Решение № 12-242/2018 12-4/2019 от 7 февраля 2019 г. по делу № 12-242/2018

РЕШЕНИЕ

по делу об административном правонарушении

г. Оренбург 8 февраля 2019 года

Судья Промышленного районного суда г. Оренбурга Болдова Г.Ф., при секретаре судебного заседания Мельниковой Т.А., с участием ФИО1 -лица, в отношении которого ведется производство по делу, его представителя ФИО2, главного специалиста- эксперта Оренбургского УФАС России ФИО3, старшего помощника прокурора Промышленного района г. Оренбурга Прошиной О.С., рассмотрев в открытом судебном заседании протест заместителя прокурора Промышленного района г. Оренбурга Беловой Т.А. на постановление заместителя руководителя Оренбургского УФАС России ФИО4 от <данные изъяты>, которым производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 7.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении должностного лица- главы пос. Самородово Промышленного района г. Оренбурга ФИО1 прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения,

установил:

постановлением от ДД.ММ.ГГГГ года заместителя руководителя Оренбургского УФАС России ФИО4 ( далее- должностное лицо УФАС) дело об административном правонарушении, возбуждённое прокурором Промышленного района г. Оренбурга, в отношении главы п. Самородово Промышленного района г. Оренбурга ФИО1 ( далее- должностное лицо Администрации) по части 1 статьи 7.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

На постановление прокуратурой Промышленного района г. Оренбурга в суд внесен протест, в котором указано, что выводы УФАС России по Оренбургской области об отсутствии в действия главы п. Самородово Промышленного района г. Оренбурга состава административного правонарушения, ввиду ненарушения им норм Закона о контрактной системе, являются необоснованными, противоречащими установленным и подтвержденным обстоятельствам; выводы УФАС России по Оренбургской области об отсутствии в действиях главы поселка ФИО1 состава административного правонарушения являются ошибочными, поскольку факт умышленного дробления единой сделки на множество однородных сделок в целях уклонения от конкурсных процедур отбора поставщика и необоснованного сокращения числа доказан в ходе проведенной проверки и фактически не оспаривается заказчиком. Просят постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении <данные изъяты> отменить и возвратить дело на новое рассмотрение.

В возражениях на протест указано, что постановление <данные изъяты> является законным и обоснованным по изложенным в возражениях доводам. Протест прокурора удовлетворению не подлежит.

В судебном заседании старший помощник прокурора Промышленного района г. Оренбурга Прошина О.С. протест поддержала по изложенным в нём доводам, просила протест удовлетворить, постановление должностного лица УФАС отменить, дело возвратить на новое рассмотрение.

Глава Администрации ФИО1, его представитель ФИО2, главный специалист- эксперт Оренбургского УФАС России ФИО3 возражали против удовлетворения протеста прокурора, просили постановление должностного лица УФАС оставить без изменения.

Выслушав участников процесса, обсудив доводы протеста и возражений на протест, исследовав материалы, приложенные к протесту, материалы дела <данные изъяты> суд приходит к выводу о том, что вывод должностного лица УФАС об отсутствии состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 7.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в действиях должностного лица Администрации сделан преждевременно.

Как следует из материалов дела, прокуратурой Промышленного района г. Оренбурга была проведена проверка соблюдения администрацией п.Самородово Промышленного района г. Оренбурга требований законодательства при осуществлении закупок у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя).

Рассмотрев материалы проверки, прокурор в пределах своей компетенции вынес постановление от ДД.ММ.ГГГГ года о возбуждении в отношении главы администрации п. Самородово ФИО1, как должностного лица заказчика, дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 7.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ года должностного лица УФАС дело об административном правонарушении, возбуждённое в отношении должностного лица Администрации по ч.1 ст.7.29 КоАП РФ, прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

При рассмотрении протеста установлено то обстоятельство, что между Администрацией и Индивидуальным предпринимателем ГВП ( далее- ИП «ФИО5.») заключены 18 муниципальных контрактов №№ на основании п. 4 ч.1 ст.93 ФЗ № 44 на общую сумму 913031, 48 рублей (далее - Контракты) в период с <данные изъяты>

Согласно пункту 4 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок, товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе), закупка у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) может осуществляться заказчиком в случае закупки товара, работы или услуги на сумму, не превышающую ста тысяч рублей. При этом годовой объем закупок, которые заказчик вправе осуществить на основании настоящего пункта, не должен превышать два миллиона рублей или не должен превышать пять процентов совокупного годового объема закупок заказчика и не должен составлять более чем пятьдесят миллионов рублей.

Таким образом, на основании пункта 4 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе заказчик вправе заключать договоры, цена каждого из которых не должна превышать ста тысяч рублей, при этом годовой объем таких закупок заказчика не должен превышать два миллиона рублей или не должен превышать пять процентов совокупного годового объема закупок заказчика и не должен составлять более чем пятьдесят миллионов рублей. Ограничений по количеству таких контрактов, а также по одноименности закупаемых товаров, работ, услуг нормы Закона о контрактной системе не содержат.

При этом контрольный орган в сфере закупок при проведении контрольных мероприятий вправе проверить соблюдение заказчиком лимита объема закупок у единственного поставщика, установленного пунктом 4 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе, то есть в отношении закупок, осуществляемых в соответствии с указанным пунктом части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе обоснованию подлежит годовой объем указанных закупок.

Обоснование годового объема закупок Администрации по указанному основанию постановление должностного лица УФАС не содержит.

Также должностным лицом УФАС не дана оценка следующим фактам.

Анализ содержания вышеназванных Контрактов указывает, что контракты № <данные изъяты> ( л.д. 62, 74)

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Аналогичная ситуация следует и из содержания контрактов <данные изъяты>

<данные изъяты>

Указанные Контракты имеют помимо идентичного предмета, одинаковое место исполнения, содержат тождественные условия: о форме, сроках и порядке оплаты; о сроке действия контракта и выполнения работ; о правах и обязанностях подрядчика; о правах и обязанностях заказчика; о порядке сдачи - приемки выполненных работ; о гарантиях; об обстоятельствах непреодолимой силы; о порядке внесения изменений и расторжения контракта; об адресах и реквизитах сторон.

Из содержания всех имеющихся в деле Контрактов, заключенных между Администрацией пос. Самородово и <данные изъяты> следует, что заказчиком фактически произведена закупка по выполнению единой работы – эксплуатация, содержание и обслуживание мини-котельных, расположенных в границах поселка Самородово, входящего в состав муниципального образования «город Оренбург».

Таким образом, заключение муниципальных контрактов на оказание указанных услуг в п. Самородово относится к компетенции Администрации и осуществлялось последней в целях удовлетворения муниципальной нужды.

Должностным лицом УФАС также не учтено, что согласно части 1 статьи 8 Конституции Российской Федерации, в Российской Федерации гарантируется поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности. Данная конституционная гарантия реализована в законодательстве о конкуренции.

Статья 34 Конституции Российской Федерации устанавливает, что каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Не допускается экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию.

Согласно части 1 статьи 525 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и части 1 статьи 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - БК РФ) размещение заказов на поставки товаров для государственных нужд осуществляется в соответствии с Законом о контрактной системе.

В соответствии со статьей 54 Федерального закона от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" (далее - Закон об организации местного самоуправления) закупки товаров, работ, услуг для обеспечения муниципальных нужд осуществляются в соответствии с Федеральный законом от 05.04.2013 N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" ( далее- Закон о контрактной системе), закупки товаров, работ, услуг для обеспечения муниципальных нужд осуществляются за счет средств местного бюджета.

Закон о контрактной системе регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд, в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок (пункт 1 статьи 1 Закона о контрактной системе).

Согласно статье 3 Закона о контрактной системе под закупкой товара, работы, услуги для обеспечения государственных или муниципальных нужд понимается совокупность действий, осуществляемых в установленном Законом о контрактной системе порядке заказчиком и направленных на обеспечение государственных или муниципальных нужд. Закупка начинается с определения поставщика (подрядчика, исполнителя) и завершается исполнением обязательств сторонами контракта. В случае если в соответствии с Законом о контрактной системе не предусмотрено размещение извещения об осуществлении закупки или направление приглашения принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), закупка начинается с заключения контракта и завершается исполнением обязательств сторонами контракта.

В соответствии со статьей 8 Закона о контрактной системе контрактная система в сфере закупок направлена на создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок.

Согласно пункту 4 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе закупка у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) может осуществляться заказчиком на сумму, не превышающую ста тысяч рублей.

Вместе с тем, согласно статье 8 Закона о контрактной системе любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Согласно статье 24 Закона о контрактной системе заказчики при осуществлении закупок используют конкурентные способы определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) или осуществляют закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя). Конкурентными способами определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) являются конкурсы (открытый конкурс, конкурс с ограниченным участием, двухэтапный конкурс, закрытый конкурс, закрытый конкурс с ограниченным участием, закрытый двухэтапный конкурс), аукционы (аукцион в электронной форме (далее также - электронный аукцион), закрытый аукцион), запрос котировок, запрос предложений.

Частью 5 статьи 24 Закона о контрактной системе предусмотрено, что заказчики не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки.

Часть 2 статьи 8 Закона о контрактной системе устанавливает запрет на совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям Закона о контрактной системе, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок.

Кроме того, пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, а в статье 10 Гражданского кодекса РФ конкретизируется запрет на использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции.

Частью 1 статьи 3 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что названный закон распространяется на отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, в которых участвуют российские юридические лица и иностранные юридические лица, федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные осуществляющие функции указанных органов органы или организации, а также государственные внебюджетные фонды, Центральный банк Российской Федерации, физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели.

В соответствии с пунктом 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

Согласно пункту 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Признаки ограничения конкуренции - сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации (пункт 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции).

При этом, приведенный перечень признаков ограничения конкуренции не носит закрытый характер.

Статьей 16 Закона о защите конкуренции запрещаются соглашения между органами местного самоуправления и хозяйствующими субъектами, если такие соглашения приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, в частности ограничению доступа на товарный рынок.

Анализ вышеназванных норм права позволяет сделать вывод, что соглашения, которые приводят или могут привести к ограничению доступа на товарный рынок хозяйствующих субъектов могут быть совершены как в письменной, так и в устной форме. Сама возможность заключения соглашения между хозяйствующими субъектами и органами власти, если такое соглашение приводит или может привести к ограничению конкуренции, рассматривается законодателем как общественно опасное деяние, имеющее квалифицирующее значение для констатации факта нарушения антимонопольного законодательства. Наличие или угроза наступления негативных последствий в результате заключения такого соглашения презюмируется и не требует отдельного доказывания.

В то же время в основе контрактной системы в сфере закупок лежат принципы открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков, стимулирования инноваций, единства контрактной системы в сфере закупок, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок (статья 6 Закона о контрактной системе).

Независимо от способа закупки, эти принципы должны соблюдаться в полной мере.

При этом необходимо отметить, что наиболее предпочтительным способом определения победителя является проведение конкурса, аукциона в связи с тем, что за счет достаточных сроков подачи заявок и заключения договора указанные процедуры обеспечивают расширение числа участников закупок, а также минимизируют риски совершения согласованных действий заказчика и участника закупки.

Учитывая вышеизложенное, для обеспечения гласности и открытости закупочной деятельности, снижения коррупционных проявлений, необходимо осуществлять закупку товаров, работ, услуг преимущественно путем проведения аукциона, конкурса.

При проведении торгов имеет место состязательность участников, конкурирующих между собой за право заключить договор, и стремящихся выдвинуть организатору торгов наиболее выгодные условия договора по поставке товаров, выполнению работ или оказанию услуг. Именно торги позволяют максимально использовать механизм конкуренции и состязательности участников, достигать наиболее выгодных результатов, выдвигая более жесткие требования и условия по гарантиям исполнения, что и отвечает юридической природе торгов.

Следовательно, заключение посредством проведения закупки у единственного поставщика ряда связанных между собой муниципальных контрактов, фактически образующих единую сделку, искусственно раздробленную для формального соблюдения специальных ограничений в обход норм Закона о контрактной системе, противоречит его целям и открывает возможность для приобретения хозяйствующими субъектами незаконных имущественных выгод.

Как следует из пункта 13 статьи 22 Закона о контрактной системе идентичными товарами, работами, услугами признаются товары, работы, услуги, имеющие одинаковые характерные для них основные признаки.

Определение идентичности и однородности товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, сопоставимости коммерческих и (или) финансовых условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг осуществляется в соответствии с методическими рекомендациями (пункт 17 статьи 22 Закона о контрактной системе).

В силу пункта 20 статьи 22 Закона о контрактной системе методические рекомендации по применению методов определения начальной (максимальной) цены контракта, цены контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), устанавливаются федеральным органом исполнительной власти по регулированию контрактной системы в сфере закупок.

Согласно пункту 3.5 Методических рекомендаций по применению методов определения начальной (максимальной) цены контракта, цены контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 02.10.2013 N 567 идентичными признаются работы, услуги, обладающие одинаковыми характерными для них основными признаками (качественными характеристиками), в том числе реализуемые с использованием одинаковых методик, технологий, подходов, выполняемые (оказываемые) подрядчиками, исполнителями с сопоставимой квалификацией.

При этом статьей 168 Гражданского кодекса РФ установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 74 и 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

В Законе о контрактной системе содержится явно выраженный запрет на заключение сделок в обход таких конкурентных способов, без использования которых нарушаются права неопределенного круга третьих лиц - потенциальных участников торгов.

Таким образом, заключение указанных муниципальных контрактов в нарушение норм Закона о контрактной системе противоречит публичным интересам, поскольку нарушает установленный законодателем порядок привлечения субъектов на товарный рынок, а также нарушает права и законные интересы неопределенного круга лиц, так как последние лишены возможности заключить договор на оказание работ, предусмотренных в вышеназванных контрактах.

Проведение публичных процедур способствует развитию конкуренции за обладание правом исполнения договора путем создания условий для выбора контрагента, предлагающего наилучшие условия, что обеспечивает равный доступ к исполнению договора всех заинтересованных лиц. Непроведение публичных процедур, когда это необходимо в силу закона, свидетельствует о предоставлении необоснованных преимуществ при осуществлении хозяйственной деятельности исполнителю и как следствие о достижении соглашения, направленного на ограничение конкуренции.

В случае если общая стоимость заключенных муниципальных контрактов превышает предельно допустимый размер закупки у единственного поставщика, то согласно главе 9 Гражданского кодекса РФ, указанные контракты являются недействительной (ничтожной) сделкой.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Осуществление закупки при заключении муниципальных контрактов по содержанию, обслуживанию, эксплуатации мини-котельных в границах пос. Самородово Промышленного района г. Оренбурга выбрано по пункту 4 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе.

Вместе с тем, суд приходит к выводу, что о факте дробления Контракта свидетельствуют: заключение Контракта именно с единственным поставщиком в лице ИП «<данные изъяты> (Администрацией в материалы дела не представлены доказательства отсутствия хозяйствующих субъектов, имеющих намерение заключить Контракты с Администрацией); а также то, что данные услуги, являющиеся предметом контрактов, составляют комплекс услуг по содержанию, обслуживанию, эксплуатации мини-котельных в границах пос. Самородово Промышленного района г. Оренбурга.

Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 1 Закона о контрактной системе указанный закон регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в части, касающейся заключения гражданско-правового договора, предметом которого являются поставка товара, выполнение работы, оказание услуги, от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования.

По пункту 6 статьи 3 Закона о контрактной системе муниципальный заказчик - муниципальный орган или муниципальное казенное учреждение, действующие от имени муниципального образования, уполномоченные принимать бюджетные обязательства в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации от имени муниципального образования и осуществляющие закупки.

Таким образом, при заключении муниципальных контрактов по содержанию, обслуживанию, эксплуатации мини-котельных в границах пос. Самородово Промышленного района г. Оренбурга Администрация выступала в качестве муниципального заказчика в соответствии с Законом о контрактной системе.

Для определения факта заключения антиконкурентного соглашения необходимо, прежде всего, установить как сам товарный рынок, на котором достигнуто соглашение и предполагается влияние на конкуренцию, в его продуктовых и географических границах, так и состав хозяйствующих субъектов, действующих на определенном товарном рынке.

Товарный рынок - сфера обращения товара (в том числе товара иностранного производства), который не может быть заменен другим товаром, или взаимозаменяемых товаров (далее - определенный товар), в границах которой (в том числе географических) исходя из экономической, технической или иной возможности либо целесообразности приобретатель может приобрести товар, и такая возможность либо целесообразность отсутствует за ее пределами (пункт 4 статьи 4 Закона о защите конкуренции).

Таким образом, в рассматриваемом случае нарушение антимонопольного законодательства совершено на товарном рынке предоставления услуг по содержанию, обслуживанию, эксплуатации мини-котельных.

Потенциальными продавцами (исполнителями) могут быть любые хозяйствующие субъекты, постоянно предоставляющие услуги по содержанию, обслуживанию, эксплуатации мини-котельных, на всей территории Российской Федерации.

Указанное свидетельствует о том, что потенциальный субъектный состав участников данного рынка по факту не ограничен исключительно наличием одного лица – ИП <данные изъяты>

С учетом вышеизложенного, суд пришел к выводу, что рынок предоставления услуг по содержанию, обслуживанию, эксплуатации мини-котельных в территориальных границах пос. Самородово Промышленного района муниципального образования «город Оренбург» в целях удовлетворения муниципальных нужд пос. Самородово является потенциально конкурентным среди продавцов; покупателем является одно лицо - Администрация, являющаяся муниципальным заказчиком.

Заключение посредством проведения закупки у единственного поставщика ряда связанных между собой Контрактов, фактически образующих единую сделку, искусственно раздробленную для формального соблюдения специальных ограничений в обход норм Закона о контрактной системе, противоречит его целям и открывает возможность для приобретения хозяйствующими субъектами незаконных имущественных выгод.

Из содержания указанных Контрактов, заключенных между Администрацией и <данные изъяты> следует, что заказчиком фактически закуплены услуги для реализации единой цели - по содержанию, обслуживанию, эксплуатации мини-котельных в границах территории пос. Самородово Промышленного района г. Оренбурга. Заказчиком по всем Контрактам выступает Администрация.

Указанные контракты направлены на достижение единой хозяйственной цели, приобретателем по ним является одно и то же лицо, имеющее единый интерес, предметом - идентичные работы, в связи с чем, фактически образуют единые сделки, оформленные рядом самостоятельных муниципальных контрактов без проведения публичных процедур, что является существенным нарушением Закона о контрактной системе, так как препятствует развитию добросовестной конкуренции и эффективному использованию бюджетных денежных средств.

Заключение указанных муниципальных контрактов в нарушение норм Закона о контрактной системе противоречит публичным интересам, поскольку нарушает установленный законодателем порядок привлечения субъектов на товарный рынок, а также нарушает права и законные интересы неопределенного круга лиц, так как последние лишены возможности заключить контракт на оказание услуг, предусмотренных в вышеназванных контрактах.

Проведение публичных процедур способствует развитию конкуренции за обладание правом исполнения договора путем создания условий для выбора контрагента, предлагающего наилучшие условия, что обеспечивает равный доступ к исполнению договора всех заинтересованных лиц. Непроведение публичных процедур, когда это необходимо в силу закона, свидетельствует о предоставлении необоснованных преимуществ при осуществлении хозяйственной деятельности исполнителю, в данном случае ИП «ФИО5.», и, как следствие, о достижении соглашения, направленного на ограничение конкуренции.

Довод главы пос. Самородово ФИО1 о том, что все договоры составлялись под конкретную смету, с разными видами работ, поэтому являются самостоятельными по своей сути, суд считает не состоятельным, поскольку ни материалами дела, ни в судебном заседании данный факт не подтверждён.

Вышеизложенное свидетельствует о том, что при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении должностного Администрации требования закона о полном, всестороннем и объективном исследовании всех обстоятельств дела должностными лицами УФАС не выполнены, что является существенным нарушением процессуальных требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, влекущим отмену постановления должностного лица.

Поскольку в ходе производства по делу были допущены существенные процессуальные нарушения, и на сегодняшний день годичный срок давности привлечения к ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 7.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не истек, постановление должностного лица УФАС подлежит отмене, а дело подлежит возвращению на новое рассмотрение должностному лицу УФАС, правомочным рассмотреть дело.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 30.6-30.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

постановил:

постановление от 22 августа 2018 года заместителя руководителя Оренбургского УФАС России ФИО4 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 7.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении главы п. Самородово Промышленного района г. Оренбурга ФИО1, отменить.

Дело возвратить в Оренбургское УФАС России на новое рассмотрение.

Протест заместителя прокурора Промышленного района г. Оренбурга Беловой Т.А. удовлетворить.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд в течение 10 дней со дня вручения или получения копии решения.

Судья Болдова Г.Ф.