Приговор № 1-232/2025 от 16 ноября 2025 г. по делу № 1-232/2025

Дело № 1-232/2025


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

17 ноября 2025 года г.Пермь

Кировский районный суд г. Перми в составе

председательствующего Каменской И.В.,

при секретаре судебного заседания Ведерниковой М.Л.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Кировского района г. Перми Омышевой К.В.,

потерпевшего ФИО1,

представителя потерпевшего Б..,

подсудимого ФИО2,

защитника – адвоката Князева П.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело в отношении

ФИО2 не судимого,

в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживавшегося, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, под стражей не содержащегося

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 применил насилие, не опасное для жизни и здоровья, в отношении представителя власти – оперуполномоченного зонального отделения отдела уголовного розыска отдела полиции № 3 (по обслуживанию Кировского района г.Перми) Управления МВД России по г.Перми – старшего лейтенанта полиции М., в связи с исполнением последними своих должностных обязанностей, при следующих обстоятельствах.

18 июля 2025 года около 23 часов 00 минут, сотрудник полиции М., назначенный приказом № от 18 августа 2023 года на должность оперуполномоченного зонального отделения отдела уголовного розыска отдела полиции № 3 (по обслуживанию Кировского района г. Перми) Управления МВД России по г. Перми, исполняя в соответствии со ст. 12 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» свои должностные обязанности: принимать и регистрировать заявления и сообщения о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях; осуществлять в соответствии с подведомственностью проверку заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях и принимать по таким заявлениям и сообщениям меры, предусмотренные законодательством Российской Федерации; прибывать незамедлительно на место совершения преступления, административного правонарушения, место происшествия; пресекать противоправные деяния; документировать обстоятельства совершения преступления, административного правонарушения, обстоятельства происшествия; обеспечивать сохранность следов преступления, административного правонарушения, происшествия; оказывать первую помощь лицам, находящимся в беспомощном состоянии, опасном для их жизни и здоровья, если специализированная помощь не может быть получена ими своевременно или отсутствует; выявлять причины преступлений и административных правонарушений и условия, способствующие их совершению; принимать в пределах своих полномочий меры по их устранению; наделенный в соответствии со ст. 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» правами: требовать от граждан прекращения противоправных действий; составлять протоколы об административных правонарушениях; собирать доказательства; применять иные меры, предусмотренные законодательством об административных правонарушениях; доставлять граждан, то есть осуществлять их принудительное препровождение в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции, в целях решения вопроса о задержании гражданина (при невозможности решения данного вопроса на месте), а также в соответствии с п.п. 8, 21 должностного регламента оперуполномоченного отдела уголовного розыска отдела полиции № 3 (по обслуживанию Кировского района г. Перми) Управления МВД России по г. Перми, являясь представителем власти и должностным лицом органа внутренних дел Российской Федерации, наделенными в установленном порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, согласно утвержденной врио начальника отдела полиции № 3 (по обслуживанию Кировского района г. Перми) Управления МВД России по г. Перми постовой ведомости расстановки нарядов по обеспечению правопорядка на улицах и в иных общественных местах на 18 июля 2025 года, в период с 08.00 часов 18 июля 2025 года до 08.00 часов 19 июля 2025 года находился в форменном обмундировании сотрудника полиции и в рамках проведения проверки по поступившему 18 июля 2025 года в дежурную часть отдела полиции № 3 (по обслуживанию Кировского района г. Перми) Управления МВД России по г. Перми сообщению о происшествии о возможном совершении противоправных действий в отношении несовершеннолетних по <адрес>, зарегистрированному в КУСП под № от 18 июля 2025 года, М. прибыл по <адрес>, где для выяснения обстоятельств происшествия прошел в квартиру №, в которой находились заявитель К. и ее отец ФИО2 Последний, находясь в состоянии алкогольного опьянения и будучи недовольным законным действиями сотрудников полиции по установлению обстоятельств произошедшего происшествия в вышеуказанной квартире, осознавая, что М. является сотрудником полиции и представителем власти при исполнении своих должностных обязанностей, с целью применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, умышленно нанес не менее одного удара кулаком в область нижней губы М., причинив ему физическую боль и телесные повреждения в виде ......., которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья и/или незначительной стойкой утраты трудоспособности, и расцениваются как повреждения, не причинившее вред здоровью человека. Кроме того, в результате преступных действий ФИО2 была нарушена нормальная деятельность Управления министерства внутренних дел России по г. Перми, подорвав его авторитет.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину не признал, указав, что 18 июля 2025 года он находился дома, употреблял с соседом алкогольные напитки на кухне, сколько выпил, не помнит, покупал бутылку водки объемом 0,5 литра, сосед пил пиво, после чего сосед ушел к себе домой, а он лег спать. Дома в это время были его две несовершеннолетние дочери К. и К.1., которые находились в своей комнате. Он услышал звонок в дверь, услышал, что дети пошли открывать входную дверь, вышел в коридор, увидел двух мужчин и одну женщину, которые были в форменном обмундировании сотрудников полиции. На тот момент ему не было известно, что его дочери вызвали сотрудников полиции, он подумал, что это мошенники. Он спросил людей в форме, что случилось, и зачем они приехали, поскольку люди в форме ему не представились. Люди в форме сказали, что они приехали по вызову, их вызвали дети, поскольку в доме был посторонний мужчина. Он пояснил сотрудникам, что в доме посторонних нет, они могут пройти, посмотреть, убедиться в этом, для чего открыл им все двери. Люди в форме ответили, что проходить по квартире не будут и никуда не уйдут. При этом он разговаривал спокойно. Поскольку намерения людей в форме ему были непонятны, дома находились несовершеннолетние дети, которых надо защищать, он пошел открывать входную дверь, чтобы люди в форме ушли. Когда он пытался выдворить людей в форме из своей квартиры, оказался на полу, в последующем, люди в форме затащили его обратно в квартиру, М. выражался нецензурно, и он тоже начал выражаться нецензурной бранью. После чего он попытался снова выдворить людей в форме, началась борьба, после чего люди в форме стали его душить, и он сдался, на него надели наручники и увезли в отдел полиции, где он пробыл до 6 утра, пристегнутый наручниками к скобам в стене. Он не слышал, чтобы сотрудники говорили о том, что им необходимо отобрать объяснения. В тот момент, когда происходила борьба с М., женщина в форме что-то писала. Допускает, что брал сотрудника полиции за руку, чтобы он покинул его квартиру, но делал это, так как не знал, что это сотрудник полиции, так как ему никто не представился. О применении к нему физической силы и специальных средств сотрудники полиции его не предупреждали. Сотрудники полиции таким поведением унизили его. Считает, что свидетели Е. и В. заинтересованы, поэтому дают показания в пользу потерпевшего. Считает, что все события произошли по причине незаконных действий сотрудников полиции.

Из исследованных в судебном заседании в связи с имеющимися противоречиями показаний, данных ФИО2 на предварительном следствии при проведении очной ставки с потерпевшим М. от 21.07.2025, следует, что события, произошедшие 18.07.2025, он не помнит, ему необходимо время, чтобы вспомнить, допускает, что нечаянно, то есть неумышленно, мог нанести удар М. (т. 1 л.д. 194-202).

Данные показания в судебном заседании ФИО2 подтвердил, указав, что не помнил события, поскольку был в шоковом состоянии, вспомнил спустя две недели.

Между тем, вина ФИО2 в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевший М. в судебном заседании пояснил, что он работает в должности оперуполномоченного зонального отделения уголовного розыска ОП № 3 Управления МВД России по г.Перми, 18 июля 2025 года он совместно с полицейским-водителем Е.., инспектором по делам несовершеннолетних В., около 22 часов 30 минут, получив сообщение о том, что по <адрес>, несовершеннолетние просят помощи, им угрожает опасность, отец привел домой в гости пьяного друга, они боятся, около 23 часов 00 минут прибыли на данный адрес, при этом были в форменном обмундировании. Поднявшись на этаж, дверь в квартиру открыли две несовершеннолетние девочки (по внешним признакам было понятно, что они несовершеннолетние). Сотрудники полиции представились и уточнили, они ли вызывали полицию. Несовершеннолетние пояснили, что они вызывали полицию, предложили пройти внутрь квартиры, после чего В., М. и Е.. зашли в прихожую квартиры. В. начала выяснять обстоятельства и причины вызовы сотрудников полиции, на что она из несовершеннолетних (которая постарше) пояснила, что отец позвал друга, они распивали алкоголь на кухне, на замечания не реагировали, девочки испугались и поэтому вызвали сотрудников полиции. Также пояснили, что друг отца совсем недавно ушел, а отец пьяный лег спать. В этот момент из комнаты вышел ФИО2, который в грубой форме спросил, кто они и что им надо. На вопрос ФИО2 М. пояснил, что они являются сотрудниками полиции, приехали по поступившему сообщению в отдел полиции от детей, после чего ФИО2 стал грубо выяснять у детей, зачем они вызвали сотрудников полиции, спрашивая их, не забыли ли они, как он их бил. При этом ФИО2, находящийся в состоянии алкогольного опьянения, подошел к В. вплотную, размахивая руками. М., опасаясь за безопасность В., просунул свою руку между В. и ФИО4, повторил ФИО4, что они являются сотрудниками полиции и исполняют свои должностные обязанности, после чего ФИО4 переключил свое внимание на М., схватив его левой рукой за шеврон на правом рукаве. М. потребовал ФИО4 успокоиться. Поскольку ФИО4 свои руки не убирал, М. произвел движение правой рукой, подняв ее вверх, и освободился от захвата, после чего ФИО4 схватил М. двумя руками за форменное обмундирование в области груди, выталкивая М. из квартиры. Позади М. стоял Е., который, увидев, что М. выталкивает ФИО4, стал отходить назад, выходя из квартиры. ФИО4, держа за форменное обмундирование в области груди, вытолкнул М. за дверь квартиры, прижал к стене. Все это время ФИО4 громко ругался, выражаясь нецензурной бранью, требуя, чтобы сотрудники полиции ушли. М. требовал ФИО4 прекратить противоправные действия, повторяя, что является сотрудником полиции, ФИО4 не прекращал. После чего М. произвел боевой прием-подсечку правой ногой. ФИО4 упал, в это время подошел Е., в отношении ФИО4 применен загиб руки за спину. Спустя какое-то время ФИО4 пояснил, что он успокоился, его отпустили. Все зашли обратно в квартиру, где в это время находила В. и несовершеннолетние девочки. Е. и М. остались в прихожей, ФИО4 ушел вглубь квартиры, спустя какое-то время вновь стал проявлять признаки агрессии, кричал, выражаясь нецензурно. М. вновь потребовал успокоиться, пояснил, что после установления всех обстоятельств, сотрудники полиции покинут его квартиру. ФИО4 подошел к М., сжав кулаки, и сказал, что ударит М., на что М. ответил, что это незаконно. После чего ФИО4 правым кулаком ударил М. в левую часть нижней губы. М. почувствовал острую физическую боль, голову немного откинуло назад от удара. Увидев, что ФИО4 готовится к нанесению еще одного удара, руки у него были сжаты в кулаки, М. применил в отношении ФИО4 приемы борьбы. Е. после приемов борьбы помогал М., загибал левую руку ФИО4 за спину. После ФИО5 и М. был доставлен в отдел полиции. После чего М. обратился в медицинское учреждение, где зафиксировали его травму. Удушающих приемов в отношении ФИО4 сотрудники полиции не производили.

Представитель потерпевшего Б. в судебном заседании пояснила, что работает в должности юрисконсульта правового отдела УМВД России по г.Перми. Об обстоятельствах произошедших событий узнала из сообщения, поступившего в Управление МВД г.Перми о возбуждении уголовного дела. ФИО2 нарушил нормальную деятельность Управления МВД России по г.Перми, подорвав его авторитет, причинив телесные повреждения представителю власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Свидетель В. в судебном заседании пояснила, что работает в должности старшего инспектора по делам несовершеннолетних ОП № 3 (по обслуживанию Кировского района г.Перми) УМВД России по г.Перми, 18 июля 2025 года находилась на дежурстве, в вечернее время в дежурную часть поступило сообщение о том, что по <адрес>, номер квартиры в настоящее время не помнит, от несовершеннолетней о том, что отец в состоянии опьянения привел домой постороннего мужчину, она боится. В., Е. и М., приехав по указанному адресу, позвонили в домофон, ответил детский голос, В. представилась сотрудником полиции, входную дверь в подъезд открыли. Поднявшись на этаж, позвонив в квартирный звонок, дверь квартиры открыла несовершеннолетняя. В. уточнила, вызывали ли они полиции, несовершеннолетняя ответила, что вызывали, предложив пройти в квартиру. Зайдя в квартиру, В. уточнила, есть ли в квартире посторонние? Девочка ответила, что в квартире нет посторонних, отец спит. В это время вышел ФИО4, начал выражаться нецензурной бранью, спрашивая, зачем они приехали. В. пояснила ФИО4, что они приехали по сообщению в полицию, которое сделала его дочь, потому что она боится находиться в квартире из-за постороннего человека, после чего ФИО4 стал выражаться нецензурной бранью в адрес дочери, спрашивая ее, зачем она это сделала и не забыла ли она, как он ее бил. ФИО4 стал приближаться к В., пытаясь выгнать сотрудников полиции из квартиры. Когда ФИО4 приблизился к В. совсем близко, М. поставил руку между ФИО4 и В., после чего ФИО4 переключил свое внимание на М., выражаясь нецензурной бранью, пытался вытолкнуть М., схватив его за форменное обмундирование, и Е. из квартиры. Пока М., Е. и ФИО4 были на лестничной площадке, В. выясняла у девочек, где их мама, несовершеннолетняя пояснила, что мама с младшим братом находится у бабушки. После В. увидела, что на лестничной площадке началась потасовка, но не обращала внимания на это, так как в это время общалась с несовершеннолетней. Немного позже Е., М. и ФИО4 зашли обратно в квартиру, ФИО4 успокоился, ему предложили выйти на улицу или поехать в отдел, он согласился, уйдя в комнату. После чего вернулся, начал грубо, в нецензурной форме выражаться. ФИО2 было сделано замечание, указав на присутствие детей, напомнив ФИО4, что сотрудники полиции находятся при исполнении служебных обязанностей. На замечания ФИО4 не реагировал. Когда ФИО4 стоял перед В., М. стоял наравне с ней, на уровне глаз В. прошла рука ФИО4 в сторону М., В. услышала звук удара. Куда именно пришел удар, она не видела. После удара завязалась борьба между ФИО4 и М., в ходе которой ФИО4 сопротивлялся, М. загнул руки ФИО4 за спину, в чем ему помог Е., она видела это боковым зрением, так как общалась с несовершеннолетними. При этом М. неоднократно делал замечания ФИО4, просил его прекратить противоправные действия, повторял, что они являются сотрудниками полиции при исполнении должностных обязанностей. В. позвонила матери несовершеннолетних, которая услышав, что Кольцов ведет себя агрессивно, попросила отвезти его в медвытрезвитель. С разрешения матери с К.1. было взято объяснение, матери было сообщено о необходимости подойти в отдел полиции с младшей дочерью, чтобы дать объяснение. Специальные средства к ФИО4 не применялись.

Свидетель Е.. в судебном заседании показал, что работает в должности водителя ОП № 3 (по обслуживанию Кировского района г.Перми) УМВД России по г.Перми примерно в мае 2025 года, точно помнит, что было тепло на улице, около 22 часов 00 минут, находился на дежурстве, из дежурной части сообщили, что поступило сообщение о том, что девочки опасаются за свою жизнь. Е.., М. и В. выехали по указанному сообщению по <адрес>. Находясь в форменном обмундировании, все трое поднялись на лифте к квартире, дверь открыли две девочки, на вид 12 и 16 лет, которым сотрудники полиции представились, после чего они прошли в квартиру. В. стала выяснять у девочек, что случилось, те пояснили, что боятся. В это время вышел ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения и стал выяснять, кто они такие и зачем приехали, на что они пояснили, что являются сотрудниками полиции и приехали по вызову, необходимо взять с девочек объяснение по поводу вызова. ФИО2 начал нецензурно выражаться, оскорбляя сотрудников полиции, потом переключился на девочек, спросив у них, зачем они вызвали сотрудников полиции, помнят ли они, что с ними происходило. Сотрудники полиции пояснили ФИО4, что им необходимо взять объяснение с девочек и они уедут. В. начала брать объяснение, Кольцов все это время ругался нецензурной бранью. М. стоял перед ФИО4, рядом с М. стояла В., Е. стоял за В.. Е. увидел, как ФИО4 схватил М. за форму, ФИО4 стали объяснять, что нельзя хватать за форменное обмундирование, что они являются сотрудниками полиции, пытались успокоить ФИО4. Кольцов вытолкал М. из квартиры, прижал его к стене. М. применил против него прием борьбы. После этого, ФИО4 подняли на ноги и все зашли обратно в квартиру. После чего, Кольцов встал в стойку и нанес удар правой рукой в область лица М., после чего в отношении него была применены приемы борьбы-загиб руки за спину, после чего ФИО4 был доставлен в отдел полиции. Специальные средства к ФИО4 не применялись.

Свидетель К.2. в судебном заседании пояснила о том, она является супругой ФИО2 17 или 18 июля 2025 года в вечернее время она с сыном находилась у своей матери по причине плохого самочувствия матери. Дочери К. и К.1. остались дома. К. позвонила К.2. и сообщила, что отец пришел домой «выпивший» с незнакомым мужчиной, они закрылись на кухне, громко разговаривали. Потов вновь позвонила дочь и сказала, что ей это не нравится, на что К.2. сказала дочери К., чтобы та сообщила об этом отцу и мужчине, на что дочь ответила отказом, потому что стесняется. К.2. звонила супругу, но он не ответил. Со слов К. ей известно, что К. попросила К.1. взывать сотрудников полиции, после чего К. позвонила К.2. и сказала, что К.1. вызвала сотрудников полиции, папа с мужчиной ушли. Потом вновь позвонила дочь и пояснила, что отец вернулся и собирается спать, сотрудники полиции еще не приезжали. Потом снова позвонила К., сообщила, что приехали сотрудники полиции. После чего К.2. позвонила сотрудница ОДН, спросила, куда можно отправить детей, так как супруг в состоянии опьянения, ведет себя агрессивно. К.2. ответила, что дети находятся у себя дома, и если супруг ведет себя агрессивно, то пусть поместят его в вытрезвитель, после вновь позвонила инспектор ОДН, сказала, что супруга увозят в отдел полиции, он применил насилие к сотруднику полиции, она взяла объяснение у детей, сказала подойти в отдел полиции с детьми для дачи объяснений. К.2. перезвонила дочери К., последняя сообщила, что отца скрутили, связали, надели наручники и увезли в нижнем белье, поскольку случилась потасовка у отца с сотрудниками полиции. Супруг агрессию в состоянии опьянения не проявляет, К.1. в тот день сотрудники полиции опрашивали в ночное время без законного представителя. Ранее супруг в отношении нее и детей физическую силу не применял.

Из оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ показаний несовершеннолетнего свидетеля К.1., данных в ходе предварительного следствия 30 июля 2025 года в присутствии законного представителя, следует, что 18 июля 2025 года в вечернее время после 21:00-22:00 часов она находилась дома по <адрес>, со своей сестрой К., мама с младшим братом ушли к бабушке. Домой пришел отец ФИО2 с незнакомым мужчиной, которые сразу ушли на кухню, закрылись там, громко разговаривали. К. сообщила, что ей неприятно находиться в квартире с незнакомым мужчиной, попросила ее вызвать сотрудников полиции, чтобы они выгнали незнакомого мужчину. Около 22:00 часов она (К.1.) позвонила по номеру 112, сообщила, что в квартире находится незнакомый мужчина и нетрезвый отец, ей сообщили, что отправили сотрудников полиции, необходимо подождать. Позвонила, чтобы сотрудники полиции выгнали этого мужчину. Через 10-20 минут после звонка, мужчина ушел из их квартиры, а отец, проводив мужчину, ушел спать в свою комнату. Через 5 минут услышав звонок в домофон, она ответила, ей сообщили, что это из полиции, она открыла дверь подъезда кнопкой домофона. Затем позвонили во входную дверь, она посмотрела в дверной глазок, увидела женщину и двух мужчин в форменном обмундировании, открыла им дверь и пустила их, разрешения они не спрашивали, она сама их впустила, поскольку вызывала, они вошли в прихожую, но не представились. К.1. сообщила сотрудникам, что это она звонила в полицию, что неизвестный мужчина уже ушел, в их присутствии нет необходимости. В это время отец вышел в прихожую, спросил, кто эти люди. Полицейские сообщили, что несовершеннолетние вызвали сотрудников полиции. Отец до этого не знал, что она звонила в полицию. Отец стал громко говорить, чтобы полицейские вышли из его квартиры, начал нецензурно выражаться. Сотрудники полиции объяснили, что им необходимо заполнить какие-то документы, на что отец ответил, чтобы заполняли их не у них дома, требуя от них выйти из квартиры. Все это время у К.1. что-то спрашивала женщина-сотрудник полиции, а именно просила дать сведения по вызову. Она обращала внимание на женщину, она стояла ближе к К.1., двое мужчин стояли за ее спиной. Сотрудники предложили отцу одеться и выйти проветриться, отец пошел одеваться, а потом вновь вернулся в прихожую и потребовал сотрудников покинуть квартиру, потом стал пытаться вытолкнуть мужчин из квартиры. Потом между сотрудниками полиции и отцом что-то произошло, у них произошла какая-то «потасовка», что именно, она не видела, так как общалась с женщиной - полицейским. Видела, как сотрудники пытались «заломать» руки за спину отцу, у них происходила какая-то борьба, после чего отца вывели из квартиры, в квартире осталась женщина полицейский, спрашивала, зачем они вызывали полицию, заполняя при этом какой-то документ, в котором она (К.1.) расписалась, не читая его, потому что не понимала почерк, ей женщина зачитала самый конец документа. Маме перед звонком в полицию она (К.1.) не звонила и не сообщала о том, что отец пришел домой с незнакомым мужчиной. К.1. не видела, чтобы отец нанес удар кулаком сотруднику полиции. В отношении нее, матери и сестры отец насилия никогда не применял. Отец в тот вечер выражался нецензурной бранью, но оскорблений в свой и сестры адрес и адрес сотрудников полиции она не слышала, сотрудник полиции со светлыми волосами также применял нецензурную лексику. Отец был очень сильно пьян (т. 1 л.д. 99-104).

Из оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ показаний несовершеннолетнего свидетеля К., данных в ходе предварительного следствия 6 августа 2025 года в присутствии законного представителя с участием педагога, следует, что в начале июля 2025 года, точную дату она не помнит, она находилась дома по <адрес>, со своей сестрой К.1., мама с младшим братом ушли к бабушке. Отец ФИО2, немного «поддатый», пришел домой с незнакомым мужчиной, ушли на кухню и закрыли двери. Примерно через 10 минут она позвонила маме и сообщила о том, что папа пришел с мужчиной и ей это не нравится, на что мама сказала сказала, чтобы она или сестра сообщили об этом отцу и мужчине, но они этого делать не стали. Ей было неприятно, что кто-то незнакомый находится в квартире, она попросила сестру позвонить в полицию, чтобы незнакомого мужчину увели из их квартиры, она испугалась незнакомого мужчину, потому что это был незнакомый человек, она его ни разу не видела, а отец был пьяный, ранее в их доме посторонних не было. Затем она увидела, что папа и неизвестный мужчина вышли из квартиры. Через 5 минут папа вернулся один и пошел спать в комнату, сколько было времени, она не знает. В это время полиция позвонила в домофон, сестра ответила, и открыла подъездную дверь. Ее сестра открыла входную дверь, и впустила в квартиру сотрудников полиции, там находилась женщина и двое мужчин, они находились в форменном обмундировании сотрудников полиции. Когда они зашли в прихожую, она ушла к себе в комнату, с ними оставалась сестра, и как она услышала, туда вышел папа. Затем она услышала, как папа спросил у полицейских, зачем они пришли. Сотрудники полиции пояснили ему, что поступил звонок от несовершеннолетних из их квартиры, что неизвестный мужчина находится в квартире, на что отец сказал им, что он не вызывал, и чтобы те уходили. Потом она вышла из своей комнаты, увидела, что женщина – полицейский общалась с сестрой, отец в это время находился в прихожей, говорил уходить сотрудникам полиции, на что те ему отвечали, что они заполнят какие-то документы и уйдут. После этого отец стал выталкивать руками обоих мужчин-полицейских из их квартиры на лестничную площадку, они ему при этом говорили, что не уйдут, так как не могут. Когда отец выталкивал полицейских из квартиры, он ругался грубой нецензурной бранью, также она слышала, что один из полицейских мужчин высказался матом. После того, как отец вытолкал полицейских на площадку, они его «скрутили» и подняли. Потом отца посадили на кушетку в прихожей, просили успокоиться, подышать, просили одеться, выйти на улицу, чтобы проветриться. Отец пошел в комнату, затем вновь вышел, сказал им посмотреть, что у них все нормально, спокойно, и они могут уезжать, на что полицейские ответили, что не будут проходить, им это не нужно. Затем она зашла к себе в комнату, а когда вернулась, то увидела, как двое полицейских «скручивают» отца на полу, и удушали, то есть держали за шею, а сестра находилась рядом и разговаривала с женщиной – полицейским. Затем отца в наручниках вывели в подъезд, и увели. Затем они созвонились с мамой и сообщили ей о том, что отца увезли. Отец в отношении них насилия не применял, ругался на них с сестрой матом в тот вечер единственный раз. Она не видела, чтобы папа нанес сотруднику полиции кулаком по лицу (т. 1 л.д. 113-119).

Из оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ свидетеля К.3. данных в ходе предварительного следствия 5 августа 2025 года следует, что 18 июля 2025 года во второй половине дня к нему пришел «выпивший» сосед В., из № квартиры, предложил выпить, на что он согласился. Дома у В. К.3. был около 30 минут, В. пил водку, дома в это время были две дочери. При К.3. В. вел себя спокойно, с дочерями не конфликтовал. О том, что к В. в тот день приезжали сотрудники полиции, и как В. себя вел по отношению к ним, ему неизвестно.

Эксперт И., допрошенная в судебном заседании, являющаяся врачом судебно-медицинским экспертом ГБУЗ ПК «Краевое бюро судебно-медицинской экспертизы и патолого-анатомических исследований», в судебном заседании пояснила, что она проводила экспертизу и дополнительную экспертизу в отношении потерпевшего М. По результатам проведенной экспертизы установлено у М. наличие телесных повреждений, которые на основании п.9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. В настоящее время указанный приказ утратил силу ввиду принятия Приказа Минздрава России от 08.04.2025 № 172н «Об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека». Телесные повреждения, обнаруженные у ФИО1 в соответствии с п. 6 Приказа Минздрава России от 08.04.2025 № 172н также расцениваются, как повреждения, не причинившие вред здоровью. Выводы эксперта в части телесных повреждений и тяжести вреда не изменились бы в случае проведения повторной экспертизы, изменился бы лишь только пункт Приказа, в соответствии с которым определяется степень тяжести вреда.

Кроме показаний перечисленных лиц вина ФИО2 подтверждается:

- протоколом осмотра места происшествия от 25.07.2025 с фототаблицей, согласно которого осмотрена прихожая квартиры по <адрес> (т. 1 л.д. 25-33);

- протоколом осмотра предметов от 06.08.2025, согласно которого осмотрен оптический диск с аудиозаписью телефонного разговора несовершеннолетней К.1. с оператором службы «112», в ходе которого К.1. показала, что они с сестрой находятся дома, их папа в алкогольном опьянении привел друга, и они боятся (т. 1 л.д. 142-147);

- приказом ГУ МВД России по Пермскому краю № от 30.11.2023, согласно которому лейтенанту полиции М. присвоено очередное специальное звание – старший лейтенант полиции (т. 1 л.д. 44);

- выпиской из приказа Управления МВД России по городу Перми № от 18.08.2023, согласно которому М. назначен на должность оперуполномоченного зонального отделения отдела уголовного розыска отдела полиции № 3 (дислокация Кировский район) Управления МВД России по г. Перми с 20.08.2023 (т. 1 л.д. 46)

- должностным регламентом (должностной инструкцией) оперуполномоченного зонального отделения отдела уголовного розыска отдела полиции № 3 (дислокация Кировский район) Управления МВД России по г. Перми лейтенанта полиции М. от 13.11.2023, согласно которого в соответствии с п.п. 8, 21 должностного регламента, оперуполномоченный зонального отделения отдела уголовного розыска старший лейтенант полиции М. имеет права, предусмотренные ст. 13 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ "О полиции", а также обязан принимать и рассматривать жалобы и заявления граждан, принимать по ним решение в установленный законом срок, контролировать работу по заявлениям и обращениям граждан, полно, качественно и в срок исполнять полученные материалы проверок (т. 1 л.д. 39-42)

- графиком работы личного состава ОУР ОП № 3 на июль 2025 года, согласно которого М. находится в составе группы немедленного реагирования 18.07.2025 (т. 1 л.д. 43)

-книгой постовых ведомостей ОП № 3, согласно которой 18.07.2025 М. находился в составе группы немедленного реагирования с 08 часов 00 минут 18.07.2025 по 08 часов 00 минут 19.07.2025 (т. 1 л.д. 35-38);

- заключением врача судебно-медицинского эксперта № от 24.07.2025, согласно которому у гр. М., согласно судебно-медицинскому обследованию и данным представленных медицинских документов, имелись: ......., которые, судя по характеру и свойствам, образовались от ударного и/или сдавливающего воздействия твердого тупого предмета, возможно в заявленный срок, что могло иметь место при обстоятельствах, указанных в постановлении: «нанес один удар кулаком руки в область лица». Данные повреждения не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и в соответствии с пунктом 9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (т. 1 л.д. 163-166);

- заключением врача судебно-медицинского эксперта № от 06.08.2025, согласно которому у гр. М., согласно судебно-медицинскому обследованию и данным представленных медицинских документов, имелись: ......., которые судя по характеру и свойствам, образовались от ударного и/или сдавливающего воздействия твердого тупого предмета. Данные повреждения не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и в соответствии с пунктом 9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. При решении вопросов об обстоятельствах получения повреждений определяют соответствие показаний участников событий о динамике причинения телесных повреждений телесных повреждений объективным данным, добытым следственным и экспертным путем, а также устанавливают возможность образования исследуемых повреждений при конкретных обстоятельствах и условиях. В связи с тем, что в представленных для производства дополнительной судебно-медицинской экспертизы объяснении ФИО2 от 19.07.2025 г., протоколе допроса потерпевшего М. от 21.07.2025 г., протоколе очной ставки между потерпевшим М. и подозреваемым ФИО2 от 21.07.2025 г. и протоколе допроса свидетеля В. от 23.07.2025 г. не содержится информации о травматизации области нижней губы гр. М. «в результате соударения о выступающий предмет в ходе применения физической силы (борьбы) в отношении подозреваемого ФИО2 а также о падении гр. М. «из положения стоя или близкого к таковому», оснований для решения вопросов №1 и №2 постановления не имеется. Расположение «потерпевшего и подозреваемого» в момент получения телесных повреждений могло быть различным при условии доступности области травматизации (.......) для нанесения повреждений (т. 1 л.д. 172-176).

Вопреки доводам защиты оснований для признания указанных заключений эксперта недопустимым доказательством не имеется, в судебном заседании эксперт И. пояснила, что в связи с тем, что Приказ Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 утратил силу в связи с принятием Приказа Минздрава России от 08.04.2025 № 172н «Об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», телесные повреждения, обнаруженные у М., в соответствии с п.6 Приказа Минздрава России от 08.04.2025 № 172н «Об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью.

Утвержденный приказом Минздрава России от 8 апреля 2025 года № 172н «Порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», вступивший в законную силу с 1 сентября 2025 года, ни степень тяжести вреда, причиненного здоровью М., ни критерии ее определения не изменяет.

Оценив каждое доказательство в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, суд признает их относимыми, допустимыми, достоверными, а все в совокупности – достаточными для разрешения уголовного дела.

Таким образом, суд, исследовав и проанализировав доказательства, представленные сторонами обвинения и защиты в их совокупности, оценив каждое с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а всю совокупность с точки зрения достаточности, приходит к выводу, что вина подсудимого в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора, полностью установлена и доказана выше приведенными доказательствами.

О направленности умысла подсудимого на применение насилия свидетельствует способ совершения преступления, а также характер и локализация телесных повреждений, конкретные обстоятельства содеянного, в частности, агрессивное поведение подсудимого, которое предшествовало как до момента инкриминируемых ему действий, так и во время них.

К доводам подсудимого о том, что умысла на применение насилия в отношении потерпевшего у него не было и, возможно, телесные повреждения у потерпевшего образовались в ходе борьбы, суд относится критически, расценивает их способом избежать ответственности за содеянное, поскольку они опровергнуты показаниями потерпевшего – сотрудника полиции М. о том, что в ходе проведения проверки по поступившему сообщению, в связи с исполнением служебных обязанностей, на его законные требования прекратить противоправные действия, ФИО2 не реагировал, находясь в состоянии алкогольного опьянения, выражался нецензурной бранью, заявил, что он ударит М., также указанные доводы подсудимого опровергаются, в том числе показаниями свидетеля В. о том, что она видела на уровне своих глаз руку ФИО2, направленную в сторону М., который стоял рядом с ней, а впоследствии услышала звук удара, а также показаниями свидетеля Е. М.С. о том, что ФИО2 после того, как вытолкал М. за дверь квартиры, М. был применен прием борьбы, успокоился, вернувшись в квартиру, встал в стойку и нанес удар М. Кроме того, довод подсудимого о том, что в момент произошедших событий он думал, что перед ним находятся не сотрудники полиции, а мошенники, опровергается показаниями как самого подсудимого о том, что он предложил сотрудникам полиции пройти и удостовериться, что в квартире нет посторонних и у них все спокойно, спрашивал у детей, зачем они вызвали сотрудников полиции, так и показаниями свидетелей В., Е.., которые показали, что неоднократно сообщали, что они являются сотрудниками полиции и сообщали причину, по которой они приехали, все трое находились в форменном обмундировании сотрудников полиции, учитывая, что должностное положение лица определяется наличием у него на основании закона соответствующих полномочий, а не служебным удостоверением, которое лишь служит атрибутом его статуса, тот факт, что в инкриминированный период потерпевший не предъявил служебное удостоверение, с учетом установленных судом и приведенных выше обстоятельств, а также того, что перед нанесением ФИО2 потерпевшему М. удара кулаком, свидетелем В.. потерпевшим М., неоднократно сообщалось, что они являются сотрудниками полиции, находятся при исполнении своих должностных обязанностей, поступило сообщение от его несовершеннолетних дочерей, что следует из показаний несовершеннолетних свидетелей К.1. и К., не свидетельствует об отсутствии у ФИО2 умысла на совершение инкриминированного ему преступления.

Помимо этого, довод подсудимого о применении к нему специальных средств сотрудниками полиции и приемов борьбы – удушения ничем объективно не подтвержден, приобщенная стороной защиты справка из медицинской учреждение таковой не является, поскольку лишь фиксирует имеющиеся у ФИО2 повреждения, не подтверждает происхождение их в заявленный период и от действий сотрудников полиции.

Показания указанных лиц свидетельствуют о том, что М. действовал в соответствии с должностными обязанностями, тогда как ФИО2 фактически препятствовал ему в их выполнении, в том числе применив насилие к потерпевшему.

Суд не находит оснований для оговора подсудимого со стороны потерпевшего, свидетелей Е.., В. – сотрудников полиции, поскольку на место происшествия они прибыли в связи с осуществлением своих должностных обязанностей, ранее с ФИО2 знакомы не были, следовательно, неприязненных отношений не имели, какой-либо их заинтересованности в исходе дела не установлено.

Суд находит установленной прямую причинно-следственную связь между действиями ФИО2 и причинением потерпевшему М. физической боли и ушиба мягких тканей нижней губы с кровоизлиянием на слизистой нижней губы слева.

С учётом того, что потерпевший М. как сотрудник полиции прибыл на место событий, представился, находился в форменном обмундировании, ФИО2 осознавал, что применил насилие в отношении представителя власти, исполняющего свои должностные полномочия, что в итоге привело к нарушению нормальной деятельности органов полиции, подрыву их авторитету, подтверждается показаниями представителя потерпевшего Б.

Кроме того, данные показания потерпевшего, представителя потерпевшего, свидетелей объективно подтверждаются материалами дела, включая протокол осмотра предметов, в ходе которого осмотрена аудиозапись на оптическом диске, в соответствии с которой несовершеннолетняя К.1. сообщила, что отец пришел домой в состоянии алкогольного опьянения с неизвестным мужчиной, они с сестрой боятся, а также иными материалами дела, исследованными в судебном заседании.

Показания вышеперечисленных лиц в деталях дополняют друг друга, согласуются как между собой, так и с показаниями свидетелей: несовершеннолетней К.1., данных в ходе предварительного следствия о том, что отец находился дома в состоянии алкогольного опьянения с неизвестным мужчиной, по просьбе сестры она вызвала сотрудников полиции, когда приехали сотрудники полиции, она открыла им дверь и пустила их в квартиру, сообщила им, что мужчина уже ушел, в это время вышел отец и стал громко кричать, выражаться нецензурной бранью, требовать, чтобы сотрудники полиции покинули квартиру, затем стал толкать одного из сотрудников полиции, после чего между сотрудниками полиции и отцом происходила борьба, и с показаниями несовершеннолетнего свидетеля К. о том, что она попросила сестру вызвать сотрудников полиции, потому что испугалась неизвестного мужчину, который пришел с отцом в их квартиру, когда приехали сотрудники полиции, они поясняли ФИО2 причину нахождения их в квартире, ФИО2, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, говорил уходить из квартиры, после чего стал выталкивать сотрудников полиции, ругаясь нецензурной бранью.

Кроме того, указанные показания потерпевшего, представителя потерпевшего, свидетелей согласуются с показаниями свидетеля – К.3. о том, что он 18 июля 2025 года он с соседом из № кв. В. употреблял алкоголь на кухне квартиры В., и с показаниями свидетеля К.2.., которая узнала о произошедших событиях со слов дочерей и сотрудника полиции В.

Как установлено в судебном заседании, нахождение сотрудников полиции в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей в квартире ФИО2 было законным, несовершеннолетние К.1. и К. поясняли в ходе предварительного расследования, что К.1. сама впустила сотрудников полиции в квартиру, поскольку вызывала их.

Суду предоставлены достаточные доказательства, объективно подтверждающие, что ФИО2 осознавал общественно опасный характер своих действий, а также то, что насилие им применено в отношении находившегося в форменном обмундировании представителя власти именно в связи с выполнением ими своих должностных обязанностей.

Довод стороны защиты о том, что потерпевший М. не смог в судебном заседании раскрыть понятие происшествия, на установленные судом фактические обстоятельства не влияют, поскольку из фактического содержания показаний потерпевшего следует, что он прибыл и находился в квартире подсудимого в рамках исполнения своих должностных обязанностей по проверке сообщения о том, что по <адрес>, отец в алкогольном опьянении, привел домой друга, дети боятся, и не влияют на доказанность его вины и квалификацию действий.

При таких обстоятельствах, действия подсудимого ФИО2 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 318 УК РФ как применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Каких-либо сомнений в психическом состоянии подсудимого и его вменяемости, с учетом его поведения в судебном заседании, у суда не возникло, каких-либо препятствий для назначения наказания ФИО2 не имеется.

При назначении подсудимому наказания суд, в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории средней тяжести, личность виновного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Так, ФИО2 ранее не судим, на учете у врача нарколога и психиатра не состоит (т.1 л.д. 225,227), работает, имеет место постоянной регистрации и жительства, согласно характеристике участкового уполномоченного характеризуется с удовлетворительной стороны, жалобы от соседей на него не поступали (т.1 л.д. 235, 237), по месту жительства соседями характеризуется с положительной стороны, конфликтных ситуаций не создает, спиртными напитками не злоупотребляет (т. 1 л.д. 259).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 суд признает, в соответствии со ст. 61 УК РФ, оказание помощи отцу, имеющему инвалидность ....... группы и иным родственникам (в частности теще), состояние здоровья подсудимого, наличие на иждивении несовершеннолетнего и двух малолетних детей.

Иных обстоятельств, подлежащих обязательному признанию в качестве смягчающих и предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, не имеется.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому, судом не установлено.

В частности суд не усматривает оснований для признания в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», в соответствии с требованиями ч. 11 ст. 63 УК РФ, само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением, в том числе, алкоголя, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. При разрешении вопроса о возможности признания указанного состояния лица в момент совершения преступления отягчающим обстоятельством суду надлежит принимать во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение лица при совершении преступления, а также личность виновного. Из показаний подсудимого ФИО2 следует, что мотивом совершения ФИО2 преступления послужило, по его мнению, не законное поведение сотрудников полиции, а потому самого факта его нахождения в момент совершения преступления в состоянии опьянения, недостаточно. Материалами уголовного дела не подтверждается, что состояние опьянения повлияло на совершение ФИО2 преступления, снизило его контроль за своими действиями, поскольку в ходе судебного заседания установлено, что при совершении преступления ФИО2 выполнил ряд продолжительных и сложных действий, для которых требовались сознательные и волевые усилия. Указанное свидетельствует, что ФИО2 в достаточной мере контролировал свои действия.

С учетом данных о личности подсудимого, общественной опасности и обстоятельств совершенного преступления, положений ст. 6 УК РФ о справедливости уголовного наказания, а также принимая во внимание цели уголовного наказания – восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений, суд считает необходимым назначить наказание подсудимому в виде штрафа.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, степени его общественной опасности основания для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ отсутствуют.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, существенно уменьшающих характер и степень общественной опасности совершенного деяния, позволяющих применить при назначении наказания положения ст. 64 УК РФ, суд не усматривает, также не установлено оснований для применения положений ст. 81 УК РФ.

Гражданский иск не заявлен.

В соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ вещественное доказательство, хранящееся в материалах уголовного дела ........

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 40 000 рублей.

Реквизиты для уплаты штрафа: ОКТМО: 57701000 СУ СК России по Пермскому краю, получатель средств: УФК по Пермскому краю (Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю, л/с <***>), ИНН <***>, КПП 590401001. Отделение Пермь банка России// УФК по Пермскому краю, БИК 015773997, р/с <***>, к/с 40102810145370000048, код БК: 41711603132010000140, наименование платежа: уголовный штраф, назначенный судом ФИО2 по уголовному делу №.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО2 оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Вещественное доказательство ........

Приговор в течение 15 суток со дня провозглашения может быть обжалован в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кировский районный суд города Перми.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в своей апелляционной жалобе, а также вправе поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении защитника.

Председательствующий И.В. Каменская