Решение № 2-131/2017 2-131/2017(2-4587/2016;)~М-4088/2016 2-4587/2016 М-4088/2016 от 26 февраля 2017 г. по делу № 2-131/2017

Дело № 2-131/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27.02. 2017 года г. Воронеж

Советский районный суд г. Воронежа в составе председательствующего – судьи Зелениной В.В., при секретаре Тютиной И.И., с участием сторон, адвокатов Крюкова И.М., Цикоза О.П., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО6, ФИО7 о признании договора дарения недействительным и о применении последствий недействительности сделки,

установил:

Первоначально ФИО4 обратился в суд с иском к ответчикам о признании договора дарения недействительным о применении последствий недействительности сделки, указав, что 19.07.2016 года умерла его <данные изъяты> ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. На момент смерти ей было <данные изъяты> лет. <данные изъяты> на праве собственности принадлежало <данные изъяты> индивидуального жилого дома и <данные изъяты> долей земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>.После ее смерти он-истец намеревался вступить в наследство на указанное имущество матери, так как является её наследником первой очереди по закону. Однако в это время ему- истцу стало известно, что мать при жизни уже распорядилась указанным имуществом. На основании договора дарения от 02 марта 2009 года, она подарила <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на указанный выше жилой дом и <данные изъяты> долей в праве общей долевой собственности на указанный земельный участок ФИО7 и <данные изъяты> долей в праве общей долевой собственности на указанный выше жилой дом и <данные изъяты> долю в праве общей долевой собственности на указанный земельный участок ФИО6. Ему- истцу <данные изъяты> ничего не подарила. О существовании данного договора ему ничего не было известно при жизни матери, узнал об этом после ее смерти. Считает, что ФИО9 в момент составления указанного договора находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими. В указанное время она была фактически недееспособна, так как страдала рядом хронических заболеваний, негативно влияющих на ее мозговую деятельность и которые мешали ей адекватно воспринимать окружающую обстановку. Так у нее прослеживались ярко выраженные <данные изъяты> и <данные изъяты>. <данные изъяты> легко поддавалась чужому влиянию, была доверчива, у неё полностью отсутствовало критическое отношение к происходящему и объективная оценка деятельности. Просит признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между покойной ФИО9 с одной стороны и ответчиками ФИО6 и ФИО7 с другой стороны и применить последствия недействительности сделки.

Уточнив исковые требования, предъявив их к ФИО7 и ФИО6, просит признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между покойной ФИО1 с одной стороны и ответчиками ФИО6 и ФИО7 с другой стороны и применить последствия недействительности сделки.

В судебном заседании ФИО4 уточненные исковые требования поддержал.

Ответчик ФИО7 исковые требования не признал, суду пояснил, что мать подарила ему долю дома и земельного участка добровольно, была психически здорова. За часть доли он выплатил истцу ФИО4 <данные изъяты> рублей.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, просил дело рассмотреть в его отсутствие, ранее в судебном заседании иск не признал, суду пояснил, что двум сыновьям мать подарила доли дома и земельного участка, а истцу денежную компенсацию за долю, поскольку он отказался от доли в доме.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из анализа указанных норм права следует, что по данному делу юридически значимым и подлежащим доказыванию является выяснение вопроса, могла ли ФИО1 на момент составления договора дарения отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

Как усматривается из материалов дела, ФИО1 умерла ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 9).

В материалах дела имеется договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между наследодателем ФИО1 с одной стороны и ФИО7, ФИО6 с другой стороны, которым ФИО1 подарила ФИО7 <данные изъяты> долей индивидуального жилого дома и <данные изъяты> долей земельного участка и ФИО6 - <данные изъяты> долей индивидуального жилого дома и ФИО30 долей общей долевой собственности земельного участка №, расположенных по адресу: <адрес>. (л.д. 8).

После смерти ФИО1 было заведено наследственное дело, к нотариусу с заявлениями о принятии наследства обратились ФИО7, ФИО10 и ФИО4. (л.д. 72-80).

Предъявление своего иска, истец мотивировал тем, что на момент составления договора дарения – ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 не понимала значение своих действий и не могла руководить ими.

Однако, свидетели, допрошенные в судебном заседании, данное обстоятельство не подтвердили.

Так, свидетель ФИО2 суду пояснила, что она является женой ФИО7. Умершую ФИО1 она знала с ДД.ММ.ГГГГ г. По поводу договора дарения ей известно, что все было с согласия ФИО1, они даже начали ремонт в доме. ФИО1 решила оставить одному и второму сыну, Т. и И., дом в долях, а А. они выплатили <данные изъяты> рублей, поскольку он сказал, что доля ему не нужна, он был на все согласен. Бабушка решила, что она повезет деньги внучке в г.Москву, но они отправили дочке А. деньги на карту, она сообщила, что получила денежные средства. В 2012 г., когда начали делать ремонт, ФИО4 и ФИО11 стали подстрекать ФИО1, чтобы она пошла в суд для признания договора дарения недействительным. Они проживали с ФИО1 по адресу: <адрес><данные изъяты> лет. Особенно заболеваниями ФИО16 М.Е. не страдала, она лежала в <данные изъяты> больнице с заболеванием <данные изъяты>, также у нее была <данные изъяты>, в <данные изъяты> г. сделали операцию. С ФИО1 они жили мирно. К психиатру ФИО1 не обращалась. Никаких странностей в ее поведении она не замечала. Готовила она себе сама. В начале марта 2009 г. никакими заболеваниями ФИО1 не страдала. ФИО1 была простой женщиной, уважительной, не конфликтной, приняла их очень хорошо. В <адрес> она ездила к внучке Г. и правнукам в <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> г.г., она просила ее-свидетеля купить внукам гостинцы. В <адрес> она сидела с <данные изъяты>, играла с ними. В период с <данные изъяты> г. по <данные изъяты> г. она- свидетель жила в доме ФИО16 по адресу: <адрес>

Свидетель ФИО20 суду пояснила, что ФИО8 является её подругой, они с ней работали вместе. Неприязненных отношений с участниками процесса не имеет. ФИО1 она знала с <данные изъяты> г., поскольку она с ее <данные изъяты> вместе работали, она ходила к ним в гости, отмечали вместе праздники у них дома по адресу: <адрес>, иногда заходила с работы к ним. В 2009 г., а именно в январе, вышла книга «<данные изъяты>», и она приезжала домой к ФИО16, чтобы забрать эту книгу. ФИО1 была в хорошем состоянии, сама стирала, гладила и убирала. ФИО1 была доброй, приветливой и оптимистичной женщиной. Странностей в ее поведении она не замечала, ей не известно страдала ли ФИО16 М.Е. психическими расстройствами.

Свидетель ФИО35 суду пояснила, что ФИО1 является <данные изъяты>, знала ее с <данные изъяты> г., так как они приходили к ней в гости часто. В последнее время, в 2016 г., она жаловалась на <данные изъяты>, ранее ей оперировали <данные изъяты> и были какие-то проблемы с <данные изъяты>. В 2009 г. она никакими психическими заболеваниями не страдала, странностей в ее поведении она не замечала. На учете в психдиспансере она не состояла. <данные изъяты> была приветливой, всегда приглашала их за стол, когда они приходили в гости, также она помогала им делать ремонт в 2010 г., даже помогала им клеить обои. В 2009 г. <данные изъяты> решила подарить часть дома ФИО13. Ей известно, что <данные изъяты> М-вы и <данные изъяты> ФИО1 ходили регистрировать договор в «ГУЮ», также знает, что А.М. заплатили <данные изъяты> рублей, поскольку они давали ФИО7 деньги в долг в размере <данные изъяты> рублей. Почему <данные изъяты> ФИО1 обратилась в суд в 2012 г. она не знает.

Свидетель ФИО21 суду пояснила, что ФИО8 является её <данные изъяты>. Умершую ФИО1 она знала со дня свадьбы В. и Т., с <данные изъяты> г. Она по 3-4 раза в месяц приходила к ФИО12 домой. ФИО1 была хорошей женщиной, приветливой. В марте <данные изъяты> г. В. заняла у неё <данные изъяты> рублей, говорила, что нужно заплатить деньги А. за раздел дома. Она приносила эти деньги ФИО16 домой по адресу: <адрес>. Странностей в поведении умершей не было. При жизни, насколько ей известно, ФИО1 не обращалась к психиатрам.

Свидетель ФИО41 суду пояснила, что была <данные изъяты> умершей ФИО1. Семью М-вых она знает с <данные изъяты> года. С ФИО4 она разведена с <данные изъяты> г., но они поддерживали отношения. Она общалась с ФИО1 и после развода с А.. Отношения с умершей ФИО16 у неё складывались хорошо, она называла ее <данные изъяты>, она ей помогала с <данные изъяты>, была доброй и спокойной. Сначала ФИО12 оформила завещание на их <данные изъяты> и на ФИО7, это было в <данные изъяты> г. Затем ДД.ММ.ГГГГ она завещала дом ФИО7 <данные изъяты> доли, а <данные изъяты> ФИО4. Она говорила ей о том, что сыновья, а именно Т. и И. целый год ее уговаривали, чтобы она подписала документы, она сказала, что не помнит, за что расписывалась, она думала, что часть дома останется ей. Умершая ФИО46 все время болела, ей оперировали <данные изъяты>, так как у нее была <данные изъяты>, ей <данные изъяты>. Затем ей делали операцию во второй больнице, оперировали <данные изъяты>. После операции на <данные изъяты> она не могла сама читать и писать, не видела людей, не могла смотреть телевизор. У нее также был <данные изъяты>, поскольку с 2005 года у нее начались проблемы со слухом. По месту жительства ФИО1 не состояла на учете, в <данные изъяты> поликлинике посещала <данные изъяты>, в связи с заболеванием <данные изъяты>, также она жаловалась на <данные изъяты>. В 2009 г. ничего странного в ее поведении не наблюдалось, она не заговаривалась, но была вспыльчива, ссорилась с сестрой. С 2008 г. она часто общалась с умершей, ухаживала за ней, можно сказать ФИО1 умерла на её руках. Иногда ФИО1 жила у неё дома по 10 дней. В сентябре 2008 г. был случай, когда она поставила чайник со свистком на огонь и забыла о нем, а сама уехала, однако мог случиться пожар. Однажды умершая ФИО16 утопила кота, сказала, что от него много шерсти. Когда в 2009 г. ФИО1 поссорилась с <данные изъяты> Т., она говорила, что уйдет в престарелый дом. Также она обращалась в психдиспансер с умершей ФИО16 в 2008 г., они не заводили карточку, она обращались по поводу <данные изъяты>, так как ФИО1 мучила <данные изъяты>, также ей иногда казалось, что кто-то звонит ночью по телефону. Также был случай в 2014 или 2015 г., когда Т. спал дома, а ФИО1 молча, вышла из дома и пошла на рынок, по дороге ей стало плохо, после чего она потеряла сознание и упала, тогда ее беспокоило давление.

Суд принимает во внимание данные показания свидетелей, поскольку они последовательны, не противоречат друг другу и материалам дела.

Показания свидетеля ФИО3 в той части, что она обращалась с умершей в 2008 году в <данные изъяты> по поводу её состояния здоровья, суд не принимает во внимание, поскольку никаких доказательств в подтверждение данных доводов не представлено и в судебном заседании не нашло своего подтверждения, что ФИО1 была психически не здорова.

ФИО1 являлась инвалидом второй группы по общему заболеванию (л.д. 13)

В <данные изъяты> году ФИО1 обращалась в суд с иском к ФИО7 о признании недействительным данного договора дарения, по тем основаниям, что согласилась подарить сыну часть дома, так как жили хорошо, дом нужно было ремонтировать. После совершения сделки <данные изъяты> стала говорить, что она им не нужна.

Решением Советского районного суда г. Воронежа от 06.07.2012 года, вступившим в законную силу 04.10.2012 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО7 о признании договора дарения недействительным было отказано. (л.д. 47-48).

Из сберегательной книжки усматривается, что на счет, открытый в Сбербанке России на имя ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ поступали денежные средства в размере <данные изъяты> руб. (л.д. 63-64)

Для определения психического состояния ФИО1 на момент составления договора дарения - ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству представителя истца адвоката Крюкова И.М. судом была назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам КУЗ ВО «<данные изъяты>».

Из заключения посмертной комплексной судебной психолого -психиатрической экспертизы усматривается, что <данные изъяты> каким –либо <данные изъяты>, в том числе и временным, <данные изъяты>, иным <данные изъяты> при подписании договора дарения от 02.03.2009 года не страдала и могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Экспертный психопатологический и психологический анализ материалов гражданского дела и медицинской документации позволяет утверждать, что в юридически значимый период времени- 02.03.2009 года, какие –либо возрастные и психологические (в том числе интеллектуальные) особенности ФИО1, а также имеющиеся у неё соматические заболевания не оказали влияние на ее способность к осмыслению окружающего и волевому контролю поведения. В указанный период она правильно ориентировалась в окружающей обстановке, у нее не отмечалось признаков нарушенного сознания, бреда, галлюцинаций или иных психических нарушений, с окружающими она поддерживала речевой контакт по существу. Психологический анализ позволяет сделать вывод о том, что ФИО1 при жизни, на юридически значимый период (02.03.2009 года) были присущи следующие индивидуально-психологические особенности: сохранность интеллектуально - мнестической сферы (память без особенностей –помнила номера телефонов наизусть, самостоятельно, без посторонней помощи ориентировалась во времени и месте, самостоятельно ездила в Москву; достаточно социально – бытовая адаптированность - самостоятельно ухаживала за собой, готовила еду, обращалась за медицинской помощью), некоторые свидетели указывают на некоторую возрастную забывчивость (запамятование) ; ФИО1 характеризуют как человека доброго, спокойного, общительного, не конфликтного, приветливого, оптимистичного, уважительного, гостеприимного, порой вспыльчивого. Признаков повышенной внушаемости, зависимости по материалам гражданского дела и медицинской документации не обнаружено. Данные индивидуально – психологические особенности не оказали существенного влияния на ее волеизъявление при подписании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 99-105)

Суд принимает во внимание данное заключение, поскольку экспертиза была назначена судом, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, экспертиза проводилась комиссией врачей судебно- психиатрических экспертов, психолога, психиатра, имеющих высшее образование, стаж работы более пяти лет. (л.д. 99)

Данное заключение никем не оспорено.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Стороной истца не представлено достоверных доказательств того, что на момент составления договора дарения, т.е. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 страдала каким-либо психическим расстройством, не понимала значения своих действий и не могла ими руководить.

Оценив в совокупности все представленные доказательства, суд считает, что в удовлетворении заявленных требований ФИО4 следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

решил:

В иске ФИО4 к ФИО7, ФИО6 о признании договора дарения недействительным и о применении последствий недействительности сделки– отказать.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через Советский районный суд г. Воронежа в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья В.В. Зеленина

В окончательной форме решение принято 03.03.2017 г.