Решение № 2-292/2024 2-292/2024~М-291/2024 М-291/2024 от 26 декабря 2024 г. по делу № 2-292/2024

Дело №2-292/2024

УИД 13RS0022-01-2024-000449-08


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

рп. Торбеево 27 декабря 2024 года

Торбеевский районный суд Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Андреевой Н.В.,

при секретаре судебного заседания Шеркуновой О.Н.,

с участием в деле:

истца - ФИО3, ее представителя - адвоката Виканова А.М., действующего на основании ордера №80 от 18.11.2024,

ответчиков - общества с ограниченной ответственностью «Авто-Ассистанс», общества с ограниченной ответственностью «Аура-Авто»;

третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчиков, - акционерного общества «Экспобанк», акционерного общества «Д2 Страхование», общества с ограниченной ответственностью «Водолей», общества с ограниченной ответственностью «Методика»,

органа, компетентного дать заключение по существу спора, - Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Мордовия,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Авто-Ассистанс», обществу с ограниченной ответственностью «Аура-Авто» о расторжении опционного договора, взыскании денежных средств, штрафа, неустойки, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с названным исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Авто-Ассистанс» (далее – ООО «Авто-Ассистанс»), обществу с ограниченной ответственностью «Аура-Авто» (далее – ООО «Аура-Авто») о расторжении опционного договора, взыскании денежных средств, штрафа, неустойки, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указано, что 06.09.2024 в обществе с ограниченной ответственностью «Водолей» (далее - ООО «Водолей») в г. Ульяновск ею на основании договора купли-продажи был приобретен автомобиль Мазда 6, 2008 года выпуска. Купля-продажа данного автомобиля была возможна при одновременной покупке сертификата о помощи на дорогах за 170 000 руб. При этом менеджер акцентировал внимание на возможность расторжения договора оказания услуг и возврата денежных средств после покупки автомобиля в течение 14 дней. Платеж в размере 170 000 руб. был уплачен за право заявить требование по так называемому «опционному договору» №240050979 от 06.09.2024, заключенному с ООО «Аура-Авто». При этом сам платеж в размере 170 000 руб. необходимо было уплатить в адрес ООО «Авто-Ассистанс», с которым никаких договорных отношений не заключалось. Она квалифицирует оплаченную сумму в качестве платежа за предусмотренные договором услуги, обозначенные в сертификате №024106296, а не как опционную премию, поскольку заключенным договором предусмотрено оказание ей перечня услуг в течение срока действия договора (2 года). Заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг до его фактического исполнения, в этом случае возмещению подлежат только понесенные исполнителем расходы, связанные с исполнением обязательств по договору. Какие-либо иные последствия одностороннего отказа от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг для потребителя законом не предусмотрены, равно как не предусмотрен и иной срок для отказа потребителя от исполнения договора. В связи с чем условия опционного договора о невозвратности опционной платы считает недействительными. Она имеет право отказаться от исполнения спорного договора в любое время до окончания срока его действия при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. Доказательств фактического несения ответчиком в ходе исполнения спорного договора каких-либо расходов не имеется. Отсутствие возврата денежных средств, оплаченных в рамках оплаты услуги по «опционному договору» №240050979 от 06.09.2024, со стороны исполнителя ООО «Аура-Авто» и ООО «Авто-Ассистанс» расценивается как незаконное неосновательное обогащение со стороны компаний и нарушение положений Закона о защите прав потребителей. Ответчики, нарушив ее права, причинили ей нравственные страдания. Длительное время она чувствует себя обманутой, потеряла покой и аппетит. 13.09.2024 ею в адрес ответчиков были направлены досудебные требования, которые оставлены без удовлетворения. Поскольку ответчиками не удовлетворены требования потребителя в добровольном порядке, считает, что в ее пользу подлежит взысканию штраф в размере 50% от присужденной суммы.

В связи с чем, с учетом последующего увеличения исковых требований, просит признать расторгнутым опционный договор №240050979 от 06.09.2024, взыскать с ответчиков денежные средства в размере 170 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., штраф в размере 90 000 руб., неустойку в размере 3 % (5 100 руб. в день) за каждый день просрочки исполнения обязательства о возвращении денежных средств в размере 170 000 руб., уплаченных по договору №240050979 от 06.09.2024, начиная с 13.09.2024 и заканчивая днем исполнения обязательства (л.д.1-7,58).

Определениями Торбеевского районного суда Республики Мордовия от 18.11.2024, 09.12.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчиков привлечено общество с ограниченной ответственностью «Методика», в качестве органа, компетентного дать заключение по существу спора, - Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Мордовия (л.д.60-62, 115-117).

В возражениях на исковое заявление представитель ответчика ООО «Аура-Авто» считает исковые требования не основанными на законе, заключенном договоре и фактических обстоятельствах дела. Указывает, что 06.09.2024 между истцом и ответчиком был заключен опционный договор №240050979, в соответствии с которым в период действия договора клиент имеет право предъявить к обществу требование о подключении его к программе обслуживания «Комфорт». В день заключения опционного договора истцом было предъявлено требование к ООО «Аура-Авто» об исполнении принятых на себя обществом обязательств по подключению истца к программе обслуживания «Комфорт». В связи с этим ответчик подключил истца к указанной программе обслуживания на период с 06.09.2024 по 05.09.2026 и выдал сертификат, удостоверяющий право истца на получение услуг, входящих в выбранную им программу обслуживания. В связи с чем между истцом и ответчиком был подписан акт о подключении, которым стороны подтвердили, что опционный договор исполнен надлежащим образом, стороны друг к другу претензий не имеют. Подписанием акта истец подтвердил, что обязанность ООО «Аура-Авто» по опционному договору исполнена, претензий к обществу истец не имеет. Таким образом, в настоящий момент опционный договор прекращен фактическим исполнением обязательств. Поскольку опционный договор надлежащим образом исполнен обществом, у ответчика отсутствует обязанность по возврату денежных средств, уплаченных истцом по договору в качестве опционной премии. Заключая опционный договор, истец не мог не знать об условиях договора, с которыми он был ознакомлен без возражений, о чем свидетельствует его собственноручная подпись в договоре, сертификате и требовании об исполнении обязанности по опционному договору. В кредитном договоре отсутствуют какие-либо положения, обязывающие истца заключить договор, как с ООО «Аура-Авто», так и с какой-либо иной организацией. Также возражает против удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда и взыскании штрафа. В связи с чем просит в удовлетворении исковых требований истца отказать в полном объеме; в случае принятия решения об удовлетворении исковых требований, снизить неустойку на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (л.д.74-77).

Представитель ответчика ООО «Авто-Ассистанс» в отзыве на исковое заявление также выражает несогласие с заявленными исковыми требованиям, считая их не основанными на законе, заключенном договоре и фактических обстоятельствах дела. Указывает, что опционная премия в размере 170 000 руб. по заключенному опционному договору была уплачена истцом на расчетный счет ООО «Авто-Ассистанс», поскольку данное общество является агентом ответчика на основании агентского договора №АДК-24 от 18.03.2024. В соответствии с условиями агентского договора агент действует от имени и за счет принципала - ООО «Аура-Авто». В связи с этим права и обязанности по заключенному между истцом и ООО «Аура-Авто» договору возникли непосредственно у указанной организации. ООО «Авто-Ассистанс» каких-либо договоров оказания услуг, выполнения работ, купли-продажи товаров с истцом не заключало, денежные средства истец переводил в ООО «Авто-Ассистанс» по договору, заключенному с ООО «Аура-Авто», поскольку ООО «Авто-Ассистанс» выступает в правоотношениях агентом, действуя от имени и за счет принципала - ООО «Аура-Авто». Таким образом, сумма, перечисленная истцом в ООО «Авто-Ассистанс», не может расцениваться как неосновательное обогащение, поскольку была переведена истцом во исполнение обязательств перед ООО «Аура-Авто» по опционному договору. Доказательств какого-либо иного исполнения обязательств перед ООО «Аура-Авто» истцом не представлено. Учитывая изложенное, по спору, вытекающему из договора, заключенному между истцом и ООО «Аура-Авто», ООО «Авто-Ассистанс» является ненадлежащим ответчиком. Поскольку права истца ответчиком не нарушены, заявленные исковые требования необоснованы и неправомерны. В связи с чем в удовлетворении исковых требований истца просит отказать в полном объеме (л.д.87).

Представитель Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Мордовия в заключении по исковому заявлению указывает на то, что исковые требования истца о взыскании денежных средств, штрафа, компенсации морального вреда являются законными и обоснованными, поскольку характеризуют противоправные действия ответчиков (л.д.134-135).

В судебном заседании истец ФИО3 исковые требования с учетом их увеличения поддержала, дополнительно пояснила, что приехав 06.09.2024 в автосалон за автомобилем Шкода, по предложению сотрудника автосалона внесла в кассу предоплату за него в размере 270 000 руб., однако спустя время менеджер ей пояснил, что продажная цена указанного автомобиля увеличилась. Поскольку у нее не было денежных средств для оплаты озвученной менеджером цены, а внесенную сумму предоплаты возвращать ей отказались, менеджер предложил выбрать другой автомобиль из имеющихся в автосалоне. Выбрав автомобиль Мазда, менеджер принес ей пакет документов: договор купли-продажи автомобиля, кредитный договор, договор страхования и опционный договор. Указанные документы уже были подписаны второй стороной. Подписывая представленные документы, в том числе опционный договор, в заключении которого у нее необходимости не было, она поинтересовалась у менеджера, можно ли не заключать этот договор, на что сотрудник автосалона ей сказал, что такой возможности не имеется, так как оплата за него включена в сумму кредита, но в течение 14 дней договор можно расторгнуть и деньги вернуть. Поскольку внесенную в кассу предоплату за автомобиль ей возвращать отказались, она вынужденно подписала представленный опционный договор. При этом ни сотрудников ООО «Авто-Ассистанс», ни ООО «Аура-Авто» в автосалоне не было. Все разговоры велись с сотрудником автосалона.

Представитель истца адвокат Виканов А.М. в судебном заседании исковые требования с учетом увеличения поддержал в полном объеме по доводам и основаниям, указанным в иске, дополнительно пояснил, что необходимости в заключении опционного договора у истца не имелось, возможности отказаться от него в сложившихся условиях невозврата оплаченных истцом денежных средств в сумме 270 000 руб. также не имелось, в условиях опционного договора действительно предусмотрена возможность возврата опционной премии, что увидела истец и поэтому у нее не возникло сомнений в словах менеджера о возможности возврата оплаченных по опционному договору денежных средств. Возможности каким-либо образом повлиять на условия опционного договора у истца не имелось, поскольку он был представлен ей заранее подписанным ответчиком. Оказания услуг по опционному договору не было. По своей сути спорный договор является договором оказания услуг.

Представители ответчиков ООО «Авто-Ассистанс», ООО «Аура-Авто» в судебное заседание не явились по неизвестной суду причине, о дате, времени и месте его проведения извещены надлежащим образом, в возражениях и отзыве на исковое заявление содержатся просьбы о рассмотрении дела в их отсутствие.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчиков, акционерного общества «Экспобанк», акционерного общества «Д2 Страхование», общества с ограниченной ответственностью «Водолей», общества с ограниченной ответственностью «Методика» в судебное заседание не явились по неизвестной суду причине, о дате, времени и месте его проведения извещены надлежащим образом, сведений уважительности неявки суду не представили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.

В судебное заседание представитель Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Мордовия не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Лица, участвующие в деле, помимо направления судебных повесток, извещались о времени и месте судебного заседания также путем размещения информации по делу на официальном сайте Торбеевского районного суда Республики Мордовия в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»: https://torbeevsky.mor@sudrf.ru в соответствие с требованиями части 7 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК Российской Федерации).

При таких обстоятельствах, на основании части 3 статьи 167 ГПК Российской Федерации, суд приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц.

Проанализировав исковое заявление, заявление об увеличении исковых требований, возражения на исковое заявление, отзыв на исковое заявление, заключение органа, компетентного дать заключение по существу спора, заслушав истца и его представителя, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, оценив имеющиеся доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Принцип свободы договора является одним из основополагающих принципов гражданского законодательства. Согласно данному принципу, граждане и юридические лица свободны в заключении договора (пункт 1 статьи 421 ГК Российской Федерации).

В соответствии со статьей 422 ГК Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующими в момент его заключения.

По смыслу приведенных выше законоположений, свобода договора означает свободу волеизъявления стороны договора на его заключение на определенных сторонами условиях. Стороны договора по собственному усмотрению решают вопросы о заключении договора и его содержании, обязаны исполнять договор надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства.

В силу пункта 1 статьи 424 ГК Российской Федерации исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Статьей 309 ГК Российской Федерации предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно пункту 1 статьи 310 ГК Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 06.09.2024 между покупателем ФИО3 и продавцом ООО «Водолей» заключен договор купли-продажи транспортного средства, бывшего в употреблении, №УЛ-20240906/1, в соответствии с которым продавец продал, а покупатель приобрел транспортное средство марки MAZDA 6, год изготовления 2008, цвет темно-синий, идентификационный номер (VIN) <№>, стоимостью 870 000 руб. (л.д.11-18).

Пунктами 2.1.1, 2.1.2 договора предусмотрено, что оплата транспортного средства производится за счет личных средств в размере 270 000 руб. и за счет заемных средств в размере 600 000 руб. Заемные средства получены в АО «Экспобанк».

Согласно условиям кредитного договора №24491-А-06-14 от 06.09.2024, АО «Экспобанк» предоставило ФИО3 кредит на приобретение транспортного средства в размере 825 035 руб., с даты предоставления кредита по 06.10.2024 под 37,40 % годовых, начиная с 07.10.2024 – под 25,40% годовых (л.д.19-22).

При этом, как следует из квитанции к приходному кассовому ордеру №872 от 06.09.2024 и кассового чека от 06.09.2024, пояснений истца в судебном заседании, личные денежные средства в размере 270 000 руб. были внесены истцом в кассу автосалона в качестве предоплаты за автомобиль Школа Рапид.

При покупке автомобиля, как следует из содержания искового заявления и пояснений истца и ее представителя, в целях заключения договора купли-продажи автомобиля ФИО3 менеджером автосалона был «навязан» опционный договор.

Данные обстоятельства подтвердил в судебном заседании свидетель ФИО1, из показаний которого судом установлено, что 06.09.2024 он присутствовал в автосалоне при покупке ФИО3 автомобиля, где менеджером по продажам последней было разъяснено, что приобрести автомобиль без заключения опционного договора или, как его назвал менеджер, карты помощи на дорогах стоимостью 170 000 руб. невозможно, однако также пояснил, что от этой услуги в течение 14 дней можно будет отказаться и вернуть деньги. При этом в услугах помощи на дороге они не нуждались. Сотрудник автосалона также им разъяснил, что за возврат внесенной предоплаты за автомобиль Шкода возможны штрафные санкции. Так как ФИО3 не хотела платить штрафные санкции за возврат предоплаты, ей пришлось подписать опционный договор, без которого невозможно было приобрести автомобиль.

Истец подписала опционный договор №240050979 от 06.09.2024, согласно которому ООО «Аура-Авто» подключило ее к программе обслуживания «Комфорт» и ей был выдан сертификат №024106296 (срок действия с 06.09.2024 по 05.09.2026) (л.д.24,25,27,79,80,81).

Согласно данному сертификату, его владельцу оказываются следующие услуги: автосправка 24 часа, горячая линия по Европротоколу, консультация юриста, персональный менеджер, консультация механика по телефону, поиск ТС, помощь в подаче документов в СК, консультация по жалобе на неправомерные действия сотрудников ГИБДД, консультация по обжалованию постановления, определения об административном правонарушении, подготовка жалобы на постановление ГИБДД, эвакуация при ДТП, аварком/юрист на ДТП, эвакуация при поломке, замена и подкачка колеса, извлечение из труднодоступных мест, подвоз топлива, запуск от внешнего источника, вскрытие ТС, отключение сигнализации, трезвый водитель, такси с места ДТП, такси Аэропорт, физ.защита (л.д.27,80).

Правила оказания услуг по Программе обслуживания АУ24 «Комфорт» размещены на сайте Союз-эксперт.рус. Согласно содержанию искового заявления, пояснениям истца в судебном заседании, данными услугами истец не пользовалась.

В соответствии с пунктом 1.3 опционного договора обязательство общества по указанному договору являются исполненным в полном объеме после подключения клиента к программе обслуживания «Комфорт» и выдачи сертификата.

Пунктом 2.1 опционного договора установлено, что за право заявить требование по данному опционному договору клиент оплачивает обществу опционную премию в размере 170 000 руб.

Оплата опционной премии осуществляется клиентом в день подписания договора путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет общества или его представителя.

Истец ФИО3 полностью оплатила опционную премию, что подтверждается платежным поручением №641616 от 06.09.2024, согласно которому со счета, открытого на имя ФИО3 в АО «Экспобанк», на счет ООО «Авто-Ассистанс», открытый в Северо-Западном банке ПАО Сбербанк, перечислена сумма в размере 170 000 руб. Назначение платежа – оплата по договору об оказании услуг в пользу ООО «Авто-Ассистанс» по счету №050979/240 от 06.09.2024 (л.д.26).

Судом также установлено, что 18.03.2024 между ООО «Аура-Авто» (принципал) и ООО «Авто-Ассистанс» (агент) заключен агентский договор №АДК-24, по условиям которого принципал поручает, а агент принимает на себя обязательство за определенное данным договором вознаграждение совершать от имени и за счет принципала юридические и иные действия, направленные на привлечение клиентов для заключения ими с принципалом опционных договоров, сопровождение сделок по заключению клиентами указанных договоров, выдачу и активацию сертификатов на присоединение клиентов к программам, а принципал обязуется выплачивать агенту вознаграждение за выполнение поручения (л.д.89-90).

Пунктом 4.2 агентского договора предусмотрено, что стоимость реализации опционных договоров согласовывается сторонам дополнительно.

Согласно вышеуказанному платежному поручению №641616 от 06.09.2024, ООО «Авто-Ассистанс» является получателем денежных средств в размере 170 000 руб., перечисленных ФИО3 в счет оплаты по договору об оказании услуг (л.д.26).

В возражениях на иск ООО «Аура-Авто» не отрицает, что права и обязанности по спорному опционному договору возникли непосредственно у ООО «Аура-Авто».

Согласно пункту 3.1 опционного договора, он вступает в силу с момента его подписания и уплаты опционной премии и действует в течение одного года с даты заключения договора.

На основании пункта 4.1 опционного договора при расторжении договора уплаченная клиентом опционная премия подлежит возврату с учетом положений пункта 3 статьи 429.3 ГК Российской Федерации, а также пункта 4 статьи 453 ГК Российской Федерации.

06.09.2024 ФИО3 обратилась к ООО «Аура-Авто» с требованием об исполнении обязательств по опционному договору, а также с просьбой подключения ее к программе обслуживания «Комфорт» и выдаче сертификата (л.д.25).

Согласно акту о подключении к программе обслуживания «Комфорт» ООО «Аура-Авто» на основании требования клиента осуществило подключение ФИО3 к данной программе и передало ей сертификат №240050979 от 06.09.2024 (л.д.82).

В соответствии с преамбулой опционного договора, а также согласно сведениям, указанным в сертификате о подключении потребителя к программе обслуживания АК24 «Комфорт», обслуживающей организацией по сертификату является ООО «Методика».

Перечисленные доказательства (опционный договор, сертификат, акт) подтверждают, что ФИО3, как владелец сертификата, подключена к программе обслуживания АК24 «Комфорт» и вправе пользоваться услугами, предоставляемыми в рамках указанной программы с 06.09.2024 по 05.09.2026.

13.09.2024 истец ФИО3 в адрес ответчиков направила досудебное требование, в котором уведомила их о расторжении опционного договора №240050979 от 06.09.2024 с момента получения досудебного требования. В случае наличия по данному обязательству фактически понесенных расходов просила выставить счет с подтверждающими документами, гарантируя их оплату. Просила возвратить ей в течение 10 дней денежные средства в размере 170 000 руб. (л.д.28-34).

В ответе на досудебное требование, ООО «Авто-Ассистанс» сообщило ФИО3, что общество не является стороной по договору №240050979. В возникших правоотношениях общество выступает в качестве агента ООО «Аура-Авто» на основании агентского договора, в связи с чем права и обязанности по названным договорам возникли непосредственно у ООО «Аура-Авто», соответственно, указанная организация правомочна рассматривать вопросы, связанные с заключением, изменением или расторжением заключенных договоров (л.д.36).

Требования истца ООО «Аура-Авто» оставило без удовлетворения, ответа на досудебное требование не представило.

Денежные средства в размере 170 000 руб. ФИО3 не возвращены, что явилось основанием для обращения в суд с настоящим исковым заявлением.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела, сторонами не оспариваются, сомнения в достоверности не вызывают.

На основании пункта 1 статьи 429.3 ГК Российской Федерации по опционному договору одна сторона на условиях, предусмотренных этим договором, вправе потребовать в установленный договором срок от другой стороны совершения предусмотренных опционным договором действий (в том числе уплатить денежные средства, передать или принять имущество), и при этом, если управомоченная сторона не заявит требование в указанный срок, опционный договор прекращается.

За право заявить требование по опционному договору сторона уплачивает предусмотренную таким договором денежную сумму, за исключением случаев, если опционным договором, в том числе заключенным между коммерческими организациями, предусмотрена его безвозмездность либо если заключение такого договора обусловлено иным обязательством или иным охраняемым законом интересом, которые вытекают из отношений сторон (пункт 2 статьи 429.3 ГК Российской Федерации).

При прекращении опционного договора платеж, предусмотренный пунктом 2 данной статьи, возврату не подлежит, если иное не предусмотрено опционным договором (пункт 3 статьи 429.3 ГК Российской Федерации).

Вместе с тем, положение пункта 3 статьи 429.3 ГК Российской Федерации нельзя рассматривать в отрыве от содержания всей статьи 429.3 ГК Российской Федерации, в частности, ее пункта 1, согласно которому, если управомоченная сторона не заявит требование о совершении предусмотренных опционным договором действий в указанный в договоре срок, опционный договор прекращается.

Таким образом, из буквального толкования положений статьи 429.3 ГК Российской Федерации как целостной единой нормы следует, что платеж по опционному договору не подлежит возврату именно на случай прекращения опционного договора по такому основанию (и только на этот случай), то есть в случае, если управомоченная по договору сторона не заявит соответствующее требование в установленный договором срок, не обратится с требованием предоставления предусмотренного договором исполнения в период действия спорного договора.

Согласно пункту 1 статьи 779 ГК Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу положений статьи 781 ГК Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг. В случае невозможности исполнения, возникшей по вине заказчика, услуги подлежат оплате в полном объеме, если иное не предусмотрено законом или договором возмездного оказания услуг. В случае, когда невозможность исполнения возникла по обстоятельствам, за которые ни одна из сторон не отвечает, заказчик возмещает исполнителю фактически понесенные им расходы, если иное не предусмотрено законом или договором возмездного оказания услуг.

Статьей 782 ГК Российской Федерации предусмотрено, что заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. Исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков.

Согласно пункту 1 статьи 450.1 ГК Российской Федерации предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

На основании пункта 2 статьи 450.1 ГК Российской Федерации в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Согласно положениям статьи 431 ГК Российской Федерации, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Суд полагает, что представленные в материалы дела опционный договор №240050979 от 06.09.2024 и сертификат № 024106296 неразрывны и в совокупности определяют условия заключенного между истцом и ответчиком договора.

Исходя из содержания опционного договора и сертификата, суд приходит к выводу, что предметом опционного договора №240050979 от 06.09.2024 является не право требовать подключения к программе и предоставления сертификата, а право требовать от другой стороны совершения предусмотренных опционным договором действий, а именно услуг, входящих в программу обслуживания, в том числе оказания услуг другой стороной договора или третьим лицом, поэтому прекращение такого права требования нормативно связано лишь с истечением срока, установленного опционным договором.

При этом срок, в течение которого клиент вправе требовать совершения предусмотренных опционным договором действий, составляет один год.

Указанный вывод суда также подтверждается тем, что в рассматриваемом случае стоимость услуг, которые должны оказываться потребителю в рамках программы обслуживания, не указана, из чего следует, что она фактически названа опционной премией по договору с партнером ответчика в целях необоснованного уклонения от ее возврата потребителю.

Также суд учитывает, что сам по себе факт подключения истца к программе обслуживания является процедурой, необходимой для получения доступа к услугам, указанным в программе, само по себе подключение без оказания услуг по программе не представляет какой-либо потребительской ценности.

Кроме того, суд обращает внимание на то, что в пользу доводов истца о намерении ответчика навязать опционный договор и подменить им конструкцию оказания услуг свидетельствует тот факт, что по условиям опционного договора ответчик обязуется подключить клиента к программе обслуживания «Комфорт», ее условия размещены на интернет-сайте компании, при этом сведений о том, что клиент был заранее ознакомлен с условиями оказания услуг, материалы дела не содержат.

Таким образом, доводы ответчика в возражениях на иск о прекращении опционного договора №240050979 от 06.09.2024, надлежащим исполнением 06.09.2024 в виде передачи клиенту сертификата и подключения его к Программе обслуживания, основанные на пункте 1.3 данного договора, противоречат пункту 1 статьи 429.3 ГК Российской Федерации, из которого следует, что обязанность по совершению предусмотренных опционным договором действий по требованию другой стороны сохраняется на протяжении всего срока, на который заключен опционный договор.

Поскольку в рассматриваемом случае опционный договор заключен истцом для личных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, правоотношения между сторонами регулируются нормами гражданского законодательства с учетом требований Закона Российской Федерации от 07.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей).

Исходя из пункта 1 статьи 1 Закона о защите прав потребителей, отношения с участием потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать в том числе из договоров на оказание возмездных услуг, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд потребителя-гражданина, не связанных с осуществлением им предпринимательской деятельности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Убытки, причиненные потребителю вследствие нарушения его права на свободный выбор товаров (работ, услуг), возмещаются продавцом (исполнителем) в полном объеме (пункт 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей).

Согласно статье 32 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Таким образом, потребитель в любое время вправе отказаться от исполнения договора об оказании услуг и потребовать возврата уплаченных по договору сумм за вычетом фактически понесенных исполнителем расходов.

Обязанность доказать наличие таких расходов и их размер в данном случае возлагается на исполнителя.

С момента расторжения договора у ответчика отсутствуют законные основания для удержания денежных средств истца (статья 1102 ГК Российской Федерации), и при несоблюдении добровольного порядка указанные средства подлежат взысканию в принудительном судебном производстве.

По смыслу приведенных норм права заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг до его фактического исполнения, в этом случае возмещению подлежат только понесенные исполнителем расходы, связанные с исполнением обязательств по договору. Какие-либо иные последствия одностороннего отказа от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг для потребителя законом не предусмотрены, равно как не предусмотрен и иной срок для отказа потребителя от исполнения договора.

В ходе рассмотрения дела по существу судом достоверно установлено, что опционный договор №240050979 от 06.09.2024 заключен между ООО «Аура-Авто» и ФИО3 Опционная премия по договору ФИО3 перечислена на счет ООО «Авто-Ассистанс». Вместе с тем указанное общество является лишь агентом в сложившихся правоотношениях, который действовал в интересах ООО «Аура-Авто» в рамках заключенного агентского договора №АДК-24 от 18.03.2024, и не принимал на себя никаких обязательств по оказанию услуг истцу. ООО «Аура-Авто» в возражениях на исковое заявление не отрицает, что права и обязанности по заключенному с ФИО3 опционному договору №240050979 от 06.09.2024 возникли непосредственно у ООО «Аура-Авто». В связи с чем ООО «Авто-Ассистанс» является ненадлежащим ответчиком по настоящему делу, фактически спорные правоотношения сложились между ФИО3 и ООО «Аура-Авто».

Проанализировав представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что заключенный между сторонами опционный договор является, в том числе договором возмездного оказания услуг между гражданином и юридическим лицом, правоотношения по которому регулируются нормами статьи 368 ГК Российской Федерации, главы 39 ГК Российской Федерации, а также Законом о защите прав потребителей.

В связи с этим условия опционного договора, предусматривающие невозможность возврата уплаченной опционной премии при его расторжении, ущемляют предусмотренное законом право истца как потребителя соответствующих услуг на расторжение договора и возврат оплаченной по такому договору стоимости услуг, а потому не подлежат применению, поскольку истец, как потребитель услуги, имеет право отказаться от исполнения указанного договора до окончания срока его действия.

При таких обстоятельствах доводы ответчика ООО «Аура-Авто» о том, что при прекращении опционного договора опционная премия не подлежит возврату подлежат отклонению.

По смыслу вышеприведенных норм закона заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг до его фактического исполнения, в этом случае возмещению подлежат только понесенные исполнителем расходы, связанные с исполнением обязательств по договору. При этом обязанность доказать несение и размер этих расходов в соответствии с частью 2 статьи 56 ГПК Российской Федерации возложена на ответчика.

Предметом любого договорного обязательства является право кредитора требовать от должника совершения действий, предусмотренных договором (статья 307 ГК Российской Федерации). Если же законом или договором предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств по договору, то непредъявление кредитором своего требования в указанный срок будет означать прекращение договора (пункт 3 статьи 425 ГК Российской Федерации).

Какие-либо иные последствия одностороннего отказа от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг, который заключен сторонами, несмотря на его поименование как опционный договор, для потребителя законом не предусмотрены.

Из материалов дела следует, что договор заключен между сторонами 06.09.2024, срок его действия определен в течение 1 года.

В период его действия (13.09.2024, то есть через семь дней после его заключения) истец обратился к ответчику с требованием об отказе от договора путем подачи соответствующей претензии. Указанное досудебное требование получено ответчиком 21.09.2024 (л.д.35).

Доказательств, свидетельствующих об обращении истца к ответчику с требованием о предоставлении предусмотренных договором услуг в период действия спорного договора, материалы дела не содержат.

Более того, ООО «Методика», указанная в спорном опционном договоре как организация, оказывающая услуги клиентам, подключенным к программе обслуживания Комфорт, представила сведения о том, что ФИО3 за оказанием услуг в ООО «Методика» не обращалась (л.д.141).

Сведений об оказании услуг истцу в рамках заключенного сторонами договора об оказании услуг по сертификату №024106296 от 06.09.2024, размере затрат, понесенных в ходе исполнения данного договора, равноценности предоставленного исполнения услуги уплаченной истцом денежной суммы, ответчиком ООО «Аура-Авто» не представлено, равно как и иных относимых, допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о фактически понесенных им расходах в период действия договора.

Принимая во внимание, что истец от заключенного с ответчиком договора отказался до прекращения такого договора, никакие услуги, объем которых определен в перечне услуг, в рамках данного договора истцу ответчиком не оказывались, что подтверждено материалами дела и не оспорено ответчиком, суд полагает, что, исходя из существа заключенного сторонами договора, истец как потребитель был вправе отказаться от данного договора в соответствии с положениями статьи 782 ГК Российской Федерации, статьи 32 Закона о защите прав потребителей и потребовать возврата уплаченных по нему денежных средств за вычетом фактически понесенных ответчиком в связи с исполнением договора расходов.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что договор заключен 06.09.2024, с требованием о расторжении договора истец обратился к ответчику ООО «Аура-Авто» 13.09.2024, каких-либо доказательств, свидетельствующих об обращении истца к ответчику с требованием предоставления предусмотренных сертификатом услуг в период действия спорного договора, материалы дела не содержат, сведений о размере расходов, понесенных ответчиком в ходе исполнения договора, не представлено, суд приходит к выводу о том, что требование истца о взыскании денежных средств обосновано и подлежит удовлетворению. В связи с чем денежная сумма, уплаченная истцом при заключении опционного договора №240050979 от 06.09.2024, в размере 170 000 руб. подлежит взысканию в надлежащего ответчика по делу ООО «Аура-Авто».

При этом требование истца о расторжении данного опционного договора подлежат отказу в удовлетворении, поскольку в соответствии с положениями пункта 2 статьи 450.1 ГК Российской Федерации односторонний отказ истца от договора (исполнения договора) уже повлек его расторжение, то есть опционный договор считается расторгнутым с момента получения ООО «Аура-Авто» уведомления о расторжении договора (с 21.09.2024) (л.д.35).

Доводы ответчика о том, что опционный договор прекращен фактическим исполнением обязательства в момент подписания сторонами акта о подключении к программе обслуживания «Комфорт» и передачи клиенту сертификата являются несостоятельными, поскольку срок действия договора определен в самом договоре в течение 1 года (пункт 1.2 договора), каких-либо действий по оказанию услуг в рамках договора ответчик не выполнял, конкретный предмет оказанных услуг, оцененный ответчиком стоимостью 170 000 руб., влекущий для потребителя полезный эффект, не определен.

Как следует из пояснений истца, а также анализа опционного договора №240050979 от 06.09.2024 и требования об исполнении обязательств от указанной даты, последние были представлены ФИО3 в готовом подписанном представителем ООО «Аура-Авто» (генеральным директором ФИО2) виде, что не опровергнуто ответчиком. Таким образом, суд приходит к выводу, что при заключении договора истец не имел возможности согласовать иное содержание отдельных условий договора, что в совокупности с приведенными выше установленными обстоятельствами и в отсутствие доказательств, подтверждающих фактически понесенные ответчиком расходы, связанные с исполнением обязательств по договору №240050979 от 06.09.2024, свидетельствует о нарушении прав истца и предоставляет ему право отказа от исполнения договора.

Ссылка ответчика в возражениях на исковое заявление на судебную практику по аналогичным делам, не может быть принята во внимание, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам с учетом представленных доказательств по конкретному делу. Судебная практика не является формой права и высказанная в ней позиция конкретного суда не является обязательной для применения другими судами при разрешении внешне тождественных дел.

Разрешая требование истца о взыскании неустойки за нарушение предусмотренных статьей 31 Закона о защите прав потребителей сроков, суд исходит из буквального толкования указанной нормы.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 31 Закона о защите прав потребителей требования потребителя об уменьшении цены за выполненную работу (оказанную услугу), о возмещении расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами, а также о возврате уплаченной за работу (услугу) денежной суммы и возмещении убытков, причиненных в связи с отказом от исполнения договора, предусмотренные пунктом 1 статьи 28 и пунктами 1 и 4 статьи 29 настоящего Закона, подлежат удовлетворению в десятидневный срок со дня предъявления соответствующего требования.

Требования потребителя о безвозмездном изготовлении другой вещи из однородного материала такого же качества или о повторном выполнении работы (оказании услуги) подлежат удовлетворению в срок, установленный для срочного выполнения работы (оказания услуги), а в случае, если этот срок не установлен, в срок, предусмотренный договором о выполнении работы (оказании услуги), который был ненадлежаще исполнен (пункт 2 статьи 31 Закона о защите прав потребителей).

За нарушение предусмотренных настоящей статьей сроков удовлетворения отдельных требований потребителя исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню), размер и порядок исчисления которой определяются в соответствии с пунктом 5 статьи 28 настоящего Закона (пункт 3 статьи 31 Закона о защите прав потребителей).

Таким образом, пунктом 3 статьи 31 Закона о защите прав потребителей предусматривается ответственность продавца (поставщика услуг) в виде неустойки только за несоблюдение таких сроков исполнения требований потребителя, которые вытекают из нарушения сроков выполнения работ (оказания услуг) и недостатков работ (услуг), то есть с некачественной или не оказанной услугой или работами.

Возможность взыскания неустойки за несвоевременный возврат исполнителем денежных средств при отказе потребителя от услуги надлежащего качества закон не предусматривает. Аналогичная позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 02.08.2022 №36-КГ22-2-К2.

Судом установлено, что отказ ФИО3 от исполнения договора не был обусловлен нарушением исполнителем сроков оказания услуги либо наличием недостатков оказанной услуги. Истцом заявлено требование о возврате уплаченных по договору денежных средств в связи добровольным отказом от договора.

Поэтому суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для применения в данном случае положений статей 22, 23, 28 Закона о защите прав потребителей, предусматривающих ответственность за нарушение прав потребителя, поскольку требование истца о возврате уплаченной по договору денежной суммы не связаны с его отказом от договора вследствие нарушения ответчиком сроков оказания услуг, либо предоставления услуги ненадлежащего качества. ФИО3 отказалась от исполнения договора по основаниям, не зависящим от поведения ответчика в ходе исполнения условий заключенного договора. Неисполнение обязанности по возврату денежных средств в связи с отказом потребителя от договора не может рассматриваться как несвоевременное предоставление ответчиком услуги по договору. Указанное обстоятельство в качестве основания для начисления неустойки положениями Закона о защите прав потребителей не предусмотрено.

В связи с чем требование истца о взыскании с ответчика неустойки, предусмотренной пунктом 3 статьи 31 Закона о защите прав потребителя, суд считает необоснованным и неподлежащим удовлетворению.

В данном случае, ответственность ООО «Аура-Авто» за нарушение срока возврата уплаченной по договору суммы в связи с добровольным отказом ФИО3 от договора, по основаниям не связанным с нарушением прав потребителей, ограничивается лишь предусмотренной статьей 395 ГПК Российской Федерации неустойкой. Таких требований истцом не заявлено.

Требование истца о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 15 Закона о защите прав потребителей, моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним, прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Как следует из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 45 постановления Пленума от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

У суда не вызывает сомнения, что истцу по вине ответчика причинен моральный вред тем, что нарушены его права потребителя, регулируемые действующим законодательством. В результате невозврата ответчиком уплаченных по опционному договору денежных средств ФИО3, безусловно, испытывала нравственные страдания.

Поскольку факт нарушения прав потребителя в данном случае установлен, то дополнительного правового обоснования для взыскания компенсации морального вреда не требуется.

Учитывая, что факт нарушения прав потребителя установлен, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, характер допущенных ответчиком нарушений прав истца, с учетом принципов разумности и справедливости суде полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца сумму компенсации морального вреда в заявленном размере – 10 000 рублей. Компенсация морального вреда в указанном размере, по мнению суда, является разумной, справедливой, соразмерной последствиям нарушения и позволит компенсировать истцу перенесенные нравственные страдания.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

При этом предусматривается обязанность суда взыскивать штраф с изготовителя от всей суммы, присужденной судом в пользу потребителя, без конкретизации требований, которые должны учитываться при взыскании указанного штрафа.

Штраф является мерой гражданско-правовой ответственности и при определении его размера следует исходить из того, что он должен соответствовать принципу юридического равенства, быть соразмерным конституционно защищаемым целям и ценностям.

Так как ответчик не удовлетворил в добровольном порядке законное и обоснованное требование истца о возврате уплаченных по договору денежных средств, заявленное до обращения в суд по претензии от 13.09.2024, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф.

Исходя из положений пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, штраф составит 90 00 руб. (170 000 руб. + 10 000 руб.) x 50 %).

При этом довод ответчика о том, что требование истца о взыскании штрафа не подлежит взысканию, суд считает основанным на неверном толковании норм права. Поскольку правомерные требования потребителя не были удовлетворены ответчиком добровольно и срок для добровольного удовлетворения этих требований истек, то с ответчика подлежит взысканию предусмотренный пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штраф в размере пятидесяти процентов от присужденных потребителю денежных сумм.

Оценив заявленное ответчиком ходатайство о применении положений статьи 333 ГК Российской Федерации, суд не находит исключительных оснований для снижения размера взыскиваемого штрафа, рассчитанный в соответствии с законом размер которого отвечает требованиям разумности и справедливости. Никаких доказательств, подтверждающих наличие исключительных оснований для снижения предусмотренного законом размера штрафа, ответчиком не представлено.

На основании статьи 100 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы, связанные с рассмотрением дела.

Исходя из изложенного, судом по рассматриваемому делу не установлено наличия признаков несоразмерности между взыскиваемым штрафом и последствиями нарушения обязательства, поэтому размер штрафа в порядке статьи 333 ГК Российской Федерации уменьшению не подлежит.

Согласно части 1 статьи 103 ГПК Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, государственная пошлина взимается в доход бюджета муниципального образования (местный бюджет) по месту нахождения суда, принявшего решение, то есть в настоящем случае в бюджет Торбеевского муниципального района Республики Мордовия.

Исходя из размера удовлетворенных исковых требований, суд находит, что с ООО «Аура-Авто» в доход бюджета Торбеевского муниципального района Республики Мордовия подлежит взысканию государственная пошлина в размере 9 100 руб. (6 100 руб. за требование имущественного характера ((170 000 руб. – 100 001 руб.) х 3 % + 4 000 руб.) и 3 000 руб. за требование неимущественного характера).

В удовлетворении исковых требований истца к ООО «Авто-Ассистанс» суд отказывает в полном объеме.

На основании изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Авто-Ассистанс», обществу с ограниченной ответственностью «Аура-Авто» о расторжении опционного договора, взыскании денежных средств, штрафа, неустойки, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Аура-Авто» (ИНН <***>) в пользу ФИО3, _._._ года рождения, СНИЛС <№>, денежную сумму, уплаченную при заключении опционного договора №240050979 от 06.09.2024 (опционная премия), в размере 170 000 (сто семьдесят тысяч) рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей, штраф за неудовлетворение требований потребителя в добровольном порядке в размере 90 000 (девяносто тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 о расторжении опционного договора №240050979 от 06.09.2024, взыскании неустойки в размере 3 % (5 100 рублей в день) за каждый день просрочки исполнения обязательства о возвращении денежных средств, начиная с 13.09.2024 и до исполнения обязательства, отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Авто-Ассистанс» о расторжении опционного договора, взыскании денежных средств, штрафа, неустойки, компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Аура-Авто» (ИНН <***>) в бюджет Торбеевского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину в размере 9 100 (девять тысяч сто) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Верховного Суда Республики Мордовия через Торбеевский районный суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судьи Н.В. Андреева

Мотивированное решение составлено 09 января 2025 года.