Постановление № 02-14/2023 02-5/2024 от 28 февраля 2024 г. по делу № 02-14/2023

<...>


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

о прекращении уголовного дела

г. Великий Новгород 28 февраля 2024 года

Новгородский областной суд в составе председательствующего судьи Становского А.М.,

при секретаре судебного заседания Тимошенко Д.Г., с участием:

государственного обвинителя – прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Новгородской области Кузьминой Е.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Ермолаева А.Ю.,

переводчика Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, родившегося <...> в <...>, гражданина <...>, с общим средним образованием, регистрации на территории Российской Федерации не имеющего, женатого, не работающего, судимого:

21 июня 1999 года Головинским межмуниципальным (районным) судом Северного административного округа города Москвы по ч. 1 ст. 105 УК РФ, ч. 1 ст. 222 УК РФ к 7 годам 6 месяцам лишения свободы; постановлением Урюпинского городского суда Волгоградской области от 11 сентября 2003 года освобожден условно-досрочно на неотбытый срок 2 года 2 месяца 6 дней лишения свободы;

23 марта 2022 года Новгородским областным судом по п.п. «а, в, ж, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона РФ от 21 июля 2004 года № 73-ФЗ) к пожизненному лишению свободы, отбывающего данное наказание,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части 3 статьи 126 Уголовного кодекса Российской Федерации,

у с т а н о в и л:

Органом предварительного следствия ФИО1 обвиняется в похищении человека, совершенном организованной группой, при следующих обстоятельствах.

В период с января по июнь 2007 года в городе Москве у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на хищение квартир граждан путем их обмана и злоупотребления доверием, а также на дальнейшие похищения и убийства владельцев данных квартир с целью сокрытия совершенных преступлений.

Во исполнение преступного умысла в период с января по июнь 2007 года ФИО1 и неустановленные лица в городе Москве объединились в организованную группу, в состав которой в указанный период также вошли П., Г., С., К., П.Ж., Г.С. и А.

Стремлением участников организованной группы было получение материальной выгоды от своей незаконной деятельности. Вступая в данную организованную группу, каждый из участников заведомо знал о цели ее создания, заключавшейся в незаконном обогащении путем систематического совершения хищений квартир, похищений их владельцев, был готов к их совершению и принимал на себя обязанности, возложенные на него руководителем организованной группы ФИО1

Действуя с указанным умыслом в соответствии с целью деятельности организованной группы, ее участники собирали сведения о владельцах квартир, злоупотреблявших спиртными напитками и не имевших стабильных социальных связей, их образе жизни, привычках, круге общения. Используя собранные о собственниках квартир сведения, участники организованной группы принимали решения о подготовке к совершению хищения конкретной квартиры, входили в доверие к ее собственнику, вводили потерпевших в заблуждение путем обмана или злоупотребляя их доверием, чтобы не допустить их обращения в правоохранительные органы и облегчить последующие похищения и убийства собственников похищаемых квартир.

Организованность и устойчивость группы нашли свое отражение в строгом исполнении ее участниками ролей, отведенных каждому из них как в составе самой группы, так и в каждом из совершаемых преступлений. Длительный период существования организованной группы и большое число совершенных ее участниками преступлений были обусловлены стабильностью состава организованной группы, тщательной разработкой приемов и способов совершения преступлений, взаимодействием соучастников на всех этапах совершения преступлений, их заинтересованностью в успешном для них завершении каждого из преступлений. В значительной степени устойчивость организованной группы была обусловлена спецификой состава ее участников, связанных как этническим и конфессиональным родством, так и родственными связями, способствовавшими стабильности состава группы, объединенности и единству ее членов.

Взаимодействие между руководителем организованной группы и остальными ее членами осуществлялось в зависимости от их положения в иерархии и распределением ролей среди ее участников. В соответствии со структурой организованной группы ФИО1 являлся ее безусловным руководителем, осуществляя командные полномочия в отношении участников группы и формируя содержание ролей каждого из них согласно своему усмотрению.

Роли в организованной группе ФИО1 были распределены следующим образом.

Сам ФИО1 принял на себя руководство деятельностью организованной группы, формировал состав ее участников, принимавших на себя обязательство подчиняться его указаниям и действовать в интересах всех членов группы в соответствии с целями ее существования. Создавая благоприятные условия для деятельности группы, ФИО1 осуществлял общее руководство преступной деятельностью ее участников, наделял отдельных ее членов дополнительными властными полномочиями в отношении других, принимал меры по обеспечению организованной группы финансовыми средствами и их распределению между ее участниками, давал членам группы иные поручения по обеспечению ее жизнедеятельности. Одновременно ФИО1 контролировал поведение членов организованной группы и поддерживал внутреннюю дисциплину, распределял обязанности между членами организованной группы и давал им указания о подготовке и совершении конкретных преступлений, давал свое согласие на использование конкретных приемов и способов совершения преступлений, определял объекты преступных посягательств, планировал и финансировал их совершение. В распоряжении ФИО1 имелись добытые преступным путем денежные средства, которые тратились им как на выдачу участникам организованной группы разовых денежных выплат и вознаграждений за исполнение своих ролей в ходе успешно совершенных преступлений, так и на общие нужды организованной группы, таких как оплата арендуемых квартир и автомобилей, приобретение продуктов питания, а также на иные расходы, связанные с деятельностью организованной группы, направленной на достижение общего преступного результата.

Участник организованной группы П., являясь доверенным лицом ФИО1 и его родственником, был наделен последним властными полномочиями в отношении других членов организованной группы, а также правом действовать и давать указания от имени ФИО1 Согласно распределению ролей в организованной группе, П., поддерживая связь с ФИО1, осуществлял координацию действий других ее участников в ходе совершения ими конкретных преступлений, доводил до них решения и указания, передаваемые через него ФИО1, контролировал выполнение этих указаний и доводил до сведения ФИО1 информацию о ходе совершения преступлений и результатах исполнения всеми участниками организованной группы поручений ее руководителя. Одновременно П. выполнял указания ФИО1 об организации похищения людей и их последующих убийств, поручал Г. и организационно подчиненным тому участникам группы удерживать похищенных людей в специально подобранных жилых помещениях, передавал денежные средства другим соучастникам в качестве средства совершения преступлений или как вознаграждение за исполнение их участниками своих ролей, сам принимал непосредственное участие в совершении преступлений.

Участник организованной группы К., являясь доверенным лицом ФИО1, также был наделен последним властными полномочиями в отношении других членов организованной группы, а также правом действовать и давать указания от имени ФИО1, касающиеся совершения мошеннических действий в отношении похищаемых участниками организованной группы квартир, организовывал хищения квартир потерпевших, в каждом конкретном случае определял участников преступления и их роли, подбирал лиц, не входивших в состав организованной группы, для выполнения ими действий, связанных с регистрационными действиями и совершением других юридически значимых действий в органах государственной власти и нотариата, сам принимал непосредственное участие в совершении преступлений.

Участник организованной группы П.Ж. согласно распределению ролей среди ее участников выполняла указания руководителя организованной группы ФИО1, в том числе передаваемые через П. Вместе с этим П.Ж. непосредственно участвовала в преступлениях согласно отведенной ей роли, в том числе, входила в доверие к владельцам похищаемых квартир, арендовала комнаты в их квартирах специально для получения возможности оказывать влияние на потерпевших, путем обмана или злоупотребляя их доверием вводила их в заблуждение относительно своих истинных намерений, после чего под обманным предлогом вывозила владельцев похищаемых квартир из своих жилищ на территорию <...> с целью совершения их последующего убийства соучастниками.

Участник организованной группы Г. согласно распределению ролей среди ее участников выполнял указания руководителя организованной группы ФИО1, в том числе передаваемые через П. и К., об удержании похищенных людей в специально подобранных жилых помещениях, их убийствах и сокрытии трупов, в каждом конкретном случае поручал совершение убийств похищенных людей участникам организованной группы С., Г.С., А. и неустановленным ее участникам, а также сам принимал непосредственное участие в убийствах.

Участники организованной группы С., Г.С., А. и неустановленные лица, также являвшиеся ее участниками, согласно распределению ролей в ней исполняли указания ФИО1, в том числе передаваемые через П. и Г. Кроме этого, С., Г.С. и неустановленные участники организованной группы в каждом конкретном случае непосредственно участвовали в преступлениях согласно отведенной им роли, а также по поручению Г. совершали похищения, убийства похищенных людей, принимали меры конспирации, скрывали трупы, следы и орудия совершенных преступлений.

В период с октября 2007 года до 25 января 2008 года неустановленные участники организованной группы под руководством ФИО1 согласно его указаниям и в соответствии с распределением им ролей, используя поддельные документы, представленные в отдел регистрации прав на недвижимость по <...>, путем обмана приобрели право на принадлежащую К.Н. квартиру стоимостью 3890000 рублей, которое было зарегистрировано 25 января 2008 года за участником организованной группы, чем причинили потерпевшей имущественный ущерб в особо крупном размере.

Не позднее 21 марта 2008 года в неустановленном месте у ФИО1, осознававшего, что К.Н. может узнать о хищении ее квартиры и сообщить об этом в правоохранительные органы или иным образом предать гласности факт совершения преступления, с целью сокрытия факта приобретения в результате мошеннических действий прав на вышеуказанную квартиру возник преступный умысел, направленный на похищение К.Н.

В целях похищения К.Н. не позднее 21 марта 2008 года в неустановленном месте ФИО1 привлек к реализации своего преступного умысла входивших в руководимую им организованную преступную группу П., Г., С. и неустановленных лиц, которые согласились на похищение К.Н., и совместно с которыми ФИО1 разработал общий преступный план задуманного преступления, распределил преступные роли.

Разработанный преступный план предусматривал: приискание транспортных средств для транспортировки К.Н. в <...> для ее последующего удержания участником организованной группы; склонение К.Н. к поездке за пределы <...>; обеспечение удержания К.Н. в жилище участника организованной группы с осуществлением контроля, ограничением ее в перемещении и общении с другими лицами; предотвращение иных действий К.Н., направленных на ее обнаружение и освобождение.

Кроме того, участники организованной группы, располагая сведениями о том, что ранее К.Н. в быту получила травму в виде перелома правого бедра и в силу маломобильности находится в беспомощном состоянии, лишавшим ее возможности оказывать сопротивление участникам организованной группы, а также самостоятельно покинуть место ее незаконного удержания, решили использовать данное обстоятельство при совершении задуманного преступления.

Роли между участниками организованной группы при совершении похищения К.Н. были распределены ФИО1 следующим образом:

П., согласно отведенной ему ФИО1 роли, являясь координатором действий членов преступной группы и активным ее участником, используя знакомство с К.Н., злоупотребляя ее доверием, должен был путем обмана убедить К.Н. в необходимости поездки за пределы <...>; принимать непосредственное участие в незаконном перемещении К.Н. на транспортном средстве в <...> для ее передачи участникам организованной группы Г. и С. с целью дальнейшего перемещения и удержания К.Н.; координировать преступные действия соучастников, в том числе Г., давая обязательные к исполнению указания относительно незаконного перемещения и дальнейшего удержания К.Н.

Г., являясь активным участником преступной группы, должен был координировать преступные действия соучастника С., давая обязательные к исполнению указания относительно перемещения и удержания К.Н.; принимать непосредственное участие в перемещении К.Н. на транспортных средствах к месту дальнейшего ее незаконного удержания; совместно со своими соучастниками контролировать действия К.Н. в процессе её перевозки;

С., являясь активным участником преступной группы, должен был предоставить жилище для удержания К.Н.; принимать участие в незаконном перемещении К.Н. на транспортном средстве к месту её дальнейшего удержания; контролировать действия К.Н. в процессе её перевозки; осуществлять охрану К.Н. в месте её незаконного удержания для предотвращения возможных действий, направленных на её освобождение;

неустановленные лица, являясь активными участниками преступной группы, должны были предоставить автотранспортное средство и осуществить перевозку К.Н. от места похищения до места ее передачи своему соучастнику С.; контролировать действия К.Н. в процессе её перевозки.

ФИО1 осуществлял общее руководство совершением преступления, давая остальным участникам преступной группы обязательные к исполнению указания, контролировал ход и слаженность их исполнения.

Реализуя задуманное, во исполнение общего преступного умысла, направленного на похищение К.Н., с целью сокрытия хищения квартиры последней, действуя по предварительной договоренности и согласно преступному распределению ролей, П. совместно с неустановленным лицом около 20 часов 30 минут 21 марта 2008 года прибыли на автомобиле марки «<...>» под управлением неустановленного лица к месту проживания К.Н. по адресу: <...> где П. зашел в квартиру № <...>, в которой находилась К.Н.

Воспользовавшись фактом знакомства с последней и злоупотребляя ее доверием, находясь в квартире К.Н., П. сообщил ей ложные сведения о приобретенном на ее имя доме в <...> и предложил ей проехать с ним в <...> для осмотра купленного дома, на что К.Н., введенная в заблуждение его обманом и доверяя ему, согласилась.

В продолжение задуманного, около 20 часов 37 минут 21 марта 2008 года, П., действуя умышленно, в интересах организованной группы и во исполнение общего преступного умысла, вывел К.Н. из места ее проживания и посадил ее на заднее сиденье находившегося рядом с домом автомобиля марки «<...>» под управлением неустановленного лица, а сам, расположившись на переднем пассажирском сиденье указанного автомобиля, стал контролировать действия К.Н. в процессе ее перевозки к повороту автомобильной дороги «Москва-Санкт-Петербург» на <...> для дальнейшей передачи похищенной К.Н. участнику организованной группы С.

Действуя по заранее разработанному преступному плану, 21 марта 2008 года в не установленном месте в указанный автомобиль на пассажирское сиденье сел Г., который посредством мобильного телефона связался с С. и дал ему указание прибыть к повороту автомобильной дороги «Москва-Санкт-Петербург» на <...>.

По прибытию к повороту автомобильной дороги «Москва-Санкт-Петербург» на <...> П., действуя по указанию ФИО1, под предлогом поломки автомобиля пересадил К.Н. в автомобиль марки «<...>» под управлением С., куда также пересел Г., после чего К.Н., Г. и С. проследовали к месту жительства С., расположенному по адресу: <...>.

По пути следования Г., действуя согласно отведенной ему преступной роли, втайне от К.Н. незаконно изъял принадлежащий ей мобильный телефон и в не установленном месте вышел из автомобиля марки «<...>», дав указание С. удерживать К.Н. в квартире по месту жительства С., осуществлять ее охрану и не допустить возможных действий, направленных на ее освобождение.

Будучи введенной в заблуждение путем злоупотребления доверием и обмана относительно цели поездки и действий соучастников преступления, К.Н. не оказывала сопротивление и беспрепятственно позволила им переместить себя с места своего проживания в <...>, в которой проживал С.

Доставив К.Н. 21 марта 2008 года в свою квартиру, С. незаконно, против ее воли, удерживал К.Н. до 20 апреля 2008 года, не давая ей сообщить о своем местонахождении другим лицам, воспользовавшись ее беспомощным состоянием, лишавшим ее возможности оказывать сопротивление участникам организованной группы, а также самостоятельно покинуть место ее незаконного удержания.

Узнав о розыске К.Н. ее сыном – К.А., С. 20 апреля 2008 года, находясь в квартире № <...>, по адресу: <...>, действуя по указанию П. и в интересах организованной группы, с целью сокрытия хищения квартиры К.А. и похищения самой К.А., а также создания видимости свободы ее передвижений и общения, высказывая угрозы в адрес К.А., принудил ее под своим контролем позвонить К.А. и сообщить ему, что она находится у своей знакомой и в ближайшее время вернется домой, а также принудил ее записать с помощью диктофона разговор о якобы добровольной продаже принадлежащей ей квартиры по адресу: <...>. Данную аудиозапись С. передал П.

Кроме этого, 26 апреля 2008 года П. совместно с Г. и неустановленными соучастниками, продолжая совершать действия, направленные на прекращение розыска К.Н. и придание видимости ее свободного передвижения, контролируя ее действия в целях предотвращения возможности ее освобождения, вывезли последнюю из квартиры по адресу: <...> и перевезли в <...>, расположенную по адресу: <...>, где она под контролем неустановленных участников организованной группы находилась до 28 апреля 2008 года и в силу своего беспомощного состояния самостоятельно не могла покинуть указанное медицинское учреждение.

После этого 28 апреля 2008 года П. совместно с неустановленными соучастниками с целью сокрытия местонахождения К.Н., продолжая контролировать ее действия, принудительно перевез ее из указанной больницы в <...>, где она в неустановленном месте незаконно удерживалась неустановленными соучастниками примерно до второй половины мая 2008 года, а затем в квартире № <...> д ома № <...> по <...>, в которой С. незаконно удерживал К.Н. до 22 октября 2008 года, а именно до момента ее обнаружения и освобождения К.А.

Указанные инкриминируемые ФИО1 действия квалифицированы органом предварительного следствия по п. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ – как похищение человека, совершенное организованной группой.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 заявил ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Защитник подсудимого, адвокат Ермолаев А.Ю., поддержал ходатайство своего подзащитного.

Государственный обвинитель Кузьмина Е.А. не возражала против прекращения уголовного дела по данному основанию.

Потерпевший К.А., будучи извещенным надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явился, каких-либо возражений относительно прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования не представил.

Выслушав мнения сторон, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело подлежит прекращению в случае истечения сроков давности уголовного преследования. Если данное обстоятельство устанавливается в ходе судебного разбирательства, суд на основании п. 1 ч. 1 ст. 254 УПК РФ прекращает уголовное дело в судебном заседании.

Органом предварительного следствия ФИО1 обвиняется в совершении особо тяжкого преступления в период времени с января 2007 года по 22 октября 2008 года, то есть более пятнадцати лет назад.

Согласно п. «г» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения особо тяжкого преступления истекло пятнадцать лет.

Доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 уклонялся от следствия или суда, что являлось бы обстоятельством, приостанавливающим течение срока давности уголовного преследования, в материалах уголовного дела не имеется.

Правовая природа и последствия прекращения уголовного дела по указанному основанию, которое носит нереабилитирующий характер, ФИО1 в судебном заседании разъяснены. Суд убедился в том, что волеизъявление подсудимого о прекращении уголовного дела является осознанным, добровольным и сделано после консультации с защитником.

При таких обстоятельствах суд с учетом положений п. «г» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ч. 1 ст. 254 УПК РФ считает необходимым освободить ФИО1 от уголовной ответственности по п. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ и прекратить в отношении него уголовное дело.

По данному уголовному делу имеются вещественные доказательства: диски с аудиозаписями, видеозаписями, фотографиями, письменные документы (копии нотариальных документов, квитанции, выписки, справки, заявления и другие документы), которые в соответствии с п. 5 ч. 3 ст. 81 УПК РФ надлежит хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

Процессуальными издержками по уголовному делу суд в силу требований п.п. 4, 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ признает денежную сумму в размере 2060 рублей 62 копейки, выплаченную переводчику, а также денежную сумму в размере 30677 рублей, выплаченную адвокату Ермолаеву А.Ю. за осуществление защиты ФИО1 в ходе судебного разбирательства.

Исходя из положений частей 3 и 4 ст. 132 УПК РФ, суд считает необходимым отнести указанные процессуальные издержки на счет федерального бюджета. При этом суд основывается на том, что процессуальные издержки, связанные с участием в уголовном деле переводчика, не могут быть возложены на подсудимого, а что касается выплаченного адвокату вознаграждения, то в этом отношении суд обращает внимание, что как на предварительном следствии, так и в судебном заседании ФИО1 отказывался от защитника, желая самостоятельно осуществлять свою защиту, однако его отказ не был принят следователем и судом. В связи с этим процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокату, также не могут быть взысканы с него.

На основании изложенного и руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 254 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

1. ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 126 Уголовного кодекса Российской Федерации, освободить от уголовной ответственности на основании п. «г» ч. 1 ст. 78 УК РФ – в связи с истечением сроков давности уголовного преследования и прекратить в отношении него уголовное дело в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

2. Вещественные доказательства по уголовному делу: диски с аудиозаписями, видеозаписями, фотографиями, письменные документы (копии нотариальных документов, квитанции, выписки, справки, заявления и другие документы) – хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

3. Процессуальные издержки по уголовному делу в сумме 32727 рублей 62 копейки – отнести на счет федерального бюджета.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции через Новгородский областной суд в течение пятнадцати суток со дня вынесения.

Судья А.М. Становский