Апелляционное определение № 33-4037/2025 от 15 декабря 2025 г.

Судья Уланкова О.А. Дело № 33-4037/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 16 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:

председательствующего Емельяновой Ю.С.,

судей: Алиткиной Т.А., Небера Ю.А.,

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Т.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Томске с использованием системы видеоконференцсвязи с Ленинским районным судом города Кемерово апелляционную жалобу представителя истца индивидуального предпринимателя ФИО1 ФИО2 на решение Асиновского городского суда Томской области от 30 сентября 2025 года

по гражданскому делу № 2-374/2025 по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО3 о взыскании упущенной выгоды в связи с расторжением партнерского соглашения.

Заслушав доклад судьи Небера Ю.А., пояснения представителя истца ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, возражения ответчика ФИО3, судебная коллегия

установила:

индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в Арбитражный суд Кемеровской области к ФИО3 о взыскании 50000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 07.12.2023 в размере 989,38 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 08.12.2023 по день вынесения судом решения, исчисленных исходя из размера ключевой ставки, установленной Банком России, а также процентов за пользование чужими денежными средствами, за период со дня, следующего за днем вынесения судом решения по день фактической оплаты долга истцу, исчисленных из расчета ключевой ставки, установленной Банком России на этот период, заявлено о возмещении расходов по оплате государственной пошлины в размере 2040 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что 16.12.2021 между ИП ФИО1 (партнер 1) и ИП ФИО3 (партнер 2) было заключено Партнерское соглашение №2 о продвижении товаров посредством пользования площадок маркетплейса. В соответствии с п. 1.1 Соглашения партнеры обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица в вопросе по закупке, продвижению и последующей реализации товаров, указанных в п. 1.2, посредством использования торговых площадок (маркетплейсов). В соответствии с п. 5.1 Соглашение заключено на срок до 31.12.2022. Если в течение месяца до окончания срока действия договора ни одна из сторон не заявила возражение против продления срока его действия, он автоматически продлевается на один год на тех же условиях. Ни одной из сторон возражения не заявлялись, соответственно договор автоматически был пролонгирован на один год, до 31.12.2023. Согласно п. 6.1 Соглашение прекращается по основаниям п. 5.1 соглашения, либо по соглашению обоих партнеров, либо по письменному требованию одного из партнеров. Согласно п. 6.2 соглашения партнер, желающий расторгнуть настоящее соглашение в одностороннем порядке до даты срока действия или отказывающийся выполнять свои обязательства по данному соглашению, обязан оплатить другому партнеру упущенную выгоду в размере 500000 руб. ИП ФИО3 инициировал расторжение соглашения по собственной инициативе, известив об этом ИП ФИО1, посредством направления сообщения в мессенджере Телеграмм. 01.08.2023 ИП ФИО1 был подготовлен проект соглашения о расторжении Партнерского Соглашения № 2 от 16.12.2021 о продвижении товаров посредством использования площадок маркетплейса по инициативе ИП ФИО3 и направлен последнему посредством мессенджера Телеграмм. ФИО3 был направлен ответ посредством мессенджера Телеграмм, в котором он указал: «1. Выплачиваю по 500 т.р. Баханову…2. Срок выплаты 3 года…», «Самое надежное, что я могу гарантировать, это максимум разбить платежи на 2 года и первый платеж с сентября», «С сентября могу первую оплату». Затем, ИП ФИО3 были внесены корректировки в проект соглашения о расторжении Партнерского соглашения, согласно которым п. 2 соглашения о расторжении звучит так: «Партнер 2 обязуется выплатить Партнеру 1 и Партнеру 3 денежную сумму в размере 250000 руб. каждому из партнеров. Оплата указанной суммы осуществляется в течение 18 месяцев, начиная с 01.09.2023. Минимальный ежемесячный платеж составляет 12500 руб. каждому из партнеров». Пункт 8 в редакции ИП ФИО3: «В случае нарушения Партнером 2 условий, предусмотренных п. 2 настоящего соглашения, Партнер 2 выплачивает Партнеру 1 и Партнеру 3 дополнительную денежную сумму в размере 250000 руб. каждому из партнеров. Оплата дополнительной денежной суммы осуществляется в течение следующих 18 месяцев с момента предъявления соответствующего требования». Далее, ФИО3 указывает, что «правки в одном из соглашений внес, также они аналогичны к другим соглашениям». Соответственно, правки, внесенные в Соглашение № 4 ФИО3 аналогичны правкам, внесенным в Соглашение о расторжении Партнерского Соглашения № 2, о котором идет речь в настоящем исковом заявлении. ИП ФИО3 нарушен п. 6.2 Партнерского Соглашения №2 и п. 2 Соглашения о расторжении Партнерского Соглашения №2, поскольку оплаты согласно п. 2 соглашения ФИО1 не поступало, а первая оплата установлена с 01.09.2023. Согласно п. 2 Соглашения о расторжении Партнерского Соглашения №2, должна была поступить оплата в следующем размере: 01.09.2023 – 12500 руб., 01.10.2023 – 12500 руб., 01.11.2023 – 12500 руб., 01.12.2023 – 12500 руб. Итого, сумма задолженности составляет 50000 руб. В соответствии с положениями ст. 395 ГК РФ размер процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.09.2023 по 07.12.2023 составил 989,38 руб. 15.08.2023 была направлена претензия в адрес ФИО3 Ответа не последовало.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 28.04.2025 гражданское дело передано на рассмотрение в Асиновский городской суд Томской области (л.д. 50-51).

Протокольным определением Асиновского городского суда Томской области от 18.07.2025 к производству суда принято заявление об изменении исковых требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в котором ФИО1 просил взыскать с ИП ФИО3 350000 руб. в качестве упущенной выгоды в связи с расторжением партнерского соглашения № 2 от 16.12.2021, а также расходы по уплате государственной пошлины (л.д. 83, 134-135).

Определением Асиновского городского суда Томской области от 31.07.2025 к участию в деле третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО4 (л.д. 137).

Участвуя в судебном заседании 16.09.2025, представитель истца ФИО2 просила удовлетворить исковые требования в редакции от 14.07.2025 и взыскать с ответчика 350000 руб. упущенной выгоды в связи с расторжением партнерского соглашения, указала, что требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами не поддерживает, эти требования не актуальны на сегодняшний день. Суду представлена переписка сторон в Телеграмме, исходя из которой сам ответчик предлагает расторгнуть партнерское соглашение на данных условиях. Досудебное требование направлялось стороне ответчика.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск не признал, представил отзыв на иск, в котором полагал, что сторонами не достигнута договоренность о расторжении партнерского соглашения № 2 на указанных истцом условиях, соглашение о расторжении партнерского соглашения им не подписано. Мер к одностороннему расторжению партнерского соглашения он не предпринимал, письменного требования в адрес истца не направлял. Представленная переписка в мессенджере «Телеграмм» подтверждает лишь факт того, что между ним и истцом обсуждались условия заключения соглашения о расторжении партнерского соглашения, которые так и не были достигнуты.

Дело рассмотрено в отсутствие истца, его представителя и третьего лица ИП ФИО4

Решением Асиновского городского суда Томской области от 30.09.2025 в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3 о взыскании упущенной выгоды в связи с расторжением партнерского соглашения отказано.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО2 просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В обоснование жалобы указывает, что суд неверно истолковал фактические обстоятельства дела и неправильно квалифицировал сложившиеся отношения, посчитав, что соглашения о расторжении партнерского соглашения № 2 от 16.12.2021 сторонами не было достигнуто.

Судом не учтена переписка сторон в мессенджере «Telegram», заверенная нотариальным протоколом осмотра доказательств, из которой следует, что ответчик прямо заявил о намерении расторгнуть партнерские соглашения, предложил конкретные условия расторжения соглашения, включая сумму компенсации 250000 руб., график платежей (18 месяцев), и санкции за нарушение графика, направил истцу итоговый проект соглашения о расторжении, который принял предложенные ответчиком условия, т.е. совершил акцепт.

Судом оставлено без внимания, что соглашение о расторжении партнерского соглашения со стороны ФИО3 не оспорено, не признано сфальсифицированным и не исключено из числа доказательств.

Ссылается на вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Кемеровской области от 08.04.2024 № А27-1165/2024, вынесенное по спору между теми же сторонами по партнерскому соглашению № 4, которое обладает силой преюдиции для настоящего спора. В данном деле арбитражный суд принял переписку в подтверждение согласования сторонами условий расторжения партнерского соглашения № 4, и взыскал заявленные суммы.

Полагает, что судом нарушены нормы ст. 61, 67 ГПК РФ при оценке доказательств, нарушен принцип правовой определенности, вынесена противоречивая судебная практика по одним и тем же правоотношениям.

Относительно апелляционной жалобы истца представлены возражения ответчиком ФИО3, в которых ответчик просил оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Руководствуясь ч.3 ст. 167, ч.1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела апелляционную жалобу представителя истца в отсутствие истца ИП ФИО1, третьего лица ИП ФИО4, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения на неё, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам ч.1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия оснований для его отмены не нашла.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 16.12.2021 между ИП ФИО1 (Партнер 1) и ИП ФИО3 (Партнер 2) заключено партнерское соглашение № 2 о продвижении товаров посредством использования площадок маркетплейса (л.д. 109-110).

По условиям заключенного партнерского соглашения № 2 Партнеры обязались соединить свои вклады (в виде деловых связей, профессиональных знаний и навыков, трудовых ресурсов для оказания юридических услуг и ведения бухгалтерского учета) и совместно действовать без образования юридического лица в вопросах по инвестированию, возмездному продвижению товаров третьих лиц посредством использования торговых площадок (маркетплейсов) (п.1.1., 2.1, 2.2).

В п.1.6 Соглашения партнеры определили, что все денежные средства от совместной деятельности по продвижению товаров третьих лиц подлежат зачислению на счет ИП ФИО1

Соглашение заключено сторонами на срок до 31.12.2022 и пролонгируется на один год на тех же условиях, если до окончания срока его действия ни одна из сторон не заявила возражения о продлении срока его действия (п.5.1.). Договор может автоматически продлеваться неограниченное количество раз.

В силу п. 6.1 Партнерского соглашения № 2 Соглашение прекращает свое действие по основаниям пункта 5.1 соглашения (истечение срока его действия), либо по соглашению обоих партнеров, либо по письменному требованию одного из партнеров.

В пункте 6.2 Партнерского соглашения № 2 предусмотрено, что партнер, желающий расторгнуть соглашение в одностороннем порядке до даты окончания срока его действия или отказывающийся выполнить свои обязательства по данному соглашению, обязан оплатить другому партнеру упущенную выгоду в размере 500000 руб. Оплата указанной суммы осуществляется в течение 12 месяцев с момента направления требования о расторжении. Соглашение считается расторгнутым в течение 10 календарных дней с момента полной оплаты упущенной выгоды.

Представив переписку с ФИО3 в мессенджере «Telegram», истец ссылается на факт достижения соглашения сторонами о расторжении партнерского соглашения № 2 от 16.12.2021, на условиях, аналогичных условиям расторжения партнерского соглашения № 4 от 01.03.2022, по которому уже вынесено решение Арбитражным судом Кемеровской области, и просит взыскать с ФИО3 350000 руб. в качестве упущенной выгоды в связи с расторжением партнерского соглашения № 2.

Направленные в адрес ФИО3 досудебная претензия от 02.08.2023 и требование от 26.11.2024 о выплате денежных средств (л.д 86-87, 119-120) оставлены без ответа, что послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, установив, что Соглашение о расторжении партнерского соглашения № 2 от 16.12.2021 сторонами не подписано, и не представлено доказательств обращения ФИО3 с письменным требованием о расторжении партнерского соглашения № 2, пришёл к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца упущенной выгоды ввиду недоказанности факта расторжения партнерского соглашения №2.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда о недоказанности факта расторжения партнерского соглашения № 2 в одностороннем порядке ФИО3, и, как следствие, об отсутствии оснований для взыскания с ответчика денежных сумм в качестве упущенной выгоды.

Согласно ст. 1041 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

Сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.

Абзацем 5 пункта 1 статьи 1050 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что договор простого товарищества прекращается вследствие отказа кого-либо из товарищей от дальнейшего участия в бессрочном договоре простого товарищества.

В силу ст. 1052 Гражданского кодекса Российской Федерации наряду с основаниями, указанными в пункте 2 статьи 450 Кодекса, сторона договора простого товарищества, заключенного с указанием срока или с указанием цели в качестве отменительного условия, вправе требовать расторжения договора в отношениях между собой и остальными товарищами по уважительной причине с возмещением остальным товарищам реального ущерба, причиненного расторжением договора.

Пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно статьям 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода.

Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Упущенная выгода представляет собой меру гражданско-правовой ответственности за нарушение и неисполнение достигнутых договоренностей одной из сторон сделки.

В п. 6.2 партнерского соглашения от 16.12.2021 стороны предусмотрели, что партнёр, желающий расторгнуть соглашение в одностороннем порядке до даты окончания срока действия или отказывающийся выполнять свои обязательства по данному соглашению, обязан оплатить другому партнёру упущенную выгоду в размере 500000 руб.

Между тем обстоятельствами настоящего дела не установлено, что расторжение соглашение происходило в одностороннем порядке, по инициативе партнера ФИО3

Указанное не следует ни из переписки в мессенджере Telegram, представленной в обоснование позиции о достижении сторонами договоренности расторжения соглашения № 2 и не оспаривалось представителем истца ФИО2, которая в судебном заседании суда апелляционной инстанции подтвердила, что они отстаивают позицию о расторжении соглашения № 2 по обоюдному согласию.

Доказательств того, что расторжение договора инициировал именно ответчик ФИО3, из представленной переписки в мессенджере «Telegram», не усматривается, напротив, проект соглашения о расторжении соглашения исходит именно от ИП ФИО1 В представленной в суд переписке истец указывает: «расходимся, но не в одностороннем порядке».

Соответственно, правовых оснований для истребования с ответчика ФИО3 денежных сумм в качестве упущенной выгоды, право на получение которой по условиям Соглашения № 2 от 16.12.2021 предусмотрено за отказ одной из сторон от принятых договоренностей, не имеется, наличие предпосылок для этого не доказано истцом.

Настаивая на взыскании заявленных денежных сумм, представитель истца указала, что сторонами достигнуто соглашение о расторжении партнерского соглашения № 2 на условиях, прописанных в проекте соглашения о расторжении соглашения от 01.08.2023, в котором предусмотрена выплата Партнером № 2 (ФИО3) Партнеру 1 (ИП ФИО1) упущенной выгоды в размере 250000 руб., начиная с 01.09.2023 ежемесячными платежами, так и уплату дополнительной денежной суммы в 250000 руб. за нарушение п.2 Соглашения о расторжении.

В дело представлен экземпляр соглашения от 01.08.2023 о расторжении партнерского соглашения № 2 от 16.12.2021 между ИП ФИО1 и ИП ФИО3, никем из них не подписанный.

В документ включены условия о том, что стороны договорились расторгнуть соглашение от 16.12.2021 о продвижении товаров посредством использования площадок маркетплейса по инициативе Партнера 2 (ИП ФИО3).

При этом Партнер 2 обязуется выплатить Партнеру 1 (ИП ФИО1) упущенную выгоду в размере 250000 руб. Оплата указанной суммы осуществляется в течение 18 месяцев, начиная с 01.09.2023, минимальный ежемесячный платеж составляет 12500 руб.

В случае нарушения Партнером 2 условий, предусмотренных п.2 данного Соглашения о расторжении, Партнер 2 выплачивает Партнеру 1 упущенную выгоду в размере 500000 руб.

Отказывая во взыскании заявленной денежной суммы, суд первой инстанции исходил из отсутствия факта достижения сторонами соглашения о расторжении партнерского соглашения № 2 на вышеназванных условиях, поскольку подписанный истцом и ответчиком документ о расторжении соглашения не представлен, соответственно, вышеизложенные условия расторжения соглашения не согласованы сторонами, и ответчик не может быть принужден к их исполнению.

С данной оценкой представленного в дело проекта Соглашения о расторжении от 01.08.2023, не подписанного ни одним из партнеров, судебная коллегия соглашается, а доводы апелляционной жалобы, апеллирующие к переписке в мессенджере «Telegram» в обоснование факта достижения сторонами договоренности о расторжении соглашения, отклоняются.

В силу п. 1 ст. 452 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

В п. 6.1 Соглашения от 16.12.2021 предусмотрено, что настоящее соглашение прекращается по основаниям пункта 5.1. настоящего соглашения (по окончании срока) либо по соглашению обоих партнеров, либо по письменному требованию одного из Партнеров.

Пунктом 9.1 Соглашения от 16.12.2021 установлено, что все изменения и дополнения к настоящему соглашению действительны, если они совершены в письменной форме и подписаны Партнерами или их уполномоченными представителями.

Апеллянт в жалобе ссылается на то, что отсутствие единого письменного документа, подписанного сторонами, об условиях расторжения соглашения не означает, что договоренность о расторжении договора не была достигнута, поскольку нормы гражданского законодательства допускают заключение договоренностей путем обмена документами в электронных сообщениях или иным цифровым способом.

Действительно, согласно п.1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Из содержания п. 1 ст. 162 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

В обоснование доводов апелляционной жалобы сторона истца ссылается на представленную в материалы дела нотариально заверенную переписку между ФИО3 и ФИО1 в мессенджере «Telegram» за период с 11.07.2023 по 26.07.2023, из которой следует, что истцом направлены ответчику проекты соглашений о расторжении партнерских соглашений № 1, № 2, № 4 (л.д. 115 оборот), они были получены ФИО3 21.07.2023, в них внесены правки, которые в окончательной редакции зафиксированы в проекте соглашения о расторжении партнерского соглашения № 4, направленного ФИО3 истцу, с отметкой, что «внесенные в соглашение правки аналогичным к другим соглашениям».

В силу прямого указания ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор в письменной форме может быть заключен как путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, так и путем обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

То же правило действует и при внесении изменений в договор (соглашение).

При этом, согласно п. 3 ст. 438 ГК РФ совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Между тем из анализа содержания и хронологии переписки усматривается, что между сторонами велись переговоры по расторжению договора, однако согласия по окончательным условиям соглашения о расторжении договора сторонами не достигнуто.

Дав согласие на расторжение партнерских соглашений, указав 13.07.2023 в мессенджере «Telegram» - «Готовьте расторжения», не означает, что ФИО3 договорился о расторжении партнерского соглашения № 2 на конкретных условиях, прописанных в частности, в проекте Соглашения от 01.08.2023, представленной стороной истца.

Доказательств того, что проекты соглашений о расторжении партнерских соглашений № 1, № 2, № 4, которые были направлены ИП ФИО1 21.07.2023 в адрес ФИО3, соответствуют по содержанию представленному в дело проекту соглашения от 01.08.2023, как и тому, что эти проекты были приняты ФИО3 на равнозначных условиях, истцом не представлено, а из переписки невозможно установить содержание и конкретные условия проектов соглашений о расторжении, которыми обменялись стороны.

Позиция представителя истца о том, что ФИО3 направил ответный проект соглашения о расторжении партнерского соглашения № 4, указав, что внесенные им в указанный проект правки аналогичны к другим соглашениям (л.д. 117), соответственно, согласие о расторжении было достигнуто, несостоятельна, поскольку, как видно далее из переписки, стороны продолжили обмениваться сообщениями и обговаривать конкретные условия расторжения, в частности о сроках выплаты денежных сумм.

То есть окончательной договоренности о расторжении партнерского соглашения № 2 достигнуто не было, поскольку стороны не согласовали все условия, на которых прекращаются их партнерские взаимоотношения.

Обратное суду не доказано.

Истцом не представлено доказательств того, что ФИО3 был принят проект соглашения о расторжении партнерского соглашения № 2, направленный им 21.07.2023 и с условиями, изложенными в настоящем иске, а из переписки в объеме, представленной суду, это не прослеживается.

Таким образом, вопреки позиции истца в апелляционной жалобе, в материалах дела нет доказательств того, что стороны достигли договоренность о расторжении соглашения на конкретных условиях, как и не представляется возможным определить окончательные условия, на которых стороны пришли к согласию о расторжении партнерского соглашения, исходя из процессуальной позиции сторон, занятой в ходе рассмотрения дела.

Отсутствие возражений со стороны ФИО3 на окончательный проект соглашения о расторжении от 01.08.2023, направленный истцом с претензией, не может быть расценен как конклюдентные действия по молчаливому согласию с предложенными условиями расторжения, так как согласие на изменение договора должно быть явно выраженным (путем подписания соглашения), а не молчаливым.

Порядок расторжения договора прямо предусмотрен статьей 452 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суть ее сводится к тому, что, если одна из сторон договора желает его изменить или расторгнуть, она обязана сначала обратиться с таким предложением к другой стороне договора. Если сторона договора, получившая предложение, согласится с ним, договор обычно изменяется или расторгается по соглашению сторон, во внесудебном порядке (пункт 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации). Но если в срок, указанный в предложении либо установленный законом или договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок сторона, направившая такое предложение, не получит согласия или получит отказ, она может обратиться в суд с иском к другой стороне о расторжении договора. Законодатель четко определил последовательность действий стороны, намеренной расторгнуть договор, при неполучении ответа на свое предложение. При этом не предусмотрено, что с неполучением ответа на такое предложение расторжение считается достигнутым на условиях направленного предложения.

Требования о расторжении партнерского соглашения № 2 от 16.12.2021 в настоящем иске ИП ФИО1 не заявлено, а соответственно, нет оснований рассматривать вопрос о последствиях расторжения соглашения.

При таких обстоятельствах, поскольку ни одной из сторон не реализовано право на отказ от договора в порядке, установленном гражданско-правовыми нормами, а двустороннего соглашения на расторжение соглашения от 16.12.2021 достигнуто не было, соответственно, суд первой инстанции верно исходил из того, что Соглашение от 16.12.2021 является действующим, а правоотношения сторон по нему – не прекращенными, а потому нет оснований для взыскания убытков в виде упущенной выгоды.

Решение Арбитражного суда Кемеровской области от 08.04.2024 № А67-1165/2024, которым с ФИО3 в пользу ФИО1 взыскано 50000 руб. упущенной выгоды в связи с расторжением партнерского соглашения № 4 о продвижении товаров посредством использования площадок маркетплейса, не имеет преюдициального значения для настоящего спора, поскольку оно было вынесено по иному партнерскому соглашению сторон, не являющемуся предметом настоящего спора.

При рассмотрении настоящего дела ответчик ФИО3 выразил категоричную позицию о том, что в результате проводимых в переписке мессенджера Telegram переговоров с истцом не удалось достигнуть окончательной договоренности о расторжении партнерского соглашения № 2 от 16.12.2021, что согласуется с представленными в дело доказательствами, ни одно из которых доводы истца не подтверждает.

Содержание проектов соглашений о расторжении, которыми обменивались стороны в переписке, суду не раскрыто.

Проект соглашения от 01.08.2023, на который ссылается сторона истца в обоснование условий расторжения соглашения, не подписан ни одной из сторон, а потому не имеет юридической силы, и не порождает каких-либо правовых последствий для сторон, поэтому ответчику нет необходимости (нет материально-правового интереса) оспаривать или признавать сфальсифицированным документ, который не имеет его подписи или иной его резолюции.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, поскольку они сделаны на основе всестороннего, полного и объективного исследования представленных в дело доказательств, соответствуют обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Асиновского городского суда Томской области от 30 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца индивидуального предпринимателя ФИО1 ФИО2 – без удовлетворения.

Кассационная жалоба может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (город Кемерово) через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29.12.2025