Решение № 2-332/2025 2-332/2025(2-5530/2024;)~М-4441/2024 2-5530/2024 М-4441/2024 от 21 апреля 2025 г. по делу № 2-332/2025

86RS0№-16


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 апреля 2025 года г. Нижневартовск

Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Козыревой М.А,

при помощнике судьи Ибрагимовой С.Д.,

с участием представителя истца В.а В.А. – ФИО1, действующего на основании доверенности от <дата> серии <адрес>4,

представителя ответчика ООО «ВИКОЙЛ» - ФИО2, действующего на основании доверенности от <дата> №,

представителя ответчика ООО «ГИС-Транс» - ФИО2, действующего на основании доверенности от <дата> №,

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>, принадлежащего истцу. Виновным в данном ДТП признан водитель ФИО3 Страховая компания виновника ДТП - АО «ГСК «Югория» выплатила истцу страховое возмещение в пределах лимита ответственности 400 000 рублей. Согласно экспертному исследованию, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составляет 1 598 175 рублей. В момент ДТП ФИО3 выполнял трудовые обязанности, управляя автомобилем, принадлежащем на праве собственности ООО «ВИКОЙЛ». Просит взыскать солидарно с ответчиков в свою пользу ущерб в размере 1 198 175 рублей, судебные расходы по оплате экспертного исследования в размере 10 000 рублей, по уплате государственной пошлины в размере 14 241 рубль, за оформление доверенности - 2 900 рублей, за услуги представителя - 50 000 рублей.

Определением суда от <дата> к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «ГИС-Транс».

Истец В. В.А.в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности, в судебном на исковых требованиях настаивал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчиков ООО «ВИКОЙЛ», ООО «ГИС-Транс» ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. Пояснил, что транспортное средство УАЗ 2363 принадлежит ООО «ВИКОЙЛ», которое в свою очередь передало его по договору аренды ООО «ГИС-Транс», в связи с чем основания для возложении ответственности по возмещению ущерба на ООО «ВИКОЙЛ» отсутствуют. Полагает, что ДТП произошло по обоюдной вине водителей, поскольку истцом также нарушены Правила дорожного движения.

Ответчиков ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, пояснил, что на момент ДТП работал в ООО «ГИС-Транс» в должности начальника автотранспортного участка. <дата> двигаясь по автодороге в сторону <адрес> на служебном автомобиле притормозил, включил левый поворотник, убедился в безопасности маневра, начал выворачивать руль, почувствовал удар слева. Не согласен с тем, что ДТП произошло по его вине. Размер ущерба не оспаривает.

Представители третьих лиц на стороне ответчиков, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, АО «СОГАЗ», АО «ГСК «Югория» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что <дата> произошло ДТП с участием автомобиля <данные изъяты>, под управлением ФИО3 и автомобиля <данные изъяты>, принадлежащего В.у В.А. В результате указанного происшествия транспортные средства получили механические повреждения.

Собственником транспортного средства <данные изъяты> является В. В.А., автомобиля <данные изъяты> – ООО «ВИКОЙЛ» (том 1 л.д. 78, 80).

Согласно договору аренды транспортных средств без экипажа от <дата> №, приложения к нему и акта приема-передачи, ООО «ВИКОЙЛ» передало <данные изъяты> ООО «ГИС-Транс» за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и по его технической эксплуатации (том 1 л.д.133-136,139,140).

В соответствии со ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Таким образом, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

Следовательно, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

При этом, по смыслу приведенных правовых норм, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Согласно пункту 1 статьи 642 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

Статьей 648 названного кодекса предусмотрено, что ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 данного кодекса.

Таким образом, по смыслу статей 642 и 648 Гражданского кодекса Российской Федерации, если транспортное средство передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению арендатором.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание то обстоятельство, что заключенный между ООО «ВИКОЙЛ» и ООО «ГИС-Транс» договор аренды транспортного средства без экипажа не расторгался, недействительным в установленном законом порядке не признавался, суд приходит к выводу, что именно ООО «ГИС-Транс» в момент ДТП - <дата> обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию автомобиля УАЗ 2363.

В силу ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Кроме того, в соответствии с абз. 3 п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" на лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).

Как установлено в судебном заседании, следует из приказов о приеме работника и его увольнении (том 1 л.д.86, 87), трудового договора от <дата> № (том 1 л.д.88-90), табеля учета рабочего времени (том л.д.156), путевого листа (том 1 л.д.157) на момент ДТП ФИО3 являлся работником ООО «ГИС-Транс» и действовал по поручению работодателя.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Постановлениями по делу об административном правонарушении от <дата> водители ФИО3 и ФИО4 привлечены к административной ответственности по ч.3 ст. 12.14 КоАП РФ, подвергнуты административному штрафу (том 1 л.д.69, 70).

В абзаце третьем 3 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

По вопросам применения судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина существует правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в Постановлении Пленума от <дата> № "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", в п. 25 которого разъяснено, что при причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее: при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого.

Анализ приведенных норм права позволяет сделать вывод о том, что для возникновения обязанности возместить вред необходимо установление факта причинения вреда воздействием источника повышенной опасности, причинной связи между такими воздействием и наступившим результатом, а также установление вины причинителя вреда. При наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется с учетом степени вины каждого из них.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации установлен Правилами дорожного движения Российской Федерации, утвержденными Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от <дата> № (далее по тексту - ПДД).

В соответствии с пунктом 1.5. ПДД участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно п. 10.1 ПДД водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В силу положений пункта 8.1 ПДД перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Пунктом 8.5 ПДД предусмотрено, что перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при взъезде на перекресток, где организовано круговое движение.

При этом поворот должен осуществляться таким образом, чтобы при выезде с пересечения проезжих частей транспортное средство не оказалось на стороне встречного движения (п. 8.6 ПДД).

В случае если транспортное средств из-за своих габаритов или по другим причинам не может выполнить поворот с соблюдением требований пункта 8.5 Правил, допускается отступать от них при условии обеспечения безопасности движения и если это не создаст помех другим транспортным средствам (п. 8.7 ПДД).

На основании п. 11.2 ПДД водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если, в том числе, транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" разъяснено, что при квалификации действий водителя по части 2 статьи 12.13 или части 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях необходимо учитывать, что преимущественным признается право на первоочередное движение транспортного средства в намеченном направлении по отношению к другим участникам дорожного движения, которые не должны начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить участников движения, имеющих по отношению к ним преимущество, изменить направление движения или скорость (пункт 1.2 Правил дорожного движения).

Основанием для привлечения ФИО3 к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях явились обстоятельства, изложенные в постановлении должностного лица о том, что последний, управляя УАЗ 2363, не убедился в безопасности своего маневра «разворот» и совершил столкновение с транспортным средством Тойота Камри, нарушил требования п. 8.1 ПДД, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное ч.3 ст. 12.14 КоАП РФ (том 1 л.д. 70).

Из постановления по делу об административном правонарушении от <дата> № в отношении В.а В.А. следует, что <дата> водитель В. В.А., управляя транспортным средством <данные изъяты>, не выполнил требования ПДД уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения, о именно, впереди двигающемуся транспортному средств <данные изъяты>, и заранее включившему указатель левого поворота, совершив с ним столкновение, чем нарушил п. 11.2 ПДД (том 1 л.д. 63).

Не соглашаясь с исковым заявлением, ответчики ссылаются на нарушение истцом правил дорожного движения.

Определением суда от <дата> по делу назначена судебная трасологическая автотехническая документальная экспертиза.

Согласно заключению эксперта №-Н ООО «Сибирь Финанс» (том 2 л.д.12-48):

1) Исходя из смоделированной схемы ДТП, учитывая показания в объяснениях участников ДТП, возможно оформить вывод, что место столкновения транспортных средств располагалось на встречной полосе для исследуемых АМТС проезжей части 208 км. автодороги Сургут-Нижневартовск в направлении со стороны г. Нижневартовск в сторону <адрес>. Механизм воздействия автомобилей до и после ДТП классифицируется: по линии движения: центральное; по характеру сближения: попутное; по расположению продольных осей: косое (угловое; по характеру и типу взаимодействия удара: скользащией, блокирующее, по направлению для ТС УАЗ: переднее; по месту столкновения для ТС УАЗ: переднее левое; по месту столкновения для ТС Тойона: переднее и боковое правое.

2) В сложившейся дорожно-транспортной ситуации от <дата>, механизм дорожно-транспортного происшествия, произошедшего <дата>, с участием автомобиля <данные изъяты>, классифицируется как указано в выводе 1. Траектория движения Тойота <данные изъяты> – прямолинейное по встречной полосе, траектория движения <данные изъяты> – начальная стадия дуги поворота. Определить скорость движения транспортных средств, участвующих в ДТП технически не представляется возможным, по причине отсутствие необходимых технических данных для определения её вылечены.

3) В действиях водителя автомобиля <данные изъяты>, нарушения Правил дорожного движения РФ, повлекшее ДТП, произошедшее <дата>, не выявлены (не установлены).

4) Учитывая определенный механизм ДТП, в порядке субъективного экспертного мнения возможно предложить, что с технической точки зрения в действиях автомобиля УАЗ 2363, государственный регистрационный знак <***>, просматривается нарушение Правил дорожного движения РФ, повлекшее дорожно-транспортное происшествие, произошедшее <дата>, а именно неверно принятое решение совершить разворот не заблаговременно занял соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении и не от правого края проезжей части (с правой обочины), так как при развороте ширина проезжей части на месте маневра была недостаточна для выполнения разворота из крайнего левого положения, при этом водитель обязан был уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам.

5) С технической точки зрения явилось наложение неблагоприятного фактора связанного с действиями водителя транспортного средства УАЗ 2363, государственный регистрационный знак <***>, которые находятся в причинно-следственной вязи с обстоятельствами дорожно-транспортного происшествия, произошедшего <дата>, а именно решение не придерживаться требований правил дорожного движения, а именно положений п. 8.1 (при выполнении маневра не должна создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движении) и 8.8 ПДД РФ (если при развороте вне перекрестка ширина проезжей части недостаточна для выполнения маневра из крайнего левого положения, его допускается производить от правого края проезжей части (с правой обочины), при этом водитель должен уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам).

6) Техническая возможность у водителя автомобиля УАЗ 2363, государственный регистрационный знак <***>, предотвратить столкновение в сложившейся ситуации, определяется только соблюдением требований п. 1.5., 8.1., 8.8. и 11.3 ПДД РФ, в тоже время возможно утверждать, что водитель автомобиля Тойота Камри, государственный регистрационный знак <***> – не имел техническую возможность избежать столкновения в данной дорожно-транспортной ситуации.

Заключение полностью соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, Федерального закона N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные, однозначные ответы на поставленные судом вопросы, ответы являются последовательными, не допускают неоднозначного толкования, эксперт предупрежден об уголовной ответственности.

Таким образом, несоответствие действий водителя автомобиля УАЗ 2363 в представленной дорожной ситуации требованиям ПДД, находится в причинной связи с фактом данного ДТП, вопреки доводам ответчиков о наличии оснований для признания обоюдной вины участников ДТП, тот факт, что истцом также были нарушены ПДД не свидетельствуют об обоюдной вине участников ДТП. Учитывая выводы судебной экспертизы, изложенные, в том числе, в исследовательской части экспертизы, из которых следует, что водитель автомобиля Тойота Камри не имел техническую возможность избежать столкновения в данной дорожно-транспортной ситуации, в действиях водителя автомобиля Тойота Камри нарушения ПДД, повлекшее ДТП, произошедшее <дата>, не выявлены (не установлены).

Определяя причинно-следственную связь между действиями водителей и последствиями дорожной ситуации, суд приходит к тому, что ДТП обусловлено нарушениями требований правил дорожного движения ответчиком ФИО3, что повлекло столкновение транспортных средств. То есть, соблюдение В.ым В.А. требований ПДД, нарушения которых установлены в ходе судебного разбирательства, не могло предотвратить столкновение автомобилей, в связи с чем, суд приходит к выводу о возложении ответственности на владельца автомобиля УАЗ 2363.

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от <дата> № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее по тексту – Федеральный закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Согласно части 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 13 Федерального закона ОСАГО в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

При этом в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) Федеральный закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй статьи 3 Закона об ОСАГО): страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным статьей 7 Федерального закона об ОСАГО, так и предусмотренным пунктом 19 статьи 12 Федерального закона об ОСАГО специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме - с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов, и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой.

Подпунктом "б" статьи 7 Закона о ОСАГО предусмотрено, что страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, составляет 400 тысяч рублей.

Автогражданская ответственность истца застрахована на основании полиса ХХХ № в АО ГСК «Югория», водителя ФИО3 на основании полиса ТТТ № в АО «СОГАЗ».

Из материалов выплатного дела 000/23-48-004071 (том 1 л.д. 98-110) следует, что ФИО5 обратился в ООО ГСК «Югория» с заявлением о выплате страхового возмещения. Страховщик признал ДТП, произошедшее <дата>, страховым случаем и выплатил В.у В.А. согласно платежному поручению от <дата> № страховое возмещение в размере 400 000 рублей (том 1 л.д. 106).

Согласно статье 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» указано, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Суд может уменьшить размер возмещения ущерба, подлежащего выплате причинителем вреда, если последним будет доказано или из обстоятельств дела с очевидностью следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления транспортного средства либо в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда.

Давая оценку положениям Федерального закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от <дата> №-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-П Закон об ОСАГО, как специальный нормативный правовой акт, не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Федеральным законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Федеральным законом об ОСАГО и договором.

В соответствии с п. 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчисленной в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Такая же позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-О по запросу Норильского городского суда <адрес> о проверке конституционности положений пунктов 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Федерального закона об ОСАГО с указанием на то, что отступление от установленных общих условий страхового возмещения в соответствии с пунктами 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО не должно нарушать положения Гражданского кодекса Российской Федерации о добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения либо осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, о недопустимости действий в обход закона с противоправной целью, а также иного, заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (пункты 3 и 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.п. 11 – 13 Постановления от <дата> № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснил, что применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Согласно экспертному исследования от <дата> №, проведенного ООО «Судебно-экспертная палата» (том 1 л.д.16-61) рыночная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства марки Тойота Камри, с учетом износа запасных частей составляет 1 250 902, 69 рублей, рыночная стоимость восстановительного ремонта без учета износа запасных частей составляет 1 598 175 рублей.

Ответчики ходатайство о проведении судебной экспертизы не заявляли, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в обоснование иного размера причиненного истцу ущерба доказательства не представили.

С учетом изложенного, поскольку ответчиками не представлено доказательств и из обстоятельств дела не следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ осуществления восстановительного ремонта транспортного средства истца, размер ущерба, причиненного истцу, составляет 1 198 175 рублей (1 598 175-400 000), который подлежит взысканию с ООО «ГИС-Транс».

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из содержания указанных норм следует, что возмещение судебных издержек (в том числе расходов на оплату услуг представителя) осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда.

Учитывая изложенное, суд считает обоснованным требование истца о взыскании судебных расходов.

В подтверждение несения судебных расходов истцом предоставлен договор на оказание юридической помощи и представления интересов в суде от <дата> (том 1 л.д.11 том 1), квитанция к приходному кассовому ордеру от <дата> № об оплате юридических услуг на сумму 50 000 рублей (том 1 л.д.12), квитанция об оплате расходов нотариуса на сумму (том 1 л.д. 14), квитанция к приходному кассовому ордеру от <дата> № на сумму 10 000 рублей (том 1 л.д.15).

Из материалов дела следует, что в ходе судебного разбирательства интересы истца представлял ФИО1 который принимал участие в пяти судебных заседаниях (<дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №).

Из приведенных положений процессуального закона следует, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя. Критерии оценки разумности расходов на оплату услуг представителя определены в разъяснениях названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Следовательно, суду в целях реализации одной из основных задач гражданского судопроизводства по справедливому судебному разбирательству, а также обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон при решении вопроса о возмещении стороной судебных расходов на оплату услуг представителя необходимо учитывать, что если сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, то суд не вправе уменьшать их произвольно, а обязан вынести мотивированное решение, если признает, что заявленная к взысканию сумма издержек носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Таким образом, принимая во внимание объем процессуальных действий, совершенных представителем истца, затраченного им времени, сложности дела и продолжительности его рассмотрения, а также руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд полагает, возможным взыскать в пользу истца расходы по оплате юридических услуг и услуг представителя в размере 50 000 рублей.

Несение указанных расходов фактически подтверждено представленными доказательствами и обусловлено делом, рассматриваемым в суде.

Учитывая, что исковые требования удовлетворены в полном объеме, суд полагает, возможным также взыскать в пользу истца расходы по оплате услуг эксперта в размере 10 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 14 241 рубля.

Таким образом, общий размер, подлежащих взысканию судебных расходов составляет 74 241 рубль (50 000 + 10 000 + 14 241).

В абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» предусмотрено, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из представленной в материалы дела доверенности от <дата> серии <адрес>4 (том 1 л.д.13) выданной ФИО1 на представление интересов ФИО6 следует, что данная доверенность носит общих характер, с большим объемом правомочий представителя, в том числе по гражданским и административным делам, в связи с чем заявление истца о взыскании расходов на составление доверенности в рамках рассматриваемого гражданского спора удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

решил:

Исковое заявление В.а В. А. к обществу с ограниченной ответственностью «ВИКОЙЛ», обществу с ограниченной ответственностью «ГИС-Транс», ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ГИС-ТРАНС» (ИНН <***>) в пользу В.а В. А. (№ в счет возмещения ущерба 1 198 175 рублей, в счет возмещения судебных расходов 74 241 рубль, всего взыскать 1 272 416 (один миллион двести семьдесят две тысячи четыреста шестнадцать) рублей.

В удовлетворении остальной части требований о взыскании судебных расходов В.у В.А. отказать.

В удовлетворении исковых требований В.а В.А. к ООО «ВИКОЙЛ» и ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Нижневартовский городской суд.

Мотивированное решение составлено 07.05.2025

Судья М.А. Козырева

«КОПИЯ ВЕРНА» Подлинный документ находится в Судья ______________ М.А. Козырева Нижневартовском городском суде

Секретарь с/з _________ ФИО7 ХМАО-Югры в деле №

« ___ » _____________ 2025 г. Секретарь с/з_____ ФИО7