Решение № 2-3135/2017 2-3135/2017~М-3002/2017 М-3002/2017 от 29 октября 2017 г. по делу № 2-3135/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 октября 2017 г. г.Иркутск

Кировский районный суд г.Иркутска в составе

председательствующего судьи Бакановой О.А.,

при секретере ФИО1,

с участием в судебном заседании представителя ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Иркутской области – ФИО2, действующего на основании доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3135/2017 по исковому заявлению ФИО3, к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Иркутской области, ФИО4 о возмещении имущественного вреда, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Иркутской области, ФИО4 о возмещении имущественного вреда, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей Куйбышевского района г. Иркутска установлено, что ФИО4, работая в должности следователя СУ СК РФ по Иркутской области, используя служебное положение, осуществлял клевету в отношении ФИО3, соединенную с обвинением в совершении особо тяжкого преступления, и распространил ее в процессуальных документах, а именно: в постановлении о привлечении ФИО3 в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ (уголовное дело №); в постановлении о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО5 (уголовное дело №). При этом мировым судьей принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с истечением срока привлечения к уголовной ответственности, что не является реабилитирующим основанием.

Как указывает истец, в течение девяти лет в отношении него допускался произвол со стороны органов власти: незаконные задержания, арест, продление сроков содержания под стражей; клевета, которую распространил следователь ФИО4 в обвинениях против ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ, организация клеветы со стороны следователя ФИО4, не проверка ФИО4 клеветы других лиц, игнорирование алиби ФИО3; пытки, избиения, плохие условия содержания, стесненные условия, содержание с ранее судимыми и больными, нарушение права на защиту, содержание под стражей на протяжении 8 месяцев без решения суда, незаконное продление сроков содержания под стражей всего более четырех лет (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ). В результате чего истцу причинен моральный вред, пострадал сам истец, его доброе имя, деловая репутация. Также пострадали жена и малолетние дети истца, которые остались без средств к существованию, а один из сыновей в возрасте семи лет поседел. Истца даже не отпустили на похороны родителей жены, что истцом расценивается как месть власти.

Истец получил заболевания, которых ранее у него не было: <данные изъяты>.

Истец полагает, что содержание невиновного ФИО3 в изоляции <данные изъяты> по сфабрикованным обвинениям и неправосудному приговору суда от ДД.ММ.ГГГГ является геноцидом со стороны власти России. Власти России не отреагировали на более, чем <данные изъяты> заявлений, обращений, телеграмм истца о клевете, пытках, правовом нигилизме по уголовному делу №. Допущены открытое воровство документов из уголовного дела, судебных материалов, фальсификация доказательств по уголовному делу №. Кроме того, <данные изъяты> лет средства массовой информации, в том числе телевидение России, распространяли информацию об ФИО3, как преступнике, в связи с чем пострадали биография, авторитет, деловая репутация истца.

Полагает, что таким образом власть России избавлялась от конкурента в депутаты Законодательного Собрания Иркутской области (<данные изъяты>.) и мэры г. Братска (<данные изъяты>.). ФИО3 посвятил жизнь борьбе с преступностью, на пенсию ушел с должности заместителя начальника криминальной милиции УВД Иркутской области, выслуга <данные изъяты>, является инвалидом вследствие военной травмы, приравнен к инвалидам Отечественной войны, после выхода на пенсию возглавлял агрофирму. В результате неправомерных действий в отношении ФИО3 <данные изъяты> человек остались без работы. Все изложенное, как полагает истец, является результатом деятельности организованного преступного сообщества в органах власти России (СК РФ, суды, прокуратура РФ, ФСИН РФ, ФСБ РФ) по уголовному делу №

Истец указывает, что ему сейчас необходимо качественное лечение, реабилитация, санаторно-курортное лечение, девять лет он не был в отпуске, находится в полном финансовом затруднении.

В первоначальном иске истец просил взыскать с Министерства финансов Российской Федерации и Управления Федерального казначейства по Иркутской области неполученную заработную плату за <данные изъяты> изоляции в размере <данные изъяты>. В дальнейшем дополнительно истец указал, что <данные изъяты> не получал заработную плату в ООО «Агрофирма «Пурсей», за указанный период неполученная заработная плата составляет <данные изъяты>. В данной части истец уменьшил исковые требования.

За девять лет произвола со стороны органов власти истцу причинен моральный вред, компенсацию которого истец оценивает в <данные изъяты>. Уточнив исковые требования, истец просит взыскать компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

Кроме этого истцу причинены убытки, поскольку ему необходимо будет выплачивать денежные средства в пользу потерпевших по решению по гражданскому делу Падунского районного суда г. Братска № от ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты>.

Уточняя исковые требования, ФИО3 указывает, что его исковые требования не связаны с реабилитацией, а вытекают из незаконности действий должностных лиц органов государственной власти.

Также истец указывает, что непосредственно следователем СУ СК РФ по Иркутской области ФИО4 в отношении истца осуществлена клевета с использованием служебного положения, связанная с обвинением ФИО3 в совершении особо тяжкого преступления, допущенная в процессуальных документах ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ Первоначально истец просил взыскать с ФИО4 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>. Уточнив исковые требования, истец просит взыскать с ФИО4 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

Просит суд, с учетом уточнения, взыскать с ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Иркутской области имущественный вред в виде неполученного заработка в размере <данные изъяты>, убытки в виде выплат потерпевшим в размере <данные изъяты>, компенсацию морального вреда <данные изъяты>; взыскать с ответчика ФИО4 компенсацию морального вреда <данные изъяты>

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Иркутской области.

В судебном заседании истец ФИО3, уведомленный о времени и месте рассмотрения дела согласно представленной в материалы дела расписки надлежащим образом, участия не принимает, поскольку этапирование лиц, осужденных по уголовным делам для участия в гражданском судопроизводстве действующим законодательством не предусмотрено (ст.77.1 УИК РФ), для участия в деле своего представителя истец также не направил, ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявлял. Определением суда в удовлетворении ходатайства ФИО3 об обеспечении его личного участия при рассмотрении гражданского дела отказано.

Участвующий в судебном заседании представитель ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Иркутской области по доверенностям ФИО2 исковые требования о взыскании убытков в размере <данные изъяты>, убытков в размере <данные изъяты>, компенсации морального вреда <данные изъяты> рублей полагал необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Суду пояснил, что поскольку истец исходит из незаконности действий должностных лиц органов государственной власти, то в силу положений ч. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию: о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Как следует из искового заявления, моральный вред причинен истцу в результате незаконности действия ряда органов государственной власти. При этом истец не приводит никаких доказательств. Для возникновения оснований возмещения причиненного истцу морального вреда необходимы следующие условия: незаконные действия должностного лица либо бездействие, в результате которого гражданину был причинен моральный вред; вина должностного лица в причинении морального вреда истцу; наличие морального вреда (физические или нравственные страдания), причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права истца, либо посягающие на принадлежащие ему другие нематериальные блага; причинно-следственная связь между действиями (бездействием) должностного лица органа государственной власти и возникновением морального вреда у истца.

Полагает, что факт причинения морального вреда и его наличие истцом не доказаны в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, в связи с чем, основания компенсации морального вреда отсутствуют.

Кроме того, требования истца о взыскании убытков размере <данные изъяты>, а также в виде выплат потерпевшим в размере <данные изъяты> необоснованны, поскольку доход истец не получал в связи с уголовным преследованием и последующим осуждением по уголовному делу, при этом правом на реабилитацию не обладает, компенсация морального вреда взыскана в пользу потерпевших решением суда, то есть правомерно, и фактически истцом в пользу потерпевших не выплачена.

Просит отказать в удовлетворении исковых требований.

Также представитель ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Иркутской области по доверенностям ФИО2 полагал исковые требования ФИО3 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей удовлетворению не подлежащими ввиду необоснованности.

В судебном заседании ответчик ФИО4, уведомленный о времени и месте рассмотрения дела согласно представленной в материалы дела расписки надлежащим образом, участия не принимает, поскольку этапирование лиц, осужденных по уголовным делам для участия в гражданском судопроизводстве действующим законодательством не предусмотрено (ст.77.1 УИК РФ), для участия в деле своего представителя ответчик ФИО4 также не направил, ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявлял. Определением суда в удовлетворении ходатайства ФИО4 об обеспечении его личного участия при рассмотрении искового заявления отказано.

Третье лицо Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Иркутской области, уведомленное о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание представителя не направило, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявляло.

Суд рассмотрел дело в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, изучив материалы уголовного дела № (№), контрольное производство Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Иркутской области №, надзорные производства Прокуратуры Иркутской области №, №, суд приходит к следующим выводам.

Часть 3 ст. 55 Конституции РФ допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в качестве средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такие ограничения, в частности, могут быть связаны с применением к лицам, совершившим преступления, уголовного наказания в качестве меры государственного принуждения, особенность которого в силу статьи 43 УК РФ состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его определенных прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В данном случае, устанавливая в качестве одного из видов наказания лишение свободы, государство действует как в своих интересах, так и в интересах общества и его членов. При этом исполнение наказания изменяет привычный ритм жизни человека, его отношения с окружающими людьми и имеет определенные морально-психологические последствия, ограничивая тем самым не только его права и свободы как гражданина, но и его права как личности. Такое ограничение связано с его противоправным поведением и обусловливается необходимостью ограничения его естественного права на свободу в целях защиты нравственности, прав и законных интересов других лиц.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно положений ст. 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии с положениями ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с ч. 2 ст.1099 ГК РФ, моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Согласно положений ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Статьей 1100 ГК РФ предусмотрены случаи компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда. Возмещение вреда в соответствии со ст. 1069 ГК РФ к таким случаям не относится.

В соответствии с положениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994г. №10, следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Степень нравственных или физических страданий оценивается с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В силу п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994г. №10, если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

Из положений главы 59 ГК РФ следует, что удовлетворение исковых требований о возмещении вреда возможно при наличии совокупности условий деликтной ответственности (внедоговорной ответственности за причинение вреда): наступление вреда с обоснованием его размера; противоправность поведения причинителя вреда; причинная связь между вредом и противоправным поведением причинителя вреда; вина причинителя вреда.

Под вредом в данном случае понимается умаление нематериального блага.

Причинная связь между противоправным поведением причинителя и наступившим вредом также является обязательным условием наступления деликтной ответственности и выражается в том, что первое предшествует второму во времени, и первое порождает второе.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Бремя доказывания в суде неправомерности действия (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, причинения вреда и наличия причинно-следственной связи между вредом и противоправным поведением возлагается на самого потерпевшего.

Из искового заявления ФИО3 следует, что основанием заявленных требований о взыскании убытков в размере <данные изъяты> является возложение на истца решением по гражданскому делу Падунского районного суда г. Братска № от ДД.ММ.ГГГГ обязанности выплатить потерпевшим денежные средства в общем размере <данные изъяты>. Основанием заявленных требований о взыскании компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> является нарушение прав и свобод истца незаконными действиями ряда государственных органов, в том числе в ходе производства по уголовному делу, в отношении истца, но не связанное с реабилитацией.

Основанием заявленных требований ФИО3 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> является осуществление следователем ФИО4 в отношении истца клеветы с использованием служебного положения, связанной с обвинением ФИО3 в совершении особо тяжкого преступления, допущенной следователем в процессуальных документах ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, исходя из изложенных в исковом заявлении доводов, в ходе рассмотрения дела судом подлежит установлению состав деликтного правонарушения в совокупности с положениями ст.ст. 15, 151, 1069 ГК ГФ.

При этом бремя доказывания неправомерности поведения причинителя вреда, наличия вреда и его размера, а также непосредственной причинно-следственной связи возложено на истца ФИО3

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем отдела по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Иркутской области ФИО4 ФИО3 задержан в качестве подозреваемого по уголовному делу №.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу №.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №, предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ Октябрьским районным судом г. Иркутска ФИО3 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился с явкой с повинной, составлен протокол явки с повинной.

ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем отдела по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Иркутской области ФИО4 ФИО3 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу №, предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч<данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование в отношении ФИО5 прекращено по основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ срок содержания ФИО3 под стражей был продлен.

В дальнейшем срок содержания ФИО3 под стражей продлялся (в том числе ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ), районными судами и Иркутским областным судом.

ДД.ММ.ГГГГ приговором суда присяжных Иркутского областного суда ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты>, назначено наказание в виде восемнадцати лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, срок наказания исчисляется с ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации приговор Иркутского областного суда с участием присяжных заседателей от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно статье 135 УПК РФ возмещение лицу имущественного вреда при реабилитации включает в себя возмещение заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых лицо лишилось в результате уголовного преследования; возврат имущества или возмещение ущерба, причиненного конфискацией или обращением имущества в доход государства на основании приговора или решения суда; возмещение штрафов и процессуальных издержек, взысканных с него во исполнение приговора суда; возмещение сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи защитникам, и иных расходов, понесенных реабилитированным вследствие незаконного или необоснованного уголовного преследования, подтвержденных документально либо иными доказательствами (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве").

Поскольку истец признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты>, назначено наказание в виде лишения свободы, то истец правом на реабилитацию не обладает.

Согласно доводов иска, ФИО3 исходит из незаконности действий органов государственной власти, и основывает все свои исковые требования на нормах ст. 15, ст. 151, ст. 1069 ГК РФ. Способами защиты права избрано взыскание убытков (в виде неполученной заработной платы и денежных сумм, взысканных в пользу потерпевших), а также компенсация морального вреда.

Поскольку истец не обладает правом на реабилитацию и указывает на данное обстоятельство в уточненном исковом заявлении, указанные требования в полном объеме подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства.

Приводя доводы о нарушении прав истца ФИО3 со стороны ряда государственных органов, истец не указывает конкретных фактов нарушений, не приводит обстоятельств нарушений, конкретного лица, допустившего нарушение (кроме распространения клеветы в процессуальных документах следователем ФИО4).

Определением суда о подготовке гражданского дела к судебному разбирательству от ДД.ММ.ГГГГ истцу ФИО3 было предложено уточнить исковые требования, указав конкретно о фактах противоправного поведения конкретных должностных лиц, определить надлежащих ответчиков. Представленные ФИО3 уточнения исковых требований первоначальный иск не восполнили.

При таких обстоятельствах, суд рассматривает исковые требованиях ФИО3 в заявленном виде. В силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Вместе с тем, судом исследовано представленное по запросу суда контрольное производство Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Иркутской области № по жалобам ФИО3

Из ответа и.о. заместителя руководителя первого отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ на жалобу ФИО3 следует, что уголовное дело, по которому следователем ФИО4 вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ рассмотрено Иркутским областным судом, по уголовному делу вынесен приговор; оснований для признания указанного постановления незаконным при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции не выявлено; участники уголовного судопроизводства со стороны защиты обжаловали приговор в кассационном порядке, ссылались в кассационных жалобах на незаконность постановления о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ; суд кассационной инстанции не усмотрел оснований для признания указанного постановления незаконным.

Ответом от ДД.ММ.ГГГГ на заявление ФИО3 о привлечении судьи Иркутского областного суда к уголовной ответственности истцу разъяснен порядок обжалования судебных актов.

ДД.ММ.ГГГГ заместителем руководителя первого отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по Иркутской области ФИО6 ФИО3 дан ответ о том, что нарушений каких-либо норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства при расследовании уголовного дела № со стороны следователя ФИО4 не усматривается; доводы проверялись Иркутским областным судом и своего подтверждения не нашли. Аналогичный ответ дан истцу ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ руководителем первого отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по Иркутской области ФИО3 дан ответ о том, что доводы о неправомерных действиях ФИО6 являются необоснованными.

ДД.ММ.ГГГГ истцу дан ответ на жалобу о незаконности содержания под стражей, указано о том, что Иркутским областным судом исследованы вопросы законности содержания истца под стражей. Также ДД.ММ.ГГГГ истцу дан ответ об отсутствии оснований для проведения проверки в отношении начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутской области.

ДД.ММ.ГГГГ истцу дан ответ о правомерности продления сроков содержания под стражей.

Также судом исследованы представленные по запросу суда надзорные производства Прокуратуры Иркутской области №, № по жалобам ФИО3

Ответами начальника отдела по надзору за расследованием ОВД Прокуратуры Иркутской области ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ истцу ФИО3 указано на соблюдение норм УПК РФ при производстве уголовного преследования в отношении ФИО3, в том числе об избрании меры пресечения и дальнейшего продления срока содержания под стражей, о предъявлении обвинения в присутствии адвокатов, об отсутствии нарушении при производстве допросов; проверены доводы об оказании на ФИО3 психологического и физического давления со стороны сокамерников и сотрудников СИЗО-1, в возбуждении уголовного дела в отношении данных лиц отказано, законность принятого решения проверена прокуратурой Куйбышевского района г. Иркутска; жалоба адвоката ФИО3 Егоровой Л.В., поданная в защиту интересов истца, о незаконных действиях ФИО4, ФИО8, оказании давления со стороны сокамерников при написании явки с повинной оставлена без удовлетворения.

Согласно ответу заместителя прокурора Иркутской области Бурановского И.Р. от ДД.ММ.ГГГГ задержание ФИО3, а также решения суда об избрании и продлении срока его содержания под стражей, произведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, носят законный и обоснованный характер; законность продления Иркутским областным судом срока содержания ФИО3 под стражей по его жалобам подтверждена кассационной инстанцией Верховного Суда Российской Федерации; доводы о незаконности содержания в ФКУ СИЗО – 1 ГУФСИН России по Иркутской области, применении пыток, избиений с целью самооговора, нарушении требований Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» при содержании в следственном изоляторе неоднократно проверялись прокуратурой области и признавались несостоятельными; в период содержания ФИО3 в следственном изоляторе нарушений указанного закона не выявлялось.

Таким образом, материалы контрольного производства Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Иркутской области №, надзорных производств Прокуратуры Иркутской области №, № по жалобам ФИО3 не содержат сведений о нарушении прав ФИО3 должностными лицами органов государственной власти.

Из положений главы 59 ГК РФ следует, что удовлетворение исковых требований о возмещении вреда возможно при наличии совокупности условий деликтной ответственности (внедоговорной ответственности за причинение вреда): наступление вреда как негативных последствий для потерпевшего с обоснованием его размера; противоправность поведения причинителя вреда; причинная связь между вредом и противоправным поведением причинителя вреда; вина причинителя вреда.

При этом обязанность доказывания противоправности действий (бездействий) причинителя вреда, наличия вреда (морального и материального) и его размера, а также причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и вредом возлагается на самого истца. Ответчик доказывает отсутствие вины.

Отсутствие хотя бы одного из элементов состава деликтного правонарушения исключает возможность применения ст.ст.1069, 1100 ГК РФ и удовлетворения исковых требований.

Истцом суду не представлено доказательств незаконности действий должностных лиц органов государственной власти, в том числе постановлений, вынесенных в порядке ст. 124, 125 УПК РФ.

Разрешая исковые требования, суд исходит из положений ст.151 ГК РФ, согласно которой компенсация морального вреда возможна в случае нарушения личных неимущественных прав или нематериальных благ истца, а также в других случаях, предусмотренных законом.

Перечень личных неимущественных прав и нематериальных благ определен в ч. 1 ст. 150 ГК РФ, согласно которой, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В качестве основания исковых требований ФИО3 указано, что незаконные действия должностных лиц нарушили его право на свободу и личную неприкосновенность, нарушили право на защиту.

Вместе с тем истец ФИО3 привлечен к уголовной ответственности, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 33 ст. 295 УК РФ, отбывает наказание в виде восемнадцати лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Таким образом, истец лишен свободы на основании приговора суда, постановленного по итогам рассмотрения уголовного дела. При этом право на защиту истца обеспечивалось участвующими в деле адвокатами, а продление срока содержания под стражей осуществлялось постановлениями судов.

Кроме того, доводы истца о том, что он подвергался незаконному задержанию, ему незаконно продлевались сроки содержания под стражей, подвергался пыткам, избиениям, содержался в плохих условиях не подтверждены необходимыми доказательствами.

Анализ собранных по делу доказательств не позволяет суду прийти к выводу о том, что органами государственной власти при производстве по уголовному делу в отношении истца ФИО3, а также органами уголовно-исполнительной системы, надзирающими органами допущены нарушения прав истца. Доказательств обратного истцом не представлено, в материалах дела не содержится.

Согласно доводам искового заявления ФИО3 указывает на то, что в период нахождения в ФКУ СИЗО – 1 ГУФСИН России по Иркутской области получил ряд заболеваний (гипертония, стенокардия, ишемическая болезнь сердца, грибковое заболевание). Оценивая данные доводы, суд не может их принять в качестве основания для взыскания компенсации морального вреда, поскольку истцом не представлено доказательств наличия непосредственной причинно-следственной связи между возникновением данных заболеваний истца и действиями органов государственной власти.

Доводы истца о том, что органы государственной власти не отреагировали на заявления, обращения истца о клевете, пытках, правовом нигилизме по уголовному делу №, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела судом, опровергнуты представленными в материалы дела доказательствами, в том числе ответами, содержащимися в материалах контрольного производства Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Иркутской области №, надзорных производств Прокуратуры Иркутской области №, № по жалобам ФИО3

Доводы истца о воровстве документов из уголовного дела, судебных материалов, фальсификация доказательств по уголовному делу № несостоятельны, поскольку по уголовному делу постановлен обвинительный приговор законность которого проверена Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

То обстоятельство, что средства массовой информации распространяли об истце сведения о совершении истцом уголовно наказуемого деяния, подорвали его авторитет, испортили биографию, не могут причинять истцу нравственные страдания, поскольку не соответствующими действительности не признаны.

Рассматривая требования истца ФИО3 о взыскании убытков в виде неполученной заработной платы в размере <данные изъяты>, суд исходит из следующего.

Как полагает истец, за время нахождения в местах лишения свободы им не получена заработная плата за <данные изъяты> по месту его работы в ООО «Агрофирма «Пурсей» в размере <данные изъяты>. Считает неполученную заработную плату в указанном размере убытками и как лицо, не обладающее правом на реабилитацию, в гражданско-правовом порядке просит взыскать ее на основании норм ст. 15, ст. 16, ст. 1069 ГК РФ.

Оснований для удовлетворения указанных требований суд не усматривает, поскольку истец не получает заработную плату в связи с отбыванием наказания в местах лишения свободы по обвинительному приговору суда. Доказательств неправомерности действий должностных лиц и причинно-следственной связи между действиями должностных лиц и убытками истца в размере <данные изъяты> истцом не представлено. Исковые требования в указанной части удовлетворению не подлежат как необоснованные.

Оценивая доводы иска о взыскании в пользу истца ФИО3 убытков в виде выплат потерпевшим по уголовному делу в общем размере <данные изъяты>, судом установлено следующее.

ДД.ММ.ГГГГ решением Падунского районного суда г. Братска Иркутской области удовлетворены исковые требования потерпевших ФИО9, ФИО10, ФИО11, в пользу указанных истцов с ФИО3 взыскана компенсация морального вреда в размере по 400 000 рублей каждому, итого <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ апелляционным определением Иркутского областного суда решение Падунского районного суда г. Братска от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения.

Доказательств того, что истцом в пользу потерпевших по уголовному делу указанная сумма компенсации морального вреда выплачена, истцом суду не представлено.

Исследовав правовую природу требований ФИО3 в данной части, суд приходит к выводу о том, что взысканная с ФИО3 в пользу потерпевших на основании вступившего в законную силу решения суда сумма компенсации морального вреда в общем размере <данные изъяты> не является убытками истца и не подлежит взысканию в его пользу по правилам ст. 15, 16, 1069 ГК РФ, поскольку является мерой гражданско-правовой ответственности, примененной судом к ФИО3, направленной на защиту прав потерпевших по уголовному делу. Требования истца в данной части являются незаконными и необоснованными, в связи с чем удовлетворению не подлежат.

Оснований для взыскания убытков в размере <данные изъяты>, убытков в размере <данные изъяты>, компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> не имеется, поскольку истцом, в нарушение положения ст. 56 ГПК РФ, не представлено суду доказательств противоправности поведения причинителя вреда, наличия вреда, его размера, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями и наступившим вредом.

При таких обстоятельствах, поскольку судом не установлена противоправность поведения причинителя вреда и причинная связь между вредом и поведением причинителя вреда, отсутствуют доказательства наличия убытков, морального вреда и их размера, у суда отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований о взыскании в пользу ФИО3 с Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Иркутской области за счет казны убытков в размере <данные изъяты>, убытков в размере <данные изъяты>, компенсации морального вреда в размере <данные изъяты>.

Кроме того, в соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ст. 125 ГК РФ от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов (пункт 1).

Согласно пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов.

В соответствии с пунктом 10 статьи 158 БК РФ главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде от имени казны Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) соответствующих органов, по ведомственной принадлежности.

В силу п.12.1 ч.1 ст.158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Из приведенных выше положений нормативных правовых актов следует, что по искам о возмещении вреда, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) должностных лиц органов государственной власти от имени Российской Федерации в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств.

Таким образом, Министерство финансов Российской Федерации, Управление Федерального казначейства по Иркутской области надлежащим ответчиком по иску ФИО3 не является.

Разрешая требования истца ФИО3 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Предварительное расследование по уголовному делу № (№), по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты>, осуществлялось следователем Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Иркутской области ФИО4

В обоснование доводов о взыскании с ФИО4 компенсации морального вреда истцом ФИО3 указано на распространение следователем в процессуальных актах по уголовному делу клеветы в отношении истца, соединенной с обвинением в совершении тяжкого преступления.

Вместе с трем, судом установлено, что процессуальные акты следователя ФИО4, в том числе постановления от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, оценены Иркутским областным судом, проверены Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

ДД.ММ.ГГГГ приговором суда присяжных Иркутского областного суда ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты>, назначено наказание в виде восемнадцати лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. ДД.ММ.ГГГГ кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации приговор Иркутского областного суда с участием присяжных заседателей от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения.

Также судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей судебного участка № 11 Куйбышевского района г. Иркутска вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлениям ФИО3 о привлечении к уголовной ответственности в порядке частного обвинения ФИО4 по <данные изъяты> УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности, заявления ФИО3 возвращены заявителю.

Доказательств неправомерности действий следователя ФИО4 в отношении истца ФИО3, свидетельствующих о нарушении его прав и свобод, истцом суду не представлено, в материалах дела такие доказательства отсутствуют.

При таких обстоятельствах, учитывая не представление истцом ФИО3 доказательств неправомерности действий следователя ФИО4, наличия причинно – следственной связи между неправомерными действиями и нравственными страданиями истца, оснований для взыскания с ФИО4 в пользу ФИО3 компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> не имеется. Данные требования истца удовлетворению не подлежат как необоснованные.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3, к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Иркутской области о взыскании убытков в размере <данные изъяты>, убытков в размере <данные изъяты>, компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> – оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО3, к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> – оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Кировский районный суд г.Иркутска в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения.

Мотивированный текст решения будет изготовлен ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий О.А. Баканова

Мотивированный текст решения изготовлен ДД.ММ.ГГГГ.