Решение № 1-138/2019 2-138/2019 2-138/2019~М-100/2019 М-100/2019 от 10 апреля 2019 г. по делу № 1-138/2019

Дело № 1-138/2019.


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

10 апреля 2019 года с. Карагай Пермский край.

Карагайский районный суд Пермского края в составе председательствующего судью Малегиной Е.А.,

при секретаре судебного заседания Гомзяковой Ю.В.,

с участием истца ФИО5,

представителя истца ФИО6,

ответчика ФИО7,

представителя третьего лица УПФР в Карагайском районе Пермского края по доверенности ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей ФИО1, ФИО2, к ФИО7 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО5 обратилась в суд с исковым заявлением в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО2 к ФИО7 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Свои требования мотивировала следующим.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен договор дарения, согласно которого ответчик ФИО7 подарила истцу и ее несовершеннолетним детям ФИО1 и ФИО2 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, общей площадью 35, 8 кв.м., с определением долей каждому в праве: ей – 3/5 доли, детям по 1/5 доле. Данный договор был составлен с целью прикрыть другую сделку – Отступное, так как у ответчика перед ней возникла, в связи с расторжением других договоров, обязанность возвратить денежные средства (материнский капитал), которые она отдала ответчику в счет приобретенного жилого помещения в размере <данные изъяты>. Указанную сделку они совершили несознательно, так как когда возникла вышеуказанная ситуация, они не смогли получить юридическую помощь и не знали, что в данной ситуации можно заключить договор Отступное. Впоследствии договор дарения не был принят Управлением Пенсионного фонда Российской Федерации по Карагайскому району, так как по формальным признакам сделка безвозмездная и, с истца взыскивают средства материнского капитала. Такое положение ее не устраивает, так как в силу притворности она не может доказать, что действовала правомерно, а также лишает возможности ее несовершеннолетних детей воспользоваться средствами материнского капитала. Просит признать Договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО5, ФИО1, ФИО2 ничтожной сделкой и применить последствия ничтожной сделки и возложить обязанность на ФИО7 заключить с ФИО5, ФИО1, ФИО2 договор отступное.

Истец ФИО5, представитель истца Рассада Л.В. в судебном заседании на заявленных требованиях настаивали, просили признать сделку – Договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительной в силу ее притворности, применить последствия притворной сделки, обязать ФИО7 заключить с ФИО5 и ее детьми договор отступного.

Дополнительно представитель истца суду пояснил, что его доверительница ФИО5 воспользовалась средствами материнского капитала в интересах своих детей, заключила с ответчиком договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес> которая принадлежала ответчику на праве собственности, в дальнейшем сделка судом признана недействительной, то есть у ФИО7 перед истцом возникло обязательство по возврату в размере <данные изъяты>, в том числе и средств материнского капитала. Возникший конфликт, в связи с взысканием с истицы средств материнского капитала, стороны договорились урегулировать путем заключения между ФИО5 и ФИО7 договора дарения на принадлежащую ответчику квартиру по адресу <адрес> определением размера долей за ФИО5 и ее детьми. При этом пунктом 2 спорного договора дарения по сути закреплено обязательство по обеспечению прав несовершеннолетних детей истца на недвижимое имущество и данный договор по сути своей не являлся безвозмездной сделкой, как того требуют положения Закона о договоре дарения, просил признать договор дарения ничтожным в силу притворности, так как он по сути прикрывал сделку отступного между ФИО5 и ФИО7, спорный договор дарения нотариально не удостоверялся, поэтому ФИО5 при его заключении добросовестно заблуждалась, не понимая правовой природы данного договора. ФИО5 при таких обстоятельствах вынуждена обратиться в суд, так как данной притворной сделкой нарушены права ее детей на улучшение жилищных условий с привлечением средств материнского капитала.

Ответчик ФИО7 в судебном заседании исковые требования ФИО5 признала в полном объеме, пояснила суду, что представитель истца верно изложил все обстоятельства совершения сделки при заключении договора дарения.

Представитель третьего лица - УПФР в Карагайском районе Пермского края ФИО8 оставил заявленные исковые требования на усмотрение суда.

В ранее направленном суду отзыве на исковое заявление представитель третьего лица указал, что истица утверждает, что договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ, по которому ей и её детям перешло жилое помещение по адресу: <адрес>, прикрыта сделка - отступное.

Решением Карагайского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении встречного искового заявления ФИО5 о признании добросовестными приобретателями и признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ документом - основанием для реализации средств (части средств) материнского (семейного) капитала всоответствии с заявлением о распоряжении на приобретение (строительство) жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ, отказано полностью.

Решением Карагайского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ сделаны выводы об отсутствии взаимосвязи договора дарения с материнским (семейным) капиталом. Следовательно, нормами законодательства о дополнительных государственной поддержки семей, имеющих детей, не предусмотрено заключение договора дарения с целью реализации средств (части средств) материнского (семейного) капитала на приобретение жилого помещения. Поскольку взаимосвязь между договором дарения и материнским (семейным) капиталом отсутствует, каких-либо последствий после признания такого договора дарения ничтожным для Управления не возникает.

Выслушав стороны, представителя третьего лица, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 и ФИО5, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей ФИО1 и ФИО2, заключили договор дарения квартиры по адресу: <адрес>, согласно которого ФИО7 подарила ФИО5 и ее детям указанную квартиру. Договор был составлен с целью обеспечения прав детей на недвижимое имущество, которые были нарушены признанием договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ жилого помещения по адресу: <адрес> недействительным – пункт 2 Договора (л.д. 7).

Из пояснений участников процесса следует, что данный договор был составлен с целью прикрыть другую сделку, так как у ФИО7 возникла перед ФИО5 обязанность возвратить денежные средства (средства материнского (семейного) капитала) в связи с расторжением других договоров.

Решением Карагайского районного суда по гражданскому делу № от ДД.ММ.ГГГГ расторгнут договор купли-продажи недвижимого имущества между ФИО3 и ФИО7 – части жилого дома по адресу <адрес> (л.д. 17).

Решением Карагайского районного суда по гражданскому делу № от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворены исковые требования ФИО5 к ФИО3 и ФИО7, признаны недействительными сделки по договорам купли-продажи: от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ в отношении жилого помещения по адресу <адрес>, за ФИО3 восстановлено право собственности на жилое помещение по адресу <адрес>, за ФИО7 право собственности на жилое помещение по адресу: <адрес>л.д. 18-19).

В соответствии с частью 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Дарение безвозмездная сделка.

Из данной нормы закона следует, что наличие возмездных начал в договорном обязательстве исключает признание соответствующего договора договором дарения. В данном случае стороны прямо предусмотрели возмездный характер своих отношений.

Согласно положениям абзаца 4 статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита прав может осуществляться путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Статьями 166-169 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

К отношениям сторон притворной сделки применяются нормы о сделке, которую они действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной им в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации": согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно (пункт 87). Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 спорного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ устанавливается условие заключение договора – с целью обеспечения прав детей на недвижимое имущество, нарушенное признанием договора купли- продажи от ДД.ММ.ГГГГ жилого помещения по адресу: <адрес>, приобретенные на средства, выделенные по договору займа № от ДД.ММ.ГГГГ, недействительным, а также с целью исполнения обязательства от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного ФИО4, нотариусом Карагайского нотариального округа Пермского края, что является самостоятельным основанием к удовлетворению требований о признании договора дарения ничтожной сделкой.

Требование о применении последствий притворной сделки об обязанности заключения между ФИО5 и ФИО7 соглашения об отступном также подлежит удовлетворению.

Статьей 407 Гражданского кодекса Российской Федерации регламентирован порядок прекращения обязательств. Частью 1 указанной нормы закона установлено, что обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Как следует из части 3 данной статьи - стороны своим соглашением вправе прекратить обязательство и определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства.

В соответствии со статьей 409 Гражданского кодекса Российской Федерации по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного - уплатой денежных средств или передачей иного имущества.

Стороны в судебном заседании пояснили, что целью заключения договора дарения являлось исполнение обязательства по возвращению ответчиком ФИО7 истице денежных средств в размере <данные изъяты>.

Если соглашением об отступном не нарушены права и интересы третьих лиц или публичные интересы, предоставлением отступного может быть прекращено и обязательство по возврату полученного по недействительной сделке.

Следовательно, в настоящем деле к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, исковые требования ФИО5 подлежат удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194-198, 173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО5 удовлетворить.

Признать сделку по договору дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенную между ФИО5, действовавшей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО1, ФИО2, и ФИО7, ничтожной.

Обязать ФИО7 заключить с ФИО5, ФИО1, ФИО2 соглашение об отступном.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Карагайский районный с уд в течение месяца с момента вынесения в окончательной форме.

Судья Е.А. Малегина