Решение № 2-1901/2025 2-1901/2025~М-885/2025 М-885/2025 от 27 августа 2025 г. по делу № 2-1901/2025

№2-1901/2025

36RS0005-01-2025-001247-90


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 августа 2025 года г. Воронеж

Советский районный суд г. Воронежа в составе:

председательствующего судьи Корпусовой О.И.,

при секретаре Стародубцеве А.А.,

с участием представителя истца по доверенности от 10.01.2025 ФИО1, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению Межрайонной ИФНС России №16 по Воронежской области к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

Межрайонная ИФНС России №16 по Воронежской области обратилась в Советский районный суд г. Воронежа с иском к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения.

В обосновании заявленных требований истец указал, что ответчик ФИО2 состоит на налоговом учете в Межрайонной ИФНС России №16 по Воронежской области. На основании представленных в Межрайонную ИФНС России №16 по ВО налоговых деклараций по налогу на доходы физических лиц по форме №3-НДФЛ за 2018 год налоговым органом был неправомерно произведен возврат налога на доходы физических лиц в сумме 103 381 рублей. ФИО2 в 2018 году представила в налоговый орган декларацию, согласно которой налогоплательщиком был заявлен имущественный налоговый вычет по объекту недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес> кадастровый № Данное недвижимое имущество было приобретено налогоплательщиком на основании договора купли-продажи с использованием кредитных средств в 2018 году. Сумма фактически произведенных расходов на приобретение недвижимого имущества составила 1 740 000 рублей. Налогоплательщик ФИО2 заявила право на имущественный налоговый вычет в размере 944 758,58 рублей, за приобретенную квартиру и суммой налога к возврату 103 381 рублей. Данный вычет налоговым органом был предоставлен, что подтверждается решениями о возврате суммы излишне уплаченного налога, а также выпиской из программного комплекса АИС Налог 3, с указанием номера счета на который производились зачисления. Имущественный налоговый вычет за 2018 год не может быть предоставлен ФИО2 в заявленном размере, так как данный налоговый вычет был предоставлен налогоплательщику на квартиру в 1/1 доли, приобретенную в 2000 году, расположенную по адресу: г. Воронеж в размере 60419,63 рублей за 2000 год. Таким образом, ФИО2 по итогам 2018 года не имеет право на имущественный налоговый вычет в размере 944 758,58 рублей за приобретенную квартиру и суммой налога к возврату 103 381 рублей, поскольку имущественный налоговый вычет ответчиком был использован в полном объеме. Согласно сведениям из единого налогового счета сумма налога в размере 944 758,58 рублей за приобретенную квартиру и сумма налога к возврату 103 381 рублей была ошибочно возвращена на расчетный счет налогоплательщика 02.04.2021. Таким образом, у ФИО2 возникло неосновательное обогащение, подлежащее взысканию. Декларация была также заполнена некорректно, в разделе 7 (п.2.1 - сумма имущественного налогового вычета по расходам на новое строительство или приобретение объекта, принятая к учету при определении налоговой базы за предыдущие налоговые периоды) не была отражена информация о ранее предоставленном имущественном налоговом вычете. Камеральная проверка данной декларации была завершена с нарушениями. Составлен акт налоговой проверки №1643 от 05.03.2022 и вынесено решение №1747 от 19.04.2022 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Сумма, подлежащая возврату из бюджета за имущественный налоговый вычет направленная на погашение процентов, составила 103 381 рублей. В связи с тем, что была произведена частичная уплата, задолженность по неосновательному обогащению составляет 56694,99 рублей. Считая свои права нарушенными, истец обратился в суд с настоящим иском, в котором просит взыскать в свою пользу с ФИО2 сумму неосновательного обогащения в размере 56 694,99 рублей (л.д. 5-8).

В процессе рассмотрения дела истец уточнил исковые требования в порядке ст. 39 ГПК Российской Федерации, окончательно просит взыскать в свою пользу с ФИО2 сумму неосновательного обогащения в размере 103 381 рублей (л.д.43-44).

Представитель истца – ФИО1 поддержал уточенные исковые требования, просил удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала в полном объеме, просила оставить исковое заявление без удовлетворения. Согласно письменного отзыва, полагала, что срок взыскания задолженности истек. Просила применить последствия истечения срока исковой давности (л.д.45-46).

Третье лицо - Межрайонная ИФНС России №15 по Воронежской области для участия в судебном заседании своего представителя не направило, о дате, месте и времени слушания дела извещено надлежащим образом, об уважительности причин неявки суд не уведомило.

Согласно ч. 1 ст. 35 ГПК Российской Федерации лица, участвующие в деле, самостоятельно используют принадлежащие им процессуальные права и обязанности, и должны использовать их добросовестно.

Неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу, в связи с чем, на основании статьи 167 ГПК Российской Федерации, суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Заслушав явившихся участников процесса, изучив материалы дела, исследовав представленные по делу письменные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

В силу ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности (п. 1). В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе вследствие неосновательного обогащения (п/п 7 п. 1).

В силу положений статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Вместе с тем, закон устанавливает и исключения из этого правила, а именно излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки. При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределением бремени доказывания на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение (неосновательно получено либо сбережено имущество); обогащение произошло за счет истца; размер неосновательного обогащения. Соответственно истцу надлежит доказать, что имело место обогащение ответчика за его счет, при отсутствии правового основания для такого обогащения. В свою очередь ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пп. 3 п. 1 ст. 220 Налогового кодекса Российской Федерации в редакции, действующей с 1 января 2014 года, при определении размера налоговых баз в соответствии с пунктом 3 или 6 статьи 210 настоящего Кодекса налогоплательщик имеет право на имущественный налоговый вычет в размере фактически произведенных налогоплательщиком расходов на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилых домов, квартир, комнат или доли (долей) в них, приобретение земельных участков или доли (долей) в них, предоставленных для индивидуального жилищного строительства, и земельных участков или доли (долей) в них, на которых расположены приобретаемые жилые дома или доля (доли) в них.

Имущественный налоговый вычет, предусмотренный подпунктом 3 пункта 1 настоящей статьи, предоставляется с учетом следующих особенностей:

имущественный налоговый вычет предоставляется в размере фактически произведенных налогоплательщиком расходов на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации одного или нескольких объектов имущества, указанного в подпункте 3 пункта 1 настоящей статьи, не превышающем 2 000 000 рублей.

В случае, если налогоплательщик воспользовался правом на получение имущественного налогового вычета в размере менее его предельной суммы, установленной настоящим подпунктом, остаток имущественного налогового вычета до полного его использования может быть учтен при получении имущественного налогового вычета в дальнейшем на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилого дома, квартиры, комнаты или доли (долей) в них, приобретение земельных участков или доли (долей) в них, предоставленных для индивидуального жилищного строительства, и земельных участков или доли (долей) в них, на которых расположены приобретаемые жилые дома или доля (доли) в них.

При этом предельный размер имущественного налогового вычета равен размеру, действовавшему в налоговом периоде, в котором у налогоплательщика впервые возникло право на получение имущественного налогового вычета, в результате предоставления которого образовался остаток, переносимый на последующие налоговые периоды (пп. 1 п. 3 ст. 220 Налогового кодекса Российской Федерации).

Как установлено в судебном заседании и подтверждается представленными материалами дела, ФИО2 состоит на налоговом учете в Межрайонной ИФНС России №16 по Воронежской области, что сторонами в судебном заседании не оспаривалось.

19.06.2017 между ФИО3 (продавец) и ФИО2 (покупатель) был заключен договор купли-продажи, согласно которому продавец продал, а покупатель купил квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (л.д.18).

Согласно п.3 цена договора составила 1 740 000 рублей. Вышеуказанный объект недвижимости (квартира) был передан ФИО2 на основании акта приема-передачи от 19.06.2017 (л.д.19).

Ответчиком ФИО2 была представлена в Межрайонной ИФНС России №16 по Воронежской области налоговая декларация по налогу на доходы физических лиц по форме 3-НДФЛ за 2018 год, согласно которой заявлен налоговый вычет по объекту недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>, приобретенного в 2017 году, кадастровый номер квартиры: №, где была заявлена к возврату сумма налога на доходы физических лиц в размере 103 381 рублей с суммы заявленного налогового вычета в размере 944 758,58 рублей (л.д.11-14).

ДД.ММ.ГГГГ налоговым органом были приняты решения №, №, №, № о возврате налогоплательщику ФИО2 суммы излишне уплаченного (взысканного, подлежащего возмещению) налога (сбора, страховых взносов, пеней, штрафа) на общую сумму в размере 103 714 рублей (решение (л.д.23,24,25,26).

По результатам камеральной налоговой проверки решением налоговой инспекции от ДД.ММ.ГГГГ № отменено ранее подтвержденное право на получение налогового вычета в размере 103 381 рублей, поскольку, как было установлено в ходе камеральной проверки, имущественный налоговый вычет за 2018 год не может быть предоставлен ФИО2 в заявленном размере, так как налогоплательщик воспользовался имущественным налоговым вычетом в размере 60 419,63 рублей за 2000 год. Таким образом, ФИО2 по итогам 2018 года не имеет права на имущественный налоговый вычет в размере 1 740 000 рублей и сумме возврата 103 381 рублей. По результатам проверки предложено отказать ФИО2 в привлечении к налоговой ответственности и в возврате налога на доходы в размере 1 740 000 рублей и сумме возврата 103 381 рублей (л.д.15-17, 90-92, 93-95).

Соответственно, сумма излишне предоставленного имущественного вычета составляет 103 381 рубль.

В ходе рассмотрения дела ответчиком заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности (л.д.45-46).

Суд принимает во внимание указанные доводы ответчика по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

На основании пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 указанного Кодекса.

В силу положений статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются указанным Кодексом и иными законами.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Исходя из правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений Налогового кодекса Российской Федерации и Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО6, ФИО7 и ФИО8» при применении общих правил исчисления срока исковой давности к заявленному в порядке главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации требованию налогового органа о взыскании с налогоплательщика денежных средств, полученных им по решению налогового органа в качестве имущественного налогового вычета по налогу на доходы физических лиц при отсутствии законных оснований для его предоставления, следует учитывать специфику соответствующих правоотношений, имеющих - несмотря на вынужденное использование гражданско-правовых средств защиты имущественных прав публичного субъекта - публично-правовую природу. Иное приводило бы к недопустимому игнорированию лежащего в основе организации этих правоотношений принципа баланса частных и публичных интересов, поскольку позволяло бы возлагать на налогоплательщика, добросовестное поведение которого не подвергается сомнению, чрезмерное бремя негативных последствий спустя значительное время с момента ошибочного предоставления ему имущественного налогового вычета без тех же самых гарантий, которые ему обеспечивает налоговое законодательство, и ставило бы его в ситуацию правовой неопределенности.

Налоговый кодекс Российской Федерации исходит из того, что деятельность налоговых органов по установлению действительного объема налоговой обязанности налогоплательщика в рамках мероприятий налогового контроля и применение механизмов принудительного исполнения налоговой обязанности ограничены определенными сроками, которые исчисляются с учетом объективных критериев (окончание налогового периода, истечение срока, установленного в требовании, и т.д.), а не таких субъективно-объективных обстоятельств, как выявление самим налоговым органом собственной ошибки - факта предоставления имущественного налогового вычета налогоплательщику при отсутствии для этого установленных законом оснований, притом что ошибка налогового органа не была обусловлена противоправными действиями налогоплательщика. В силу данного Кодекса в рамках выездной налоговой проверки, по общему правилу, может быть проверен период, не превышающий трех календарных лет, предшествующих году, в котором вынесено решение о проведении проверки (пункт 4 статьи 89), что коррелирует и положениям подпункта 8 пункта 1 его статьи 23 относительно срока обеспечения налогоплательщиком сохранности документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, в том числе документов, подтверждающих полученные доходы и уплаченные (удержанные) налоги; в свою очередь, срок давности привлечения к ответственности за совершение налоговых правонарушений составляет три года со дня совершения налогового правонарушения либо со следующего дня после окончания налогового (расчетного) периода, в течение которого было совершено это правонарушение (статья 113).

Кроме того, Налоговый кодекс Российской Федерации предусматривает сроки, в течение которых налогоплательщик может реализовать свои права и которые носят, по сути, пресекательный характер. Так, в соответствии с пунктом 7 его статьи 78 заявление о возврате суммы излишне уплаченного налога может быть подано в течение трех лет со дня уплаты, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, что ограничивает право налогоплательщика на подачу заявления о возврате суммы переплаты или ее зачет в счет будущих платежей тремя годами с момента, когда налогоплательщик по собственной ошибке или по каким-то другим обстоятельствам, связанным исключительно с его добровольным волеизъявлением, допустил излишнюю уплату денежных средств в бюджет, а публичный субъект, соответственно, получил в свое распоряжение денежные средства без установленных законом оснований.

Иной подход к порядку исчисления срока для восстановления имущественных прав налогоплательщика используется в Налоговом кодексе Российской Федерации применительно к ситуации излишнего взыскания налога, т.е. когда уменьшение имущественной сферы налогоплательщика обусловлено действиями налогового органа. В соответствии с пунктом 3 статьи 79 данного Кодекса заявление о возврате суммы излишне взысканного налога может быть подано налогоплательщиком в налоговый орган в течение одного месяца со дня, когда налогоплательщику стало известно о факте излишнего взыскания с него налога, или со дня вступления в силу решения суда; исковое заявление в суд может быть подано в течение трех лет считая со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о факте излишнего взыскания налога.

Принимая во внимание, что заявленное в порядке главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации требование налогового органа о взыскании с налогоплательщика сумм, перечисленных ему в качестве имущественного налогового вычета при отсутствии установленных законом оснований для его предоставления, основано на публично-правовой обязанности по уплате налога, исчисление срока исковой давности, предусмотренного статьей 196 данного Кодекса, должно осуществляться в соответствии с конституционными принципами равенства и справедливости и в системной связи с общими принципами и иными нормами налогового законодательства, т.е. не с учетом правил статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на основании Налогового кодекса Российской Федерации, предписания которого о сроках принудительной реализации имущественных интересов сторон налоговых правоотношений являются адекватным отражением баланса публичных и частных начал в этих правоотношениях и, соответственно, в условиях действующего правового регулирования должны рассматриваться как имеющие ориентирующее значение применительно к решению вопроса о взыскании с налогоплательщика сумм неправомерно, в том числе ошибочно, полученного имущественного налогового вычета.

Соответственно, в случае, если предоставление имущественного налогового вычета было обусловлено ошибкой самого налогового органа, такое требование может быть им заявлено, поскольку законом не установлено иное, в течение трех лет с момента принятия ошибочного решения о предоставлении имущественного налогового вычета (в случае, если предоставление суммы вычета производилось в течение нескольких налоговых периодов, - с момента принятия первого решения о предоставлении вычета). Если же предоставление имущественного налогового вычета было обусловлено противоправными действиями налогоплательщика (представление подложных документов и т.п.), то налоговый орган вправе обратиться в суд с соответствующим требованием в течение трех лет с момента, когда он узнал или должен был узнать об отсутствии оснований для предоставления налогоплательщику имущественного налогового вычета.

В силу статьи 88 Налогового кодекса Российской Федерации, камеральная налоговая проверка проводится по месту нахождения налогового органа на основе налоговых деклараций (расчетов) и документов, представленных налогоплательщиком, а также других документов о деятельности налогоплательщика, имеющихся у налогового органа.

Камеральная налоговая проверка проводится уполномоченными должностными лицами налогового органа в соответствии с их служебными обязанностями без какого-либо специального решения руководителя налогового органа в течение трех месяцев со дня представления налогоплательщиком налоговой декларации (расчета).

Если камеральной налоговой проверкой выявлены ошибки в налоговой декларации (расчете) и (или) противоречия между сведениями, содержащимися в представленных документах, либо выявлены несоответствия сведений, представленных налогоплательщиком, сведениям, содержащимся в документах, имеющихся у налогового органа, и полученным им в ходе налогового контроля, об этом сообщается налогоплательщику с требованием представить в течение пяти дней необходимые пояснения или внести соответствующие исправления в установленный срок.

По смыслу статьи 57 Конституции Российской Федерации, рассматриваемой во взаимосвязи с положениями ее статей 1 (часть 1), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), федеральный законодатель при осуществлении налогового регулирования и установлении общих принципов налогообложения и сборов связан требованиями обеспечения конституционных принципов равенства, справедливости и соразмерности в сфере налоговых отношений и вместе с тем располагает достаточной свободой усмотрения при установлении конкретных налогов: он самостоятельно определяет параметры основных элементов налога, в том числе состав налогоплательщиков и объекты налогообложения, стоимостные и (или) количественные показатели, необходимые для определения налоговой базы, порядок исчисления налога, а также основания и порядок освобождения от налогообложения.

Поскольку налоговые правоотношения имеют публично-правовую природу, обусловленную целями обеспечения равного налогового бремени и защиты прав, свобод и законных интересов налогоплательщиков, субъекты этих отношений связаны императивными предписаниями налогового закона, в том числе в части налоговых льгот (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1049-О-О).

Таким образом, решение о предоставлении имущественного вычета принимается налоговым органом в рамках регламентируемой нормативными предписаниями процедуры, исходя из комплексной оценки права заявителя.

Судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств, и произведенных на основе решения уполномоченной организации, признанного впоследствии недействительным ввиду допущенных при его принятии процедурных нарушений, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена эта выплата. Указанное соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной им в постановлениях от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П и др. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из статей 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов.

Ответчик, обращаясь с заявлением о предоставлении налогового вычета, представила информацию в уполномоченный орган, в данном случае налоговую инспекцию, которая в свою очередь, принимая решение о предоставлении соответствующих выплат, проверяет представленную информацию. Таким образом, обязанность доказать недобросовестность действий ответчика возлагается именно на орган предоставивший соответствующую выплату, обязанность по проверке представленных для целей налогообложения документов и дача указаний по устранению допущенных налогоплательщиком ошибок возложена на налоговые органы, принимающие в пределах своей компетенции правоприменительные решения, в том числе и по отказу в удовлетворении заявлений.

Поскольку добросовестность гражданина при разрешении требований налогового органа презюмируется, ввиду того, что гражданин в рамках легальной процедуры обращения в уполномоченный орган не может оказать влияние на принятие соответствующим учреждением того или иного решения, бремя доказывания недобросовестности ответчика при получении имущественного налогового вычета и предъявлении необходимых документов и информации возлагается на истца.

Между тем, таких доказательств истцом не представлено. Неверное заполнение налоговых деклараций ответчиком, само по себе не может свидетельствовать о противоправности действий налогоплательщика.

Суд обращает внимание на то, что предоставление имущественного налогового вычета не было обусловлено противоправными действиями налогоплательщика ФИО2, поскольку ею не было предоставлено в налоговый орган каких-либо подложных документов, не установлен умысел, подтверждающий противоправность ее поведения. Намеренного введения ответчиком в заблуждение налогового органа, принявшего ошибочное решение, судом не установлено.

Суд также отмечает, что камеральная налоговая проверка, как форма текущего документального контроля, направленного на своевременное выявление ошибок в налоговой отчетности и оперативное реагирование на обнаруженные нарушения, не предполагает повторной проверки уже подвергшихся контролю налоговых деклараций. Вины ответчика либо ее недобросовестного поведения суд не усматривает.

В связи с изложенным, доводы истца о том, что срок исковой давности надлежит исчислять со дня получения результатов налоговой проверки (ДД.ММ.ГГГГ), несостоятельны, поскольку такой подход противоречит вышеприведенной позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П и основан на ошибочном толковании норм материального права.

Учитывая, что предоставление спорной суммы налогового имущественного вычета за 2018 год по заявленному основанию осуществлялось в 2019 году и решения о возврате имущественного налогового вычета на основании имеющихся в распоряжении соответствующих документов по обращению ответчика налоговым органом были приняты ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 23-26), а с настоящим иском Межрайонная ИФНС России №16 по Воронежской области обратилась в суд ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о начале течения срока исковой давности со дня решения о предоставлении имущественного налогового вычета (ДД.ММ.ГГГГ) и, соответственно, о пропуске истцом трехлетнего срока исковой давности к дате обращения в суд, поскольку срок исковой давности на предъявление заявленных исковых требований истек ДД.ММ.ГГГГ.

Как установлено ч. 2 ст. 199 ГК Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Согласно ст. 198 ГПК Российской Федерации в случае отказа в иске, в связи с истечением срока исковой давности или признанием неуважительными причин пропуска срока обращения в суд, в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств (абз.2 ч.4.1).

При установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

На основании изложенного, учитывая, что истцом пропущен срок исковой давности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований Межрайонной ИФНС России №16 по Воронежской области к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении заявленных исковых требований Межрайонной ИФНС России №16 по Воронежской области к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через Советский районный суд г. Воронежа в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья О.И. Корпусова

В окончательной форме решение изготовлено 28.08.2025.