Решение № 7П-114/2025 от 26 октября 2025 г. по делу № 7П-114/2025

Председательствующий: Сивец О.Г.

Дело № 7п-114/2025

УИД 19RS0001-02-2024-007566-37


РЕШЕНИЕ

27 октября 2025 года г. Абакан

Верховный Суд Республики Хакасия в составе

председательствующего судьи Норсеевой И.Н.,

при секретаре Майнагашевой С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобы потерпевшего ФИО1, представителя потерпевшего ФИО4, инспектора группы по ИАЗ ОР ДПС Госавтоинспекции УМВД России по г. Абакану ФИО2 на постановление судьи Абаканского городского суда Республики Хакасия от 21 августа 2025 года, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении Кузгибаева Алишера,

УСТАНОВИЛ:

постановлением судьи Абаканского городского суда Республики Хакасия от 19 сентября 2024 года ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), с назначением наказания в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

Постановлением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 27 февраля 2025 года указанное постановление отменено с возвращением дела на новое рассмотрение.

Постановлением судьи Абаканского городского суда от 21 августа 2025 года производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении ФИО5 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Не согласившись с постановлением судьи, потерпевший ФИО1 и его представитель ФИО4 обратились в Верховный Суд Республики Хакасия с жалобами дословно идентичного содержания, в которых просят постановление отменить, считая принятый судебный акт незаконным, необоснованным и несправедливым.

Полагают, что производство по делу подлежало прекращению ввиду истечения срока давности привлечения к административной ответственности, поскольку годичный срок с момента рассматриваемых событий истек 25 июля 2025 года.

Цитируя положения Конституции Российской Федерации, Кодекса РФ об административных правонарушениях, обращают внимание на то, что обжалуемое постановление судьей городского суда вынесено 18 августа 2025 года, вместе с тем, в судебном акте указана дата вынесения – 21 августа 2025 года, что, по мнению авторов жалобы, влечет отмену принятого постановления.

Отмечают, что при назначении судьей городского суда экспертизы, права и обязанности эксперту не разъяснялись, об административной ответственности эксперт не предупреждался.

Считают, что в основу принятого постановления судом принято лишь одно доказательство – заключение эксперта № 144-06/2025, которое, по мнению потерпевшего и его представителя, имеет недостатки. Указывают, что эксперт произвел неверный расчет бокового интервала, взяв разрешенную скорость движения транспортных средств 60 км/ч, а не фактическую скорость, которую возможно рассчитать по видеозаписи с видеорегистратора. Полагает, что эксперт не провел экспертный анализ действий водителей транспортных средств, произвел неверный расчет бокового интервала, не соглашаются с указанием экспертом пунктов Правил дорожного движения, нарушение которых вменяется участникам ДТП, а также пунктов Правил дорожного движения, которыми они должны были руководствоваться.

Ссылаясь на то, что заключение эксперта № 144-06/2025 является неполным, необоснованным, немотивированным, отмечают, что потерпевший ФИО1 просил назначить повторную судебную экспертизу, однако суд первой инстанции отказал в назначении экспертизы.

Приводя положения ст. 17, 19, 46 Конституции РФ, а также Конвенции о защите прав человека и основных свобод, полагают, что потерпевшего ФИО1 лишили права на судебную защиту. Считают, что суд первой инстанции дело рассмотрел формально, сославшись лишь на заключение эксперта, и не дал правовой оценки другим доказательствам.

Кроме вышеприведенных доводов в жалобе потерпевший ФИО1 приводит суждения о том, что вина ФИО5 подтверждена видеозаписью, на которой тот, уходя от столкновения с впереди движущимся автомобилем, не включая указатель поворота, перестраивался, в результате пострадал потерпевший.

В жалобе, поданной в Верховный Суд Республики Хакасия, должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении, - инспектор группы по ИАЗ ОР ДПС Госавтоинспекции УМВД России по г. Абакану ФИО2 просит постановление Абаканского городского суда от 21 августа 2025 года отменить, вернуть дело на новое рассмотрение. Полагает, что обстоятельства дела, изложенные в составленном им протоколе об административном правонарушении, подтверждаются видеозаписью с видеорегистратора, находившегося в автомобиле, стоявшем в замыкании колонны. Отмечает, что из видеозаписи следует, что водитель ФИО5 движется в прямолинейном направлении, затем ФИО5 приступил к объезду впереди следовавшего черного кроссовера, который приступил к маневру поворота налево на прилегающую территорию, тем самым, по мнению автора жалобы, ФИО5 не убедился в безопасности своего маневра, осуществил перестроение в крайнюю правую полосу движения, допустив столкновение с мопедом. Считает, что ФИО5 не уступил дорогу транспортному средству, движущемуся попутно без изменения направления движения. По мнению автора жалобы, при возникновении опасности, а именно обнаружении впереди движущегося черного кроссовера, осуществлявшего поворот налево, ФИО5 не сохранил контроль над своим транспортным средством.

Цитируя положения п. 8.1, 8.4 ПДД РФ, а также п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года № 20, отмечает, что если ФИО5 при движении не мог установить характеристику транспортного средства (мопед) визуально, в этой связи должен был руководствоваться вышеуказанными положениями ПДД, так как заранее ФИО5 не мог знать, что водитель мопеда движется в нарушение Правил дорожного движения. Полагает, что имеющиеся доказательства объективно свидетельствуют о том, что ДТП произошло в результате действий ФИО5, нарушившего Правила дорожного движения.

В судебном заседании суда второй инстанции потерпевший ФИО1, его представитель ФИО4 доводы жалоб поддержали.

Лицо, в отношении которого прекращено производство по делу об административном правонарушении, ФИО5, его защитник Шоев Ю.В. выразили согласие с постановлением судьи Абаканского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ.

Потерпевший ФИО3, представитель административного органа, должностное лицо которого составило протокол об административном правонарушении, Госавтоинспекции УМВД России по г. Абакану, будучи надлежащим образом уведомлены о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не прибыли. Суд определил рассмотреть жалобу в их отсутствие.

Изучив доводы жалоб, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта, Верховный Суд Республики Хакасия приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ административным правонарушением является нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

Из протокола по делу об административном правонарушении следует, что 25 июля 2024 года в 18 часов 55 минут ФИО5, управляя транспортным средством DAEWOO <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, в районе дома <адрес>, г. Абакан Республики Хакасия, в нарушение п. 1.5, 8.4 КоАП РФ, при перестроении не уступил дорогу транспортному средству (мопеду) VMG <данные изъяты>, без государственного регистрационного знака, под управлением ФИО1, движущемуся попутно без изменения направления движения. В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1 причинены телесные повреждения, квалифицирующиеся как вред здоровью средней степени тяжести.

Прекращая производство по делу в отношении ФИО5 по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения, судья городского суда, указав, что п. 1.5 ПДД РФ устанавливает общие правила к участникам дорожного движения, пришел к выводу о том, что вменные ФИО5 нарушения требований п. 8.4 ПДД РФ, указанные в протоколе об административном правонарушении, объективными доказательствами не подтверждены, при этом нарушений каких-либо иных требований правил дорожного движения ФИО5 не вменялось.

Вопреки доводам жалоб, выводы судьи городского суда об отсутствии в действиях ФИО5 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Дело об административном правонарушении судьей городского суда разрешено в пределах объема вмененного привлекаемому лицу административного правонарушения, выход за пределы которого недопустим.

В соответствии с п. 1.5 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 (далее – Правила дорожного движения, ПДД РФ), участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу п. 8.4 ПДД РФ при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

Как следует из положений п. 1.2 ПДД РФ, используемое в Правилах дорожного движения понятие «уступить дорогу (не создавать помех)» - предусматривает требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Согласно п. 1.2 ПДД РФ преимущество (приоритет) – это право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения.

Соответственно, для признания водителя нарушившим требования п. 8.4 ПДД РФ необходимо установить, пользовался ли в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации второй участник, (в данном случае водитель мопеда), преимуществом, то есть правом на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения).

Положениями п. 24.7 ПДД РФ закреплено, что водители мопедов должны двигаться по правому краю проезжей части в один ряд либо по полосе для велосипедистов. Допускается движение водителей мопедов по обочине, если это не создает помех пешеходам.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», водитель транспортного средства, движущегося в нарушение ПДД РФ по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Потерпевший ФИО1 суду второй инстанции в судебном заседании 07 октября 2025 года пояснил, что, двигаясь на мопеде, проехав перекресток улиц Чертыгашева – Щетинкина, он ехал, держась ближе к левому краю правой полосы движения. Затем, намереваясь опередить троллейбус, перестроился в левую полосу движения. По левой полосе двигались автомобили, объехав автомобиль Омода справа, продолжил движение по левой полосе за автомобилем под управлением ФИО5. Перед моментом ДТП он (ФИО1) двигался со скоростью 30 км/ч за автомобилем ФИО5 в его полосе движения, немного справа, на расстоянии 1,2 м от данного автомобиля. Намереваясь закончить маневр обгона троллейбуса, он (ФИО1) включил правый указатель поворота, двигался прямо, возможно стал немного перестраиваться в правую полосу. В это время автомобиль под управлением ФИО5 также начал резко перестраиваться вправо, в результате сбил мопед. Он (ФИО1) не успел принять меры к экстренному торможению. Ширины полосы движения, по его мнению, хватало, чтобы проехали вместе автомобиль и мопед, и если бы ФИО5 не начал резкое перестроение, они бы могли проехать дальше.

В судебном заседании 27 октября 2025 года потерпевший ФИО1 суду второй инстанции пояснил, что в момент рассматриваемых событий он двигался не за автомобилем под управлением ФИО5, а параллельно данному автомобилю в границах одной с ним крайней левой полосы движения, полагал, что принадлежащий ему мопед относится к легким мотоциклам, в этой связи он мог двигаться по левой полосе движения.

Из объяснений ФИО1, данных сотрудникам ДПС 25 июля 2024 года, следует, что он ехал на мопеде по дорожной разметке 1.5 между автомобилями, напротив дома № водитель автомобиля DAEWOO <данные изъяты>, двигавшийся с ним в одном направлении по левой полосе движения, резко осуществил перестроение в правую полосу, допустив столкновение с его мопедом (т. 1 л.д. 12).

Лицо, в отношении которого прекращено производство по делу, ФИО5 суду второй инстанции пояснил, что, движущийся перед ним автомобиль черного цвета, стал поворачивать налево, намереваясь объехать данный автомобиль, он (ФИО5) стал перестраиваться в правую полосу движения, при этом видел, что сзади на правой полосе никого, кроме троллейбуса, не было. В этот момент почувствовал удар в заднюю часть своего автомобиля.

Как следует из схемы места совершения административного правонарушения (т. 1 л.д. 22), проезжая часть имеет четыре полосы движения – две в прямом направлении и две – в обратном. Ширина транспортного потока со стороны ул. <адрес> в сторону <адрес>, имеющая две полосы движения, составляет 6,9 м, при этом ширина левой полосы – 3,4 м, ширина правой полосы – 3,5 м. Граница левой и правой полос движения обозначена горизонтальной разметкой 1.5, обозначающей границы полос движения при наличии двух полос, предназначенных для движения в одном направлении. На схеме зафиксировано, что автомобиль, под управлением ФИО5 до момента ДТП двигался по крайней левой полосе движения в направлении <адрес>, мопед под управлением ФИО1, также двигался по данной крайней левой полосе движения близко к линии разметки 1.5.

Согласно схеме, а также исследованным фототаблицам, составленным сотрудниками ДПС, при осмотре места ДТП (т. 2 л.д. 159-163), место столкновения транспортных средств находилось на левой полосе движения, очень близко к линии разметки 1.5 – на расстоянии 3,55 м от правого края проезжей части (при ширине правой полосы движения 3,5м).

Достоверность сведений, отраженных в вышеуказанной схеме подтверди своими подписями участники ДТП – ФИО5, ФИО1 (т. 1 л.д. 22).

Оценивая показания потерпевшего ФИО1, данные им сотруднику ДПС, а также данные им в суде второй инстанции 07 октября 2025 года, суд находит их в целом достоверными, поскольку они последовательны, логичны, согласуются с другими доказательствами по делу, при этом положения ст. 25.2, 25.6 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ ему разъяснялись.

Указания ФИО1 в судебном заседании 27 октября 2025 года о том, что двигался он не на мопеде, а на мотоцикле, суд второй инстанции отвергает, расценивая в качестве недостоверных, поскольку данные утверждения ФИО1 опровергаются как его показаниями, данными ранее, так и сведениями о транспортном средстве, котором управлял ФИО1, а также марке, модели и VIN номере транспортного средства, которые зафиксированы уполномоченными сотрудниками ДПС в процессуальных документах, в том числе постановлениях, протоколах, рапортах, приложении к схеме места ДТП (т. 1 л.д. 28, 29, 32,13).

Сведения, содержащиеся в схеме места ДТП, а также в объяснениях участников ФИО5 и ФИО1 объективно подтверждаются имеющейся в материалах дела видеозаписью (т. 1 л.д. 37а). Как следует из видеозаписи, после проезда перекрестка, мопед VMG <данные изъяты>, без государственного регистрационного знака, двигаясь по левой полосе, совершает опережение автомобиля OMODA C5, (движущегося также по левой полосе) и опережение троллейбуса, (движущегося по правой полосе). Далее мопед, продолжая движение по левой полосе (близко к разметке 1.5), движется за автомобилем, под управлением ФИО5 (время, зафиксированное на видеорегистраторе с 18:47:22, время видеозаписи с 0:32), в 18:47:24 (время видеозаписи 0:34) автомобиль, под управлением ФИО5, начинает перестраиваться вправо, и в 18:47:25 (время видеозаписи 0:34) происходит столкновение указанного автомобиля и мопеда.

При этом пояснения ФИО1, данные в судебном заседании 27 октября 2025 года, о том, что он непосредственно перед столкновением двигался не за автомобилем под управлением ФИО5, а параллельно ему, опровергаются вышеуказанной видеозаписью, фиксирующей рассматриваемые события (т. 1 л.д. 37а). В частности на видеозаписи (время записи 0:32-0:34) четко видно, что мопед под управлением ФИО1, движется за автомобилем под управлением ФИО5

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что потерпевший ФИО1, двигаясь на мопеде, не по правому краю проезжей части, а по левой полосе движения, при этом в границах одной полосы с автомобилем под управлением ФИО5, непосредственно за данным автомобилем, не обладал преимуществом в движении перед едущим впереди него автомобилем ФИО5

А равно исследованные доказательства не свидетельствуют о том, что мопед под управлением ФИО1 двигался справа от автомобиля под управлением ФИО5 в границах правой полосы движения, для того, чтобы у ФИО5 возникла обязанность уступить ему дорогу при одновременном перестроении.

С учетом изложенного судья городского суда пришел к правильному выводу относительно отсутствия в действиях водителя ФИО5 нарушений п. 8.4 ПДД РФ, и, как следствие, отсутствии в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.

Приведенные в жалобах доводы в указанной части не ставят под сомнение законность и обоснованность состоявшегося по делу судебного акта, а фактически сводятся к несогласию с выводами судьи городского суда.

Доводы жалоб о несогласии с оценкой имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о том, что судом допущены существенные нарушения требований установленных КоАП РФ, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Вопреки доводам жалобы, ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении судом первой инстанции требования ст. 24.1, 26.1 КоАП РФ выполнены, обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, установлены в полном объеме.

Нарушений норм процессуального закона в ходе производства по данному делу допущено не было.

Являются несостоятельными доводы жалобы потерпевшего ФИО1 и его представителя, ссылающихся на неверное, по их мнению, указание даты принятия постановления судьей Абаканского городского суда – 21 августа 2025 года со ссылкой на то, что дело рассмотрено 18 августа 2025 года.

Как следует из материалов дела, по результатам рассмотрения дела судьей Абаканского городского суда 18 августа 2025 года была объявлена резолютивная часть постановления по делу об административном правонарушении (т. 1 л.д. 90, 91), составление мотивированного решения было отложено до 21 августа 2025 года, что в полной мере согласуется с положениями ч. 1 ст. 29.11 КоАП РФ.

При этом в силу требований ч. 1 ст. 29.11 КоАП РФ день изготовления постановления в полном объеме является днем его вынесения.

Не влекут выводов о незаконности принятого судом постановления доводы жалобы потерпевшего и его представителя, ссылающихся на неразъяснение эксперту судом перовой инстанции прав и обязанностей, предусмотренных КоАП РФ. Как следует из определения (т. 1 л.д. 25-27), а также протокола судебного заседания, судьей городского суда разъяснены эксперту права, предусмотренные ст. 25.9 КоАП РФ, он предупрежден об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Возражения авторов жалоб относительно обоснованности экспертного заключения, в том числе указания в экспертном заключении в действиях кого из водителей усматривается несоответствие Правил дорожного движения Российской Федерации и какими пунктами ПДД РФ должны были руководствоваться водители, не влечет выводов о незаконности принятого судом решения, поскольку указанные вопросы являются правовыми, вместе с тем правовая оценка действий лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, входит в компетенцию должностного лица или судьи, рассматривающего дело об административном правонарушении.

В данном случае правовая оценка, данная судьей городского суда по результатам рассмотрения дела, является верной.

Вопреки доводам жалобы ходатайство о проведении дополнительной судебной экспертизы разрешено судьей первой инстанции в соответствии с положениями ст. 24.4 КоАП РФ с вынесением соответствующего определения (т. 2 л.д. 86), оснований не согласиться с которым суд второй инстанции не усматривает.

Вопреки доводам жалобы ФИО1, перестроение без включения сигнала поворота не вменялось в вину ФИО5, при этом истечение срока давности привлечения к административной ответственности исключают возможность обсуждения вопросов виновности.

Более того, необходимо отметить, что установление лица, виновного в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, не входит в предмет доказывания по делам рассматриваемой категории, однако участники дорожно-транспортного происшествия не лишены возможности в ином установленном законодателем порядке судопроизводства устанавливать степень виновности каждого из водителей и размер вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Доводы жалобы должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, об ошибочности выводов судьи городского суда, отмене состоявшегося судебного акта и возвращении дела на новое рассмотрение удовлетворению не подлежат.

Обстоятельств, которые в силу п. 2 - 6 ст.30.7 КоАП РФ могли бы повлечь отмену или изменение обжалуемого судебного акта, при рассмотрении настоящей жалобы не установлено.

Доводы жалобы потерпевшего и его представителя о необходимости прекращения производства по делу в связи с истечением срока давности не могут быть признаны состоятельными, поскольку основаны на неверном толковании подлежащих применению правовых норм.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», по смыслу ч. 1 ст. 4.5 и п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ истечение сроков привлечения к административной ответственности на время пересмотра постановления не влечет за собой его отмену и прекращение производства по делу, если для этого отсутствуют иные основания.

Доводы жалобы о нарушении права потерпевшего на судебную защиту являются надуманными, при этом необходимо отметить, что Конвенция о защите прав человека и основных свобод, на которую ссылаются авторы жалобы, прекратила свое действие в отношении России с 16 марта 2022 года.

С учетом изложенного судебный акт сомнений в своей законности не вызывает и оснований для его отмены, либо изменения не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 30.2-30.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, суд

РЕШИЛ:

постановление судьи Абаканского городского суда Республики Хакасия от 21 августа 2025 года, вынесенное в отношении Кузгибаева Алишера по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, а жалобы потерпевшего ФИО1, представителя потерпевшего ФИО4, инспектора группы по ИАЗ ОР ДПС Госавтоинспекции УМВД России по г. Абакану ФИО2 – без удовлетворения.

Решение по делу об административном правонарушении может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном статьями 30.12, 30.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Судья Верховного Суда

Республики Хакасия И.Н. Норсеева