нарушение, продолжительности нарушения и значимости его последствий для заявителя, а также с учетом принципов разумности и справедливости (часть 2 статьи 2 Закона о компенсации).

В силу пункта 5 части 9 статьи 3 Закона о компенсации при рассмотрении судом заявления о присуждении компенсации за нарушение права на исполнение в разумный срок судебного акта, возлагающего на федеральные органы государственной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные органы и организации, наделенные отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих обязанность исполнить иные требования имущественного характера и (или) требования неимущественного характера, интересы Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования представляют соответствующий финансовый орган и главный распорядитель средств соответствующего бюджета.

Под главным распорядителем средств федерального бюджета, по смыслу указанной нормы Закона о компенсации, понимается главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности органа, организации, должностного лица, чьи действия (бездействие) повлекли нарушение права заявителя на судопроизводство в разумный срок или на исполнение судебного акта в разумный срок (абзац пятый пункта 35 Постановления № 11).

Согласно подпункту 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 года № 699, функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета осуществляет Министерство внутренних дел Российской Федерации.

Компенсация за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок присуждается за счет средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, местного бюджета, если такое нарушение было допущено органом или организацией, финансируемыми за счет средств соответствующего бюджета, либо должностным лицом этого органа или этой организации (часть 3 статьи 4 Закона о компенсации).

Согласно пункту 3 части 2 статьи 5 Закона о компенсации судебное решение о присуждении компенсации за нарушение права на исполнение в разумный срок судебного акта, возлагающего на органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные органы и организации, наделенные отдельными государственными или иными публичными полномочиями субъекта Российской Федерации, органа местного самоуправления, должностных лиц, государственных служащих органов государственной власти субъектов Российской Федерации и муниципальных служащих обязанность исполнить иные требования имущественного характера и (или) требования неимущественного характера, исполняется соответствующим финансовым органом.

Под финансовым органом, указанным в пункте 3 части 2 статьи 5 Закона о компенсации, в соответствии со статьей 6 Бюджетного кодекса Российской Федерации понимаются органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, осуществляющие составление и организацию исполнения бюджетов субъектов Российской Федерации (финансовые органы субъектов Российской Федерации), органы (должностные лица) местных администраций муниципальных образований, осуществляющие составление и организацию исполнения местных бюджетов (финансовые органы муниципальных образований).

Как следует из разъяснений, изложенных в абзацах третьем и четвертом пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 года № 11 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее – Постановление № 11), компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок и права на исполнение судебного акта в разумный срок, как мера ответственности государства, имеет целью возмещение причиненного неимущественного вреда фактом нарушения процедурных условий, обеспечивающих реализацию данных прав в разумный срок, независимо от наличия или отсутствия вины суда, органов уголовного преследования, органов, на которые возложена обязанность по исполнению судебных актов, иных государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц; данная компенсация не направлена на восполнение имущественных потерь заинтересованного лица.

Согласно правовой позиции, сформированной в пункте 46 Постановления № 11, действия органов, организаций или должностных лиц, на которых возложены обязанности по исполнению судебного акта, признаются достаточными и эффективными, если они производятся в целях своевременного исполнения такого акта.

В абзаце первом пункта 55 Постановления № 11 разъяснено то, что при исчислении общей продолжительности исполнения судебного акта учитывается период со дня поступления в суд ходатайства (просьбы) лица, в пользу которого принят судебный акт, взыскателя о направлении исполнительного листа и приложенных к нему документов, предусмотренных пунктом 2 статьи 242.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации или Федеральным законом от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», в орган, организацию или должностному лицу, на которые возложены обязанности по исполнению судебных актов, либо со дня поступления от такого лица исполнительного листа и указанных документов в орган, организацию или должностному лицу, на которые возложены обязанности по исполнению судебных актов, до момента окончания производства по исполнению судебного акта.

В соответствии с абзацем первым пункта 39 Постановления № 11 принятие решения по делу о компенсации не препятствует обращению вновь в суд с заявлением о компенсации, если основанием для его подачи будут являться другие фактические обстоятельства, связанные с иным периодом длительного рассмотрения дела, исполнения судебного акта, осуществления уголовного преследования. При этом обстоятельства, ранее исследованные судом по первоначальному требованию о присуждении компенсации, не доказываются и не могут оспариваться в другом аналогичном деле, в котором участвует тот же заявитель, административный истец.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абзаце втором пункта 35 постановления от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» разъяснил, что фактическим исполнением должником требований, содержащихся в исполнительном документе, может признаваться исполнение обязанности по совершению в пользу взыскателя конкретных действий.

Законодательством не предусмотрено исполнение судебного акта по требованию неимущественного характера органом государственной власти без выдачи судом исполнительного документа и возбуждения исполнительного производства.

В этой связи применительно к обстоятельствам рассматриваемого административного дела общую продолжительность исполнения судебного акта, обязывающего Отдел как орган государственной власти возвратить ФИО1 подлинные документы, следовало исчислять со дня предъявления исполнительного документа в службу судебных приставов – орган, осуществляющий принудительное исполнение судебных актов на территории Российской Федерации, то есть с 14 июля 2021 года.

Обстоятельства исполнения (неисполнения) решения от 7 октября 2020 года за период с 14 декабря 2021 года по 15 октября 2024 года уже являлись предметом оценки суда при принятии решений по делам № 3а-817/2022, 3а-876/2023 и 3а-903/2024.

Следовательно, при разрешении данного дела в силу правовой позиции, изложенной в абзаце первом пункта 39 Постановления № 11, обстоятельства, установленные решениями по делам № 3а-817/2022, 3а-876/2023 и 3а-903/2024, не подлежали повторному доказыванию, а компенсация за нарушение права на исполнение решения от 7 октября 2020 года могла быть присуждена лишь исходя из обстоятельств, возникших в период, следующий за днем принятия решения по делу № 3а-903/2024, то есть в период с 16 октября 2024 года.

Статьей 43 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве) регламентированы основания для прекращения исполнительного производства, а также разграничены полномочия суда и судебного пристава-исполнителя по рассмотрению указанного вопроса.

В силу абзаца первого и пункта 2 части 1 статьи 43 Закона об исполнительном производстве исполнительное производство прекращается судом в случае утраты возможности исполнения исполнительного документа, обязывающего должника совершить определенные действия (воздержаться от совершения определенных действий).

Согласно части 3 той же статьи при отмене судебного акта, ставшего основанием для прекращения исполнительного производства, либо изменении обстоятельств, послуживших основанием для прекращения исполнительного производства, оно возобновляется по заявлению взыскателя, должника или инициативе судебного пристава-исполнителя.

В соответствии с частью 1 статьи 16 КАС РФ вступившие в законную силу судебные акты (решения, судебные приказы, определения, постановления) по административным делам, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для органов государственной власти, иных государственных органов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий, комиссий референдума, организаций, объединений, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

При этом, как следует из части 5 статьи 45 Закона об исполнительном производстве, судебный акт о прекращении исполнения исполнительного документа подлежит немедленному исполнению с момента его получения судебным приставом-исполнителем.

Исполнение судебным приставом-исполнителем судебного акта о прекращении исполнительного документа предполагает обеспечение наступления последствий прекращения исполнительного производства, предусмотренных статьей 44 Закона об исполнительном производстве, в частности, отмену всех назначенных судебным приставом-исполнителем мер принудительного исполнения, включая отмену ограничений, установленных для должника в ходе исполнительного производства.

Таким образом, прекращение исполнительного производства судебным актом в тех случаях, когда рассмотрение этого вопроса отнесено Законом об исполнительном производстве к компетенции суда, обусловливает недопустимость продолжения исполнительного производства. Действие данного последствия не зависит от даты и факта совершения судебным приставом-исполнителем, в производстве которого находилось исполнительное производство до его прекращения судебным актом, технических действий по оформлению окончания исполнительного производства в подразделении службы судебных приставов (имея ввиду, что исполнительное производство оформляется согласно ведомственной инструкции по делопроизводству и регистрируется в соответствующем программном комплексе).

В связи с этим, поскольку определением Белоярского районного суда Свердловской области от 30 апреля 2025 года по делу № 2а-418/2020 исполнительное производство было прекращено по основанию, установленному пунктом 2 части 1 статьи 43 Закона об исполнительном производстве, постольку вопреки доводам административного истца исчисление общей продолжительности исполнения решения от 7 октября 2020 года после даты вступления указанного судебного акта в законную силу не может быть продолжено.

При этом, по смыслу правовой позиции, изложенной в пункте 55 Постановления № 11, следует различать общую продолжительность исполнения судебного акта в ходе исполнительного производства и общую продолжительность самого исполнительного производства, поскольку заинтересованность взыскателя состоит именно в получении исполнения судебного акта.

По этой причине признание в судебном порядке факта утраты возможности исполнения исполнительного документа, обусловливающего прекращение исполнительного производства, означает для целей рассмотрения административного дела о присуждении компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок прекращение исчисления продолжительности такого исполнения, учитывая, что прекращение исполнительного производства прекращает требование о принудительном исполнении должником соответствующей обязанности.

Приняв во внимание изложенное, суд пришел к выводу о том, что в рамках данного дела подлежали оценке действия по исполнению решения от 7 октября 2020 года, имевшие место с 16 октября 2024 года по 28 мая 2025 года, то есть за период, продолжительность которого составила семь месяцев тринадцать дней.

Наличие у ФИО1 самого права на подачу административного иска о присуждении компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок было установлено решениями по делам № 3а-817/2022, 3а-876/2023 и 3а-903/2024 с учетом того, что решением от 7 октября 2020 года на Отдел как на орган государственной власти была возложена обязанность по возвращению ФИО1 изъятой у него медицинской документации, тогда как данная обязанность соотносится с положениями части 1 статьи 1 Закона о компенсации.

Указанные обстоятельства явились основанием для отклонения судом доводов МВД России и Отдела о том, что рассматриваемое обращение ФИО1 является проявлением злоупотребления правом, поскольку для целей рассмотрения данного дела не имеет правового значения наличие или отсутствие у ФИО1 возможности получить или восстановить соответствующую медицинскую документацию иным способом.

Поскольку рассматриваемый административный иск был подан через Белоярский районный суд Свердловской области 10 июня 2025 года, то есть менее чем через месяц со дня вступления в законную силу судебного акта о прекращении исполнительного производства, постольку в данном случае следует признать соблюденным установленный частью 4 статьи 250 КАС РФ срок обращения в суд с требованиями о присуждении соответствующей компенсации.

Доводы ФИО1 о превышении в рассматриваемом случае разумного срока исполнения судебного акта признаны судом обоснованными.

Судом учтено как преюдициальное значение решений по делам № 3а-817/2022, 3а-876/2023 и 3а-903/2024 о присуждении ФИО1 компенсации за нарушение права на исполнение в разумный срок решения от 7 октября 2020 года за общий период, истекший 14 июля 2021 года по 15 октября 2024 года, поскольку присуждение такой компенсации было обусловлено выводами о нарушении разумного срока исполнения судебного акта (часть 2 статьи 64 КАС РФ), так и то, что за оцениваемый период, истекший с 16 октября 2024 года, характер оцениваемых по настоящему делу действий лиц, ответственных за исполнение решения от 7 октября 2020 года, не претерпевал изменений.

При этом несмотря на принятие решений по делам № 3а-817/2022, 3а-876/2023 и 3а-903/2024, которыми были признаны неэффективными действия Отдела, направленные на исполнение решения от 7 октября 2020 года, дополнительные организационные действия по обеспечению исполнения указанного судебного акта не предпринимались.

В этой связи, исходя из фактических обстоятельств дела, действия Отдела как должника по исполнительному производству, совершенные в оцениваемый в данном деле период, признаны судом недостаточно эффективными.

Возражения МВД России и Отдела об отсутствии вины последнего в длительном неисполнении судебного акта признаны судом не имеющими самостоятельного правового значения для целей разрешения настоящего административного спора, поскольку в силу части 3 статьи 1 Закона о компенсации компенсация за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок присуждается независимо от наличия либо отсутствия вины органов, на которые возложены обязанности по исполнению судебных актов.

Поскольку сам факт нарушения права на исполнение судебного акта в разумный срок за период с 16 октября 2024 года по 28 мая 2025 года свидетельствует о причиненном ФИО1 неимущественном вреде, административный истец не обязан был доказывать наличие этого вреда.

Приняв во внимание изложенное, суд пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае право ФИО1 на исполнение судебного акта в разумный срок было нарушено, в связи с чем в его пользу в соответствии с частями 1 и 2 статьи 1 Закона о компенсации подлежит присуждению компенсация.

Между тем, доводы Минфина России, МВД России и Отдела о чрезмерности компенсации, заявленной к присуждению ФИО1 за нарушение права на исполнение в разумный срок решения от 7 октября 2020 года, признаны судом обоснованными.

Так, оценив в соответствии с частью 2 статьи 2 Закона о компенсации совокупность таких обстоятельств, как: 1) общая продолжительность исполнения решения от 7 октября 2020 года; 2) продолжительность периода, истекшего с момента присуждения ФИО1 компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок решением по делу № 3а-903/2024 до даты вступления в законную силу определения о прекращении исполнительного производства (семь месяцев тринадцать дней); 3) значимость исполнения указанного судебного акта для ФИО1; суд с учетом подходов, сформированных судебной практикой разрешения данной категории административных дел, определил размер присуждаемой административному истцу компенсации равным 10000 руб.

Заявленный в административном иске к установлению размер компенсации (50 000 руб.) был признан судом не отвечающим принципам разумности и справедливости (часть 2 статьи 2 Закона о компенсации), в связи с чем остальная часть предъявленных требований оставлена без удовлетворения.

Ввиду частичного удовлетворения заявленных требований и на основании части 1 статьи 111 КАС РФ административному истцу подлежат возмещению судебные расходы, понесенные им при уплате государственной пошлины за рассмотрение административного иска судом.

Приняв во внимание предмет административного иска, суд признал суммы присужденной компенсации и возмещаемых судебных расходов подлежащими взысканию с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 111, 175-180, 259, 260 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Свердловский областной суд

Р Е Ш И Л :

административное исковое заявление ФИО1 о присуждении компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств федерального бюджета в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок в размере 10000 руб. и судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В удовлетворении остальной части административного искового заявления отказать.

Настоящее решение в части удовлетворения заявленных требований подлежит немедленному исполнению Министерством финансов Российской Федерации и может быть обжаловано в порядке апелляционного производства во Второй апелляционный суд общей юрисдикции в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме через Свердловский областной суд.

Судья М. С. Рудаков