Приговор № 1-386/2020 от 8 октября 2020 г. по делу № 1-386/2020

дело №1-386/2020


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Усть-Илимск 9 октября 2020 года

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Бахаева Д.С., при секретаре Новгородовой В.К.,

с участием государственного обвинителя Керимова В.И.,

подсудимого ФИО1, защитника адвоката Герделеско А.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1,

с мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 207 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 из хулиганских побуждений заведомо ложно сообщил о готовящемся взрыве, создающем опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, в отношении объекта социальной инфраструктуры, при следующих обстоятельствах.

Так, ФИО1, ** в 03 часа 30 минут, находясь на участке местности <адрес> ул. <адрес>, 4/1 в <адрес>, действуя с умыслом, со своего сотового телефона с абонентским номером **, из хулиганских побуждений, анонимно, в устной форме сообщил в дежурную часть МО МВД России «Усть-Илимский», расположенный по <адрес> в <адрес>, заведомо ложные сведения о готовящемся взрыве в <адрес> а именно: «<адрес> заминирован», что создавало реальную опасность гибели людей, находящихся в указанном объекте социальной инфраструктуры, связанном с отдыхом и досугом, а также причинение значительного имущественного ущерба и наступления иных общественно-опасных последствий, в связи с возможным разрушением указанного объекта в случае взрыва. После чего оперативный дежурный, исходя из реальной возможности акта терроризма, в целях предотвращения негативных последствий, незамедлительно задействовал силы и средства правоохранительных органов, в ходе применения которых было установлено отсутствие взрывных устройств по адресу: ул. <адрес>, 4/1 в <адрес>. В результате действий ФИО1 была дезорганизована работа правоохранительных органов охраны правопорядка, с отвлечением сил и средств, был нарушен нормальный порядок функционирования объекта социальной инфраструктуры, связанного с отдыхом и досугом, сорвано обеспечение надлежащего санитарного состояния, в связи с эвакуацией персонала и посетителей закусочной <адрес> на улицу при низкой температуре воздуха в период с 03 часов 30 минут до 04 часов 30 минут **, что было связано с проведением мероприятий по обнаружению взрывного устройства и обеспечения общественной безопасности, так как ложное сообщение об акте терроризма, сделанное ФИО1, было воспринято реально.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину признал полностью, от дачи показаний отказался.

При этом из его оглашенных показаний, данных при производстве предварительного расследования, судом установлено, что около 00 часов ** он пришел в <адрес>, где заказал коньяк и шашлык, был неудовлетворен качеством приготовления пищи, качеством обслуживания. Около 03 часов он покинул данное заведение, при этом, находясь в состоянии опьянения, поскользнулся на ступеньках, повредив колено. После он направился в сторону правобережной части города, и, поскольку был возмущен обслуживанием и качеством подаваемых блюд в <адрес>, желая, чтобы данное заведение закрыли, он со своего абонентского номера ** позвонил в полицию по номеру 102 и сообщил о том, что в <адрес> заложено взрывное устройство (т. 1 л.д. 102-107).

Анализируя оглашенные показания подсудимого, суд приходит к выводу о том, что своими пояснениями ФИО1 изобличает себя в совершении преступления, при обстоятельствах указанных в описательной части приговора. Изобличающие показания подсудимого, где он признает факт заведомо ложного сообщения о готовящемся взрыве, суд считает возможным положить в основу приговора, поскольку они получены в соответствии с требованиями закона, показания подсудимый давал при участии защитника, его показания подтверждаются иными доказательствами представленными суду.

После оглашения показаний подсудимый ФИО1 их полностью подтвердил, никаких замечаний стороны не имели.

Помимо полного признания подсудимым своей вины, его виновность в совершении преступления, подтверждается показаниями свидетелей и письменными материалами уголовного дела.

Так, факт нахождения ФИО1 в <адрес> по ул. <адрес>, 4/1 в инкриминируемый период времени, объективно подтверждается осмотренной видеозаписью, изъятой из данного заведения, на которой запечатлено присутствие ФИО1 ** в ночное время в помещении закусочной (т. 1 л.д. 84-89).

Об обстоятельствах нахождения ФИО1 ** в <адрес> и о высказанном им недовольстве качеством приготовления пищи, поясняла на предварительном следствии свидетель ФИО4 – администратор <адрес> что следует из ее оглашенных показаний (т. 1 л.д. 167-170).

Объективно факт произведенного ФИО1 телефонного звонка с сообщением о готовящемся взрыве, подтверждается телефонным сообщением, зарегистрированным ** в 03 часа 20 минут, из содержания которого следует, что неизвестное лицо с абонентского номера ** сообщило, что заминирован <адрес> (т. 1 л.д. 3), а также копией книги учета заявлений и сообщений о преступлениях, где зарегистрировано телефонное сообщение в 03 часа 20 минут ** от неизвестного лица о заминировании закусочной <адрес> (т. 1 л.д. 240-243).

При этом, как установлено из осмотренной записи телефонных переговоров между оперативным дежурным дежурной части МО МВД России «Усть-Илимский» и лицом, которое впоследствии установлено как ФИО1, содержание телефонных разговоров соответствуют вышеприведенным показаниям самого ФИО1, а также содержанию телефонного сообщения, зарегистрированного в КУСП.

Так, при разговоре с оперативным дежурным ФИО1 сообщил, что заминирован <адрес>.

При этом точное время телефонного звонка ФИО1 оперативному дежурному по номеру «102», установлено из осмотра его сотового телефона и детализации оказанных услуг связи, а именно телефонный звонок произведен в 03 часа 30 минут **. Также установлено, что в сотовом телефоне использовалась сим-карта с абонентским номером ** (т. 1 л.д. 84-89).

Как следует из показаний самого ФИО1, он узнал на представленной аудиозаписи телефонного разговора свой голос (т. 1 л.д. 102-107), свидетель ФИО5 – мать подсудимого ФИО1, также при прослушивании аудиозаписи на следствии указала, что голос звонившего принадлежит ФИО1 (т. 1 л.д. 147-150).

Местонахождение ФИО1 в момент производства телефонного звонка с ложным сообщением о готовящемся взрыве, было установлено протоколом осмотра местности (т. 1 л.д. 142-146), согласно которому ФИО1 указал на место в 50 метрах слева по направлению от входа в <адрес>, откуда он ** позвонил со своего сотового телефона в полицию и сообщил о том, что <адрес> заминирована.

Как установлено материалами дела, после получения сообщения о готовящемся взрыве, сотрудники правоохранительных органов выехали по месту предполагаемого взрыва, указанного в телефонном сообщении, а именно по адресу: ул. <адрес>, 4/1 в <адрес>, где при осмотре помещения <адрес> было установлено отсутствие каких-либо взрывных устройств (т. 1 л.д. 5-10).

Сведения, содержащиеся в вышеприведенных объективных доказательствах, полностью подтверждены свидетелями, а именно сотрудником полиции, принявшим сообщение о готовящемся взрыве.

Так, оглашенными показаниями свидетеля ФИО6 –оперативного дежурного дежурной части МО МВД России «Усть-Илимский» установлено, что ** в 03 часа 20 или 30 минут на телефон дежурной части поступил звонок с абонентского номера ** от неизвестного мужчины, который сообщил о том, что <адрес> заминирован. Данная информация была передана наружным нарядам, следственно-оперативной группе, на пульт МЧС, ФСБ и Усть-Илимской городской больницы, а также было доложено в дежурную часть ГУ МВД России по <адрес>. В ходе проверки сообщения было установлено, что телефонный звонок был совершен с абонентского номера, которым пользуется ФИО1 При осмотре места происшествия никаких взрывных устройств не было обнаружено (т. 1 л.д. 155-158).

То обстоятельство, что в результате ложного сообщения ФИО1 о готовящемся взрыве была дезорганизована работа правоохранительных органов охраны правопорядка с отвлечением сил и средств, был нарушен нормальный порядок функционирования <адрес>, подтверждается оглашенными показаниями сотрудников полиции, вневедомственной охраны, МЧС, скорой медицинской помощи, работников указанного объекта социальной инфраструктуры и его посетителей, а именно свидетелей: ФИО7 (т. 1 л.д. 234-237), ФИО8 (т. 2 л.д. 40-42), ФИО9 (т. 2 л.д. 43-45), ФИО10 (т. 2 л.д. 46-48), ФИО11 (т. 2 л.д. 89-92), ФИО4 (т. 1 л.д. 167-170), ФИО12 (т. 2 л.д. 84-87), ФИО13 (т. 1 л.д. 159-162).

Показаниями данных свидетелей установлено, что ** в <адрес> прибыли сотрудники полиции, МЧС, вневедомственной охраны, скорой медицинской помощи; была произведена эвакуация посетителей и работников закусочной; взрывное устройство в помещении закусочной обнаружено не было; работники закусочной продолжили работу по обеспечению надлежащего санитарного состояния только в 04 часа 30 минут; при эвакуации людей на улицу была низкая температура окружающего воздуха. В результате отработки сообщения о готовящемся взрыве был прерван нормальный рабочий процесс оперативных служб (полиции, охраны правопорядка, МЧС, скорой медицинской помощи). Работники <адрес> были отвлечены от нормальной работы, и были вынуждены позже закончить выполнение своих рабочих обязанностей.

Таким образом, суд констатирует, что приведенными выше доказательствами достоверно установлен факт сообщения ФИО1 об акте терроризма, то есть о готовящемся взрыве в <адрес>. При этом данное сообщение носило заведомо ложный характер, поскольку никакого взрывного устройства в помещении закусочной обнаружено не было, достоверной информацией об этом ФИО1 не обладал. Действовал ФИО1 с прямым умыслом, поскольку осознавал заведомую ложность сообщаемых им сведений о готовящемся взрыве, понимал, что это сообщение может вызвать панику, страх, беспокойство, нарушит общественную безопасность. При сообщении о готовящемся взрыве ФИО1 руководствовался хулиганскими побуждениями, поскольку данное сообщение им было сделано без причины, он, будучи недовольным качеством обслуживания и качеством приготовления пищи в <адрес> таким образом хотел прекратить работу данного заведения, что следует из его же собственных показаний, не доверять которым у суда нет никаких оснований.

Умысел ФИО1, был доведен до конца, поскольку его заведомо ложное сообщение было получено правоохранительными органами, и иными оперативными службами, которые отреагировали на получение этой информации, работа правоохранительных органов и иных оперативных служб была дезорганизована, поскольку в связи с указанным сообщением были отвлечены от нормальной работы силы и средства. Также был нарушен нормальный порядок функционирования <адрес> поскольку персонал и посетители были подвергнуты эвакуации, было сорвано обеспечение надлежащего санитарного состояния закусочной.

Согласно примечанию 2 к статье 207 УК РФ, под объектами социальной инфраструктуры понимаются организации, связанные с отдыхом и досугом, к которым относится <адрес>

По своему характеру заведомо ложная информация, сообщенная ФИО1, безусловно, создавала опасность гибели людей, причинения значительного материального ущерба и наступления иных общественно опасных последствий.

Оценивая вышеприведенные доказательства, представленные в обоснование вины подсудимого, суд считает каждое из доказательств допустимым, поскольку получены они в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, относимы к данному уголовному делу, а все доказательства в совокупности суд считает достаточными для установления вины ФИО1

Признательную позицию подсудимого ФИО1, которой он придерживался в период предварительного расследования и подтвердил в судебном заседании, суд полагает возможным взять за основу при принятии решения по делу, поскольку судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о самооговоре подсудимого. Его показания, данные в ходе следствия и оглашенные в судебном заседании, подтверждены всей совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно показаниями свидетелей и письменными материалами дела.

Оснований для оговора подсудимого со стороны свидетелей судом не установлено, а потому их показания могут быть использованы в качестве доказательств по данному уголовному делу. Показания свидетелей нашли свое объективное подтверждение письменными материалами дела.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что на основе исследованных доказательств вина подсудимого ФИО1 полностью доказана, все квалифицирующие признаки инкриминируемого ему деяния нашли свое подтверждение в судебном заседании.

Давая юридическую квалификацию действиям ФИО1, суд квалифицирует их по ч. 2 ст. 207 УК РФ, как заведомо ложное сообщение о готовящемся взрыве, создающем опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, совершенное из хулиганских побуждений, в отношении объекта социальной инфраструктуры.

Обсуждая вопрос о психическом состоянии подсудимого ФИО1, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 на учете у психиатра и нарколога не состоит, спиртным не злоупотребляет, в потреблении наркотических средств не замечен.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 правильно ориентируется во времени и в пространстве, отвечает на вопросы, помнит и мотивирует свои действия, наличие травм головы отрицает.

При таких обстоятельствах у суда нет оснований сомневаться по поводу вменяемости ФИО1 и способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими, поэтому как лицо вменяемое он подлежит уголовной ответственности за совершенное преступление.

При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории средней тяжести. Также суд учитывает данные о личности подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Учитывает суд и влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Как личность по месту жительства ФИО1 характеризуется удовлетворительно, жалоб и замечаний на него не поступало, на учете в отделе полиции не состоит (т. 1 л.д. 134), по прежнему месту работы в <адрес> ему дана положительная характеристика, также положительно он характеризуется и со стороны матери ФИО5 (т. 1 л.д. 147-150).

Судом установлено, что ФИО1 трудоустроен, не судим, не состоит в браке, но имеет малолетнего ребенка, которого материально обеспечивает.

В этой связи, давая характеристику личности подсудимого, суд оценивает его как положительно характеризующегося, без каких-либо социальных недостатков.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств подсудимому ФИО1 на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд учитывает его фактическую явку с повинной, что выразилось в признании им факта ложного сообщения о готовящемся взрыве непосредственно после приезда сотрудников полиции, еще до возбуждения уголовного дела, а также его активное способствование расследованию преступления путем дачи подробных изобличающих показаний.

Также к смягчающему наказание обстоятельству в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд относит наличие у подсудимого ФИО1 малолетнего ребенка от предыдущего брака, поскольку он родительских прав не лишен, материально обеспечивает ребенка.

Полное признание вины и раскаяние ФИО1 в содеянном, как в период предварительного следствия, так и в судебном заседании, суд полагает возможным учесть как иные смягчающие наказание обстоятельства в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ суд не усматривает.

Таким образом, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, и поскольку установлено наличие смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд учитывает при назначении наказания подсудимому ФИО1 льготные требования, предусмотренные ч. 1 ст. 62 УК РФ.

При этом с учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, степени его общественной опасности, не смотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, и отсутствие отягчающих, оснований для изменения категории преступления, совершенного ФИО1, на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд не находит.

Назначая конкретный вид наказания, которого заслуживает подсудимый ФИО1, суд исходит из того, что санкция ч. 2 ст. 207 УК РФ предусматривает только два вида наказания, а именно штраф и лишение свободы.

Назначение наказания в виде штрафа суд считает нецелесообразным, поскольку материальный достаток у подсудимого невысокий, а минимальный размер штрафа по санкции установлен в 500000 рублей, что значительно превышает уровень его среднемесячного дохода.

Поэтому суд, принимая во внимание данные о личности подсудимого, обстоятельства совершения им преступления, его поведение после совершенного преступления, считает справедливым и соразмерным содеянному, назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы, поскольку только такое наказание будет способствовать восстановлению социальной справедливости, а также исправлению подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений.

При этом ввиду отсутствия исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, оснований для назначения наказания по правилам ст. 64 УК РФ, то есть ниже низшего предела, либо более мягкого наказания, предусмотренного за совершенное преступление, суд не находит.

Вместе с тем, решая вопрос о порядке отбывания ФИО1 наказания в виде лишения свободы, суд принимает во внимание и учитывает позицию подсудимого по предъявленному ему обвинению, искреннее раскаяние в содеянном, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, наличие места жительства и работы, положительные характеристики по поведению в быту, и полагает, что исправление ФИО1, несмотря на тяжесть совершенного преступления, возможно без изоляции от общества, то есть без реального отбывания наказания. В этой связи суд в соответствии со ст. 73 УК РФ постановляет считать наказание условным, и возлагает на ФИО1 ряд обязанностей, способствующих его исправлению.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении необходимо оставить без изменения, а по вступлении приговора в законную силу отменить.

Судьба вещественных доказательств разрешается в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

По делу гражданский иск не заявлен.

Вопрос о процессуальных издержках будет разрешен отдельным судебным постановлением.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 207 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 3 лет лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком в 1 год.

В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ на условно осужденного возложить следующие обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; периодически, не менее одного раза в месяц, являться в указанный орган для регистрации в дни, установленные органом.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения, а по вступлении приговора в законную силу отменить.

Вещественные доказательства:

- диски с записью фонограммы телефонных разговоров, с видеозаписью, детализацию оказанных услуг – хранить в материалах уголовного дела;

- сотовый телефон «Lenovo» в чехле и с сим-картой – оставить по принадлежности у ФИО1;

- книгу учета заявлений и сообщений о преступлениях – оставить по принадлежности в дежурной части МО МВД России «Усть-Илимский».

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Иркутского областного суда через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе с участием защитника.

Председательствующий: Д.С. Бахаев