Решение № 12-146/2023 21-32/2024 от 10 марта 2024 г. по делу № 12-146/2023

Кизлярский районный суд РД

№ дела 12-146/23

судья Илясов А.Д.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН


РЕШЕНИЕ

<дата>, по делу №, г.Махачкала

Судья Верховного Суда Республики Дагестан Минтиненко Н.С.,

рассмотрев жалобу защитника ФИО4-Ш. в интересах ФИО1 на решение судьи Кизлярского районного суда Республики Дагестан от <дата>, вынесенное на постановление старшего инспектора Северного межрайонного отдела контроля, надзора, охраны водных биологических ресурсов и среды обитания по РД от <дата> по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 8.42 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее КоАП РФ), в отношении ФИО1,

установил:

постановлением старшего инспектора Северного межрайонного отдела контроля, надзора, охраны водных биологических ресурсов и среды обитания по Республике Дагестан ФИО7 № от <дата> ФИО1 Ахмед оглы (далее - ФИО1) признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 8.42 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 3 200 рублей.

Решением Кизлярского районного суда Республики Дагестан от <дата> указанное постановление оставлено без изменения, жалоба ФИО1 и его защитника.

Не согласившись с указанным решением судьи, защитник ФИО1 подала жалобу в Верховный Суд Республики Дагестан, полагая его незаконным и необоснованным, просила его отменить, как и постановление в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 8.42 КоАП РФ - оставить без изменения.

В суде апелляционной инстанции ФИО1 и его защитник ФИО4-Ш. доводы жалобы поддержали, просили удовлетворить.

В соответствии со ст. 30.6 КоАП РФ судья, принявший к рассмотрению жалобу, в интересах законности имеет право проверить дело об административном правонарушении в полном объеме.

Проверив материалы дела согласно ст. 30.6 КоАП РФ в полном объеме, проанализировав доводы жалобы, прихожу к следующему.

В силу положений ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делу об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

Согласно ст. 26.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении выяснению подлежат выяснению следующие обстоятельства: наличие события административного правонарушения; лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность; виновность лица в совершении административного правонарушения.

В соответствии с ч. 1 ст. 1.5 КоАП РФ, лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Из содержания приведенных норм следует, что событие и состав административного правонарушения, включая виновность лица, привлекаемого к ответственности, должны быть достоверно подтверждены представленными административным органом доказательствами, неопровержимо свидетельствующими об указанных обстоятельствах.

Положениями ст. 26.2 КоАП РФ предусмотрено, что доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Часть 1 ст. 8.42 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает административную ответственность за использование прибрежной защитной полосы водного объекта, водоохранной зоны водного объекта с нарушением ограничений хозяйственной и иной деятельности, что влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от трех тысяч до четырех тысяч пятисот рублей.

Как следует из материалов дела, <дата> в 11 часов 25 минут на территории <адрес>, при проведении контрольно-надзорных мероприятиях на берегу рыбоходного канала К-3 водоохранной зоне водного объекта, обнаружен гр. ФИО1, который осуществлял стоянку транспортного средства марки Лада Гранта г.р.з О 609 ВН 05, в запрещенном месте на берегу водного объекта, на расстоянии 6 метров 40 см. от уреза воды канала К-3, в месте, где отсутствует твердое дорожное покрытие.

Рассматривая дело, судья районного суда пришел к выводу о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.42 КоАП РФ.

Между тем при принятии обжалуемого акта не были учтены следующие имеющие значение для правильного рассмотрения дела обстоятельства.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 Водного кодекса Российской Федерации водоохранными зонами являются территории, которые примыкают к береговой линии (границам водного объекта) морей, рек, ручьев, каналов, озер, водохранилищ и на которых устанавливается специальный режим осуществления хозяйственной и иной деятельности в целях предотвращения загрязнения, засорения, заиления указанных водных объектов и истощения их вод, а также сохранения среды обитания водных биологических ресурсов и других объектов животного и растительного мира.

В границах водоохранных зон устанавливаются прибрежные защитные полосы, на территориях которых вводятся дополнительные ограничения хозяйственной и иной деятельности (ч. 2 ста. 65 Водного кодекса РФ).

В силу п. 4 ч. 15 ст. 65 Водного кодекса Российской Федерации в границах водоохранных зон запрещаются движение и стоянка транспортных средств (кроме специальных транспортных средств), за исключением их движения по дорогам и стоянки на дорогах и в специально оборудованных местах, имеющих твердое покрытие.

Основанием для привлечения ФИО1 к административной ответственности, предусмотренной указанной нормой, послужили изложенные в протоколе об административном правонарушении и обжалуемом постановлении выводы о том, что гр. ФИО1, осуществил стоянку транспортного средства марки Лада Гранта г.р.з. О609ВН 05, в запрещенном месте на берегу водного объекта, на расстоянии 6 метров 40 см. от уреза воды канала К-3, где отсутствует твердое дорожное покрытие.

В подтверждении факта совершения ФИО1 административного правонарушения представлены: протокол № об административном правонарушении от <дата> и приложенная к нему карта-схема, отображающая расположение автомобиля относительно канала, дороги и моря, от подписи которой ФИО1 отказался (л.д. 29-30), а также постановление № по делу об административном правонарушении от <дата> (л.д. 4), а также диск с видеозаписью измерения расстояния от уреза воды до автомобиля Лада Гранта г.р.з. О609ВН 05.

В соответствии с п. 5.1 Правил установления на местности границ водоохранных зон и границ прибрежных защитных полос водных объектов, утвержденных Постановлением Правительства РФ от <дата> N 17 границы водоохранных зон и границы прибрежных защитных полос водных объектов считаются установленными с даты внесения сведений о них в государственный кадастр недвижимости.

Вместе с тем запрет на движение и стоянку транспортных средств в границах водоохранных зон установлен в силу прямого указания закона - Водного кодекса РФ и не требует принятия каких-либо иных нормативно-правовых актов и совершения каких-либо юридических действий, в том числе связанных с государственной регистрацией водоохранных зон.

Так, содержание ст. 65 Водного кодекса РФ позволяет определить, что водоохранные зоны установлены на всей территории РФ для определенной категории поверхностных водных объектов, а именно: морей, рек, ручьев, каналов, озер и водохранилищ. При этом Законом установлена конкретная ширина в метрах водоохранных зон и прибрежных защитных полос для разных видов поверхностных водных объектов, а также установлены ограничения и запреты по осуществлению в границах водоохранных зон и прибрежных защитных полос хозяйственной и иной деятельности, то есть конкретизировано понятие "специальный режим".

Как следует из п. 1 Правил установления на местности границ водоохранных зон и границ прибрежных защитных полос водных объектов, Правила лишь определяют порядок установления на местности границ водоохранных зон и границ прибрежных защитных полос водных объектов, в том числе посредством размещения специальных информационных знаков, и не регулируют иные правоотношения.

Таким образом, фактически установление границ на местности - это разметка и фиксация на земле тех расстояний и значений для водоохранной зоны и прибрежной защитной полосы, которые установлены Водным кодексом РФ. Указанные действия по отношению к самому факту наличия на территории РФ водоохранных зон выступают вспомогательным, дополнительным инструментом технико-информационного характера.

Соответственно, факт существования водоохранных зон не зависит от проведения либо не проведения мероприятий по установлению их границ на местности с последующей регистрацией этих границ в ЕГРН.

При таких обстоятельствах, поскольку водоохранные зоны на территории РФ определены Водным кодексом РФ, непроведение работ по установлению границ водоохранных зон на местности, единственной и основной целью которых является информирование граждан и юридических лиц о специальном режиме отмеченной знаками территории, как и отсутствие в государственном кадастре недвижимости сведений об указанных границах, правового значения для вывода об отсутствии или наличии в действиях лица состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.42 КоАП РФ, не имеют.

Отсутствие каких-либо специальных информационных знаков, предупреждающих о том, что территория стоянки транспортного средства является водоохранной зоной, не является основанием для освобождения от административной ответственности за нарушение общеобязательных нормативных положений, установленных Водным кодексом РФ, информация о которых имеется в свободном доступе.

Само по себе отсутствие информационных знаков на границе водоохраной зоны не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, поскольку обязанность соблюдения водного законодательства предусмотрена ст. 65 Водного кодекса РФ независимо от наличия либо отсутствия информационных знаков.

Незнание ФИО1 положений п. 4 ч. 15 ст. 65 Водного кодекса РФ о запрете движения и стоянки транспортных средств в границах водоохранных зон, не является основанием для освобождения его от административной ответственности.

Что касается доводов ФИО1 том, что автомобилем Лада Гранта г.р.з. О609ВН 05 управлял не он, а другой человек, они были предметом проверки при рассмотрении дела судом первой инстанции и обоснованно оценены критически. Так этот автомобиль, согласно карточке учета транспортного средства, а также показаниям защитника ФИО1 ФИО4-Ш. принадлежит последней, являющейся его супругой. Допрошенный в судебном заседании суда апелляционной инстанции свидетель ФИО5 показал, что ФИО1 сначала пояснил, что автомобиль его, а потом уточнил, что его супруги, при этом супруги на месте совершения нарушения не было, после составления протокола об административном правонарушении именно ФИО1 сел за руль упомянутого автомобиля. Эти обстоятельства подтвердил и свидетель ФИО6 Кроме того, на представленных, в том числе стороной защиты, видео ФИО4-Ш. отсутствует. Якобы видео передачи транспортного средства датировано 2024 годом и представлено лишь в суд апелляционный инстанции, как и копия страхового полиса ОСАГО с открытой страховкой. Явка свиедтеля ФИО8 стороной защиты в судебное заседание обеспечена не была. Как показали ФИО1 и его защитник, на момент рассмотрения дела он находится вне пределов Российской Федерации. Сведениями о дате его приезда они не располагают. Таким образом, доводы ФИО1 в этой части полагаю избранным им способом защиты.

Свидетель ФИО5 показал, что канал К-4 находится в другом месте, проходит через населенный пункт. Место совершения ФИО1 правонарушения - рыбоходный канал К-3 определено им верно. Свидетель ФИО6 указал на то, что при определении места совершения нарушения (канал К-3) они ориентировались, в том числе на находившийся напротив рыбоприёмник и находящийся примерно в 500 метрах мост. Все эти сведения согласуются с картой-схемой. Сведений о наличии в этом же месте иных водоемов не представлено, в связи с чем доводы стороны защиты о неверном определении места совершения нарушения так же должны быть расценены как избранный способ защиты.

Совокупность имеющихся в материалах дела доказательств является достаточной для установления обстоятельств, предусмотренных статьей 26.1 КоАП РФ. Каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на выводы о доказанности вины ФИО1 в совершении описанного выше административного правонарушения, материалы дела не содержат.

Судом апелляционной инстанции проверены доводы стороны защиты об ограничении их права на участие в рассмотрении дела должностным лицом. Так свидетель ФИО7 показала суду, что ФИО1 и его защитник явились в день рассмотрения дела, но значительно раньше назначенного времени. После чего ушли, не дождавшись назначенного времени, сославшись на занятость. При таких обстоятельствах она рассмотрела дело в назначенное время в их отсутствие, копию постановления она им отправила. Сторона защиты фактически эти обстоятельства не отрицала, мотивируя тем, что он ушли поскольку ФИО7 требовала заверить доказательства. Таким образом, при неявке извещенного о дне и месте рассмотрения дела ФИО1 и его защитника в назначенное время должностное лицо обоснованно рассмотрела дело в их отсутствие.

В целом, доводы жалобы направлены на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств, что не может служить основанием для пересмотра вынесенных по делу актов. При этом следует отметить, что доводы, изложенные в настоящей жалобе, явились предметом проверки судьи районного суда, обоснованно отклонены по основаниям, приведенным в вынесенном им судебном акте.

Порядок и срок привлечения ФИО1 к административной ответственности соблюдены.

Административное наказание назначено ФИО1 в пределах санкции части 1 статьи 8.42 КоАП РФ.

Обстоятельств, которые могли бы повлечь изменение или отмену обжалуемых актов, при рассмотрении настоящей жалобы не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 30.6-30.9 КоАП РФ, судья

решила:

Решение судьи Кизлярского районного суда Республики Дагестан от <дата> и постановление старшего инспектора Северного межрайонного отдела контроля, надзора, охраны водных биологических ресурсов и среды обитания по Республике Дагестан от <дата> по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 8. 42 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Судья Верховного Суда

Республики Дагестан Н.С. Минтиненко