Решение № 2-144/2021 2-144/2021(2-2249/2020;)~М-2359/2020 2-2249/2020 М-2359/2020 от 10 марта 2021 г. по делу № 2-144/2021

УИД 66RS0011-01-2020-003557-63

2-144/2021


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 марта 2021года

Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области в составе

Судьи Сметаниной Н.Н.

С участием прокурора Пермяковой Т.И.

истца ФИО1, его представителя ФИО2

ответчиков ФИО3, ФИО4

При секретаре судебного заседания Тетериной Е.В.

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании утратившими право пользования жилым помещением и выселении из жилого помещения,

по встречному иску прокурора г. Каменска-Уральского в интересах ФИО3 к ФИО1 о признании договора купли-продажи недействительным и признании права собственности на жилое помещение

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 на основании договора купли-продажи от * года, заключенного с ФИО3, является собственником квартиры №* в доме №* по ул. * в г. Каменске-Уральском Свердловской области. Право собственности зарегистрировано * года.

В жилом помещении проживают и зарегистрированы бывший собственник ФИО3 и член ее семьи ФИО4

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о признании утратившими право пользования жилым помещением и выселении из жилого помещения - квартиры №* в доме №* по ул. * в г. Каменске-Уральском.

Прокурор г. Каменска-Уральского заявил встречный иск в интересах ФИО3 к ФИО1 о признании договора купли-продажи спорной квартиры недействительным, по основаниям притворности сделки, и признании за ФИО3 права собственности на жилое помещение.

Истец и его представитель поддержали заявленные требования и возражали против удовлетворения встречных требований. Представитель истца обосновала заявленные требования тем, что * года между ФИО1 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи квартиры №* в доме №* по ул. * в г. Каменске-Уральском. Покупателем произведен расчет по договору, о чем представлена расписка, написанная ФИО3 о получении суммы 1 000 000 руб. Также в зачет расчета за квартиру пошла сумма 200 000 руб., полученная ранее ФИО3 в долг. Договором купли-продажи было предусмотрено, что ответчики освободят жилое помещение и снимутся с регистрационного учета. Ответчики обязательство не выполнили, квартиру не освободили. Тогда было предложено заключить договор аренды квартиры, на что ФИО3 согласилась и стала вносить ежемесячные платежи согласно договору. В ноябре 2020 года она отказалась вносить арендные платежи, поэтому ФИО1 поставил вопрос о выселении ответчиков. Встречные требования не могут быть удовлетворены, поскольку все условия договора купли-продажи выполнены. ФИО3 получила расчет за квартиру в полном объеме. В договоре указано, что квартира передана покупателю до подписания договора. Ответчик заключила договор аренды квартиры и ежемесячно передавала ФИО1 денежные средства. ФИО1 нес бремя содержания квартиры, установил в квартире счетчики на воду и газ, о чем представил суду документы. ФИО3 осознавала, что квартира ей не принадлежит, поэтому заключила договор аренды.

Истец ФИО1 дополнительно к доводам своего представителя показал, что после заключения договора займа на сумму 200 000 руб., ФИО3 вновь обратилась к нему с просьбой дать деньги в долг, в чем ей было отказано. Затем она сообщила, что выставила квартиру на продажу и предложила ему купить квартиру. Он согласился приобрести квартиру за 1 200 000 руб. Расчет с ФИО3 был произведен в полном объеме. По дороге в МФЦ она пересчитала деньги и написала ему расписку. Также он передал ей долговую расписку на сумму 200 000 руб. Больше деньги он ей не передавал и никакие договоры займа не заключал.

ФИО3 с требованиями истца не согласилась и поддержала требования встречного иска. В обоснование доводов встречного иска показала, что отношения с ФИО1 сложились на основании договора займа суммы 200 000 руб., которую он дал под проценты. ФИО1 согласился дать деньги, если ему будут переданы документы на квартиру. Свою квартиру она на продажу не выставляла, купить квартиру ФИО1 не предлагала. Денег он больше ей не давал, но когда подошел срок уплаты долга и *, ФИО1 предложил поехать в МФЦ и оформить бумаги, касающиеся долга. Она ему доверяла и подписала в МФЦ два бланка, не читая их. Молодым человеком было сказано, что когда отдадут деньги, квартира будет принадлежать им. Расписку о получении денег писала под диктовку ФИО1, не знала зачем. Расписку на сумму 200 000 руб. он ей не возвращал. Она ежемесячно передавала деньги ФИО1 сначала по 5 000 руб., потом по 8 000 руб. и последнее время по 15 000 руб. Он сказал, что сам будет платить за квартиру. Установить счетчики была инициатива ФИО1, он сказал, что уменьшатся платежи за квартиру. Переданная ему сумма значительно превышала сумму долга и в ноябре 2020 года она отказалась платить. В 2017 году был разговор с ФИО1, что квартира останется за нею, но надо заключить договор аренды. Она верила ФИО1 и подписывала все, что он предлагал. ФИО1 требовал все больше денег, тогда они с сыном решили выяснить, что с ее квартирой. Они пошли в МФЦ и узнали, что ФИО1 зарегистрировал квартиру на свое имя, на что она согласия не давала.

Ответчик ФИО4 с требованиями истца не согласился и показал, что они с матерью попросили деньги в долг у ФИО1 Он согласился дать деньги в сумме 200 000 руб., если ему будут переданы документы на квартиру. Мать испугалась, но ФИО1 заверил, что все будет нормально. Мать привезла документы на квартиру и передала их ФИО1 вместе с ключами. После этого они поехали на автомобиле в банк, ФИО1 снял деньги со счета и передал им. * и они не смогли отдать долг в срок. * мать сказала, что отдает ФИО1 деньги ежемесячно по 5000-8000 руб. Также мать работала у ФИО1 на мойке бесплатно, за долги. ФИО1 постоянно требовал деньги. Весной прошлого года он кидался на мать с кулаками. Чтобы отдать долг, они хотели разменять квартиру. Когда ФИО1 сказал, что он будет продавать квартиру, они решили узнать, кому принадлежит квартира. Оказалось, что квартира зарегистрирована на ФИО1 Мать показала ему расписку на 1000000 руб. и два договора, якобы она брала у ФИО1 деньги в долг. Расписку она писала по указанию ФИО1 и также подписывала договоры. До ноября 2020 года он не знал, что квартира принадлежит ФИО1 Намерений продавать квартиру, никогда не было, это единственное их жилье.

Выслушав участников судебного процесса, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд пришел к следующему выводу.

Судом установлено, что между ФИО1 и ФИО3 02 ноября 2016 года был заключен договор займа на сумму 200 000 рублей, по которому ФИО3 обязана была 15 ноября 2016 года вернуть сумму займа с процентами в размере 208 000 рублей (л.д.37). Факт заключения договора займа и получение денежных средств в сумме 200 000 рублей, ФИО3 не оспаривается.

* года между ФИО1 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи квартиры №* в доме №* по ул. * в г. Каменске-Уральском (л.д.8). Истец ФИО1, основываясь на данном договоре, требует признать ФИО3 и члена ее семьи ФИО4 утратившими право на жилье в вышеуказанной квартире и выселить из жилого помещения.

ФИО3 оспаривает факт заключения договора по отчуждению квартиры, в связи с чем, прокурором г. Каменска-Уральского в интересах ФИО3 подан иск о признании договора купли-продажи вышеуказанной квартиры недействительным, по основаниям притворности сделки и возвращении квартиры в ее собственность.

По условиям договора купли-продажи от * года спорная квартира была продана ФИО1 за 1 200 000 рублей, уплаченных продавцу до подписания договора.

ФИО1 пояснил, что в счет оплаты за квартиру была учтена сумма долга по договору займа от 02 ноября 2016 года и наличными деньгами была передана ФИО3 сумма 1 000 000 рублей в день сдачи договора купли-продажи в МФЦ на регистрацию. В подтверждение передачи продавцу указанной суммы истцом представлена расписка, написанная собственноручно ФИО3 о получении ею суммы 1 000 000 рублей по договору от * года (л.д.165).

ФИО3 утверждает, что намерений продавать квартиру у нее не было, поскольку спорное жилое помещение является для нее и сына единственным жильем. Полученную в долг сумму 200 000 рублей должен был возвращать ее сын. Однако, он в декабре 2016 года был *. Она, являясь пенсионером, * не имела возможности выплачивать долг с процентами. Тогда ФИО1 сказал ей, что нужно поехать в МФЦ и оформить документы, какие именно не говорил, она считала, что это связано с долгом и документы не читала, доверяла ФИО1 Также он сказал, что надо написать расписку о получении денег в сумме 1 000 000 рублей за продажу квартиры, которых она не получала. При этом ей было сказано, что после возврата долга 200 000 руб. квартира будет возвращена ей. Помимо этой расписки, она подписывала и другие бумаги, которые давал ей ФИО1 Он говорил, что она много должна, убеждал ее, что необходимо подписать, составленные им документы. Она не понимала, с какой целью составляются эти документы, но подписывала их, доверяя ФИО1, который утверждал, что у него есть знакомые юристы и все будет законно. Такие же показания ФИО3 давала при проведении проверки по материалу КУСП №* (л.д.65).

ФИО1 представил в судебном заседании расписку (л.д.165) о том, что ФИО3 получила деньги в сумме 1 000 000 рублей по договору купли-продажи квартиры по ул. * в г. Каменске-Уральском от * года. В отказном материале имеется еще одна расписка о получении ФИО3 суммы 1 000 000 рублей по договору купли-продажи квартиры от 02 ноября 2016 года (л.д.76). Данная расписка находилась у ФИО3 и по ее утверждению также была написана по просьбе ФИО1

В судебном заседании ответчиком были представлены два договора займа, заключенные между ФИО1 и ФИО3 15 августа 2017 года на сумму 382 800 рублей (л.д.38) и 15 августа 2018 года на сумму 920 000 рублей (л.д.39). Эти же договоры, подписанные сторонами, имеются в отказном материале (л.д.73,74). ФИО3 пояснила, что деньги по указанным договорам она не получала, подписывала их по просьбе ФИО1, с какой целью не знает. Истец ФИО1 подтвердил в судебном заседании, что по данным договорам займа деньги не передавались. Это были черновики договоров, которые он составил, чтобы показать какую сумму ФИО3 будет должна. У суда вызывает сомнение, что эти договоры были составлены как черновики, поскольку они подписаны, как ФИО1, так и ФИО3 Договоры подписаны в разное время, как два самостоятельных документа и один экземпляр их передан ФИО3 Следовательно, второй экземпляр указанных договоров находится у истца.

Анализ вышеуказанных документов показывает, что ФИО3, являясь юридически неграмотной, обремененная долговыми обязательствами перед ФИО1, действительно доверяла ему и подписывала любой, составленный им документ, а ФИО1 пользовался ее доверием.

В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п.1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

ФИО3 утверждает, что намерений заключать договор купли-продажи спорной квартиры у нее не было, и денежные средства от ФИО1 в сумме 1 000 000 рублей она не получала.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что при очевидном отклонении действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения, суд вправе принять меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны, в том числе в виде более высоких требований к доказыванию законности сделки ответчиком.

Поскольку ФИО3 оспаривает получение денег в сумме 1 000 000 рублей по расписке, представленной истцом, судом было предложено ФИО1 представить доказательства по встречному иску об исполнении им договора купли-продажи (л.д.150-151).

ФИО1 утверждает, что у него имелись наличные денежные средства, в сумме 1 000 000 рублей, которые он передал ФИО3 в автомобиле, когда они поехали в МФЦ заключать договор. Вместе с тем, каких-либо объективных доказательств передачи денежных средств по договору в размере 1 000 000 рублей суду не представлено. ФИО1 не представлено доказательств наличия у него такой суммы денежных средств на дату заключения сделки, об источнике этих средств, о расходовании денег ФИО3 Доводы представителя истца о том, что ответчики имеют долги по возбужденным исполнительным производствам, свидетельствуют только о том, что у ФИО3 отсутствовали денежные средства на погашение задолженности. *. Кроме того, следует отметить, что денежные средства в сумме 200 000 руб., переданные в долг 02 ноября 2016 года были сняты ФИО1 с банковского счета, о чем показал ответчик ФИО4 Следовательно, у ФИО1 отсутствовали наличные денежные средства. Поскольку денежная сумма в размере 1 000 000 рублей с банковского счета не снималась, источник ее поступления ФИО1 не указан, у суда имеются все основания признать, что денежные средства по договору купли-продажи ФИО3 не передавались.

Во встречном иске оспаривается сделка купли-продажи квартиры №* в доме №* по ул. * в г. Каменске-Уральском по основаниям ее притворности.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

По основанию притворности может быть признана недействительной та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. Стороны в такой сделке преследуют общую цель, достигая соглашение по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Из показаний ФИО3 и ФИО4, не опровергнутых в судебном заседании, следует, что с ФИО1 они ранее не встречались. Знакомый подсказал им, что у ФИО1 можно взять деньги в долг под проценты. ФИО1 согласился дать в долг 200 000 руб., но попросил привезти документы на квартиру. ФИО3 привезла документы на квартиру и отдала ключи. Взамен получили сумму займа, которую ФИО1 снял со счета в банке, куда возил их на своей машине. Никаких договоренностей о продаже квартиры не было.

Данные обстоятельства объективно свидетельствуют о том, что между сторонами сложились заемные правоотношения, в которых ФИО3 являлась заемщиком, а ФИО1 займодавцем. Поскольку стороны не были знакомы, гарантией возврата долга заемщиком являлась передача займодавцу документов на квартиру, находящуюся в собственности ФИО3, а в последующем закрепление этой гарантии оформлением договора купли-продажи.

Согласно п.1 ст. 549 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя квартиру или другое недвижимое имущество.

Из пункта 6 договора купли-продажи квартиры от * года следует, что передача отчуждаемой квартиры состоялась до подписания настоящего договора. Однако, судом установлено, что с момента заключения оспариваемого договора купли-продажи спорная квартира находится в фактическом владении истца по встречному иску. ФИО3 и ФИО4 зарегистрированы и постоянно проживают в жилом помещении – квартире по ул. * в г. Каменске-Уральском. На протяжении четырех лет ФИО1 о своих правах на квартиру не заявлял, выселения их не требовал.

Сторона ответчика по встречному иску утверждает, что передача квартиры новому собственнику ФИО1 состоялась, поскольку он несет расходы по содержанию квартиры, установил счетчики на воду и газ, заключил с ФИО3 договор аренды квартиры.

ФИО3 и ФИО4 не отрицают, что они самостоятельно платежи за квартиру не вносили, поскольку ФИО1 вызвался оказать им помощь в этом вопросе, когда ФИО3 попросила в долг еще 50 000 руб. для оплаты долга за квартиру. Вместе с тем, сам ФИО1 подтверждает, что платежи за квартиру вносились из денежных средств, полученных от ответчика. ФИО3 после заключения договора займа ежемесячно передавала ФИО1 деньги в сумме 5000-6000 рублей. По ее утверждению передано более 420 000 рублей. ФИО1 не отрицает, что ему передавались ежемесячно деньги в указанных суммах до 2020 года, а в 2020 году с января по сентябрь – в сумме 12 000 руб. ежемесячно. Представленные истцом квитанции на оплату коммунальных услуг (л.д.85-125), расчет по лицевому счету (л.д.127-128) подтверждают, что ФИО1 за период с 2017 года по 2020 год внесено платежей за спорное жилое помещение в сумме около 145 000 рублей. Переданная ему ФИО3 сумма значительно превышает указанные платежи. По установке счетчиков в квартире ФИО1 ФИО3 пояснила, что это было его предложение, чтобы она меньше платила за квартиру.

Суд не может признать существование между сторонами арендных отношений поскольку ФИО3, как указано выше, обремененная долговыми обязательствами перед ФИО1, соглашалась подписать любой договор только бы сохранить за собой квартиру. По факту заключения договора аренды она показала, что ФИО1 заверил ее, что квартира останется ей, если она подпишет договор аренды.

Из показаний ФИО4 (л.д.65) следует, что из договора аренды, который показала ему мать, он понял, что ФИО1 взял их квартиру в аренду. Следовательно, ответчики до конца не понимали смысл договора аренды.

Суд считает, что ФИО1 своими действиями, направленными на заключение различных договоров, пытался ввести ФИО3 в заблуждение, преследуя свой личный интерес. Заключив договор аренды квартиры, он деньгами ФИО3 вносил платежи за содержание жилья и коммунальные услуги, и при этом в его распоряжении оставалась значительная сумма от переданных ФИО3 денежных средств. Вопрос о выселении ответчиков из квартиры был поставлен после того, как ФИО3 отказалась выплачивать ему ежемесячно деньги и ответчики начали выяснять, на чье имя зарегистрирована спорная квартира.

На основании представленных доказательств суд приходит к выводу, что при оформлении оспариваемого договора купли-продажи воля сторон была направлена не на достижение правовых последствий, предусмотренных для договора купли-продажи - переход права собственности, а на достижение правовых последствий, предусмотренных для договора залога в виде обеспечения исполнения ФИО3 обязательств по возврату суммы займа ФИО1 по договору от 02 ноября 2016 года.

В случае заключения притворной сделки действительная воля стороны не соответствует ее волеизъявлению, поэтому такая сделка ничтожна. Последствием недействительности притворной сделки является применение правил о сделке, которую стороны имели в виду с учетом существа и содержания действительно подразумеваемой сделки.

Следовательно, применяя последствия недействительности ничтожной сделки - договора купли-продажи от * года, суд должен указать, что спорная квартира является предметом залога в обеспечение отношений договора займа от 02 ноября 2016 года на сумму 200 000 рублей. Стоимость квартиры стороны определили в 1200000 рублей.

Сторона ответчика по встречному иску считает, что истцом по встречному иску пропущен срок для оспаривания сделки купли-продажи спорной квартиры, поэтому просит применить срок исковой давности и в удовлетворении требований встречного иска отказать.

Суд не может принять доводы ответчика по встречному иску, поскольку суд пришел к выводу, что сделка купли-продажи фактически не исполнялась, поскольку не было передачи денег по сделке продавцу и встречной передачи квартиры покупателю.

Как следует из разъяснений, данных в абзаце 3 пункта 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2016 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Кроме того, на протяжении всего срока существования договора купли-продажи квартиры, ФИО3 полагала, что ею заключен договор в обеспечение возврата долга. О том, что квартира ей не принадлежит она и ФИО4 узнали в ноябре 2020 года, когда обратились в МФЦ за выпиской из единого государственного реестра. Об этом свидетельствует отказной материал КУСП №* (л.д.58-83). Обращение со встречным иском в суд последовало 16 февраля 2021 года. Из чего следует, что срок исковой давности для защиты ФИО3 нарушенного права не пропущен.

На основании изложенного, суд должен удовлетворить встречный иск о признании договора купли-продажи спорной квартиры недействительным по основаниям притворности сделки и применить последствия такой сделки, признав ее договором залога. Спорная квартира должна быть возвращена в собственность ФИО3, а право собственности ФИО1 прекращено.

Учитывая, что ФИО1 не имеет права собственности на спорную квартиру, он не вправе требовать выселения из квартиры законного собственника ФИО3 и члена ее семьи ФИО4 Требования ФИО1 не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании утратившими право пользования квартирой №* в доме №* по ул. * в г. Каменске-Уральском Свердловской области и выселении из жилого помещения оставить без удовлетворения.

Иск прокурора г. Каменска-Уральского в интересах ФИО3 к ФИО1 о признании договора купли-продажи недействительным и признании права собственности на жилое помещение удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры №* в доме №* по ул. * в г. Каменске-Уральском Свердловской области, заключенный * года между ФИО3 и ФИО1.

Применить последствия недействительности сделки, признав ее сделкой, совершенной с целью прикрытия договора залога квартиры №* в доме №* по ул. * в г. Каменске-Уральском Свердловской области стоимостью 1 200 000 рублей в обеспечение отношений из договора займа от 02 ноября 2016 года на сумму 200 000 рублей, существующих между ФИО3 и ФИО1.

Признать за ФИО3 право собственности на квартиру №* в доме №* по ул. * в г. Каменске-Уральском Свердловской области.

Решение суда является основанием для прекращения права собственности на квартиру №* в доме №* по ул. * в г. Каменске-Уральском Свердловской области у ФИО1 и регистрации залога на указанную квартиру в качестве обеспечения исполнения обязательств по договору займа от 02 ноября 2016 года.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня составления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Красногорский районный суд г.Каменска-Уральского Свердловской области.

Мотивированное решение составлено 16 марта 2021 года.

Судья Н.Н.Сметанина