Решение № 2-156/2020 2-156/2020~М-137/2020 М-137/2020 от 8 июля 2020 г. по делу № 2-156/2020

Дело № 2 – 156/2020

22RS0064-01-2020-000214-41


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

09 июля 2020 года с. Шипуново

Шипуновский районный суд Алтайского края в составе

председательствующего Ю.С.Давыдовой,

при секретаре Т.А.Правдиной,

с участием заместителя прокурора Е.В.Богомаз,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к УФСИН России по Алтайскому краю о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за вынужденный прогул, компенсации морального вреда,

Установил:

Истец обратилась в суд с требованиями к ответчику - УФСИН России по Алтайскому краю о защите нарушенных трудовых прав, с учетом уточнения, просила признать незаконным приказ «О назначении в связи с переводом, увольнении сотрудников, и внесении изменений в приказ УФСИН России по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГГГ №-лс «О назначении в связи с переводом сотрудников и увольнении сотрудника» от ДД.ММ.ГГГГ №/лс незаконным в части увольнения ФИО1; восстановить истца на работе в должности начальника Шипуновского межмуниципального филиала ФКУ «Уголовно-исполнительная инспекция УФСИН России по <адрес>»; взыскать в пользу истца сумму среднего заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 141 102 рубля 78 коп. и далее - по день вынесения решения суда, взыскать компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

В обосновании своих уточненных требований указала, что с ДД.ММ.ГГГГ принята на службу в УФСИН России по Алтайскому краю на должность начальника Шипуновского межмуниципального филиала ФКУ «Уголовно-исполнительная инспекция УФСИН России по <адрес>, в период нахождения на больничном - ДД.ММ.ГГГГ истец написала рапорт об увольнении по выслуге лет, который был датирован ДД.ММ.ГГГГ. Вопреки воле истца, рапорт был передан ответчику третьим лицом, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ УФСИН России по Алтайскому краю издан приказ об увольнении ФИО1, с которым она ознакомилась ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что порядок увольнения нарушен, поскольку рапорт на увольнение она лично не передавала, беседа перед увольнением с ней не проводилась, представление к увольнению ДД.ММ.ГГГГ она не получала; подпись ознакомления в приказе об увольнении, в листе беседы, ФИО1 поставила задним числом под давлением и требованием сотрудников отдела кадров, поскольку в то время находилась на лечении в неврологическом стационаре и принимала сильнодействующие препараты, находилась в состоянии сильного душевного волнения; ответчик ее лишил возможности отозвать рапорт на увольнение, а также не продлил и не перенёс предоставленный отпуск, в период которого истец находилась на больничном; кроме того, сотрудник не вправе расторгнуть контракт по собственной инициативе в период прохождения службы в уголовно-исполнительной системе в особых условиях.

В судебное заседание истец не явилась, извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель истца – ФИО2 в судебном заседании требования поддержала в полном объеме, пояснила, что ФИО1 рапорт об увольнении написала собственноручно ДД.ММ.ГГГГ и оставила в личном автомобиле, забыв о нем, истец в то время находилась на больничном и принимала препараты, вызывающие рассеянность памяти, внимания; позже рапорт оказался в папке с другими документами в служебном автомобиле <данные изъяты> и был ошибочно передан сотрудником полиции М.Н.В. в УФСИН России по Алтайскому краю, на КПП; при этом намерения передавать рапорт ответчику у истца не было; ДД.ММ.ГГГГ по требованию сотрудника кадровой службы истец, находясь на больничном, явилась в УФСИН России по Алтайскому краю, где она была ознакомлена с приказом об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ, а также ознакомилась с листом беседы и представлением об увольнении, в которых поставила дату задним числом – ДД.ММ.ГГГГ, хотя в этот день она УФСИН России по Алтайскому краю не посещала; накануне– ДД.ММ.ГГГГ ей поступили денежные средства, в отделе кадров истцу разъяснили, что это расчет по увольнению; после окончания периода нетрудоспособности – ДД.ММ.ГГГГ она сразу обратилась к начальнику УФСИН России по Алтайскому краю за защитой нарушенных трудовых прав, написав заявление, однако, нарушений при увольнении установлено не было.

Представитель ответчика - ФИО3 не согласилась с требованиями в полном объеме, полагала, что увольнение истца произведено на законных основаниях, ФИО1 выразила свое желание на увольнение по выслуге лет в соответствии с ФЗ-№197 "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" путем написания и подачи рапорта, на основании которого был вынесен соответствующий приказ об увольнении; дата увольнения ФИО1 соответствует дате, указанной в ее рапорте, при этом закон не запрещает увольнение сотрудника в период его нетрудоспособности по его собственной инициативе; при увольнении произведен полный расчет, в том числе за неиспользованный отпуск, поскольку рапорт на продление отпуска от истца не поступал, также не было рапорта об отзыве рапорта об увольнении либо о переносе даты увольнения, истец по собственному желанию сократила срок службы в УФСИН России по Алтайскому краю; воздействие принимаемых препаратов на состояние здоровье истца, которые препятствовали ей в полной мере осуществлять защиту своих прав в период увольнения, не подтверждено надлежащими доказательствами.

В судебном заседании допрошены свидетели Л.Е.А.., М.Н.В., А.И.А.

В заключении заместитель прокурора полагал оставить исковые требования без удовлетворения, поскольку процедура увольнения не нарушена.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, свидетелей, заместителя прокурора, исследовав материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения требований.

В соответствии со статьей 5 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из настоящего Кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права.

Как следует из положений статьи 11 ТК РФ трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права, не распространяются на определенных лиц, если это установлено федеральным законом.

Таким образом, ТК РФ применим к правоотношениям, возникшим в связи с прохождением службы в органах уголовно-исполнительной системы, в случаях, предусмотренных законом, а также когда данные правоотношения не урегулированы нормами специального права.

Вопросы, связанные с прохождением службы сотрудников уголовно-исполнительной системы (назначения и увольнения с должности, социальные гарантии сотрудников, медицинское обслуживание, присвоение специального звания, привлечение к ответственности и т.п.) регламентируются, в том числе, Положением о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Постановлением Верховного Совета РФ от 23 декабря 1992 г. N 4202-1, Федеральным законом от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы",

Согласно пункту 4 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", контракт может быть расторгнут, а сотрудник может быть уволен со службы в уголовно-исполнительной системе по выслуге лет, дающей право на получение пенсии.

Аналогичные положения содержаться пункте "в" статьи 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета РФ от 23 декабря 1992 г. N 4202-1.

В соответствии со статьей 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника.

Аналогичный порядок выплаты причитающихся работнику при увольнении денежных средств предусмотрен пунктом 75 Приказа ФСИН России от 27 мая 2013 г. N 269 "Об утверждении Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, Порядка выплаты премии за добросовестное выполнение служебных обязанностей сотрудникам уголовно-исполнительной систем и Порядка оказания материальной помощи сотрудникам уголовно-исполнительной системы", в соответствии с которыми при увольнении выплата всех сумм денежного довольствия, причитающихся сотруднику, производится в день увольнения сотрудника. Если сотрудник в день увольнения отсутствовал на службе, то соответствующие суммы денежного довольствия выплачиваются не позднее следующего дня после предъявления уволенным сотрудником требования о расчете.

В соответствии с п. 71 приложения N 1 к приказу ФСИН России от 27.05.2013 N 269, сотрудникам, увольняемым со службы в учреждениях и органах УИС, выплачивается денежная компенсация за все отпуска, не использованные до 1 января года увольнения, независимо от оснований увольнения

Как следует из материалов дела, ФИО1 проходила службу в уголовно-исполнительной системе с ДД.ММ.ГГГГ в должности начальника Шипуновского межмуниципального филиала (л.д.70-71, 17) на основании заключенного контракта от ДД.ММ.ГГГГ, срок действия контракта – 5 лет.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подан рапорт на имя начальника УФСИН России по Алтайскому краю генерал-майора внутренней службы ФИО4 об увольнении с ДД.ММ.ГГГГ по собственному желанию на основании пункта 4 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" (л.д.78), а также рапорт об отказе от прохождения ВВК.

На рапорте об увольнении имеется виза врио начальника УФСИН России по Алтайскому краю А.И.А., а также начальника ОКИН У. Р. по <адрес> И.Т.Р..

ДД.ММ.ГГГГ начальник ФКУ УИИ УФСИН России по Алтайскому краю Ж.К.С. совместно со страшим инспектором ГК ФКУ БМТиВС УФСИН Росии по Алтайскому краю Р.Т.В. провел с ФИО1 беседу по вопросу увольнения по пункту 4 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы".

В тот же день ФИО1 под роспись разъяснены основание и порядок увольнения, определена дата увольнения – ДД.ММ.ГГГГ (л.д.80-81).

С представлением об увольнении ФИО1 ознакомлена под роспись ДД.ММ.ГГГГ (л.д.83).

Приказом УФСИН России по Алтайскому краю №-лс от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уволена с занимаемой должности на основании, предусмотренном пунктом 4 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" (по выслуге лет, дающей право на получение пенсии) – л.д.154-156.

Согласно названному приказу, выслуга лет на момент увольнения ФИО1 составила в календарном исчислении 19 лет 08 месяцев 25 дней, в льготном исчислении - 20 лет 07 месяцев 26 дней.

Согласно заключению о назначении пенсии, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ назначена пенсия за выслугу лет в размере 18 582 руб. 29 коп. (л.д.87).

Как установлено в судебном заседании, выписку из приказа №л/с, трудовую книжку, уведомление, ФИО1 получила лично ДД.ММ.ГГГГ (л.д.85).

Оспаривая законность увольнения ФИО1 ссылается на нарушение порядка подачи рапорта, который попал к ответчику помимо ее воли, на оказание на истца давления при оформлении листа беседы, представления и ознакомлении с выпиской из приказа, на увольнение ее в период нетрудоспособности и при наличии особых условий, непредоставление ей части неиспользованного ежегодного отпуска, и как следствие - несоблюдения ответчиком процедуры увольнения по пункту 4 части 2 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы".

Вместе с тем, указанные обстоятельства не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В силу ст.56 ГПК РФ, бремя доказывания факта наличия порока воли при увольнении возлагается на истца, однако со стороны ФИО1 не представлено доказательств отсутствия желания на прекращение трудовых отношений, а также на принуждения его работодателем к ознакомлению и подписанию документов, сопутствующих увольнению помимо ее воли.

Согласно п. 1 ст. 87 Федерального закона N 197-ФЗ сотрудник имеет право расторгнуть контракт и уволиться со службы в уголовно-исполнительной системе по собственной инициативе до истечения срока действия контракта, подав в установленном порядке рапорт об этом за один месяц до даты увольнения.

В ч. 2 ст. 87 Закона определено, что до истечения срока предупреждения о расторжении контракта и об увольнении со службы в уголовно-исполнительной системе сотрудник вправе в любое время в письменной форме отозвать свой рапорт. В этом случае контракт с сотрудником не расторгается и увольнение со службы не производится, если на замещаемую этим сотрудником должность в уголовно-исполнительной системе не приглашен другой сотрудник или гражданин и (или) имеются законные основания для отказа такому сотруднику или гражданину в назначении на данную должность.

В соответствии с ч. 8 ст. 92 Федерального закона N 197-ФЗ в последний день службы сотрудника уполномоченный руководитель или по его поручению иное должностное лицо обязаны выдать этому сотруднику трудовую книжку и осуществить с ним окончательный расчет.

Данные требования закона ответчиком соблюдены в полном объеме, что подтверждается вышеприведенными доказательствами.

Ссылка представителя истца на то, что рапорт об увольнении был передан сотрудником ОМВД <данные изъяты> в адрес ответчика ошибочно и помимо ее воли, не нашла своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Так, из заявления ФИО1, от ДД.ММ.ГГГГ, поданного на имя начальника УФСИН России по Алтайскому краю, истец указал, что действительно намеревалась завершить службу в ДД.ММ.ГГГГ году, обратилась в кадровую службу для подсчета выслуги лет, получив информацию о том, что в льготном исчислении выслуга лет у нее имеется, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ передала в ФКУ соответствующий рапорт (л.д.21-22), это же обстоятельство истец изложила в первоначальном исковом заявлении (л.д.6-7). Данное обстоятельство подтвердил свидетель – сотрудник кадровой службы УФСИН России Л.Е.А., пояснившая, что ФИО1 обращалась к ней с вопросом о возможности составления рапорта об увольнении и способе передачи в УФСИН России по Алтайскому краю путем оставления на вахте. Согласно пояснениям свидетеля сотрудника ОМВД <данные изъяты> М.Н.В., ДД.ММ.ГГГГ она действительно была в командировке в <адрес> на служебном автомобиле и завозила документы в УФСИН Росси по <адрес>, среди которых был рапорт истца, о чем она узнала позже от своего непосредственного начальника.

То обстоятельство, что рапорт был написан собственноручно ФИО1 сторона истца не оспаривала и подтвердила в своих пояснениях (л.д.130).

Кроме того, дата увольнения (ДД.ММ.ГГГГ) оговорена самой ФИО1 в рапорте, соответственно увольнение истца именно ДД.ММ.ГГГГ свидетельствует о достижении соглашения между УФСИН и ФИО1 о расторжении контракта именно ДД.ММ.ГГГГ, что соответствует требованиям ст. 80 ТК РФ и не является нарушением процедуры увольнения.

Вопреки доводам стороны истца, ФИО1 достоверно знала о процессе увольнения, поскольку ДД.ММ.ГГГГ ей на карту поступил окончательный расчет, о данных денежных средствах, причитающихся ей в связи с увольнением, она узнала в отделе кадров, что подтвердила представитель истца (л.д.131-132), однако, истец не предприняла попыток к отзыву рапорта об увольнении ни в день расчета, ни в последующие дни.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 6 июня 2005 г. N 76 утверждена Инструкция о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы (далее также - Инструкция от 6 июня 2005 г. N 76).

В настоящее время Инструкция от 6 июня 2005 г. N 76 применяется в части, не противоречащей Федеральному закону от 19 июля 2018 г. N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы".

Инструкцией от 6 июня 2005 г. N 76 регламентирован в том числе порядок увольнения сотрудников органов уголовно-исполнительной системы по основаниям, предусмотренным Положением о службе в органах внутренних дел от 23 декабря 1992 г. N 4202-1.

Пунктом 17.1 Инструкции от 6 июня 2005 г. N 76 установлено, что прекращение службы в уголовно-исполнительной системе оформляется приказом.

Перед представлением сотрудников к увольнению уточняются данные о прохождении ими службы, подтверждаются периоды, подлежащие зачету в выслугу лет для назначения пенсии в календарном исчислении и отдельно в льготном исчислении. Согласно законодательству исчисляется выслуга лет для назначения пенсии, которая объявляется сотруднику (пункт 17.11 Инструкции от 6 июня 2005 г. N 76).

С сотрудником проводится беседа, в ходе которой ему сообщается об основаниях увольнения, разъясняются льготы, гарантии и компенсации, вопросы трудоустройства, материально-бытового обеспечения и другие вопросы (пункт 17.12 Инструкции от 6 июня 2005 г. N 76).

Вопреки доводам представителя истца, вышеуказанные требования при увольнении представителем ответчика выполнены, что подтверждается представленными в материалы дела листом беседы и представлением к увольнению, подписанными собственноручно ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ (л.д.80-83).

Тот факт, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ находилась дома и сопровождала ребенка в лечебное учреждение <адрес> (л.д.178-180), а также отсутствие в журналах регистрации УФСИН России по <адрес> посетителей за ДД.ММ.ГГГГ фамилии истца, не свидетельствуют бесспорно об отсутствии ФИО1 в указанные дни в Управлении с целью оформления документов. Вопреки доводам стороны истца, подполковник внутренней службы Ж.К.С., проводивший беседу с ФИО1, на основании приказа №-к от ДД.ММ.ГГГГ был отозван из основного отпуска и находился на службе, что также подтверждается табелем учета рабочего времени (л.д.157-158).

Доводы истца о том, что она подписала указанные документы задним числом – ДД.ММ.ГГГГ, находясь в сильном душевном волнении, вызванном приемом лекарственных препаратов, а также под давлением сотрудников кадровой службы не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Представленные истцом сведения о получении амбулаторного и стационарного лечения с указанием медицинских препаратов, которые принимала истец, и приложенные к ним инструкции в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.144-153) не свидетельствуют о влиянии указанных медикаментов на волеизъявление истца, таковых доказательств суду не представлено.

Таким образом, до увольнения ФИО1, с ней проведена беседа, она ознакомлена с представлением к увольнению из органов уголовной исполнительной системы, соответствующие документы подписаны истцом без указания о несогласии с предстоящим увольнением.

В соответствии с ч. 1 ст. 61 Федерального закона N 197-ФЗ предоставленный сотруднику основной отпуск или дополнительный отпуск продлевается либо переносится на другой срок, определяемый руководителем федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченным руководителем, с учетом пожеланий сотрудника в случае: 1) временной нетрудоспособности сотрудника; 2) исполнения сотрудником во время отпуска государственных обязанностей, если для этого законодательством Российской Федерации предусмотрено освобождение от службы (работы); 3) в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

В периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась на больничном, что подтверждается листками нетрудоспособности (л.д.11, 40-41).

Согласно ч. 13 ст. 58 Закона сотруднику, увольняемому со службы в уголовно-исполнительной системе по основанию, предусмотренному ч. 1, п. 1, 2, 3, 4, 8, 9, 11, 13, 16, 17, 18 или 20 ч. 2 либо п. 12 или 13 ч. 3 ст. 84 комментируемого Закона, по его желанию предоставляются предусмотренные законодательством Российской Федерации отпуска.

Как следует из материалов дела, ФИО1 согласно графику отпусков находилась в основном отпуске за ДД.ММ.ГГГГ года с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с рапортом о предоставлении дополнительного отпуска за стаж службы не обращалась (л.д.74-76).

Таким образом, при подаче рапорта на увольнение с ДД.ММ.ГГГГ, истец не просила о продлении либо переносе отпуска в связи с периодом нетрудоспособности, в связи с чем у работодателя не было оснований для его продления при наличии рапорта на увольнение с согласованной между сторонами датой.

Более того, указание на неиспользованный отпуск за выслугу лет и его компенсацию содержится в листе собеседования от ДД.ММ.ГГГГ; указанная компенсация выплачена истцу в полном объеме при увольнении, что подтверждается справкой ответчика о размерах произведённых выплат ФИО1 (л.д.90-105), расчетным листком за ДД.ММ.ГГГГ года (л.д.39) и не оспаривалось стороной истца.

Следовательно, в данной части нарушения трудовых прав истца отсутствует.

Довод истца о ее увольнении в период нетрудоспособности не может служить основанием для признания увольнения незаконным, т.к. имеет место увольнение не по инициативе работодателя, а по собственному желанию работника.

Несостоятельной суд находит ссылку представителя истца на п.8. ст.87 Закона, согласно которого сотрудник не вправе расторгнуть контракт по собственной инициативе в период прохождения службы в уголовно-исполнительной системе в особых условиях, предусмотренных статьей 35 настоящего Федерального закона, поскольку таковые особые условия на момент увольнения истца отсутствовали.

При изложенных обстоятельствах, в совокупности свидетельствующих о совершении истцом ряда последовательных и целенаправленных действий с намерением расторгнуть правоотношения с ответчиком по собственной инициативе, руководствуясь положениями части 1 статьи 56, статьей 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств в подтверждение своих доводов об отсутствии волеизъявления на подачу рапорта об увольнении, получении работодателем указанного рапорта противоправным путем.

Поскольку требования о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда подлежат удовлетворению только в случае признания увольнения незаконным, суд приходит к выводу об отказе в исковых требованиях в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к УФСИН России по Алтайскому краю о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за вынужденный прогул, компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Шипуновский районный суд Алтайского края путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Ю.С.Давыдова

Мотивированное решение изготовлено 17 июля 2020 года