Решение № 2-57/2021 2-57/2021(2-857/2020;)~М-734/2020 2-857/2020 М-734/2020 от 15 июля 2021 г. по делу № 2-57/2021

Дело № 2-57/2021

УИД 42RS0020-01-2020-001194-97


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Город Осинники 16 июля 2021 года

Осинниковский городской суд Кемеровской области

В составе председательствующего судьи Зверьковой А.М.

При секретаре Дубровиной Е.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, истребовании из чужого незаконного владения имущества, взыскании компенсации морального вреда, встречному исковому заявлению ФИО5 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании добросовестным приобретателем,

У С Т А Н О В И Л

ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО3, ФИО4, ФИО5, с учетом уточнений просит признать договор купли-продажи автомобиля Ситроен С4, 2012 года выпуска, <данные изъяты>, заключенный между ФИО1 и ФИО4, 19.03.2019 – недействительным; признать договор купли-продажи автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>, заключенный между ФИО4 и ФИО5 20.03.2019 – недействительным; признать договор купли-продажи автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>, заключенный между ФИО2 и ФИО3 – недействительным; истребовать из чужого незаконного владения автомобиль Ситроен С4, <данные изъяты> с передачей ФИО2, взыскать с ФИО3, ФИО4 в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей (л.д.49-51,141 т.2).

Требования обосновывает тем, что 11.05.2018 было рассмотрено гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2 об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Исковые требования были удовлетворены в полном объеме. Апелляционным определением Кемеровского областного суда от 19.09.2019 указанное решение Центрального районного суда г.Новокузнецка отменено, вынесено определение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 03.10.2019 ею подано заявление о повороте исполнения решения суда, в рамках рассмотрения которого стало известно следующее: Постановлением судебного пристава-исполнителя от сентября 2018 года о передаче изъятого имущества на распоряжение, автомобиль Ситроен С4, <данные изъяты>, был передан ФИО3. Далее между ФИО3 и ФИО4 был заключен договор купли-продажи автомобиля 19.03.2019 за 60 000 рублей. Указанный автомобиль был зарегистрирован за номером <данные изъяты> без снятия с учета предыдущего государственного номера. Между ФИО4 и ФИО5 был заключен договор купли-продажи указанного выше автомобиля 20.03.2019 за 350 000 рублей. Полагает указанные сделки незаконны, поскольку апелляционным определением Кемеровского областного суда решение суда первой инстанции отменено в полном объеме, имущество подлежит передаче законному собственнику – ФИО2. Кроме того, в ходе рассмотрения настоящего дела стороной ответчика в материалы дела представлен договор купли-продажи автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>, заключенный между ФИО2 и ФИО3. Указанный договор является недействительным, поскольку на указанный в договоре период времени она не являлась собственником автомобиля и не имела права его отчуждать, в указанный день договор она не подписывала, подпись считает профессионально воспроизведенной. С 17.09.2018 согласно ПТС ФИО3 являлся собственником автомобиля. Полагает, договор был предоставлен в суд для введения суда в заблуждение. Указанный договор был мнимой сделкой, не был исполнен сторонами. Ранее указанный договор ни в одном из судебных заседаний Центрального районного суда не упоминался. Кроме того, действиями ФИО3, ФИО4 ей причинены нравственные страдания в 30 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела от ФИО5 поступило встречное исковое заявление к ФИО2, ФИО3, ФИО4, просит признать себя добросовестным приобретателем автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>.

Требования обосновывает тем, что 20.03.2019 приобрел указанный автомобиль у ФИО4 за 350 000 рублей, сделка была возмездной. В тот же день ему были переданы ключи от автомобиля и все документы на автомобиль. Перед заключением договора купли-продажи он проверил автомобиль по базам ГИБДД на наличие арестов, запретов, каких-либо ограничений. Полагает, что является добросовестным приобретателем, автомобиль не может быть истребован из его владения (л.д.249 т.1).

В судебном заседании ФИО2 исковые требования поддержала в полном объеме. Суду пояснила, что автомобиль Ситроен С4, <данные изъяты>, она приобрела на основании договора купли-продажи 28.09.2012. автомобиль находился в залоге у ПАО «Росбанк». В настоящее время кредит полностью погашен. В соответствии с решением Центрального районного суда г. Новокузнецка от 11.05.2018 автомобиль Ситроен С4, был истребован из ее незаконного владения и передан ФИО3. Однако, апелляционным определением Кемеровского областного суда от 19.09.2019 указанное решение суда было отменено, исковые требования ФИО3 об истребовании автомобиля из ее незаконного владения оставлены без удовлетворения. При этом, в рамках исполнения решения Центрального районного суда г.Новокузнецка от 11.05.2018, в июле 2018 года спорный автомобиль был изъят у нее и передан в пользу ФИО3. Поскольку решение суда, на основании которого спорный автомобиль передан ответчику, отменено, она является владельцем спорного автомобиля, поэтому полагает, сделка купли-продажи автомобиля, заключенная между ФИО3 и ФИО4, 19.03.2019 – недействительна. Соответственно, недействительна и последующая сделка, заключенная 20.03.2019 между ФИО4 и ФИО5. Кроме того, указывает, что представленный в материалы дела договор купли-продажи спорного автомобиля от 24.09.2018, якобы заключенный между ней и ФИО3, является незаконным. Указанный договор она не подписывала, и вообще, согласно имеющимся доказательствам, не могла его подписывать, поскольку в сентябре 2018 года собственником автомобиля не являлась, им являлся ФИО3, поскольку в рамках исполнительного производства автомобиль был передан ему. Полагает, договор купли-продажи от 24.09.2018 сфальсифицирован, является ненадлежащим доказательством по делу. На основании изложенного, просила удовлетворить ее требования в полном объеме. ФИО5 в удовлетворении встречных требований отказать, поскольку он не может являться добросовестным приобретателем автомобиля, поскольку на момент приобретения им автомобиля, тот находился в залоге у банка.

Представитель ФИО2 – ФИО6, действующий на основании доверенности на исковых требованиях, настаивал, просил их удовлетворить. Представленный в материалы дела документ – договор купли-продажи автомобиля от 24.09.2018 является подложным. Почерковедческая экспертиза подтвердила, что ФИО3 указанный договор не подписывал. Соответственно, договор не может быть признан законным и заключенным. Поскольку на момент заключения договора купли-продажи 19.03.2019 ФИО3 законным владельцем автомобиля не являлся, соответственно, указанный договор подлежит признанию его недействительным. Последующий договор купли-продажи автомобиля от 20.03.2019 также подлежит признанию недействительным. Поскольку ФИО5 владеет автомобилем на незаконных основаниях, необходимо истребовать указанный автомобиль у ФИО5 и передать ФИО2. Просил отказать ФИО5 в удовлетворении встречного иска о признании его добросовестным приобретателем, поскольку он таковым не является.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился. О рассмотрении дела извещен надлежащим образом.

Представитель ФИО3 – ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против удовлетворения искового заявления ФИО2. Представил дополнительные письменные пояснения по обстоятельствам дела. Просил учесть, что ФИО3 имеет хроническое заболевание и страдает расстройством зрения, с очевидным снижением остроты зрения. Указанные хронические заболевания имели свое начало и развитие до даты подписания договора купли-продажи автомобиля с ФИО2. При этом, экспертом при исследовании образцов подписи ФИО3 использовались и сравнивались подписи в заявлении о назначении пенсии от 01.08.2005, 09.03.2007, расписке (уведомление) от 18.12.2006, и договоре от 24.09.2018. Экспертом не учтено, что разница между документами более 10 лет. Кроме того, просит обратить внимание, на выводы эксперта относительно исследования по второму вопросу, а именно «рукописная запись в графе «продавец» нанесена после выполнения печатного текста», свидетельствует о том, что ФИО2 была ознакомлена с существенными условиями сделки по продаже автомобиля, была с ними согласна, что подтверждается свободное волеизъявление участника сделки на отчуждение транспортного средства. Обозначенный вывод эксперта свидетельствует о том, что требования ФИО2 не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, позиция не соответствует критериям добросовестности, и следовательно, является злоупотреблением правом. На основании изложенного, просил отказать ФИО2 в удовлетворении требований. Требования ФИО5, считает законными. Также пояснил, что его доверитель ФИО3 настаивает на том, что заключал договор купли-продажи автомобиля с ФИО2, свою подпись в договоре не оспаривает. Заключение эксперта не оспаривает, дополнительных ходатайств о назначении экспертизы не имеет.

ФИО4 в судебное заседание не явился. О рассмотрении дела извещен. Ранее в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований ФИО2.

ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований ФИО2. Свое встречное исковое заявление поддержал, просил его удовлетворить. Полагает, что является добросовестным приобретателем, поскольку при покупке автомобиля проверил его по базам ГИБДД, на предмет ограничений и арестов.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных надлежащим образом о рассмотрении дела.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В силу ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 154 Гражданского кодекса РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу ст. 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Гражданским кодексом РФ, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В соответствии со ст. 302 Гражданского кодекса РФ если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Согласно ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно 302ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Судом установлено, что в настоящее время, собственником автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>, является ФИО5. Указанный автомобиль принадлежит ему на основании договора купли-продажи транспортного средства от 20.03.2019. Автомобиль приобретен у ФИО4 за 350 000 рублей. Указанные обстоятельства, подтверждаются копией договора купли-продажи, карточкой учета транспортного средства (л.д.41,42,43 т.1), свидетельством о регистрации права, паспортом транспортного средства (л.д.83, 87 т.1).

Судом установлено, что ФИО4 являлся собственником указанного автомобиля на основании договора купли-продажи транспортного средства от 19.03.2019. Приобрел автомобиль у ФИО3.

Из паспорта транспортного средства усматривается, что ФИО3 указанный автомобиль принадлежал на основании решения суда № 2-1950/2018 с 17.09.2018, дата регистрации – 16.01.2019 (л.д.83 т.1). Из ПТС также усматривается, что ранее спорный автомобиль имел государственный регистрационный знак №, в последующем, в период владения автомобилем ФИО3, регистрационный знак поменян на <данные изъяты>. При постановке на учет транспортного средства произошла замена регистрационных знаков (л.д.189 т.1). Регистрация транспортного средства в Органах ГИББ осуществлялась от имени ФИО3 ФИО4 на основании доверенности от 24.09.2018 (л.д.191 т.1). В подтверждение прав на автомобиль представлено решение Центрального суда г. Новокузнецка от 11.05.2018, акт о передаче изъятого имущества на распоряжение, ПТС (л.д.192,193 т.1).

Ранее собственником указанного автомобиля являлась ФИО2 на основании договора купли-продажи транспортного автомобиля от 28.09.2012 (л.д.138-147 т.1).

Судом также установлено, что решением Центрального суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 11.05.2018 по гражданскому делу № 2-1950/2018 исковые требования ФИО3 к ФИО2 об истребовании имущества из чужого незаконного владения были удовлетворены в полном объеме. Судом установлено, что 12.12.2017 между ФИО3 и ФИО2 был заключен договор краткосрочного займа под залог транспортного средства, автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>. 03.03.2018 между ФИО3 и ФИО2 заключен договор об отступном, согласно которому ранее неисполненные обязательства ответчика по договору краткосрочного займа под залог транспортного средства от 12.12.2017, прекращаются взамен исполнения отступного путем передачи кредитору транспортного средства автомобиля марки Ситроен С4, <данные изъяты>. Поскольку обязательство по передаче предмета отступного ответчиком исполнено не было, суд постановил: истребовать из незаконного владения ФИО2 залоговое имущество – автомобиль марки Ситроен С4, <данные изъяты>, с передачей указанного автомобиля ФИО3 (л.д.228-231 т.1).

Апелляционным определением Кемеровского областного суда от 19.09.2019 указанное решение Центрального районного суда г.Новокузнецка отменено, вынесено определение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО3 в полном объеме (л.д.252-238 т.1).

Поскольку решение Центрального суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 11.05.2018 не было обжаловано в установленный законом срок и вступило в законную силу, 18.06.2018 ФИО3 был выдан исполнительный лист (л.д.113-116 т.1). 19.06.2018 судебным приставом-исполнителем ОСП по Центральному району г. Новокузнецка УФССП России по КО, возбуждено исполнительное производство, предмет исполнения: истребовать из незаконного владения ФИО2 залоговое имущество – автомобиль Ситроен С4, <данные изъяты> с передачей указанного имущества ФИО3 (л.д.124-125 т.1). 16.07.2018 составлен акт о наложении ареста (описи имущества) на транспортное средство – автомобиль Ситроен С4, <данные изъяты>. Автомобиль передана ответственное хранение представителю ФИО3 - ФИО4, с ограничением права пользования (л.д.126-128 т.1). 17.09.2018 в соответствии с актом о передаче имущества на распоряжение, транспортное средство Ситроен С4, г/н № передано представителю ФИО3 - ФИО4 (л.д.192 т.1). 27.08.2019 судебным приставом-исполнителем ОСП по Центральному району г.Новокузнецка вынесено постановление об окончании исполнительного производства (л.д.148 т.1). Факт совершения исполнительских действий, движение по исполнительному производству также подтверждается внутренней описью к исполнительному производству (л.д. 107 т.1).

Поскольку решение Центрального суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 11.05.2018 было отменено, ФИО2 обратилась в суд с заявление о повороте исполнения решения суда. Определением Центрального суда г.Новокузнецка Кемеровской области от 09.01.2020 заявление ФИО2 было удовлетворено. Произведен поворот исполнения решения Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 11.05.2018. ФИО5 обязан передать автомобиль Ситроен С4, <данные изъяты> - ФИО2 (л.д.246 т.1). Апелляционным определением Кемеровского областного суда от 09.04.2020 определение Центрального районного суда г.Новокузнецка Кемеровской области от 09.01.2020 отменено, ФИО2 отказано в удовлетворении заявления о повороте исполнения решения Центрального районного суда г. Новокузнецка от 11.05.2018 по иску ФИО3 к ФИО2 об истребовании из чужого незаконного владения автомобиля (л.д.239-245 т.1).

ФИО2 обратилась в суд с настоящим иском, просит признать договоры купли-продажи автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>, заключенные 19.03.2019 между ФИО3 и ФИО4, 20.03.2019 между ФИО4 и ФИО5, недействительными, и стребовать из чужого незаконного владения указанный автомобиль, с передачей ФИО2. Указанные требования обосновывает тем, что решение от 11.05.2018, на основании которого указанный автомобиль выбыл из ее владения, отменено, соответственно ФИО3 владел автомобилем без законных на то оснований. А поскольку законным владельцем автомобиля ФИО3 не являлся, соответственно не мог им распоряжаться, в связи с чем, все последующие сделки по продаже автомобиля следует признать недействительными.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

Если собственник требует возврата своего имущества из владения лица, которое незаконно им завладело, такое исковое требование подлежит рассмотрению по правилам статей 301, 302 ГК РФ, а не по правилам главы 59 ГК РФ (п. 34).

Если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ (п.35).

В соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца (п. 36).

В ходе рассмотрения дела представители ФИО3, ФИО4 указывали, что ФИО3 являлся собственником транспортного средства – автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>, мощность двигателя 120 л.с., и имел право им распоряжаться, соответственно, все заключенные договоры купли-продажи автомобиля являются законными сделками и не могут быть признаны недействительными.

В обоснование позиции ФИО3 представлен оригинал договора купли-продажи транспортного средства от 24.08.2018, в соответствии с которым ФИО2 продала а ФИО3 купил транспортное средство марки Ситроен С4, <данные изъяты> (л.д.199 т.1). Стоимость транспортного средства составляет 60 000 рублей, продавец денежные средства получил, транспортное средство покупателю передал. Указанный договор подписан ФИО2 и ФИО3.

ФИО2 в ходе рассмотрения дела указывала, что данный договор не подписывала, не заключала. Полагает, что договор является сфальсифицированным, каким-то образом. При этом, свою подпись в договоре не оспаривала. Полагает, что текст договора мог быть нанесен позже проставления подписи.

Определением Осинниковского городского суда от 19.03.2021 по ходатайству ФИО2 назначено проведение почерковедческой экспертизы и технической экспертизы документов, на разрешение которой поставлены следующие вопросы:

Выполнена ли подпись и рукописная запись в графе «Покупатель» «Жданов Василий Михайлович» в договоре купли-продажи от 24.09.2018 автомобиля Ситроен С4, государственный номер №, ФИО3?

Что выполнено ранее, печатный текст договора или рукописная запись в графе «Продавец» - «ФИО2 подпись»? Учитывая особенности изготовления исследуемого договора, при проведении экспертизы с целью определения что выполнено ранее исследовать: текст содержащий дату договора, текст содержащий условия договор, рукописную запись в графе «Продавец» и рукописную запись в графе «Покупатель».

В случае невозможности ответить на предыдущие вопросы, определить дату изготовления договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ автомобиля Ситроен С4 государственный номер № и установить подвергался ли указанный договор термическому, световому либо химическому воздействию (искусственному старению)?

Согласно заключению эксперта № 7942/6-2-21 от 08.06.2021 следует, что рукописная запись «Жданов Василий Михайлович», а также подпись, расположенные в договоре купли-продажи от 24.09.2018 автомобиля Ситроен С4, в графе «покупатель», выполнены не ФИО3, а другим лицом. Исследуемая подпись выполнена с подражанием подписи ФИО3 (л.д. 228-235 т.2).

Согласно заключению эксперта № 7943/6-2-21 от 11.06.2021, в договоре купли-продажи транспортного средства в г.Новокузнецке Кемеровской области от 24.09.2018, печатный текст выполнен в один прием. Рукописная запись в графе «продавец» - «ФИО2 подпись» нанесена после выполнения печатного текста (л.д.236-244 т.2).

По мнению суда, указанные экспертные заключения ФБУ КЛСЭ в силу ст. 59-60 ГПК РФ являются допустимым доказательством, достоверным, нет оснований сомневаться в их объективности. Данные заключения у суда не вызывают сомнений, поскольку составлены экспертами, обладающими специальными познаниями, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, выводы изложенные в экспертном заключении основаны на исследованных данных и мотивированы. Стороны данные заключения не оспаривают. Ходатайств о назначении повторной, дополнительной экспертизы не заявляли.

В силу закона никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 и часть 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Заключение эксперта исследуется в судебном заседании, оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы (часть 2 статьи 187 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Согласно части 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

По мнению суда, тот факт, что согласно заключения эксперта подпись покупателя ФИО3 в графе «покупатель» в договоре купли-продажи транспортного средства от 24.09.2018 выполнена не ФИО3, а другим лицом, не имеет существенного значения для дела, и не может служить основанием для признания указанного договора недействительным, поскольку сам ФИО3 факт заключения договора купли-продажи не оспаривает и не оспаривал. Напротив, утверждает, что заключал указанный договор с ФИО2 и подписывал его и являлся законным владельцем спорного автомобиля и имел право им распоряжаться. При этом, представитель ФИО3 просит учесть, что при исследовании образцов почерка и подписи ФИО3 использовались образцы, истребованные судом, составленные 2007-2008 годах, тогда как оспариваемый договор подписан 24.09.2018, то есть, спустя более чем 10 лет, после подписания представленных на экспертизу документов. Также просит учесть, что ФИО3 длительное время страдает хроническими заболеваниями, приводящими к снижению остроты зрения. Суд находит данные доводы обоснованными, факт наличия заболевания органов зрения ФИО3, подтверждается представленными в материалы дела медицинскими документами. По мнению суда, вывод эксперта о том, что договор подписан не ФИО3, а другим лицом с подражанием его подписи, на подложность, фальсификацию представленного договора купли-продажи транспортного средства от 24.09.2018 не влияет, ввиду отсутствия возражений со стороны ФИО3. не оспаривающего факт заключения указанного договора. Других доказательств, свидетельствующих о фиктивности указанного договора купли-продажи стороной истца не представлено, судом таких доказательств не добыто.

Выводы эксперта о том, что в договоре купли-продажи транспортного средства от 24.09.2018 печатный текст выполнен в один прием, а рукописная подпись в графе «Продавец» - ФИО2 подпись» нанесена после выполнения печатного текста, свидетельствует о том, что ФИО2 в момент подписания договора имела возможность ознакомится с полным текстом договора, осознавала и понимала существо заключаемой ею сделки. При этом, суд учитывает, что ФИО2 рукописный текст в графе «продавец» - «ФИО2 подпись» не оспаривает, сомнений в том что указанная подпись выполнена не ею, не высказывает. О назначении почерковедческой экспертизы в указанной части не просила.

Таким образом, ФИО2 в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств подложности представленного ФИО3 договора купли-продажи транспортного средства от 24.09.2018. Следовательно, само по себе заявление стороны о подложности документов в силу ст. 186 ГПК РФ не влечет автоматического исключения такого доказательства из числа доказательств, собранных по делу, поскольку именно на сторонах лежит обязанность доказать наличие фиктивности конкретного доказательства.

Таким образом, суд приходит к выводу, что 24.09.2018 между сторонами ФИО2 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи транспортного средства автомобиля марки Ситроен С4, <данные изъяты>, указанный автомобиль в соответствии с договором купли-продажи перешел в собственность ФИО3. Оснований для признания указанного договора недействительным у суда не имеется, в связи с чем, суд приходит к выводу о необходимости отказать ФИО2 в удовлетворении требований о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, заключенного 24.09.2018 между ней и ФИО3.

При наличии указанных обстоятельств, ФИО3 являясь законным владельцем и собственником транспортного средства, имел возможность распоряжаться им путем заключения договоров купли-продажи, в том числе с ФИО4.

Доводы стороны ФИО2 о том, что сделка между ФИО3 и ФИО4 была фиктивной, направленной на избежание ответственности в случае последующей продажи автомобиля, для создания «цепочки» покупателей, а также поскольку в договоре стоит цена автомобиля ниже его рыночной стоимости, и указанные лица между собой знакомы, суд находит несостоятельными. Факт знакомства участников сделки и указание цены автомобиля ниже его рыночной стоимости не свидетельствует о недействительности и незаконности сделки.

Доводы ФИО2 о том, что на протяжении двух лет пока идут судебные разбирательства между ней и ФИО3 по поводу спорного автомобиля, он не предъявлял указанный договор, не свидетельствуют о его недействительности, либо подложности, поскольку как усматривается из представленных решений суда, ФИО2 ни разу не оспаривала право собственности ФИО3 на спорный автомобиль. Поэтому основания для представления указанного доказательства у ФИО3 отсутствовали.

ФИО2 и ее представитель в своих возражениях также указывали, что несмотря на наличие договора купли-продажи транспортного средства от 24.09.2018, ФИО3 при регистрации автомобиля в Органах ГИБДД, в качестве основания возникновения права собственности, ссылался на решение суда от 11.05.2018, а не на договор. А также на то, что на момент совершения сделки 24.09.2018 ФИО2 фактически собственником автомобиля не являлась, поскольку он был изъят у нее судебным приставом-исполнителем Однако, данные обстоятельства также не могут повлиять на законность оспариваемой сделки.

Как усматривается из представленных документов по состоянию на 24.09.2018 ФИО2 являлась собственником автомобиля, поскольку несмотря на изъятие автомобиля 16.07.2018 судебным приставом-исполнителем, и передачу автомобиля на ответственное хранение представителю ФИО3 - ФИО4, право собственности ФИО2 на транспортное средство не прекратилось. Формально, являясь собственником указанного автомобиля, ФИО2 могла совершать сделки по отчуждению указанного имущества.

Кроме того, суд учитывает, что ФИО2 и ФИО3 знакомы длительное время, ранее заключали договоры займа с залогом транспортного средства, соглашения об отступном, поэтому, не исключает возможности заключения оспариваемого договора 24.09.2018 с целью погашения ранее возникших обязательств.

Также суд учитывает, что при регистрации автомобиля в Органах ГИБДД в качестве основания возникновения права собственности ФИО3 указано решение суда от 11.05.2018, поскольку на момент регистрации автомобиля – 16.01.2019, указанное решение суда было действующим и не было отменено. Автомобиль находился в владении и пользовании ФИО3 его представителя - ФИО4.

Таким образом, суд приходит к выводу, что поскольку 24.09.2018 между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи транспортного средства – автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>, с 24.09.2018 ФИО3 являлся законным владельцем указанного транспортного средства, он имел право распоряжаться им по своему усмотрению. Таким образом, договоры купли продажи автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>, заключенные 19.03.2019 между ФИО3 и ФИО4, 20.03.2019 между ФИО4 и ФИО5, не подлежат признанию недействительными, по основаниям, заявленным ФИО2. На основании изложенного, суд считает необходимым отказать ФИО2 в удовлетворении требований в указанной части.

Требования ФИО2 об истребовании автомобиля из чужого незаконного владения, с передачей ФИО2, также не подлежат удовлетворению, ввиду отсутствия правовых оснований для их удовлетворения.

Таким образом, суд считает необходимым отказать ФИО2 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В ходе рассмотрения дела от ФИО5 поступило встречное исковое заявление к ФИО2, ФИО3, ФИО4, в котором он просит признать себя добросовестным приобретателем автомобиля Ситроен С4, 2012 года выпуска, номер г/н №.

Требования обосновывает тем, что 20.03.2019 приобрел указанный автомобиль у ФИО4 за 350 000 рублей, сделка была возмездной. В тот же день ему были переданы ключи от автомобиля и все документы на автомобиль. Перед заключением договора купли-продажи он проверил автомобиль по базам ГИБДД на наличие арестов, запретов, каких-либо ограничений. Полагает, что является добросовестным приобретателем, автомобиль не может быть истребован из его владения.

Данные требования суд также находит не подлежащими удовлетворению.

В силу ч. 1 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Согласно пункту 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума ВАС Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества.

Таким образом, для правильного разрешения спора существенное значение имеет установление обстоятельств перехода прав на заложенный автомобиль, а также наличия или отсутствия добросовестности его приобретателей.

В ходе рассмотрения дела судом достоверно установлено, что ФИО5 приобрел транспортное средство у лица, имевшего право на его отчуждение, сделка по приобретению автомобиля являлась возмездной, в день совершения сделки транспортное средство вместе с документами (ПТС, Свидетельство о регистрации) были переданы ФИО5. ФИО5 передал денежные средства за автомобиль ФИО4 в полном объеме.

Однако, суд учитывает, что ФИО5 не представлено доказательств того, что он не знал или не должен был знать о нахождении приобретаемого им автомобиля в залоге. Достоверных доказательств того, что ФИО5 не имел возможности проверить данную информацию общедоступным способом им не представлено.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание положения ст. 352 ГК РФ, поведение приобретателя заложенного имущества может быть расценено как добросовестное лишь при условии, что он не знал о приобретении обремененного залогом имущества и не мог знать.

Судом установлено, что автомобиль Ситроен С4, <данные изъяты> был приобретен ФИО2 на основании договора купли-продажи транспортного автомобиля от 28.09.2012. Автомобиль приобретен с использованием кредитных денежных средств ПАО «Росбанк». При этом, в соответствии с условиями договора кредитования, автомобиль находился в залоге у банка (л.д.138-143,144,145146,147 т.1).

Из сообщений нотариусов Осинниковского нотариального округа следует, что сведения о залоге недвижимого имущества находятся в открытом доступе на сайте Федеральной нотариальной платы в реестре уведомлений о залоге движимого имущества (л.д.22,65,67 т.2).

Из уведомления о залоге усматривается, что транспортное средство Ситроен С4, <данные изъяты>, передано в залог на основании договора от 19.09.2012, залогодатель ФИО2, залогодержатель ПАО «Росбанк». Согласно истории изменений возникновение залога – 28.12.2014, исключение – 01.09.2020 (л.д.225-227 т.1).

Согласно сообщения ПАО «Росбанк» следует, что транспортное средство марки Ситроен С4, <данные изъяты> был зарегистрирован в реестре уведомлений о залоге движимого имущества в период с 28.12.2014 по 28.08.2020, залогодержатель ПАО «Росбанк»(л.д.48 т.2).

Однако ФИО5 приобретая спорный автомобиль, необходимую степень осмотрительности не проявил, и не принял все разумные меры, направленные на проверку юридической чистоты сделки, в полном объеме не проверил достоверность информации, содержащейся в договоре купли-продажи, об отсутствии обременений в виде залога.

Таким образом, ФИО5 не может быть признан добросовестным приобретателем транспортного средства.

Однако, указанное обстоятельство, по мнению суда, в данном случае существенного значения для разрешения исковых требований ФИО2 не имеет. Какие-либо правовые последствия для ФИО2, либо ФИО5 не порождает.

В соответствии со ст. 334 ГК РФ залог, выступает способом обеспечения исполнения обязательства должником перед кредитором. Кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В данном случае залогодержателем выступал ПАО «Росбанк» предоставивший кредитные средства ФИО2 под залог транспортного средства. Поскольку обязательство ФИО2 по возврату кредита исполнено надлежащим образом, залог на спорный автомобиль прекратился в соответствии со ст. 352 ГК РФ.

На основании изложенного, встречные исковые требования ФИО5 о признании его добросовестным приобретателем, удовлетворению не подлежат.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся, в том числе, расходы на оплату экспертизы.

На основании ст. ст. 94, 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально удовлетворенным требованиям.

Из материалов дела усматривается, что определением суда от 19.03.2021 по делу было назначено проведение почерковедческой и технической экспертизы документов. Расходы по оплате экспертизы были возложены на ФИО2. Однако, экспертиза не была ею оплачена. Экспертное заключение поступило в суд.

Согласно ходатайства ФБУ Кемеровская ЛСЭ Минюста России, стоимость расходов в связи с производством судебной экспертизы составляет: 22 480 рублей; и 25 852 рублей, всего 48 332 рублей (том 2 л.д. 245,246,248).

Поскольку судебная экспертиза не была оплачена, учитывая, что ФИО2 в удовлетворении исковых требований судом отказано в полном объеме, по мнению суда, указанная сумма подлежит взысканию в пользу ФБУ Кемеровская ЛСЭ Минюста России с ФИО2.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО2 в удовлетворении исковых требований к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании сделки договора купли-продажи автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>, заключенного между ФИО3 и ФИО4, 19.03.2019 – недействительным; признании договора купли-продажи автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>, заключенного между ФИО4 и ФИО5 20.03.2019 – недействительным; признании договора купли-продажи автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>, заключенного между ФИО2 и ФИО3 – недействительным; истребовании из чужого незаконного владения автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>, с передачей ФИО2; взыскании с ФИО3, ФИО4 в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, отказать.

ФИО5 в удовлетворении исковых требований к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании добросовестным приобретателем автомобиля Ситроен С4, <данные изъяты>., отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФБУ Кемеровской ЛСЭ Минюста России расходы на проведение судебной экспертизы в размере 48 332 рублей (сорок восемь тысяч триста тридцать два рубля).

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 23 июля 2021 года.

Судья А.М. Зверькова