Приговор № 1-466/2017 от 22 мая 2017 г. по делу № 1-466/2017

Подлинник настоящего документа подшит в уголовном деле № 1-466/17, хранящемся в Набережночелнинском городском суде РТ

№ 1-466/17


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

23 мая 2017 года г. Набережные Челны

Набережночелнинский городской суд РТ в составе:

председательствующего судьи Шамсутдинова Б.Г.,

при секретаре Галаутдиновой А.Н.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора г. Набережные Челны РТ Х.Н.Г.,

потерпевшего С.М.Р.,

подсудимой С.В.Ф.,

защитника – адвоката Р.А.А., представившего удостоверение № ... и ордер № ...,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, ... года рождения, уроженки ..., гражданки РФ, зарегистрированной и проживающей по адресу: ..., со средним образованием, вдовы, имеющей 2 малолетних детей, не работающей, несудимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершила убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах.

2 февраля 2017 года в период времени с 18 часов по 18 часов 57 минут ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в ..., на почве личных неприязненных отношений к С.Р.Р., возникших из-за ранее произошедшей ссоры, имея умысел на убийство последнего, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти С.Р.Р. и желая их наступления, взяла в правую руку нож и нанесла им не менее 3 ударов в область левой руки С.Р.Р., в результате чего он упал на пол лицом вниз. Затем ФИО1, продолжая свои действия, направленные на убийство С.Р.Р., села на него сверху и нанесла не менее 3 ударов ножом в область расположения жизненно важных органов – спины С.Р.Р.

В результате преступных действий ФИО1 С.Р.Р. были причинены следующие телесные повреждения: рана в правой подлопаточной области с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, мягких тканей и пристеночной плевры в 10 межреберье справа, проникающая в правую плевральную полость с повреждением нижней доли правого легкого и рана в правой подлопаточной области с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, мягких тканей и пристеночной плевры в проекции 8 межреберья справа, краевым повреждением костной части 9 ребра, проникающая в правую плевральную полость с повреждением нижней доли правого легкого, осложнившиеся развитием острой кровопотери, которые состоят в прямой причинной связи со смертью, причинили тяжкий вред здоровью, так как явились опасными для жизни; рана левой надлопаточной области и раны передней и задней области левого плеча с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки и мягких тканей, которые при обычном течении у живых лиц причинили бы легкий вред здоровью, так как повлекли бы расстройство здоровья продолжительностью до 21 дня; ссадина лобной области, которая при обычном течении у живых лиц не причинила бы вреда здоровью.

Смерть С.Р.Р. наступила на месте происшествия от колото-резанных ран задней поверхности грудной клетки справа, проникающих в правую плевральную полость с повреждением нижней доли правого легкого, сопровождающихся кровоизлиянием в правую плевральную полость и осложнившихся развитием острой кровопотери.

Подсудимая ФИО1 виновной себя в умышленном причинении смерти С.Р.Р. признала полностью и показала, что 2 февраля 2017 года в послеобеденное время к ней домой пришла подруга Г.Л.А. со своим ребенком и их общей знакомой М.А.Ю., с которыми они сидели дома и пили пиво, потом они решили пойти погулять. Когда она стала собираться на улицу, ее малолетняя дочь стала проситься с ними, однако она ей запретила, так как та могла заболеть. Тогда ее муж С.Р.Р. стал говорить, чтобы она взяла с собой ребенка или никуда не пойдет. На этой почве между ними возникла ссора, в ходе которой С.Р.Р. высказывал в ее адрес слова нецензурной брани, говорил, что убьет ее, если узнает о том, что она изменяет ему, но не трогал ее. Потом ее «переклинило», пришла в себя только когда хлопнула входная дверь от того, что Г.Л.А. вернулась в квартиру, сама она в тот момент сидела на С.Р.Р., ничего не понимала, в руках у нее был нож. Не отрицает, что именно она убила С.Р.Р., но не помнит о том, как именно и в какую область нанесла ему удары ножом. В ходе предварительного следствия она так же не помнила этого, при написании явки с повинной, при допросе в качестве подозреваемой и при проверке показаний на месте сотрудники правоохранительных органов подсказывали ей об этом, какого-либо давления на нее никто не оказывал. Сожалеет о случившемся.

В связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными подсудимой ФИО1 в ходе предварительного расследования и в суде, в порядке ст. 276 УПК РФ были оглашены показания последней в качестве подозреваемой и обвиняемой.

Так, допрошенная в ходе предварительного следствия 3 февраля 2017 года в качестве подозреваемой ФИО1 показала, что 2 сентября 2009 года она вышла замуж за С.Р.Р. От совместного брака у них двое малолетних детей. С 1 февраля 2012 года они проживали по адресу: .... За время совместного проживания между ними происходили конфликты из-за того, что С.Р.Р. злоупотреблял алкоголем. В состоянии алкогольного опьянения С.Р.Р. не наносил ей побоев, вел себя спокойно. 2 февраля 2017 года в обеденное время к ним домой приехала ее подруга Г.Л.А. вместе с дочерью и их общей знакомой М.А.Ю. С собой они принесли двухлитровый баллон разливного пива, который они втроем стали распивать в спальной комнате. Примерно через 30 минут домой пришел С.Р.Р. и присоединился к ним. После распития указанного баллона, Г.Л.А. и М.А.Ю. пошли покупать еще пиво. Через непродолжительное время Г.Л.А. и М.А.Ю.. вернулись, и они вчетвером распили еще один двухлитровый баллон. Примерно в 17 часов указанные женщины стали собираться домой. Она пошла вместе с ними с целью продолжения распития пива на улице. С.Р.Р. настаивал, чтобы она взяла с собой их дочь. Она отказалась, так как не хотела брать с собой ребенка, и попросила С.Р.Р., чтобы он приглядел за дочерью дома. На почве этого у них произошел конфликт. Г.Л.А. со своим ребенком и М.А.Ю. покинули квартиру. Конфликт происходил в коридоре. В ходе него, С.Р.Р. оскорблял ее, ругался матом. Она отвечала ему тем же. Затем С.Р.Р. ушел в спальню. К этому времени, у нее накопилось много злости, захлестнули эмоции, она прошла на кухню, взяла там со стиральной машины нож, который имел черную пластмассовую рукоятку, клинок шириной около 2 см, длинной около 12 см. Взяв этот нож в правую руку, острием вниз, она проследовала за С.Р.Р. в спальную комнату. Подойдя к С.Р.Р., который в тот момент стоял посреди комнаты, нанесла ему не менее 3 ударов ножом в область левой руки. От нанесенных ударов в руку С.Р.Р. упал на живот. Тогда она присела на него и нанесла не менее 3 ударов ножом в спину. Один в область левой лопатки, два удара в область правой лопатки. Удары были колющими, а раны проникающими. Удары наносила сверху вниз. После нанесенных ударов С.Р.Р. еще хрипел и кричал. После этого она вызвала полицию и бригаду скорой помощи. Нож положила на стойку для обуви в прихожей. После этого в квартиру зашла Г.Л.А., чтобы поинтересоваться у нее идет ли она с ними. Она сказала ей, чтобы она уходила. Г.Л.А. без вопросов вышла. После этого приехали сотрудники полиции и доставили ее в отделение. Момент убийства был в период с 18 до 19 часов 2 февраля 2017 года, в содеянном раскаивается. Перед совершением убийства С.Р.Р. никаких телесных повреждений ей не причинял, угроз не высказывал, не бил ее. До того как она нанесла ему удары ножом на его теле телесных повреждений не было, он был здоров, все телесные повреждения, обнаруженные на трупе мужа, образовались от ее действий (т. 1, л.д. 217-221).

При допросе в качестве обвиняемой 3 февраля 2017 года ФИО1 подтвердила вышеизложенные показания о том, что 2 февраля 2017 года в период времени с 18 до 19 часов, находясь в квартире ..., причинила смерть своему супругу С.Р.Р., путем нанесения ему не менее 6 ударов ножом в область спины и руки, в содеянном раскаивается (т. 2, л.д. 3-5).

Допрошенная в качестве обвиняемой 16 марта 2017 года ФИО1 показала, что вину в совершении убийства она признает полностью, с инкриминируемым деянием согласна, подтверждает ранее данные показания, дополнив, что в момент убийства она находилась в стрессовом состоянии, поскольку накануне ей стало известно, что ее матери был поставлен диагноз рак III степени левой груди, кроме того в момент ссоры ФИО3 выражался в ее адрес словами грубой нецензурной брани, сказал, что убьет ее, если она ему изменит, при этом повода для ревности она ему никогда не давала (т. 2, л.д. 10-13).

Виновность ФИО1, кроме ее собственных показаний, подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевший С.М.Р. суду показал, что С.Р.Р. был его родным братом. Характеризует его как спокойного, общительного, уравновешенного человека, спиртные напитки брат употреблял по праздникам, в запои не уходил. После освобождения из мест лишения свободы С.Р.Р. переехал в г. Набережные Челны и стал жить там вместе со своей супругой ФИО1 О семейных конфликтах брата, ему ничего неизвестно, так как брат ему ничего такого не рассказывал. От совместного брака у них было двое детей. В последний раз он разговаривал с С.Р.Р. в новогодние праздники 2017 года, никаких жалоб тот ему не высказывал. О смерти брата узнал 3 февраля 2017 года от следователя. ФИО1 простил, просит строго не наказывать.

Из показаний свидетеля Г.Л.А., данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, следует, что ФИО1 она характеризует с положительной стороны, спокойная, не вспыльчивая. С.Р.Р. так же характеризует с положительной стороны, он еще более спокойный, чем ФИО1 От ФИО1 ей было известно, что при жизни супруг ее не бил. 2 февраля 2017 года примерно в 16 часов она вместе с дочерью и подругой М.А.Ю. встретились с ФИО1 у магазина, расположенного рядом с домом последней. Они купили 3 литра пива на розлив, затем пошли домой к ФИО1 по адресу: ... Дома никого не было, С.Р.Р. как раз уходил. Дома они начали распивать пиво в спальной комнате. Примерно через 30 минут домой вернулся С.Р.Р. и также начал пить с ними пиво. При этом ей показалось, что до этого С. находились в состоянии алкогольного опьянения. Когда она вместе с дочерью и М.А.Ю. начали собираться домой, ФИО1 начала собираться вместе с ними, на что С.Р.Р. сказал ей, что если она пойдет, то пусть возьмет с собой дочь - Р., однако ФИО1 этого делать не хотела и они поссорились, но конфликт ей показался несерьезным. После чего она (Г.Л.А.) вышла на улицу, но так как забыла «бутылочку», решила подняться обратно. Зайдя вновь в квартиру, увидела там ФИО1, которая находилась на С.Р.Р. В руке у ФИО1 находился какой-то предмет, а на левой руке С.Р.Р. ей показалось, что была кровь. Затем она вышла из квартиры и вызвала скорую помощь. Примерно в 21 час она позвонила ФИО1 и спросила, что с С.Р.Р., на что ФИО1 сказала, что убила (т. 1, л.д. 81-83).

Из показаний свидетеля М.А.Ю., данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, следует, что она дала показания, аналогичные показаниям свидетеля Г.Л.А., дополнив их тем, что на следующий день, то есть 3 февраля 2017 года, от Г.Л.А. ей стало известно, что ФИО1 убила С.Р.Р. (т. 1, л.д. 84-86).

Свидетель У.С.А. суду показал, что 2 февраля 2017 года примерно в 16 часов он заступил на службу по охране общественного порядка и общественной безопасности совместно с Х.Ф.Ф.. Примерно в 20 часов от дежурного УМВД России по г. Набережные Челны поступило сообщение о ножевом ранении по адресу: .... По прибытию на указанный адрес, дверь им открыла ФИО1, у которой в руке находился окровавленный нож. Одежда ФИО1 так же была в крови. Увидев это, они потребовали, чтобы ФИО1 положила нож. ФИО1 убрала нож на обувной стеллаж в коридоре. Они прошли в квартиру и обнаружили труп мужчины. В другой комнате находилось двое малолетних детей, которые плакали. Когда они спросили у ФИО1 о том, что случилось, она ответила, что труп мужчины принадлежит ее мужу С.Р,Р. Со слов ФИО1 она нанесла С.Р.Р. удары ножом из-за того, что он не отпускал ее гулять с подружками, так как до этого она выпивала с ними у себя дома, и они предложили ей продолжить вечер в их компании. ФИО1 оскорбил отказ С.Р.Р. и она нанесла ему удары ножом, от которых он умер. На вопрос о том, не бил ли ее С.Р.Р., ФИО1 ответила: «нет, он на меня никогда руку не поднимал, я сама его постоянно била». Помимо ФИО1, трупа С.Р.Р. и двух малолетних детей в квартире больше никого не было. Затем они вызвали бригаду скорой помощи и СОГ. На ФИО1 видимых телесных повреждений не было, она находилась в состоянии алкогольного опьянения, помнила все обстоятельства происшедшего.

Свидетель Х.Ф.Ф. дал показания, аналогичные показаниям свидетеля У.С.А. об обстоятельствах прибытия по адресу: ..., обнаружения там трупа С.Р.Р. с признаками насильственной смерти, описания обстановки в квартире, состояния и пояснений ФИО1 на месте преступления.

Из показаний свидетеля Г.М.Р., данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, следует, что 2 февраля 2017 года с 7 часов она находилась на суточном дежурстве совместно с фельдшером С.В.М. В 19 часов 1 минуту от диспетчера поступило сообщение о ножевом ранении по адресу: .... В 19 часов 7 минут они прибыли на указанный адрес, где находились сотрудники полиции, женщина (ФИО1), двое детей. ФИО1 была в средней степени алкогольного опьянения, была возбуждена и пояснила, что вместе с мужем употребляла спиртное, после чего в ходе распития спиртных напитков они с супругом поругались, и она нанесла ему ножевые ранения. В спальной комнате на полу лежал мужчина (С.Р.Р..) в луже крови. Они начали проводить реанимационные мероприятия, однако на момент их приезда уже было понятно, что смерть наступила ранее. Реанимационные мероприятия не дали положительных результатов и была зафиксирована смерть. На теле С.Р.Р. имелись ножевые ранения. ФИО1 находилась в состоянии возбуждения, небольшой агрессии, не плакала, рассказывала все отчетливо. В квартире были бутылки из-под алкоголя – пива, водки, ремонт отсутствовал, вещи были разбросаны, то есть квартира была асоциальна. От соседей ей стало известно, что в этой квартире часто происходили конфликты (т. 1, л.д. 89-91).

Из показаний свидетеля С.В.М., данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, следует, что он дал показания, аналогичные показаниям свидетеля Г.М.Р. об обстоятельствах прибытия по адресу: ..., обнаружения там трупа ФИО4 с признаками насильственной смерти, проведенных реанимационных мероприятиях, описания обстановки в квартире, состояния и пояснений ФИО1 на месте преступления, а именно, что она нанесла ножевые ранения С.Р.Р. в ходе ссоры после совместного распития спиртных напитков, что муж ей надоел и не нужен (т. 1, л.д. 92-94).

Свидетель Б.Ф.С. суду показала, что ..., в которой жила семья С., находится над ее кв. .... Данная семья была малообеспеченной, часто она слышала шум, ругань, плачь детей, которые доносились из указанной квартиры. 2 февраля 2017 года она находилась дома. Примерно в 18 часов слышала, как ФИО1 и С.Р.Р. стали ругаться, примерно через 10 минут услышала плач детей, а потом стало тихо. Примерно в 19 часов 10 минут увидела, как к дому приехали сотрудники полиции и скорой медицинской помощи, от которых ей стало известно, что ФИО1 убила мужа.

Свидетель Ф.Р.А. суду показала, что квартира, в которой проживали С., находится под ее кв. .... Из этой квартиры часто доносились крики, ругань, в основном это были крики ФИО1 на мужа, по характеру С.Р.Р. был спокойный. Судя по пустым бутылкам из-под пива, они часто злоупотребляли спиртным. 2 февраля 2017 года примерно в 19 часов 30 минут, когда она возвращалась домой, то видела у подъезда машины полиции и скорой помощи. На лестничной площадке она увидела ФИО1 и полицейских, от которых узнала, что ФИО1 убила мужа.

В судебном заседании свидетель М.Э.Ф. отказалась от дачи показаний в отношении родной сестры ФИО1, пояснив, что показания, которые были даны в ходе предварительного следствия, она подтверждает в полном объеме.

Будучи допрошенной в ходе предварительного следствия свидетель М.Э.Ф. показала, что характеризует сестру, как с положительной, так и с отрицательной стороны. По характеру ФИО1 вспыльчивый человек, её легко разозлить. ФИО1 общительная, с близкими может поделиться проблемами, но чаще пыталась решить все сама. Спиртными напитками ФИО1 не злоупотребляла, но часто выпивала пиво и другие спиртные напитки, в запои не уходила. Примерно в 2009 году ее сестра познакомилась с будущим мужем С.Р.Р. От совместно брака у них двое детей. Воспитанием детей занималась ФИО1, которая не работала и все время находилась дома. С.Р.Р. постоянного источника дохода не имел, употреблял спиртные напитки, в связи с чем, между ними возникали конфликты на бытовой почве. 2 февраля 2017 года примерно в 21 час ей позвонила ФИО1 и попросила забрать детей. На вопрос о том, что случилось, ФИО1 ответила, что зарезала С.Р.Р. 1 февраля 2017 года ей и ФИО1 сообщили, что у их матери рак III стадии. При совершении убийства ФИО1 находилась в состоянии алкогольного опьянения (т. 1, л.д. 68-70).

Свидетель А.Р.Р. суду показал, что состоит в должности начальника отделения .... 2 февраля 2017 года примерно в 19 часов 5 минут получил сообщение о ножевых ранениях по адресу: .... По прибытию на место, в квартире находились сотрудники ППС, ФИО1 и ее малолетние дети. В спальной комнате на полу лежал труп С.Р.Р, с ножевыми ранениями. После проведения осмотра места происшествия ФИО1 доставили в ..., свою причастность к убийству мужа она не отрицала, имела признаки алкогольного опьянения. ФИО1 рассказала, что 2 февраля 2017 года к ней в гости пришли Г.Л.А. и М.А.Ю., после чего они, а также ее муж С.Р.Р. стали употреблять спиртные напитки. Примерно в 18 часов М.А.Ю. и Г.Л.А. собрались домой, при этом последняя пригласила ее в гости. ФИО1 захотела пойти с подругой, и стала одеваться, детей намеревалась отставить с мужем. Однако С.Р.Р. это не понравилось, он сказал ей, чтобы она забрала с собой дочь, на что ФИО1 ответила отказом. С.Р.Р. сказал, что в таком случае она вообще никуда не пойдет. На этой почве между ними возникла ссора, в ходе которой ФИО1 схватила нож, находившийся на кухне, прошла в спальню, где нанесла множественные удары ножом по телу С.Р.Р. Затем она вызвала сотрудников полиции и скорой помощи. До прибытия сотрудников полиции и бригады скорой медицинской помощи С.Р.Р. умер от полученных ранений. По прибытию в отдел полиции ФИО1 изъявила желание написать явку с повинной, в которой она собственноручно, без какого-либо давления на нее, без подсказок и диктовки, подробно описала обстоятельства, совершенного преступления. ФИО1 говорила, что убила мужа из-за того, что он не отпустил ее с подругой, а на вопрос о том, избивал ли ее супруг, она отвечала, что муж ее никогда не бил, вообще был тихий. ФИО1 была спокойна, агрессии не проявляла, даже наоборот, иногда говорила о случившемся с улыбкой. Только когда вспоминала о детях, ей становилось грустно. О совершении убийства ФИО1 жалела и раскаивалась. При этом она все происходящее в тот вечер помнила отчетливо, подробно, без каких-либо подсказок и восполнения событий, описывала обстоятельства того вечера, воспроизводила детали совершенного преступления.

Свидетель С.А.Т. суду показал, что состоит в должности следователя по .... В его производстве находилось уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. 2 февраля 2017 года он произвел задержание, а 3 февраля 2017 года - допрос в качестве подозреваемой, проверку показаний на месте с участием ФИО1 При производстве следственных действий ФИО1 не отрицала свою причастность к убийству С.Р.Р., признательные показания давала самостоятельно, в присутствии защитника, без какого-либо давления на нее со стороны сотрудников правоохранительных органов. От ФИО1 ему стало известно, что 2 февраля 2017 года дома она употребляла спиртные напитки вместе со своими подругами и мужем. Когда подруги собрались уходить, она решила пойти с ними, чтобы продолжить употреблять спиртное, однако муж ее не отпускал без ребенка, в связи с этим, между ними возникла ссора. В ходе этой ссоры она взяла нож и нанесла им не менее 3 ударов в область левой руки С.Р.Р., а когда он упал, села на него и нанесла ему еще не менее 3 ударов ножом в спину. От полученных ударов С.Р.Р. скончался на месте происшествия. ФИО1 подробно и последовательно рассказывала о том, как она совершила это преступление, в деталях воспроизводила события того вечера, описывала механизм нанесения ударов ножом потерпевшему. Протоколы допроса и проверки показаний на месте были подписаны защитником и самой ФИО1 после их личного прочтения, все, что изложено в этих протоколах, было записано со слов ФИО1, каких-либо замечаний от нее и ее защитника не поступало.

Из показаний свидетеля А.Р.Р., данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, следует, что семья С. на профилактическом учете в ... не состояла. Жалоб и замечаний на ненадлежащее воспитание детей не поступало. С. родительских прав не лишались, административные материалы на них за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей, не составлялись. В результате совершенного преступления малолетние дети С. помещены в инфекционную больницу г. Набережные Челны (т. 1, л.д. 59-60).

Согласно протоколу явки с повинной ФИО1 2 февраля 2017 года после обеда она находилась дома вместе с детьми и мужем С.Р.Р. К ней в гости пришли подруги Г.Л.А. и М.А.Ю., вчетвером они выпили 4 литра пива. Около 18 часов М.А.Ю. и Г.Л.А. собрались домой, при этом последняя пригласила ее в гости. Она согласилась и, решив оставить детей с мужем, начала одеваться. С.Р.Р. это не понравилось, он начал требовать, чтобы она взяла с собой дочь, на что она ответила ему отказом. Тогда С.Р.Р. сказал, что вообще никуда ее не отпустит, и они начали ругаться. В ходе ссоры она схватила нож, лежавший на кухне и, уронив С.Р.Р. на пол в спальной комнате, нанесла ему около 10 ударов ножом в область грудной клетки и живота. После этого вызвала сотрудников полиции и скорой помощи, но С.Р.Р. умер. В содеянном раскаивается, вину признает полностью (т. 1, л.д. 29-30).

В ходе проведения проверки показаний на месте ФИО1 подтвердила показания об обстоятельствах убийства 2 февраля 2017 года С.Р.Р. в их квартире, расположенной по адресу: ..., из которых следует, что 2 февраля 2017 года примерно с 18 до 19 часов между ней и С.Р.Р. произошел конфликт в коридоре указанной квартиры, в ходе которого она взяла в правую руку нож, прошла в спальную комнату, где нанесла не менее 3 ударов ножом в область левой руки С.Р.Р, а когда он упал, села на него и нанесла ему еще не менее 3 ударов ножом в спину. В ходе проведения проверки показаний на месте ФИО1 описала обстановку в квартире, показала месторасположение потерпевшего в момент причинения ножевых ранений, показала на манекене механизм нанесения ударов ножом потерпевшему (т. 1, л.д. 222-239).Согласно заключению эксперта № ... от 10 марта 2017 года по результатам сравнительного исследования не исключается возможность формирования всех колото-резанных повреждений на теле С.Р.Р. при условиях и обстоятельствах, показанных ФИО1 в допросах и при проверке показаний на месте от 3 февраля 2017 года (т. 1, л.д. 179-185).

По заключению эксперта № ... от 7 февраля 2017 года у ФИО1 обнаружены телесные повреждения в виде ссадин 2 и 3 пальцев левой кисти, царапины и ссадины правой кисти, ссадины правой коленной области, кровоподтеков левой дельтовидной области, левого бедра, правой и левой голени, которые не причинили вреда здоровью, получены в результате ударно-травматического воздействия тупых твердых предметов, сроком давности кровоподтеки в пределах 4-10 суток, ссадины и царапина в пределах 5-7 суток до момента проведения экспертизы (3 февраля 2017 года). При производстве экспертизы ФИО1 пояснила, что муж ей ударов не наносил, при задержании сотрудники МВД ударов тоже не наносили, жалоб нет (т. 1, л.д. 120-121).

Согласно сообщению КУСП № ... 2 февраля 2017 года в 19 часов 1 минуту ФИО1 сообщила о том, что нанесла ножевые ранения мужу (т. 1, л.д. 26).

Из карты вызова скорой медицинской помощи следует, что 2 февраля 2017 года в 18 часов 58 минут от очевидца с абонентским номером ... (Г.Л.А.) поступил вызов о необходимости оказания медицинской помощи С.Р.Р. по адресу: ..., в связи с полученными ножевыми ранениями (т. 1, л.д. 95-96).

Из протокола осмотра места происшествия следует, что осмотрена двухкомнатная квартира по адресу: ..., где на полу в спальной комнате обнаружен труп С.Р.Р. со следами насильственной смерти. С места происшествия, кроме прочего, изъяты нож с верхней полки стеллажа для обуви в коридоре; одежда ФИО1 (салатовая безрукавка, пара носков, черный спортивный костюм); смыв вещества бурого цвета на марлевый тампон с пола в спальной комнате; дактокарта на ФИО1; 6 липких лент со следами пальцев рук со стеклянных стаканов, фарфоровых чашек и двух полимерных баллонов, сотовый телефон (т. 1, л.д. 10-23).

Согласно заключению эксперта № ... от 22 февраля 2017 года причиной смерти С.Р.Р. явились колото-резанные раны задней поверхности грудной клетки справа, проникающие в правую плевральную полость с повреждением нижней доли правого легкого, сопровождающиеся кровоизлиянием в правую плевральную полость и осложнившиеся развитием острой кровопотери. При судебно-медицинской экспертизе трупа обнаружены телесные повреждения: а) рана в правой подлопаточной области (рана № 2) с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, мягких тканей и пристеночной плевры в 10 межреберье справа, проникающая в правую плевральную полость с повреждением нижней доли правого легкого и рана в правой подлопаточной области (рана № 3) с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, мягких тканей и пристеночной плевры в проекции 8 межреберья справа, краевым повреждением костной части 9 ребра, проникающая в правую плевральную полость с повреждением нижней доли правого легкого, осложнившиеся развитием острой кровопотери. Данные телесные повреждения состоят в прямой причинной связи со смертью, причинили тяжкий вред здоровью, так как явились опасными для жизни. Образовались от действия колюще-режущего предмета, типа клинка ножа, имеющего острие и лезвие. Данные повреждения носят прижизненный характер, причинены в срок не более 2-х часов до момента наступления смерти; б) рана левой надлопаточной области (рана № 1) и раны передней и задней области левого плеча (раны №№ 4, 5 и 6) с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки и мягких тканей, в прямой причинной связи со смертью не состоят, при обычном течении у живых лиц причинили бы легкий вред здоровью, так как повлекли бы расстройство здоровья продолжительностью до 21 дня. Образовались от действия колюще-режущего предмета, типа клинка ножа, имеющего острие и лезвие. Данные повреждения носят прижизненный характер, причинены в срок не более 2-х часов до момента наступления смерти; в) ссадина лобной области (1), а также ссадины (2) и кровоподтек правого предплечья в прямой причинной связи со смертью не состоят, при обычном течении у живых лиц не причинили бы вреда здоровью, образовались от воздействия тупого(-ых) твердого(-ых) предмета(-ов), механизм – удар(-ры), сдавление, трение. Давность образования не более 3 суток до момента наступления смерти. Давность наступления смерти С.Р.Р. определяется около 12-24 часов до начала проведения судебно-медицинской экспертизы. При судебно-химической экспертизе в крови от трупа С.Р.Р. обнаружен этиловый спирт, концентрация которого могла соответствовать сильной степени алкогольного опьянения (т. 1, л.д. 104-116).

Согласно заключению эксперта № ... от 9 марта 2017 года на представленных лоскутах кожи от трупа С.Р.Р. обнаружены повреждения колото-резаного характера. Результаты исследования данных повреждений свидетельствуют о том, что они являются колото-резанными, причинены воздействием плоского колюще-режущего орудия типа клинка ножа, имевшего острие, острую кромку (лезвие) и тупую кромку (обух) шириной погруженной части: для повреждения № 2 не более 28 мм, для повреждения № 3 не более 25 мм, для повреждения на лоскуте кожи с левого плеча не более 45 мм (т. 1, л.д. 167-174).

Из протокола осмотра предметов следует, что осмотрен нож с клинком из блестящего металла и ручкой черного цвета, изъятый в ходе осмотра места происшествия (т. 1, л.д. 197-203).

Заключением эксперта № ... от 9 марта 2017 года установлено, что не исключается возможность нанесения колото-резанных повреждений на лоскутах кожи С.Р.Р. клинком ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия (т. 1, л.д. 157-163).

Согласно протоколу выемки сотрудник Набережночелнинского филиала ГАУЗ «РБ СМЭ МЗ РТ» Г.А.З. добровольно выдал одежду с трупа С.Р.Р.: штаны серого цвета, футболку белого цвета, пару носков черного цвета, трусы черного цвета (т. 1, л.д. 98-101).

Согласно протоколу изъятия образцов для сравнительного исследования у ФИО1 получены образцы защечного эпителия (т. 1, л.д. 143-144).

Из протокола осмотра предметов следует, что осмотрены предметы одежды ФИО1, изъятые в ходе осмотра места происшествия; предметы одежды С.Р.Р., изъятые в ходе выемки; образцы крови С.Р.Р., защечного эпителия ФИО1, ватно-марлевый тампон со смывом вещества красно-бурого цвета (т. 1, л.д. 205-207).

Согласно заключению эксперта № ... от 9 марта 2017 года в смыве с пола комнаты, на ноже, футболке, трусах, кальсонах, носках С.Р.Р., на футболке, кофте и одном носке ФИО1 обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от С.Р.Р. На кофте ФИО1 обнаружена кровь человека и не исключает смешения крови потерпевшего С.Р.Р. и иного лица (т. 1, л.д. 148-153).

Согласно заключению эксперта № 59 от 11 февраля 2017 года, следы пальцев рук, изъятые с баллона из-под пива, со стакана на месте происшествия, оставлены пальцами левой и правой руки ФИО1 (т. 1, л.д. 135-140).

Из протокола осмотра предметов следует, что осмотрен сотовый телефон ФИО1, изъятый в ходе осмотра места происшествия, в котором сохранена информация об исходящих звонках от 2 февраля 2017 года в 18 часов 57 минут абоненту «102», в 19 часов 5 минут – абоненту «103» (т. 1, л.д. 205-207).

Согласно заключению экспертов № ... от 8 февраля 2017 года ФИО1 каким-либо психическим расстройством не страдает и не страдала им во время инкриминируемого ей правонарушения. В то время признаков какого-либо временного болезненного расстройства психики также не обнаруживала, находилась в состоянии простого алкогольного опьянения. В отношении инкриминируемого деяния она могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО1 также может осознавать фактический характер своих действия и руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается. Индивидуально-психологических особенностей, которые могли бы оказать существенное влияние на ее поведение в исследуемой ситуации, не имеется. ФИО1 в период, соответствующий времени инкриминированного деяния, в состоянии сильного душевного волнения (аффекта) не находилась (т. 1, л.д. 128-131).

Исследовав и оценив в совокупности собранные по уголовному делу доказательства, признавая их достаточными, достоверными, относимыми и допустимыми, суд делает вывод о доказанности вины подсудимой ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления в полном объеме.

На основании вышеприведенных доказательств, судом установлено, что ФИО1 умышленно причинила смерть С.Р.Р.

Оценивая показания подсудимой ФИО1, данные в судебном заседании, суд считает их достоверными только в той части, не противоречащей показаниям допрошенных свидетелей и потерпевшего. За основу в оценке содеянного ФИО1 суд берет показания подсудимой, данные в ходе предварительного следствия, которые согласуются с другими исследованными доказательствами, с показаниями потерпевшего, свидетелей, протоколами осмотров, заключениями судебных экспертиз и иными материалами дела.

При решении вопроса о направленности умысла виновной суд исходит из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывает, в частности, способ и орудие преступления – нож, то есть предмет с высокой поражающей силой, количество, характер и локализацию телесных повреждений, а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновной и потерпевшего, их взаимоотношения.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 осознавала общественную опасность своих действий, предвидела неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти С.Р.Р. и желала их наступления, то есть она действовала с прямым умыслом на лишение жизни потерпевшего. При этом мотивом причинения смерти С.Р.Р. послужили личные неприязненные отношения к потерпевшему, возникшие из-за ранее произошедшей ссоры при совместном употреблении алкоголя, а преступный умысел на лишение потерпевшего жизни достигнут при помощи орудия преступления – ножа, которым были нанесены удары, в том числе, в заднюю поверхность грудной клетки (спину), то есть в область расположения жизненно важных органов человека.

Доводы подсудимой и стороны защиты о том, что в момент совершения преступления ФИО1 была сильно взволнована, в результате аморального поведения С.Р.Р. по отношению к подсудимой, суд находит несостоятельными.

В соответствии с положением ст. 107 УК РФ убийство признается совершенным в состоянии физиологического аффекта, когда оно вызвано насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо иными противоправными или аморальными его действиями, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего.

Однако, конфликтная ситуация между подсудимой ФИО1 и потерпевшим С.Р.Р. не дает оснований рассматривать её в качестве смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, поскольку со стороны С.Р.Р. не было каких-либо противоправных или аморальных действий. Как установлено судом, совершение ФИО1 убийства С.Р.Р. было вызвано не подобными действиями со стороны потерпевшего, а возникшими непосредственно перед совершением преступления неприязненными отношениями в результате ссоры на бытовой почве после совместного распития спиртных напитков.

У суда нет оснований сомневаться в правдивости показаний свидетеля Г.Л.А., которыми установлено, что ссора между ФИО1 и С.Р.Р. возникла по причине того, что ФИО1 хотела пойти вместе с ней, но не хотела брать с собой ребенка, а С.Р.Р. был против этого. Показаниями свидетелей У.С.А., Х.Ф.Ф., Г.М.Р., С.В.М., А.Р.Р., С.А.Т. также подтверждено, что непосредственно после совершения преступления ФИО1 рассказывала, что убила мужа из-за того, что он не отпускал ее погулять с подругой, с целью продолжения употребления спиртных напитков на улице, что она разозлилась на него, при этом ни в тот вечер, ни до этого муж ее не бил. Показания свидетелей по делу не противоречивы и полностью совпадают. Мотивов для оговора подсудимой у указанных лиц не имеется. Употребление С.Р.Р. алкоголя, отсутствие у него постоянного места работы не являются обстоятельствами, безусловно свидетельствующими о его аморальном поведении, и влиянии этого поведения на мотивы совершения ФИО1 преступления. Из установленных судом обстоятельств дела следует, что со стороны С.Р.Р. в момент нанесения ударов ножом ФИО1 неправомерных действий, которые могли бы вызвать состояние аффекта у подсудимой, не совершалось, в связи с чем, у суда нет оснований полагать, что убийство С.Р.Р. подсудимая ФИО1 совершила в состоянии физиологического аффекта.

Наличие такого аффекта у подсудимой опровергнуто и выводами судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы.

Как следует из выводов психолога, индивидуально-психологические особенности ФИО1 не превышают одного из вариантов нормы и характеризуются: эмоциональной неустойчивостью, раздражительными реакциями, формальной критикой к своим поступкам, развитыми коммуникативными навыками. Индивидуально-психологических особенностей, которые могли бы оказать существенное влияние на ее поведение в исследуемой ситуации, не имеется. ФИО1 в период, соответствующий времени инкриминированного деяния, в состоянии сильного душевного волнения (аффекта) не находилась. Ее действия в процессе совершения правонарушения и после него были последовательными и целенаправленными. У нее не отмечается аффектогенной амнезии элементов обследуемой ситуации, она воспроизводит последовательность и характер своих действий и поведение потерпевшего. Не отмечается и постаффектного состояния с явлениями вялости, апатии, снижения активности.

Доводы ФИО1 о том, что она не понимала содеянное и не помнит обстоятельства причинения телесных повреждений С.Р.Р., также опровергаются заключением экспертов-психиатров, которые пришли к выводу, что ФИО1 каким-либо психическим расстройством не страдает и не страдала им во время инкриминируемого ей правонарушения. В то время признаков какого-либо временного болезненного расстройства психики также не обнаруживала, находилась в состоянии простого алкогольного опьянения. Об этом свидетельствуют ее показания об употреблении ею спиртного перед содеянным, о целенаправленности ее действий, сохранности ориентировки в окружающем, а также сохранность воспоминаний о том периоде времени. Поэтому в отношении инкриминируемого деяния она могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Таким образом, суд приходит к выводу, что действия ФИО1 были осмысленными, последовательными и целенаправленными.

Суд находит доводы подсудимой ФИО1 о том, что при написании явки с повинной оперативный сотрудник, а при допросе в качестве подозреваемой и при проверке показаний на месте следователь подсказывали ей обстоятельства совершенного преступления, восполняли ее показания, надуманными, расценивает их как попытку избежать уголовной ответственности.

Из протокола явки с повинной, протоколов допроса в качестве подозреваемой и проверки показаний на месте следует, что в протоколе явки с повинной ФИО1 собственноручно изложила обстоятельства, совершенного преступления, каких-либо замечаний к данному протоколу не сделала; допрос в качестве подозреваемой, проверка показаний на месте производились с участием ее защитника Р.А.А., каких-либо заявлений от ФИО1 и защитника перед началом, в ходе либо по окончании следственных действий также не поступило. В ходе данных следственных действий ФИО1 подробно описывала, откуда взяла нож, каким образом его держала, где в это время находился потерпевший, в какую область и в какой последовательности она наносила ему удары ножом – не менее 3 ударов в область левой руки, затем не менее 3 ударов в спину. В последующем при допросах в качестве обвиняемой, а также при проведении психолого-психиатрической экспертизы, ФИО1 полностью подтверждала эти показания.

В судебном заседании свидетель А.Р.Р. показал, что ФИО1 добровольно написала явку с повинной, самостоятельно описала обстоятельства, совершенного преступления, все помнила отчетливо, какого-либо давления на нее не оказывалось, подсказок не делалось. Свидетель С.А.Т. подтвердил, что признательные показания ФИО1 давала в присутствии своего защитника, подробно и последовательно рассказывала о том, как она совершила преступление, в деталях воспроизводила события того вечера, описывала механизм нанесения ударов ножом потерпевшему. Протоколы следственных действий были подписаны защитником и самой ФИО1 после их личного прочтения, все, что изложено в протоколах, было записано со слов ФИО1, каких-либо замечаний от нее и ее защитника не поступало.

Допросы ФИО1 в ходе предварительного следствия проведены и оформлены с соблюдением требований закона, в том числе с разъяснением ей положений ст. 51 Конституции РФ и с предупреждением о возможности использования ее показаний в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от этих показаний. Право ФИО1 на защиту было реально обеспечено.

Подсудимая ФИО1 подтвердила в судебном заседании, что в ходе предварительного следствия давала показания добровольно без какого-либо принуждения.

С учетом установленных фактических обстоятельств дела, действия подсудимой ФИО1 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При обсуждении вопроса о вменяемости подсудимой ФИО1 суд учитывает данные о ее уровне развития, социальной адаптации, сведения о состоянии здоровья, выводы судебно-психиатрической экспертизы.

По заключению комплексной психолого-психиатрической экспертизы ФИО1 каким-либо психическим расстройством не страдает и не страдала им во время инкриминируемого ей правонарушения. В то время признаков какого-либо временного болезненного расстройства психики также не обнаруживала, находилась в состоянии простого алкогольного опьянения. В отношении инкриминируемого деяния она могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО1 также может осознавать фактический характер своих действия и руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается (т. 1, л.д. 128-131).

Принимая во внимание заключение указанной экспертизы, учитывая сведения о личности и состоянии здоровья ФИО1, а также принимая во внимание поведение ФИО1 до, во время и после совершения преступления, и в судебном заседании, - у суда не имеется оснований сомневаться в объективности выводов экспертов, проводивших психолого-психиатрическое исследование. При таких обстоятельствах суд признает ФИО1 вменяемой и подлежащей уголовной ответственности.

При назначении подсудимой ФИО1 наказания суд в соответствии со ст.ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства его совершения, данные о личности виновной, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни ее семьи.

С учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимой, суд признает обстоятельством, отягчающим наказание, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку нахождение подсудимой в состоянии опьянения согласно исследованным доказательствам, в том числе и показаниям ФИО1, показаниям свидетелей являлось одной из причин совершения преступления, оно сняло внутренний контроль за поведением подсудимой, вызвало немотивированную агрессию к потерпевшему, что и привело к его убийству.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимой, суд признает и в полной мере учитывает то, что ФИО1 впервые совершила преступление, вину признала полностью, раскаялась в содеянном, принесла извинения брату погибшего, который просил ее строго не наказывать; явилась с повинной, активно способствовала раскрытию и расследованию преступления; сама сообщила о произошедшем в полицию, звонила в скорую помощь с целью оказания медицинской помощи потерпевшему; имеет двух малолетних детей; к административной ответственности не привлекалась, на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется положительно; за время обучения в общеобразовательных учреждениях каких-либо жалоб и замечаний на нее не поступало, а также учитывает молодой возраст и состояние здоровья ФИО1, страдающей рядом хронических заболеваний, факт смерти ее отца, состояние здоровья близких родственников, в том числе матери, страдающей онкологическим заболеванием.

Указанную совокупность смягчающих наказание обстоятельств суд считает возможной признать исключительной и применить к ФИО1 положения ст. 64 УК РФ, назначив наказание ниже низшего предела, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и без назначения дополнительных видов наказания, считая достаточным для ее исправления назначение только основного вида наказания.

Оснований для изменения категории совершенного преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется. Оснований для назначения наказания с применением ст. 73 УК РФ суд, с учетом обстоятельств преступления и личности подсудимой, не усматривает, полагая, что исправление осужденной без реального лишения свободы невозможно.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания должно быть назначено ФИО1 в исправительной колонии общего режима.

По делу отсутствуют основания для предоставления ФИО1 отсрочки от отбывания наказания в соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ, на что указывают повышенная общественная опасность совершенного особо тяжкого преступления против жизни человека, личность подсудимой, а также то обстоятельство, что в настоящее время дети подсудимой находятся на воспитании в приемной семье в Сармановском муниципальном районе РТ.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вопрос о вещественных доказательствах подлежит разрешению в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ей наказание, с применением ст. 64 УК РФ, в виде лишения свободы сроком на 5 (пять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять, начиная с 23 мая 2017 года, зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания время ее содержания под стражей со 2 февраля 2017 года по 22 мая 2017 года.

Меру пресечения ФИО1 в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу - оставить без изменения.

Вещественные доказательства: сотовый телефон «...», принадлежащий ФИО1, - передать М.Э.Ф.; нож, одежду ФИО1 и С.Р.Р. - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд РТ через Набережночелнинский городской суд РТ в течение 10 суток со дня провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы или представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: подпись.

Копия верна.

Судья: Шамсутдинов Б.Г.

Секретарь: Галаутдинова А.Н.

Приговор вступил в законную силу 3 июня 2017 года.

Судья: Шамсутдинов Б.Г.