Решение № 2-954/2020 2-954/2020~М-891/2020 М-891/2020 от 7 октября 2020 г. по делу № 2-954/2020

Дело №2-954/2020

83RS0001-01-2020-001390-73


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

08 октября 2020 года г. Нарьян-Мар

Нарьян-Марский городской суд Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего Яровицыной Д.А.,

при помощнике ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению муниципального предприятия Заполярного района «Севержилкомсервис» к ФИО2 ФИО7 о взыскании материального ущерба,

установил:

муниципальное предприятие Заполярного района «Севержилкомсервис» (далее по тексту – МП ЗР «Севержилкомсервис», Предприятие) обратилось в суд с иском к ФИО3 о взыскании материального ущерба в размере 124 588 руб. 42 коп.

В обоснование заявленных требований указало, что с 20.01.2017 ФИО3 работает на Предприятии в должности программиста и с ним был заключен договор о полной материальной ответственности. В результате проведенной в апреле 2020 года инвентаризации была выявлена недостача вверенных ответчику товарно – материальных ценностей в размере 495 403 руб. 13 коп. Для установления причин образования недостачи истцом в июне 2020 года было проведено расследование, в результате которого было установлено, что недостача образовалась в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком, возложенных на него должностных обязанностей, а также определен размер недостачи материальных ценностей, который составил 124 588 руб. 42 коп. Полагает, что поскольку с ответчиком был заключен договор о полной ответственности, а также в связи с наличием причинно – следственной связи между ненадлежащим исполнением ответчиком обязанностей по сохранности товарно – материальных ценностей, то просит взыскать с него причиненный материальный ущерб в заявленном размере.

В судебном представитель МП ЗР «Севержилкомсервис» ФИО4 заявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить.

Ответчик ФИО3 с заявленными требованиями не согласился по основаниям, изложенным в отзыве, просил в их удовлетворении отказать. Указал на отсутствие его вины в выявленной недостачи,

Суд, выслушав стороны, исследовав и оценив представленные доказательства, приходит к следующему.

В соответствии со ст.21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать трудовую дисциплину; бережно относиться к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников.

Согласно ст. 232 ТК РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с названным Кодексом и иными федеральными законами.

В силу положений ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено названного Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

При этом работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб (статья 238 ТК РФ).

Из положений ст. 242 ТК РФ следует, что полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных названным Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно п.2 ч. 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника когда в соответствии с названным Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; при недостачи ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Правовая природа договора о полной материальной ответственности, как следует из ст. 244 ТК РФ, предполагает, что работники, заключившие такой договор, должны обеспечить сохранность вверенного им имущества.

Из материалов дела следует, что ФИО3 с 20.01.2017 состоит с МП ЗР «Севержилкомсервис» в трудовых отношениях, занимая должность программиста.

23 января 2017 г., 01 января 2020 г. между МП ЗР «Севержилкомсервис» и ответчиком были заключены договоры № 345 и №1157 о полной индивидуальной материальной ответственности, по условиям которого последний принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам и в связи с чем обязался: бережно относится к переданному ему для осуществления возложенных на него функций (обязанностей) имуществу работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба; своевременно сообщать работодателю либо непосредственному руководителю о всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенному ему имущества; вести учет и, составлять и представлять в установленном порядке товарно – денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного имущества (п.1).

В свою очередь, работодатель обязался создавать работнику условия, необходимые для нормальной работы и обеспечения полной сохранности вверенного ему имущества (п.2).

Кроме того, п.п. 4, 5 договора предусмотрено, что работник не несет ответственность, если ущерб причинен не по его вине. Действие договора распространяется на все время работы с вверенным работником имуществом работодателя.

Судом установлено, что на основании приказа №5 от 20.01.2017 в связи с приемом на работу ФИО3 проведена инвентаризация имущества, материальных ценностей используемых в производственных целях программиста по состоянию на 20.01.2017 и по результатам проведения которой составлены инвентаризационные описи №№ 3, 4 согласно которых ответчику передано товарно – материальные ценности на общую сумму 1 570 953 руб. 79 коп.

Из материалов дела следует и сторонами не оспаривается, что в период с 29 по 30 апреля 2020 г. на основании приказа №113 от 29.04.2020 была проведена инвентаризация фактического наличия (отсутствия) товарно – материальных ценностей, в ходе которой была обнаружена недостача на общую сумму 495 403 руб. 13 коп.

В целях выявления и устранения причин и условий возникновения ситуации, связанной с недостачей товарно – материальных ценностей, находящихся на ответственном хранении программиста отдела энергетики МП ЗР «Севержилкомсервис» ФИО3, выявленного при проведении инвентаризации в период с 29 по 30 апреля 2020 г. в целях установления обстоятельств, которые повлеки недостачу (утрату) товарно – материальных ценностей приказом и.о. генерального директора Предприятия от 02.06.2020 №160 назначено проведение служебного расследования, а приказом №161 от 03.06.2020 назначено проведение инвентаризации имущества, материальных ценностей используемых в производственных целях по производственной базе у материально – ответственного лица ФИО3 по состоянию на 10.06.2020.

Результаты инвентаризации оформлены протоколом заседания инвентаризационной комиссии от 15.06.2020, сличительными ведомостями №№ 182, 183 и согласно которым была установлена недостача материально товарных ценностей на общую сумму 402 401 руб. 71 коп.

Из акта о результатах служебного расследования от 26.06.2020 следует, что комиссия пришла к выводу, что причиной возникновения убытков являлось бездействие ФИО3, выраженное в неисполнении своих должностных обязанностей должным образом, кроме того, комиссия признала сумму недостающего имущества в размере 124 588 руб. 42 коп.

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением истец ссылается на то обстоятельство, что поскольку недостача возникла в связи с ненадлежащим исполнением ФИО3 должностных обязанностей по учету и сохранности товарно – материальных ценностей и с которым заключен договор о полной материальной ответственности, в связи с чем полагает, что имеются основания для возложения на последнего обязанности компенсировать возникший ущерб.

Вместе с тем, суд не может согласиться с указанным доводом истца на основании следующего.

В силу ст. 244 ТК РФ письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 ТК РФ), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Таким образом, трудовое законодательство предусматривает конкретные требования, при выполнении которых работодатель может заключить с отдельным работником письменный договор о полной материальной ответственности, перечень должностей и работ, при выполнении которых могут заключаться такие договоры, взаимные права и обязанности работника и работодателя по обеспечению сохранности материальных ценностей, переданных ему под отчет.

При этом невыполнение требований законодательства о порядке и условиях заключения и исполнения договора о полной индивидуальной материальной ответственности может служить основанием для освобождения работника от обязанностей возместить причиненный по его вине ущерб в полном размере, превышающем его средний месячный заработок.

В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. № 823 «О порядке утверждения перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности» Министерством труда и социального развития Российской Федерации принято постановление от 31 декабря 2002 г. № 85, которым утвержден в том числе Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества.

Вместе с тем, в период выявления недостачи ФИО5 занимал должность программиста, которая не включена в Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденный постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. № 85.

Кроме того, ни из условий трудового договора от 19.01.2017, ни из должностной инструкции программиста, с которой ФИО3 был ознакомлен 20.01.2017, не следует, что должностные обязанности последнего связаны непосредственно с учетом и хранением товарно – материальных ценностей и данный вывод также содержится в акте расследования от 26.06.2020 (п.1).

Фактически из анализа трудового договора и должностной инструкции следует, что основной трудовой функцией должности, занимаемой ответчиком является осуществление бесперебойной работы оборудования и программного обеспечения, а также обеспечение сетевой безопасности, что не предполагает под собой учет и хранение товарно – материальных ценностей.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» даны разъяснения, согласно которым при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба.

Из названного положения следует, что невыполнение работодателем требований законодательства о порядке и условиях заключения и исполнения договора о полной индивидуальной материальной ответственности является основанием для освобождения работника от обязанности возместить причиненный по его вине ущерб в полном размере, превышающем его средний месячный заработок.

Вместе с тем, истцом вопреки ст. 56 ГПК РФ доказательств соблюдения вышеизложенных норм права при заключении договора о полной индивидуальной материальной ответственности с ответчиком и, соответственно, о правомерности привлечения его как работника к полной материальной ответственности не представлено.

С учетом изложенного, договоры о полной материальной ответственности от 23.01.2017 и от 01.01.2020, заключенные между истцом и ответчиком в качестве основания для возложения на ФИО3 обязанности по возмещению работодателю ущерба в полном размере не могут быть приняты во внимание, как не соответствующие требованиям действующего законодательства.

Согласно ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Следовательно, обязанность по возмещению работодателю причиненного реального ущерба лежит на работнике организации.

В то же время в соответствии со ст. 247 ТК РФ, по смыслу закона доказать, что ущерб был причинен именно по вине этого работника, должен сам работодатель.

Таким образом, исходя из данных правовых норм, ст. 56 ГПК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», в рассматриваемом случае к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, относится: противоправность поведения (действия или бездействие) работника; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. В этой связи в силу ст. 67 ГПК РФ суд обязан оценивать допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Кроме того, в соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей.

По смыслу трудового законодательства, неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба.

При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключалась. При доказанности работодателем указанных выше обстоятельств работник должен доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Вместе с тем, при проведении служебного расследования комиссией в акте от 26.06.2020 указано, в том числе и на следующее обстоятельства, которые в совокупности привели к недостаче товарно – материальных ценностей, а именно: в периоды отпусков ФИО3, должностные обязанности программиста на другое лицо не возлагались и возлагались после ухода ФИО3 в отпуск, по этой причине материальные ценности другому материально – ответственному лицу не предавались, и соответственно их списание не проводилось, в эти периоды доступ товарно – материальным ценностям был свободным для всех сотрудников производственной базы предприятия; не созданы условия для хранения товарно – материальных ценностей со стороны непосредственного руководителя материально – ответственного лица ФИО3 – ФИО6, и что подтверждается объяснительной последнего.

Анализируя представленные доказательства, в их совокупности, дав им оценку применительно к требованиям статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о недоказанности МП ЗР «Севержилкомсервис» противоправности поведения ФИО3, которое привело к недостачи товарно – материальным ценностей, и как следствие причинно – следственной связи между поведением ответчика и наступившим ущербом.

Применительно к рассматриваемому делу, сам по себе факт наличия договора о материальной ответственности, который как установлено судом, заключен с ответчиком с нарушением норм действующего трудового законодательства, а также факт выявленной недостачи товарно – материальных ценностей на общую сумму 124 588 руб. 42 коп., при установленных обстоятельствах не свидетельствует о вине ФИО3 в ее образовании, обратного МП ЗР «Севержилкомсервис» в нарушение ст. 56 ГПК РФ не доказано.

Таким образом, суд приходит к выводу, что одно лишь обстоятельство выявления недостачи в отсутствии допустимых доказательств, которые бы бесспорно свидетельствовали о наличии вины ответчика в ее образовании, причинно – следственной связи между действиями последнего и наступившими последствиями не может являться основанием для взыскания с ответчика в пользу истца материального ущерба, в связи с чем в удовлетворении иска надлежит отказать.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление муниципального предприятия Заполярного района «Севержилкомсервис» к ФИО2 ФИО8 о взыскании материального ущерба оставить без удовлетворения.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в суд Ненецкого автономного округа через Нарьян-Марский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий подпись Д.А.Яровицына

Мотивированное решение изготовлено 13 октября 2020 года.