Апелляционное определение № 33-6646/2025 от 15 декабря 2025 г.

Судья Бурлуцкий И.В. дело № 33-6646/2025 (№ 2-7061/2025)

86RS0004-01-2025-007775-67


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 декабря 2025 года г. Ханты-Мансийск

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего Гавриленко Е.В.

судей Баранцевой Н.В., Кузнецова М.В.

при секретаре Вторушиной К.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору займа и денежных средств в порядке регресса,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Сургутского городского суда от 26 августа 2025 года, которым постановлено:

«Иск ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору займа и денежных средств в порядке регресса удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в порядке регресса 1/2 долю исполненных обязательств по оплате жилищно-коммунальных услуг за период с 01.06.2022 года по 01.05.2025 года в размере 70 611 рублей, расходы на оплату юридических услуг в размере 8 316 рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 к ФИО2 отказать».

Заслушав доклад судьи Баранцевой Н.В., объяснения истца ФИО1, третьего лица ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с требованиями к ФИО2, с учетом дополнения, о взыскании долга по договору займа в размере 817 000 руб., компенсации 1/2 части расходов на оплату жилищно-коммунальных услуг за период с апреля 2022 года по 01.05.2025 год в размере 74 172 руб., расходов на оплату услуг представителя в размере 105 000 руб. (л.д. 3-7, 101-102).

Требования мотивированы тем, что 24.05.2013 между ФИО1 и ФИО3, ФИО4, был заключен устный договор займа, по условиям которого истец передала заемщикам денежную сумму в размере 1 643 000 руб. для приобретения квартиры, а заемщики обязались вернуть денежные средства после исполнения кредитных обязательств по ипотечному кредиту перед банком. Истец утверждает, что сняла денежные средства со своих счетов в банке и передала их наличными своему сыну - ФИО3, который внес эти деньги на свой счет в ПАО Сбербанк, а впоследствии передал их в счет предоплаты продавцу квартиры. 23.06.2016 брак между ФИО3 и ФИО4 был расторгнут, на основании решения суда произведен раздел имущества супругов ФИО5, в соответствии с которым за каждым из них было признанно право на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру. Во исполнение долговых обязательств в размере 817 000 руб., сын истца - ФИО3 уступил истцу принадлежащую ему ? долю в праве на квартиру путем заключения с истцом договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру от 15.02.2018, ответчик ФИО4 оставшуюся часть долга в размере 817 000 руб. выплатить истцу отказывается, после расторжения брака выехала из квартиры по адресу: (адрес) и проживает по другому адресу. 22.02.2023 истцу была направлена претензия о возврате денежных средств, на которую ответа не последовало. Также истец указывает, что с момента расторжения брака ответчик ФИО4 систематически уклоняется от исполнения обязанности по оплате жилищно-коммунальных услуг. Между тем, истец считает, что ответчик обязана нести соответствующие расходы соразмерно своей ? доле в праве. За период с апреля 2022 года по дату подачи иска общая сумма расходов, приходящихся на долю ответчика, составляет 74 172 руб.

Определением суда от 20.08.2025 к участию в деле в качестве третьего лица привлечен ФИО3 (л.д. 131-133).

Представитель истца ФИО1 - ФИО6 в судебном заседании заявленные требования поддержала.

Ответчик ФИО7, представитель ответчика ФИО8 в судебном заседании заявленные требования не признали, ссылаясь на неосведомленность о спорном займе, узнала о займе в 2023 году, когда ФИО1 направила ей претензию о выплате денежных средств, заявили о пропуске истцом срока исковой давности.

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании требования истца поддержал.

Дело рассмотрено в отсутствие истца в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом принято указанное решение (л.д. 151, 152-161), которое ФИО1 просит отменить, принять новое решение. В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что судом была проигнорирована совокупность приставленных истцом доказательств, которые в своей взаимосвязи достоверно подтверждают факт передачи денежных средств и возникновения заемного обязательства. В ходе подготовки к приобретению жилья по государственной программе «Молодая семья» и для предоставления в уполномоченные органы документов, подтверждающих наличие денежных средств для первоначального взноса, между ФИО3 и ответчиком ФИО4 проводились обсуждения относительно источника финансирования, и принято решение об обращении к истцу за получением денежных средств. 23.05.2011 со счета истца была снята сумма 941 000 рублей, и в тот же день она была зачислена на счет ФИО3 с добавлением личных средств, составив итоговый взнос в 961 000 рубль. В дальнейшем, поскольку сберегательная книжка сына находилась у истца, она самостоятельно пополняла этот счет своими денежными средствами. С 23.05.2011 по 24.05.2013 общая сумма на счете ФИО3, сформированная за счет средств истца, достигла 1 634 000 рублей, что подтверждается расширенной выпиской по вкладу. Расширенная выписка по вкладу и копия сберегательной книжки ФИО3 подтверждают поступление на его счет суммы в размере 1 634 080 рублей с 2011 года. Не дождавшись очереди по госпрограмме «Молодая семья» семья Мостовенко взяли в долг данную сумму у ФИО1 для покупки квартиры в г. Сургуте. Данная сумма с учетом начисленных процентов была передана в счет предоплаты собственнику приобретаемой квартиры, о чем свидетельствует расписка в получении денежных средств от 27.01.2014. Совпадение по времени и размеру средств является прямым указанием на происхождение денежных средств от истца. Суд не дал надлежащей оценки доводам истца и поведению ответчика, свидетельствующим о ее осведомленности о займе, участвуя в качестве стороны в сделке по приобретению квартиры, ответчик не могла не знать об источнике средств для первоначального взноса. Ее утверждения об отсутствии осведомленности противоречат обычной осмотрительности и логике поведения добросовестного участника гражданского оборота. Последующее поведение ответчика, выразившееся в не оспаривании договора дарения доли в пользу истца, также свидетельствует о ее фактическом признании наличия задолженности перед истцом, которую ее бывший супруг погасил указанным способом в счет только своего долга 817 000 рублей из своего имущества. Считает, что суд неправильно применил нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, в частности п. 2 ст. 808 ГК РФ, в данном случае, совокупность представленных документов (банковские выписки, договор купли-продажи квартиры, договор дарения доли) образует «иной документ», позволяющий установить факт передачи денег и цель их передачи. Также суд не дал должной оценки тому, что действия сторон (передача денег, их использование для покупки общего имущества, частичный возврат долга путем отчуждения доли) свидетельствуют о фактическом исполнении устной сделки, что позволяет считать сделку заключенной. Приводит суждения о том, что обязательство по возврату займа является общим обязательством супругов ФИО5, а тот факт, что супруги не заявили о долге при разделе имущества, не прекращает обязательство. Полагает, что суд не исследовал вопрос о перерыве срока исковой давности. В уведомлении от 06.01.2023 ответчик предлагала истцу выкупить свою ? доли в квартире с учетом долга, что является прямым указанием на признание ею существования задолженности, в своих объяснительных, данных участковому уполномоченному и в прокуратуру, ответчик также подтверждала наличие долгового обязательства. Поскольку договор займа был заключен в устной форме без определения точного срока, обязательство возвратить сумму займа возникло у ответчика в момент предъявления истцом соответствующего требования, истец предъявил такое требование 22.02.2023, с этой даты и началось течение трехгодичного срока исковой давности, настоящий иск был подан в установленный законом срок.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчик не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена в установленном законом порядке, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в сети «Интернет».

С учетом изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с тем, что лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, не сообщили суду о причинах неявки, судебная коллегия определила о рассмотрении дела в отсутствие участвующих в деле лиц.

Заслушав объяснения ответчика и третьего лица, проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений, как установлено частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и обсудив их, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены решения суда, поскольку оно постановлено в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Подобных нарушений по доводам жалобы не усматривается.

В силу статей 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается, за исключением случаев предусмотренных законом.

Правилами, предусмотренными п. 1 ст. 807, п. 2 ст. 808, п. 1 ст. 809, п. 1 ст. 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, установлено, что по договору займа займодавец передает в собственность заемщику деньги или вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег или равное количество вещей, такого же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что ответчик ФИО7 и третье лицо ФИО3 (номер) состояли в браке (л.д. 125)

Решением Сургутского городского суда от 13.07.2016 квартира, расположенная по адресу: (адрес), признана совместно нажитым имуществом супругов ФИО5, произведен раздел совместно нажитого имущества супругов с выделением каждому по ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру (л.д. 28-29).

Также судом установлено, что решением Сургутского городского суда от 23.05.2017 были признаны общими обязательства ФИО3 и ФИО4 по кредитному договору <***> от 26.12.2013, заключенному между ФИО3, ФИО4, с одной стороны, и ПАО «Сбербанк России» с другой стороны, с использованием средств по которому супругами приобретено жилое помещение. Указанным решением суда постановлено взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 денежную компенсацию по кредитному договору <***> от 26.12.2013 в размере 421 556,20 руб. (л.д. 114-118).

Согласно выписке из ЕГРН 25.10.2016 зарегистрировано право собственности ответчика ФИО7 на ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру, ? доля в праве принадлежит истцу ФИО1 с 28.03.2018 (л.д. 104).

Как установлено из материалов дела, право собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру ФИО1 приобрела на основании договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру от 15.02.2018, заключенного с сыном ФИО3 (даритель). При этом стороны договора дарения оценили отчуждаемую долю в праве в размере 1 144 395 рублей (л.д. 23-25).

Истец утверждает, что дарение в ее пользу доли в праве на квартиру было произведено третьим лицом в счет возврата задолженности по договору займа от 24.05.2013, заключенному в устной форме между ней (займодавец) и ФИО3, ФИО4 (заемщики), по условиям которого, истец передала заемщикам денежные средства в размере 1 643 000 руб. с обязательством возврата указанных средств после исполнения заемщиками обязательств по ипотечному кредиту перед банком.

Разрешая заявленные требования, руководствуясь положениями статей 153, 154, 159-162, 249, 322, 323, 325 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 39, 45 Семейного кодекса Российской Федерации, статей 30, 153, 154, 155 Жилищного кодекса Российской Федерации, проанализировав в совокупности представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств, подтверждающих заключение договора займа между сторонами, перечисления спорных денежных средств истцом на условиях срочности и возвратности ответчиками, в связи с чем в удовлетворении требования к ФИО2 о взыскании задолженности по договору займа в размере 817 000 руб. отказал. Также в связи с заявлением ответчика о пропуске срока исковой давности, суд счел, что данное обстоятельство является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении требования.

Требование о взыскании расходов по оплате коммунальных платежей, с учетом применения срока исковой давности удовлетворено частично - за период с 01.06.2022 по 01.05.2025 в размере 70 611 руб.

Также судом распределены судебные расходы.

Поскольку решение суда обжалуется истцом только в части разрешения требования о взыскании задолженности по договору займа, иными участниками процесса решение суда первой инстанции не обжалуется, то законность и обоснованность решения суда в остальной части в силу положений ч. 1, 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является предметом проверки судебной коллегии.

Разрешая вопрос по доводам апелляционной жалобы о неверной оценке судом доказательств по делу, судебная коллегия не может согласиться с их состоятельностью, поскольку они направлены на иную оценку обстоятельств по делу и представленных сторонами доказательств, о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права не свидетельствуют.

Судебная коллегия отмечает, что доводы жалобы аналогичны позиции истца изложенной в суде первой инстанции, судом им дана надлежащая правовая оценка.

Из материалов дела и дополнительно истребованной копии договора купли-продажи установлено, что ФИО3 и ФИО7 на праве общей совместной собственности принадлежала квартира по адресу: <...>, основанием для приобретения данной квартиры являлся договор купли-продажи от 27.01.2014, из которого следует, что квартира приобретается за 3 450 000 рублей, частично за счет собственных средств покупателей в размере 1 912 000 руб. выплаченных продавцу до подписания договора купли-продажи, что также следует из расписки от 27.01.2014, и за счет кредитных средств в размере 1 538 000 руб., полученных по кредитному договору <***> от 26.12.2013, заключенному между ПАО Сбербанк и ФИО3 и ФИО4

В качестве письменных доказательств передачи истцом денежных средств супругам ФИО5, апеллянтом суду представлены копии: сберегательного сертификата от 04.06.2012 на 100 000 рублей, справок ОАО «Сбербанк России» о приобретении истцом сберегательных сертификатов 28.12.2013 на сумму 50 000 рублей, 18.05.2015 на 180 000 рублей, мемориального ордера от 02.06.2015 о передаче ФИО3 на хранение в банк сберегательного сертификата на сумму 180 000 рублей; сберегательных книжек, из которых усматривается, что 23.05.2011 со счета ФИО1 № (номер) в ПАО Сбербанк России была снята сумма 941 003,15 рублей, в этот же день на счет ФИО3 (номер) в ПАО Сбербанк России внесены денежные средства в размере 961 003,15 рублей. Указанный счет ФИО3 неоднократно пополнялся, и 24.05.2013 со счета сняты денежные средства в размере 1634080 рублей, аналогичная сумма внесена на счет № (номер), также открытый 24.05.2013 на имя ФИО3, и закрытый 24.05.2013 снятием средств в размере 1 634 080 рублей (л.д. 17-18, 174-178, 179-181, 182-185).

Вместе с тем приведенные документы заключение договора займа с ответчиком не подтверждают.

Правилами, предусмотренными п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, установлено, что по договору займа займодавец передает в собственность заемщику деньги или вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег или равное количество вещей, такого же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

При этом в силу ст. 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Судом первой инстанции обоснованно учтено, что поскольку сумма договора займа превышала более чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, договор должен был быть заключен в письменной форме, поэтому, истец, указывая на заключение с ответчиком договора займа, должна была представить соответствующие доказательства.

Поскольку законом не предусмотрена недействительность договора займа, в связи с несоблюдением его письменной формы, следовательно, последствием несоблюдения такой формы является невозможность в данном случае для истца ссылаться на свидетельские показания в подтверждение факта заключения договора займа и его условий, что не лишает возможности представлять письменные документы заемщика, свидетельствующие о передаче ему денежных средств с условием их возврата.

Между тем, истец, обращаясь с иском о возврате заемных средств, не представила надлежащих письменных доказательств в подтверждение факта возникновения заемного обязательства, а именно передачи ответчику денежных средств с условием их последующего возврата.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что расширенная выписка по счету, сберегательные книжки, наряду с пояснениями истца и третьего лица о передаче денежных средств на условиях возвратности, без письменного согласования условий их возврата, не свидетельствуют о волеизъявлении на установление заемных обязательств, о заключении договора займа и достижении между сторонами соглашения о существенных условиях договора займа.

Все представленные стороной истца доказательства оценены судом в совокупности и надлежащим образом.

У судебной коллегии оснований для иной оценки доказательств не имеется, поскольку положения ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом нарушены не были.

При установленных обстоятельствах ссылки апеллянта на осведомленность ответчика о займе, как стороны сделки купли-продажи квартиры, в том числе с учетом поведения, выразившегося в не оспаривании договора дарения доли в пользу истца, правового значения не имеют.

Также не влекут отмену решения суда и суждения истца о том, что действия сторон по передаче денег, их использования для покупки общего имущества, частичный возврат долга путем отчуждения доли, свидетельствуют о фактическом исполнении устной сделки, что позволяет считать сделку заключенной.

Из буквального толкования указанных выше норм права следует, что само по себе перечисление (передача) денежных средств без достижения согласования по всем существенным условиям договора займа, не может расцениваться как заключение между сторонами договора займа.

Не может быть подтверждением возникновения заемного обязательства между истцом и супругами ФИО5, как верно отмечено судом первой инстанции, и заключение договора дарения доли от 15.02.2018 между ФИО3 и ФИО1, как и доказательством частичного возврата заемных средств, поскольку каких-либо иных целей, кроме передачи истцу в дар доли в праве собственности на квартиру договор дарения не содержит, указания на то, что стороны договора дарения, заключая его, тем самым согласовали погашение договора займа, договор не содержит, стоимость доли в праве превышает предполагаемый размер долга, договор заключен после расторжения брака супругами ФИО5 и раздела общего имущества, и свидетельствует исключительно о воле сособственника ФИО3 по распоряжению принадлежащим ему имуществом.

Выводы суда о пропуске истцом срока исковой давности, вопреки доводам апеллянта, соответствуют положениям статей 195, 196, 199, 200, 207 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениям, изложенным в пунктах 12, 20, 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Так, исходя из приведенных норм материального права и разъяснений по их применению, течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ). К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

Перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения. Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 ГК РФ).

В материалах дела отсутствуют доказательства совершения ФИО2 действий, свидетельствующих о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности. Представленные истцом в подтверждение данных обстоятельств ответ на претензию и распечатка переписки, уведомление о продаже доли, процессуальные документы по проверке сообщения истца о преступлении, подлежат отклонению, поскольку они совершены по истечении срока исковой давности, и не свидетельствуют о письменном признании долга ответчиком.

Соответственно, заявляя о передаче спорных денежных средств заемщикам 24.05.2013, с настоящим иском истец обратилась в суд 16.05.2025, то есть по истечении трехлетнего срока исковой давности.

Учитывая, что договор займа признан судом незаключенным, оснований для применения при исчислении срока исковой давности положений ст. 810 ГК РФ и исчисления данного срока с момента востребования денежных средств истцом, вопреки ошибочному мнению апеллянта, не имеется.

Кроме того судебная коллегия отмечает, что в исковом заявлении указано на достижение соглашения с заемщиками о возврате денежных средств после исполнения обязательств по кредитному договору. Из материалов дела, в том числе договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру от 15.02.2018, усматривается, что к моменту заключения указанного договора обязательства супругов перед банком были исполнены (22.03.2017), ограничение права собственности отсутствовало, вместе с тем истцом денежные средства по договору займа у ответчика не были востребованы, обращение в суд последовало по истечении трехлетнего срока и с указанного момента.

Доводы апелляционной жалобы не могут служить основанием к отмене решения, поскольку направлены на иное толкование требований действующего законодательства, иную оценку представленных доказательств, выводов суда, но не опровергают их.

При рассмотрении дела судом не допущено нарушений норм материального и процессуального права, предусмотренных законом в качестве оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке, установленных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Сургутского городского суда от 26 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено 18 декабря 2025 года.

Председательствующий Гавриленко Е.В.

Судьи Баранцева Н.В.

Кузнецов М.В.