Апелляционное определение № 33-3588/2025 от 3 декабря 2025 г.

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0023-01-2025-000003-83 33-3588/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 04.12.2025

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

председательствующего Стефановской Л.Н.

судей Скомороховой Л.В., Абрамовой С.И.

при секретаре Ямпольской А.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО7, нотариусу Чернянского нотариального округа Белгородской области о признании завещания № от 29.03.2024 ФИО1, удостоверенного нотариусом Чернянского нотариального округа Белгородской области ФИО8, недействительным, признании недействительными свидетельств о праве на наследство по завещанию от 24.12.2024, реестровый номер №, выданных нотариусом Чернянского нотариального округа Белгородской области ФИО8,

по апелляционной жалобе ФИО6

на решение Чернянского районного суда Белгородской области от 23.04.2025.

Заслушав доклад судьи Скомороховой Л.В., объяснения представителя истца ФИО6 – ФИО9, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ФИО7 – ФИО10 и ответчика - нотариуса Чернянского нотариального округа Белгородской области ФИО8, возражавших относительно удовлетворения апелляционной жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО1 Стороны по делу - ФИО6 и ФИО7 являются детьми наследодателя.

За три месяца до смерти 29.03.2024, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, составлено нотариально удостоверенное завещание, которым она распорядилась принадлежащим ей имуществом на случай смерти, указав, что завещает все свое имущество, какое на момент смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое не заключалось, и где бы оно не находилось, ФИО11 (т. 1 л.д. 63).

Нотариусом Чернянского нотариального округа Белгородской области ФИО8 в связи с подачей ФИО7 заявления о принятии наследства по завещанию открыто наследственное дело № №

ФИО6 обратился в суд с иском, в котором с учетом заявления об уточнении требований (т. 2 л.д. 128), просил признать недействительным завещание № № от 29.03.2024, составленное ФИО1 и удостоверенное нотариусом Чернянского нотариального округа Белгородской области ФИО8, а также признать недействительными свидетельств о праве на наследство по завещанию от 24.12.2024, реестровый номер №, выданных нотариусом Чернянского нотариального округа Белгородской области ФИО8

В обоснование исковых требований ФИО6 сослался на те обстоятельства, что после смерти наследодателя открылось наследство на следующее имущество:

- земельный участок, площадью 800 кв. м, кадастровый номер <адрес>

- земельный участок, площадью 531 кв. м, кадастровый номер <адрес>

- жилой дом, площадью 36.2 кв. м, кадастровый номер <адрес>

- жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>

- жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>

- денежные средства в банке.

Составленное при жизни наследодателя завещание от 23.03.2024 ФИО6 считает недействительным, поскольку его мать ФИО1 на момент составления завещания находилась в преклонном возрасте (85 лет), имела многочисленные заболевания, принимала сильнодействующие медицинские препараты, не могла понимать значение совершаемых действий. За две недели до подписания завещания она перенесла <данные изъяты> была прооперирована. После <данные изъяты>, в связи с чем она не могла самостоятельно писать. <данные изъяты> в связи с чем ФИО1 не могла подписывать юридически значимые документы.

Решением Чернянского районного суда Белгородской области от 23.04.2025 в удовлетворении исковых требований ФИО6 отказано.

Не согласившись с постановленным судебным актом, ФИО6 подал апелляционную жалобу, в которой просил отменить решение суда, вынести новое судебное постановление об удовлетворении исковых требований. Одновременно заявил ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы, поскольку судом первой инстанции в удовлетворении такого ходатайства отказано. Среди прочего привел доводы о том, что при наличии у наследодателя <данные изъяты> заболеваний, ФИО1 не могла самостоятельно подписать завещание. В нарушение статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации нотариус не указал на то обстоятельство, что завещатель не в состоянии прочитать завещание, в связи с чем нарушен порядок удостоверения завещания.

От ответчиков ФИО7, нотариуса Чернянского нотариального округа Белгородской области ФИО8 поступили письменные возражения на апелляционную жалобу, в которых содержится просьба об оставлении решения суда без изменения.

В судебное заседание апелляционной инстанции не явились: истец ФИО6 (смс-извещение доставлено 07.11.2025, извещение по электронной почте 07.11.2025), обеспечил участие представителя ФИО9; ответчик ФИО7 (извещение по электронной почте 07.11.2025), обеспечила участие представителя ФИО10

Учитывая своевременное и надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного разбирательства, отсутствие ходатайств об отложении слушания дела, на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Разрешая возникший спор решением об отказе в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 218, 177, 1111, 1118, 1119, 1124, 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пришел к выводам о том, что на момент составления завещания ФИО1 не страдала каким-либо психическим или физиологическим заболеванием, свидетельствующим о неспособности выразить истинную волю завещателя, и подписать оспариваемое завещание; процедура удостоверения завещания нотариусом не нарушена. Суд также отказал в удовлетворении требований о признании недействительными свидетельств о праве на наследство по завещанию от 24.12.2024, реестровый номер №, выданных нотариусом Чернянского нотариального округа Белгородской области ФИО8, поскольку данные требования являются производными от требований о признании завещания недействительным.

Судебная коллегия с указанными выводами суда первой инстанции соглашается, находит их основанными на правильном применении к спорным правоотношениям норм материального и процессуального права, соответствующим представленным сторонами доказательствам, которым судом первой инстанции с учетом требований статей 59, 60 и 67 ГПК РФ дана надлежащая правовая оценка, оснований не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 ГК РФ при нарушении положений данного кодекса, влекущем за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положениями пункта 1 статьи 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 29.03.2024 ФИО1 на случай смерти распорядилась принадлежащим ей имуществом в пользу дочери путем составления нотариально удостоверенного завещания, с указание на то, что завещает ФИО11 все свое имущество, какое на момент смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое не заключалось, и где бы оно не находилось (т. 1 л.д. 63).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла.

Нотариусом Чернянского нотариального округа Белгородской области ФИО8 в связи с подачей ФИО7 заявления о принятии наследства по завещанию открыто наследственное дело № № наследнику выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию от 24.12.2024 на вышеупомянутые земельные участки и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, а также денежные средства в <данные изъяты>

С учетом обоснования иска ФИО6 теми обстоятельствами, что на момент составления завещания, его мать не могла понимать значение совершаемых действий, у неё присутствовал порок воли и порок сознания, по ходатайству истца, определением суда от 04.03.2025 назначена комплексная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ОГКУЗ «Белгородская областная клиническая психоневрологическая больница».

Согласно выводам заключения посмертной судебно-психиатрической комиссионной комплексной экспертизы от 08.04.2025 ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в том числе на дату составления и подписания/совершения завещания от 29.03.2024, с учетом имевших у неё соматических заболеваний, получаемого лечения по основному заболеванию, не обнаруживала признаков психического расстройства, болезненного состояния либо временного расстройства психики, которые лишали её возможности понимать значение своих действий и руководить ими.

Об этом свидетельствует данные из предоставленной медицинской документации, согласно которой установлено, что ФИО1 за помощью к врачам-психиатрам не обращалась, она не нуждалась в наблюдении и лечении, отсутствуют данные о том, что ее состояние в этот период было нестабильно, ей требовалась консультация и лечения у врачей-психиатров.

Комиссией экспертов подтверждено, что ФИО1 регулярно осматривалась врачами соматического профиля до подписания завещания (19.02.2024, 22.03.2024, 26.03.2024), так и после (05.04.2024, 06.04.2024, 09.04.2024, 10.04.2024, 15.04.2024, 17.04.2024).

В предоставленной медицинской документации от врачей специалистов отсутствуют сведения о каких-либо нарушениях у ФИО1 интеллектуально-мнестической и эмоционально-волевой сфер деятельности, в том числе на фоне получаемой ей терапии.

В связи с этим, экспертным заключением установлено, что на момент составления завещания, то есть, на 29.03.2024, ФИО1 могла правильно воспринимать окружающую действительность и понимать характер и значение своих действий и руководить ими (т.2 л.д.101).

Судебная экспертиза проведена по делу в соответствии со статьями 84 - 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», экспертами, имеющими необходимую квалификацию, профильное образование, длительный стаж работы по соответствующей экспертной специальности, предупрежденными об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, выводы заключения являются полными, однозначными, подробны обоснованием, противоречий не содержат.

Истцом не представлено доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы. Медицинские документы не содержат сведений о психических заболеваниях наследодателя в момент совершения сделки.

ФИО1 на учете в психиатрическом кабинете не состояла, за медицинской помощью не обращалась, на диспансерном учете у врача-невролога не состояла (т.1 л.д.143-144).

Согласно выписке из медицинской карты наследодателя, судом установлено, что ФИО1 в период с 15.05.13 по 23.01.2025 перенесла следующие заболевания:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В ходе судебного заседания судом установлено, что ФИО1 в период с 19.02.2021 по 20.02.2021 находилась на стационарном лечение в Белгородской областной клинической больнице Святителя Иоасафа, с диагнозом <данные изъяты> (т.1 л.д.169-186, 235).

Обстоятельства перенесенного ФИО1 <данные изъяты> и наступивших последствий также учтены комиссией экспертов при составлении заключения.

Сам по себе преклонный возраст и наличие соматических заболеваний не свидетельствуют о недееспособности лица при совершении завещания.

Принимая как допустимое и достоверное доказательство способности завещателя понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения сделки, суд первой инстанции оценил заключение судебной экспертизы по правилам статьи 67 ГПК РФ в совокупности с иными доказательствами, а именно, медицинской документацией, подтверждающей отсутствие заболеваний психики у ФИО1 представленным фотоматериалом, показаниями свидетелей врача-невролога ФИО2 социального работника ФИО3 соседей ФИО4 и ФИО5 согласно которым ФИО1 самостоятельно писала социальному работнику список покупок, письма в церковь, сама расписывалась за получение пенсии, один глаз не видел, а вторым видела хорошо, самостоятельно передвигалась с помощью табуретки, посещала докторов, знала наизусть молитвы, телефоны пенсионного фонда и администрации, самостоятельно себя обслуживала, готовила пищу, была умная, забывчивостью не страдала, все держала под контролем, повлиять на её мнение было невозможно, находилась «в своем уме». Свидетелю ФИО4 при жизни ФИО1 сообщила, что составила завещание в пользу дочери, чтобы она не продала дом.

Оснований не согласиться с полученной оценкой доказательств, в том числе свидетельских показаний, у судебной коллегии не имеется, положения главы 6 ГПК РФ судом первой инстанции соблюдены.

В целях проверки доводов ФИО1 нарушении процедуры удостоверения завещания, тех обстоятельств, что ФИО1 самостоятельно не могла прочитать текст завещания и не подписывала его, судебной коллегией удовлетворено заявленное истцом ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы, производство которой поручено ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы» (по тексту также ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России).

Согласно выводам заключения № № судебной почерковедческой экспертизы рукописная запись: «ФИО1» в удостоверяющей записи: «ФИО1» и подпись от имени ФИО1, расположенные ниже слов: «Текст завещания записан с моих слов нотариусом верно, до подписания завещания оно полностью прочитано в присутствии нотариуса, в чем собственноручно подписываюсь:» в экземпляре завещания от 29.03.2024, зарегистрированном в реестре за №;

- изображение записи: «ФИО1» в изображении рукописной удостоверяющей записи: «ФИО1» и изображение подписи от имени ФИО1., расположенные ниже слов: «Текст завещания записан с моих слов нотариусом верно, до подписания завещания оно полностью мной прочитано в присутствии нотариуса, в чем собственноручно подписываюсь:» в копии завещания №, зарегистрированном в реестре за № № – выполнены самой ФИО1 под влиянием «сбивающих» факторов, обусловленных возрастными изменениями организма (т. 3 л.д. 227).

Судебная коллегия, оценивая заключение судебной почерковедческой экспертизы, признает его допустимым и достоверным доказательством по гражданскому делу, поскольку имеющий соответствующую квалификацию и опыт работы эксперт предупрежден судом об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, в экспертном заключении содержится подробное описание проведенного исследования, заключение выполнено в соответствии с законом и содержит полные ответы на поставленные перед экспертом вопросы. Выводы эксперта изложены последовательно и четко сформулированы, не допускают неоднозначного толкования.

Не нашли своего подтверждения при рассмотрении настоящего дела также доводы стороны истца о нарушении процедуры нотариального составления и удостоверения завещания.

Согласно положениям статьи 1125 ГК РФ нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (электронно-вычислительная машина, пишущая машинка и другие).

Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса. Если завещатель не в состоянии лично прочитать завещание, его текст оглашается для него нотариусом, о чем на завещании делается соответствующая надпись с указанием причин, по которым завещатель не смог лично прочитать завещание.

Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем. Если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание, оно по его просьбе может быть подписано другим гражданином в присутствии нотариуса. В завещании должны быть указаны причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно, а также фамилия, имя, отчество и место жительства гражданина, подписавшего завещание по просьбе завещателя, в соответствии с документом, удостоверяющим личность этого гражданина.

Доводы ответчика о том, что ФИО1 не могла самостоятельно прочитать текст завещания и расписаться в нем, отклоняются представленными в материалы дела доказательствами в виде судебных экспертиз, а также письменными доказательствами и свидетельскими показаниями. Кроме того, судебная коллегия учитывает, что для проведения судебной почерковедческой экспертизы по ходатайству истца истребованы многочисленные документы (в том числе поручения о ежемесячной доставке пенсии), проставление подписи в которых в юридически значимый период самостоятельно ФИО1 сторона истца не оспаривала, что также опровергает доводы ФИО6 о том, что наследодатель не могла самостоятельно читать и ставить свою подпись.

С учетом вывода судебной почерковедческой экспертизы, судебная коллегия полагает, что ФИО1 собственноручно расписалась в том, что природа, характер и правовые последствия совершения завещания, а также содержание статей 1149 и 1130 ГК РФ, нотариусом Чернянского нотариального округа ФИО8 ей разъяснены и понятны. Текст завещания записан с её слов нотариусом верно, до подписания завещание полностью ею прочитан в присутствии нотариуса, разъяснения нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки ей понятны, условия сделки соответствуют её действительным намерениям. Нотариус до удостоверения завещания установил личность ФИО1., проверил ее дееспособность, записал с ее слов завещание, удостоверился, что содержание завещания соответствует волеизъявлению завещателя, прочитал его текст полностью завещателю до подписания, предоставил завещателю возможность самостоятельно прочитать текст завещания (т.1 л.д.63).

Поскольку сомнений в способности завещателя понимать значение своих действий, руководить ими или осознавать их последствия у нотариуса после проведения беседы с завещателем не возникло, воля завещателя выяснена, нотариусом совершено нотариальное действие без нарушения статей 43, 57 Основ законодательства о нотариате, положений Методических рекомендаций по удостоверению завещаний и наследственных договоров, утв. решением Правления ФНП от 02.03.2021, протокол №03/21.

Таким образом, ни одно из оснований иска не нашло свое подтверждение при разрешении настоящего спора, в связи с чем суд первой инстанции верно отказал в удовлетворении исковых требований ФИО6

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному разрешению данного дела, и на нарушения которых содержатся ссылки в апелляционной жалобе, судом не допущено.

Иных доводов, имеющих значение для рассмотрения дела, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих изложенные в нем выводы, в апелляционной жалобе не содержится, а иная точка зрения на то, как должно быть разрешено дело, не может являться основанием для отмены состоявшегося по настоящему делу решения.

Предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает, а потому апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Частью 1 статьи 88 ГПК РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

По смыслу взаимосвязанных положений статей 94-95 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам, которые получают вознаграждение за выполненную по поручению суда работу.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 28.08.2025 производство по настоящему делу приостановлено в связи с назначением судебной почерковедческой экспертизы, проведение которой поручено эксперту ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы».

06.08.2025 ФИО6 внес на лицевой счет Белгородского областного суда платежным поручением № № денежные средства в размере 23 712 руб., предоставив суду недостоверные сведения о стоимости судебной экспертизы, поскольку гарантийное письмо датировано 16.12.2024, тогда как ходатайство заявлено в августе 2025 г.

05.11.2025 в Белгородский областной суд поступило заключение эксперта от 29.10.2025 № №, выполненное ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы» (<...>), стоимость проведенной экспертизы составила 27 528 руб.

Таким образом, с учетом правового результата разрешения спора, судебные издержки на проведение экспертизы в размере 3816 руб. (27 528 руб.-23712 руб.) подлежат взысканию с ФИО12 в пользу экспертной организации.

Руководствуясь п.1 ст. 328, ст. 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Чернянского районного суда Белгородской области от 23.04.2025 по гражданскому делу по иску ФИО6 к ФИО7, нотариусу Чернянского нотариального округа Белгородской области о признании завещания № № от 29.03.2024 ФИО1, удостоверенного нотариусом Чернянского нотариального округа Белгородской области ФИО8, недействительным, признании недействительными свидетельств о праве на наследство по завещанию от 24.12.2024, реестровый номер №, выданных нотариусом Чернянского нотариального округа Белгородской области ФИО8, оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО6 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФБУ Воронежский РЦСЭ Минюста России 3816 руб. в счет оплаты судебной экспертизы.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Чернянский районный суд Белгородской области.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 15.12.2025.

Председательствующий

Судьи