Апелляционное постановление № 22-3224/2019 от 1 июля 2019 г. по делу № 22-3224/2019

Судья Тимина Е.А. Дело № 22-3224/2019


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород 2 июля 2019 года

Судья Нижегородского областного суда Парамонов С.П.,

при секретаре Бакине А.В.,

с участием:

прокурора Госенова Т.М.,

потерпевшего Г.С.Ш.,

представителя потерпевшего Г.С.Ш. – адвоката К.С.Г.

законного представителя потерпевшего Д.Д.Г. – Д,И.В., осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Рогацкого А.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе с дополнениями к ней представителя потерпевших Р.З.И., Р.П.С., Р.С.С. - адвоката Б.И.В., с апелляционной жалобой представителя потерпевших Г.С.Ш., Д.Д.Г. - адвоката К.С.Г. на приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 22 февраля 2019 года, которым

ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, <данные изъяты> не судимый,

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами всех видов сроком на 2 года, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами всех видов, подлежит реальному исполнению после отбытия основного наказания.

<данные изъяты>

В соответствии с ч.1 ст.75.1 УИК РФ осужденному ФИО1 надлежит следовать к месту отбывания наказания за счет государства самостоятельно на основании предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы, которое обеспечит его направление в колонию-поселение не позднее 10 суток со дня получения копии приговора.

На основании ч.3 ст.75.1 УИК РФ срок отбывания наказания осужденному ФИО1 постановлено исчислять со дня его прибытия в колонию-поселение.

На основании ч.3 ст.75.1 УИК РФ постановлено зачесть время следования осужденного ФИО1 к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, выданным территориальным органом уголовно-исполнительной системы, в срок отбывания наказания в виде лишения свободы из расчета один день за один день.

С ФИО1 взыскано в счет возмещение компенсации причиненного морального вреда пользу:

-Р.З.И., Р.П.С., Р.С.С. по 1.000.000 рублей;

- Г.С.Ш. 600.000 рублей;

-Д.Д.Г. 500.000 рублей и в счет возмещение материального ущерба 178.796 рублей.

Постановлено признать за гражданским истцом Д.Д.Г. право на удовлетворение заявленного гражданского иска о возмещении причиненного материального ущерба на процедуры по профилактике и восстановлению, связанные с утратой здоровья, в сумме 1.212.230 рублей, передав вопрос о его размерах на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Постановлено возместить процессуальные издержки в виде расходов на оплату услуг представителя за счет средств федерального бюджета через Управление Судебного департамента в Нижегородской области в размере:

- Р.А.И. 15.000 рублей;

-Д,И.В. 50.000 рублей.

Г.С.Ш. процессуальные издержки в виде расходов на оплату услуг представителя в размере 30.000 рублей за счет средств федерального бюджета через бухгалтерию отдела МВД России по Богородскому району Нижегородской области.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешен.

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, а также смерть человека.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину признал полностью, в содеянном раскаялся, при этом от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней представитель потерпевших Р.З.И., Р.П.С., Р.С.С. - адвокат Б.И.В. просит приговор суда отменить, материалы уголовного дела вернуть прокурору Богородского района. Указывает, что ни в ходе предварительного расследования дела, ни в суде первой инстанции не были выяснены принципиальные, имеющие важнейшее значение для принятия объективного, справедливого решения обстоятельства, не устранены имеющиеся противоречия, при этом в основу приговора судом положены признательные показания ФИО1

Предварительное следствие по настоящему уголовному делу было проведено необъективно. Потерпевшие обращают внимание на то, что все следственные действия были направлены не на сбор доказательств вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ, а на исключение доказательств его вины в причинении смерти двум лицам. Материалы уголовного дела свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий подсудимого ФИО1 как более тяжкого преступления. Органы предварительного следствия после возвращения уголовного дела прокурору, выдвинули новую версию гибели Р,А.С. Предъявляя ФИО1 обвинение, следователь указал в постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого, что после того, как тот ударил бампером своего автомобиля потерпевшую Р,А.С., последняя упала на проезжую часть на живот. На каких доказательствах основано это обвинение непонятно, поскольку оно противоречит имеющимся в уголовном деле доказательствам. Так, в частности, в протоколе осмотра места происшествия указано, что труп женщины лежит на спине. О том, что именно в таком положении находился труп Р,А.С., в своих показаниях говорили Д,И.В. и Г.С.Ш.III.

Следователь, в части причинения потерпевшей Р,А.С., повреждений в результате совершенного на неё наезда, вопреки заключению судебно-медицинской экспертизы, в которой эксперты не смогли разделить повреждения повлекшие смерть последней, исключил возможность причинения части из них подсудимым ФИО1, хотя имеющиеся в деле доказательства не исключают этого.

Допрошенная по уголовному делу свидетель Р.П.С. показала, что в момент наезда подсудимым на её мать мимо них никаких других машин не проезжало и тело последней ими не переезжалось.

Также при осмотре транспортного средства подсудимого ФИО1 на колесе была обнаружена обувь потерпевшей Р,А.С., что отражено в протоколе осмотра предметов <данные изъяты> фототаблице <данные изъяты> и в постановлении о признании и приобщении вещественных доказательств <данные изъяты> Судом данные обстоятельства при вынесении приговора проанализированы и учтены не были.

В апелляционной жалобе адвокат К.С.Г. просит приговор суда отменить, материалы уголовного дела возвратить прокурору Богородского района. Указывает, что приговор является незаконным и необоснованным, поскольку суд не учел обстоятельства, которые могли повлиять на его выводы. Не дана оценка показаниям свидетеля Р.П.С., а также тому факту, что кроссовку погибшей Р.А.С. извлекли из-под автомобиля ФИО1 Приговор является несправедливым ввиду его чрезмерной мягкости. Осужденный не принес извинения потерпевшим, вред причиненный здоровью Д.Д.Г. не загладил, помощи последнему в лечении не оказывал, в тратах, связанных с похоронами потерпевших, не участвовал.

В возражении на апелляционные жалобы государственный обвинитель С.А.С., находя приговор суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения. Указывает, что версия о том, что смерть потерпевшей Р,А.С. наступила именно вследствие преступных действий ФИО1, рассматривалась как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного рассмотрения уголовного дела, однако своего подтверждения не нашла.

В судебном заседании потерпевший Г.С.Ш., его представитель адвокат К.С.Г., законный представитель потерпевшего Д.Д.Г. – Д,И.В. просили приговор суда отменить, материалы уголовного дела направить прокурору Богородского района Нижегородской области для предъявления ФИО1 обвинения по более тяжкому преступлению, предусмотренному ч.5 ст. 264 УК РФ.

Осужденный ФИО1 и его защитник по соглашению адвокат Рогацкий А.Л., находя приговор законным и обоснованным, просили оставить его без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.

Прокурор Госенов Т.М. высказал такое же мнение.

Заслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, апелляционная инстанция приходит к следующему.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор признается законным обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу ст. 389.20 УПК РФ в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд вправе принять решение об отмене приговора и о возвращении дела прокурору.

Согласно ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Исходя из п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Как следует из обжалуемого приговора, осужденный ФИО1 признан виновным в том, что, управляя автомобилем MERCEDES-BENZ E 200, нарушив правила дорожного движения, совершил дорожно-транспортное происшествие, в результате которого от полученных телесных повреждений:

- потерпевший Р.С.А. скончался на месте происшествия;

- потерпевшая Р,А.С. получила телесные повреждения, вызвавшие причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, при этом в результате последующего переезда её колесом неустановленного транспортного средства под управлением неустановленного водителя, дополнительно получила телесные повреждения, от которых также скончалась на месте происшествия;

- потерпевший Д.Д.Г. получил телесные повреждения, которые в совокупности вызвали причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, а также по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30%).

Действия ФИО1 Кулебакским судом, согласно предъявленному обвинению, квалифицированы по ч.3 ст. 264 УК РФ.

Потерпевшие и их представители в ходе рассмотрения судом уголовного дела указывали на то, что органы предварительного расследования, квалифицировав содеянное обвиняемым ФИО1 по статье УК РФ, предусматривающей ответственность за менее тяжкое преступление, чем то, которое им совершено в действительности, допустили при составлении обвинительного заключения существенные нарушения требований норм УПК РФ. В материалах дела имеются объективные доказательства для предъявления ФИО1 более тяжкого обвинения, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ - нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц. Изначально уголовное дело органами следствия было возбуждено именно по ч.5 ст. 264 УК РФ. Впоследствии следователь по надуманным основаниям переквалифицировал действия ФИО1 на ч.3 ст. 264 УК РФ, с чем они не согласны.

Оставляя эти доводы потерпевших и их представителей без удовлетворения, суд первой инстанции в своем приговоре указал, что в ходе судебного разбирательства объективных доказательств совершения ФИО1 преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, не добыто <данные изъяты>

Апелляционный суд с такими выводами городского суда согласиться не может по следующим основаниям.

Из материалов уголовного дела следует, что первоначально по факту наезда водителем автомобиля MERCEDES-BENZ E 200 ФИО1 на пешеходов Д.Д.Г., Р.С.А., Р,А.С., в результате чего последние двое скончались на месте происшествия, а Д.Д.Г. получил телесные повреждения, в отношении неустановленного лица было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ.

В дальнейшем органы следствия уголовное дело переквалифицировали с ч. 5 ст. на ч.3 ст.264 УК РФ и действия ФИО1 квалифицировали именно таким образом, что нашло отражение в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении его в качестве обвиняемого <данные изъяты>

Как следует из предъявленного ФИО1 обвинения в части его действий в отношении потерпевшей Р,А.С., органы следствия пришли к выводу о том, что бесспорных доказательств того, что, сбив последнюю на полотно дороги, переехал её затем колесами автомобиля, отчего наступила смерть последней, именно ФИО1, а не водитель другой неустановленной автомашины, проезжавшей мимо в попутном направлении, по делу не имеется.

На момент принятия такого решения следователь располагал:

- показаниями ФИО1, допрошенного ДД.ММ.ГГГГ с участием адвоката в качестве свидетеля <данные изъяты> в которых тот показал, что непосредственно перед моментом наезда на потерпевших он в зеркало заднего вида видел, что сзади в попутном с ним направлении по соседней крайней правой полосе двигался грузовой автомобиль. Факт непосредственно самого наезда на потерпевших, находившихся рядом с автомашиной Р., стоявшей параллельно его левой крайней полосы движения, он не видел, т.к. еще до столкновения с ней, от удара о металлическое ограждение у него сработали подушки безопасности, установленные в дверях, отчего в салон полетела пыль. Поэтому происходящего не видел, почувствовал лишь только то, что его машина три раза обо что-то ударилась и остановилась;

- показаниями жены обвиняемого - свидетельницы К.И.В., пояснившей при допросе ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> что метров за сто до автомашины черного цвета, стоявшей вдоль полосы движения, по которой ехал её муж, их автомашину неожиданно закрутило, и они ударились об металлический отбойник. В этот момент от страха закрыла глаза. Что было дальше, не видела, почувствовала, только что их машина еще несколько раз обо что-то ударилась и остановилась;

- протоколом осмотра автомобиля ФИО1 MERCEDES-BENZ E 200 с участием специалиста биолога от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на колесах и днище данного автомобиля биологических следов не обнаружено <данные изъяты>

Оценив данные доказательства, органы следствия пришли к выводу о том, что факт переезда ФИО1 колесами своей машины потерпевшей Р,А.С., как уже указано выше, достоверно не установлен, в связи с чем оснований для квалификации его действий по ч.5 ст. 264 УК РФ не имеется и содеянное им квалифицировали по ч. 3 ст.264 УК РФ, с чем суд первой инстанции при вынесении приговора согласился.

Вместе с тем ни органы следствия, ни городской суд, заняв такую позицию по делу, не дали надлежащей оценки ряду других имеющихся доказательств, на которые обоснованно и в ходе следствия и в суде указывала потерпевшая сторона и которые свидетельствуют об односторонности выводов суда об обстоятельствах произошедшего дорожно-транспортного происшествия.

Так, судом первой инстанции были исследованы показания малолетней дочери погибших супругов Р. - свидетельницы Р.А.П., данные ей на следствии при допросе ДД.ММ.ГГГГ и оглашенные в судебном заседании виду ее неявки в суд <данные изъяты> Из этих показаний следует, что во время поездки на машине, их автомобиль ударился об отбойник. Папа и мама вышли из машины и вместе с подошедшим к ним водителем другой машины стали обсуждать случившееся. Через некоторое, находясь в машине, услышала, как её мама закричала, затем сразу же почувствовала сильный удар и увидела как мимо с бешенной скоростью пронеслась автомашина. В этот момент закрыла глаза. Открыв их затем, увидела, что мама и мужчина лежат на дороге рядом с их машиной. Папы видно не было. Чтобы маму переезжал какой-нибудь автомобиль она не видела. Грузовика с прицепом в момент случившегося также не видела.

На фотографиях, приложенных к протоколу осмотра места происшествия <данные изъяты> дающих в совокупности полное представление о том, как располагались автомашина Р.С.А. и ФИО1 после соударения, видно, что труп Р,А.С. лежит на дороге между этими машинами в непосредственной близости от отбойника, фактически за пределами крайне левой полосы движения.

Из показаний ФИО1, данных в ходе предварительного расследования <данные изъяты> следует, что в момент совершения ДТП его автомобиль двигался со значительной скоростью, в пределах 100 км в час.

О высокой скорости автомашины ФИО1, помимо его личных признаний, свидетельствует тот факт, что от полученного удара тело потерпевшего Р.С.А., перелетев через отбойник на полосу встречного движения, упало в 84 метрах от машины SUBARU, рядом с которой он до этого стоял <данные изъяты>

При наличии указанных обстоятельств версия органов следствия о том, что другое транспортное средство, передвигавшееся с такой же большой скоростью следом за машиной ФИО1, уйдя со своей полосы движения, сделав при этом крутой разворот на 90 градусов налево, вошло в пространство, которое имелось между автомашиной Р.С.А. и К.А.Е., составляющее по прямой линии 24 м <данные изъяты> после чего, практически вплотную приблизившись к отбойнику, переехало лежавшее там на асфальте тело потерпевшей Р,А.С., а затем, не останавливаясь, выполнив указанный маневр в обратном порядке, ухало с места ДТП, оставшись никем незамеченным, противоречит разумному объяснению имевшей место ситуации и выглядит крайне неубедительно.

Из протокола осмотра автомашины MERCEDES-BENZ E 200 от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> принадлежащей ФИО1, следует, что при осмотре днища данного транспортного средства, была обнаружена кроссовка погибшей Р,А.С., которая шнурками запуталась на тяге заднего правого колеса, что хорошо видно на снимке, <данные изъяты>

Данный факт дает основания полагать, что шнурки кроссовки потерпевшей намотались на тягу колеса автомашины ФИО1 в тот момент, когда он переехал её своим автомобилем.

Утверждения ФИО1 на следствии при допросе в качестве свидетеля <данные изъяты> о том, что из-за пыли сработавших от удара боковых подушек безопасности, он не видел момента наезда на потерпевших и их перемещений после ударов полученных от его автомобиля, судом надлежащим образом не проверены.

Так, в частности, вышеуказанный протокол осмотра автомашины MERCEDES-BENZ E 200 от ДД.ММ.ГГГГ, а также протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> сведений о сработавших в автомобиле ФИО1 в момент ДТП подушек безопасности не содержат.

Кроме того, даже если показания ФИО1 о сработавших подушках соответствуют действительности, его пояснения в этой части не проверены путем допроса соответствующего специалиста, который мог бы подтвердить или опровергнуть факт выделения подушками при срабатывании такого количества пыли, которое лишает водителя возможности видеть происходящее за пределами салона автомобиля.

Данная информация позволит дать в этой части оценку показаниям ФИО1 на предмет их достоверности.

Устранение указанных нарушений может повлечь за собой установление фактических обстоятельств, свидетельствующих о совершении ФИО1 более тяжкого преступления, в частности, предусмотренного ч.5 ст. 264 УК РФ.

Приведенные существенные нарушения уголовно-процессуального закона путем ограничения гарантированных законом прав потерпевших, повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

При таких обстоятельствах обжалуемый приговор в отношении ФИО1 подлежит отмене, а дело в этой части - направлению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

На основании изложенного и руководствуясь п.6 ч.1 ст. 237, п. 7 ч. 1 ст. 389.20, ч.3 ст. 389.22, ст. 389.28 УПК РФ, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 22 февраля 2019 года в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело возвратить Богородскому городскому прокурору Нижегородской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру процессуального принуждения ФИО1 в виде обязательства о явке оставить без изменения.

Апелляционные жалобы адвокатов Б.И.В. и К.С.Г. удовлетворить.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно после его провозглашения, но может быть обжаловано в порядке гл.47.1 УПК РФ непосредственно в суд кассационной инстанции.

Председательствующий судья С.П. Парамонов