Апелляционное постановление № 22-3623/2025 от 6 октября 2025 г. по делу № 1-202/2025

Судья Гик С.Е. Дело №22-3623/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Волгоград 07 октября 2025 года

Волгоградский областной суд в составе

председательствующего судьи Ананских Е.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Яндыбаевой Т.А.,

с участием

прокурора Носачевой Е.В.,

осужденной ФИО16,

защитника - адвоката Лукаша Ф.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной ФИО16 на приговор Тракторозаводского районного суда г.Волгограда от 13 августа 2025 года, по которому

ФИО16, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка РФ, несудимая,

осуждена по ч.1 ст.264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы сроком на 1 год, с установлением ограничений и обязанности, приведенных в приговоре.

В приговоре также приняты решения о мере пресечения и вещественных доказательствах.

Доложив материалы уголовного дела, выслушав осужденную ФИО16 и адвоката Лукаша Ф.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Носачевой Е.В., полагавшей приговор оставить без изменения, суд

установил:

по приговору суда ФИО16 признана виновной в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление ею совершено ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре, описательно-мотивировочная часть которого, согласно требованиям п.1 ст.307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. Судом установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с требованиями ст.73 УПК РФ.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО16 просит приговор отменить, вынести в отношении нее оправдательный приговор.

Ссылаясь на установленные судом обстоятельства и цитируя приговор, указывает, что действия ФИО16 нарушили положения п.1.3. Правил, согласно которому участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

Однако чтобы сделать такой вывод, следствию и суду необходимо было установить факт того, что ФИО16 видела данный дорожный знак и проигнорировала его требования, только в этом случае возникает субъективная сторона состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, и можно делать вывод о форме вины, в данном случае о преступной небрежности.

Выражает несогласие с тем, что она не убедилась в безопасности остановки своего автомобиля на данном участке дороги, так как перед остановкой она выполнила все необходимые требования Правил, а именно, увидев впереди на перекрестке разрыв в разметке, она убедилась в безопасности своего маневра визуально посредством зеркал заднего вида, заняла крайнюю левую полосу, включила левый поворотник, плавно сбавила скорость и остановилась, чтобы пропустить встречный поток транспорта. По указанному пути она двигалась впервые, и о том, что на перекрестке с дорогой на «Агроусадьбу» установлен дорожный знак, она не знала, и этот знак не увидела из-за плотного потока грузового транспорта. В этой части следствием ее показания не опровергнуты. Более того, данные показания подтверждаются оглашенными на основании ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО10, согласно которым по ходу движения, по правой полосе постоянно ехали грузовые автомобили.

Считает, что вывод суда о том, что она не могла не видеть дорожный знак, потому что он установлен по ГОСТу, является ошибочным, так как следствием не установлено, по ГОСТу установлен знак или не по ГОСТу, а даже если предположить, что знак установлен действительно по ГОСТу, это не исключает того, что грузовой транспорт, в силу своих габаритов, не перекроет его видимость для водителей, движущихся по левой полосе. Вывод о видимости данного дорожного знака для водителя ФИО16 в данной конкретной дорожной ситуации можно было сделать только исключительно путем проведения следственного эксперимента.

Вывод суда о том, что видимость данного дорожного знака для ФИО16 установлена имеющейся в деле видеозаписью с видеорегистратора также ошибочен, так как данная видеозапись сделана не из ее автомобиля, а из движущегося позади нее на значительном расстоянии автомобиля, поэтому эта запись не может являться доказательством того, что ФИО16 при движении по данному участку дороги в определенный момент времени могла видеть дорожный знак 5.15.1, установленный на обочине справа.

Кроме того, в ходе допроса свидетеля ФИО1 установлены расхождения между проектом организации дорожного движения и фактически установленными дорожными знаками, при этом в своих показаниях ФИО1 не утверждает, что знаки на дороге установлены по ГОСТу, в этом вопросе он ссылается на подрядную организацию, сотрудники которой следствием не установлены и не допрошены.

Обращает внимание суда на то, что ни в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ, ни в ходе дополнительного осмотра 25 октября 2024 года, ни в ходе следственного эксперимента не исследовался сам дорожный знак 5.15.1, а именно его высота, вместе с тем, установлено, что он находится на обочине, а не над проезжей частью, и его изображение не дублируется на самой проезжей части.

Согласно ГОСТу Р 52289-2019 Технические средства организации дорожного движения. Правила применения дорожных знаков, разметки, светофоров, дорожных ограждений и направляющих устройств. (Применяется с 01 апреля 2020 года взамен ГОСТ Р 52289-200) знак 5.15.1 «Направления движения по полосам» применяют для указания разрешенных направлений движения по каждой из полос на перекрестке, где требуется обеспечить использование полос в соответствии с интенсивностью движения транспортных средств по различным направлениям.

Таким образом, данный знак не является запрещающим, более того, действие данных знаков не распространяется на маршрутные транспортные средства, то есть не каждый водитель, остановившийся в этом месте, нарушал бы требования указанного знака, например, водитель маршрутного транспортного средства, или водитель, остановившийся из-за неисправности. Кроме этого, знак 5.15.1 вне населенных пунктов на дорогах, имеющих перед перекрестком не более трех, а в населенных пунктах не более двух полос движения в данном направлении, допускается размещать справа от дороги, при этом устанавливают и предварительный знак 5.15.1. Вопреки данному требованию, предварительный знак 5.15.1 на данном участке отсутствовал, что и было установлено в ходе дополнительного осмотра от 25 октября 2024 года, а также об этом упоминается в показаниях ФИО1

Этот же ГОСТ в п.5.1.8 устанавливает, что расстояние от нижнего края знака до поверхности дорожного покрытия (высота установки), кроме случаев, специально оговоренных настоящим стандартом, должно быть от 1,5 до 3,0 м при установке сбоку от проезжей части вне населенных пунктов. Учитывая, что высота полуприцепов большегрузного транспорта может достигать 4 метров от земли, даже установленный по ГОСТу на обочине дорожный знак может быть не виден конкретному водителю в процессе движения. Иных знаков, таких как 3.18.2 (поворот налево запрещен), 3.19. (разворот запрещен) или разметки, препятствующих развороту, на указанном участке дороге не имелось.

Согласно п.1.3. Правил участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, например п.8.11., согласно которому разворот запрещается в следующих случаях: на пешеходных переходах; в тоннелях; на мостах, путепроводах, эстакадах и под ними; на железнодорожных переездах; в местах с видимостью дороги хотя бы в одном направлении менее 100 м; в местах остановок маршрутных транспортных средств, вместе с тем, применение данного пункта в тех случаях, когда разметка стерта или не видна из-за снега или иного загрязнения, либо, как в данном случае не виден знак, не может отвечать принципам уголовной ответственности.

Указывает, что вывод эксперта ФИО3 о том, что остановка в зоне действия дорожного знака 5.15.1 запрещена в силу предписания двигаться прямо, является его субъективным суждением и не может быть положена в основу приговора.

Также полагает необходимым исключить из числа доказательств протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с тем, что он произведен в отсутствие участников дорожно-транспортного происшествия ФИО16 и ФИО13, а также содержит множество неоговоренных исправлений, написан разными пастами, а часть текста замазана.

В письменных возражениях государственный обвинитель Лисеева Ю.В. просит приговор суда как законный, обоснованный и справедливый оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, письменных возражениях, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст.304,307-309 УПК РФ, в нем указаны все обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осужденной, и мотивирован вывод относительно правильности квалификации преступления.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями статей 273-291 УПК РФ. Все представленные сторонами доказательства судом исследованы, все заявленные ходатайства рассмотрены, по ним судом приняты решения в установленном законом порядке, нарушений ч.2 ст.271 УПК РФ судом не допущено.

В соответствии с требованиями п.2 ст.307 УПК РФ суд изложил в приговоре мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие. Нарушений положений ст.14 УПК РФ судом не допущено.

Вывод суда о виновности ФИО16 в совершении преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, подтверждается совокупностью исследованных судом первой инстанции доказательств, подробно приведенных в приговоре, в том числе показаниями:

- подсудимой ФИО16, исследованными судом в порядке п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, об обстоятельствах совершенного ею преступления;

- подсудимого ФИО13 об обстоятельствах столкновения автомобиля ВАЗ-211440 под его управлением и автомобиля «NISSAN QASHQAI»;

- потерпевшей ФИО14 о том, что она находилась в автомобиле под управлением ФИО13 в момент его столкновения с автомобилем «NISSAN QASHQAI», в результате чего был причинен вред ее здоровью;

- свидетеля ФИО15, видевшего обстоятельства дорожно-транспортного происшествия с участием водителей ФИО13 и ФИО16, поскольку он находился в автомобиле под управлением ФИО13 в момент столкновения;

- свидетеля ФИО10, видевшего обстоятельства дорожно-транспортного происшествия с участием водителей ФИО13 и ФИО16, поскольку он находился в автомобиле под управлением ФИО16 в момент его столкновения;

- свидетелей ФИО7, ФИО8, выезжавших в связи с поступившим сообщением на место дорожно-транспортного происшествия, где были произведены осмотр места происшествия, составлена схема, зафиксировано место столкновения автомобилей, знаки дорожного движения;

- свидетелей ФИО9, ФИО11, подтвердивших свое участие в качестве понятых при осмотре места происшествия и проведении замеров;

- свидетелей ФИО12, ФИО4, ФИО5 о том, что они выезжали в составе бригады скорой помощи на место дорожно-транспортного происшествия, где была оказана медицинская помощь ФИО14 и иным лицам, в том числе путем госпитализации в медицинское учреждение;

- свидетеля ФИО6 о том, что у него в автомобиле установлен видеорегистратор, запись с которого об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия он передал водителю автомобиля «NISSAN QASHQAI» ФИО16;

- свидетеля ФИО2 о том, что моментом возникновения опасности для водителя ФИО13, управляющего автомобилем ВАЗ 211440, следует считать тот момент, когда у него возникла опасность движения, которую он был в состоянии обнаружить в том же направлении – по левой полосе проезжей части <адрес> магистрали, где на тот момент в левой полосе по ходу движения указанного автомобиля находился в неподвижном состоянии автомобиль «NISSAN QASHQAI» под управлением ФИО16; при этом водитель ФИО13 был в состоянии обнаружить указанную опасность для движения на расстоянии 288 метров, что подтверждается протоколом следственного эксперимента, и данного расстояния было достаточно для принятия мер по предотвращению дорожно-транспортного происшествия, а именно таких мер, как перестроение на правую полосу движения, снижение скорости вплоть до полной остановки транспортного средства при необходимости; в части соблюдения дистанции, которую водитель ФИО13 должен был соблюдать, осуществляя движение за автомобилем Мицубиси пикап, с учетом требований п.9.10. ПДД РФ, что при соблюдении скоростного режима (ограничение скорости 90 км/ч) и безопасной (позволяющей избежать дорожно-транспортного происшествия) дистанции до движущегося впереди транспортного средства – автомобиля Мицубиси пикап, водитель ФИО13 имел бы возможность избежать столкновения с автомобилем «NISSAN QASHQAI»; при этом в данном случае требования ПДД РФ не предусматривают конкретное расстояние, измеряемое в метрах, которое водитель ФИО13 должен был соблюдать, осуществляя движение на своем автомобиле; исходя из дорожной ситуации, в действиях водителя ФИО16 усматривается нарушение требований п.1.3 ПДД РФ, поскольку ФИО16, управляя своим автомобилем, осуществила остановку в крайней левой полосе движения проезжей части, которая имеет две полосы движения в сторону <адрес>, планируя в последующем совершить маневр, а именно поворот налево, при этом находилась в зоне действия дорожного знака особых предписаний 5.15.1 «Направления движения по полосам»; на основании п.10.1 ПДД РФ автомобиль под управлением ФИО16 при вышеуказанных обстоятельствах создавал опасность для движения автомобилей, осуществляющих движение в попутном направлении по крайней левой полосе.

Вышеприведенные показания согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами:

- протоколами осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительного осмотра места происшествия от 25 октября 2024 года, в ходе чего осмотрен участок проезжей части магистрали, где произошло столкновение автомобилей, зафиксирована обстановка, расположение автомобилей, дорожных знаков;

- протоколом осмотра от 06 октября 2024 года видеофайла, изъятого у ФИО16 на оптическом диске с видеозаписью от ДД.ММ.ГГГГ, где зафиксированы обстоятельства движения и столкновения автомобилей;

- протоколами осмотра от 28 и 29 октября 2024 года автомобилей ВАЗ-211440 и «NISSAN QASHQAI», где зафиксированы имеющиеся на них повреждения;

- выводами в заключении видеотехнической судебной экспертизы от 21 ноября 2024 года № <...>, согласно которым время с момента отклонения автомобиля марки Мицубиси пикап от прямолинейной траектории движения по левой полосе проезжей части 3-й Продольной магистрали <адрес> (со стороны <адрес> в сторону <адрес>), связанной с выездом на правую полосу попутного направления указанной проезжей части, и до момента столкновения автомобиля марки ВАЗ-211440 под управлением ФИО13 с автомобилем марки «NISSAN QASHQAI» под управлением ФИО16 составляет не менее 2,62 секунд и не более 2,75 секунд;

- выводами в заключении дополнительной автотехнической судебной экспертизы от 05 декабря 2024 года № <...>; 1725/4-1, согласно которым в сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля ВАЗ 211440, г.р.з. № <...>, ФИО13 при осуществлении движения по проезжей части 3-й Продольной магистрали <адрес>, со стороны <адрес> в сторону <адрес> со скоростью 100-106 км/час, где при проезде поворота на «АГРОусадьбу», напротив ЛЭП № <...> совершил наезд на в левом ряду автомобиль «NISSAN QASHQAI», г.р.з. К508ВН134, который осуществлял маневр разворота, для обеспечения безопасности дорожного движения, должен руководствоваться требованиями пунктов 1.3, 1.5, 10.1 абз.2 и 10.3 ПДД РФ. В сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «NISSAN QASHQAI», г.р.з. К508ВН134 ФИО16, осуществившая в левом ряду остановку на проезжей части 3-й Продольной магистрали <адрес>, в зоне действия дорожного знака 5.15.1 «Направления движения по полосам», число полос и разрешенные направления движения по каждой из них, в месте поворота на «АГРОусадьбу», напротив ЛЭП № <...> с целью совершения левого разворота, для обеспечения безопасности дорожного движения должна была руководствоваться требованиями пункта 12.1 ПДД РФ, а также требованием дорожного знака 5.15.1. В сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО17 не располагал технической возможностью остановить свой автомобиль до линии нахождения автомобиля «NISSAN QASHQAI», г.р.з. № <...> на проезжей части, применив своевременное экстренное торможение. В сложившейся дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля ВАЗ 211440, г.р.з. № <...>, ФИО13 несоответствия требованиям пункта 10.1 абз.2 ПДД РФ не усматривается. Однако в действиях указанного водителя с технической точки зрения усматриваются несоответствия требований пункта 10.3 Правил дорожного движения РФ. В сложившейся дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля «NISSAN QASHQAI», г.р.з. № <...>, ФИО16 с технической точки зрения не соответствовали требованиям пункта 12.1 Правил дорожного движения РФ, а также требованиям дорожного знака 5.15.1 и с технической точки зрения послужили причиной рассматриваемого происшествия, явились необходимым условием для его возникновения. Скорость движения автомобиля ВАЗ 211440, г.р.з. № <...>, согласно представленной видеозаписи событий происшествия, составляет не менее 100 км/час и не более 106 км/час;

- протоколом следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому установлено, что автомобиль Мицубиси пикап осуществил обгон автомобиля ВАЗ-211440, под управлением ФИО13, примерно на расстоянии 288 м от находящегося в той же левой полосе, по ходу движения указанных автомобилей, в выше обозначенном месте, в неподвижном состоянии, автомобиля «NISSAN QASHQAI», под управлением ФИО16, при этом водитель ФИО13, управляя автомобилем ВАЗ-211440, до совершения его обгона автомобилем Мицубиси имел возможность с места водителя видеть в вышеуказанном месте автомобиль «NISSAN QASHQAI». При установке участвующих в следственном эксперименте автомобилей ВАЗ-2115 (имитирующего автомобиль ВАЗ-211440 и «NISSAN QASHQAI» друг от друга на расстоянии 200 м, 150 м, 100 м, 81 м и 72,8 м по левой полосе проезжей части автомобильной дороги 3<адрес>, по направлению со стороны <адрес> в сторону <адрес>, и при установке между ними автомобиля марки «Ford Ranger» модель «2.5 tdci MT XLT 1845 кг», в кузове пикап, (имитирующего автомобиль Мицубиси пикап) на расстоянии от 10 м до 50 м до места статиста-водителя автомобиля ВАЗ-2115, установлено отсутствие возможности видеть стоящий спереди, по ходу движения автомобиль марки «NISSAN QASHQAI»;

- выводами в заключении эксперта ЭКЦ ГУ МВД России по Волгоградской области ФИО3 от 21 февраля 2024 года № <...> о том, что в постановлении о назначении дополнительной автотехнической судебной экспертизы от 24 января 2025 года изложено два момента развития опасности для движения водителю автомобиля ВА3 211440, государственный регистрационный знак <***> регион, которые эксперт ФИО3, будучи допрошенным в судебном заседании подтвердил и разъяснил, что опасность для движения у водителя ФИО13 возникла в связи с нахождением автомобиля «NISSAN QASHQAI» с включенным поворотом налево в левой полосе движения 3-й Продольной магистрали (ситуация №1). В данной ситуации при перестроении автомобиля Митцубиси пикап какого-либо дорожно-транспортного происшествия не произошло, соответственно, пикап перестроился с учетом правил дорожного движения. Дорожный знак 5.15.1 относится к знакам особых предписаний, то есть на данном участке дороге он предписывал водителям двигаться прямо или прямо и направо. Органом следствия установлено, что водитель автомобиля «NISSAN QASHQAI» включил поворотник для осуществления левого поворота и совершил остановку в левой полосе движения. Однако остановка, в том числе, для осуществления поворота налево или разворота в зоне действия данного дорожного знака запрещена в силу предписания двигаться прямо. Соответственно, с технической точки зрения в изложенной в постановлении о назначении экспертизы дорожно-транспортной ситуации, действия водителя автомобиля «NISSAN QASHQAI» с технической точки зрения не соответствовали п.1.3, с учетом дорожного знака 5.1.5 ПДД РФ (направление движения по полосам);

- выводами в заключении судебной медицинской экспертизы № <...> и/б от 03 апреля 2025 года о характере, тяжести, механизме образования и локализации телесных повреждений у ФИО14, которые квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности, не менее чем на одну треть;

- иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшей и свидетелей у суда не имелось, поскольку суд установил, что они являются подробными, последовательными, не содержат каких-либо сущностных противоречий относительно обстоятельств содеянного ФИО16, согласуются друг с другом и с иными исследованными судом доказательствами.

Данных, свидетельствующих об исследовании судом недопустимых доказательств, либо об отказе в исследовании доказательств, имеющих значение для дела, из материалов дела не усматривается.

Заключения экспертов, имеющиеся в материалах уголовного дела и положенные в основу приговора, суд также обоснованно признал в качестве допустимых доказательств, поскольку они получены в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального законодательства, при этом выводы экспертов являются мотивированными и согласуются с иными собранными по делу доказательствами.

Все положенные в основу обвинительного приговора доказательства исследованы в судебном заседании в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством РФ, с участием стороны обвинения и стороны защиты, которая не была лишена возможности оспорить показания лиц, свидетельствующих против подсудимой, задать вопросы, при этом суд обоснованно пришел к выводу о их допустимости и достаточности для разрешения дела, так как они получены в соответствии с требованиями закона, содержат сведения, относящиеся к обстоятельствам рассматриваемого дела. Суд также сделал вывод о достоверности указанных доказательств, поскольку они являются логичными и последовательными, устанавливают одни и те же факты, дополняют друг друга и согласуются между собой.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с приведенной в приговоре оценкой исследованных судом первой инстанции доказательств. Как следует из материалов дела, содержание оглашенных показаний ФИО16, данных ею в качестве обвиняемой, и свидетелей соответствует данным протоколов их допроса и тексту обвинительного заключения. Письменные доказательства в судебном разбирательстве исследовались непосредственно, в приговоре указано их содержание и раскрыто доказательственное значение. Обстоятельств, указывающих на заинтересованность потерпевшей и свидетелей, показания которых положены судом в основу приговора, из материалов уголовного дела судом апелляционной инстанции не установлено. Каких-либо неустраненных противоречий в исследованных судом доказательствах, могущих повлиять на выводы суда о доказанности виновности ФИО16, по делу не имеется.

Суд первой инстанции дал верную юридическую оценку действиям осужденной ФИО16, поскольку на основании совокупности исследованных доказательств судом достоверно установлено, что ФИО16, управляя автомобилем «NISSAN QASHQAI» и остановив его для совершения маневра разворота на полосе, предназначенной исключительно для движения прямо, нарушив требования дорожного знака 5.15.1 ПДД РФ (направление движения по полосам) и, соответственно, требования п.1.3 ПДД РФ, создала опасность для движения (угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия) водителю автомобиля ВАЗ-211440 ФИО13, двигавшемуся в той же полосе с превышением установленного ограничения скорости, не обеспечивавшей ему постоянный контроль за движением транспортного средства, без учета интенсивности движения транспорта в попутном направлении, не соблюдая безопасной дистанции до двигавшегося впереди него автомобиля Митсубиси пикап, то есть в нарушение требований п.1.3, абз.1 п.1.5, абз.1 и 2 п.10.1, п.10.3 ПДД РФ. При этом водитель ФИО13, обнаружив после перестроения следовавшего впереди автомобиля Митсубиси пикап в правую полосу стоящий в левой полосе движения автомобиль под управлением ФИО16, предпринял меры к экстренному торможению, однако, не располагая технической возможностью остановить автомобиль, совершил столкновение с задней частью автомобиля «NISSAN QASHQAI» под управлением ФИО16, в результате чего пассажиру автомобиля ВАЗ-211440 под управлением водителя ФИО13 – ФИО14 были причинены телесные повреждения.

Также суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что установленные фактические обстоятельства свидетельствуют о том, что при соблюдении водителем ФИО16 требований п.1.3 ПДД РФ и дорожного знака 5.15.1 и продолжении движения по левой полосе в предписанном указанным знаком направлении «прямо», столкновения автомобилей под управлением ФИО16 и ФИО13 в то время и в том месте, где произошло дорожно-транспортное происшествие, не случилось. Таким образом действия ФИО16, как и действия водителя второго транспортного средства, находятся в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и причинением вреда здоровью потерпевшей, что не противоречит требованиям уголовного закона и разъяснениям в абз.2 п.5 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 09 декабря 2008 года (с изменениями) №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», согласно которым в тех случаях, когда нарушения правил дорожного движения были допущены двумя или более участниками дорожного движения, содеянное каждым из них влечет уголовную ответственность по статье 264 УК РФ, если их действия по управлению транспортным средством находились в причинной связи с наступившими последствиями, указанными в названной статье Уголовного кодекса Российской Федерации.

Также судом первой инстанции тщательно проверялись и обоснованно признаны несостоятельными доводы защиты о том, что ФИО16 не увидела знак 5.15.1, так как в правой полосе двигался плотный поток грузового транспорта, поскольку они опровергаются исследованными доказательствами, в том числе видеозаписью с видеорегистратора, результатами осмотров места происшествия, согласно которым указанный дорожный знак расположен на правой стороне проезжей части 3-й Продольной магистрали, на расстоянии 165,15 м от места дорожно-транспортного происшествия, показаниями специалиста ФИО1, согласно которым дорожный знак 5.15.1 установлен в соответствии с ПДД РФ, требованиями ГОСТа и проекта организации дорожного движения; показаниями свидетелей – инспекторов ОБДПС ФИО7 и ФИО8, согласно которым по результатам произведенного ДД.ММ.ГГГГ обследования эксплуатационного состояния автомобильной дороги в районе дорожно-транспортного происшествия недостатков уличной дорожной сети, в том числе, в части установки и состояния дорожных знаков, выявлено не было, что исключает возможность того, что ФИО16 могла не видеть дорожный знак.

Кроме того, судом обоснованно отвергнуты доводы стороны защиты о том, что маневр «разворот» осуществлялся ФИО16 с соблюдением требований п.8.11 ПДД РФ, в связи с тем, что данное обстоятельство не имеет правового значения для квалификации действий ФИО16, которой нарушение указанного пункта ПДД РФ не инкриминировалось. При этом, вопреки заявлениям защитника, предъявленное ФИО16 обвинение содержит указание на нарушение п.1.3 ПДД РФ и требований дорожного знака 5.15.1 ПДД РФ, а, следовательно, свидетельствует о выполнении органом следствия требований, содержащихся в абз.1 п.3 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 09 декабря 2008 года (с изменениями) №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения».

Факт причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей ФИО14, а также механизм образования у нее телесных повреждений в результате дорожно-транспортного происшествия судом достоверно установлен на основании совокупности исследованных доказательств.

Оснований для иной оценки обстоятельств, на которые сослался суд в приговоре, мотивируя свое решение в части квалификации содеянного осужденной ФИО16, в том числе для ее оправдания, не усматривается.

Приведенные суду апелляционной инстанции доводы фактически являются аналогичными тем доводам, которые заявлялись стороной защиты суду первой инстанции, были предметом его тщательной проверки, и обоснованно отвергнуты, с чем суд апелляционной инстанции соглашается и также не усматривает в исследованных судом доказательствах каких-либо противоречий, а также нарушений уголовно-процессуального закона в ходе производства по уголовному делу, ставящих под сомнение выводы о виновности осужденной ФИО16

Кроме того, несостоятельны доводы стороны защиты о незаконности осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ в отсутствие ФИО16, поскольку данное следственное действие проведено уполномоченным на то лицом, в присутствии понятых, в полном соответствии с положениями ст.176,177 УПК РФ. Кроме того, согласно материалам уголовного дела, со схемой места происшествия, составленной в присутствии тех же понятых, что и протокол осмотра места происшествия, ФИО16 согласилась, о чем имеется ее подпись (т.1 л.д.32). Оснований полагать, что обстоятельства, зафиксированные в протоколе осмотра места происшествия и схеме, имеют какие-либо противоречия, не имеется. Кроме того, данные письменные доказательства получили оценку суда в совокупности с иными доказательствами, в том числе показаниями понятых ФИО9 и ФИО11, подтвердивших свое участие в качестве понятых при осмотре места происшествия и проведении замеров.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы несогласия с приговором не свидетельствуют о наличии нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, которые могут повлечь отмену или изменение обжалуемого приговора, а направлены на переоценку доказательств, которые были исследованы судом по правилам ст.87,88 УПК РФ. Кроме того, ссылки на отдельные доказательства по делу, в том числе показания свидетелей ФИО10, ФИО1, эксперта ФИО3, не отражают в полной мере их существо и оценены стороной защиты в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и было сделано судом в приговоре. Учитывая, что по смыслу ст.17 УПК РФ оценка доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства, является исключительной компетенцией суда, при отсутствии объективных данных, указывающих на нарушение уголовно-процессуального закона, несогласие стороны защиты с данной судом оценкой доказательств не ставит под сомнение законность и обоснованность вынесенного приговора.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона, ущемляющих процессуальные права ФИО16, на стадии предварительного расследования, допущено не было. Объективных данных, свидетельствующих о незаконных методах ведения предварительного следствия, фальсификации доказательств, материалы уголовного дела не содержат.

Обстоятельств, препятствующих рассмотрению уголовного дела судом и влекущих возврат уголовного дела прокурору, по настоящему делу не установлено. Обвинительное заключение в отношении ФИО16 составлено в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ. В нем содержатся все необходимые сведения, подлежащие доказыванию, они же были проверены в ходе судебного следствия и подробно изложены в приговоре.

Суд апелляционной инстанции считает, что приговор постановлен по итогам справедливого судебного разбирательства, предусмотренная законом процедура судопроизводства соблюдена. Суд первой инстанции, сохраняя беспристрастность, обеспечил всестороннее исследование обстоятельств дела на основе принципа состязательности сторон, их равноправия перед судом, создав необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Обстоятельств, свидетельствующих о необъективности, предвзятости или иной заинтересованности суда при рассмотрении настоящего уголовного дела не усматривается.

Каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении права осужденной на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства и (или) иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах уголовного дела не содержится.

Назначая ФИО16 наказание, суд учитывал характер и степень общественной опасности преступления, которое относится к категории небольшой тяжести, данные о личности виновной, которая не судима, по месту жительства характеризуется положительно, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи.

В качестве смягчающих наказание осужденной ФИО16 обстоятельств суд учел наличие на ее иждивении несовершеннолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также последствия полученных травм в результате дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ.

Каких-либо иных обстоятельств, обязательно учитываемых в силу ч.1 ст.61 УК РФ в качестве смягчающих при назначении наказания, по настоящему уголовному делу судом не установлено.

Отягчающих наказание обстоятельств суд не установил.

Данные о личности осужденной ФИО16 исследовались судом и приняты во внимание в полной мере при назначении ей наказания, что следует не только из приговора, но и протокола судебного заседания.

Выводы суда о назначении ФИО16 наказания в виде ограничения свободы в приговоре надлежащим образом мотивированы и не вызывают сомнений в своей правильности, исходя из всех обстоятельств дела.

Суд апелляционной инстанции считает назначенное осужденной ФИО16 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного преступления и личности виновной, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденной и предупреждения совершения новых преступлений, а также восстановления социальной справедливости.

Все имеющие значение обстоятельства, подтвержденные материалами уголовного дела, исследованы судом всесторонне, полно и объективно и приняты во внимание при назначении наказания осужденной. Каких-либо новых существенных данных, которые бы свидетельствовали о наличии оснований для изменения приговора в части назначенного ФИО16 наказания, суду апелляционной инстанции не представлено. Оснований для смягчения наказания осужденной также не установлено.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора либо его изменение, судом первой инстанции допущено не было.

Руководствуясь ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Тракторозаводского районного суда г.Волгограда от 13 августа 2025 года в отношении ФИО16 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции.

В случае пропуска шестимесячного срока для обжалования судебного решения в порядке сплошной кассации или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

Осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Е.С. Ананских