Решение № 2-2256/2018 от 27 ноября 2018 г. по делу № 2-2256/2018

дело № 2-2256/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 ноября 2018 года г. Воронеж

Советский районный суд г. Воронежа в составе председательствующего судьи Косенко В.А., при секретаре Балашовой М.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с вышеназванным иском, указывая, что 14.06.2016г. умерла ее <данные изъяты> ФИО1, которая на момент смерти проживала по адресу: <данные изъяты>. Квартира принадлежала ей на праве собственности.

26.04.2013г. ФИО1 составила завещание, удостоверенное нотариусом нотариального округа г.о.г. Воронеж ФИО6, зарегистрированное в реестре за <данные изъяты>, в котором все принадлежащее ей имущество, где бы оно не находилось и в чем бы оно не выражалось, завещала ФИО3

29.06.2016 г. истец обратилась к нотариусу нотариального округа г.о.г. Воронеж ФИО7, подала заявление о принятии наследства по завещанию к имуществу ФИО1. В настоящее время она является единственным наследником принявшим наследство.

Истица, узнав о смерти своей тети, пришла в морг для организации похорон, но оказалось, что тело ФИО1 забрал из морга ФИО4, представившись «внуком». Квартира ФИО1. была заперта, ключей у истицы не было. Как выяснилось позднее, квартиру купил по договору купли-продажи от 17.12.2015г. ответчик ФИО5

По неясным причинам, ФИО1., продав квартиру, освобождать её не собиралась, проживая в ней до смерти. В договоре купли-продажи условий о продаже мебели и других предметов домашнего обихода не содержалось. Соответственно, на момент смерти ФИО1 в квартире находились движимые вещи ФИО1., собственником которых с момента открытия наследства является ФИО3 Однако квартира ФИО1. была освобождена без ведома истицы. Судьба этих вещей ей не известна.

В судебном разбирательстве по делу <данные изъяты> ответчик ФИО5 пояснил, что все вещи ФИО1 находятся у ФИО4

Истица считает, что принадлежащее ей имущество находиться в незаконном владении ответчиков. В результате неправомерных действий ответчиков она лишена возможности пользоваться своим имуществом.

На момент смерти ФИО1 в квартире находилась мебель, предметы домашнего обихода, личные вещи, украшения, «похоронные» деньги в сумме 50 000 руб., а именно: шкаф двухстворчатый с тремя выдвижными ящиками, сервант, два ковра, два мягких кресла, телевизор, тумбочка под ТВ, журнальный столик, швейная машинка, три столовых сервиза, репродукция «Неизвестная» Крамского, два холста белого цвета с черным рисунком, три иконы, чемодан с постельным бельем, шесть чайных позолоченных ложек с голубой эмалью, три золотых цепочки, два овальных золотых кулона, две золотые печатки, бусы гранатовые, статуэтка «балерина» перламутр, статуэтка «орел», люстра трехрожковая, светильник «бра», массажер, стол раздвижной, холодильник, кухонный стол, серебряные ложки (столовые, десертные) и вилки, термос, радио старинное, большое, хрустальная посуда, стаканчик (серебро), хозяйственная тележка с сумкой, две шубы: цигейковая и каракулевая, часы настенные 2 шт., документы: свидетеьство о смерти ФИО8, свидетельства о рождении ФИО8, ФИО1., книжка с оформленными участками на Юго-Западном кладбище.

Истица направляла ФИО5 телеграмму о возврате вещей, неоднократно встречалась с обоими ответчиками, причем с ФИО5 в судебных заседаниях Центрального районного суда г. Воронежа, однако ответчиками вещи добровольно возвращены не были.

Впоследствии часть имущества ФИО5 истице вернул, о чем были составлены расписки и перечислено имущество в количестве 35 предметов.

ФИО3 обратилась в суд и с учетом уточнения исковых требований просила истребовать из чужого незаконного владения ответчиков следующее имущество:

1) новую, белого цвета, импортную швейную машинку;

2) икону «Владимирской Божьей Матери»;

3) икону «Семистрельной Божьей Матери»;

4) икону «Иисуса Христа» – масло, дерево;

5) два больших мягких кресла;

6) часть со стеклянными дверцами второго серванта;

7) офисный стул;

8) электрический массажер с пультом управления;

9) семейные фотографии, трудовые книжки на имя ФИО1., ФИО8;

10) оригиналы свидетельства о смерти ФИО8, свидетельство о её рождении;

11) оригиналы удостоверения на захоронение на имя ФИО4

В ходе рассмотрения дела ответчик передал истице под расписку: свидетельство о рождении ФИО8, свидетельство о смерти ФИО8, трудовую книжку ФИО1 и три её фотографии (л.д. 127, 128).

Материалами дела подтверждается, что удостоверение о захоронении ФИО8, ФИО1., ранее оформленное на имя ФИО9, во внесудебном порядке перерегистрировано на имя ФИО3 (л.д. 92, 93).

В судебном заседании истец ФИО3 поддержала изложенные в иске доводы и требования.

ФИО5 возражал против удовлетворения иска, указывая, что имевшиеся у него в наличии вещи из квартиры ФИО1 он истице передал. Другого имущества ФИО1 у него не имеется.

ФИО9 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания надлежаще извещен, просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

ФИО10, представляющий интересы ФИО4 (доверенность – л.д. 72) и ФИО4 (по устному заявлению – п. 6 ст. 53 ГПК РФ), возражал против удовлетворения иска, указывая, что истица не представила доказательств, что перечисленное в иске имущество имелось у ФИО1 на дату её смерти и то, что сейчас это имущество находиться у ответчиков.

Суд, выслушав доводы лиц, явившихся в судебное заседание, допросив свидетелей, исследовав материалы дела и дела <данные изъяты>, рассмотренного Центральным районным судом г. Воронежа 23.03.2018г. (по иску ФИО3 к ФИО5, ФИО11, ПАО Сбербанк о признании недействительным договора купли-продажи от 17.12.2015г., истребовании имущества из чужого незаконного владения, признании права собственности на квартиру, погашении записи в ЕГРН) приходит к следующему:

В силу п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно ст. 301 Гражданского кодекса РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" даны следующие разъяснения:

Применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен (п. 32).

В соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца (п. 36).

Нотариусом нотариального округа г.о.г. Воронеж ФИО7 29.06.2016г. открыто наследственное дело <данные изъяты> к имуществу ФИО1, умершей 14.06.2016г., проживавшей на день смерти по адресу: <данные изъяты> (л.д. 24-50).

Из вышеназванного наследственного дела видно, что ФИО3 является наследницей ФИО1. по завещанию. Кроме ФИО3, с заявлением о принятии наследства никто не обращался.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом (абзац 2 п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ).

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (ст. 1112 Гражданского кодекса РФ).

Наследство открывается со смертью гражданина (ст. 1112 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, ФИО3 следовало доказать, что на день смерти у ФИО1. имелось в собственности имущество, перечисленное в уточненном исковом заявлении. Обязанности по доказыванию неоднократно разъяснились судом (л.д. 82, 104). При этом истица поясняла, что наличие имущества намерена доказывать фотографиями и показаниями свидетелей (л.д. 82об). Также утверждала, что при рассмотрении дела в Центральном районном суде г. Воронежа П-вы признали, что имущество находится них (л.д. 104).

Судом из Центрального районного суда г. Воронежа было истребовано дело <данные изъяты>, по иску ФИО3 к ФИО5, ФИО11, ПАО Сбербанк о признании недействительным договора купли-продажи от 17.12.2015г., истребовании имущества из чужого незаконного владения, признании права собственности на квартиру, погашении записи в ЕГРН. Однако доводы истицы о том, что при рассмотрении вышеназванного дела П-вы признали, что имущество находится них, своего подтверждения не нашли.

Судом в качестве свидетеля была допрошена ФИО12, социальный работник, которая посещала ФИО1 с 2014 года. Свидетель пояснила, что приходя к ФИО1 она проходила сразу на кухню, в комнате ни разу не была. На кухне – стенка кухонная, старенькая, дверцы ломались; стол; два стула; тумбочка старая у окна; вдоль стены складной стол; что-то стояло, накрыто салфеткой длинной; в углу одна икона, большая; что-то еще висело, но в иконах она не разбирается. Когда свидетель проходила на кухню, то краем глаза видела шкаф. На кухне швейной машинки не было.

По ходатайству истицы судом в качестве свидетеля была допрошена ФИО2 (<данные изъяты>). При этом свидетель пояснила, что последний раз была в квартире у ФИО1. осенью 2015 года, а в 2016 году вообще не была у <данные изъяты> (ФИО1.), т.к. ухаживала за дедушкой, при этом у неё был маленький ребенок. При таких обстоятельствах свидетелю ФИО2 не может быть достоверно известно, какое имущество находилось у ФИО1 ко дню её смерти.

Суд считает необходимым отметить, что доводы истицы о том, что перечисленное в уточненном иске имущество имелось у ФИО1. ко дню смерти, основаны лишь на её предположении, поскольку ФИО3 последний раз была в квартире у ФИО1 в ноябре 2015 года, тогда как наследодатель умерла 14.06.2016г. Поэтому истице не может быть достоверно известно, какое имущество находилось в квартире у ФИО1 ко дню её смерти. ФИО3 не было известно даже о том, что 17.12.2015г., ФИО1. распорядилась квартирой, заключив договор купли-продажи с ФИО13

Фотографии, которые на обозрение суда предоставляла истица, были сделаны в 1998 году, поэтому они не могут подтверждать наличие имущества у ФИО1. на день смерти (14.06.2016г.).

Тем самым, истицей не было предоставлено доказательств, что на день смерти у ФИО1 имелось в собственности имущество: новая, белого цвета, импортная швейная машинка; икона «Владимирской Божьей Матери»; икона «Семистрельной Божьей Матери»; икона «Иисуса Христа» – масло, дерево; два больших мягких кресла; часть со стеклянными дверцами второго серванта; офисный стул; электрический массажер с пультом управления. Не подтверждено наличие в квартире семейных фотографий. Также не доказано, что перечисленное имущество находится у ответчиков.

Учитывая все вышеизложенное, принимая во внимание, что в силу п. 2 ст. 195 ГПК РФ суд не может основывать решение на предположениях, а лишь на исследованных в судебном заседании доказательствах, иск ФИО3 удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО3 к ФИО4, ФИО5 об истребовании имущества из чужого незаконного владения – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья: Косенко В.А.

Мотивированное решение изготовлено 04.12.2018 года