Решение № 2-1049/2025 2-1049/2025(2-12209/2024;)~М-9619/2024 2-12209/2024 М-9619/2024 от 5 февраля 2025 г. по делу № 2-1049/2025

Дело №2-1049/2025

УИД 03RS0003-01-2024-013291-84

ЗАОЧНОЕ
РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 февраля 2025 года г. Уфа

Кировский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Казбулатова И.У.,

при секретаре Шаиховой А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ЧОУ ДПО «Образовательные технологии «Скилбокс (Коробка навыков)» о защите прав потребителей,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском о защите прав потребителей к ЧОУ ДПО «Образовательные технологии «Скилбокс (Коробка навыков)», указав, что 17.11.2021 г. на электронную почту ФИО1 № от отправителя, определившегося как Skillbox (hello@skillbox.ru) ЧОУ ДПО «Образовательные технологии «Скилбокс (Коробка навыков)», поступило сообщение, рекламирующее образовательные услуги, при том, что согласия на направление ей рекламы по сетям электросвязи ФИО1 не давала. Факт установлен органом ФАС России (Решение УФАС по РБ от 19.08.2024 г. по делу №). Требования о выплате ей компенсации морального вреда по указанному факту направления ей рекламы в сумме 30 000 рублей оставлены ответчиком без удовлетворения.

В связи с чем, истец просит суд взыскать с ЧОУ ДПО «Образовательные технологии «Скилбокс (Коробка навыков)» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной судом суммы, присудить расходы по подготовке требования о компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей, а также судебных расходов на представителя в размере 25 000 руб., с признанием права получения указанных расходов поверенным истца ФИО1 и взысканием их судом в его пользу.

Ответчик в письменных возражениях иск не признал, указав, что истец не претерпел физических или нравственных страданий при направлении ему спорного электронного сообщения, не указал в чем именно они выразились, никаких доказательств их претерпевания не представил, а также не доказал, что, если они и были испытаны (страдания) истцом, то явились следствием противоправных действий ответчика. В случае же вывода суда о претерпевании истцом морального вреда, полагает разумной и сбалансированной сумму компенсации в размере 500 рублей.

Помимо того, ответчик полагает, что направленное истцу спорное сообщение носило информационный характер, поскольку практика по такого рода делам не была сформирована, а также полагает, что им было получено согласие истца на направление ему рекламных сообщений, поскольку истец, регистрируясь на Платформе, принял Политику обработки персональный данных ответчика, в п. 5.1 которой было установлено, что целью использования персональных данных является направление сообщений рекламного характера, информационных рассылок, предоставление информации рекламного характера в устном и письменном виде.

Кроме того, ответчик указывает, что у истца всегда была возможность

отписаться (отказаться) от направления ему информационных сообщений в любой момент, путем нажатия активной кнопки «отписаться» в подвале электронного письма. Однако никаких действий по отказу от рассылки истец не предпринял.

Также ответчик ссылается на то, что сложившиеся между истцом и ответчиком правоотношения относительно направления истцу оспариваемого информационного письма, не подпадают под регулирование Закона РФ «О защите прав потребителей», поскольку регистрация истца на Платформе произошла в связи с ее намерением принять участие в бесплатном интенсиве, и, поскольку в данном случае возмездные отношения отсутствуют, то и нормы Закона РФ «О защите прав потребителей» к ним не применимы.

Кроме того, на непотребительский характер отношений, по мнению ответчика, также указывает и ч.2. ст.38 Закона «О рекламе», предусматривающей права лиц на обращение в суд о компенсации морального вреда, причиненного в результате распространения ненадлежащей рекламы, то есть моральный вред, по мнению ответчика, компенсируется не из потребительских, а рекламных отношений.

В случае же удовлетворения требования истца о компенсации морального вреда исходя из потребительских отношений, просит снизить размер взыскиваемого судом потребительского штрафа исходя из положений ст.333 ГК РФ.

Касаемо взыскания расходов на подготовку досудебной претензии, ответчик полагает со ссылкой на п.4 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.01.2016 №1, что, поскольку ни Законом РФ «О защите прав потребителей» ни Законом «О рекламе» не предусмотрен обязательный досудебный порядок урегулирования спора, а также между тяжущимися отсутствует какой либо договор, предусматривающий условие об обязательном досудебном порядке урегулирования спора, то расходы по подготовке претензии судебными не являются, возмещению не подлежат.

В отношении судебных расходов на представителя, ответчик полагает, что они завышены, кроме того, полагает, что, поскольку истец и ее поверенный являются родственниками, предполагает, что истец ФИО1 фактически расходов на представителя не понесла.

Истец ФИО1, извещенная надлежащим образом, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечила, просила рассмотреть дело без ее участия.

Третье лицо ФИО1, извещенный надлежащим образом, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, просил рассмотреть дело без его участия.

Суд на основании ст.167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствии истца и третьего лица.

Ответчик, ЧОУ ДПО «Образовательные технологии «Скилбокс (Коробка навыков)», извещенный надлежащим образом, явку своего представителя в судебное заседание по адресу Кировского районного суда г.Уфы не обеспечил, с учетом отсутствия уважительности причин неявки суд на основании ст.ст.233-234 ГПК РФ определил рассмотреть дело в порядке заочного производства.

Исследовав материалы дела, доводы иска и возражений на иск, суд приходит к следующим выводам.

По смыслу части 1 статьи 18 Федерального закона от 13 марта 2006 года №38-ФЗ «О рекламе» (далее - Закон «О рекламе») отсутствие согласия абонента на получение рекламы, распространяемой по сетям электросвязи, не подлежит доказыванию истцом.

Из материалов дела следует и судом установлено, что 17.11.2021 г. в 14:18 ч на электронную почту ФИО1 № от отправителя, определившегося как Skillbox (hello@skillbox.ru), поступило сообщение ответчика, с темой сообщения « 3…2… «Черная пятница в Skillbox почти закончилась», рекламирующее образовательные услуги, содержащее в тексте сообщения также баннер с текстом: «Финал черной пятницы».

Решением комиссии Башкортостанского Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан от 19.08.2024 г. по делу № ЧОУ ДПО «Образовательные технологии «Скилбокс (Коробка навыков)» признано рекламораспространителем рекламы; признана ненадлежащей реклама, поступившая 17.11.2021 в 14:18 (время московское) на адрес почтового электронного ящика № с адреса Skillbox (hello@skillbox.ru ), поскольку в ней нарушены требования части 1 статьи 18 федерального закона «О рекламе».

Данное решение комиссии Башкортостанского Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан (далее - УФАС по РБ) не отменены в судебном порядке и учитываются судом, как письменные доказательства вины ответчика ввиду следующего.

Факты вынесения имеющегося решения УФАС по РБ и его содержание в редакции, представленной суду, сторонами не опровергается, об его обжаловании не заявлено.

Относительно доказательственного значения решения УФАС по РБ суд исходит из того, что согласно абзацу 5 пункта 4 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 07.07.2016 №1422-О деятельность публичной власти в Российской Федерации основана на презумпции ее добросовестности. Также суд учитывает, что в силу пункта 1 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 №331, Федеральная антимонопольная служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю за соблюдением законодательства в сфере рекламы.

Поскольку презумпция добросовестности органа ФАС России при вынесении указанного решения не опровергнута, как не опровергнута и компетенция этого федерального органа исполнительной власти, в том числе в лице его территориального органа по правоотношениям в сфере рекламы, то решение УФАС по РБ должно признаваться законным и обоснованным, обладающим доказательственной силой.

Исследовав указанное решение УФАС по РБ по административному делу, суд считает установленным как факт поступления сообщения истцу, так и принадлежность адреса электронной почты ответчику (стр. 7 решения УФАС по РБ), в том числе потому, что сторонами в рамках процедуры судебного разрешения спора это не отрицается, как не отрицалось и при рассмотрении дела органом ФАС России.

Относительно оценки характера сообщения как рекламного, суд исходит из того, что сам по себе факт приглашения принять участие в бесплатном онлайн образовательном интенсивной курсе и содержательно и по кругу лиц не отменяет его рекламного характера, а указывает лишь на то, что ответчик использовал фактор бесплатности онлайн интенсивных курсов в целях привлечения внимания к продаваемым им образовательным услугам.

Согласно статье 3 Закона «О рекламе», реклама - информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке.

Под неопределенным кругом лиц понимаются те лица, которые не могут быть заранее определены в качестве получателя рекламной информации и конкретной стороны правоотношения, возникающего по поводу реализации объекта рекламирования. Такой признак рекламной информации, как предназначенность ее для неопределенного круга лиц, означает отсутствие в рекламе указания о некоем лице или лицах, для которых реклама создана и на восприятие которых реклама направлена.

Под объектом рекламирования понимают товар, средства индивидуализации юридического лица и (или) товара, изготовитель или продавец товара, результаты интеллектуальной деятельности либо мероприятие (в том числе спортивное соревнование, концерт, конкурс, фестиваль, основанные на риске игры, пари), на привлечение внимания к которым направлена реклама (статья 3 Закона о рекламе).

Товаром признается продукт деятельности (в том числе работа, услуга), предназначенный для продажи, обмена или иного введения в оборот (статья 3 Закона о рекламе).

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.2012 N 58 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона "О рекламе" информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке, является рекламой и должна в связи с этим отвечать требованиям, предъявляемым Законом о рекламе.

Указанная выше информация полностью подпадает под определение, данное в статье 3 Закона о рекламе, поскольку направлена на привлечение вынимания к объекту рекламирования ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скиллбокс (коробка навыков)», формирование и поддержание интереса потребителей рекламы к ответчику, и к рекламируемым образовательным услугам: объектом рекламирования выступает товар (услуги) - реклама услуг с предложением скидок на курсы. Распространение рекламы с указанием информации о скидках на товары (услуги) определенной категории (курсы) свидетельствует о том, что подобная акция направлена на стимулирование интереса потребителей к указанной категории и побуждение к их приобретению. Целью распространения рекламы является увеличение спроса на рекламируемый товар.

Признаком любой рекламы является ее способность стимулировать интерес к объекту рекламирования для продвижения его на рынке, формирования к нему положительного отношения и закрепление его образа в памяти потребителя.

Суд отмечает, что рассматриваемая информация, направлена на привлечения внимания к образовательным услугам, оказываемым ответчиком, а возможность участия в бесплатных интенсивах направлена на формирование и поддержание потребительский интерес к платным образовательным онлайн продуктам, и, что такая информация, в том числе, направлена на положительное выделение услуг ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скиллбокс (коробка навыков)» и стимулирование потенциальных потребителей рекламы к обращению именно к данному хозяйствующему субъекту, а значит, направлена на продвижение на рынке.

Целью распространения сообщения было не раскрытие или распространение до потребителя обязательной информации, а привлечение внимания к деятельности ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скиллбокс (коробка навыков)» по оказанию образовательных услуг путем указания отдельных привлекательных для потребителя характеристик услуги (ценовая скидка).

Таким образом, суд приходит к выводу, что рассматриваемое электронное сообщение носит рекламный характер.

Принадлежность адреса электронной почты hello@skillbox.ru ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скиллбокс (коробка навыков)» установлено Решением УФАС по РБ и ответчиком не оспаривается, как и содержание рассматриваемого сообщения.

Согласно заявлению истца, ею не давалось согласия на получение рекламных сообщений от ответчика на адрес своей электронной почты №.

Согласно части 1 статьи 18 Закона о рекламе распространение рекламы по сетям электросвязи, в том числе посредством использования телефонной, факсимильной, подвижной радиотелефонной связи, допускается только при условии предварительного согласия абонента или адресата на получение рекламы. Рекламораспространитель, прежде чем направить какому-либо лицу рекламу по сетям электросвязи, должен удостовериться, что данное лицо выразило свое согласие на получение рекламы.

При этом в части 1 статьи 18 Закона о рекламе закрепляется презумпция отсутствия указанного согласия абонента или адресата, и именно на рекламораспространителя возложена обязанность доказывать, что такое согласие ему было дано. Обязанность по получению согласия абонента и по подтверждению наличия соответствующего согласия лежит на рекламораспространителе.

В соответствии с пунктом 15 постановления Пленума ВАС РФ от 08.10.2012 N 58 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона "О рекламе" Закон о рекламе не определяет порядок и форму получения предварительного согласия абонента на получение рекламы по сетям электросвязи. Следовательно, согласие абонента может быть выражено в любой форме, достаточной для его идентификации и подтверждения волеизъявления на получение рекламы от конкретного рекламораспространителя.

Таким образом, распространение рекламы по сетям электросвязи должно осуществляться только при наличии согласия абонента или адресата на получение рекламы.

Пунктами 5, 6, 7 статьи 3 Закона о рекламе предусмотрены понятия рекламодателя, рекламопроизводителя и рекламораспространителя. Рекламодатель - изготовитель или продавец товара либо иное определившее объект рекламирования и (или) содержание рекламы лицо; рекламопроизводитель - лицо, осуществляющее полностью или частично приведение информации в готовую для распространения в виде рекламы форму; рекламораспространитель - лицо, осуществляющее распространение рекламы любым способом, в любой форме и с использованием любых средств.

Электронное сообщение, направленное ответчиком на электронный почтовый ящик истца, явившееся основанием для подачи иска, содержало рекламу.

Поэтому в указанных правоотношениях возникает публично-правовой элемент, выраженный в возложении на исполнителя обязанности по соблюдению требований законодательства Российской Федерации о рекламе.

Названный правовой подход наиболее полно отвечает соблюдению баланса частных и публичных интересов, поскольку направлен на повышенную защиту от получения нежелательной рекламы граждан, как более слабой стороны в рассматриваемых правоотношениях, а также способствует усилению контроля за соблюдением законодательства со стороны всех лиц, принимающих участие в передаче соответствующих сообщений, на всех этапах их распространения.

Из материалов дела и возражений ответчика усматривается, что истец ФИО1 с адреса электронной почты lina.kadyrova.03@gmail.com подала заявку на участие в бесплатном интенсиве ответчика и зарегистрировала на образовательной платформе (сайте) Skillbox, принадлежащей и администрируемой ответчиком, личный кабинет (аккаунт), указав свои фамилию и имя в латинской транскрипции, дату рождения, пол, номер мобильного телефона, адрес электронной почты, тем самым предоставив в распоряжение ответчика (оператора обработки персональных данных) сведения о себе, которые в совокупности достоверно указывают на конкретное определяемое лицо (ст.3 Закона «О персональных данных»). Верность латинской транскрипции имени и фамилии истца подтверждается имеющейся в материалах дела копии соответствующей страницы загранпаспорта ФИО1

Регистрационные действия пользователей в разного рода личных кабинетах на сайтах коммерческих агентов суд считает имеющими сделочную природу (действие, направленное на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, понимая под этими правами и обязанностями содержание возникающих между потребителем и коммерческим агентом отношений по результатам регистрации).

Из содержания рассматриваемого рекламного сообщения усматривается, что ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скиллбокс (коробка навыков)» является частным образовательным учреждением, оказывающим образовательные услуги «онлайн» за плату. Из размещаемой ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скиллбокс (коробка навыков)» в телевизионном эфире рекламы общеизвестно, что образовательная платформа Skillbox позиционирует себя в рекламных роликах как «первый по онлайн образованию в России». При этом, ответчиком не доказано, что он оказывает онлайн образовательные услуги исключительно бесплатно.

Согласно определению Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель - гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Таким образом, потребитель это также и тот, кто еще не совершил сделку, но может ее совершить.

Поскольку регистрация истца на сайте профессионального участника рынка онлайн образовательных услуг характеризует истца, как гражданина, имеющего намерение заказать или приобрести товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а направленная ему ответчиком реклама преследовала цель совершения сделок, постольку реклама, полученная истцом-физическим лицом, была предназначена для него как для потребителя.

Аналогичная позиция отражена в п.1 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.10.2023г., в котором Верховный суд РФ разъяснил, что в соответствии с Законом № 2300-1 «О защите прав потребителей» потребителем считается не только гражданин, который уже совершил покупку, но и тот, кто только намеревается это сделать. Поэтому гражданин, который идет в магазин, или находится в магазине, также является потребителем.

При этом, подача истцом заявки на бесплатный интенсивный курс, предоставляемый Платформой Skillbox, на потребительский характер, возникших при регистрации на образовательной интернет платформе ответчика, правоотношений не влияет, поскольку намерение гражданина приобрести услугу за плату при походе (регистрации) в «магазин онлай образовательных услуг» презюмируется в силу закона.

Как уже отмечалось выше, суд считает, что при регистрации пользователя-гражданина на сайте коммерческого агента учреждается длящееся юридическое состояние намерения гражданина приобрести у коммерческого агента товар (работу, услугу) для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, которое прекращается лишь удалением аккаунта (личного кабинета) гражданина с сайта коммерческого агента.

В связи с чем, для учрежденного созданием личного кабинета юридического состояния гражданина- потребителя подача заявки на бесплатный «интенсив», само по себе, правового значения не имеет и на характер учрежденной при регистрации на сайте правовой связи не влияет.

В соответствии со ст. 1 Закона «О рекламе», его целями являются развитие рынков товаров, работ и услуг на основе соблюдения принципов добросовестной конкуренции, обеспечение в Российской Федерации единства экономического пространства, реализация права потребителей на получение добросовестной и достоверной рекламы, создание благоприятных условий для производства и распространения социальной рекламы, предупреждение нарушения законодательства Российской Федерации о рекламе, а также пресечение фактов ненадлежащей рекламы.

Согласно ч.11 ст. 5 Закона «О рекламе», при производстве, размещении и распространении рекламы должны соблюдаться требования законодательства Российской Федерации, в том числе требования гражданского законодательства, законодательства о государственном языке Российской Федерации.

В соответствии с ч.1,2 ст.38 Закона «О рекламе», нарушение физическими или юридическими лицами законодательства Российской Федерации о рекламе влечет за собой ответственность в соответствии с гражданским законодательством. Лица, права и интересы которых нарушены в результате распространения ненадлежащей рекламы, вправе обращаться в установленном порядке в суд или арбитражный суд, в том числе с исками о возмещении убытков, включая упущенную выгоду, о возмещении вреда, причиненного здоровью физических лиц и (или) имуществу физических или юридических лиц, о компенсации морального вреда, о публичном опровержении недостоверной рекламы (контррекламе).

Из содержания указанных норм видно, что они, по существу, воспроизводят нормы Гражданского кодекса РФ устанавливающие право на судебную защиту, конкретизируя их по отношению к ненадлежащей рекламе, независимо от того, в рамках каких правоотношений возникло рекламное правонарушение. И если в результате распространения ненадлежащей рекламы нарушены права и интересы потребителя, то компенсация морального вреда производится по правилам законодательства о защите прав потребителей.

В связи с чем, возникшие в результате регистрации истца на сайте ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скилбокс (коробка навыков)» и направления ему рассматриваемых рекламных сообщений отношения суд считает подпадающими под регулирование Закона РФ «О защите прав потребителей».

Возражая против исков о компенсации морального вреда по факту нарушения ч.1 ст.18 Закона «О рекламе» ответчик указал, что согласие истца на получение рекламных сообщений от ответчика было ответчиком получено при регистрации истца на принадлежащей ответчику образовательной платформе Skillbox размещенной в сети Интернет, поскольку при регистрации на Платформе истец принял (согласился) Политику обработки персональный данных ответчика, в п. 5.1 которой было установлено, что целью использования персональных данных является направление сообщений рекламного характера, информационных рассылок, предоставление информации рекламного характера в устном и письменном виде.

Между тем, согласно части 1 статьи 18 Закона о рекламе распространение рекламы по сетям электросвязи, в том числе посредством использования телефонной, факсимильной, подвижной радиотелефонной связи, допускается только при условии предварительного согласия абонента или адресата на получение рекламы.

При этом, согласие возможно получить лишь на соответствующий контекстный запрос на направление рекламы. То есть целью контекстного запроса должно быть получение согласия истца на направление ему рекламных сообщений от ответчика.

Исходя из приведенного ответчиком содержания Политики обработки персональных данных ответчика, целью указанного условия п.5.1 является использование персональных данных ответчика для направления ему, в том числе, и рекламы.

Между тем, отношения получению согласия на обработку (использованию) персональных данных ответчика, в том числе в целях направления ему рекламы, регулируются ч.1 ст.6, ч.1,3 ст.9 Закона РФ «О персональных данных», а направление рекламы по сетям электросвязи регулируются частью 1 статьи 18 Закона «О рекламе», и указанные отношения не тождественны, поскольку имеют различные предметы.

Кроме того, ответчиком не доказано, что истцу при регистрации на образовательной Платформе ответчика была предоставлена возможность не соглашаться на обработку его персональных данных в целях направления ему рекламных сообщений от ответчика, и в то же время реализовать свой интерес к услугам, предоставляемым Платформой (зарегистрироваться на Платформе ответчика не давая согласия на обработку персональных данных в целях направления ему рекламы от ответчика).

В соответствии с п.1 ч.1 ст.6 Закона РФ «О персональных данных» обработка персональных данных допускается с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных, при этом ч.1 ст.6 Закона РФ «О персональных данных» содержит исчерпывающий перечень условий, при которых допускается обработка персональных данных бес согласия субъекта персональных данных.

Обработка персональных данных субъекта персональных данных в целях направления ему рекламных сообщений в указанный перечень условий несогласованной обработки персональных данных не входит.

При таких обстоятельствах, суд считает, что получение согласия истца на получение им от ответчика рекламных сообщений по сетям электросвязи последним не доказано, как и не доказано получение согласия истца на обработку его персональных данных в целях направления ему рекламы, обеспечив ему при этом возможность действовать свободно, своей волей и в своем интересе.

При этом суд отмечает, что при регистрации потребителя на сайте ответчика, интерес первого к образовательным продуктам ответчика очевиден и презюмируется, в то время как интерес к получению им рекламы ответчика и обработки ответчиком персональных данных истца с целью направления ему рекламы совершенно неочевиден. В силу чего требует самостоятельных отдельных персонализированных свободных согласий, полученных в порядке ч.1 ст.18 Закона «О рекламе» в отношении рекламных сообщений и ст.9 Закона «О персональных данных» в отношении обработки в указанных целях персональных данных.

Предоставление же истцу возможности отписаться (отказаться) от получения рекламных рассылок уже после направления ему рекламных сообщений, получением предварительных согласий истца на направление ему рекламы по сетям электросвязи по смыслу ч.1 ст.18 Закона «О рекламе» не является.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановление КС РФ от 23.02.1999 № 4-П указал на то, что противопоставляемый профессиональному участнику оборота гражданин, являясь экономически более слабым, нуждается в особой защите своих прав, требующей ограничения гражданско-правовой свободы контрагента.

Возможность же отказаться от вступления в гражданско-правовые отношения не может считаться реализацией автономии гражданина, когда ему приходится соглашаться на фактически диктуемые ему условия.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 этого же кодекса действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) не допускаются.

Суд, учитывая, что положение, в котором оказался истец, было создано ответчиком, программное обеспечение находились в распоряжении последнего, форма и контекст выражения согласий были заданы ответчиком, никаких разъяснений потребителю со стороны ответчика не предлагалось, возможность выбора выражения или невыражения согласия на получение рекламы по сетям электросвязи и обработки персональных данных истца в целях направления ему рекламы не предоставлялась, считает, что приоритет должен быть отдан позиции истца как лица, противопоставленного профессионалу, который мог и должен был озаботиться не только понятностью механизма его работы потребителю, но и прозрачностью ее организационного обеспечения, достаточного не только для независимого выражения воли потребителя в вопросе получения рекламы, но и для независимого установления как подлинной ее направленности, так и обстоятельств ее формирования.

В силу пункта 7 статьи 38 Закона «О рекламе» ответственность за нарушение требований его статьи 18 несет рекламораспространитель.

Имеющимися в материалах дела Решениями УФАС по РБ установлены факты распространения рекламы ответчиком, основания не согласиться с чем у суда отсутствуют как в силу изучения им указанных решений, так и в силу незаявления ответчиком ни несогласия с определением УФАС, ни с позицией истца, предъявившего иск именно к нему.

Конституцией Российской Федерации к основным правам человека и гражданина отнесены достоинство личности (часть 1 статьи 21), а также неприкосновенность частной жизни (часть 1 статьи 23). Согласно статье 150 ГК РФ достоинство личности и неприкосновенность частной жизни относятся к нематериальным благам, нарушение которых действиями, причиняющими физические или нравственные страдания, в силу статьи 151 названного кодекса является основанием для компенсации морального вреда.

По общим правилам ответственности за причинение вреда лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Причинение вреда вследствие ошибки либо по поручению другого лица само по себе не освобождает причинителя от ответственности.

Суд находит, что направление рекламы без свободно выраженного согласия на это посягает на достоинство человека.

Согласно определению Закона «О защите прав потребителей» потребитель – гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Таким образом, потребитель это также и тот, кто еще не совершил сделку, но может ее совершить в будущем.

Доводом в пользу потребительского характера правовой связи сторон является и то, сам ответчик воспринимает регистрирующихся на его ресурсе граждан в качестве потребителей реализуемых им услуг.

В силу статьи 15 Закона «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем при наличии его вины.

Пунктом 2 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.10.2018 разъяснено, что по смыслу Закона «О защите прав потребителей» сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред.

Аналогичный вывод содержится в абзаце 2 пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 33 от 15.11.2022 г.).

Кроме того, суд обращает внимание на то, что Постановлением Пленума ВС РФ N33 от 15.11.2022 г., в частности его пунктом 12 подчеркнуто, что компенсация морального вреда является мерой гражданско-правовой ответственности. К выводу о том, что причинение морального вреда происходит по факту совершения деликта, приходит и Конституционный Суд Российской Федерации (Постановления от 26.10.2021 N 45-П и от 02.03.2023 N 7-П).

Тем самым исключение обязанности компенсировать моральный вред по мотивам недоказанности его размера или увязка этой обязанности исключительно с одной только мерой страдания жертвы нарушало бы принципы справедливости и ответственности деликвента за свои действия.

В целом же суд исходит из того, что ответственность должна быть ощутимой, без чего ее цели достигнуты быть не могут. Тем самым суд ориентируется на разъяснение Постановления Пленума ВС РФ №33 от 15.11.2022 г. о недопустимости присуждения чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы (абзац 3 пункта 30) и на правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации о неприемлемости присуждения символических сумм морального вреда, свидетельствующих о пренебрежении к правам потерпевшего (имитационность правосудия) (определения №№ 56-КГ21-41-К9 и 45-КГ20-25-К7 и проч.).

Как следует из пункта 25 Постановления Пленума ВС РФ №33 от 15.11.2022 г. суд при разрешении спора о компенсации морального вреда учитывает фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

С учетом изложенного, при учете фактических обстоятельств дела, а также требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, суд оценивает размер компенсации истцу причиненного морального вреда в сумме 3000 рублей.

Поскольку ответчиком представлены доказательства оплаты 100 рублей в качестве компенсации морального вреда по рассматриваемому рекламному сообщению от 17.11.2021 г. до рассмотрения судом спора по существу, то суд приводит решение суда в данной части в исполнение в сумме 2900 рублей = (3000 рублей -100 рублей).

В силу пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Ответчиком заявлено о снижении размера штрафа в порядке ст.333 ГК РФ. При рассмотрении указанного заявления суд исходит из следующего.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 (ред. от 22.06.2021) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", (п.69) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). (п.71) Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ). (п.73) Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. (п.75) При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ). ( п.78) Правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ применяются также в случаях, когда неустойка определена законом, например, статьями 23, 23.1, пунктом 5 статьи 28, статьями 30 и 31 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей".

Согласно абз. 2 п. 34 Постановления Пленума ВС от 28 сентября 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» применение ст. 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей допускается в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд считает возможным уменьшить размер неустойки.

На возможность применения ст.333 ГК РФ к отношениям, регулируемым пунктом 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей» приведенные разъяснения Постановлений Пленумов ВС РФ не указывают.

В Обзоре Верховного Суда РФ по отдельным вопросам судебной практики о применении законодательства о защите прав потребителей при рассмотрении гражданских дел, утвержденном Президиумом ВС РФ 01 февраля 2012 г., отмечено, что штраф, взыскиваемый в случае отказа исполнителя добровольно удовлетворить требования потребителя, подлежит снижению в случае уменьшения общей суммы, присужденной судом к взысканию в пользу потребителя.

Целью законодательного регулирования п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей» является побуждение правонарушителя к удовлетворению требований потребителя в добровольном (внесудебном) порядке. Самая возможность снижения установленного законом штрафа при рассмотрении спора в судебном порядке породила бы у коммерческих агентов ожидания его снижения в суде и привело бы к тотальному игнорированию добровольного удовлетворения требований потребителей во внесудебном порядке, в связи с чем, законодательные цели правового регулирования не могли бы быть достигнуты, а правовая норма п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей» оказалась бы фактически недействующей.

Кроме того, ответчиком никаких доказательств несоразмерности установленного законом штрафа не представлено.

В связи с чем, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для снижения в порядке ст.333 ГК РФ размера штрафа, предусмотренного п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей»

С ответчика подлежит взысканию в пользу истца штраф в размере 1500 руб. (3000 х 50%) за факт несоблюдения в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

Относительно заявлений о взыскании расходов на подготовку досудебных требований к ответчику о компенсации морального вреда, судебных расходов на представителя и их размеров, суд, изучив материалы дела в указанной части исходит из следующего.

Из пункта 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей» следует, что потребитель в целях досудебного урегулирования должен осведомить правонарушителя как о самом факте причинения ему морального вреда, так и о предполагаемом размере его компенсации, предложив удовлетворить требование в добровольном порядке, в связи с чем, довод ответчика о необязательности подготовки досудебного требования о компенсации морального вреда судом отклоняется.

Судом установлено, что между истцом ФИО1 и ее представителем ФИО1 (он же третье лицо в настоящем деле, как лицо, обращающееся к суду о процессуальном правопреемстве в части взыскания с ответчика расходов по подготовке досудебных претензий и исков) был заключен договор уступки прав требования расходов по подготовке досудебной претензии о компенсации морального вреда.

Договор уступки права требования (заключен 10 октября 2024 года), в соответствии с которым ФИО1 (Цедент) и ФИО1 (Цессионарий) условились о том, что (1) Цедент уступает Цессионарию право требования с кого следует расходов по подготовке досудебной претензии о компенсации морального вреда по факту направления 17.11.2021 г. ЧОУ ДПО «Образовательные технологии «Скилбокс (коробка навыков)» ФИО1 рекламы; (2) Право требования уступается в качестве ценности, передаваемой Цедентом Цессионарию за оказание последним первому юридической помощи по предмету приложения труда, образующего материальную ценность Права требования; (6) Право требования переходит от Цедента к Цессионарию в момент заключения настоящего договора как будущее право, реализуемое по его вызревании применительно к материальным (и) процессуальным основаниям истребования Расходов; (8) Право требования переходит от Цедента к Цессионарию без передачи каких-либо документальных свидетельств его наличия, поскольку свидетельством его является сама по себе документальная объективация приложения соответствующего труда; (9)Поскольку Цедент уступает Цессионарию Право требования, образованное приложением труда второго по предмету, указанному в пункте 1 настоящего договора, постольку Право требования оценивается в сумме равной оценке соответствующего труда, а именно в размере 5 000 рублей; (10) Подписание настоящего договора свидетельствует факт приложения Цессионарием труда по подготовке соответствующей претензии.

Факт подготовки досудебной претензии в рамках указанного договора подтверждается копией имеющейся в деле претензии по факту получения рекламы, рассматриваемой в настоящем деле. Факт направления претензии в адрес ответчика подтверждается представленным истцом соответствующим отчетом сервиса «Электронные заказные письма» Почты России. Кроме того, указанное обстоятельство ответчиком не оспорено. С учетом содержания пункта 10 вышеуказанного договора, суд считает установленными факт приложения Цессионарием юридического труда по подготовке вышеозначенной досудебной претензии.

Также судом установлено, что между истцом ФИО1 и ее представителем ФИО1 был заключен договор уступки прав требования судебных расходов по иску о компенсации морального вреда.

Договор уступки права требования (заключен 15 октября 2024 года) в соответствии с которым ФИО1 (Цедент) и ФИО1 (Цессионарий) условились о том, что (1)Цедент уступает Цессионарию право требования с кого следует судебных расходов по передаваемому на рассмотрение Кировского районного суда города Уфы иску ФИО1 о компенсации морального вреда по факту направления 17.11.2021 г. ЧОУ ДПО «Образовательные технологии «Скилбокс» (коробка навыков)» ФИО1 рекламы (далее – Право требования). Примечание 1: передается Право требования, отвечающее объему труда по подготовке иска, истребованию судебных расходов и безлимитному количеству заседаний в суде первой инстанции при рассмотрении соответствующего дела «по первому кругу», если иное не установлено настоящим договором. Примечание 2: если судебные расходы будут присуждены в размере, равном установленной настоящим договором цене Права требования, то Право требования в его измерении относительно количества судебных заседаний не считается перешедшим от Цедента к Цессионарию в части, превышающей относимую более чем на два судебные заседания. (2) Право требования уступается в качестве ценности, передаваемой Цедентом Цессионарию за оказание последним (здесь и далее – в том числе опосредованно через лицо, действующее в силу передоверия Цессионарием уполномочия его Цедентом) первому юридической помощи по предмету приложения труда, образующего материальную ценность Права требования. (3) Экономическое содержание Права требования образует объективная стоимость необходимо вложенного в состязательный процесс труда. (4) Понесенностью ассоциируемых со стороной затрат является обеспеченное Цедентом через привлечение Цессионария вложение имеющего объективную стоимость необходимого для состязательного процесса труда, противопоставимого процессуальному оппоненту стороны. (5) Взаимные предоставления по настоящему договору и по факту оказания Цессионарием Цеденту юридической помощи по предмету приложения труда, образующего материальную ценность Права требования, признаются равными. (6) Право требования переходит от Цедента к Цессионарию в момент заключения настоящего договора как будущее право, реализуемое по его вызревании применительно к процессуальным основаниям истребования судебных расходов сообразных содержанию пункта 1 настоящего договора. (6) Риски невызревания права по основанию неактивности Цедента в заявлении и поддержании требования о признании права его стороны на возмещение судебных расходов относятся на Цедента, а риски по основанию невыигрыша соответствующего процесса – на Цессионария. (7) Право требования переходит от Цедента к Цессионарию без передачи каких-либо документальных свидетельств его наличия, поскольку свидетельством его является сама по себе судебная объективация приложения соответствующего труда. (8) Поскольку Цедент уступает Цессионарию Право требования, образованное приложением труда второго по предмету, указанному в пункте 1 настоящего договора, постольку Право требования оценивается в сумме равной оценке соответствующего труда (подготовка заявления, судебное представительство, взыскание судебных расходов), а именно в размере 25 000 рублей. (9) Подписание настоящего договора свидетельствует факт приложения Цессионарием труда по подготовке соответствующего обращения в суд. (10) Факт приложения труда Цессионария по судебному представительству свидетельствуется протоколами соответствующих судебных заседаний.

Основания и порядок перехода прав кредитора к другому лицу установлены статьей 382 ГК РФ, согласно которой право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В силу статьи 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основания закона и наступления указанных в нем обстоятельств: - в результате универсального правопреемства в правах кредитора; - по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, когда возможность такого перевода предусмотрена законом; - вследствие исполнения обязательства должника его поручителем или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству; - при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая; - в других случаях, предусмотренных законом.

В силу ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования. По смыслу приведенных норм, уступлено может быть только реально существующее и документально подтвержденное право.

Несуществующие требования не могут быть предметом цессии. Частью 2 статьи 389.1 ГК РФ предусмотрено, что требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное. Следовательно, замена выбывшей стороны ее правопреемником в гражданском судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении, что должно быть подтверждено в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами.

В настоящем деле переход прав требований взыскиваемых по данному делу в пользу истца судебных расходов в сумме 5 000 руб. (досудебное требование) и 25 000 руб. (расходы на судебного представителя) по факту направления несогласованной рекламы подтверждается договорами уступки права требования (цессии) от 10.10.2024 г. и от 15.10.2024 г. соответственно.

Руководствуясь ст. 100 ГПК РФ, суд с учетом конкретных обстоятельств дела, длительности рассмотрения дела, его категории, полагает разумным и справедливым размер расходов по оплате услуг представителя в размере 1 000 рублей за подготовку претензии, и 7 000 рублей судебных расходов за подготовленный предъявленный иск, сумму чего взыскивает с ответчика в пользу истца.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины, то в силу требований ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина с ответчика в размере 8 000 руб. за удовлетворенные требования неимущественного характера.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 (ИНН №) к ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скилбокс (коробка навыков)» (ИНН <***>) о взыскании компенсации морального вреда, штрафа, удовлетворить частично.

Взыскать с ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скилбокс (коробка навыков)» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей и привести решение суда в данной части в исполнение в размере 2 900 руб., в связи с уплатой ответчиком части суммы компенсации морального вреда в период судебного разбирательства.

Взыскать с ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скилбокс (коробка навыков)» в пользу ФИО1 штраф за неудовлетворение требования потребителя в добровольном порядке в размере 1500 рублей.

Произвести процессуальную замену ФИО1 на ФИО1 (ОГРНИП <***>) по требованию о присуждении расходов, взыскиваемых с ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скилбокс (коробка навыков)» по настоящему решению Кировского районного суда города Уфы.

Взыскать в пользу ФИО1 с ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скилбокс (коробка навыков)» расходы по подготовке досудебных претензий в размере 1 000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя истца в размере 7 000 рублей.

Взыскать с ЧОУ ДПО «Образовательные технологии Скилбокс (коробка навыков)» в доход местного бюджета городского округа гор.Уфы государственную пошлину в размере 8 000 руб.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Председательствующий: Казбулатов И.У.

Мотивированное решение суда изготовлено в окончательной форме 19 февраля 2025 г.