Решение № 2-2313/2019 2-67/2020 2-67/2020(2-2313/2019;)~М-2157/2019 М-2157/2019 от 9 июля 2020 г. по делу № 2-2313/2019

76RS0022-01-2019-002431-70

Дело № 2-67/2020

Изг. 10.07.2020 г.


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Ярославль 10 марта 2020 года

Заволжский районный суд г. Ярославля в составе:

председательствующего судьи Ратехиной В.А.,

при секретаре Сизоненко Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению <...> к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей,

у с т а н о в и л:

<...> обратилось в суд с указанным исковым заявлением к ФИО1 Исковые требования мотивированы тем, что в соответствии с трудовым договором № 90 от 25.01.2019 г. ФИО1 работал в <...> в должности водителя. 17.07.2019 г. около 14.00 час. водитель ФИО1, управляя транспортным средством УАЗ – 390095, VIN №, государственный регистрационный знак № на Перовском шоссе, напротив дома 2 в г. Москве, не выполнил п. 10.1 Правил дорожного движения, в результате чего совершил наезд на препятствие.

В соответствии с рапортом от 17.07.2019 г. заместителя директора <...> по производству ФИО3, водитель ФИО1 находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, от сотрудников ГИБДД, вызванных на место ДТП, скрылся. В отношении ФИО1, на основании протокола <адрес>6 об административном правонарушении от 05.08.2019 г., возбуждено дело об административном правонарушении по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ. Автомобиль УАЗ – 390995 находится во владении и пользовании <...> на основании договора аренды № 3 транспортных средств и строительной техники без экипажа от 01.10.2018 г., заключенного между <...> (арендатор) и ООО «Производственная база» (арендодатель).

В результате ДТП автомобиль УАЗ – 390995 получил повреждения: рама – деформация передней части; бампер – деформация передней части; кузов – деформация передней части; деформация крыши около 30%; деформация пола; перекос проема лобового стекла, подкапотного проема и передних дверных проемов; крышка капота – деформация детали, площадь деформации более 30%; дверь передняя левая – деформация каркаса, площадь деформации более 20%; дверь передняя права - площадь деформации более 10%; стекло ветрового стекла – расколото; отопитель – деформация детали; радиатор масляный – деформация детали; кожух вентилятора – деформация детали; вентилятор – расколот; ручка передней двери наружная правая – сломана; вакуумный усилитель тормозов – деформирован; настил переднего пола – разрыв по центру; сиденье водителя – деформировано.

В соответствии с экспертным заключением № 09/06.9 от 06.09.2019 г., изготовленным ООО «Эксперт А», рыночная стоимость автомобиля 159 323 руб., стоимость годных остатков 35 400 руб., величина ущерба 123 900 руб. Автомобиль УАЗ – 390995 возвращен арендодателю. 02.12.2019 г. автомобиль утилизирован. Платежным поручением № 2036 от 09.12.2019 г. <...> возместило причиненный ООО «Производственная база» ущерб в размере 123 900 руб.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, с учетом заявления об уточнении исковых требований (л.д. 240-241) <...> просило взыскать с ФИО1 в возмещение ущерба 123 900 руб., расходы по оплате государственной пошлины 6805 руб.

Протокольным определением суда к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ООО «Производственная база».

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, требования с учетом уточнения поддержал, дал пояснения в пределах заявленного.

Ответчик ФИО1 возражал против удовлетворения иска по доводам, изложенным в письменных возражениях (л.д.216-217), дополнительно пояснил, что в состоянии алкогольного опьянения 17.07.2019 не находился, его вина в причинении ущерба отсутствует. Одновременно сослался на тяжелое материальное положение свое и своей семьи.

Выслушав участников процесса, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что на основании трудового договора от 25.01.2019 г. № 90 ФИО1 был принят на работу в <...> на должность водителя автомобиля КАМАЗ отдела главного механика (л.д.11-16, 141, 209).

На основании приказа от 26.08.2019 г. № 37 трудовой договор от 25.01.2019 г. с ФИО1 расторгнут 26.08.2019 г. по пп. «а» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ (л.д.210).

На основании приказа о закреплении личного состава за техникой № 10 от 25.01.2019 г. ФИО1 был допущен к управлению автомобилем УАЗ-390995, государственный регистрационный знак № (л.д.140).

Автомобиль УАЗ-390995 принадлежал <...> на основании договора аренды транспортных средств и строительной техники без экипажа № 3 от 01.10.2018 г., заключенного с арендодателем - ООО «Производственная база» (л.д.6-10, 67-68 173-175). Из п. 2.1.6. договора аренды следует, что арендатор <...> обязан своевременно оповещать арендодателя и страховую компанию о ДТП, оформлять все необходимые документы для ГИБДД и страховой компании. В случае невыполнения данных требований арендатор несет ответственность за повреждения, полученные в результате ДТП.

На основании приказа № 286 от 02.07.2019 г. ФИО1 был направлен в командировку на станцию Карачарово Московской ж.д. сроком на 24 календарных дня с 04.07.2019 г. по 27.07.2019 г., для выполнения работ на объекте: «Развитие железнодорожной инфраструктуры Московской ж.д. на Горьковском направлении. 4 главный путь. Реконструкция» (л.д. 132).

Из материалов дела усматривается, что 17.07.2019 г. около 14.00 час. по адресу: <...>, водитель ФИО1, управляя автомобилем марки УАЗ, государственный регистрационный знак №, стал участником ДТП (наезд на препятствие), после чего при отсутствии признаков уголовно-наказуемого деяния, в нарушение Правил дорожного движения РФ оставил место дорожно-транспортного происшествия, не сообщив о случившемся в полицию (л.д.17).

Согласно объяснительной от 05.09.2019 г., объяснениям от 05.08.2019 г., ФИО1 17.07.2019 г. в районе 14 часов 00 минут, выполняя поручение мастера ФИО4, ехал на автомобиле УАЗ по ул. Карачаровская г. Москвы, чтобы забрать инструмент и оборудование у работающей бригады. Ехал по узкой дороге, примыкавшей к забору железной дороги, и, чтобы не задеть крышей деревья, попал колесом в яму на обочине. В этот момент машина вильнула, и он потерял управление, в результате чего врезался в бетонный столб, дальнейшие действия помнил смутно, поскольку получил сотрясение головного мозга (л.д. 181, 183). Из листка нетрудоспособности (л.д. 195) следует, что ФИО1 было предоставлено освобождение от работы по 31.07.2019 г. включительно.

В результате дорожно-транспортного происшествия автотранспортное средство УАЗ получило механические повреждения.

Согласно экспертному заключению ООО «Эксперт-А» от 06.09.2019 г. № 09/06.9 стоимость годных остатков автомобиля УАЗ составляет 35 400 руб., рыночная стоимость годных остатков 159 300 руб., величина ущерба составляет 123 900 руб. (л.д.89-97).

На основании приказа ООО «Производственная база» от 09.09.2019 г. № 15 автомобиль УАЗ был признан не подлежащим восстановлению, снят с учета ГИБДД, 02.12.2019 г. автомобиль был утилизирован, о чем выдано свидетельство об утилизации вышедшего из эксплуатации транспортного средства (л.д.86, 87).

На основании письма от 10.09.2019 г. <...> возместило причиненный арендодателю ущерб в размере 123 900 руб., что подтверждается платежным поручением № 2036 от 09.12.2019 г. (л.д.88, 105).

В силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении им трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу ст. 232 ТК РФ сторона трудового договора, причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с ТК РФ и иными федеральными законами.

Согласно ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действия или бездействия), если иное не предусмотрено ТК РФ или иным федеральным законом.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба. В соответствии со ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя.

По общему правилу, закрепленному ст. 241 ТК РФ, за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено ТК РФ или иными федеральными законами.

В силу ст. 242 ТК РФ в случаях, предусмотренных ТК РФ, на работника может возлагаться полная материальная ответственность, которая состоит в обязанности работника возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Эти случаи перечислены в ст. 243 ТК РФ. В частности, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом

Из разъяснений, изложенных в пунктах 12 и 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», следует, что работник может быть привлечен к полной материальной ответственности, если по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении судьей, органом, должностным лицом, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях, было вынесено постановление о назначении административного наказания (п. 1 абз. 1 ч. 1 ст. 29.9 КоАП РФ), поскольку в указанном случае факт совершения лицом административного правонарушения установлен.

При определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Согласно п. 1 ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

При этом лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт возмещения вреда, а в силу разъяснений п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, также относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Таким образом, установление наличия вины ответчика в совершенном дорожно-транспортном происшествии, оснований и размера ответственности относится к юридическим значимым обстоятельствам.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ). При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность ответчика исключается.

Из материалов дела следует, что определением ОБ ДПС ГИБДД УВД по ЮВАЮ ГУ МВД России по г. Москве от 05.08.2019 г. отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 за нарушение п. 10.1 ПДД РФ, на основании ст.ст. 24.5, ч. 1 п. 2, 28.1. ч. 5 КоАП (за отсутствием состава административного правонарушения ввиду отсутствия статьи КоАП, предусматривающей административную ответственность) (л.д.106). Таким образом, указанным определением от 05.08.2019 г. было констатировано отсутствие в действиях ФИО1 признаков состава административного правонарушения во время совершения ДТП, в связи с чем в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 было отказано.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 270 Нижегородского района г. Москвы от 10.09.2019 г. № 5-774/2019 ФИО1 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ и ему назначено административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год (л.д.183-187). При этом постановлением мирового судьи от 10.09.2019 г. установлена вина ФИО1 лишь в оставлении места дорожно-транспортного происшествия, вина ответчика в совершении указанного ДТП не устанавливалась.

Суд приходит к выводу о том, что в нарушение требований п. 6 ст.243 ТК РФ истцом не подтверждено то обстоятельство, что ФИО1 был причинен ущерб в результате административного проступка, установленного соответствующим государственным органом. Административное правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, за совершение которого ФИО1 был привлечен к административной ответственности, в причинно-следственной связи с наступившим ущербом не находится.

Поскольку ФИО1 не совершал административное правонарушение, то есть не допускал противоправное, виновное действие (бездействие), за которое КоАП РФ или законы субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях устанавливают административную ответственность, и в результате которого был причинен ущерб <...> основания для привлечения ФИО1 к полной материальной ответственности отсутствуют.

Невозможность привлечения работника к полной материальной ответственности по п. 6 ч.1 ст. 243 ТК РФ не исключает право работодателя требовать от работника полного возмещения причиненного ущерба по иным основаниям, одним из которых является факт причинения ущерба в состоянии алкогольного опьянения.

Водитель, находящийся в состоянии опьянения, подлежит привлечению к административной ответственности, предусмотренной ст. 12.8 КоАП РФ, при этом, надлежит учитывать, что доказательствами состояния опьянения водителя являются акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2006 N 18 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

В силу ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, либо лицо, в отношении которого вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 настоящего Кодекса, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 настоящей статьи.

Подп. 1 п. 5 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Минздрава России от 18.12.2015 N 933н, определено, что медицинское освидетельствование проводится, в частности, в отношении лица, которое управляет транспортным средством, - на основании протокола о направлении на медицинское освидетельствование, составленного в соответствии с требованиями статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида.

Пунктом 8 Порядка установлено, что в процессе проведения медицинского освидетельствования его результаты вносятся в Акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), форма которого предусмотрена приложением N 2 к указанному приказу.

Медицинское освидетельствование в соответствии с Порядком проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в отношении ФИО1 не проводилось, к административной ответственности по факту управления автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, предусмотренного ст. 12.8 КоАП РФ, ФИО1 не привлекался.

Предоставленный в материалы дела рапорт заместителя директора по производству <...> ФИО3, мастера участка ФИО4, электромонтажника ФИО5, водителя ФИО6 от 17.07.2019 г., согласно которому 17.07.2019 г. в 14.30 час. при обнаружении автомобиля УАЗ государственный регистрационный знак № после ДТП, в нем находился водитель ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, который к моменту приезда сотрудников ДПС скрылся (л.д.18), допустимым и достаточным доказательством нахождения ответчика в состоянии алкогольного опьянения не является.

Из п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует, что состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

В материалы дела истцом представлен акт от 17.07.2019 г. о появлении работника на работе в состоянии алкогольного опьянения, составленный комиссией в лице директора по производству ФИО3, мастера участка ФИО4 Данный акт суд не принимает в качестве достаточного и достоверного доказательства причинения ответчиком ущерба в состоянии алкогольного опьянения, поскольку в акте зафиксировано время обнаружения ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения 14 час. 30 мин., в том время как ДТП с участием ФИО1 произошло в 14 час. 00 мин., что следует из материалов дела об административном правонарушении. Кроме того, с данным актом работник не был ознакомлен, сведения о том, что акт был зачитан работнику вслух в присутствии составивших акт лиц, а также о том, что ФИО1 от подписания акта и дачи объяснений отказался, как и о том, что работник отказался пройти медицинское освидетельствование, в акте отсутствуют.

Также суд учитывает, что сведений о том, что ФИО1 не был пройден предрейсовый медицинский осмотр перед началом рабочей смены в соответствии с требованиями абз. 5 п. 1 ст. 23 Федерального закона от 10.12.1995 N 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», в деле не имеется, в нарушение ст. 76 ТК РФ приказ об отстранении ФИО1 от работы работодателем не издавался.

В нарушение ст. 247 ТК РФ до издания приказа № 59 от 22.07.2019 г. о привлечении ФИО1 к полной материальной ответственности проверка в целях установления размера причиненного ущерба и причин возникновения ущерба не была проведена, письменное объяснение от ФИО1 не было истребовано. Представленная в дело объяснительная ФИО1 датирована 05.09.2019 г. (л.д. 215). Указанные в объяснительной ФИО1 обстоятельства и причины совершения ДТП работодателем не были проверены. Сведения о скорости движения, состоянии дорожного полотна, возможности избежать столкновения, исправности транспортного средства в момент ДТП в материалы дела не предоставлены.

В этой связи оснований для привлечения ФИО1 к полной материальной ответственности суд также не усматривает.

По смыслу ст. 247 ТК РФ в обязанность истца входило установление не только размера ущерба, но и причин его возникновения, вины работника в причинении ущерба, противоправности поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; причинной связи между поведением работника и наступившим ущербом.

Суд считает, что истцом не представлено суду достаточных и убедительных доказательств, с очевидностью подтверждающих вину работника в причинении ущерба, противоправность поведения работника, причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом, что лишает работодателя возможности возлагать на работника (в том числе бывшего работника) материальную ответственность за возникший ущерб.

В связи с изложенным заявленные исковые требования <...> удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.56, 98, 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований <...> к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, отказать.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Заволжский районный суд города Ярославля.

Судья В.А. Ратехина