Апелляционное определение № 33-1839/2026 от 3 февраля 2026 г.

Судья Грудина Ю.Ю. 24RS0046-01-2024-007923-95

Дело № 33-1839/2026 (2-1145/2025)

2.160

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04 февраля 2026 года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе председательствующего Макаровой Ю.М.,

судей Тихоновой Ю.Б., Потехиной О.Б.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Куницыной М.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Тихоновой Ю.Б.,

гражданское дело по иску ФИО1 к АО «ТБанк» о защите прав потребителей,

по апелляционной жалобе представителя АО «ТБанк»- ФИО2,

по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1-ФИО4,

на решение Свердловского районного суда <адрес> от <дата>г., которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к АО «ТБанк» о защите прав потребителей – удовлетворить.

Признать кредитный договор кредитный договор № от <дата>, заключенный между ПАО «Росбанк» и ФИО1 недействительным.

Применить последствия недействительности сделки, вернуть стороны в первоначальное положение, путем взыскания с ФИО1 в пользу АО «ТБанк» денежных средств, полученных по кредитному договору кредитный договор № от <дата>, в размере 1 200 000 рублей.».

Заслушав докладчика, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась с иском к ПАО «РОСБАНК» о защите прав потребителя.

Требования истца мотивированы тем, что <дата> между ФИО1 и ПАО «РОСБАНК» заключен кредитный договор №. <дата> примерно в 17 часов 00 минут на личный номер телефона ФИО1 позвонил неизвестный мужчина, который пояснил, что ей необходимо поменять бумажный полис ОМС на электронный. Ей позвонил также незнакомый номер телефона, в ходе телефонного разговора неизвестная ей девушка представилась Ю. и пояснила, что является представителем электронного портала «Госуслуги», а также то, что в настоящее время в отношении неё были совершены мошеннические действия, кто-то пытался взять на нее кредит в ПАО «Росбанк». Далее ФИО1 начала выполнять действия, которые ей диктовали неизвестная в ходе телефонного разговора, а именно: ФИО1 проехала в отделение ПАО «Росбанк» для оформления кредитного договора, получив денежные средства, перевела их по указанию на безопасный счёт. После ФИО1 позвонила на горячую линию в ПАО «Росбанк» где сотрудником ей было разъяснено, что она стала жертвой мошенников. В связи с совершением в отношении ФИО1 преступления, последняя обратилась в полицию с заявлением. По данному факту возбуждено уголовное дело №. Согласно заключению экспертов Красноярского психоневрологического диспансера № от <дата> №/д в момент совершения противоправных действий в отношении ФИО1 применялись приемы психологического манипулирования, которые заострили ее индивидуально-психологические особенности до утраты способности понимать характер и значение совершаемых в отношении нее действий и неспособности оказывать сопротивление. ФИО1 ссылается на то, что не имела намерения заключить с ПАО «Росбанк» кредитный договор, при заключении договора не осознавала значение своих действий, поскольку считала, что заключая данный кредитный договор, пресекает деятельность мошенников, которыми ранее совершалось в отношении нее преступление. При данных обстоятельствах просит о признании кредитного договора № от <дата> недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде признания денежных средств по договору не полученными, обязательства по возврату денежных средств не возникшими.

В связи с реорганизацией ПАО «РОСБАНК» путем присоединения к АО «ТБанк», требования в настоящее время ФИО1 заявлены к универсальному правопреемнику.

Судом первой инстанции постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель АО «ТБанк»- ФИО2 просит решение суда отменить. Полагает, что ФИО1, оформляя кредит, заблуждалась в значении таких действий, думая, что действует по инструкции для определенных целей, действовала под влиянием других лиц. Указывает, что данные обстоятельства не являются существенным заблуждением, свидетельствуют о том, что ФИО1 заблуждалась относительно мотивов совершения сделки. Указание в заключениях экспертов на нарушение волеизъявления при совершении сделки сводится к тому, что ФИО1 действовала под влиянием других лиц однако, самого по себе данного факта недостаточно для вывода о недействительности сделки, поскольку ФИО1 осознавала, что заключает именно кредитный договор, по которому получит денежные средства, что вступает в правоотношения с банком. Хотя она и действовала под влиянием неустановленных лиц, осознавала, какие именно действия совершает. Полагает, что при данных обстоятельствах, отсутствуют основания для признания кредитного договора недействительным на основании положений ст. 177 ГК РФ. Указывает, что применяя последствия недействительности сделки, суд неверно определил размер кредита. <дата> между ПАО РОСБАНК и ФИО1 был заключён кредитный договор, согласно условиям, которого банк предоставил клиенту денежные средства в размере 1 480 144 руб. 40 коп. В момент зачисления денежных средств на счет истец приобрела в собственность 1 480 144 руб.40 коп., которыми она распорядилась следующим образом: 30 000 руб. списано как оплата по продукту «контроль здоровья Базовый», 1 200 000 руб. - снятие истцом наличных в операционном офисе, 250 144 руб. 40 коп.- списана комиссия за подключение к программе снижение процентной ставки по договору. Обращает внимание на то, что права требования к кредитору уступлены, <дата>г., правопреемником является НАО ПКО «ПКБ», вместе с тем судом данные обстоятельства не учтены.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1-ФИО4 просит решение суда изменить, в части применения последствий недействительности сделки, признать денежные средства по кредитному договору неполученными, обязательства по возврату денежных средств и уплате процентов не возникшими. Выражает несогласие с выводами суда в указанной части. Обращает внимание, что согласно выводам амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы № /д от <дата>г. проведенной в рамках уголовного дела и выводам экспертизы проведенной в рамках рассматриваемого спора, ФИО1 в момент заключения кредитного договора была не способна понимать характер и значения совершаемых ею действий. Полагает, что данной сделкой совершено преступление, соответственно ни основам нравственности, ни основам правопорядка сделка соответствовать не может. Не зависимо от того сама истица их передача или ей помогли это сделать в банке.

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского ФИО3 суда, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о рассмотрении дела.

Проверив материалы дела и решение суда, заслушав представителя истца ФИО1-ФИО4 поддержавшую доводы своей апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены или изменения решения суда.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Как установлено положения пункта 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2025) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08 октября 2025) при этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Согласно пункта 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

При этом неспособность гражданина понимать значение своих действий и руководить ими является юридическим критерием недействительности сделки. В отличие от признания гражданина недееспособным (статья 29 Гражданского кодекса Российской Федерации) наличие психического расстройства (медицинский критерий) в качестве обязательного условия для признания сделки недействительной приведенной выше нормой закона не предусмотрено. (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 04 августа 2015 N 78-КГ15-19).

По смыслу указанной нормы и разъяснений, основание недействительности сделки, предусмотренное ст. 177 ГК РФ, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

При этом не имеет правового значения дееспособность лица, поскольку тот факт, что лицо обладает полной дееспособностью, не исключает наличия порока его воли при совершении сделки.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством является установление состояния лица в момент совершения сделки.

Как верно установлено судом первой инстанции и подтверждено материалами дела, 22 марта 2024 г. ФИО1 было подано заявление на предоставление услуг и осуществление иных действий в рамках договора о комплексном банковском обслуживании физических лиц, сумма кредита 1 200 000 рублей.

<дата> в офисе Банка между ПАО «Росбанк» и ФИО1 заключён кредитный договор № соответствии с условиями которого Банк выдал ФИО1 денежные средства в размере 1 480 144 рублей 40 копеек, под 27,90 % годовых, на срок до <дата>г.

В соответствии с п.6 кредитного договора, размер ежемесячного платежа за исключением последнего составляет 39089 руб. 38 коп., периодичность платежей-ежемесячно, дата ежемесячного платежа 10 число каждого месяца, всего платежей 59.

В соответствии с п. 15 кредитного договора ФИО1 согласилась с подключением опции «Выбери ставку по кредиту» предусматривающей оплату банку единовременного платежа за снижение процентной ставки по кредиту в размере 250 144 руб. 40 коп.

Согласно выписке из лицевого счета кредитного договора ФИО1 получила наличные денежные средства в сумме 1 200 000 рублей, сумма 250 144 рубля 40 копеек списана в качестве единовременного платежа за снижение процентной ставки, сумма 30 000 рублей списана за оплату продукта «Контроль здоровья Базовый».

<дата> ФИО1 обратилась в отдел полиции № МУ МВД России «Красноярское» с заявлением о совершении в отношении неё преступления, которое зарегистрировано в КУСП №,

Постановлением следователя следственного отдела № СУ МУ МВД России «Красноярское» от <дата>, возбуждено уголовное дело № по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, ФИО1 признан потерпевшей.

Из пояснений потерпевшей ФИО1 в рамках уголовного дела № № следует, что <дата> в вечернее время она находилась у себя дома, когда ей позвонил абонентский №, в ходе телефонного разговора звонивший представился Дмитрием и сообщил ей о том, что необходимо обменять бумажный полис ОМС на электронный. Выполнив все необходимые действия, которые ей диктовал Дмитрий, ей пришло СМС-сообщение с кодом и адресом, по которому ей необходимо получить электронный полис ОМС. Через непродолжительное время ФИО1 на ее личный номер телефона поступило СМС-сообщение, в котором содержалась информация о том, что ее личный кабинет в электронном портале «Госуслуги» был взломан, указан номер телефона, по которому ФИО1 необходимо позвонить. ФИО1 совершила звонок по указанному номеру телефона в СМС-сообщении, в ходе разговора неизвестная ей девушка представилась Ю. сотрудником «Госуслуги» и сообщила, что ее кабинет действительно был взломан и в настоящее время от имени ФИО1 мошенники пытаются взять кредит в размере 1 200 000 рублей. Для того, что бы прекратить совершение данных мошеннических действий, а также для оказания помощи в поиске мошенников, ей необходимо обратиться в банк, получить денежные средства и перевести их на «безопасный счёт». После чего, ФИО1 направилась в отделение ПАО «Росбанк», расположенное по адресу: <адрес><адрес><адрес>, где обратилась к сотруднику банка с целью оформления кредита, при этом ФИО1 постоянно вела телефонный разговор с мошенниками. Сотрудником ПАО «Росбанк» ей был задан вопрос о целях, на которые ФИО1 берет кредит. ФИО1 сообщила, что кредит она берет на открытие собственной вокальной студии. Далее, после выдачи кредита Банком, женщина, которая вела с ФИО1 диалог, сказала ей о том, что полученные денежные средства необходимо снять наличными и перевести на указанные счета. После чего ФИО1 были совершены несколько операций по переводу денежных средств. Далее, в ночное время, в 02 часа 17 минут ФИО1 решила позвонить на горячую линию ПАО «Росбанка», в ходе телефонного разговора сотрудник Банка ей пояснил, что в отношении нее были совершены мошеннические действия.

Согласно выводам заключения медицинской психиатрической экспертизы от <дата> №/д <данные изъяты> проведенной в рамках уголовного дела, у ФИО1 не обнаруживались какие-либо <данные изъяты>

Согласно протоколу осмотра врача психиатра ООО «Сента» Медицинский центр «ЛабиринтМед» представленного стороной истца, у ФИО1 поставлен диагноз <данные изъяты>

Согласно заключению судебной экспертизы от <дата> №, проведенной экспертами КГБУЗ «Красноярский ФИО3 психоневрологический диспансер №» на основании определения Свердловского районного суда <адрес> от <дата>г., у ФИО1 <данные изъяты> социально-юридических последствий её действий в исследуемый юридически значимый период в совокупности оказали существенное влияние на ее сознание и способность руководить своими действиями в период заключения <дата> кредитного договора №

Дав надлежащую оценку представленным сторонами доказательствам по правилам ст.67 ГПК РФ, верно установив фактические обстоятельства дела и правильно применив нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об удовлетворении исковых требований, исходя из того, что на момент заключения кредитного договора истец был лишен способности в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими, что свидетельствует о пороки воли ФИО1 на заключение кредитного договора <дата>, признал указанный договор недействительным, применив в соответствии со ст. 177 ГК РФ последствия недействительности сделки, вернул стороны в первоначальное положение, путем взыскания с ФИО1 в пользу АО «ТБанк» денежные средства, полученные по кредитному договору кредитный договор № от <дата>, в размере 1 200 000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права и представленных сторонами доказательствах, которые всесторонне и тщательно исследованы судом и которым судом в решении дана надлежащая правовая оценка.

Доводы апелляционной жалобы представителя истца ФИО1-ФИО4 о необоснованном возложении обязанности возвратить ответчику полученные денежные средства, не могут быть приняты во внимание.

В рассматриваемом споре, признавая кредитный договор недействительным, суд первой инстанции не установил признаков недобросовестности Банка при предоставлении кредита ФИО1

Оспариваемый кредитный договор заключен в офисе Банка, из представленной ответчиком аудиозаписи следует, что ФИО1 в момент совершения оспариваемой сделки в категоричной форме отрицала влияние третьих лиц и давала последовательные пояснения о цели получения кредита.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 этой же статьи никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения может отказать в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применить иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

По настоящему делу судом установлено, что ФИО1 последовательно совершила комплекс действий, направленных на заключение кредитного договора и получение кредитных денежных средств.

Кредитные денежные средства ФИО1 получила лично и распорядилась ими посредством банкомата.

Данные обстоятельства истец по существу не оспаривает, ссылаясь на то, что при совершении названных выше действий она находилась под влиянием мошенников, общавшихся с ней по телефону.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих об отклонении действий Банка от добросовестного поведения, ожидаемого от него в данном случае, обстоятельств в силу которых Банк должен был воздержаться от предоставления кредита и выдачи денежных средств по требованию потребителя материалы дела не содержат.

Кроме того, в пунктах 7 и 8 постановления Пленума N 25 разъяснено, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По настоящему делу, предъявляя иск о недействительности кредитного договора, ФИО1 ссылалась на специальные основания недействительности сделки - совершение сделки в состоянии, не позволяющем понимать значение своих действий и руководить ими, а также под влиянием существенного заблуждения и обмана со стороны третьих лиц.

В абзаце четвертом пункта 1 постановления Пленума N 25 разъяснено, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, в силу статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (пункт 1).

Если сделка признана недействительной на основании этой статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 данного кодекса (пункт 3).

Согласно пункту 1 статьи 171 названного кодекса ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

В соответствии со статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 данного кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона (пункт 6).

В силу статьи 179 названного выше кодекса сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2).

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 этой статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 данного кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки (пункт 4).

Приведенные нормы закона предусматривают последствия заключения сделки с пороком воли.

В рассматриваемом споре, отсутствие у ФИО1 воли на заключение кредитного договора подтверждено пояснениями истца, фактом незамедлительного обращения в правоохранительные органы, письменным доказательством в – заключением судебно-психиатрической экспертизы в рамках уголовного дела и заключением судебной психиатрической экспертизы в рамках гражданского дела.

Вместе с тем, экспертами указано, что в момент заключения кредитного договора в <данные изъяты> ФИО1 в отношении социально-юридических последствий её действий в исследуемый юридически значимый период снижены и в совокупности оказали существенное влияние на ее сознание и способность руководить своими действиями в период заключения <дата> кредитного договора № была лишена возможности понимать значение своих действий и руководить ими.

Верно установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сам по себе факт перечисления ФИО1 третьим лицам денежных средств, даже при установлении факта, что она действовал апод влиянием третьих лиц не может служить основанием для неприменения последствий недействительности сделки в виде возврата денежных средств, полученных ФИО1, в связи с чем имеются основания для применения последствий недействительности сделки и взыскании с ФИО1 в пользу банка фактически полученных денежных средств в размере 1200 000 руб.

Судебная коллегия находит правильными выводы суда первой инстанции о применении последствий недействительности сделки в виде приведения сторон в первоначальное положение и взыскании с истца в пользу банка полученных денежных средств по признанному недействительным кредитному договору, поскольку они соответствуют обстоятельствам дела.

Доводы апелляционной жалобы истца сводятся к несогласию с выводами о необходимости возврата денежных средств, полученных им по недействительной сделке.

Между тем, с учетом обстоятельств осуществления истцом трех операций по переводу денежных средств неустановленным лицам, что свидетельствует о том, что истец самостоятельно распорядилась в дальнейшем денежными средствами без какого-либо участия банка, выводы суда первой инстанции о применении последствий в виде возврата полученного истцом по недействительной сделке соответствуют требованиям материального закона. Вопрос о приведении сторон в первоначальное положение верно разрешен судом, как следует из положений ст. 167 ГК РФ, одновременно с признанием сделки недействительной.

Выводы суда сомнений в законности не вызывают, соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, и установленным конкретным обстоятельствам дела.

Доводы апелляционной жалобы Банка о неверном определении суммы кредита, подлежащей возврату, судебной коллегией отклоняются не могут быть приняты во внимание.

Материалами дела установлено, что размер предоставленного кредита составляет 1 480 144 руб. 40 коп., вместе с тем согласно выписке из лицевого счета ФИО1 лично получила денежные средства в размере 1 200 000 рублей, распорядившись ими без участия Банка, остальная сумма кредитных денежных средств была переведена в момент заключения кредитного договора признанного недействительным за оплату услуги «Контроль здоровья. Базовый» и за подключение к программе сниженная процентная ставка.

При таком положении, применяя последствия недействительности сделки, суд первой инстанции обоснованно взыскал в пользу Банка фактически полученные истцом денежные средства в сумме 1 200 000 рублей.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что права кредитора по спорному кредитному договору на основании договора уступки прав требования переданы цессионарию НАО ПКО «ПКБ» не могут служит основанием для отмены постановленного решения, поскольку указанное лицо привлечено к участию в деле и о своих притязаниях на предмет спора не заявляло.

В целом, доводы апелляционной жалобы не опровергают правильных выводов суда, являлись предметом тщательного исследования в суде первой инстанции и обоснованно не приняты им во внимание, поскольку основаны на неправильном толковании норм процессуального и материального права, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции.

Каких-либо иных доводов, влекущих отмену или изменение решения суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену решения, при рассмотрении дела судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

О П Р Е Д Е Л И Л А :

Решение Свердловского районного суда г. Красноярска от 9 сентября 2025 года, оставить без изменения, апелляционные жалобы представителя АО «ТБанк»- ФИО2, представителя истца ФИО1-ФИО4–без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий: Ю.М. Макарова

Судьи: Ю.Б. Тихонова

О.Б. Потехина

Мотивированное определение изготовлено 09 февраля 2026 года