Приговор № 2-4/2020 УК-2-4/2020 от 9 августа 2020 г. по делу № 2-4/2020

дело № УК-2-4/2020


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Калуга 10 августа 2020 года

Калужский областной суд в составе председательствующего судьи Сидорова Р.А.

при секретаре Метленко О.В.

с участием государственного обвинителя – старшего прокурора отдела прокуратуры Калужской области Ковалевой М.Ю.,

подсудимого ФИО9,

его защитника – адвоката Ивановой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО9, родившегося <данные изъяты>, несудимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 159, ч. 1 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, пп. «в», «з» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Совко при описанных ниже обстоятельствах совершил:

- два мошенничества - хищения чужого имущества путем обмана, из них одно - с причинением значительного ущерба гражданину;

- две кражи - тайных хищения чужого имущества, из них одна - с причинением значительного ущерба гражданину, с незаконным проникновением в жилище;

- убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, заведомо для виновного находящемуся в беспомощном состоянии, сопряженное с разбоем;

- разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни, и предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

В период, предшествующий 12 июня 2019 года, Потерпевшая№1 обратилась к Совко с просьбой установить окно в ее квартире по адресу: <адрес>. Совко, который таких услуг в это время не оказывал и оказывать не собирался, решил похитить деньги Потерпевшая№1 путем обмана, для чего ввел потерпевшую в заблуждение, согласившись установить окно.

Реализуя задуманное, 13 июня 2019 года около 15 часов 00 минут в квартире Потерпевшая№1 по указанному адресу Совко, желая убедить потерпевшую в своем намерении выполнить для нее работу, произвел замеры окна, сообщил Потерпевшая№1, что стоимость его услуг и материалов составит 13000 рублей и условился с ней о передаче ему части этой суммы - 8000 рублей.

14 июня 2019 года в период с 09 часов 00 минут до 10 часов 00 минут в реанимационном отделении <данные изъяты>, расположенном по адресу: <адрес>, Совко получил от введенной им в заблуждение Потерпевшая№1 названные 8000 рублей, о чем составил расписку. При этом в действительности устанавливать окно Потерпевшая№1 Совко не намеревался, полученные от нее деньги похитил и распорядился ими по своему усмотрению.

В период, предшествующий 20 июня 2019 года, Потерпевшая№2 обратилась к Совко с просьбой остеклить балкон в ее квартире по адресу: <адрес>. Совко, который таких услуг в это время не оказывал и оказывать не собирался, решил похитить деньги Потерпевшая№2 путем обмана, для чего ввел потерпевшую в заблуждение, согласившись остеклить балкон.

Реализуя задуманное, 20 июня 2019 года около 10 часов 00 минут в квартире Потерпевшая№2 по указанному адресу Совко, желая убедить потерпевшую в своем намерении выполнить для нее работу, произвел замеры балкона и сообщил Потерпевшая№2, что стоимость его услуг и материалов составит 34000 рублей. Введенная Совко в заблуждение потерпевшая передала ему часть этой суммы - 26000 рублей, о чем он составил расписку.

23 июня 2019 года около 20 часов 00 минут в квартире Потерпевшая№2 Совко получил от обманутой им потерпевшей еще 2000 рублей в счет исполнения им своих обязательств, о чем указал в той же расписке.

При этом в действительности стеклить балкон в квартире Потерпевшая№2 Совко не намеревался, полученные от нее 28000 рублей похитил и распорядился ими по своему усмотрению, причинив потерпевшей значительный ущерб.

23 июля 2019 года в период с 15 часов 00 минут до 17 часов 00 минут в помещении магазина по ремонту сотовых телефонов, расположенного по адресу: <адрес>, Совко, убедившись, что за ним никто не наблюдает, тайно похитил с прилавка магазина принадлежащий Потерпевший№3 сотовый телефон «модель1», стоимостью 15000 рублей, с двумя сим-картами, не представляющими материальной ценности. Завладев телефоном, Совко с места преступления скрылся, похищенным распорядился по своему усмотрению.

В один из дней в период с 14 часов 00 минут 01 августа 2019 года до 12 часов 30 минут 19 августа 2019 года Совко, находясь в подъезде № <адрес>, увидел, что входная дверь в квартиру №, принадлежащую на праве собственности Потерпевший№4, не заперта, так как у нее поврежден замок. Совко решил совершить кражу из этой квартиры, для чего, убедившись в отсутствии там собственника, незаконно, против воли проживающего в квартире лица, через незапертую входную дверь проник в данную квартиру и тайно похитил оттуда три принадлежащие Потерпевший№4 секционные батареи, стоимостью 8000 рублей каждая, на сумму 24000 рублей. Завладев батареями, Совко с места преступления скрылся.

В тот же период Совко, продолжая реализовывать задуманное, убедившись в отсутствии собственника жилища, вновь незаконно, против воли проживающего в названной квартире лица, через незапертую входную дверь проник в эту квартиру и тайно похитил оттуда принадлежащий Потерпевший№4 газовый водонагреватель «модель», стоимостью 36000 рублей. Завладев водонагревателем, Совко с места преступления скрылся.

Похищенным у Потерпевший№4 имуществом на общую сумму 60000 рублей Совко распорядился по своему усмотрению, причинив потерпевшему значительный ущерб.

В период с 10 часов 00 минут 18 августа 2019 года до 12 часов 30 минут 19 августа 2019 года в <адрес>, в которой проживал имеющий инвалидность ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, последний по просьбе Совко дал тому в долг 400 рублей.

Совко посчитал эту сумму недостаточной и, зная, что у ФИО1 есть деньги, решил напасть на него с целью завладения ими и в процессе нападения убить ФИО1, который, как было известно Совко, в силу своего престарелого возраста и слабого здоровья находится в беспомощном состоянии и не сможет оказать сопротивление.

Реализуя задуманное, в названные время и месте Совко из корыстных побуждений напал на ФИО1 и умышленно, с целью причинения смерти, нанес ему не менее 22 ударов руками и деревянной тростью, используемой в качестве оружия, из них не менее 13 в голову, не менее 2 в область грудной клетки, не менее 6 по рукам и не менее 1 по правой стопе.

В результате Совко убил ФИО1, причинив закрытую черепно-лицевую травму: ушибленную рану затылочной области, пять кровоподтеков и пять ссадин лица, четыре ушибленных раны лица, кровоизлияние в мягкие ткани лобно-височной области справа, кровоизлияние в левую височную мышцу, перелом левой скуловой кости, перелом верхней челюсти по Ле Фор 3, краевой перелом альвеолярного края верхней челюсти слева, перелом нижней челюсти справа на уровне альвеолярных отростков в проекции 3, 4 зубов, ограниченно-диффузное субарахноидальное кровоизлияние на конвекситальной поверхности левого полушария головного мозга с прорывом крови в желудочки головного мозга. Эта травма явилась опасной для жизни, причинила тяжкий вред здоровью и повлекла смерть потерпевшего.

Кроме того в процессе избиения Совко причинил ФИО1 повреждения, не состоящие в причинной связи со смертью:

- ссадину в проекции левой ключицы, кровоизлияние в мягкие ткани передней поверхности грудной клетки в проекции тела и мечевидного отростка грудины и в проекции левой ключицы, перелом левой ключицы, которые по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель при жизни могли быть расценены как причинившие средней тяжести вред здоровью;

- травматическую ампутацию ногтевой пластинки первого пальца правой стопы, которая при жизни могла быть расценена как причинившая легкий вред здоровью;

- четыре кровоподтека в области плеч и два кровоподтека в области локтей, которые при жизни могли быть расценены как не причинившие вреда здоровью.

После наступления смерти ФИО1 Совко забрал себе деньги убитого: из кармана надетой на потерпевшем рубашки - не менее 500 рублей, из шкафа в жилой комнате не менее 50000 рублей. Завладев деньгами ФИО1 в сумме не менее 50500 рублей, Совко скрылся с места преступления, похищенным распорядился по своему усмотрению.

В судебном заседании подсудимый Совко заявил о признании себя виновным в совершении названных преступлений и показал, что длительное время занимался установкой окон, распространял соответствующую рекламную информацию. В этой связи 12 июня 2019 года к нему обратилась Потерпевшая№1, которой требовалась установка окна. В ее квартире он сделал необходимые замеры, сообщил ей цену и сумму предоплаты. Потерпевшая№1 все устроило, и на другой день у нее на работе он получил от потерпевшей 8000 рублей в качестве предоплаты на покупку материалов, о чем составил расписку.

По обращению мужа Потерпевшая№2 он приехал к ним домой, произвел замеры балкона, который требовалось остеклить, назвал цену и сумму предоплаты на закупку материалов – 26000 рублей. Потерпевшая№2 дала ему эти деньги, он составил соответствующую расписку, позже получил у потерпевшей еще 2000 рублей на те же цели.

Он планировал выполнить заказы Потерпевшая№1 и Потерпевшая№2, но не смог это сделать из-за трудностей в работе, материальных проблем, состояния здоровья. Полученные от Потерпевшая№1 деньги он (Совко) потратил на личные нужды, в том числе бытовые, и развитие своего бизнеса. Материалы для работ на эти деньги он не покупал, в этом не было необходимости, часть материалов у него уже имелась. Деньги потерпевшим он не вернул, так как рассчитывал это сделать со средств, полученных от других клиентов, но не смог наладить работу. Он не скрывался от Потерпевшая№1 и Потерпевшая№2, поддерживал связь с ними.

23 июля 2019 года ему понадобилось зарядить свой сотовый телефон и найти в нем один абонентский номер, для чего он (Совко) несколько раз заходил в павильон на рынке в <адрес>, где его знакомый Потерпевший№3 оказывал услуги по ремонту сотовых телефонов. С разрешения Потерпевший№3 он звонил с сотового телефона последнего. Когда потерпевший позволил ему для звонка выйти из павильона с этим телефоном, он (Совко) захотел для решения своих материальных проблем сдать телефон потерпевшего в залог. Он отвез этот телефон в <адрес>, где сдал в ломбард, получив за него 7000 рублей. Он намеревался позже выкупить телефон и вернуть его владельцу. К тому же он вспомнил, что около года назад сдал соседу Потерпевший№3 по павильону в ремонт планшет своей жены, ФИО2. Сосед работы по ремонту не выполнил, планшет не вернул. Он (Совко) считал, что Потерпевший№3 может быть к этому причастен, и они договорятся по поводу взятого им телефона.

В конце июля-начале августа 2019 года он (Совко), находясь в подъезде <адрес>, увидел, что дверь в одну из квартир (как установлено позже - №) приоткрыта, ее замок сломан. Он (подсудимый) счел, что эта квартира, как и некоторые другие в этом доме, не заселена. В ней были голые стены, никаких признаков того, что там живут люди. Совко зашел туда, открутил руками крепления трех секций батарей, вынес их и продал. Затем он вернулся в квартиру и открутил руками крепления газового котла, который сдал в залог, а потом продал за 5000 рублей. Деньги, полученные от продажи батарей и котла, он потратил на свои нужды. Он понимал, что это чужое имущество, но рассчитывал, что к нему (имуществу) имеет отношение его отец. Тот был <данные изъяты>, вкладывал свои средства в стройку.

В 2014 или 2015 году он (подсудимый) устанавливал окна в квартире ФИО1 Летом 2019 года вместе со своим знакомым ФИО3 он случайно оказался в этой же квартире, после чего еще несколько раз приходил к ФИО1, чтобы за деньги выполнить гарантийные работы. 18 августа 2019 года около 12 часов 00 минут он вновь пришел к ФИО1 домой без какой-то конкретной цели. Он немного поработал с окнами, потом пил чай с ФИО1, они говорили на общие темы. В тот момент он (Совко) очень переживал из-за своих личных проблем – материальных и семейных. Наладить работу по установке окон ему не удалось; у него имелись значительные долги, в том числе из-за злоупотребления наркотическими средствами; с июня 2019 года он не жил со своей семьей; родственники отказывали ему в материальной помощи. Он попросил ФИО1 заплатить за выполненную с его окнами работу, тот отказал, предложил уйти. Когда он (Совко) отвернулся, чтобы забрать сумку, ФИО1 «может» тронул его рукой. Он (подсудимый) «взорвался» и нанес ФИО1 локтем по голове и верхней части туловища от 4 до 7 ударов, а также около 3 раз ткнул тростью в область головы. Этой тростью ФИО1 иногда пользовался при ходьбе. От ударов потерпевший упал на пол. На вид ФИО1 было около <данные изъяты> лет, оказать сопротивление нападавшему он не мог. Он (Совко) забрал 1050 рублей из кармана рубашки, надетой на ФИО1, затем осмотрел комнату, нашел в шкафу и забрал еще 50-60 тысяч рублей, после чего ушел, заперев входную дверь найденными в прихожей ключами. Их он позже выбросил. На момент его ухода ФИО1 так и лежал на полу. Как считает подсудимый, потерпевший был еще жив. Уже покинув квартиру ФИО1, он (Совко) обнаружил, что обронил там свой сотовый телефон «модель2».

Помимо показаний подсудимого, его виновность в указанных выше преступлениях подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, которые суд далее излагает в соответствии с приведенным описанием обстоятельств совершения преступлений.

Мошенничество в отношении Потерпевшая№1

Потерпевшая Потерпевшая№1 показала, что в июне 2019 года у своего подъезда увидела объявление об услугах по установке окон. Позвонив по указанному там телефону, она договорилась о встрече с мужчиной, как ей теперь известно – Совко. Он пояснил, что работает в фирме по установке пластиковых окон в <адрес>. 12 июня 2019 года он приехал к ней домой (<адрес>), произвел замеры окна, которое она хотела поменять, назвал стоимость материалов и работы – 14000 рублей. Он попросил внести предоплату для закупки материалов – 8000 рублей. На другой день они встретились у нее на работе (<данные изъяты>), и она отдала ему эту сумму, о чем он составил расписку. Начать работу по установке окна Совко пообещал через 2 недели. Позже он позвонил ей и попросил еще денег, она отказала. По истечении оговоренных двух недель, не дождавшись звонка от Совко, она сама ему позвонила. Он пояснил, что надо подождать, фирма работает над ее заказом. После этого Совко на связь выходить перестал, на ее звонки не отвечал, а затем вообще отключил телефон. В фирме, которую Совко назвал как место своей работы, пояснили, что они его не знают, по поводу него им уже звонили другие обманутые клиенты. Она обратилась с заявлением о случившемся в полицию, предоставила расписку Совко и объявление, по которому его нашла.

Согласно заявлению Потерпевшая№1, 12 августа 2019 года она обратилась в полицию с просьбой привлечь Совко к уголовной ответственности за хищение у нее 8000 рублей путем обмана (т. 2 л.д. 1).

В соответствии с протоколом осмотра копии объявления об оказании услуг, в том числе по установке окон и отделке балконов, в нем указан абонентский номер сотовой связи, по которому Потерпевшая№1 и Потерпевшая№2 (остальные доказательства по данному эпизоду приведены ниже) контактировали с Совко. Также осмотрена расписка Совко о получении от Потерпевшая№1 8000 рублей в качестве предоплаты. Осмотренные документы приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т. 3 л.д. 168-171, т.2 л.д. 12, т. 3 л.д. 172).

Мошенничество в отношении Потерпевшая№2

По показаниям потерпевшей Потерпевшая№2, летом 2019 года они с мужем планировали остеклить балкон в своей квартире (<адрес>). Муж увидел возле их подъезда объявление об оказании таких услуг. Они созвонились по указанному там телефону с мужчиной, представившимся Совко. Он сказал, что работает с фирмой в <адрес>. 20 июня 2019 года у них дома он произвел замеры, сообщил стоимость работ и материалов – 34000 рублей, сказал, что нужна предоплата на закупку материалов 26000 рублей. Она передала ему эту сумму, он составил расписку. Позже он сказал, что необходимо еще 2000 рублей, и она их ему передала, о чем он дополнительно указал в той же расписке. Совко пообещал привезти материалы через 3-4 дня, но пропал. На звонки он не отвечал, в фирме, где он, с его слов, работал, ответили, что такого не знают. Через 2 недели, не найдя Совко, она написала заявление в полицию, передала полицейским расписку Совко. Ущерб в 28000 рублей для нее является значительным. Они с мужем пенсионеры, ее пенсия около <данные изъяты> рублей, мужа – около <данные изъяты> рублей. Летом 2019 года она подрабатывала, получала еще около <данные изъяты> рублей.

02 июля 2019 года Потерпевшая№2 обратилась в полицию с заявлением о привлечении Совко к уголовной ответственности за хищение путем обмана 28000 рублей (т. 1 л.д. 220).

Согласно протоколу осмотра расписки Совко он получил от Потерпевшая№2 28000 рублей в качестве предоплаты. Расписка приобщена к делу в качестве вещественного доказательства (т. 3 л.д. 168-171, 172).

В соответствии со справкой управления пенсионного фонда в <адрес> в 2019 году размер пенсии Потерпевшая№2 с учетом надбавки составлял <данные изъяты> (т. 1 л.д. 241).

Кража имущества Потерпевший№3

Потерпевший Потерпевший№3 показал, что в один из дней летом 2019 года он находился в торговом павильоне на рынке в <адрес>), где в качестве индивидуального предпринимателя оказывал услуги по ремонту сотовых телефонов. В течение дня к нему несколько раз обращался его знакомый Совко, которому нужно было то зарядить его сотовый телефон, то извлечь оттуда информацию об абонентском номере. В разговоре Совко интересовался его (Потерпевший№3) сотовым телефоном «модель1», спрашивал, сколько стоит такой аппарат, бывший в употреблении. Потерпевший№3 назвал стоимость, в которую и сейчас оценивает телефон - около 15000 рублей. С его согласия Совко несколько раз звонил с этого телефона, в том числе непосредственно перед пропажей телефона, который потерпевший последний раз видел на прилавке. Занятый разговором с клиентом, он (Потерпевший№3) не обратил внимания, как Совко вышел из павильона. Сразу после этого потерпевший обнаружил пропажу своего сотового телефона. Он звонил на него, писал сообщения с просьбой вернуть аппарат, но ответа не получил, а примерно через 40 минут телефон был отключен. О случившемся Потерпевший№3 сообщил в полицию.

23 июля 2019 года Потерпевший№3 обратился в полицию с заявлением о хищении его сотового телефона (т. 1 л.д. 97).

По показаниям свидетеля ФИО4 на предварительном следствии, оглашенным в судебном заседании с согласия сторон, 23 июля 2019 года около 17 часов 30 минут Совко принес для сдачи в залог в комиссионный магазин в <адрес>, где работает свидетель, мобильный телефон марки «модель1», но его не устроила предложенная цена - 6000 рублей (т. 3 л.д. 1-4).

Свидетель ФИО5, оперуполномоченный ОМВД России по <данные изъяты>, показания которого на предварительном следствии также оглашены в суде с согласия сторон, пояснил, что 23 июля 2019 года Потерпевший№3, по чьему заявлению о хищении сотового телефона ФИО5 проводил проверку, рассказал ему об обстоятельствах хищения и о причастности к нему Совко. Он (ФИО5) в ходе оперативно-розыскных мероприятий установил анкетные данные Совко, выяснил, что тот пытался сдать украденный телефон в залог в одном из комиссионных магазинов в <адрес>, но его не устроила предложенная цена. Продавец этого магазина предоставил видеозапись визита Совко. Из-за технических трудностей скопировать видеозапись не удалось. Тогда он (свидетель) сделал на свой сотовый телефон снимок экрана монитора с кадром, где виден Совко и лежащий на прилавке телефон. Этот снимок был распечатан и использован в ориентировке, его оригинал не сохранился (т. 1 л.д. 146-148).

Данная ориентировка приобщена к делу (т.1 л.д 110).

В соответствии со справкой ИП <данные изъяты> стоимость телефона «модель1» составляет 15000 рублей (т. 1 л.д. 151).

Согласно оглашенным в судебном заседании в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаниям Совко в качестве подозреваемого от 05 сентября 2019 года 23 июля 2019 года он похитил со стойки в магазине в <адрес> сотовый телефон «модель1» (т. 1 л.д. 144-145).

Кража имущества Потерпевший№4

По показаниям потерпевшего Потерпевший№4, в 2014 году он приобрел в собственность <адрес>. Он регулярно бывал в этой квартире, но из-за отсутствия средств не мог закончить ремонт. Последний раз он был в квартире 01 августа 2019 года, уходя, запер входную металлическую дверь на ключ. Примерно 19 августа 2019 года ему позвонил сосед и сообщил, что дверь его квартиры вскрыта. По прибытии он (потерпевший) обнаружил, что замок входной двери сломан, из квартиры пропали 3 секции батарей стоимостью 8000 рублей каждая, всего на сумму 24000 рублей, и газовый котел «модель» стоимостью 36000 рублей. И батареи, и котел были смонтированы, открутить их без ключей было невозможно. Причиненный ущерб на сумму 60000 рублей является для него значительным. Он и его жена – пенсионеры, он получает около <данные изъяты> рублей, она – <данные изъяты> рублей. В 2011 году он подрабатывал, получал дополнительно около <данные изъяты> рублей. Из-за недостатка средств он до сих пор не приобрел котел и батареи взамен украденных.

26 августа 2019 года Потерпевший№4 подал в полицию заявление о краже имущества из его квартиры по указанному выше адресу (т. 1 л.д. 155).

Свидетель ФИО3 показал, что, работая электриком в ЖКО, обслуживавшем <адрес>, несколько раз выполнял заявки в квартире ветерана Великой Отечественной войны ФИО1. Однажды ему (свидетелю) помогал в этой работе его знакомый Совко, в тот период <данные изъяты>. Выйдя от ФИО1, они заметили приоткрытую дверь в квартире напротив и заглянули туда. Квартира была пуста.

Согласно протоколу осмотра места происшествия квартира Потерпевший№4 расположена на первом этаже трехэтажного многоквартирного жилого дома. Вход нее осуществляется через металлическую дверь с замком, имеющим повреждения. Этот замок изъят (т.1 л.д. 156-162).

По заключению трасологической экспертизы, названный замок неисправен из-за постороннего предмета в ключевой скважине и разряжения конструкции замка. На торцевых поверхностях цилиндрового механизма имеются механические повреждения в виде деформации, разлома металла, отсутствия части цилиндра (т. 1 л.д. 193-195).

Замок осмотрен и приобщен к делу в качестве вещественного доказательства (т. 1 л.д. 198-202, 203).

Как следует из справок ИП <данные изъяты>., стоимость 1 секции батарей составляет 8000 рублей, газового котла «модель» - 36000 рублей (т. 1 л.д. 174, 175).

В соответствии со свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ (повторное, выдано взамен свидетельства от ДД.ММ.ГГГГ) Потерпевший№4 является собственником жилого помещения – <адрес>. Квартира приобретена на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 178).

Согласно сведениям о доходах Потерпевший№4 в 2019 году размер его пенсии оставлял <данные изъяты> в месяц, размер иных доходов – <данные изъяты> в год, что за вычетом налогов составляет <данные изъяты> в месяц (т.1 л.д. 181, 248).

Убийство ФИО1 и разбойное нападение на него

В ходе осмотра квартиры ФИО1 по адресу: <адрес>, на полу в кухне обнаружен труп ФИО1 с повреждениями костей черепа. Возле трупа лежит сотовый телефон «модель2». Со стола в кухне изъяты окурки сигарет. На полу и предметах мебели, на папке для бумаг имеются следы вещества бурого цвета (т. 2 л.д. 44-59).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО1, причиной его смерти явилась закрытая черепно-лицевая травма: ушибленная рана затылочной области, пять кровоподтеков лица, пять ссадин лица, четыре ушибленных раны лица, кровоизлияние в мягкие ткани лобно-височной области справа, кровоизлияние в левую височную мышцу, перелом левой скуловой кости, перелом верхней челюсти по Лe Фор 3, краевой перелом альвеолярного края верхней челюсти слева, перелом нижней челюсти справа на уровне альвеолярных отростков в проекции 3, 4 зубов, ограниченно-диффузное субарахноидальное кровоизлияние на конвекситальной поверхности левого полушария головного мозга с прорывом крови в желудочки головного мозга.

Эти повреждения причинили тяжкий вред по признаку опасности для жизни.

Кроме того, на трупе обнаружены повреждения, не состоящие в причинной связи со смертью:

- ссадина в проекции левой ключицы, кровоизлияние в мягкие ткани передней поверхности грудной клетки в проекции тела и мечевидного отростка грудины и в проекции левой ключицы, перелом левой ключицы, по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель у живых лиц расценивающиеся как средней тяжести вред здоровью;- травматическая ампутация ногтевой пластинки первого пальца правой стопы, у живых лиц расценивающаяся как легкий вред здоровью;

- кровоподтеки в области правого плечевого сустава (3), правого плеча (1), правого локтевого сустава (1), левого локтевого сустава (1), не причинившие вреда здоровью.

Все телесные повреждения образовались прижизненно, в течение короткого промежутка времени, незадолго (около 1-6 часов) к моменту наступления смерти, от воздействия твердых тупых предметов без характерной следообразующей поверхности.

По голове потерпевшего нанесено не менее тринадцати травматических воздействий, в область грудной клетки - не менее двух, по рукам - не менее шести, в правую стопу - не менее одного.

Совершение пострадавшим активных действий после получения закрытой черепно-лицевой травмы, сопровождавшейся кровоизлиянием в желудочки головного мозга, маловероятно.

Состояние трупных явлений свидетельствует о наступлении смерти ФИО1 за 1-2 суток к моменту осмотра трупа на месте обнаружения (ДД.ММ.ГГГГ) (т. 3 л.д. 20-43).

Эксперт Эксперт, участвовавший в производстве экспертизы трупа ФИО1, показал, что выводы эксперта-медика-криминалиста о том, что несколько повреждений в области черепа причинены ФИО1 предметом, имеющим ребро, не противоречат итоговому выводу заключения, согласно которому все повреждения причинены тупыми твердыми предметами, не оставившими следов, позволяющих их идентифицировать. Рост ФИО1 был <данные изъяты> см, вес около <данные изъяты> кг.

По показаниям потерпевшего Потерпевший№5, его отец, ФИО1, являлся ветераном Великой Отечественной войны, инвалидом, проживал один в <адрес>. Последние 2 года по состоянию здоровья он не выходил на улицу, передвигался с трудом, только по квартире, использовал трость. Отец был небольшого роста, худой. Он (потерпевший) приносил отцу продукты питания, а ФИО6, бывшая жена потерпевшего, помогала по хозяйству. Также его посещал социальный работник. Отец получал пенсию по старости и как ветеран войны, всего около <данные изъяты> рублей в месяц. Деньги у него были, он хранил их дома, в шкафу. В один из дней августа 2019 года он навещал отца, а когда вновь приехал после выходных (20 августа 2019 года), тот не ответил на вызов по домофону. Испугавшись, он (потерпевший) съездил за бывшей женой. Вдвоем они вошли в квартиру отца, где обнаружили его тело на полу в кухне без признаков жизни. В квартире имелись следы крови. Они сообщили о случившемся в полицию. При осмотре квартиры полицейскими деньги обнаружены не были. Возле трупа нашли кнопочный сотовый телефон, не принадлежащий отцу, на кухне имелись окурки, отличающиеся от тех, что оставлял отец. Позже он заметил в квартире трость отца, которую выбросил за ненадобностью.

Свидетель ФИО6 подтвердила сообщенные потерпевшим сведения и, кроме того пояснила, что ФИО1 выглядел на свой возраст, был очень слаб, плохо справлялся с обслуживанием самого себя. Ему постоянно помогали она, Потерпевший№5 и социальный работник. В день обнаружения трупа, когда она и потерпевший пришли в квартиру ФИО1, входная дверь была заперта на ключ. Ключей хозяина квартиры, обычно хранившихся в прихожей, на месте не было. Порядок вещей в комнате был нарушен, повреждена полка в тумбочке.

К делу приобщены копии документов (паспорта гражданина РФ, удостоверения инвалида, справки ВТЭК), а также сообщение ФКУ «ГБ медико-социальной экспертизы <адрес>», в соответствии с которыми ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлся инвалидом <данные изъяты> бессрочно по заболеванию, связанному с пребыванием на фронте (т. 2 л.д. 94, 98, 99, 108).

Изъятые из квартиры убитого окурки сигарет, папка для бумаг, сотовый телефон «модель2» с сим-картой с абонентским номером, находившимся в пользовании Совко, осмотрены и приобщены в качестве вещественных доказательств (т. 3 л.д. 65-69, 70, 173-175, 176-177).

По заключению комплексной (дактилоскопической, молекулярно-генетической) судебной экспертизы № 3025.3026, на названных телефоне и папке для бумаг обнаружена кровь, которая произошла от ФИО1 (т. 3 л.д. 57-62).

Согласно заключениям судебных генетических экспертиз №№ 3024 и 3490 на одном из окурков, изъятых в квартире убитого, обнаружена слюна, которая произошла от ФИО9 (т. 3 л.д. 75-81, т. 3 л.д. 102-109).

В судебном заседании на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ оглашены протоколы допросов Совко на предварительном следствии.

Так, согласно показаниям Совко в качестве подозреваемого от 24 августа 2019 года, в один из дней августа 2019 года у него началась «ломка», и он поехал к ФИО1 - взять денег в долг. В ответ на его просьбу ФИО1 дал ему 400 рублей. Он (Совко) сказал деду, что этого мало, попросил еще. ФИО1 ответил, что денег у него больше нет, и попросил Совко уйти. «Что-то нашло» на него (подсудимого), и он подверг ФИО1 избиению и забрал его деньги. Часть похищенных денег истратил на покупку наркотиков для собственного потребления (т. 2 л.д. 142-145).

Эти же сведения об обстоятельствах убийства Совко сообщил в ходе последующего допроса в качестве обвиняемого и при проверке показаний на месте (т. 2 л.д. 151-154, 155-158).

Приведенные доказательства, включая показания подсудимого (в части, не противоречащей установленным судом обстоятельствам дела), суд оценивает как относимые, допустимые, достоверные, а в совокупности – достаточные для вывода о виновности Совко в указанных преступлениях.

Заключения судебно-медицинской, трасологической и генетических экспертиз выполнены экспертами, имеющими необходимые образование и стаж работы, с соблюдением ведомственных правил и требований УПК РФ. Выводы экспертов основаны на исследовательской части заключений.

Оснований не доверять названным заключениям суд не находит.

Показания Совко в качестве подозреваемого от 05 сентября 2019 года, подозреваемого и обвиняемого от 24 августа 2019 года даны им с участием защитников, в ходе допросов и при проверке показаний на месте нарушений уголовно-процессуального закона допущено не было.

Сообщенные Совко 05 сентября 2019 года сведения об обстоятельствах хищения у Потерпевший№3 согласуются с показаниями этого потерпевшего, а также с заявлением самого Совко в суде о том, что, забирая телефон Потерпевший№3, он намеревался решить с его (аппарата) помощью свои финансовые проблемы.

Показания Совко о том, что хищение им телефона у Потерпевший№3 каким-то образом связано с тем, что за год до этого сосед потерпевшего по торговому павильону забрал для ремонта и не возвратил планшет жены подсудимого, ФИО2., непоследовательны и противоречат показаниям потерпевшего Потерпевший№3 и свидетеля ФИО2., отрицавших наличие какой-либо связи пропавшего планшета с Потерпевший№3.

Кроме того, в суде ФИО9 пояснил, что о планшете жены вспомнил уже после того, как завладел телефоном Потерпевший№3.

Тот факт, что телефон был сдан Совко в ломбард в залог с возможностью последующего выкупа, на квалификацию его действий не влияет, так как никаких мер по выкупу подсудимый не предпринял и, судя по характеру его действий, предпринимать не собирался.

Утверждение Совко о том, что он намеревался исполнить свои обязательства перед Потерпевшая№1 и Потерпевшая№2, но не смог этого сделать из-за состояния своего здоровья, материального положения и т.п., от «заказчиц» не скрывался, опровергается показаниями названных потерпевших, показаниями свидетеля ФИО3 об образе жизни Совко в июне-августа 2019 года, показаниями самого подсудимого о причинах, из-за которых он не произвел заказанную потерпевшими работу либо не возвратил взятые у них деньги.

Показания подсудимого о том, что он считал квартиру Потерпевший№4 пустующей, никому не принадлежащей, полагал, что к находящемуся в ней имуществу – батареям и газовому котлу, имеет отношение его отец, ФИО7., опровергаются показаниями потерпевшего Потерпевший№4, документами о праве собственности на данную квартиру, протоколом ее осмотра, показаниями свидетеля ФИО7.

Последний пояснил, что в 2014 году участвовал в строительстве дома <адрес> в качестве <данные изъяты>, получал заработную плату от собственника строительства. Своих денег он (ФИО7.) в эту стройку не вкладывал, долгов перед ним у собственника, также как и у владельца квартиры № в этом доме не было.

Мотивов, по которым потерпевшие и названные свидетели могли бы оговаривать Совко, в суде не установлено.

Ссылка подсудимого на наличие возможного мотива оговора у свидетеля ФИО3 (тот якобы осужден за угон автомашины Совко) несостоятельна, так как обстоятельства, описанные в приведенных выше показаниях ФИО3, Совко не оспаривает.

Показания Совко в протоколах допросов и проверки показаний на месте от 24 августа 2019 года, из которых следует, что мотивом убийства ФИО1 явилось желание завладеть его деньгами, последовательны и логичны, в отличие от выдвинутой Совко в ходе допроса в качестве обвиняемого 24 апреля 2020 года (т. 2 л.д. 169-171) и в суде версии: потерпевший дотронулся (в судебном заседании Совко заявил: «может, дотронулся») до него и он, находясь под влиянием сложившейся в его жизни стрессовой ситуации, избил ФИО1, а уже потом похитил его деньги.

Суд считает неубедительной названную Совко в судебном заседании причину изменения им показаний – якобы первоначально он выдумал ряд обстоятельств, чтобы иметь возможность объяснить свои действия.

Показания Совко о совершении им убийства ФИО1 из-за внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного состоянием подсудимого и тем, что потерпевший «может» дотронулся до его спины, помимо приведенных выше показаний Совко на предварительном следствии от 24 августа 2019 года опровергаются и заключением № 36 от 04 февраля 2020 года судебной психолого-психиатрической экспертизы в отношении подсудимого.

Согласно этому заключению, он хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает и не страдал при совершении инкриминируемых деяний. Не находился он и во временном болезненном психическом расстройстве. У Совко имеется <данные изъяты>. Эти особенности не лишали его способности в расследуемый период и сейчас в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается. В период совершения инкриминируемых деяний Совко не находился в состоянии аффекта или ином юридически значимом эмоциональном состоянии. Выявленные психологом особенности личности Совко не оказывали существенного влияния на его поведение в периоды совершения инкриминируемых ему деяний и не ограничивали его способность к выбору иной стратегии поведения и произвольной саморегуляции деятельности в целом (т. 3 л.д. 157-164).

Таким образом, суд отвергает как недостоверные показания подсудимого о том, что он не обманывал Потерпевшая№1 и Потерпевшая№2, хотел выполнить работу для них, но не смог по объективным причинам; обладал реальным либо предполагаемым правом на сотовый телефон Потерпевший№3 и имущество Потерпевший№4, квартиру которого считал пустующей; не желал причинять смерть ФИО1, избил его, находясь в особом эмоциональном состоянии. Эти показания являются избранным Совко средством защиты от предъявленного обвинения.

С учетом данных о личности подсудимого и его поведения в судебном заседании, выводов судебной психолого-психиатрической экспертизы, основания сомневаться в допустимости и достоверности которых отсутствуют, суд признает Совко вменяемым в отношении содеянного.

Органами предварительного расследования и государственным обвинителем действия Совко по факту хищения денег Потерпевшая№1 квалифицированы как причинившие значительный ущерб.

Согласно справке формы 2-НДФЛ (т. 1 л.д. 247) доход Потерпевшая№1 в 2019 году составил <данные изъяты>, то есть (за вычетом налогов) <данные изъяты> в месяц. Потерпевшая эти сведения подтвердила, пояснив, что сумма в 8000 рублей не является для нее значительной. На предварительном следствии она дала показания о своем доходе без учета дополнительного заработка, который отражен в справке 2-НДФЛ.

В этой связи суд считает, что названный квалифицирующий признак мошенничества по данному эпизоду не нашел подтверждения в судебном заседании и подлежит исключению.

В связи с изложенным суд квалифицирует содеянное Совко:

- в отношении денег Потерпевшая№1 – по ч. 1 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана;

- в отношении денег Потерпевшая№2 – по ч. 2 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба гражданину;

- в отношении сотового телефона Потерпевший№3 – по ч. 1 ст. 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества;

- в отношении батарей и газового котла Потерпевший№4 – по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, с незаконным проникновением в жилище;

- в отношении ФИО1: по пп. «в», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, заведомо для виновного находящемуся в беспомощном состоянии, сопряженное с разбоем;

и по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни, и предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Установленные судом действия Совко свидетельствуют о том, что он обманул Потерпевшая№1 и Потерпевшая№2 относительно своего намерения оказать им услуги по, соответственно, установке окна и остеклению балкона, и из корысти завладел деньгами потерпевших.

Причиненный Потерпевшая№2 ущерб в 28 тысяч рублей суд оценивает как значительный: он практически равен месячному доходу семьи потерпевшей, являющейся, как и ее супруг, пенсионером по старости.

Телефоном Потерпевший№3 Совко завладел тайно от владельца, желая распорядиться им как собственным.

Признак совершения кражи у Потерпевший№4 с незаконным проникновением в жилище также нашел подтверждение в судебном заседании.

Как установлено в суде, квартира Потерпевший№4 расположена в многоквартирном жилом доме, сданном в эксплуатацию не позднее 2014 года. В других квартирах этого дома длительное время жили люди, в частности в квартире напротив - № проживал ФИО1, о чем Совко было достоверно известно. Вход в квартиру Потерпевший№4 осуществлялся через металлическую дверь, имеющую запорное устройство. Это устройство на момент проникновения туда Совко было повреждено, но не отсутствовало. Изложенное свидетельствует о том, что, входя в квартиру Потерпевший№4 с целью кражи, Совко понимал, что она является чужим жилищем, доступ в которое без согласия владельца ему (подсудимому) запрещен.

Стоимость похищенного имущества – 60000 рублей превышает месячный доход потерпевшего и его семьи. Само имущество было значимо для Потерпевший№4, так как без него невозможна эксплуатация жилья. Поэтому суд оценивает причиненный потерпевшему ущерб как значительный.

Совко напал на ФИО1 с целью завладения его деньгами, применил к потерпевшему насилие, повлекшее тяжкий вред его здоровью по признаку опасности для жизни, при нападении наносил удары тростью, которую использовал в качестве оружия. В процессе разбоя подсудимый причинил потерпевшему смерть.

Об умысле Совко на убийство свидетельствует характер действий виновного, нанесшего потерпевшему множественные удары, в том числе и по голове, с силой, достаточной для переломов костей черепа и повреждения головного мозга, которые причинили тяжкий вред здоровью и стали непосредственной причиной смерти ФИО1.

Судом установлено, что ФИО1 в силу возраста (полных <данные изъяты> года), состояния здоровья (<данные изъяты>), физического состояния (рост, вес) не был способен защитить себя, оказать активное сопротивление нападению со стороны Совко, который данное обстоятельство осознавал. Поэтому суд считает нашедшим подтверждение признак совершения Совко убийства в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии.

Довод защитника подсудимого о том, что квалификация содеянного Совко одновременно и как убийства, сопряженного с разбоем, и как разбоя приведет к нарушению принципа недопустимости двойной ответственности за одни и те же действия, противоречит правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в определениях от 21 апреля 2011 года № 578-О-О, от 25 января 2012 года № 165-О-О, от 17 июля 2012 года № 1484-О и др.

При назначении Совко наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные, характеризующие личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Совко, будучи несудимым, совершил шесть умышленных преступлений: два небольшой тяжести, одно средней тяжести и одно тяжкое - против собственности, одно особо тяжкое – против жизни человека, одно особо тяжкое - против собственности и здоровья человека.

Как личность ФИО9 характеризуется посредственно. Показания свидетелей ФИО2 и ФИО7 (жена и отец подсудимого), свидетеля со стороны защиты ФИО8 (его сестра), представленная женой подсудимого характеристика ФИО9 по месту жительства на этот вывод суда не влияют, так как не противоречат имеющимся в деле сведениям, учитываемым судом.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого по всем преступлениям, суд признает наличие у него малолетнего ребенка (т. 3 л.д. 198).

По фактам кражи имущества Потерпевший№4, убийства и разбойного нападения на ФИО1 смягчающим наказание обстоятельством является явка с повинной (т. 1 л.д. 166, т. 2 л.д. 88).

В то же время суд не признает явки с повинной Совко по фактам хищений у Потерпевшая№1 (т. 2 л.д. 35-36), Потерпевшая№2 (т. 1 л.д. 230) и Потерпевший№3 (т. 1 л.д. 115) в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, по названным эпизодам.

Как видно из материалов дела, на момент получения от Совко этих явок с повинной полицейские уже располагали сведениями о его причастности к данным преступлениям: все трое потерпевших прямо указали на Совко как на лицо, их совершившее, о чем подсудимый был осведомлен.

По эпизодам хищений имущества Потерпевший№3 и Потерпевший№4 Совко изначально дал подробные показания о судьбе украденного имущества, которое не было обнаружено по не зависящим от виновного причинам. В этой связи по названным эпизодам суд признает смягчающим наказание обстоятельством активное способствование расследованию и розыску имущества, добытого в результате преступлений.

Также суд признает активное способствование расследованию и раскрытию преступлений смягчающим наказание обстоятельством по эпизодам убийства ФИО1 и разбойного нападения на него: Совко дал подробные показания об обстоятельствах этих преступлений, в том числе не известных на тот момент органу предварительного расследования, подтвердил эти показания на месте происшествия.

Оснований для признания активного способствования расследованию и раскрытию преступления смягчающим наказание обстоятельством по эпизодам мошенничеств, на чем настаивали гособвинитель и защитник, не имеется, так как по этим преступлениям Совко лишь дал показания, свидетельствующие о частичном признании им вины.

В силу ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признает обстоятельством, смягчающим наказание Совко, его раскаяние в содеянном и состояние здоровья подсудимого.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не имеется.

Установленные судом фактические обстоятельства преступлений, в том числе способы их совершения, прямой умысел Совко в отношении последствий хищений чужого имущества и наступления смерти ФИО1, корыстный мотив его действий не свидетельствуют о меньшей, чем указанная в чч. 3, 4 и 5 ст. 15 УК РФ, степени общественной опасности совершенных преступлений и, следовательно, не дают оснований для изменения категории их тяжести.

В связи с изложенным суд приходит к выводу о необходимости назначения подсудимому наказания за преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 159 и ч. 1 ст. 158 УК РФ – в виде исправительных работ, за остальные преступления - в виде лишения свободы, за убийство – с дополнительным наказанием в виде ограничения свободы.

При этом в отношении наказания за преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, подлежат применению правила ч. 1 ст. 62 УК РФ.

С учетом материального положения подсудимого и иных данных о его личности суд считает возможным не назначать Совко дополнительное наказание, предусмотренное санкцией ч. 3 ст. 158, ч. 4 ст. 162 УК РФ, - штраф либо ограничение свободы.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела и сведения о личности виновного, суд не усматривает оснований для применения в отношении Совко положений ст. 64 и 73 УК РФ. Суд полагает, что назначение Совко за средней тяжести, тяжкое и особо тяжкие преступления менее строгого наказания, чем лишение свободы в условиях изоляции от общества, не сможет обеспечить его исправление.

Окончательное наказание подлежит назначению по правилам ч. 1 ст. 71, ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения.

Местом отбывания наказания Совко суд в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ определяет исправительную колонию строгого режима.

В целях обеспечения исполнения приговора, с учетом данных о личности подсудимого, характера и степени общественной опасности совершенных им преступлений, суд считает необходимым до вступления приговора в законную силу оставить меру пресечения в отношении Совко без изменения – в виде содержания под стражей.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд применяет пп. 3, 5 и 6 ч.3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 296-298, 303, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

признать ФИО9 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 159; ч. 2 ст. 159; ч. 1 ст. 158; п. «а» ч. 3 ст. 158; пп. «в», «з» ч.2 ст. 105, п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, по которым назначить ему наказание:

- по ч. 1 ст. 159 УК РФ – в виде десяти месяцев исправительных работ с удержанием 10 процентов заработка в доход государства;

- по ч. 2 ст. 159 УК РФ – в виде лишения свободы на срок один год;

- по ч. 1 ст. 158 УК РФ – в виде десяти месяцев исправительных работ с удержанием 10 процентов заработка в доход государства;

- по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ – в виде лишения свободы на срок два года;

- по пп. «в», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ – в виде лишения свободы на срок шестнадцать лет с ограничением свободы на срок один год с установлением следующих ограничений: без согласия уголовно-исполнительной инспекции не изменять места жительства или пребывания, не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы; на период отбывания ограничения свободы суд возлагает на Совко обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию два раза в месяц для регистрации;

- по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ – в виде лишения свободы на срок девять лет.

На основании ч. 1 ст. 71, ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности указанных преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний определить Совко окончательное наказание в виде лишения свободы на срок девятнадцать лет с ограничением свободы на срок один год с установлением следующих ограничений: без согласия уголовно-исполнительной инспекции не изменять места жительства или пребывания, не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы; на период отбывания ограничения свободы суд возлагает на Совко обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию два раза в месяц для регистрации.

Местом отбывания наказания в виде лишения свободы определить исправительную колонию строгого режима.

Срок отбывания осужденным наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время содержания Совко под стражей с 24 августа 2019 года по день вступления приговора в законную силу включительно из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО9 оставить без изменения – в виде содержания под стражей.

Вещественные доказательства: копии расписок Совко о получении денег от Потерпевшая№1 и Потерпевшая№2 - хранить при деле; цилиндрический механизм замка, папку для бумаг, образцы крови, срезы ногтевых пластин трупа ФИО1, кассовый чек, упаковки от таблеток «Димедрол», 5 отрезков со следами рук, 7 окурков сигарет, ручку, упаковки из-под ватных палочек, образцы буккального эпителия ФИО7 и ФИО9 – уничтожить; сотовый телефон «модель2» – возвратить ФИО9 или уполномоченному им лицу, а при отказе от получения – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции через Калужский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем он вправе указать в апелляционной жалобе.

Председательствующий Р.А. Сидоров