Апелляционное постановление № 22-469/2017 от 26 июня 2017 г. по делу № 22-469/2017

Судья Исенко С.Н.

дело № 22-469/2017


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Петропавловск-Камчатский

27 июня 2017 года

Камчатский краевой суд в составе:

председательствующего

ФИО8,

при секретаре

ФИО9,

с участием:

прокурора

Бондаренко О.С.,

осуждённой

ФИО10,

защитников-адвокатов

потерпевшей

Гусевой Ю.А., Фещенко А.Г.,

ФИО1.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника-адвоката Гусевой Ю.А. в интересах осуждённой ФИО10 и апелляционному представлению государственного обвинителя Бондаренко О.С. на приговор Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 17 мая 2017 года, которым:

ФИО10, <данные изъяты>, несудимая,

осуждена по ч. 1 ст. 286 УК РФ к штрафу в размере 60000 (шестидесяти тысяч) рублей.

Заслушав доклад председательствующего, выслушав пояснения осуждённой ФИО10 и её защитников-адвокатов Гусевой Ю.А. и Фещенко А.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы об отмене приговора, мнение потерпевшей ФИО1 и прокурора Бондаренко О.С., полагавших необходимым приговор изменить по доводам апелляционного представления, суд

у с т а н о в и л:

По приговору ФИО10 осуждена как должностное лицо за совершение действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов государства.

Преступление совершено в декабре 2015 года в городе Петропавловске-Камчатском при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании ФИО10 свою виновность в совершённом преступлении не признала.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Гусева Ю.А. полагает, что приговор подлежит отмене как незаконный в связи с существенным нарушением норм уголовно-процессуального закона, указывает на неполноту следствия и нарушения в процессе судебного следствия, имеющего обвинительный уклон.

Ссылаясь на нормы уголовно-процессуального закона, полагает, что приговор подлежит отмене в связи с тем, что не установлен мотив преступления, при этом ссылка на корыстный мотив преступления судом исключена.

В апелляционной жалобе защитник указывает, что в приговоре не нашла своего отражения диспозиция статьи обвинения, поскольку не указано, чьи интересы были нарушены действиями подзащитной, в чем выразилось нарушение интересов государства и дискредитация федеральных государственных органов в целом, что является существенным уголовно-процессуальным нарушением.

Полагает, что судом необоснованно не разрешено ходатайство стороны защиты и не исключены из объёма доказательств обвинения разговор свидетеля ФИО2 с супругой, а в приговоре этому не дана оценка.

Приводя показания потерпевших по обстоятельствам дела, считает, что суд в нарушение требований ст.87,88 УПК РФ не указал, по какой причине положил в основу приговора их показания, а не показания подсудимой об её оговоре потерпевшими. Полагает, что версия защиты об оговоре подсудимой подтверждается показаниями свидетелей – коллег подсудимой ФИО3., ФИО4., ФИО5 о предвзятом отношении ФИО1. к ФИО10

Указывая также на отсутствие прямых свидетелей, которые могут подтвердить показания потерпевших, а также на косвенные доказательства, которыми являются результаты оперативных мероприятий и выписки с банковских счетов потерпевших о снятии денег, полагает, что объективных данных, свидетельствующих о совершении ФИО10 преступления, материалы дела не содержат.

Утверждая, что стороной обвинения не представлено совокупности доказательств, подтверждающих наличие в действиях ФИО10 состава предъявленного обвинения, защитник просит приговор отменить и оправдать подсудимую в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Бондаренко О.С., не оспаривая доказанность вины и квалификацию действий осуждённой, полагает приговор подлежащим изменению ввиду несправедливости назначенного наказания.

Ссылаясь на фактические обстоятельства дела, а также на то, что осуждённая давала незаконные указания потерпевшей ФИО1 на представление её интересов как должностного лица при привлечении в порядке административной ответственности, полагает, что поведение ФИО10 свидетельствует о ложном понимании интересов государственной службы, в том числе в связи с неоднократным использованием ею своего служебного положения в личных целях.

Полагает, что в целях исправления осуждённой и предупреждения совершения новых преступлений против государственной власти, ФИО10 необходимо назначить дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности на государственной службе, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций сроком на 3 года.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Бондаренко О.С. полагает её не подлежащей удовлетворению ввиду необоснованности изложенных доводов, а приговор в этой части просит оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, а также доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным и обоснованным.

Виновность ФИО10 в превышении должностных полномочий, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов государства, подтверждается исследованными в судебном заседании и изложенными в приговоре доказательствами, оценив совокупность которых, суд пришёл к выводу о наличии в действиях подсудимой состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ.

Судом первой инстанции правильно установлено, что ФИО10 как должностное лицо, превысив свои полномочия, незаконно потребовала от подчинённых ей потерпевших ФИО1. и ФИО6 передачи части денежных средств, выплаченных им в качестве премиального вознаграждения, и потерпевшие, опасаясь неблагоприятных последствий от неё как от руководителя, передали ей 80000 рублей и 60000 рублей соответственно.

Выводы суда о том, что ФИО10 является должностным лицом, выполняющим организационно - распорядительные и административно - хозяйственные функции в государственном органе - УФССП России по Камчатскому краю, подтверждаются приказом директора Федеральной службы судебных приставов от 7 июня 2010 года № 657-к, должностным регламентом и приказом от 14 февраля 2015 года № 185 «О распределении обязанностей между руководителями УФССП по Камчатскому краю и его заместителями», согласно которым ФИО10 назначена на должность федеральной государственной гражданской службы <данные изъяты> УФССП России по Камчатскому краю, является должностным лицом и в её обязанности входит осуществление координации деятельности отдела правового, документационного обеспечения и работы с обращениями граждан, отдела финансово-экономического и материально-технического обеспечения.

Указанные обстоятельства согласуются с показаниями свидетеля ФИО7 - руководителя УФССП России по Камчатскому краю, согласно которым <данные изъяты> ФИО10 осуществляет, в том числе, координацию деятельности отдела правового, документационного обеспечения и работы с обращениями граждан, в котором работали потерпевшие ФИО1 и ФИО6.

В своих показаниях ФИО10 не отрицала, что, являясь <должность>, наряду с другими обязанностями, вносит руководителю предложения о размерах премии и единовременного материального поощрения находящимся в её подчинении работникам путем составления служебной записки, исходя из персонального вклада каждого сотрудника, его заслуг и степени сложности выполняемых им задач. Отдел правового документационного обеспечения и работы с обращениями граждан УФССП России по Камчатскому краю, в котором работали потерпевшие, находится в прямом её подчинении.

Факт совершения ФИО10 действий, явно выходящих за пределы её полномочий, подтверждается показаниями потерпевших ФИО1. и ФИО6., согласно которым в декабре 2015 года ФИО10 у себя в служебном кабинете указала ФИО1. на необходимость передачи ею 80000 рублей и ФИО6. – 60000 рублей как части денежных средств, получаемых ими в качестве годовой премии и материального денежного вознаграждения. Данное указание ФИО1. передала ФИО6., которая также согласилась с ним. После перечисления 25 декабря 2015 года денежного вознаграждения потерпевшие, обналичив денежные средства в указанных размерах, 28 декабря 2015 года передали их осуждённой. Потерпевшие пояснили, что от выдвинутого ФИО10 требования о передаче части премиальных отказаться не могли, поскольку находились в её подчинении и опасались возможности наступления неблагоприятных последствий административного и дисциплинарного характера, учитывая специфику их работы, в которой в случае необходимости всегда можно найти недочеты.

Данные показания нашли своё объективное подтверждение в приказах руководителя УФССП России по Камчатскому краю от 16 декабря 2015 года № 1051-к и № 1052-к «О премировании работников УФССП России по Камчатскому краю по итогам работы за 2015 год» и «О единовременном поощрении работников УФССП России по Камчатскому краю», согласно которым ФИО1. и ФИО6. выплачены: единовременное поощрение в размере 91350 рублей и 52200 рублей, а также премия в размере 160317 рублей и 105352 рублей соответственно.

Согласно выписке по счету банковской карты ПАО «Сбербанк», принадлежащей ФИО1 25 декабря на счет зачислены денежные средства в сумме 284144 рубля 54 копейки, а 28 декабря 2015 года со счета одной суммой сняты денежные средства в размере 80000 рублей.

Согласно выписке по счету банковской карты ПАО «ВТБ24», принадлежащей ФИО6., 25 декабря на счет зачислены денежные средства в сумме 180708 рублей 96 копеек, а 28 декабря 2015 года со счета сняты денежные средства в размере 60000 рублей.

Таким образом, судом первой инстанции сделан правильный вывод о квалификации действий осуждённой, поскольку принуждение подчинённых к передаче денежных средств явно находится за пределами организационно-распорядительных полномочий ФИО10 как должностного лица. Такие действия никто и ни при каких обстоятельствах совершать не вправе.

Вопреки доводам апелляционной жалобы описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ. Из описания преступного деяния следует, что мотивом совершения преступления явилось желание подсудимой получить части премии, выданной потерпевшим. А дальнейшее распоряжение ФИО10 денежными средствами, которые она, превысив свои полномочия, получила от потерпевших, не имеет правового значения для квалификации её действий по ст. 286 УК РФ, поскольку обязательными признаками превышения должностных полномочий не является корыстная или иная личная заинтересованность.

Решение суда о существенном нарушении прав и законных интересов потерпевших, выразившееся в нарушении права на вознаграждение за труд, а также охраняемых законом интересов государства, выразившееся в подрыве авторитета государственных органов, содержится в описательно-мотивировочной части приговора, поэтому доводы апелляционной жалобы в этой части являются несостоятельными.

Несмотря на утверждения, содержащиеся в жалобе защитника, показаниям потерпевших, уличающих осуждённую в совершении преступления, судом после проверки дана надлежащая оценка по правилам, установленным статьями 87,88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности с другими доказательствами и достаточности для разрешения уголовного дела.

Показания потерпевших ФИО1. и ФИО6 на всех этапах уголовного судопроизводства являлись последовательными, логичными, согласованными, и с процессуальной точки зрения полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Вопреки доводам автора апелляционной жалобы суд мотивировал свои выводы о том, по какой причине он отверг версию стороны защиты об оговоре подсудимой, с указанием на её несостоятельность, в том числе в связи с отказом от иска, что свидетельствует о непредвзятом отношении к подсудимой со стороны потерпевших.

Не опровергают выводы суда о достоверности показаний потерпевших и приведённые адвокатом показания свидетелей ФИО3 ФИО4., других коллег осуждённой, которым судом первой инстанции также дана оценка с указанием на несостоятельность доводов защиты в этой части.

Указанные защитником показания свидетеля ФИО2. не положены в основу приговора как имеющие доказательственное значение по делу, поэтому доводы жалобы в этой части об исключении их как доказательств по делу также являются необоснованными.

Анализ приведённых в апелляционной жалобе доводов свидетельствует о том, что в основном все они являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, с мотивированными выводами которого в приговоре у суда апелляционной инстанции не имеется оснований не согласиться.

Таким образом, выводы суда о квалификации преступных действий осуждённой, как и о доказанности вины, суд находит правильными, в достаточной степени мотивированными, основанными на материалах дела, в связи с чем оснований для оправдания за отсутствием состава преступления в действиях ФИО10, как указывается в апелляционной жалобе, не усматривает.

При назначении осуждённой наказания суд в соответствии с требованиями статей 43, 60 УК РФ принял во внимание характер и степень общественной опасности совершённого преступления, относящегося к категории средней тяжести, данные о личности виновной, наличие смягчающего наказания обстоятельства, а также влияние наказания на исправление осуждённой и условия жизни её семьи.

Несмотря на доводы апелляционного представления, выводы суда о возможности обеспечения целей наказания, достижения социальной справедливости и исправления осуждённой при назначении наказания в виде штрафа, суд считает правильными.

Ссылки в представлении на то, что осуждённая давала незаконные указания потерпевшей ФИО1 на представление её интересов как должностного лица при привлечении в порядке административной ответственности, не имеют отношения предъявленному обвинению по уголовному делу, и оснований для назначения дополнительного наказания не образуют.

Учитывая, что необходимость приведения мотивов принятого решения в соответствии со ст. 307 УПК РФ возникает только в случае применения дополнительного наказания в виде лишения права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ, суд первой инстанции, тем не менее, мотивировал своё решение.

Решение суда о неприменении дополнительного наказания в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ является мотивированным, принятым на основании сведений о личности осуждённой и с учётом характера и степени общественной опасности преступления, совершённого впервые.

При таких обстоятельствах назначенное осуждённой ФИО10 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, а оснований для его изменения по доводам апелляционного представления не имеется.

Вывод суда о неприменении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ для изменения категории преступления, а также об отсутствии оснований для применения ст. 64 УК РФ при назначении наказания, является правильным.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным образом повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, судом апелляционной инстанции не выявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38913, 38920 и 38928 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

Приговор Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 17 мая 2017 года в отношении ФИО10 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника-адвоката Гусевой Ю.А. в интересах осуждённой ФИО10 и апелляционное представление государственного обвинителя Бондаренко О.С. - без удовлетворения.

Председательствующий