Решение № 2-45/2025 2-45/2026 2-45/2026(2-877/2025;)~М-736/2025 2-45/26 2-877/2025 М-736/2025 от 26 января 2026 г. по делу № 2-45/2025

Дело № 2-45/2025

УИД № 42RS0014-01-2025-001071-88


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Мыски 13 января 2026 года

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Куц Е.М., при секретаре Гордополовой Т.П., с участием старшего помощника прокурора г. Мыски Ушковой И.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ПАО «Южный Кузбасс», АО «Холдинговая компания «Якутуголь»» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением к ПАО «Южный Кузбасс»; АО «Холдинговая компания «Якутуголь»» согласно которого (с учетом уточнения порядке ст. 39 ГПК РФ) просит взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 253000 руб.; взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу ФИО3 расходы по оплате услуг представителя в размере 6500 руб.; взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу ФИО3 расходы по оплате выписки из амбулаторной карты в размере 290,50 руб.; взыскать с АО «Холдинговая компания «Якутуголь» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 30250 руб.; взыскать с АО «Холдинговая компания «Якутуголь» в пользу ФИО3 расходы по оплате услуг представителя в размере 6500 руб.; взыскать с АО «Холдинговая компания «Якутуголь» в пользу ФИО3 расходы по оплате выписки из амбулаторной карты в размере 290,50 руб.

Исковые требования обосновывает тем, что осуществлял трудовую деятельность следующим образом:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты> уволен по подпункту «б» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ.

В результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов при работе в профессии электрогазосварщик у него возникло профессиональное заболевание.

С 20.09.2012 по 03.10.2012 он находился в стационарном отделении ФГБУ «НИИ КПГиПЗ», где ему впервые было установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты>

Тяжелый труд был противопоказан, был направлен на БМСЭ, поставлен в 4 группу диспансерного наблюдения, СКЛ и медикаментозное лечение, контроль в клинике через год.

Заключением МСЭ № 164 от 14.01.2013 ему впервые было установлено <данные изъяты> на период с 20.12.2012 01.01.2014.

Приказами по филиалу № 9 ГУ КРОФСС РФ № 6586-в от 18.07.2013 и № 6584 -в от 18.07.2013 в связи с установлением <данные изъяты> впервые ему была выплачена современная страховая выплата и были назначены ежемесячные страховые выплаты.

В связи с установлением профессионального заболевания он был переведен кладовщиком- инструменталыщиком 2 разряда.

С 01.10.2013 по 16.10.2013 и с 22.10.2014 по 05.11.2014 он находился на контрольном обследовании в стационарном отделении ФГБУ «НИИ КПГиПЗ», где было подтверждено профессиональное заболевание.

Возвращение к труду с тяжестью трудового процесса было противопоказано, очередное освидетельствование в БМСЭ.

В связи с отсутствием положительной динамики, заключением МСЭ № 360.27.42/2016 от 15.02.2016 процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в <данные изъяты> был установлен бессрочно.

В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой № 599 от 10.05.2012 во время работы он подвергался воздействию вредных производственных факторов: <данные изъяты>

<данные изъяты>

Причинно-следственная связь выявленного профессионального заболевания с профессией по мнению истца также подтверждена медицинским заключением от 03.10.2012.

Пунктом 1.4 Р 2.2.2006-05 «Гигиена труда. Руководство, по гигиенической оценке, факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда» установлено, что работа в условиях превышения гигиенических нормативов является нарушением Законов РФ «Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан» от 21.11.2011 № 323-ФЭ, «О санитарно- эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999 № 52-ФЗ.

Пунктом 1.5 Р 2.2.2006-05 установлено, что, тех случаях, когда работодатель по обоснованным технологическим и иным причинам не может в полном объеме обеспечить соблюдение гигиенических нормативов на рабочих местах, он должен в соответствии со статьей И ФЗ № 52-ФЗ обеспечить безопасность для здоровья человека выполняемых работ. Это может быть достигнуто посредством выполнения комплекса защитных мероприятий (организационных, санитарно-гигиенических, ограничения по времени воздействия фактора на работника - рациональные режимы труда и отдыха, средства индивидуальной защиты и т.д.).

Вышеуказанные требования работодателем по мнению истца выполнены не были.

В соответствии с актом о случае профессионального заболевания № 57 от 12.11.2012 установлено, что причиной профессионального заболевания послужило длительное (в течение смены) воздействие на организм вредных производственных факторов: физических нагрузок, относящихся к 3 классу 2 степени, что соответствует вредным условиям труда согласно Р.2.2.2006.05 (пункт 17 Акта).

Как полагает истец, его вины в возникновении и развитии профессиональных заболеваний не установлено (пункт 19 Акта).

Согласно Заключению Клиники НИИ КПГиПЗ по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональными заболеваниями № 0-65 от 29.03.2011 установлена вина:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Истец не помнит, чтобы Ответчики выплачивали ему компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием.

Его неоднократные заявления в адрес Ответчика о предоставлении копии приказа или соглашения о компенсации морального вреда (при условии их существования и фактической выплаты), оставлены без удовлетворения. Но устно, представитель ПАО «Южный Кузбасс» озвучила, что приказа не было.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п.п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительноговоздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

На протяжении всей трудовой деятельности как утверждает истец он подвергался воздействию вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса, обусловленная физическими нагрузками с участием мышц рук,относящихся к 3 классу 2 степени,

Стаж работы с воздействием вредного фактора на дату составления заключения о распределении степени вины составил 36 лет 9 месяцев.

Установленное профессиональное заболевание - <данные изъяты>

Это заболевание не излечивается и постоянно прогрессирует.

В результате полученного профессионального заболевания состояние здоровья резко ухудшилось.

ФИО3 <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В денежном выражении моральный вред от профессионального заболевания истец оценивает в размере 550 000 рублей. С учетом степени вины <данные изъяты> Кроме этого, истцом понесены расходы на оплату услуг представителя в размере 13000 рублей. Полагает, что эти расходы должны быть возмещены ответчиками в заявленном размере.

Так же просит взыскать с ответчиков расходы по получению выписки из амбулаторной карты в размере 581 рубль.

В судебное заседание истец ФИО3, не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, просил суд рассмотреть дело в его отсутствие, о чем указал в соответствующем заявлении.

Представитель истца ФИО4, действующая на основании письменного заявления истца об определении полномочий представителя (о допуске этого представителя к участию в деле), на исковых требованиях настаивала, просила их удовлетворить, дала пояснения аналогичные исковому заявлению.

Представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО5, действующая на основании доверенности от 11.07.2025 года в судебном заседании на исковые требования возражала, ссылаясь на заявительный характер предоставления выплаты, представила свой расчет компенсации возмещения морального вреда в размере 46 111, 66 руб. (л.д 139). Просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Ранее, принимавший участие в судебных заседаниях прокурор полагал заявленные исковые требования обоснованными, подлежащими частичному удовлетворению, исходя из общего размера компенсации морального вреда – 300000 рублей.

Суд, выслушав представителя истца, представителя ответчика, свидетелей, учитывая заключение прокурора, а также исследовав письменные материалы дела, полагает иск подлежащим частичному удовлетворению в связи со следующим.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец ФИО3 работал в профессиях <данные изъяты> что подтверждается копией его трудовой книжки (л.д.13-16).

В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника ФИО3 при подозрении у него профессионального заболевания от <данные изъяты>

12.10.2012г года был составлен акт № 57 (л.д.20) о случае профессионального заболевания ФИО3, согласно которого на основании результатов расследования установлено, что заболевание ФИО3 является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия на организм вредных производственных факторов, физического перенапряжения, связанного с нагрузками на костно-мышечный аппарат рук.

Из п. 17 названного акта усматривается, что профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: при выполнении характерных трудовых операций подвергался воздействию физических статистических и динамических нагрузок на костно-мышечный аппарат рук, до 1996 года не проводилась медико-биологическая профилактика по нейтрализации вредного воздействия производственных факторов.

В соответствии с п. 18 акта причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм ФИО3 вредных производственных факторов – физических нагрузок, относящихся к 3 классу 2 степени.

Исходя из пункта 19 акта, вина работника отсутствует.

В соответствии с медицинским заключением ФГБНУ «НИИ КПГПЗ» (далее – Клиника) от 06.02.2013 года, ФИО3 в период с 20.09.2012 года по 03.10.2012 года находился на стационарном обследовании и лечении в профпатологическом отделении № 3. Диагноз: <данные изъяты> (л.д.22).

В феврале 2016 года ФИО3 прошел освидетельствование медико-социальной экспертизы (МСЭ). На основании акта освидетельствования (заключения) № 360.27.42/2016 от 15.02.2016 года было установлено <данные изъяты> профессиональной трудоспособности на срок с 12.02.2016 года по бессрочно (л.д. 17).

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии № 27 от 06.02.2013 года по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью ФИО3 профессиональными заболеваниями установлена вина: <данные изъяты>

На возникновение заболевания повлияла работа в условиях с тяжестью трудового процесса кл. 3 ст.2 в профессии: электрогазосварщик. В БМСЭ определено 30% утраты трудоспособности. Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту – 36 лет 9 месяцев. Степень вины пропорциональна стажу.

Согласно приказа ГУ Кузбасского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал № 9 № 6584-В от 18.07.2013 года ФИО3 была назначена единовременная страховая выплата в размере 29912, 92 руб. (л.д. 28).

Согласно приказа ГУ Кузбасского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал № 9 № 6586-В от 18.07.2013 года ФИО3 была назначена ежемесячная страховая выплата в размере 7007,09 руб. (л.д. 29).

Согласно выписке из амбулаторной карты пациента за период с сентября 2012 года по 25.08.2025 года ФИО3 периодически обращался за медицинской помощью в связи с установленным ему профессиональным заболеванием, ему назначалось необходимое лечение (л.д. 74).

Выписками из ЕГРЮЛ подтверждается, что АОЗТ «СИБКОН» решением общего

собрания от 11.04.1996 переименовано в ЗАО ЦОФ «СИБИРЬ», ЗАО ЦОФ «СИБИРЬ»

реорганизовано в форме присоединения к ОАО «Угольная компания «Южный Кузбасс» с 01.11.2005, АО «Холдинговая компания «Якутуголь» является правопредшественником ООО «Мечел-Ремсервис» (выписка из ЕГРЮЛ - строка 334), Томь-Усинский ЗЖБК прекратил деятельность в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда (выписка из ЕГРЮЛ - строка 17) (л.д. 39-50).

Справкой № 1282 предоставленной АО ХК «Якутуголь» подтверждается, что ФИО3 действительно работал в ООО «Мечел-Ремсервис» в должности электрогазосварщика, кладовщика-инструментальщика 2 разряда. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ АО ХК «Якутуголь» является право предшественником ООО «Мечел-Ремсервис» (л.д. 122), данные сведения так же подтверждаются ответом на запрос суда исх. 1283 от 11.11.2025 г. (л.д. 134).

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО2 и ФИО1 показали, что истец ФИО3 получил профессиональное заболевание с 2012 года, у него <данные изъяты>

Судом установлено, что 10.04.2025 года ФИО3 обратился к ответчику с заявлением о предоставлении документов порядке ст. 62 ТК РФ, в котором указал, что не помнит, чтобы ему была произведена выплата морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым тарифным соглашением по угольной промышленности РФ и просил, в случае если выплата была произведена, предоставить ему в течение трех дней справку о заработной плате, положенной в основу издания приказ о выплате ему компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием и соглашение о компенсации морального вреда. Данное заявление было направлено ответчику почтой, о чем свидетельствует копия почтовой квитанции (л.д. 30).

Так же 21.05.2025 года ФИО3 повторно обратился к ответчику с подобным заявлением. В котором указал, что не предоставление ему истребуемых документов, препятствует ему в восстановлении нарушенного права в суде Данное заявление было направлено ответчику почтой, о чем свидетельствует копия почтовой квитанции (л.д. 31).

Между тем, работодатель заявление истца оставил без внимания, ответа заявителю не предоставил.

Исследовав вышеуказанные заявления ФИО3 к ответчику суд пришел к выводу о выполнении ФИО3 требований п. 5.1 Положения о прядке единовременной выплаты и компенсации морального вреда в ПАО "Южный Кузбасс" в соответствии с которым выплаты носят заявительный характер.

Кроме того, получив исковое заявление, со всеми приложенными к нему документами ответчики так же располагали сведениями об обязанности по выплате истцу единовременной компенсации в счет причинения морального вреда в связи с установлением истцу утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% с учетом степени вины ответчиков.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ответчики, располагая сведениями об обязанности по выплате истцу единовременной компенсации в счет причинения морального вреда в связи с установлением истцу утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% данную выплату не произвели.

Кроме того, представляя расчет компенсации возмещения морального вреда в размере 46 111, 66 руб. представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» (л.д. 139) фактически подтвердила наличие обязанности работодателя в выплате работнику компенсации морального вреда.

Установив вышеуказанные обстоятельства, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

На основании части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

В силу части 2 статьи 22 ТК РФ работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 214 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ч. 1 ст. 219 ТК РФ).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абз. 14 ч. 1 ст. 21, абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ).

В силу статьи 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда (абзац 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

В силу статьи 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

Пунктом 2 статьи 150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Согласно части 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с частью 2 статьи 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из пункта 1 статьи 1064 ГК РФ следует, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно пункту 1 статьи 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно статье 46 Трудового кодекса Российской Федерации в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.

Исходя из приведенных выше положений Трудового кодекса Российской Федерации, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли (промышленности), подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре.

Так, в соответствии с п. 1.1 Отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2011-2013 годы, Федеральное отраслевое соглашение (далее по тексту - ФОС) является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях, присоединившихся к Соглашению, независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, заключенным в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральным законодательством, а также Конвенциями МОТ, действующими в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1.2 ФОС установлено, что его сторонами являются работники организаций в лице их полномочного представителя - Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности и работодатели (в лице их полномочного представителя - Общероссийского отраслевого объединения работодателей угольной промышленности.

Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения (далее – ФОС) по угольной промышленности на период с 01.04.2013 года по 31.03.2016 года (действовавшего на момент установления истцу степени утраты профессиональной трудоспособности) определено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза. В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, Работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей. При этом в коллективных договорах (соглашениях) или локальных нормативных актах, принятых по согласованию с соответствующим органом профсоюза, могут предусматриваться случаи, при которых работодатель принимает на себя ответственность по выплатам за иные организации.

Указанный выше пункт 5.4 ФОС применен в Коллективном договоре ОАО «Южный Кузбасс» на 2014-2016 годы, Положении о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ОАО «Южный Кузбасс».

Соответственно, работник (бывший работник) может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю (бывшему работодателю), который обязан возместить вред работнику (бывшему работнику) в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Если же соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику (бывшему работнику) утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник (бывший работник) имеет право обратиться в суд для разрешения спора.

Изложенное подтверждается разъяснениями, содержащимся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2, а также в абз. 4 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 (далее – постановление Пленума ВС РФ № 33).

В рассматриваемом случае такой спор о размерах компенсации морального вреда возник между ФИО3, ПАО «Южный Кузбасс» и АО ХК «Якутуголь».

Исходя из установленных обстоятельств, суд приходит к выводу, что расчет компенсации у ответчика един для всех работников (доказательств обратного не представлено), зависит только от размера среднемесячного заработка, процента утраты профессиональной трудоспособности, суммы единовременной выплаты со стороны ФСС России и установленного процента вины предприятия, с применением 20% среднемесячного заработка, без учета индивидуальных особенностей потерпевших, длительности и особенности нахождения их на лечении, степени физических и нравственных страданий и иных существенных обстоятельств, которые необходимы для понимания того, в каком именно денежном выражении подлежит компенсации причиненный работнику (бывшему работнику) моральный вред со стороны работодателя. Соответственно, для того, чтобы получить больший размер компенсации, работнику (бывшему работнику) ничего не остается, как обратиться в суд.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 12 постановления Пленума ВС РФ № 33, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Исходя из вышеуказанных разъяснений и иных, изложенных в пунктах 14, 15, 18, 22, 46, 66 постановления Пленума ВС РФ № 33, распределения бремени доказывания, с учетом фактических обстоятельств дела и представленных в материалы дела доказательств, руководствуясь приведёнными выше нормами права, регулирующими спорные правоотношения, оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ доказательства в их совокупности, включая показания свидетелей, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае имеются основания и условия для применения компенсации морального вреда как меры гражданско-правовой ответственности. При этом, со своей стороны истец доказал как факт нарушения его личного неимущественного права на здоровье, такого нематериального блага, как здоровье, так и то, что ответчики являются лицами, обязанными компенсировать моральный вред.

Принимая во внимание нарушение неимущественного права истца на здоровье, причинение вреда работодателями истцу в период исполнения последним своих трудовых обязанностей, получение (приобретение) истцом в результате исполнения этих обязанностей указанного выше профессионального заболевания, ухудшение здоровья истца, степень профессионального заболевания (в настоящее время – уже 3 степень), нахождение истца на лечении в течение соответствующих периодов времени, необходимость периодичного проведения обследования в медицинских учреждениях и прохождения МСЭ, степень утраты профессиональной трудоспособности (30%), ограничение способностей к трудовой деятельности, нормального общения с людьми, прогрессирующий характер профессионального заболевания с ограничением подвижности конечностей, наличие постоянных болевых ощушений, утрату возможности ведения истцом прежнего образа жизни, получение негативных последствий для его здоровья, влияние данных обстоятельств на трудовую и повседневную деятельность истца, наличие физических страданий в виде профессионального заболевания, а также нравственных страданий в виде душевного неблагополучия, т.е. нарушения душевного спокойствия (чувство беспомощности, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных заболеванием, переживания в связи с невозможностью продолжать активную жизнь), суд считает, что истец правомерно требует с ПАО «Южный Кузбасс», а также с АО «Холдинговая компания «Якутуголь» сумму компенсации морального вреда.

Определяя сумму компенсации морального вреда, суд, применяя положения части 2 статьи 151, пункта 1 статьи 1090, пункта 2 статьи 1101 ГК РФ, части 2 статьи 237 ТК РФ, а также разъяснения, изложенные в пунктах 24-30, 47 постановления Пленума ВС РФ № 33, исходит из наличия возникшего между сторонами спора в части размера компенсации морального вреда, которая подлежит выплате ответчиками истцу как лицу, получившему профессиональное заболевание в результате ненадлежащих условий труда.

Разрешая спор, судом учитывается следующее.

Суд принимает во внимание фактические обстоятельства причинения вреда, то, что заболевание истец получил при исполнении им трудовых обязанностей, в результате неудовлетворительной организации производства работ со стороны работодателей, в условиях постоянного воздействия вредных производственных факторов, а именно как указано в акте о случае профессионального заболевания (л.д. 20 оборот) - длительное воздействие в процессе трудовой деятельности физического перенапряжения 3 класса 2 степени, при отсутствии в действиях потерпевшего вины в возникновении и развитии профессионального заболевания (п. 19 акта о случае профессионального заболевания).

Суд отмечает, что представленные истцом медицинские документы, бесспорно свидетельствуют о прогрессирующем течении данного заболевания. Судом учитываются уровень нравственных и физических страданий истца, что так же подтверждается показаниями свидетелей.

В связи с развившимся у него профессиональным заболеванием, истец <данные изъяты>

Суд отмечает, что в связи с имеющимся профессиональным заболеванием, истец принимает медицинские препараты, регулярно посещает медицинские учреждения, в том числе вынужден ежегодно проходить медицинские обследования, что также негативно отражается на его повседневной жизни, причиняет ему нравственные и физические страдания.

Судом также принимается во внимание процент утраты ФИО3 профессиональной трудоспособности, размер которой составляет 30%.

С учетом изложенного, а равно учитывая принцип разумности, который стимулирует участников гражданского оборота к ответственному и добросовестному поведению, принцип справедливости и соразмерности компенсации морального вреда последствиям нарушения прав ФИО3, суд считает, как указано выше, что истец правомерно требует с ответчиков суммы компенсации морального вреда.

Оценивая в совокупности все доказательства по делу, с учетом установленной степени вины ответчиков в возникновении и развитии у истца профессионального заболевания, количества лет, которые ФИО3 отработал на предприятиях в условиях постоянного воздействия вредных производственных факторов, суд приходит к выводу, что денежная компенсация причиненного истцу морального должна составлять 300 000 рублей. По убеждению суда, именно такой размер компенсации морального вреда является достаточным для возмещения (компенсации) причиненных истцу нравственных и физических страданий, в полной мере соответствует балансу интересов сторон

Исходя из степени вины в развитии у истца профессионального заболевания ответчика ПАО «Южный Кузбасс» 46,0 %, подлежащая взысканию сумма составляет 138 000 рублей, которая по мнению суда будет соответствовать балансу интересов сторон, является достаточной компенсацией причиненных истцу нравственных и физических страданий (300 000* 46% = 138 000 рублей).

С учётом установленного процента вины ответчика АО «Холдинговая компания «Якутуголь» - 5,5 %, подлежащая взысканию сумма составляет 16 500 рублей, которая по мнению суда будет соответствовать балансу интересов сторон, является достаточной компенсацией причиненных истцу нравственных и физических страданий (300 000* 5,5 % –16 500 рублей).

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В силу части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с частью 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

На основании подпунктов 1 и 3 пункта 1 статьи 333.36 НК РФ, разъяснений, изложенных в пункте 62 постановления Пленума ВС РФ № 33, истец освобожден от уплаты государственной пошлины. При подаче иска государственная пошлина им не оплачивалась.

Из подпункта 8 пункта 1 статьи 333.20 НК РФ следует, что в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с главой 25.3 НК РФ, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно части 1 статьи 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В пункте 68 постановления Пленума ВС РФ № 33 разъяснено, что при разрешении иска о компенсации морального вреда положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ) не подлежат применению.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1: положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Поэтому при разрешении вопроса о государственной пошлине, с учетом применения положений процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных расходов по иску о компенсации морального вреда, с ответчиков в бюджет Мысковского городского округа пропорционально удовлетворенных исковых требований подлежит взысканию с ПАО «Южный Кузбасс» государственная пошлина в размере 5343, 71 рублей, с АО «Холдинговая компания «Якутуголь» государственная пошлина в размере 4000, 00 рублей.

Кроме того представителем истца ФИО4 в материалы дела представлены выписка из амбулаторной карты, стоимость получения которой составляет 581 рубль, что подтверждается товарным чеком № 22586 (л.д. 77), оценивая заявленные требования о взыскании расходов истца на получение выписки из амбулаторной карты, суд полагает их обоснованными и подлежащими удовлетворению, указанная сумма подлежит взысканию с ответчиков солидарно в пользу истца в полном объеме.

Оценивая заявленное требование о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг представителя в размере 13000 рублей, суд приходит к следующим выводам

Указанные расходы подтверждены заключенным между истцом (заказчик) и ИП ФИО4 (исполнитель) договором об оказании юридических услуг от 08.04.2025 года (л.д. 35) с дополнительным соглашением к нему (л.д. 149), актом выполненных работ от 08.08.2025 года (л.д. 36), актом выполненных работ от 13.11.2025 (л.д. 150), материалами дела, подтверждающими участие исполнителя в судебных заседаниях.

Согласно условий договора, исполнитель обязался оказать заказчику консультационные услуги, изучить предоставленные заказчиком документы и проинформировать его о вариантах разрешения вопроса, подготовить необходимые ходатайства (заявления), запросы об истребовании документов, подготовить исковое заявление и осуществлять представительство интересов заказчика непосредственно в суде по заявленному иску. Стоимость всех услуг – 13000 рублей.

Из акта выполненных работ от 08.08.2025 года следует, что по состоянию на дату его составления исполнителем были оказаны следующие услуги (выполнены следующие виды работ): консультационные услуги, подготовлено три заявления на имя руководителя ПАО «Южный Кузбасс» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, подготовлено исковое заявление в адрес ПАО «Южный Кузбасс» и АО «Холдинговая компания «Якутуголь».

С учетом разъяснений, изложенных в пунктах 11-13 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 год № 1, а также принимая во внимание рекомендованные минимальные ставки вознаграждений за отдельные виды юридической помощи, оказываемой по соглашениям адвокатами Кемеровской области-Кузбасса, и размеры компенсаций командировочных расходов, утвержденных решением Совета Адвокатской палаты Кемеровской области от 31.10.2022 года № 10/4-4, суд считает понесенные истцом расходы за представительство в размере 13000 рублей (за услуги по составлению искового заявления и за участие представителя в судебных заседаниях) разумными и обоснованными. С учетом не применения положений процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных расходов по иску о компенсации морального вреда, указанная сумма подлежит взысканию с ответчиков солидарно в пользу истца в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 196-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: <адрес>, СНИЛС №) - удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: <адрес>, СНИЛС №) компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 138 000, 00 рублей.

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: <адрес>, СНИЛС №) расходы по оплате услуг представителя в размере 6 500, 00 рублей.

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: <адрес>, СНИЛС №) расходы по оплате выписки из амбулаторной карты в размере 290,50 рублей

Взыскать с АО «Холдинговая компания «Якутуголь» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: <адрес>, СНИЛС № компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 16 500, 00 рублей.

Взыскать с АО «Холдинговая компания «Якутуголь» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: <адрес>, СНИЛС №) расходы по оплате услуг представителя в размере 6 500, 00 рублей.

Взыскать с АО «Холдинговая компания «Якутуголь» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: <адрес>, СНИЛС №) расходы по оплате выписки из амбулаторной карты в размере 290,50 рублей.

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» (ОГРН<***>, ИНН <***>) в доход бюджета Мысковского городского округа Кемеровской области государственную пошлину в размере 5343, 71 рублей.

Взыскать с АО «Холдинговая компания «Якутуголь» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход бюджета Мысковского городского округа Кемеровской области государственную пошлину в размере 4000, 00 рублей.

В оставшейся части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Мысковский городской суд Кемеровской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 27 января 2026 года.

Судья Куц Е.М.