Апелляционное определение № 33-2622/2025 33-54/2026 от 10 февраля 2026 г.

Председательствующий Шипанов Ю.В.

УИД 19RS0001-02-2025-004279-20

Дело № 33-54/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 февраля 2026 года г. Абакан

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего Аушевой В.Ю.,

судей Паксимади Л.М., Вениченко О.В.,

при ведении протокола помощником судьи Самсоновой Н.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в апелляционном порядке гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО15 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Московской области, Главному следственному управлению Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Московской области, Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по городскому округу Домодедово о компенсации морального вреда

по апелляционным жалобам истца ФИО1 и его представителей ФИО2, ФИО3, представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО4 на решение Абаканского городского суда Республики Хакасии от 4 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Паксимади Л.М., объяснения истца ФИО1 и его представителей ФИО2, ФИО3, представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО4, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, мотивируя требования тем, что постановлением старшего следователя по 5-му отделу ОВД СЧ ГСУ ГУ МВД России по Московской области ФИО5 от 16 мая 2022 года уголовное дело №12101460005000194 прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного пунктом «б» части 3 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ). Поскольку у него возникло право на реабилитацию, в связи с незаконным уголовным преследованием, просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 руб.

К участию в деле в качестве соответчиков привлечены, Министерство внутренних дел Российской Федерации, Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Московской области, Главное следственное управление Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Московской области, Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по городскому округу Домодедово, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены Прокуратура Республики Хакасия, Домодедовская городская прокуратура Московской области.

Представители истца ФИО1 – ФИО3, ФИО2 в суде первой инстанции заявленные требования поддержали.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации ФИО4 заявленные требования не признала.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела были извещены надлежащим образом.

Суд постановил решение от 4 сентября 2025 года, которым удовлетворил исковое заявление частично, взыскал с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

С решением не согласны истец и его представители ФИО3, ФИО2, представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО4

В апелляционной жалобе истец и его представитель ФИО3, ФИО2 просят решение суда изменить, удовлетворить заявленные требования в полном объеме. Указывают, что взысканная судом компенсация морального вреда является необоснованно заниженной. Судом не дана оценка обстоятельствам, повлиявшим на причинение ФИО1 длящихся нравственных страданий, в том числе отсутствие основания для уголовного преследования, тяжесть преступления, в совершении которого он обвинялся, срок уголовного преследования. Суд также не дал оценку факту злоупотребления ответчиками процессуальными правами, которые не принимали участие в судебных заседаниях, а также не предоставили по запросу суда материалы уголовного дела в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО4 просит решение суда изменить, снизить размер компенсации морального вреда с учетом принципа разумности и справедливости, поскольку при определении размера компенсации суд принял во внимание обстоятельства, которые не подтверждены доказательствами, а именно суд не учел отсутствие причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья ФИО1 и незаконным уголовным преследованием. Кроме того, суд не учел, что отсутствуют доказательства причинно-следственной связи между установлением отцу ФИО1 инвалидности 2 группы по общему заболеванию и незаконным уголовным преследованием истца.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО4 представители истца ФИО3, ФИО2 просят отказать в ее удовлетворении.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Пункт 1 статьи 1070 ГК РФ предусматривает, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Порядок возмещения вреда, причиненного гражданину в ходе уголовного судопроизводства, определяется главой 18 «Реабилитация» Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (статьи 133 – 139), статьями 151, 1069, 1070, 1099 - 1101 ГК РФ.

В соответствии с пунктами 34, 35 статьи 5 УПК РФ реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с настоящим Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием.

Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть 1 статьи 133 УПК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Таким образом, положения статей 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают право гражданина на компенсацию морального вреда, причиненного гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности независимо от вины должностных лиц органов предварительного следствия в порядке, установленном законом.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 отмечено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К нравственным страданиям относятся - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33).

Как установлено судом и следует из материалов дела постановлением старшего следователя СУ УМВД России по городскому округу Домодедово от 16 февраля 2021 года возбуждено уголовное дело № 12101460005000194 по признакам преступления, предусмотренного пунктами «а,б» части 3 статьи 228.1 УК РФ в отношении неустановленных лиц.

Постановлением старшего следователя СУ УМВД России по городскому округу Домодедово от 16 февраля 2021 года возбуждено уголовное дело № 12101460005000195 по признакам преступления, предусмотренного пунктами «а,б» части 3 статьи 228.1 УК РФ в отношении неустановленных лиц.

Постановлением начальника СУ УМВД России по городскому округу Домодедово Московской области от 8 июля 2021 года уголовные дела № 12101460005000194, № 12101460005000195 соединены в одно производство, уголовному делу был присвоен № 12101460005000194.

19 февраля 2021 года ФИО1 явился в УМВД России по городскому округу Домодедово Московской области для представления своей позиции по возбужденным уголовным делам, предоставил, купленные на интернет - площадке образцы товаров (реализуемого им конопляного чая), представил справки об исследовании подобных чаёв с данными об отсутствии в них наркосодержащих веществ.

20 февраля 2021 года ФИО1 задержан в качестве подозреваемого по уголовному делу № 12101460005000194.

21 февраля 2021 года Домодедовским городским судом Московской области в отношении подозреваемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок, 1 месяц 27 суток, то есть до 15 апреля 2021 года включительно.

Постановлением от 21 февраля 2021 года ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а,б» части 3 статьи 228.1 УК РФ, относящегося к категории особо тяжких преступлений.

8 апреля 2021 года Домодедовским городским судом Московской области ФИО1 продлен срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 2 месяцев 27 суток, то есть до 15 мая 2021 года включительно.

13 мая 2021 года срок содержания по стражей Домодедовским городским судом Московской области продлен на 2 месяца, а всего до 4 месяцев 27 суток, то есть до 16 июля 2021 года.

Постановлением старшего Следователя СУ УМВД России по городскому округу Домодедово Московской области от 18 мая 2021 года ФИО1 изменена мера пресечения в виде заключения под стражей на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Постановлением от 3 июля 2021 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктом «б» части 3 статьи 228.1 УК РФ.

Постановлением от 16 мая 2022 года уголовное дело № 12101460005000194 прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления.

Постановлением от 16 мая 2022 года уголовное преследование в отношении обвиняемого ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления. Меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменены.

В соответствии со статьей 134 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию.

Руководствуясь приведенным правовым регулированием, оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд пришел к выводу о наличии у ФИО1 права на компенсацию морального вреда.

В силу статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел федеральным законодательством не предусматриваются, следовательно, в каждом случае суд определяет такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца и характера спорных правоотношений.

При этом соответствующие мотивы о размере компенсации должны быть приведены в судебном акте во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации, отсутствие которых в случае несоразмерно малой суммы присужденной истцу компенсации свидетельствует о нарушении принципа адекватного и эффективного устранения нарушения, означает игнорирование требований закона и может создать у истца впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца и его представителей о том, что судом не дана оценка обстоятельствам, повлиявшим на причинение ФИО1 длящихся нравственных страданий, в том числе тяжесть преступления, в совершении которого он обвинялся, срок уголовного преследования, суд учел индивидуальные особенности истца, влияние уголовного преследования на репутацию истца, положительные характеристики личности, применение меры пресечения в виде заключения под стражу.

Суд установил, что ФИО1 ранее к административной ответственности по статье 6.9, частям 2,3 статьи 20.20 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (за потребление наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ) не привлекался.

Из представленного истцом характеризующего материала, следует, что ФИО1 вел активную общественную жизнь. В институте являлся членом профсоюза работников народного образования и науки Российской Федерации, принимал участие в различных конкурсах и мероприятиях предпринимателей проводимых как на территории России так и зарубежных стран, был отмечен благодарственными письмами за активное участие в жизни города, за участие в городском конкурсе на звание «Лучший молодой предприниматель ФИО6», дипломами за участие в 9 межрегиональной выставки «Лучшие предприятия юга Сибири», за 2 место в спартакиаде предпринимателей, за участие в межрегиональной специализированной выставки-форума «СтройДом 2025», награжден сертификатом выставки «Сделано в Абакане», являлся участником регионального этапа Всероссийского конкурса «100 лучших товаров России», получил почетное звание «Наша гордость» от резидентов Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России», принимал участие в выставке в Москве, прошел повышение квалификации в школе экспорта РЭЦ, ежегодно от Правительства Республики Хакасия, Главы Республики Хакасия, президента ТПП Республики Хакасия в его адрес направлялись поздравительные открытки.

Из характеристик с места жительства следует, что ФИО1 проживает по адресу: <адрес> с 2014 года. ФИО1 женат, детей не имеет. Зарекомендовал себя с лучшей стороны, улыбчив, приветлив, внимателен, вежлив с соседями, в конфликтные отношения с соседями не вступал, спиртные напитки и иные вредные вещества не употребляет. Морально устойчив. Принимает активное участие в благоустройстве дома. Семья дружная, занимается спортом.

Положительные характеристики на ФИО1 были даны директором Института экономики и менеджмента г. Томск ФИО7, руководителем НО «Фонд развития МСП Томской области» ФИО8, МАУ г. ФИО6 «Спорткомплекс им ФИО9» ФИО10

Согласно справке ст. УУП ОУУП и ПДН УМВД России по г. Абакану следует, что ФИО1 по учетам УМВД России по г. Абакану не значится, на профилактическим учете не состоял, к административной ответственности не привлекался. Жалоб и заявлений от граждан в дежурную часть УМВД России по г. Абакану на ФИО1 не поступало. По месту жительства характеризуется удовлетворительно.

Также судом учтена тяжесть преступления, инкриминированное истцу, которое в соответствии со статьей 15 УК РФ относится к категории особо тяжких, длительность уголовного преследования.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает, что суд пришел к неверному выводу о том, что истцом представлены доказательства того, что незаконное уголовное преследование привело к ухудшению состояния его здоровья, поскольку из медицинского заключения терапевта ФГБУ «Поликлиника № 5» Управления делами Президента Российской Федерации от 21 мая 2021 года следует, что ФИО1 проходил медицинское обследование, выставлен диагноз: <данные изъяты> Рекомендованы лечение, меры профилактики.

Согласно медицинскому заключению офтальмолога ФГБУ «Поликлиника № 5» Управления делами Президента Российской Федерации от 20 мая 2021 года следует, что ФИО1 проходил медицинское обследование, выставлен диагноз: <данные изъяты>. Рекомендованы лечение, меры профилактики, зрительная гимнастика.

Оценивая представленные истцом медицинские документы, судебная коллегия исходит из того, что они не подтверждают обострения ранее имевшихся у истца заболеваний, либо возникновения заболеваний в период уголовного преследования, обращения за медицинской помощью, в том числе непосредственно после освобождения из-под стражи, а также ухудшения состояния здоровья по вине органов следствия.

На основании оценки представленных доказательств, судебная коллегия приходит к выводу о том, что истец не представил доказательств наличия причинно-следственной связи между содержанием его под стражей и возникновением какого-либо заболевания. Сам по себе факт наличия у истца диагноза – «<данные изъяты> не свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между данными заболеваниями и уголовным преследованием. Права истца на своевременное оказание медицинской помощи в период содержания под стражей не нарушались. Иного в материалы дела не представлено.

Следовательно, вывод суда о доказанности ухудшения состояния здоровья истца в результате незаконного уголовного преследования подлежит исключению из решения суда.

Безусловно, при незаконном уголовном преследовании каждый человек испытывает как нравственные, так и физические страдания. Это является общеизвестным фактом, не требующим доказывания в силу части 1 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Такое толкование закона следует из статьи 2 Конституции Российской Федерации.

Судебная коллегия учитывает, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее – Постановление Пленума N 33) даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статьи 1079, 1095 и 1100 ГК РФ) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 Постановления Пленума N 33).

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 Постановления Пленума N 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. При этом реабилитированный должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования.

Судом верно установлено, что 21 февраля 2021 года Домодедовским городским судом Московской области в отношении подозреваемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок, 1 месяц 27 суток, то есть до 15 апреля 2021 года включительно.

8 апреля 2021 года Домодедовским городским судом Московской области ФИО1 продлен срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 2 месяцев 27 суток, то есть до 15 мая 2021 года включительно.

13 мая 2021 года срок содержания по стражей Домодедовским городским судом Московской области продлен на 2 месяца, а всего до 4 месяцев 27 суток, то есть до 16 июля 2021 года.

Постановлением старшего Следователя СУ УМВД России по городскому округу Домодедово Московской области от 18 мая 2021 года ФИО1 изменена мера пресечения в виде заключения под стражей на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Таким образом, ФИО1 содержался под стражей 2 месяца 27 дней, около года находился под подпиской о невыезде.

Также материалами дела подтверждается, что ФИО1 задержан в качестве подозреваемого по уголовному деду № 12101460005000194 20 февраля 2021 года, 3 июля 2021 года ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктом «б» части 3 статьи 228.1 УК РФ, уголовное дело № 12101460005000194 и уголовное преследование в отношении него прекращено 16 мая 2022 года по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления.

Из дела видно, что ФИО1 привлекался к уголовной ответственности впервые, систематически являлся в следственные органы и принимал участие в процессуальных действиях после изменения меры пресечения в виде заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении. Вследствие этого, по мнению судебной коллегии, имело место ограничение конституционных прав истца на свободу и личную неприкосновенность, права на свободу передвижения, права на труд и отдых, он был лишен привычного образа жизни, пребывал в состоянии стресса, вызванного переменой положения в обществе, не имел возможности общаться с людьми по своему усмотрению, вести активную общественную жизнь, был лишен возможности полноценно заниматься трудовой деятельностью, в том числе бизнесом.

Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает, что с учетом, в том числе объема следственных мероприятий, произведенных в отношении истца, с учетом проведения комплексных химико-ботанических экспертиз не в феврале 2021 года, а только 14 февраля 2022 года, 17 февраля 2022 года, по результатам проведения которых 16 мая 2022 года принято решение о прекращении уголовного преследования в отношении обвиняемого ФИО1 по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления, а также с учетом требования разумности и справедливости суд верно определил ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

Ссылка в апелляционной жалобе истца и его представителей на то, что суд не дал оценку факту злоупотребления ответчиками процессуальными правами, которые не принимали участие в судебных заседаниях, а также не предоставили по запросу суда материалы уголовного дела в полном объеме, не может служить основанием для отмены решения суда, поскольку стороной истца в суд апелляционной инстанции копии из материалов уголовного представлены, исследованы и приобщены к материалам дела.

В судебные заседания первой инстанций ответчики, третьи лица извещались надлежащим образом. В силу присущего гражданскому процессу принципа диспозитивности стороны самостоятельно распоряжаются своими материальными и процессуальными правами. Согласно статье 35 ГПК РФ участие в судебном заседании является правом стороны, а не обязанностью. С учетом положений статей 167, 169 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения дела, если ими не представлены сведения о причинах неявки.

Доводы стороны ответчика о том, что суду не представлено доказательств, подтверждающих причинение истцу физических и нравственных страданий, следовательно размер компенсации морального вреда, взысканный судом, является завышенным, не могут быть приняты во внимание, поскольку сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности свидетельствует о нарушении прав, причинения лицу, подвергшемуся незаконному уголовному преследованию, нравственных страданий независимо от законности действий сотрудников правоохранительных органов на момент их совершения.

Судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения, поскольку каких-либо новых обстоятельств, позволяющих уменьшить либо снизить сумму компенсации морального вреда, подтвержденных доказательствами по делу и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела, апелляционная жалоба представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО4 не содержит.

По мнению судебной коллегии размер компенсации морального вреда, определенный судом к взысканию, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21, 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Оснований не соглашаться с выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку при незаконном уголовном преследовании каждый человек испытывает как нравственные, так и физические страдания. Это является общеизвестным фактом, не требующим доказывания в силу части 1 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Такое толкование закона следует из статьи 2 Конституции Российской Федерации.

Несогласие истца и ответчика с выводами суда в части размера компенсации морального вреда является их правом как участников гражданского процесса и не свидетельствует о нарушении закона.

Определенный судом размер денежной компенсации морального вреда соответствует установленным фактическим обстоятельствам, степени физических и нравственных страданий, требованиям разумности и справедливости.

При таких обстоятельствах, оснований не согласиться с выводами суда суд апелляционной инстанции не усматривает.

Апелляционные жалобы не содержат доводов, которые в соответствии со статьей 330 ГПК РФ могли бы являться основанием для отмены судебного постановления.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Абаканского городского суда Республики Хакасии от 4 сентября 2025 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционные жалобы истца ФИО1 и его представителей ФИО2, ФИО3, представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО4 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня его вынесения путем подачи кассационной жалобы в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Председательствующий В.Ю. Аушева

Судьи Л.М. Паксимади

О.В. Вениченко

В окончательной форме мотивированное апелляционное определение изготовлено 13 февраля года.