Решение № 2-3360/2017 2-3360/2017~М-2985/2017 М-2985/2017 от 21 сентября 2017 г. по делу № 2-3360/2017

Дело № 2- 3360/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 сентября 2017 года город Саратов

Октябрьский районный суд города Саратова в составе:

председательствующего судьи Мониной О.И.,

при секретаре Бадиковой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора поручительства, применении последствий недействительной сделки,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 с требованиями о признании Договора поручительства № от <дата> недействительным и применении последствий недействительности сделки. В обосновании заявленных требований с учетом неоднократных уточнений указывал, что <дата> между ФИО2 был заключен договор денежного займа №, согласно условиям которого третье лицо – ФИО1 возложило на себя обязанность исполнения перед ответчиком возврата суммы займа в размере 19500 000 рублей до <дата> включительно уплаты 13% годовых за пользование суммой займа. В обеспечения исполнения указанных обязательств третьего лица <дата> между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор поручительства №. Истец полагает данный договор недействительным со ссылкой на ст. 10, ч. 2 ст. 168, 170, 178, 177, 179 ГК РФ. Указал, что при заключении договора поручительства ему как акционеру была предоставлена недостоверная отчетность ЗАО «АП РМК», что подтверждается отчетом независимого аудита, согласно которому нераспределенная прибыль предприятия за 2015 год завышена на 493 984 тыс. руб. Таким образом, представленные истцу на момент заключения оспариваемого договора поручительства сведения являлись недостоверными, что привело к заключению указанной сделки под влиянием обмана, поскольку представленные сведения о финансовом состоянии ЗАО «АП РМК» не соответствовали действительности. Заключение оспариваемого договора совершено в результате злоупотребления правом со стороны АО «АП РМК», со стороны которого имело место недобросовестное поведение, заключающееся в предоставлении поручителю недостоверной финансово-бухгалтерской отчетности общества, направленное на создание у поручителя ложного представления о действительном финансовом состоянии общества с целью введения его в заблуждение о платежеспособности должника. Кроме того, в связи с приемом сильно действующих обезболивающих препаратов на момент заключения им оспариваемого договора он не мог осознавать последствия своих действий.

В судебном заседании истец поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске, указал, что был введен в заблуждение директором АО «АП Саратовский завод Резервуарных Металлоконструкций» о финансовом состоянии последнего. Если бы знал о реальном финансовом состоянии общества, никогда бы договор поручительства не подписал. В период подписания оспариваемого договора поручительства принимал сильно действующие препараты, что препятствовало реально оценить положение вещей.

Представитель истца поддержала исковые требования с учетом уточнения по основаниям, изложенным в них (л.д. 6-9, 140-144, 171 том 1), просила их удовлетворить.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях (л.д. 163-164, 170 том 1).

Ответчик в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела, имеется заявление о рассмотрении дела без его участия. Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, АО «АП РМК» в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела, об уважительности причины неявки суду не сообщил.

Руководствуясь статьей 167 ГПК РФ, суд определил дело рассмотреть в отсутствие неявившихся ответчика и третьего лица.

Суд, выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, приходит в следующему выводу.

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ судебной защите подлежит лишь нарушенное право или оспариваемый интерес.

Из статьи 45 Конституции Российской Федерации следует, что государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется, каждый вправе защищать свои права всеми способами, не запрещенными законом.

Согласно ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно части статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно ч. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В силу части 2 указанной статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно части 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В силу части 2 указанной статьи при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

3. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Согласно ч. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Судом установлены следующие обстоятельства.

<дата> между ФИО2 и ФИО1 заключен договор поручительства №, согласно которому поручитель обязуется отвечать перед займодавцем за исполнение ЗАО «АП РМК» всех обязательств по. договору денежного займа № от <дата>, заключенному между займодавцем и должником (том 1 л.д. 24-25).

Решением Ленинского районного суда <адрес> от <дата>, вступившего в законную силу <дата>, взыскано в солидарном порядке с акционерного общества «АП РМК», ФИО1 в пользу ФИО2 сумма долга по договору займа № от <дата> в размере 19 500 000 рублей, проценты за пользование займом в размере 1 194575 рублей, пени за несвоевременный возврат суммы займа в размере 355000 рублей, а всего 21049575 рублей. Взыскано в солидарном порядке с акционерного общества «АП РМК», ФИО1 в пользу ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины в размере 6000 рублей (л.д. 96-99 материалов гражданского дела №).

Истец указывает, что оспариваемая сделка совершена им в результате недобросовестных действий со стороны АО «АП РМК», заключающихся в предоставлении недостоверной финансово-бухгалтерской отчетности общества, направленное на создание у поручителя ложного представления о действительном финансовом состоянии общества.

Оценивая представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу, что суду не представлено достоверных доказательств подписания оспариваемого договора поручительства под влияния обмана со стороны ответчика или заблуждения. Согласно содержанию договора поручительства № от <дата> его заключение не ставилось в зависимость от финансового состояния общества. Заключенный истцом договор поручительства не противоречит требованиям закона, предъявляемым к подобного рода сделкам. Заявленные истцом доводы не свидетельствуют о совершении сделки с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Ссылка истца на положения ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации судом признается несостоятельной, поскольку не доказано истцом и не установлено судом злоупотребление правом со стороны ответчика при заключении данной сделки. Напротив, ответчик, заключая договор поручительства, действовал разумно, приняв меры таким образом для обеспечения договора займа. Обстоятельств невозможности узнать истцу о действительном финансовом положении общества на момент совершения оспариваемого договора поручительства суду не указано и не представлено таких доказательств.

Кроме того, согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Заключая договор поручительства, поручитель действует на свой страх и риск, и, поскольку поручительство выдается добровольно, с учетом принципа свободы договора, именно на нем лежит основная обязанность оценки степени риска. Исходя из правовой природы договора поручительства, который заключается в обеспечение возвратности кредита заемщиком кредитору, поручитель при его заключении обязан проверить финансовое состояние заемщика, равно как и оценить свое собственное.

Истец заключил оспариваемый договор как субъект гражданско-правовых отношений, обладающий свободой волеизъявления на заключение гражданско-правовых договоров и свободой по распоряжению собственным имуществом (пункт 2 статьи 1, пункт 1 статьи 9, статья 209 Гражданского кодекса Российской Федерации). Выдавая поручительство, лицо принимает на себя риски неплатежеспособности должника. Все негативные последствия, связанные с недостаточностью у должника имущества для исполнения обязательств перед кредитором, возлагаются на поручителя.

Голословны доводы истца о мнимости оспариваемой сделки. Факт того, что со стороны истца договор поручительства от <дата> № рассматривался как формальность, не свидетельствует о том, что ответчик не был намерен создать соответствующие условия этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон, между тем порочность воли ответчика судом не установлена. Напротив ответчик исполнил договор займа и намерен требовать его исполнение с другой стороны, в том числе по договору поручительства от <дата> №, что подтверждается его обращением в суд с иском о взыскании задолженности по договору займа и договору поручительства.

Для проверки доводов истца о недействительности договора поручительства № от <дата> по основаниям, предусмотренным ст. 177 ГК РФ судом по ходатайству истца назначалась судебная комплексная амбулаторная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно выводам заключения комиссии экспертов ГУЗ «Областная клиническая психиатрическая больница Святой Софии» от <дата> № в ходе экспериментально-психологического (патопсихологического) исследования у ФИО1 выявляется небольшая истощаемость психических процессов, немного пониженной уровень основных видов памяти (механической, долговременной), сохранность смыслового запоминания, достаточный уровень познавательных процессов, сохранность критических и прогностических способностей, сохранная способность к усвоению новой информации. В настоящее время ФИО1 свойственны также индивидуально-психологические особенности, как – некоторая эмоциональная неустойчивость, раздражительность в сочетании с достаточным контролем своего поведения, внешней сдержанностью в проявлении чувств. Подэкспертному свойственно чувство собственного достоинство, потребность как в самоуважении, так и уважении со стороны значимых окружающих. В деятельности свойственно вдумчивое, серьезное отношение к обязанностям, практичность и трезвость суждений, зрелось жизненной платформы, опора на накопленный опыт, некоторая замедленность в принятии решений. В межличностных отношениях отмечается общительность, чувствительность в отношении критических замечаний в свой адрес, уязвимое самолюбие, возможна обидчивость, вспыльчивость в конфликтных ситуациях, недоверчивость. У ФИО1 не выявляется повышенной внушаемость, при принятии решений он может учитывать мнение и желание значимых окружающих, однако решение принимает исходя из личных интересов, опираясь на накопленный опыт, проявляет упорство в достижении желаемых целей. В беседе с экспертами ФИО1 не ссылается на состояние выраженного эмоционального напряжения с чувством страха, с ощущением безвыходности сложившейся ситуации, ему никто не угрожал, не принуждал к совершению юридической сделки. В течение длительного периода времени у ФИО1 имелась соматическая патология (с детства беспокоят боли в спине, перенес черепно-мозговые травмы в 1983 и 2000 г.г., кровоизлияние в головной мозг в 1999 г., около 25 лет страдает гипертонической болезнью и сахарным диабетом второго типа), он получал соответствующее медикаментозное лечение. Он наблюдался врачами терапевтического профиля, в поле зрения врачей нарколога и психиатра не попадал. В представленных материалах гражданского дела не содержится объективных сведений, описывающих интеллектуально-мнестическое (состояние памяти, мышления, интеллекта), индивидуально-психологические особенности, психоэмоциональное состояние ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. на момент подписания договора поручительства <дата>. Комиссия экспертов приходит к выводу о невозможности в данном случае дать заключение о психическом состоянии ФИО1 на момент подписания договора поручительства <дата> и о его способности понимать значение своих действий и руководит ими в указанный период. Такой вывод настоящей комиссии обусловлен тем, что материалы представленного экспертам гражданского дела недостаточны для дачи заключения, поскольку имеющиеся в них сведения, в том числе из медицинской документации мало информативны. Так, судя по представленной медицинской документации, поэкспертный периодически получал стационарное лечение в различных медицинских учреждениях в связи с заболеванием позвоночника, в 1999 г. перенес острое нарушение мозгового кровообращения, по поводу которого ему проводилась трепанация черепа, также страдает рядом соматических (телесных) заболеваний (гипертоническая болезнь, сахарный диабет 2 типа и др.), получал лечение разными препаратами, включая обезболивающие, противосполительные, антидепрессанты, средства влияющие на нервно-мышечную передачу и др. По мнению представителя истца, данные препараты влияли на состояние подэкспертного и его способность понимать значение своих действий и руководить ими при подписании договора поручительства в юридически значимые период. Однако, в медицинской документации отсутствует описание психического состояния подэкспертного, указаний на наличие и степень выраженности каких-либо побочных действий или осложнений от назначенных лекарств. Подписание договора поручительства <дата> произошло вне стен медицинского стационара, отсутствует какая-либо медицинская документация с информацией о том, какую амбулаторную медицинскую помощь получал подэкспертный, выполнял ли он предписания врачей, отмечались ли у него какие-либо побочные действия или осложения от получаемых лекарственных средств, насколько они были выражены, сопровождались ли нарушениями психических функций. По словам подэкспертного, к врачу-психиатру за консультациями он ранее не обращался. Поэтому в данном случае комиссия экспертов не может квалифицировать психическое состояние ФИО1 на момент подписания договора поручительства <дата> не может дать ответ о влиянии лекарственных препаратов на его способность понимать значение своих действий «осознавать их юридические последствия» и руководить ими в указанный период.

Оценивая представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу, что суду не представлено достоверных доказательств того, что ФИО1 в момент совершения оспариваемой сделки находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Так, к объяснениям ФИО1, согласно которым он в момент совершения сделки – договора поручительства от <дата> не мог понимать своих действий, суд относится критически. Напротив, из объяснений истца следует, что заключение оспариваемой сделки им обсуждалась с директором ЗАО «АП РМК», со слов которого договор займа с ФИО2 предлагался на выгодных для завода условиях, в результате чего истец дал согласие на заключение сделки «с целью помочь заводу». Показания допрошенных в суде свидетелей ФИО3, ФИО4 о том, что ФИО1 в период заключения договора поручительства № от <дата> принимал сильнодействующие лекарственные препараты, плохо себя чествовал, и квитанции о приобретении указанных припаратов не опровергают изложенные выводы суда. Несмотря на плохое самочувствие, истец с жалобами на свое психическое состояние к врачам не обращался, продолжал работать, занимая руководящую должность.

Судом также учитывается, что со слов истца до настоящего времени им принимаются лекарственные препараты, принимаемые во время заключения оспариваемого договора поручительства. Вместе с тем, прием указанных аппаратов в настоящее время не препятствует ему осознавать правовые последствия заключения договора поручительства № от <дата> и оспаривать его в суде. Действие принимаемых им препаратов не влияют на такие его индивидуально-психологические особенности как практичность и трезвость суждений, отсутствие повышенной внушаемости, принятие решений исходя из личных интересов, опираясь на накопленный опыт, что подтверждается выводами судебного заключения, не доверять которому у суда оснований не имеется, поскольку оно выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, квалифицированными экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора поручительства № от <дата> и применении последствий недействительной сделки.

руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора поручительства № от <дата> и применении последствий недействительной сделки, отказать.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Октябрьский районный суд г. Саратова в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья /подпись/ О.И. Монина