Приговор № 1-69/2017 от 30 октября 2017 г. по делу № 1-69/2017

Дело № 1-69/2017г.


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Нерехта Костромская область 31 октября 2017 года

Нерехтский районный суд Костромской области в составе:

председательствующего судьи Вятской М.В.,

с участием государственных обвинителей Катиловой Н.А. – старшего помощника Нерехтского межрайонного прокурора, ФИО1 – заместителя Нерехтского межрайонного прокурора, ФИО2 – и.о. Нерехтского межрайонного прокурора,

подсудимой ФИО3,

защитника Зубановой Е.В., представившей удостоверение № и ордер №,

подсудимого ФИО4,

защитника Коршуновой Л.А., представившей удостоверение № и ордер №,

при секретаре Моисеевой О.А.,

а также потерпевшей Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО3, (данные изъяты) не судимой,

содержащейся под стражей с 04 февраля 2016 года,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации,

ФИО4, (данные изъяты) не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации,

у с т а н о в и л :

Подсудимые ФИО3 и ФИО4 совершили умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, группой лиц, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, ФИО4 и И. находились в доме по адресу: (,,,), все были в состоянии алкогольного опьянения. В период времени с ДД.ММ.ГГГГ (более точное время в ходе следствия установить не представилось возможным), на почве личных неприязненных отношений, ФИО3 с целью причинения вреда здоровью И., не исключая причинение вреда здоровью любой степени тяжести, в том числе и тяжкого, но безразлично относясь к возможным последствиям, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, умышленно нанесла последней многочисленное количество ударов ногами, обутыми в ботинки, и руками, в область головы и тела. После того как И. избила ФИО3, через короткий промежуток времени ФИО4 также нанёс И. многочисленное количество ударов ногами, обутыми в ботинки, и руками в область головы и тела. Своими совместными действиями ФИО3 и ФИО4 причинили И. следующие телесные повреждения: (данные изъяты), причинившие тяжкий вред здоровью И., так как являются опасными для жизни; а также (данные изъяты), не причинившие вред здоровью И.. От полученных телесных повреждений И. скончалась на месте совершения преступления ДД.ММ.ГГГГ. Смерть И. наступила от закрытой черепно-мозговой травмы (субдуральная гематома объемом до 150 см3, субарахноидальное кровоизлияние), осложнившейся отёком, сдавлением и дислокацией головного мозга.

Вину в совершении преступления подсудимая ФИО3 признала частично, пояснив, что от её ударов смерть И. наступить не могла. Также суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ по приглашению ФИО4 пришла вместе с сожителем Яшиным домой к Г. на (,,,). В доме Г., кроме него, уже находились ФИО4, его сожительница В., И., Д., Б., все распивали спиртное в помещении кухни. Все находившиеся были обуты, в том числе, на ней были мягкие сапоги, ФИО4 также был обут в сапоги. У Д. пропал телефон, все стали его искать. И. стала обвинять её, то есть ФИО3, в краже телефона, на почве чего между ними возникла ссора. Они поругались, потолкались, И. дёргала её за халат, за карман, она руки И. отталкивала от себя, и таким образом они переместились из кухни в комнату. В комнате на диване сидела В., а Г. на диване спал. В комнате И. ударила её ногой по ноге, и она ударила её в ответ. И. села на диван, она стащила её на пол, ударила её правой ногой в область лба два раза, удары были не сильными. И. схватила её, они вместе упали на пол, наносили друг другу удары руками, потасовка между ними продолжалась недолго, возможно, минуты две. Б. сказала им, чтобы они прекращали, и они встали, она ушла на кухню. Никаких телесных повреждений ни у неё, ни у И. после потасовки не было. До этого И. показывала ей синяк на груди, сказала, что её избил сожитель ФИО5. Через некоторое время из комнаты на кухню вышла и И.. Затем она услышала крик В. из дальней комнаты, её там бил ФИО4. Она стала их разнимать, оттаскивала друг от друга, и В. ударила её по голове пассатижами, пробила ей голову. Она вышла на кухню, пыталась остановить кровотечение из головы. На кухню вышел и ФИО4, сразу налетел на И., ударил её несколько раз руками по голове, не менее четырёх раз, бил сильно, с размаху. Затем ФИО4 схватил И. за волосы и потащил в комнату, расположенную сразу за кухней, она не видела, что там происходило, но слышала грохот. Потом ФИО4 вышел и сказал: «я эту закрыл в подполье». Все поняли, что он говорит о И., стали возмущаться, требовали, чтобы И. достали оттуда. Все пошли в комнату, она зашла туда последней, люк подполья был открыт, И. лежала в подполье, ничего не говорила, глаза у неё были закрыты. Она и Б. стали одеваться, в это время И. доставали из подполья, кто именно, она не видела. После этого она и Б. ушли от Г., ночевали у знакомой.

Также пояснила, что первоначально при допросах говорила о том, что сначала И. бил ФИО4, а потом уже и с ней у них была потасовка. Но позже в памяти всё восстановила, и сейчас рассказывает так, как всё происходило: сначала была потасовка между ней и И., а затем ФИО4 наносил И. удары. В явке с повинной она также не указала про ФИО4, так как не знала о смерти И., и полагала, что И. написала заявление лишь на неё, а с ФИО4 они разберутся сами.

При проверке показаний на месте ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, в присутствии защитника и понятых, указала место совершения преступления в отношении И., свободно и подробно указав обстоятельства совершенного преступления. Находясь в (,,,), ФИО3 указала на помещение кухни дома, где ДД.ММ.ГГГГ вместе с другими лицами употребляла спиртное, и где ФИО4 нанес побои И.. При этом ФИО3 показала на манекене, как ФИО4 нанес И. несколько ударов, не менее четырёх, ладонями по ушам. После этого, ФИО3 указала, как ФИО4 поволок И. за волосы в первую комнату. В комнате ФИО3 указала на люк в подвал, где она видела лежавшую на спине И., пояснив, что когда ФИО4 стал доставать И. из подвала, телесных повреждений на ней она не видела. ФИО3 показала, что И. и В. сидели на диване в комнате, а остальные вернулись на кухню. Затем, ФИО3 показала, что между ней и И. произошел словесный конфликт, в ходе которого И. пнула её ногой по ноге, а она, в ответ, взяв за волосы, уронила И. на пол, пнула её два раза по ребрам слева и один раз, вскользь, по голове в область лба. При этом, как указала ФИО3, И. лежала на полу, посередине комнаты, на правом боку, при этом, голова была обращена к выходу в кухню. После этого, она ушла в кухню, где выпила спиртного, а затем они с Б. ушли домой. Когда они уходили, И. и В. сидели на диване и разговаривали (том 1 л.д. 83-95).

Подсудимый ФИО4 вину в совершении преступления не признал, показания в суде дать отказался, в связи с чем по правилам статьи 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации были оглашены показания, которые он дал при производстве предварительного расследования. Будучи допрошен в качестве подозреваемого и обвиняемого, ФИО4 вину в совершении преступления не признал, дав аналогичные показания. Он пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в доме у Г., он, В., И., Б., ФИО3, К., Д. употребляли спиртные напитки. Во время распития спиртного у него с В. произошел конфликт, он выгнал её в соседнюю комнату, где спал Г.. В какой-то промежуток времени Д. заявил, что у него пропал мобильный телефон, после чего на кухне все начали искать пропавший телефон. В результате телефон был найден под рукой И.. Она утверждала, что телефон не брала. Со И. начала выяснять отношения ФИО3. Он, то есть ФИО4, в это время начал выяснять отношения с Д. по поводу этого же телефона. Ему не понравились высказывания Д., и они с ним сцепились и начали бороться. В это время на происходящее вокруг него, он внимания не обращал. И. и ФИО3 в это время словесно конфликтовали. Потом каким-то образом, И. и ФИО3 оказались в соседней с кухней комнате, где находились В. и спал Г.. В это время из соседней комнаты начали доноситься крики нецензурной брани, визги, а также слышались удары, шлепки, шум потасовки. Он хотел пройти из кухни в комнату, но ему путь перегородила Б., пояснив, чтобы он в это не лез, девушки сами разберутся, и он остался на кухне. Шум в комнате длился около пяти минут, что там происходило, он не видел. После чего из комнаты выбежала ФИО3 и пояснила, что ей разбила голову В., при этом на голове у ФИО3 он видел кровь. Потом он зашел в соседнюю комнату и увидел, что на полу лежит И., она лежала с закрытыми глазами, на лице у неё была кровь, головой она была обращена к окну, ногами - к дивану. Он спросил, всё ли у неё хорошо, и не вызвать ли ей «скорую помощь», она ответила, что у неё все хорошо, и скорую ей вызывать не надо. После этого он успокоился и пошел спать, при этом крикнул ФИО3 и Б., чтобы они уходили из дома. Примерно через минуту ФИО3 и Б. из дома ушли. Он и В. спали отдельно в комнате, а И. и Г. находились в другой комнате: И. спала на полу, Г. спал на диване. После драки с ФИО3, И. больше не вставала с пола и спиртное не выпивала. В. ему рассказала, что ФИО3 избила И., лично он этого не видел. Входная дверь в дом была закрыта изнутри на металлический крючок. Всю ночь они спали, и никто ночью не вставал. Утром он разбудил В. и сказал, чтобы она будила И.. Они подошли к И., она находилась в том же положении, что и вечером, признаков жизни не подавала. После чего они вызвали полицию. И. ни с кем в тот вечер, кроме ФИО3, не конфликтовала и не дралась. Телесные повреждения, от которых И. умерла, ей могла причинить только ФИО3. В подвал он И. не сажал, конфликтов у него с ней не было.

Виновность подсудимых в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами:

- протоколом явки с повинной ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором она собственноручно указала, что ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов она с сожителем К. пришла в гости к Г. в (,,,). В доме находились: Г., ФИО4, В., И., Д. Б., и все вместе выпивали спиртное. Около 23 часов она поругалась со И., и в ходе ссоры ударила И. по лицу руками, и она упала со стула на пол. После чего она пинала И. по телу и по голове ногами, нанеся около шести ударов по ребрам и два удара по голове. И. при этом лежала на полу и не сопротивлялась. После нанесения ударов И., она ушла домой;

- показаниями потерпевшей Н. о том, что с дочерью И. у неё были хорошие отношения, однако дочь злоупотребляла спиртными напитками, была лишена родительских прав. Последний раз она видела дочь ДД.ММ.ГГГГ. Дочь ей позвонила, находилась она у Г. в (,,,). Когда она пришла по этому адресу, в доме находились Г., ФИО4, В. и И.. Телесных повреждений на лице дочери не было, синяков она не показывала, на боли не жаловалась. Все были трезвые, ссор и скандалов при ней не было. Около 11 часов ДД.ММ.ГГГГ ей по телефону сотрудники полиции сообщили о смерти дочери И.. Затем В. ей сказала, что И. избила до смерти ФИО3. Из предыдущих судебных заседаний ей стало известно о том, что ФИО4 также наносил И. побои, добивал её;

- показаниями свидетеля Б., которая суду показала, что она находилась в доме Г., там же находились Г., И., ФИО4, В., Д., все пили спиртное на кухне. У И. она телесных повреждений не видела, и И. на здоровье не жаловалась. Во время распития спиртного у Д. пропал телефон, стали его искать, телефон оказался под рукой И., и та стала обвинять ФИО3 в том, что она взяла телефон. Между девушками произошла ссора, началась потасовка, они наносили взаимно удары. Во время этого они переместились в комнату, где И. упала на диван, и ФИО3 наносила ей удары руками и ногами. Затем И. вышла на кухню, между нею и ФИО4 произошла ссора, ФИО4 ударил И. рукой в область лба, в это время она сидела на стуле. Потом ФИО4, схватив И. за волосы, потащил её в комнату, открыл дверь люка и стал запихивать её ногами в подполье, ударял её с силой в область спины, шеи. Через короткий промежуток времени ФИО4 и Г. достали И. из подполья, положили тут же на пол. Крови на лице И. она не видела, решила, что та просто спит, и вместе с ФИО3 ушла из дома Г..

В связи с существенными противоречиями в показаниях свидетеля, данных на предварительном следствии и в судебном заседании, по правилам статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, были оглашены показания Б., данные ею ранее.

При допросе ДД.ММ.ГГГГ Б. показала, что драка произошла между И. и ФИО3, они наносили друг другу многочисленные удары ногами и руками по различным частям тела. При этом ФИО3 била руками и ногами И. по телу и по голове в область лица, ФИО3 била И. гораздо сильней. Когда она и ФИО3 уходили, то И. лежала на полу, не вставала, ни на что не жаловалась, при этом она была жива, она дышала, лежала просто с закрытыми глазами. И она, то есть Б., подумала, что И. просто пьяная засыпает. И. ни с кем в тот вечер, кроме ФИО3, не конфликтовала и не дралась (том 1, л.д.52-55).

Будучи допрошенной ДД.ММ.ГГГГ, свидетель Б. показала, что после драки ФИО3 и И., они прошли из комнаты в кухню. После чего ФИО4 сразу начал наносить удары руками по лицу и голове И., удары наносил кулаками, бил с размаху, обеими руками, ударил несколько раз, нанёс не менее двух ударов. Потом ФИО4 сразу же взял И. за волосы обеими руками и волоком потащил в соседнюю комнату. Потом она видела, как ФИО4, находясь в соседней от кухни комнате, отбросил палас, открыл подвал, и начал запинывать ногами в подвал И., и закрыл подвал крышкой. ФИО4 запинывал И., так как она в подвал не помещалась, никакого сопротивления ФИО4 она не оказывала. ФИО6, ФИО4 наносил ей многочисленные удары ногами по различным частям тела, в том числе и ногами по голове. Сколько конкретно ударов ФИО4 нанёс И., и куда именно, она пояснить не может, но точно не менее четырёх ударов, по различным частям тела, в основном по голове. Удары он наносил сильные, один за другим, по времени около 30 секунд (том 1 л.д.185-188).

При проведении очных ставок свидетель Б. в присутствии ФИО4, ФИО3, В. подтвердила свои показания о том, что между ФИО3 и И. произошла драка в комнате дома, при этом ФИО3 била руками и ногами И. по телу и по голове в область лица. После чего ФИО4 наносил удары руками по лицу и голове И., бил кулаками с размаху, нанёс не менее двух ударов. Затем ФИО4 взял И. за волосы, потащил в комнату, и там, запинывая её ногами в подвал, наносил многочисленные удары ногами по различным частям тела, в том числе, и ногами по голове (том 1 л.д. 195-198, л.д.199-203, 240-244).

В предыдущих судебных заседаниях свидетель Б. также показывала о том, что первоначально конфликт произошел между ФИО3 и И., при этом ФИО3 наносила И. удары руками и ногами по телу и голове. Затем ФИО4 нанёс удар рукой по голове в область лба И., а потом за волосы потащил её в комнату, где ногами утаптывал её в подполье, удары приходились по спине, по плечам, по шее погибшей (том 3 л.д. 29-37).

В суде Б. пояснила, что первоначальные её показания от ДД.ММ.ГГГГ неправдивы, она не рассказала о том, что ФИО4 наносил удары И., так как об этом её просил ФИО4. Затем она решила дать правдивые показания, так как посчитала несправедливым, если будет привлечена к ответственности только ФИО3.

Оценив показания свидетеля Б., суд находит правдивыми её показания, данные после ДД.ММ.ГГГГ, так как они согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу, оснований для оговора ФИО4 у неё нет. Причину изменения показаний, дачу ею неправдивых первоначальных показаний, свидетель суда объяснила, и эти объяснения суд находит правдивыми;

- показаниями свидетеля В., показавшей суду, что на кухне в доме Г. в компании с ФИО4, И., Д., ФИО3, Б., она распивала спиртное. Во время распития спиртного телесных повреждений на лице, голове И. не было, но она за день до этого жаловалась на головные боли, и в области груди у неё был кровоподтёк. Во время распития спиртного у неё, то есть В., с ФИО4 произошел конфликт, и она ушла в комнату. Затем в эту же комнату пришел Г., лёг спать на диван. Потом она услышала крики, доносившиеся из кухни, увидела, как в комнату, толкаясь, перебрались ФИО3 и И.. Они дрались, в ходе драки И. оказалась на полу, а ФИО3 наносила ей удары ногами, обутыми в сапожки. Удары наносила по всем частям тела И.: по голове, по телу, ударов было много. Она вступилась за И., но ФИО3 ей пригрозила, поэтому она ударила ФИО3 пассатижами по голове. Потом все разошлись, она и ФИО4 легли спать, И. осталась лежать на полу, была жива. В её присутствии ФИО4 ударов И. не наносил.

В связи с существенными противоречиями в показаниях свидетеля, в суде были оглашены показания, данные В. при производстве предварительного следствия и в предыдущем судебном заседании.

Так, при допросе ДД.ММ.ГГГГ свидетель В. показала, что в ходе ссоры ФИО3, стоя над лежащей на полу И., наносила ей многочисленные удары по телу и голове руками и ногами, обутыми в ботинки. Больше И. никто не бил, ФИО4 её в подвал не сажал (том 1 л.д.56-59).

При проведении ДД.ММ.ГГГГ очной ставки с ФИО3, свидетель В. также показала, что ФИО3 наносила И. многочисленные удары руками и ногами, обутыми в ботинки, по голове и телу. ФИО4 ударов И. не наносил (том 1 л.д. 168-112).

Аналогичные показания В. дала и ДД.ММ.ГГГГ при проведении очной ставки с Б., пояснив, что И. удары наносила только ФИО3, больше никто её не бил (том1 л.д.240-244).

При проверке показаний на месте ДД.ММ.ГГГГ, В., находясь в (,,,), указала, что ДД.ММ.ГГГГ после конфликта с ФИО4, она слышала, что в кухне произошел конфликт, после которого в комнату, толкая друг друга, ввалились ФИО3 и И., громко кричали и оскорбляли друг друга. Затем, ФИО3 толкнула И., и та упала на пол, на правый бок. После этого, ФИО3 с жестокостью, не останавливаясь, нанесла не менее десяти ударов ногами, обутыми в ботинки, а также многочисленные удары руками, по телу и голове И.. Локализацию ударов, нанесенных ФИО3, В. показала с использованием манекена. В. показала, что она попыталась оттащить ФИО3, но та схватила её за волосы, уронила на пол и также стала наносить удары по телу, высказывая угрозы. Вырвавшись от ФИО3, она взяла в кухне пассатижи и ударила ими ФИО3 несколько раз по голове. После этого, ФИО3 и Б. сразу же ушли из дома, а И. осталась лежать на полу, на спине, с закрытыми глазами и больше не вставала. После того, как И. отказалась от вызова скорой помощи, В. и ФИО4 ушли спать. Утром они обнаружили И. в том же положении и на том же месте, но без признаков жизни (том 1 л.д. 96-167).

Однако в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетель В. показала, что ФИО3 наносила удары И., ударяя по всему телу руками и ногами. Также она видела, как ФИО4 запихивал И. руками в подполье (том 3 л.д 16-23).

Оценив показания свидетеля В. в совокупности с другими доказательствами, суд критически относится к её показаниям о непричастности ФИО4 к преступлению, так как вызваны они желанием свидетеля помочь близкому ей человеку. В суде достоверно установлено, что В. и ФИО4 проживали совместно, между ними установились практически родственные отношения, хотя, как они пояснили, в настоящее время не проживают.

Достоверными суд признаёт показания В., данные в предыдущем судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ о том, что удары И. наносили сначала ФИО3, а затем ФИО4, так как они согласуются с другими доказательствами, в том числе с показаниями свидетеля А. о том, что В. обращалась к нему, как сотруднику полиции, выразив желание изменить показания, дать правдивые показания о роли ФИО4 в совершении преступления. К пояснениям В. о том, что она давала показания ДД.ММ.ГГГГ в суде, находясь в состоянии алкогольного опьянения, суд относится критически.

Виновность подсудимых подтверждается также показаниями:

- свидетеля Г., из которых следует, что в его доме в течение нескольких дней распивали спиртное ФИО4, В., И., ФИО3, Д., Б.. В то время в его доме проживали ФИО4 и В.. Во время распития спиртного на лице И. телесных повреждений не было, но у неё что-то болело. Свидетелем нанесения телесных повреждений И. он не был, так как спал в комнате. Когда проснулся, увидел лежавшую на полу в комнате И., изо рта у неё шла кровь, пульса не было, он понял, что она мертва. Находившиеся в доме ФИО4 и В. рассказали, что произошла ссора из-за телефона между ФИО3 и И., они сцепились, ФИО3 наносила удары И.. При этом ФИО4 не говорил, что он наносил телесные повреждения И.;

- свидетеля Д. о том, что он находился в доме Г., употреблял спиртное. В доме, кроме Г., находились И., ФИО4, В. и еще кто-то. Телесных повреждений на лице И. не было, она ни на что не жаловалась. Во время распития спиртного между ним и ФИО4 произошел конфликт, они подрались, и он ушел. Других ссор в его присутствии не было, телесных повреждений И. в его присутствии никто не наносил. О смерти И. он узнал от сотрудников полиции;

- свидетеля Е., показавшего суду, что в ДД.ММ.ГГГГ он, как оперуполномоченный уголовного розыска, в составе следственно-оперативной группы выехал на место происшествия: (,,,), по сообщению об обнаружении трупа. В указанном доме в комнате был обнаружен труп И., в доме также находились ФИО4, Г. и В.. При беседе ФИО4 и Г. сообщили, что накануне по данному адресу был конфликт, в ходе которого ФИО3 нанесла И. телесные повреждения. Самой ФИО3 в доме не было, она была обнаружена в этот же день на (,,,). ФИО3 была доставлена в отдел полиции, где добровольно написала явку с повинной. При этом на неё никакого давления не оказывалось, она была в трезвом виде, лично излагала все обстоятельства преступления;

- свидетеля Ж., которая суду показала, что была в гостях у ФИО3 и К., вместе выпивали спиртное. Около 20 часов она ушла домой, а ФИО3 и К. пошли на (,,,) к Г.. Около трёх часов ночи ФИО3 звонила ей, но она не ответила. Утром, около 8 часов, она перезвонила ФИО3, но та сначала не ответила, а через несколько минут перезвонила сама. Затем ФИО3 пришла к ней вместе с Б., обе были в трезвом виде. На голове ФИО3 были телесные повреждения, она пояснила, что подралась на почве ревности из-за ФИО4 с В., та ударила её плоскогубцами по голове. Также ФИО3 рассказала, что между ней и И. был конфликт из-за чужого телефона, они друг друга потаскали за волосы. ФИО3 и Б. также рассказали, что ФИО4 и Г. запихивали И. в подвал, потом доставали её оттуда. Когда они уходили от Г., то И. была жива. Потом в этот же день ей, то есть Ж., позвонила Б. и сказала, что ФИО3 забрали в полицию из-за драки со И., затем позвонила после обеда и сообщила о смерти И..

В связи с противоречиями в показаниях свидетеля в суде были оглашены показания, которые Ж. дала при производстве предварительного расследования, где она пояснила о том, что ФИО3 сказала, что И. избивал и помещал в подвал ФИО4, но подробности избиения она не спрашивала, и ФИО3 сама не поясняла (том 1 л.д.192-194).

После оглашения показаний свидетель Ж. подтвердила их, пояснив, что они правдивы, поэтому суд признаёт оглашенные показания свидетеля достоверными, допустимым доказательством, так как они согласуются с показаниями других свидетелей;

- показаниями свидетеля А., из которых видно, что в один из дней, около 09 часов, в ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил дальний родственник Г. и попросил приехать к нему домой, более подробно обстоятельства не пояснил. Около 10 часов он приехал по месту жительства Г. в дом по (,,,), где обнаружил труп И., которая лежала на полу в комнате, расположенной сразу после кухни. На голове, на лице И. были травмы, кровь. Палас на полу был смят. В доме находились: Г., ФИО4 и В., они были адекватные, в обстановке ориентировались. Они все пояснили, что И. избила ФИО3, говорили о том, что был какой-то конфликт, что И. запихивали в подвал. Он сообщил о происшествии в дежурную часть отдела полиции, дождался приезда следственно-оперативной группы, и ушел домой, так как закончил дежурство. До приезда следственно-оперативной группы обстановка в доме не менялась. По делу по факту смерти И. он никакие мероприятия не проводил. По роду своей деятельности ему известно, что между В. и ФИО4 были близкие отношения, они совместно проживали, периодически приходили в дом Г., там часто собирались лица, ведущие антиобщественный образ жизни. Через несколько месяцев после происшедшего, ему позвонила В. и просила организовать ей встречу со следователем, который вёл дело по факту смерти И., пояснив при этом, что она желает изменить показания, так как дала ложные показания, с ФИО4 они вместе не проживают, и она решила рассказать правду. Она рассказала, что ФИО4 также наносил удары И.. В тот момент дело уже было передано для рассмотрения в суд. Об этом разговоре он рассказал следователю, и дал показания в ходе первого судебного заседания.

Виновность подсудимых подтверждается также следующими доказательствами:

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого в (,,,), на полу комнаты, на паласе, обнаружен труп И., лежащий на животе, туловище несколько развернуто вправо. Из отверстий носа и рта трупа выделяется сукровица. В области века правого глаза имеется синюшный кровоподтек. На паласе обнаружены пятна бурого цвета, похожие на кровь. Под паласом, в деревянном полу, имеется отверстие для входа в подвальное помещение. На фототаблице к протоколу осмотра места происшествия видно, что труп И. расположен частично на паласе, палас под И. смят, это подтверждает показания свидетеля Б. о том, что ФИО4 приподнял половик, открыл люк подполья и запихнул в него И., половик положил на место; и показания свидетелей В., Ж. о помещении И. в подполье, признанные судом правдивыми. И опровергает показания свидетелей В., Г. в настоящем судебном заседании о том, что палас не поднимали, он был прибит гвоздями к полу;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у ФИО3 имеется (данные изъяты), не причинившие вреда здоровью;

- заключением повторной судебной медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на трупе И. имелись следующие телесные повреждения: (данные изъяты) Непосредственной причиной смерти И. явилась черепно-мозговая травма в виде кровоизлияний под мягкие и твёрдую мозговые оболочки, сопровождавшиеся отёком головного мозга, что в совокупности привело к сдавлению вещества головного мозга, что и явилось непосредственной причиной смерти. На голову имело место не менее четырёх травматических воздействий. Субарахноидальное и субдуральное кровоизлияния образовались от совокупности травматических воздействий в область головы. Принимая во внимание множественный характер контактных повреждений на голове, диффузный характер повреждений: субарахноидального (под мягкие мозговые оболочки), субдурального (под твёрдую мозговую оболочку) кровоизлияний, однотипность выраженности макроморфологических признаков в повреждениях, следует полагать, что в данном конкретном случае имел место кумулятивный эффект, когда каждое последующее воздействие в область головы усугубляло предыдущее с развитием черепно-мозговой травмы, приведшей к смерти. Смерть И. наступила, возможно, ДД.ММ.ГГГГ.

На трупе И. также были обнаружены кровоподтёки на грудной клетке, верхних и нижних конечностях, в области таза, которые, как по отдельности, так и в совокупности, не являются опасными для жизни, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья и вреда здоровью не причиняют.

Все телесные повреждения образовались от действия тупого твёрдого предмета, не менее чем за один час, но не более шести часов от момента их образования до смерти, возможно, в короткий промежуток времени. Вероятнее всего в момент их получения И. находилась в положении лёжа. Маловероятно, что после получения черепно-мозговой травмы, И. совершала какие-либо активные целенаправленные действия. В крови от трупа И. обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,53 %, указанная концентрация этилового спирта в крови при жизни могла соответствовать алкогольному опьянению тяжелой степени, данная концентрация этилового алкоголя в крови в причинно-следственной связи со смертью не состоит.

Данное заключение эксперта не противоречит первоначальному заключению экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на трупе И. были обнаружены следующие телесные повреждения: (данные изъяты). Эти повреждения могли быть причинены действием тупого твёрдого предмета или при ударах о таковые, возможно, более чем за 5-6 часов до наступления смерти. Возможно причинение имевшихся на трупе И. телесных повреждений ударами рук и ног, ДД.ММ.ГГГГ. Удары И. наносились с достаточной силой практически одномоментно или в короткий промежуток времени, получение данных телесных повреждений при падениях с высоты собственного роста, не представляется возможным. Смерть И. наступила от закрытой черепно-мозговой травмы (субдуральная гематома объемом до 150 см3, субарахноидальное кровоизлияние), осложнившейся отёком, сдавлением и дислокацией головного мозга, возможно ДД.ММ.ГГГГ. Все повреждения на голове оцениваются только в совокупности, так как могли взаимно отягощать друг друга, а черепно-мозговая травма могла быть следствием кумулятивного эффекта.

Выводы первоначальной и повторной судебных медицинских экспертиз полностью согласуются и с заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы

№ от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому удары в лобную область справа, в правую височную область, левую височную и затылочную области И., сопровождались кумулятивным эффектом, когда каждый последующий удар усиливал действие предыдущего, кроме того, объём каждого предыдущего повреждения увеличивался под действием последующего воздействия, что в совокупности и привело к смертельной травме головного мозга и его оболочек. Телесные повреждения И. были причинены в короткий промежуток времени от нескольких секунд до нескольких минут – десятков минут. Разграничить, от действия кого именно: ФИО4 или ФИО3 возникла черепно-мозговая травма, приведшая к дальнейшей смерти И., невозможно.

Оценив заключения экспертов в их совокупности и в совокупности с другими доказательствами по делу, суд находит, что выводы экспертов не противоречат друг другу, согласуются между собой, и с другими исследованными судом доказательствами. Заключениями экспертов достоверно установлено, что смерть И. наступила от закрытой черепно-мозговой травмы, которая была причинена совокупностью ударов, нанесённых обоими подсудимыми в область головы погибшей; удары сопровождались кумулятивным эффектом, когда каждый последующий удар усиливал действие предыдущего. Поэтому суд признаёт несостоятельными доводы защиты о противоречивости выводов экспертиз.

Таким образом, указанные выше доказательства в своей совокупности объективно и неопровержимо подтверждают вину подсудимых в совершении преступления.

Непризнание подсудимыми ФИО3 и ФИО4 своей вины в причинении смерти И., суд расценивает как избранный ими способ защиты от обвинения, вызванный желанием умалить свою вину, уйти от ответственности за совершение особо тяжкого преступления. При этом ФИО3, пытаясь преуменьшить свою вину, изобличает ФИО4 в совершении преступления. Показания ФИО3 о причастности ФИО4 к преступлению, данные ею в судебном заседании, суд признаёт правдивыми, поскольку они согласуются с другими исследованными судом доказательствами, с показаниями свидетелей Б., В., Ж., признанными судом достоверными.

Протокол явки с повинной ФИО3 суд признаёт допустимым доказательством, так как изложенные в нём собственноручно подсудимой сведения о совершении ею преступления подтверждаются исследованными судом доказательствами; изложенные в явке с повинной сведения ФИО3 не отрицает. Кроме того, в суде она подробно пояснила причину, по которой не указала о нанесении телесных повреждений И. подсудимым ФИО4

Действия ФИО3 и ФИО4, каждого из них, суд квалифицирует по части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, совершенное группой лиц.

Подсудимые ФИО3 и ФИО4 умышленно, на почве внезапно возникшей неприязни, причинили тяжкий вред здоровью И.. Нанося множественные удары руками и обутыми в сапоги ногами, в жизненно-важную часть тела человека, каковой является голова, подсудимые осознавали общественную опасность своих действий, предвидели возможность наступления общественно опасных последствий: причинение тяжкого вреда здоровью человека, не желали, но относились к ним безразлично. Наступление смерти И. подсудимые не предвидели, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должны были и могли предвидеть эти последствия. В результате нанесенных подсудимыми ударов, здоровью И. причинен тяжкий вред, так как причиненные ей телесные повреждения являются опасными для жизни. Смерть И. наступила от закрытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся отёком, сдавлением и дислокацией головного мозга. Причиненные ФИО3 и ФИО4 потерпевшей И. телесные повреждения, состоят в прямой причинной связи с её смертью.

Суд признаёт несостоятельными утверждения защиты о том, что телесные повреждения И. могли быть причинены Л.. Представленными суду доказательствами достоверно установлено, что И. в течение нескольких дней распивала спиртное в доме Г., Л. в этом доме не было. При этом телесных повреждений в области лица, головы у И. не имелось. Кроме того, из заключения судебных медицинских экспертиз следует, что телесные повреждения, от которых наступила смерть И., были причинены ей за несколько часов до смерти, практически одномоментно, в короткий промежуток времени.

Несостоятельны и доводы защиты о том, что телесные повреждения, от которых наступила смерть И., были нанесены ей только ФИО3 и только в тот момент, когда И. находилась в положении лёжа. О нахождении потерпевшей в положении лёжа в момент нанесения ей ударов, экспертами сделаны предположения, а не конкретные выводы. В то же время, и из показаний свидетелей, и из заключений экспертов следует, что телесные повреждения в области головы И., причинившие черепно-мозговую травму, которая и явилась непосредственной причиной смерти, были причинены совокупностью ударов в область головы, удары могли быть причинены руками и ногами.

Суд находит несостоятельными утверждения защиты о том, что процессуальных оснований осуществлять уголовное преследование ФИО4 ни на стадии предварительного расследования, ни в ходе судебного разбирательства не имелось. Уголовное дело по факту смерти И. было возбуждено в отношении конкретного лица - ФИО3, поскольку на тот момент данных о причастности иных лиц к смерти погибшей, не имелось. Однако в ходе предварительного расследования было установлено и иное лицо, то есть ФИО4, причастное к причинению И. телесных повреждений, повлекших её смерть. При этом возбуждение нового уголовного дела в отношении ФИО4 не требовалось, поскольку его обвинение связано с фактическими обстоятельствами, расследованными по ранее возбужденному уголовному делу, и ФИО4 не был лишен возможности защищаться от предъявленного обвинения

Телефонные переговоры между свидетелями Б. и Ж. с ДД.ММ.ГГГГ, вопреки утверждениям защитника, не свидетельствуют о недостоверности показаний указанных свидетелей, об их сговоре на дачу недостоверных показаний в отношении ФИО4. Как указано в приговоре выше, судом признаны правдивыми показания свидетелей Б. и Ж. о нанесении подсудимым ФИО4 телесных повреждений И.. Эти показания подтверждаются совокупностью представленных суду доказательств, оснований для оговора подсудимого у свидетелей нет. Кроме того, из представленной информации о соединениях абонентских номеров, которыми пользовались свидетели Б. и Ж., видно, что они общались между собой и в другие дни, кроме указанных защитником, как до ДД.ММ.ГГГГ, так и после ДД.ММ.ГГГГ.

Из доказательств, представленных стороной обвинения, суд исключает заключения психофизиологических исследований, проведенных в отношении ФИО4 и В., поскольку указанные заключения в соответствии с положениями части 2 статьи 74 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не допускаются в качестве доказательств по уголовному делу.

У суда не вызывает сомнений психическое состояние подсудимых ФИО3 и ФИО4. Они правильно ориентированы в месте и времени, собственной личности, активно осуществляют свою защиту.

По заключению амбулаторной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы ФИО3 в настоящее время каким-либо хроническим расстройством не страдает, как и не страдала им в момент совершения противоправных действий. (данные изъяты) По психическому состоянию ФИО3 во время совершения противоправных действий и в настоящее время могла и может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В момент совершения противоправных действий ФИО3 в каком-либо временном болезненном расстройстве психической деятельности не находилась, а была в состоянии простого алкогольного опьянения. По психическому состоянию ФИО3 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них правильные показания, участвовать в следственных действиях. У ФИО3 выявлены такие индивидуально-психологические особенности как (данные изъяты) Вспыльчивость, злость, замкнутость, крайняя осторожность как устойчивые личностные особенности у ФИО3 не выявлены. В состоянии аффекта или в ином эмоциональном состоянии, оказывающем существенное влияние на сознание и деятельность при совершении инкриминируемого ей деяния, ФИО3 не находилась. Ситуация была конфликтной, но не аффектогенной, не носила безвыходного, безысходного характера. Динамики эмоций, характерной для аффекта или иных эмоциональных состояний, оказывающих существенное влияние на сознание и деятельность, в состоянии ФИО3 не прослеживалось. Кроме того, при совершении инкриминируемого ей деяния ФИО3 находилась в состоянии алкогольного опьянения.

Согласно заключению амбулаторной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы ФИО4 в настоящее время каким-либо психическим расстройством не страдает, как и не страдал им в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния. Психически здоров. В каком-либо временном болезненном расстройстве психической деятельности в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, не находился, и мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время ФИО4 может осознавать фактический характер и значение своих действий и руководить ими. Он может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, может давать о них правильные показания, может участвовать в следственных, процессуальных действиях и в суде.

Не доверять заключениям экспертов у суда не имеется оснований, и с учетом изложенного, суд признает ФИО3 и ФИО4 вменяемыми.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личности виновных, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимых и на условия их жизни.

Отягчающим наказание подсудимых ФИО3 и ФИО4 обстоятельством суд, в соответствии с частью 1.1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, признаёт совершение ими преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Как установлено судом, ФИО3 и ФИО4 в момент совершения преступления находились в состоянии алкогольного опьянения. Признавая данное обстоятельство отягчающим наказание, суд учитывает обстоятельства совершенного преступления, и приходит к выводу, что состояние опьянения способствовало совершению подсудимыми преступления.

В соответствии с пунктом «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации явку с повинной, суд признает обстоятельством, смягчающим наказание подсудимой ФИО3.

Суд учитывает, что ФИО3 впервые привлекается к уголовной ответственности, однако по месту жительства она характеризуется отрицательно как лицо, склонное к злоупотреблению спиртными напитками.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого ФИО4, суд признаёт нахождение на его иждивении несовершеннолетнего ребёнка.

Суд учитывает, что ФИО4 впервые привлекается к уголовной ответственности, отрицательно характеризуется по месту жительства, как лицо, склонное к злоупотреблению спиртными напитками и совершению административных правонарушений.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд не находит оснований для применения статей 73, 64 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении наказания ФИО3 и ФИО4, и полагает возможным их исправление лишь в условиях изоляции от общества, поскольку менее строгое наказание не сможет обеспечить достижение целей наказания.

Суд, с учетом данных о личности подсудимых ФИО3 и ФИО4, полагает возможным не назначать им дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Принимая во внимание изложенное, степень общественной опасности совершенного ФИО3 и ФИО4 преступления, которое отнесено законодателем к категории особо тяжких, направленного против личности, суд находит, что в настоящее время совершенное подсудимыми преступление не потеряло своей значимости, с учетом конкретных обстоятельств дела, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Исковые требования потерпевшей Н. подлежат частичному удовлетворению.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшей.

Смерть родного человека является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. В результате преступных действий ФИО3 и ФИО4, потерпевшая Н. лишилась дочери. Она глубоко переживает случившееся, насильственной смертью дочери ей причинены нравственные страдания.

Кроме степени нравственных страданий потерпевшей, при определении размера компенсации морального вреда, суд также учитывает степень вины ФИО3 и ФИО4, совершивших умышленное преступление, а также их материальное положение: они трудоспособны, возможность получения ими заработка и иных доходов не утрачена.

С учетом требований разумности и справедливости, суд полагает возможным удовлетворить исковые требования Н. к ФИО3 и ФИО4 о возмещении морального вреда, определив размер компенсации морального вреда в (данные изъяты) рублей с каждого.

Вещественные доказательства в соответствии со статьёй 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации:

- палас - следует возвратить по принадлежности свидетелю Г.;

- халат и сапоги - следует возвратить по принадлежности осужденной ФИО3;

- одежду И.: кофту, рейтузы, сапоги - следует возвратить по принадлежности потерпевшей Н.;

- марлевый тампон со смывами с рук ФИО3, два марлевых тампона с образцами крови И. и ФИО3, ногти И. – следует уничтожить, как не представляющие ценности.

В соответствии с пунктом 5 части 2 статьи 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случаях участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам. Адвокаты М. и З. осуществляли по назначению суда защиту подсудимой ФИО3 в судебных заседаниях Костромского областного суда 09 января 2017 года и 16 мая 2017 года. Размер вознаграждения адвокатов составил (данные изъяты) рублей и (данные изъяты) рублей соответственно. Указанные расходы, являющиеся процессуальными издержками по делу, подлежат взысканию с подсудимой ФИО3, поскольку она трудоспособна, оснований для освобождения её от уплаты процессуальных издержек не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

Признать ФИО3 виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ей наказание в виде 6 (шести) лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО3 исчислять с ДД.ММ.ГГГГ. Зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Меру пресечения ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – заключение под стражу.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета (данные изъяты) рублей 00 копеек и (данные изъяты) рублей 00 копеек в счет вознаграждения адвокатов М. и З. за осуществление защиты в судебном заседании.

Признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде 7 (семи) лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО4 изменить, до вступления приговора в законную силу избрать меру пресечения в виде заключения под стражу, и взять под стражу в зале суда.

Срок наказания ФИО4 исчислять с ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать в пользу Н. с ФИО4 и ФИО3 по (данные изъяты) рублей с каждого в качестве компенсации морального вреда.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу:

- палас - возвратить по принадлежности свидетелю Г.;

- халат и сапоги - возвратить по принадлежности осужденной ФИО3;

- одежду И.: кофту, рейтузы, сапоги - возвратить по принадлежности потерпевшей Н.;

- марлевый тампон со смывами с рук ФИО3, два марлевых тампона с образцами крови И. и ФИО3, ногти И. – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Костромской областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, осужденными – в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, указав об этом в апелляционной жалобе либо в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу другого лица либо представление прокурора в течение 10 суток со дня вручения им копии приговора либо копии жалобы или представления, а также вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранным ими защитникам либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, либо отказаться от защитника.

Председательствующий: Вятская М.В.