Решение № 2-878/2018 2-878/2018~М-617/2018 М-617/2018 от 26 июля 2018 г. по делу № 2-878/2018

Дело 2-878/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Серпухов Московской области

27 июля 2018 года

Серпуховский городской суд Московской области

в составе председательствующего судьи Коляды В.А.,

при секретаре судебного заседания Ваган Е.В.,

с участием:

истца ФИО1 и её представителей адвоката Буланова Е.А., адвоката Буланова Е.А.,

ответчика ФИО2 и её представителя адвоката Звонцовой Л.И.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным завещания,

установил:

Истец ФИО1 предъявила иск к ФИО2 о признании недействительным завещания, составленного 26 октября 2017 года С., <дата> рождения, умершей 05 декабря 2017 года, и удостоверенное нотариусом Серпуховского нотариального округа Московской области ФИО3 В обоснование исковых требований истец указала, что 05 декабря 2017 года умерла С., о чём Серпуховским отделом ЗАГС Главного управления ЗАГС Московской области выдано свидетельство о смерти. Истец ФИО1 является наследником по завещанию, которое было составлено наследодателем 11 мая 2010 года и удостоверено нотариусом Серпуховского нотариального округа Ф. После смерти наследодателя истец обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства. 23 января 2018 г. нотариусом Ф. выдана справка о заведении наследственного дела исх.№32, согласно которой по состоянию на дату выдачи кроме истца, наследником, обратившимся к нотариусу, является ответчик ФИО2. Таким образом, ответчик также является наследником по завещанию, которое было составлено наследодателем за 40 дней до смерти - 26 октября 2017 года, и удостоверенного нотариусом ФИО3 При составлении завещания в пользу ответчика, наследодатель, по состоянию здоровья была не способна понимать значение своих действий и руководить ими, что можно объяснить следующим. На протяжении длительного времени С. страдала тяжелыми заболеваниями, в том числе заболеванием головного мозга. Она проживала одна, родственников не имела. Истец являлась её соседкой по подъезду, ухаживала за ней более восьми лет. Помогала ей по хозяйству, при необходимости обеспечивала продуктами питания, лекарствами. Между ними сложились дружеские, доверительные отношения. Именно поэтому 11 мая 2010 года наследодателем было оставлено завещание, которым истцу завещано всё имущество, принадлежащее ей на момент смерти. Кроме истца, С. периодически посещал соцработник. Осенью 2017 года истцу стало известно, что ещё одна соседка по подъезду - Ц., не работающая, злоупотребляющая алкоголем и ведущая асоциальный образ жизни, стала часто ходить к С. домой, причем не одна, а в компании никому из соседей незнакомой женщины. Когда истец спросила у С. о том, какую цель преследовали её гости, она не могла вспомнить кто и зачем к ней приходил. Впоследствии истец узнала, что новая знакомая С. - ФИО2, недавно приехавшая из <адрес>, работающая в <данные изъяты>. 30 октября 2017 года (т.е. в момент, когда С. уже написала оспариваемое завещание) истцу позвонила соседка из квартиры <номер> (У.), и сообщила, что у квартиры С. собралось много народу. Как позже стало известно, соседи по квартире слышали, как у С. всю ночь громко работал телевизор, после чего на следующий день вызвали участкового уполномоченного. Дверь никто не открывал, в связи с чем сотрудники аварийно-спасательной службы вскрыли замок. С. - беспомощная, лежала раздетая на полу квартиры, при открытом окне (в то время как на улице были заморозки). После этого её увезли в центральную районную больницу. Истец навещала её несколько раз. При этом, выяснить обстоятельства произошедшего, истцу не удалось, поскольку С. ничего не помнила и не могла объяснить. Равно как и не помнила, что незадолго до этого её возили к нотариусу ФИО3, где было оставлено и удостоверено завещание в пользу ответчика ФИО2 С. поместили на лечение в первое сосудистое отделение Серпуховской Центральной районной больницы (ЦРБ). После непродолжительного лечения, она была выписана. Как истцу стало известно, из больницы её забрали Сурова и Ц.. 23 ноября истец узнала, что С. вновь была госпитализирована в первое сосудистое отделение ЦРБ. 2 декабря Сурова и Ц. забирают С. из стационара. В этот день соседи видели, как они несли С. на одеяле в подъезд дома из машины такси. 4 декабря С. вновь госпитализирована в реанимационное отделение. В ночь с 4 на 5 декабря она скончалась. Изложенное позволяет сделать вывод, что на момент составления завещания в пользу ответчика ФИО2, С., в силу неудовлетворительного состояния здоровья и прогрессирующих у неё заболеваний, не была способна понимать значение своих действия и руководить ими.

В судебном заседании истец и её представители поддержали исковые требования.

Ответчик ФИО2 и её представитель адвокат Звонцова Л.И. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, указали, что ответчику 22 октября 2017 года позвонили и предложили ухаживать за С., дали её номер телефона, они созвонились и договорились о встрече в субботу. Потом 26 октября 2017 года они поехали к нотариусу. С. была опрятной, сама за собой ухаживала, признаков проблем с головой у неё не было. Просят в иске отказать, с выводами судебной экспертизы не согласны.

Третье лицо нотариус ФИО3 в настоящее судебное заседание не явилась, ранее опрошенная с заявленными требованиями не согласилась, пояснив, что не допускает и не допускала удостоверения сделок лицами, в отношении которых имеются сомнения в дееспособности. В соответствии со статьёй 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие третьего лица.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, опроси свидетелей, изучив представленные документы, опросив свидетелей, приходит к следующим выводам.

В судебном заседании установлено:

11 мая 2010 года было совершено завещание по которому С. распорядилась всем принадлежащим ей имуществом в пользу ФИО1 (истец по делу). Завещание было удостоверено нотариусом Ф..

26 октября 2017 года было совершено завещание по которому С. распорядилась принадлежащей ей квартирой, находящейся по <адрес> пользу ФИО2 (ответчик по делу). Завещание было удостоверено нотариусом ФИО3

05 декабря 2017 года С. умерла.

В силу статьи 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону.

Согласно статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса. Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149). Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.

Пунктом 1 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерациипредусмотрено, что при нарушении положений кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Представленными суду доказательствами подтверждается утверждение истца о неспособности С. понимать свои действия в момент составления завещания 26.10.2017г.

Исходя из требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания наличия обстоятельств, влекущих недействительность завещания, лежит на истце.

Истцом представлены доказательства в подтверждение заявленных требований.

К материалам гражданского дела приобщена медицинская документация С., из которой судом установлено, что: в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №010609 из ГБУЗ МО «Серпуховская городская больница им. Семашко Н.А.»: Находилась на лечении в Центральной районной больнице г. Серпухова с 08.12.2002 г. по 05.01.2003 г. с диагнозом: <данные изъяты>. Лечилась амбулаторно и в стационаре. Обследована. Проводилась терапия весной и осенью: гипотензивная терапия, ферментная терапия, антикоагулянтная терапия, общеукрепляющая терапия, сосудистая терапия. В последнее время лечения принимала неаккуратно. Вела себя агрессивно, ругалась. Ухудшение состояния с конца ноября 2017 г. Была направлена в терапевтический стационар ЦРБ, где на фоне проводимой терапии больная экзетировала 05.12.17».

Первая запись лечащего врача в амбулаторной карте 11.10.2005 г. - жаловалась на головокружение, был поставлен диагноз: <данные изъяты>. Из годового эпикриза за 2005 год известно, что подэкспертная является инвалидом 2 группы, консультируется врачом на дому, обслуживается социальным работником. Из записи от 02.06.2006 г.: «Со слов соседей, стала агрессивна, изменилось настроение, усиливается страх насильственной смерти от ухаживающей за ней. Моет подъезд в доме, красит окна, лавочки... От приема медикаментов категорически отказывается, боится отравления...». Из записи от 29.09.200(неразборчиво) г.: «...Отмечает снижение памяти. Агрессивна в общении...». Из записи от 06.10.2006 г.: «...В месте и времени ориентирована, назвала год, число, месяц...». Из записи от 21.07.2015 г.: «Больная не принимает лекарства, не помнит какие...». Из записи от 23.07.2015 г.: «Жалобы на головную боль. Больная не помнит, кто у нее был...». Из записи от 18.07.2016 г.: «Жалобы на слабость, шум в голове, (неразборчиво), скачки артериального давления. Вчера вызывали 03 в связи с высоким артериальным давлением...». Из записи от 26.07.2016 г.: «Головные боли сохраняются, не пьет таблетки...».

Из копии медицинской карты стационарного больного №17-10993/1114 ГБУЗ МО «Серпуховская ЦРБ» судом установлено, что С. поступила в указанную больницу 19.11.2017 г. с жалобами на «перекос лица слева, неловкость в правой руке и ноге». Из анамнестических сведений: заболела в начале ноября, в течение недели нарушилась речь, стала плохо ходить, При осмотре неврологом 19.11.2017 г. отмечалось, что сознание ясное, имеется дизартрия, память снижена. 02.12.2017 г. выписана с улучшением состояния. Заключительный диагноз: <данные изъяты>.

Из копии медицинской карты стационарного больного №17-11516/1166 ГБУЗ МО «Серпуховская ЦРБ» судом установлено, что С. поступила по направлению поликлиники в указанную больницу 04.12.2017 г. При поступлении жалоб не предъявляла из-за нарушений речи и сознания, была госпитализирована в неврологическое отделение. Несмотря на проводимую терапию, состояние пациентки ухудшалось, нарастала гипотония, явления отека головного мозга. 05.12.2017 г. наступила смерть С. Заключительный клинический диагноз: <данные изъяты>.

В судебном заседании были опрошены свидетели, из показаний свидетеля Л. следует, что С. в последние полгода была неадекватная. Свидетель видела, что она кричала в подъезде. Как-то она приходила и звонила в дверь. Когда спросила, что случилось, она сказала: «Закрой дверь, я не к тебе пришла»... Где-то полгода назад видела её в подъезде, она несла ахинею.

Из показаний свидетеля Б. следует, что С. в последнее время забывалась. Она просила яблоки, а когда их приносила (за месяц до того как С. попала в больницу), она спрашивала зачем свидетель пришла. У неё стояли мешки с семечками, но ей казалось, что мало. Ей казалось, что в её дверь звонят дети... Общее состояние за 2017 год - она сдала. Она говорила, что свидетель, якобы, брала трехлитровые банки. А на самом деле она у нее их не брала...

Из показаний свидетеля З. следует, что последнее время С. стала агрессивной... после инсульта года 2 назад она была неадекватной, агрессивной (кричала на детей, хватала камни).

Из показаний свидетеля А. следует, что С. видела один раз. У С. была 29 или 30 числа... Она узнала В., назвала её. У неё сотрудники МЧС спрашивали какой год, как её зовут. Она им правильно всё отвечала... Приехала скорая, они предложили госпитализацию, но бабушка отказалась.

Из показаний свидетеля В. следует, что С. знала 2 года по май 2017 года, посещала её как соцработник. Здоровье у неё было нормальное. Она была крепенькая бабушка. У неё были отклонения, которые выражались весной и осенью. Она могла вспылить, например, если принесла сломанное печенье. Она могла и взбеситься, и наорать как угодно. Мы в таком случае уходили... Она иногда забывала, говорила, что я не принесла то, что она заказывала. Тогда приходилось доставать тетради, в которых записывался заказ. Это было довольно часто.

Из показаний свидетеля Ч. следует, что С. знала, была её соцработником в течение 2015-2017 годов... У нее отклонения были. Принесешь ей заказ, а ей вечно всё не нравится. Она постоянно предъявляла претензии и к соцработникам.

Из показаний свидетеля Т. следует, что она работает в больнице им. Семашко с 2013 года... 31.10.2017 года делала запись в медкарте С. Она была после инсульта лежачая. Она нуждалась в постороннем уходе. Жаловалась на головную боль, слабость.

Из показаний свидетеля И. следует, что он работает врачом-неврологом в Серпуховской центральной районной больнице с 28.11.2012 года. С. помнит приблизительно. Состояние её здоровья было средней тяжести. Ей был установлен диагноз <данные изъяты>. Она слабо критично оценивала себя. Данный диагноз был поставлен в связи с отсутствием критики пациента, отсутствием познания, нормальной оценки ситуации. Она не могла отвечать за свои действия. На фоне лечения были получены улучшения. У нее были признаки деменции. Вероятно, это протекало месяца 2-3, а обострилось на момент поступления в больницу.

По делу была назначена посмертная судебная психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено комиссии экспертов ГБУЗМО «Психиатрическая больница «2 им. В.И.Яковенко».

Согласно заключению комиссии экспертов от 21 июня 2017 года № 543 комиссия приходит к заключению, <данные изъяты>. Данное экспертное заключение подтверждается также сведениями из медицинской документации и показаниями свидетелей о прогрессирующем снижении с 2006 года интеллектуально-мнестических функций, появлении эмоционально-волевых расстройств, с наличием квазипсихотических бредовых идей отравления. В связи с чем по своему психическому состоянию в юридически значимый период, а именно, при составлении завещания 26 октября 2017 года С. не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Оснований признавать заключение экспертизы необоснованным, недостоверным у суда не имеется, поскольку заключение экспертизы соответствуют требованиям статей 84-86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и основано на имеющихся в деле доказательствах.

Таким образом, суд критически относится к объяснениям ответчика ФИО2 о том, что С. всё понимала и отдавала отчёт своим действиям, поскольку эти утверждения ответчика опровергаются иными доказательствами, представленными истцом.

Суд, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, приходит к выводу о доказанности того обстоятельства, что в момент составления завещания 26.10.2017 С. не могла понимать значение своих действий или руководить ими, и в связи с этим – о наличии оснований для удовлетворения требований истца.

С учетом установленных обстоятельств суд приходит к выводу о том, что, составляя и подписывая оспариваемое завещание на имя ответчика, С. не понимала содержание завещания, не имела представление о его правовых последствиях и не желала их наступления.

Таким образом, оценив все исследованные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что необходимо удовлетворить исковые требования.

Руководствуясь статьями 194 -198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Признать недействительным завещание, составленное 26 октября 2017 года С., <дата> рождения, умершей 05 декабря 2017 года, и удостоверенное нотариусом Серпуховского нотариального округа Московской области ФИО3

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы в Московский областной суд через Серпуховский городской суд.

Председательствующий судья В.А. Коляда

Мотивированное решение суда изготовлено 16 августа 2018 года.

Председательствующий судья В.А. Коляда