Решение № 2-15/2020 2-15/2020(2-377/2019;)~М-371/2019 2-377/2019 М-371/2019 от 14 января 2020 г. по делу № 2-15/2020

гражданское дело № 2-15/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Абаза 15 января 2020 года

Абазинский районный суд Республики Хакасия в составе председательствующего - судьи Абумова В.Ю. при секретаре судебного заседания Буниной К.Л. с участием:

представителя истца - адвоката Загрядского И.Л.,

прокурора Кузьмина Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Евраз Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» (далее - Общество) о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью,

УСТАНОВИЛ:

истец указал, что работал с 19.07.1993 по 29.12.2001 в ОАО «ЗСМК», а с 30.12.2001 по 26.12.2013 в АО «Евразруда», правопреемником которых является Общество, подземным крепильщиком, подземным проходчиком, машинистом вибропогрузочной установки в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, что привело к развитию профессионального заболевания.

Установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% на срок с 17.06.2019 до 01.07.2020.

В связи с профессиональным заболеванием истец испытывает физические и нравственные страдания, просит взыскать с Общества компенсацию морального вреда в сумме 450 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя - 20 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, уведомлен судом надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие с участием своего представителя.

В судебном заседании представитель истца заявленные требования истца поддержал.

Ответчик, будучи уведомленным о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание своего представителя не направил, просил рассмотреть дело в его отсутствие, представив отзыв на иск, из которого следует, что заявленная сумма компенсации морального вреда в размере 450 000 рублей подлежит снижению. При определении ее размера должны учитываться требования разумности и справедливости, а также то, что работодатель выполнял в отношении работника обязанности, предусмотренные законодательством по обеспечению его средствами индивидуальной защиты, спецодеждой, организовывал периодические медицинские осмотры за свой счет, устанавливал спецпитание, предоставлял дополнительные дни к ежегодному оплачиваемому отпуску. Таким образом, работодатель предпринимал все от него зависящие действия к снижению вредного воздействия производственных факторов на здоровье работника и минимизации рисков возникновения профессионального заболевания.

В соответствии с актом о случае профессионального заболевания от 05.04.2019 профессиональное заболевание истцу установлено впервые 04.03.2019 по профессии машинист вибропрогрузочной установки, при этом ответчик по данной профессии в трудовых отношениях с ответчиком состоял 1 месяц (с 28.11.2013 по 26.12.2013), основное же время работы по данной профессии истец состоял в трудовых отношениях с другим работодателем.

Трудовой договор с истцом расторгнут в 2013 году, профессиональное заболевание установлено впервые в 2019 году, прошел достаточно длительный период с момента прекращения трудовых отношений и достоверно судить о виновности ответчика в возникновении профессионального заболевания не представляется возможным.

Утрата профессиональной трудоспособности установлена на ограниченный период времени, а не бессрочно, что свидетельствует о положительном прогнозе медиков по возможному улучшению здоровья истца. В результате утраты здоровья истец не утратил способность к самообслуживанию, не нуждается в постороннем медицинском и бытовом уходе, инвалидность ему не установлена.

Размер заявленных расходов на оплату услуг представителя не соответствуют требованиям разумности, является завышенным и подлежащим снижению, поскольку дело не относится к делам высокой категории сложности.

Суд рассмотрел дело в отсутствие истца, представителя ответчика в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

Исследовав дело, заслушав мнение представителя истца, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пунктом 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности.

Судом установлено, что ФИО1 с 19.07.1993 работал на предприятии ОАО «ЗСМК» подземным горнорабочим, 01.11.1994 переведен подземным крепильщиком, 03.03.1998 переведен подземным проходчиком, 29.12.2001 уволен переводом в ООО «Абаканское рудоуправление», с 30.12.2001 принят переводом в ООО «Абаканское рудоуправление» подземным проходчиком, 31.07.2004 уволен переводом в Абаканский филиал ОАО «Евразруда», 01.08.2004 принят переводом в Абаканский филиал ОАО «Евразруда» подземным проходчиком, 28.11.2013 переведен машинистом вибропогрузочной установки, 26.12.2013 уволен в связи с переводом в ООО «Абаканский рудник», что подтверждается сведениями, содержащимися в его трудовой книжке.

05.04.2019 составлен Акт о случае профессионального заболевания (далее - Акт), согласно которому у ФИО1 выявлено профессиональное заболевание - <данные изъяты>, установлено впервые 04.03.2019.

Согласно п. 17 Акта профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях работы: при работе в качестве подземного проходчика подвергался воздействию локальной вибрации - до 130 дБ, общей вибрации - 118 дБ; при работе в качестве машиниста вибропогрузочной установки подвергался воздействию общей вибрации - 101-107 дБ.

Причиной профессионального заболевания при работе в качестве подземного крепильщика, подземного проходчика, машиниста вибропогрузочной установки послужило длительное воздействие на организм истца общей и локальной вибрации, по совокупности действующих производственных факторов класс условий труда по данным специальностям - вредный (п. 18 Акта).

Согласно п. 20 Акта профессиональное заболевание возникло в результате конструктивных недостатков машин и оборудования, несовершенства технологических процессов и оборудования, несовершенства СИЗ. Непосредственной причиной заболевания послужило длительное воздействие вредных производственных факторов: при работе подземным крепильщиком подвергался воздействию локальной вибрации - 118 дБ (ПДУ - 112 дБ); при работе подземным проходчиком подвергался воздействию локальной вибрации - до 130 дБ (ПДУ - 112 дБ), превышение на 18 дБ, общей вибрации - 118 дБ (ПДУ - 101 дБ), превышение на 17 дБ; при работе машинистом вибропогрузочной установки подвергался воздействию общей вибрации - от 101 до 107 дБ (ПДУ - 101 дБ), превышение на 7 дБ.

Лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил: администрация предприятий (п. 21 Акта).

Вины истца, повлекшей возникновение у него профессиональных заболеваний, не установлено (п. 19 Акта).

На основании вышеуказанного Акта ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% на срок с 17.06.2019 по 01.07.2020 (справка №).

Изложенные обстоятельства подтверждаются санитарно-гигиенической характеристикой условий труда истца от 09.08.2013 № 101, в соответствии с п.п. 3.1-3.3 которой общий стаж истца составляет 23 года 01 месяц, стаж по специальности - 15 лет 05 месяцев, стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызывать профзаболевание, - 20 лет 01 месяц.

Из дополнения к санитарно-гигиенической характеристике ФИО1 следует, что условия труда и наименование профессии - подземный проходчик, крепильщик не менялись в течении трудовой деятельности на предприятиях АООТ «Абаканское рудоуправление», АО «ЗСМК», ОАО «ЗСМК», АРУ ОАО «ЗСМК», ООО «Евразруда», ООО «Абаканский рудник».

Наличие профессионального заболевания причиняет истцу физические и нравственные страдания, нарушен его привычный образ жизни, он переживает из-за своего потерянного здоровья, болезнь рук приводит к эмоциональным расстройствам и раздражительности. По медицинским показаниям истцу противопоказана работа с вредными производственными факторами.

Изложенные обстоятельства судом установлены пояснениями представителя истца, программой реабилитации, заключением врачебной комиссии ГБУЗ РХ «Абазинская городская больница», выпиской из журнала учета профессиональных заболеваний Управления Роспотребнадзора по РХ, выпиской амбулаторного обследования, медицинским заключением и консультацией врача профпатолога Центра профессиональной патологии ГБУЗ РХ «Республиканская клиническая больница им. Г.Я. Ремишевской», подтверждающими факт его нахождения под врачебным контролем, прохождение лечения в связи с имеющимся профессиональным заболеванием.

С учетом сведений, изложенных в Акте, санитарно-гигиенической характеристике условий труда истца и трудовой книжке истца, суд считает установленным факт возникновения у истца профессионального заболевания - <данные изъяты> именно в связи с его работой во вредных условиях труда в период, предшествующий выявлению данного заболевания и составлению Акта, в том числе на предприятиях, правопреемником которых является Общество.

Суд приходит к выводу о том, что необеспечение безопасных условий труда для истца его работодателями, включая ответчика, повлекло ухудшение состояния его здоровья, возникновение у него профессионального заболевания, в связи с чем усматривает наличие вины ответчика в возникновении и развитии профессионального заболевания истца.

В результате возникновения у истца серьезного заболевания, являющегося профессиональным, он претерпел и продолжает претерпевать нравственные страдания в связи с ухудшением состояния его здоровья и существенным изменением его привычного образа жизни.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам относится в том числе здоровье.

Согласно ч. 2 ст. 7 Конституции РФ в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в ч. 2 ст. 37 Конституции РФ.

Этому праву работников соотносится обязанность работодателя создавать такие условия труда (ст. 212 ТК РФ).

В силу ст. 8 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» граждане имеют право на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека, на возмещение в полном объеме вреда, причиненного их здоровью вследствие нарушения юридическими лицами санитарного законодательства.

В соответствии со ст. 25 вышеуказанного Закона условия труда, рабочее место и трудовой процесс не должны оказывать вредное воздействие на человека.

На запрос суда ответчик сообщил, что истцу по соглашению либо по судебному решению компенсация морального вреда в связи с причинением вреда здоровью вследствие профессионального заболевания не выплачивалась.

С учетом изложенных доказательств судом установлено, что вред здоровью истца был причинен в результате профессионального заболевания, без наличия грубой неосторожности с его стороны, при этом в результате причинения вреда здоровью истца ему причинены нравственные страдания, которые он испытывает постоянно, так как его состояние здоровья и качество жизни ухудшились.

Суд учитывает, что в период работы истец подвергался воздействию неблагоприятных факторов, ухудшивших его здоровье, что подтверждается документами, исследованными в судебном заседании.

Суд, определяя размер компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости, принимает во внимание степень физических и нравственных страданий ФИО1, обстоятельства, при которых причинен вред его здоровью, процент утраты профессиональной трудоспособности и срок ее установления, срок, а также период воздействия вредных производственных факторов у данного причинителя вреда - Общества из общего стажа работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, а также право истца на компенсацию морального вреда от других причинителей вреда.

Изложенные обстоятельства позволяют суду снизить размер компенсации морального вреда, поскольку заявленная истцом к ответчику сумма в качестве компенсации морального вреда в связи с утратой здоровья не является разумной и справедливой.

Статьей 94 ГПК РФ предусмотрено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителя.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

При этом положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (ст.ст. 98, 102, 103 ГПК РФ, ст. 111 КАС РФ, ст. 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Квитанцией № 000791 от 19.11.2019 подтверждается факт оплаты истцом услуг адвоката Загрядского И.Л. в сумме 20 000 рублей, выразившихся в составлении искового заявления и участии в суде первой инстанции.

Суд полагает, что с учетом сложности дела, объема оказанных услуг, указанная сумма подлежит взысканию в полном объеме, что будет соответствовать характеру спора, значимости и объему права, получившего защиту, требованиям разумности.

Издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации (п. 1 ст. 103 ГК РФ).

Учитывая, что истец при подаче иска освобожден от уплаты государственной пошлины, суд считает, что в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ с Общества следует взыскать в доход соответствующего бюджета госпошлину в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 к Акционерному обществу «Евраз Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Евраз Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 20 000 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Евраз Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

В остальной части заявленных требований ФИО1 к Акционерному обществу «Евраз Объединенный Западно-Сибирский металлургический комбинат» отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Хакасия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционных жалобы, представления через Абазинский районный суд.

Мотивированное решение принято 20 января 2020 года.

Председательствующий В.Ю. Абумов