Решение № 2-119/2024 2-44/2025 2-44/2025(2-119/2024;2-772/2023;)~М-396/2023 2-772/2023 М-396/2023 от 9 марта 2025 г. по делу № 2-119/2024

Дело № 2-44/2025

24RS0040-02-2023-000529-25


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 марта 2025 года г. Норильск

Норильский городской суд (район Талнах) Красноярского края в составе: председательствующего судьи Зависновой М.Н.,

при секретаре Злобиной Е.А.,

с участием прокурора Романовой Ю.В.,

представителя ответчика Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю ФИО1,

представителя третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО2,

представителя третьего лица (истца) ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Норильская межрайонная поликлиника № 1», Федеральному бюджетному учреждению науки «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора, Центру профпатологии в Северо-Западном федеральном округе г. Санкт-Петербург о признании извещений об установлении предварительного и заключительного диагноза профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда и акта о случае профессионального заболевания в отношении ФИО3, по иску ФИО3 к Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю о признании случая профессионального заболевания страховым случаем, признании права на страховые выплаты, обязании назначить страховые выплаты,

УСТАНОВИЛ:

Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю в г. Норильске (далее ОСФР по Красноярскому краю в г. Норильске» обратилось в суд с иском к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Норильская межрайонная поликлиника № 1», Федеральному бюджетному учреждению науки «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора, Центру профпатологии в Северо-Западном федеральном округе г. Санкт-Петербург о признании недействительными извещения об установлении предварительного и заключительного диагноза профессионального заболевания ФИО3, акта о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника. Требования мотивированы тем, что ФИО3 обратился к истцу за назначением и выплатой страхового возмещения в связи с имеющимся профессиональным заболеванием, предоставив, в том числе Акт о случае профессионального заболевания от 4 февраля 2021 года, который по результатам проведенной экспертизы, по мнению истца, противоречит медицинской и трудовой документации, поскольку содержит недостоверные сведения об условиях труда ФИО3 Также вызывают сомнение извещение ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора, Центра профпатологии в Северо-Западном федеральном округе г. Санкт-Петербург от 19.09.2019 г. № об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО3 – «<данные изъяты>и извещение ФГБУ «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора, Центра профпатологии в Северо-Западном федеральном округе г. Санкт-Петербург от 14.08.2020 г. № № об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО3 – «<данные изъяты>». ФИО3 с 21.11.2012 по 24.05.2016 работал <данные изъяты>» в ОАО «ГМК «Норильский никель», ПАО «ГМК «Нирильский никель»; с 25.05.2016 по настоящее время работает <данные изъяты> ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель». Таким образом, период работы ФИО3 по совмещению основной профессии <данные изъяты>) с профессиями <данные изъяты> не мог привести к возникновению и развитию установленного в 2020 году профессионального заболевания. Поскольку между датой прохождения работником очередного переодического медицинского осмотра (09.04.2019), датой установления предварительного диагноза профессионального заболевания (19.09.2019) и датой заключительного диагноза профессионального заболевания (13.08.2020) прошел непродолжительный период времени, вызывает сомнение обоснованность диагноза заболевания ФИО3, а также наличие связи заболевания с профессией. В связи с чем, выводы о случае профессионального заболевания носят преждевременный характер, противоречат медицинским документам и фактическим сведениям о вредных условиях труда и производственных факторов, которые, по мнению истца, фактически находились в пределах допустимых значений. По результатам анализа документов, представленных работодателем, истцом установлено, что Акт о случае профессионального заболевания содержит недостоверные сведения об условиях труда работника, так как содержит отсылку к Картам АРМ, Картам СОУТ и протоколы измерений, не относящимися к рабочему месту ФИО3, ввиду чего вывод п. 18 Акта о том, что причиной профессионального заболевания у работника послужило интенсивное, длительное вредное воздействие неблагоприятных факторов производственной среды с превышением ПДУ является необоснованным. В санитарно-гигиеническая характеристика (далее СГХ), которая являлась основным документом оценки условий труда работника при составлении Акта, все протоколы замеров приведены общим списком, без конкретизации, в каких из указанных протоколов фактически были превышения ПДУ локальной, общей вибрации, тяжести трудового процесса, а в каких данные превышения отсутствовали, т.е. имеется некорректное отражение сведений, и не могут быть положены в основу акта о случае профессионального заболевания и вывода о наличии у ФИО3 заболевания как профессионального. С учетом вышеприведенных обстоятельств расследование случая профзаболевания и его связи с профессиональной деятельностью должно быть возобновлено и проведено с учетом всех достоверных сведений об условиях труда на рабочем месте. (т. 1 л.д. 4-7).

Истец ФИО3 обратился в суд с иском к ОСФР по Красноярскому краю о признании случая профессионального заболевания страховым, признании права на обеспечение по социальному страхованию, в связи с профессиональным заболеванием и утратой № % профессиональной трудоспособности, возложении обязанности назначить единовременную и ежемесячные страховые выплаты, с последующей индексацией в соответствии с действовавшим на дату наступления страхового случая законодательством. Требования мотивированы тем, что с 31 октября 2005 года по 20 ноября 2012 года он работал во вредных условиях труда <данные изъяты>», с 25 мая 2016 года - <данные изъяты> (с полным рабочим днем под землей) подземного участка эксплуатации самоходного дизельного оборудования рудника <данные изъяты> Актом о случае профессионального заболевания от 04 февраля 2021 года подтвержден факт наличия у него профессионального заболевания: «<данные изъяты>)». На основании медико-социальной экспертизы согласно справке № ФИО3 установлена инвалидность № группы по профессиональному заболеванию и утрата профессиональной трудоспособности в размере № %. Обратившись в мае 2021 года в Филиал № 14 ГУ – КРО ФСС РФ – в настоящее время ОСФР по Красноярскому краю за назначением страхового возмещения, ему было отказано в назначении страховых выплат. Жалоба о несогласии с вынесенным решением была признана необоснованной в связи с имеющимися сомнениями в обоснованности диагноза и его связи с профессией. Полагал отказ в назначении страховых выплат в связи с профессиональным заболеванием необоснованным, ввиду чего обратился в суд (т. 3 л.д. 3-7).

Определением суда от 24.01.2025 г. гражданское дело по искуОтделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Норильская межрайонная поликлиника № 1», Федеральному бюджетному учреждению науки «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора, Центру профпатологии в Северо-Западном федеральном округе г. Санкт-Петербург о признании извещений об установлении предварительного и заключительного диагноза профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда и акта о случае профессионального заболевания в отношении ФИО3, и гражданское дело по иску ФИО3 к Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю о признании случая профессионального заболевания страховым случаем, признании права на страховые выплаты, обязании назначить страховые выплаты объединены в одно производство, гражданскому делу присвоен №2-44/2025 (т. 3 л.д. 127).

Определениями суда от 28.07.2023 г. и от 07.09.2023 г. к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены: ФГБУ «Федеральное бюро МСЭ», ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю, ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю в лице филиала №41,Краевой центр профпатологии КГБУЗ «Красноярская краевая клиническая больница» (т. 1 л.д. 2-3, 133).

Представитель истца (ответчика) ОСФР по Красноярскому краю, будучи извещенным о времени и месте судебного заседания надлежащим образом (т. 3 л.д. 183, 185) в суд не явился, просил о проведении судебного заседания в их отсутствие (т. 3 л.д. 194), в письменном заявлении представитель ФИО5, действующая по доверенности от 24.12.2024 г. (т. 3 л.д. 195), исковые требования поддержала в полном объеме, дополнительно указав, что в соответствии с заключением комплексной судебно-медицинской экспертизы от 27.12.2024, проведенной ФБУ «Центральная клиническая больница гражданской авиации», имеющиеся у ФИО3 заболевания носят общий характер, не связаны с профессиональной деятельностью и не являются профессиональными, в связи с чем просила исковые требования ОСФР по Красноярскому краю удовлетворить (т. 3 л.д. 194).

Третье лицо (истец) ФИО3, будучи извещенным о времени и месте судебного разбирательства (т. 3 л.д. 183, 187), в суд не явился, по неизвестным суду причинам, направил представителя.

В судебном заседании представитель третьего лица (истца) ФИО3 ФИО6, действующая на основании доверенности от 15.05.2023 г., сроком на три года (т. 3 л.д. 38), по исковым требованиям ОСФР по Красноярскому краю возражала в полном объеме, пологая их незаконными и не обоснованными, исковые требования ФИО3 поддержала в полном объеме по основаниям изложенным в иске, дополнительно суду пояснила, что ФИО3 является инвалидом № группы, ОСФР по Красноярскому краю отказало в назначении ему в признании права на страховые выплаты и в назначении страховых выплат, поскольку случай профессионального заболевания не был признан страховым и его намерены были обжаловать в суд Санитарно-гигиеническую характеристику и Акт, извещений об установлении предварительного и заключительного диагнозов установленных ФИО7 У ФИО3 и нее имеются сомнения в выводах заключения комплексной судебной экспертизы, так как в состав комиссии не был включен эксперт по проведению специальной оценки условий труда, т.е. лица, которое могло бы дать достоверное заключение по фактическим условиям работы; исследовательская часть содержит субъективные суждения о необходимости учета при оценке фактических условий труда лишь гигиенических нормативов для транспортной общей вибрации, вывод о том, что при нормируемых уровнях транспортно-технологической и технологической вибрации не может идти речи о вероятности развития профессионального заболевания, а использование для оценки рабочих мест параметров транспортно-технологической вибрации в санитарно-гигиенической характеристике влечет за собой искусственное завышение фактической степени вредности условий труда каким-либо законом или иными нормативными актами не подтвержден. При том, клиника гражданской авиации специализируется на «шумовой патологии», а не на вибрационной болезни. Эксперты этой клиники- <данные изъяты> в 2014 году получили патент на изобретение «Способ профилактики профессиональной потери слуха» являлись действующими сотрудниками АО «Клинский институт охраны и условий труда», как сотрудники данного института, оказывающие ПАО «ГМК «Норильский никель» услуги в проведении СОУТ) члены экспертной комиссии являются заинтересованными лицами и не имеют права на дачу заключения по настоящему делу, поскольку они оценивали протоколы измерений вредных производственных факторов и карт СОУТ. Документы характеризующие условия труда ФИО3 были предоставлены работодателем не в полном объеме. Выводы об отсутствии превышений ПДУ вредных производственных факторов на рабочем месте <данные изъяты> за период с 2005 год по 2012 год изложены на основании изучения карты АРМ за 2011 год, документы, характеризующие условия труда ФИО3 до этого не исследовались, не учитывались и не запрашивались экспертами. При этом в указанный период времени он совмещал основную работу с профессией <данные изъяты>, где превышение ПДУ вибрации подтверждено. В связи с чем есть необходимость в проведении повторной экспертизы. Исковые требования ФИО3 просила удовлетворить.

Представитель ответчика Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю ФИО1, действующая на основании доверенности от 19 ноября 2024 года, в судебном заседании по исковым требованиям ОСФР по Красноярскому краю возражала в полном объеме, исковые требования ФИО8 поддержала в полном объеме, поддержала ранее представленные возражения, пологая исковые требования ОСФР по Красноярскому краю не подлежащими удовлетворению, поскольку предварительный и заключительный диагноз профессионального заболевания ФИО3, установлен медицинской организацией уполномоченным учреждением по решению вопросов формирования профессиональной патологии, профессиональной пригодности и связи заболеваний с профессией, по проведению обследования и лечения пациентов с профессиональными заболеваниями. Обжалуемый акт от 4 февраля 2021 года расследования случая профессионального заболевания работника ФИО3 является законным и обоснованным. Санитарно-гигиеническая характеристика от 22 октября 2019 года №352 ранее не обжаловалась, дополнений и изменений в нее не вносилось. Комиссий по расследованию профзаболевания ФИО7 установлено, что условия его труда на протяжении длительного времени являлись неблагоприятными и не соответствовали ряду гигиенических требований. Доказательств того, что ФИО7 получил профессиональное заболевание до приема на работу в ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель», вне рамок трудового процесса подземного участка эксплуатации и обслуживания самоходного оборудования рудника «<данные изъяты>» из-за каких-то своих виновных действий, а также доказательств обеспечения безопасных условий труда, которые бы исключили бы утрату им профессиональной трудоспособности в период длительной работы в ПАО «ГМК «Норильский никель», истцом не представлено. Полученное в рамках настоящего дела заключение судебной комплексной медицинской экспертизы вызывает сомнения. Просила исковые требования ФИО3 удовлетворить.

Аналогичная позиция изложена в письменных возражениях (т.1 л.д.62-68).

Представитель ответчика Федеральному бюджетному учреждению науки «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора, Центр профпатологии в Северо-Западном федеральном округе г. Санкт-Петербург (далее ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья»), будучи извещенным о времени и месте судебного разбирательства (т. 3 л.д. 183), в суд не явился, по неизвестным суду причинам, в отзыве на иск директор ФИО9, по иску ОСФР по Красноярскому краю возражал, указав, что истцом не привелены конкретные обоснования тому, какими действиями ответчика были нарушены требования п. 16 Приказа Минздрава России от 13.11.2012 №911 «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи при острых и хронических профессиональных заболеваниях». ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» является центром профессиональной патологии, уполномоченным на оказание медицинской помощи при острых и хронических профессиональных заболеваниях и наделен полномочиями на установление как предварительного так и заключительного диагнозов профессионального заболевания и на выдачу оспариваемых извещений. ФИО3 проходил у них обследование. По результатам обследования врачебной комиссией по экспертизе связи заболевания с профессией ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» принято единогласное решение о целесообразности направления извещения об установлении предварительного диагноза профессионального заболевания в случае ФИО3 Заключительный диагноз профессионального заболевания ФИО3 был установлен решением врачебной комиссии ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» № от 13.08.2020 на основании имеющихся данных: профессионального маршрута – <данные изъяты> - виброопасная профессия; длительного стажа работы в контакте с общей вибрацией, превышающей ПДУ – по данным санитарно-гигиенической характеристики условий труда при подозрении у него профессионального заболевания № от 22.10.2019; анамнеза заболевания; результатов углубленного клинико-инструментального обследования; динамического наблюдения в ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья». Экспертиза связи заболевания с профессией и экспертиза профессиональной пригодности являются принципиально разными процедурами. (т. 1 л.д. 148-151).

Представитель третьего лица ПАО «ГМК» Норильский никель» ФИО2 в судебном заседании, исковые требования ОСФР по Красноярскому краю поддержала в полном объеме, по иску ФИО3 возражала в полном объеме, дополнительно суду пояснила, что заключением комплексной судебной экспертизы установлено, что у ФИО3 на дату установления предварительного диагноза профессионального заболевания (19.09.2019) имелись следующие заболевания: «<данные изъяты>. У ФИО3 на дату установления заключительного диагноза профессионального заболевания (13.08.2020) имелись следующие заболевания: «<данные изъяты> Указанные заболевания не являлись профессиональными, причинно-следственная связь выявленной патологии с условиями его труда в период работы в ПАО «ГМК «Норильский никель» отсутствует. Оснований сомневаться в квалификации, компетенции и выводах экспертной комиссии не имеется. Заключительный диагноз профессионального заболевания в нарушение порядка, предусмотренного Положением №967 от 15.12.2000 не был установлен в краевом центре профпатологии КГКУЗ «Красноярская краевая больница». Регресс такого профессионального заболевания как <данные изъяты>» в короткий промежуток времени не возможен. Акт о случае профессионального заболевания является недействительным, поскольку в нем указано профессиональное заболевание, которое у работника отсутствует. Отсутствие документального подтверждения выводов, установленных в СГХ и, как следствие, в акте о случае профессионального заболевания, свидетельствует об их незаконности и необоснованности (т. 1 л.д. 172-180).

Аналогичная позиция изложена в письменных возражениях на иск с дополнениями.

Представитель ответчика КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника № 1» (ранее КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2»), будучи извещенным о времени и месте судебного разбирательства (т. 3 л.д. 183, 188) в суд не явился, по неизвестным суду причинам, возражений не представил, просил рассмотреть дело без его участия (т. 3 л.д. 186).

Представитель третьего лица третьих лиц ФГБУ «Федеральное бюро МСЭ», ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю, ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю в лице филиала №41, будучи извещенными о месте и времени слушания дела т. 1 (л.д. 183, 184, 189, 199), в судебное заседание не явился, заявление о рассмотрении дела в его отсутствие не представил, в представленных возражениях, указал, что акт о случае профессионального заболевания в отношении ФИО3 был оформлен и утвержден в соответствии с требованиями действующих Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967 и Инструкции о порядке применения Положения, утвержденной приказом Минздрава РФ от 28 мая 2001 года № 176 «О совершенствовании системы расследования и учета профессиональных заболеваний в Российской Федерации», поэтому оснований признавать его недействительным не имеется. ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья», установившее профессиональное заболевание ФИО3 относится к медицинским организациям, в компетенцию которых входит дача заключений о профессиональном характере заболевания, возникшего от воздействия вредных факторов, на данное учреждение возложена обязанность составления медицинских заключений по результатам экспертизы. В отношении ФИО3 на медико-социальную экспертизу был предоставлен акт о случае профессионального заболевания, утвержденный Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю, с указанием особых мнений. При проведении 4 мая 2021 года в заочном порядке медико-социальной экспертизы, специалистами Бюро № 41 были проверены представленные документы и на основании их анализа была установлена утрата профессиональной трудоспособности ФИО3 № % и № группа инвалидности «по профессиональному заболеванию» на 01 год. При последующих заочного и очного повторной МСЭ 283 марта 2022 года и 7 апреля 2023 года ФИО3 была установлена утрата профессиональной трудоспособности № % и № группа инвалидности «по профессиональному заболеванию» В связи с чем считать недействительным указанный акт в отношении ФИО3, с диагнозом профессионального заболевания, установленным врачебной комиссией ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья», оснований не имелось(т.1 л.д. 156-158).

Третье лицо Краевой центр профпатологии КГБУЗ «Красноярская краевая клиническая больница», будучи извещенным о месте и времени слушания дела (т. 3 (л.д. 183, 184, 200), в суд не явился, возражений и ходатайств не представил.

Учитывая, что участники судебного разбирательства определили для себя порядок реализации своих процессуальных прав, исходя из положений ст.ст. 35, 167 ГПК РФ, суд с учетом мнения участвующих по делу лиц, рассматривает дело в отсутствие неявившихся лиц, поскольку они извещались своевременно и надлежащим образом, имели возможность обеспечить участие представителей.

Выслушав участвующих по делу лиц, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Романовой Ю.В., полагавшей требования ОСФР по Красноярскому краю подлежащими удовлетворению, а требования ФИО3 не подлежащими удовлетворению, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

Конституция РФ гарантирует в Российской Федерации охрану труда и здоровья людей. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ст. 37), подлежит охране труд и здоровье людей (ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст. 41), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ст. 39).

В силу ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Трудовой кодекс РФ закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 ТК РФ).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (ч. 8 ст. 220 ТК РФ).

В силу требований ст. 3 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональным заболеванием признается острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия вредного производственного фактора, повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона № 125-ФЗ от 24 июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под страховым случаем понимается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет обязательство страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Профессиональным заболеванием признается острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия вредного производственного фактора, повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Порядок расследования профессиональных заболеваний регламентируется Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, а также Инструкцией о порядке применения названного Положения, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 года № 176.

Согласно п. 11 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, при установлении предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание (отравление) извещение о профессиональном заболевании работника в 3-дневный срок направляется в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора; больной направляется на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (п. 13), Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п. 14).

В силу п. 16 данного Положения, установленный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделения (центр профессиональной патологии). Установленный диагноз может быть отменен или изменен только центром профессиональной патологии.

Согласно Классификатору вредных и (или) опасных производственных факторов, утвержденному Приказом Минтруда России от 24 января 2014 года № 33н, шум, локальная и общая вибрация, тяжесть трудового процесса в виде физической динамической нагрузки, массы поднимаемого и перемещаемого груза в ручную, стереотипных рабочих движений, статической нагрузки, рабочей позы, наклонов корпуса, перемещений в пространстве, относятся к вредным и (или) опасным производственным факторам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 осуществлял трудовую деятельность:

- с 09.07.2001 по 09.10.2001 <данные изъяты> ООО «Норильское монтажное управление», ОАО «Северовостокэлектромонтаж»;

-с 14.11.2002 по 03.05.2003 <данные изъяты> ООО «Норильское монтажное управление», ОАО «Северовостокэлектромонтаж»;

-с 05.05.2003 по 03.02.2005 <данные изъяты> с полным рабочим днем под землей ООО «Талнахсервис»;

-с 31.10.2005 по 20.11.2012 <данные изъяты> ЗФ ОАО «ГМК «Норильский никель»;

-с 21.11.2012 по 24.05.2016 <данные изъяты> ЗФ ОАО «ГМК «Норильский никель»;

-с 25.05.2016 по 31.10.2021 <данные изъяты> ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель»;

-с 10.12.2021 по 05.07.2022 <данные изъяты> ПАО «ГМК «Норильский никель».

ФИО3 в период работы <данные изъяты> с 31.10.2005 по 20.11.2012 совмещал профессии:

- <данные изъяты> (с полным рабочим днем под землей) в периоды: август 2007 года, с 01.09.2009 по 14.09.2009, январь 2012 года, с 01.02.2012 по 19.02.2012;

-<данные изъяты> (с полным рабочим днем под землей) в периоды: апрель 2007 года;

-<данные изъяты>с полным рабочим днем под землей) в периоды: с 11.05.2007 по 31.05.2007, с 18.06.2007 по 30.06.2007, июль 2007 – март 2008, с 01.04.2008 по 07.04.2008, с 15.06.2008 по 30.06.2008, июль- сентябрь 2008, ноябрь- декабрь 2009, февраль 2010, с 01.06.2010 по 28.06.2010, что подтверждается сведениями о его трудовой деятельности (т. 1 л.д. 181, 182-186, 187, 188-192, 193-, 194195, 196-200).

Приказом №№ от 24.06.2022 ФИО3 был уволен по инициативе работника на основании пункта 3, части первой статьи 77 ТК РФ (т. 1 л.д. 187).

Из представленных в материалы дела сведений, следует, что ФИО3 в период трудовой деятельности с 2001 по 2022 годы проходил периодические медицинские осмотры, признавался годным для работы по профессии, противопоказаний не имел (т. 1 л.д. 25-32, 214-221).

Согласно сведениям из медицинских документов, представленных в материалы дела, ФИО3 выставлялись следующие диагнозы: в 2002 году – <данные изъяты>, в 2019 году – <данные изъяты>, <данные изъяты>.

По данным Краевого центра профпатологии КГБУЗ «Красноярская краевая больница» ФИО3 в Краевой центр профпатологии не обращался, медицинская карта на него не оформлялась, медицинское обследование у них не проходил (т. 1 л.д. 47).

В 2019, 2020 годах ФИО3 дважды проходил стационарное обследование в ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья», где ему был установлен диагноз <данные изъяты>» (т. 1 л.д. 77), в процессе обследования после первой госпитализации (11.09.2019 по 19.09.2019), после второго обследования (03.08.2020 по 10.08.2020) ФИО3 установлен диагноз: «<данные изъяты> связанная с воздействием общей вибрации <данные изъяты>. После решения врачебной комиссии ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья», ему установлен основной диагноз «<данные изъяты>» (т. 1 л.д. 24).

Извещением от 19 сентября 2019 года № № ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» после прохождения динамического наблюдения ФИО3 установлен предварительный диагноз профессионального заболевания - «<данные изъяты> (т 1 л.д. 77).

Из Санитарно-гигиенической характеристики условий труда от 22 октября 2019 №, утвержденной Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю ФИО10 составленной в связи с поступлением извещения ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» от 19 сентября 2019 года № следует, что общий стаж работы ФИО3 составляет 16 лет 3 месяца 10 дней, стаж работы по профессии <данные изъяты> – 7 лет 20 дней; <данные изъяты> – 3 года 6 месяцев 4 дня; <данные изъяты> – 3 года 2 месяца 26 дней, в том числе в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профессиональное заболевание - 13 лет 08 месяцев 20 дней (т. 3 л.д. 18-27).

С учетом профмаршрута ФИО3, в Санитарно-гигиенической характеристике условий его труда приведено описание выполняемых им технологических операций как <данные изъяты>, <данные изъяты>, производственной деятельности, с указанием вредных производственных факторов, их источников. В п. 24 характеристики указано, что:

- условия труда ФИО3 в период работы <данные изъяты> (с полным рабочим днем под землей) <данные изъяты>» в ОАО «ГМК «Норильский никель», являются неблагоприятными, не соответствуют гигиеническим требованиям по воздействию: эквивалентного корректированного уровня общей транспортно-технологической вибрации (виброускорению. дБ) с превышением ПДУ до 6 дБ;

-условия труда ФИО3 за перио работы <данные изъяты>» в ОАО «ГМК «Норильский никель», являются неблагоприятными, не соответствуют гигиеническим требованиям по воздействию: эквивалентного корректированного уровня общей транспортной вибрации (по виброускорению, дБ) с превышением ПДУ до 7,8 дБ; тяжести трудового процесса с превышением допустимых значений по рабочей позе – периодическое, до 50 % времени смены, нахождение в неудобной и/или фиксированной позе, при допустимом значении – периодическое до 25 % времени смены, нахождение в неудобной (работа с поворотом туловища, неудобным размещением конечностей и др.) и/или фиксированной позе (невозможность изменения взаимного положения различных частей тела относительно друг друга);

-условия труда ФИО3 за период работы <данные изъяты> ОАО «ГМК «Норильский никель», являются неблагоприятными, не соответствуют гигиеническим требованиям по воздействию: тяжести трудового процесса превышающей допустимые значения по: рабочей позе – пребывание в вынужденной позе (на коленях, на корточках и т.п.) более 25% времени смены, при допустимом значении – переодическое, до 25% времени смены, нахождение в неудобной (работа с поворотом туловища, неудобным размещением конечностей и др.) и/или фиксированной позе (невозможность изменения взаимного положения различных частей тела относительно друг друга);

-условия труда ФИО3 за период работы <данные изъяты> в ОАО «»ГМК «Норильский никель», ПАО «ГМК «Норильский никель», являются неблагоприятными, соответствуют гигиеническим требованиям;

-условия труда ФИО3 за период работы <данные изъяты> в ЗФ ОАО «ГМК «Норильский никель», ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель», являются неблагоприятными, не соответствуют гигиеническим требованиям по воздействию: эквивалентного корректированного уровня общей транспортной вибрации (по виброускорению, дБ) с превышением ПДУ до 5,9 дБ; тяжести трудового процесса с превышением допустимых значений по: стереотипным рабочим движениям (кол-во): локальная нагрузка - фактически 42000, при допустимом значении до 40000; рабочей позе – периодическое, более 50 % времени смены, нахождение в неудобной и/или фиксированной позе, при допустимом значении – периодическое до 25 % времени смены, нахождение в неудобной (работа с поворотом туловища, неудобным размещением конечностей и др.) и/или фиксированной позе (невозможность изменения взаимного положения различных частей тела относительно друг друга (т. 3 л.д. 18-27).

В период с 03.08.2020 по 10.08.2020 ФИО3 проходил динамическое наблюдение в неврологическом отделении ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья», в ходе которого на основании решения врачебной комиссии от 13.08.2020 года №181 (т. 3 л.д. 16, 17) ему установлен заключительный диагноз профессионального заболевания - <данные изъяты>», составлено извещение ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» от 13.08.2020 года № 23 (т. 1 л.д. 24).

В соответствии с п. 22 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, расследование обстоятельств и причин возникновения хронического профессионального заболевания у лиц, не имеющих на момент расследования контакта с вредным производственным фактором, вызвавшим это профессиональное заболевание, производится по месту прежней работы с вредным производственным фактором.

В силу пункта 26 Положения на основании имеющихся и полученных документов комиссия устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника, определяет лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, и меры по устранению причин возникновения и предупреждения профессиональных заболеваний.

По результатам расследования комиссия составляет акт о случае профессионального заболевания по прилагаемой форме (пункт 27 Положения).

На основании п. 30 Положения, акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Согласно п. 31 Положения, акт о случае профессионального заболевания составляется в трехдневный срок по истечении срока расследования в пяти экземплярах, предназначенных для работника, работодателя, центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора, центра профессиональной патологии (учреждения здравоохранения) и страховщика. Акт подписывается членами комиссии, утверждается главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора и заверяется печатью центра.

В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (п. 32 Положения).

Обязанность по рассмотрению разногласий, возникших в связи с установлением диагноза профессионального заболевания, возложена наряду с другими органами на суд (п. 35 Положения).

Пунктом 4.6 Инструкции о порядке применения названного Положения, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 года № 176, предусмотрено, что в случае несогласия работодателя (его представителя, пострадавшего работника) с содержанием акта о случае профессионального заболевания (отравления) и отказа от подписи он (они) вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к акту, а также направить апелляцию в вышестоящее по подчиненности учреждение госсанэпидслужбы.

В связи с извещением ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» от 13.08.2020 № установлении ФИО3 заключительного диагноза профессионального заболевания, в соответствии с п. 19 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, приказом работодателя ПАО «ГМК «Норильский никель» была создана комиссия по расследованию профессионального заболевания, выявленного у работника ФИО3 и по результатам расследования составлен Акт о случае профессионального заболевания от 4 февраля 2021 года, утвержденный главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю ФИО10 (т. 1 л.д. 11-13), согласно пункту 20 которого определено, что причиной профессионального заболевания у ФИО3 послужило: несовершенство технологических процессов, длительный стаж работы в контакте с фредными производственными факторами; длительное воздействие общей вибрации, превышающей ПДУ до 5,9 дБ.

При этом отдельные члены комиссии выразили несогласие при подписании Акта о случае профессионального заболевания от 4 февраля 2021 года, или отказались от его подписания, указав о сомнениях в установлении ФИО3 профессионального заболевания, так как ФИО3 проходил периодические медицинские осмотры и признавался годным к работе по профессии <данные изъяты> в 2016-2019 годах ФИО3 проходил периодический медицинский осмотр по указанным профессиям, противопоказания не выявлены, признавался годным в своей профессии. При этом в незначительный период между прохождением периодического медицинского осмотра (09.04.2019), датой установления предварительного диагноза профессионального заболевания (19.09.2019), и датой заключительного диагноза профессионального заболевания (13.08.2020), работник стал нетрудоспособен в своей профессии; в пунктах 17, 18 Акта содержатся необоснованные выводы о длительном характере воздействия вредного производственного фактора – общей вибрации, превышающей допустимые уровни. (т. 1 л.д. 13 оборотная сторона - 15).

Между тем, согласно пункту 20 Акта о случае профессионального заболевания от 4 февраля 2021 года, утвержденного Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю ФИО10, установленное ФИО3 заболевание является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологических процессов, длительного стажа работы в контакте с вредными производственными факторами.

По результатам медицинского освидетельствования в ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России в связи с профессиональным заболеванием от 4 мая 2021 года, на основании Акта о случае профессионального заболевания от 4 февраля 2021 года согласно справке МСЭ-2006 № № ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю Минтруда России Бюро № 41 от 7 апреля 2021 года на основании акта освидетельствования МСЭ № от 24 марта 2021 года ФИО3 была установлена утрата профессиональной трудоспособности № % и № группа инвалидности «по профессиональному заболеванию» на 01 год. При последующих заочной и очной повторной МСЭ 28.03.2022 и 07.04.2023 ФИО3 была установлена утрата профессиональной трудоспособности № % и № группа инвалидности «по профессиональному заболеванию», разработана программа реабилитации.

Согласно позиции ОСФР по Красноярскому краю, ранее ГУ-КРО-ФСС РФ и ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО3 во вредных производственных условиях труда с превышением предельно допустимых уровней - обшей вибрации, тяжести условий труда работал непродолжительный период – не более 4 месяцев (по профессии №) и 10 месяцев (по профессии электрогазосварщика), в то время как согласно п. 2 ч. 4 ст. 14 Федерального закона «О специальной оценке условий труда», для появления начальных форм профессиональных заболеваний или профзаболеваний легкой степени тяжести (то есть установления вибрационной болезни 0 или 1 степени), требуется воздействие на работника вредных условий труда 2 степени в течение не менее 15 лет (класс 3.2.). Кроме этого, по мнению указанных лиц извещенияоб установлении ФИО3 предварительного и заключительного диагноза профессионального заболевания, Санитарно-гигиеническая характеристика условий его труда,Акт о случае профессионального заболевания являются недействительными, вследствие их не подтверждения объективными данными диагноза, отсутствия причинно-следственной связи заболевания с условиями его труда, нарушений при составлении Акта и характеристики по причине несоответствия фактическим условиям труда работника и фактическим сведениям о ее состоянии здоровья.

Разрешая заявленные требования, суд учитывает, что Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», условия труда в зависимости от выявленных производственных факторов классифицирует на оптимальные (класс 1), допустимые (класс 2), вредные (класс 3 с подклассами 3.1, 3.2, 3.3, 3.4), опасные (класс 4).

Вредные условия труда (3 класс) характеризуются наличием вредных факторов, уровни которых превышают гигиенические нормативы и оказывают неблагоприятное действие на организм работника и/или его потомство.

Вредные условия труда по степени превышения гигиенических нормативов и выраженности изменений в организме работников условно разделяют на 4 степени вредности:

1 степень 3 класса (3.1) - условия труда характеризуются такими отклонениями уровней вредных факторов от гигиенических нормативов, которые вызывают функциональные изменения, восстанавливающиеся, как правило, при более длительном (чем к началу следующей смены) прерывании контакта с вредными факторами, и увеличивают риск повреждения здоровья;

2 степень 3 класса (3.2) - уровни вредных факторов, вызывающие стойкие функциональные изменения, приводящие в большинстве случаев к увеличению профессионально обусловленной заболеваемости (что может проявляться повышением уровня заболеваемости с временной утратой трудоспособности и, в первую очередь, теми болезнями, которые отражают состояние наиболее уязвимых для данных факторов органов и систем), появлению начальных признаков или легких форм профессиональных заболеваний (без потери профессиональной трудоспособности), возникающих после продолжительной экспозиции (часто после 15 и более лет);

3 степень 3 класса (3.3) - условия труда, характеризующиеся такими уровнями факторов рабочей среды, воздействие которых приводит к развитию, как правило, профессиональных болезней легкой и средней степеней тяжести (с потерей профессиональной трудоспособности) в периоде трудовой деятельности, росту хронической (профессионально обусловленной) патологии;

4 степень 3 класса (3.4) - условия труда, при которых могут возникать тяжелые формы профессиональных заболеваний (с потерей общей трудоспособности), отмечается значительный рост числа хронических заболеваний и высокие уровни заболеваемости с временной утратой трудоспособности.

Приказом Минздравсоцразвития России от 27 апреля 2012 года 417н «Об утверждении перечня профессиональных заболеваний» утвержден перечень профессиональных заболеваний, который содержит заболевания, связанные с воздействием производственных физических факторов: п. 2.6 – заболевания, их последствия, связанные с воздействием производственной вибрации:

- от воздействия локальной вибрации – п. 2.6.1 «Вибрационная болезнь, связанная с воздействием локальной вибрации (проявления: поленейропатия верхних конечностей, в том числе с сенсорными и вегетативно-трофическими нарушениями, периферический ангиодистонический синдром верхних конечностей (в том числе синдром Рейно), синдром карпального канала (компрессионная невропатия срединного нерва), миофиброз предплечий и плечевого пояса, артрозы и периартрозы лучезапястных и локтевых суставов)»;

- от воздействия общей вибрации - п. 2.6.2 – «Вибрационная болезнь, с вязанная с воздействием общей вибрации (проявления: периферический ангиодистонический синдром (в том числе синдром Рейно), полинейропатия верхних и нижних конечностей, в том числе с сенсорными и вегетативно-трофическими нарушениями, полинейропатия конечностей в сочетании с радикулопатией пояснично-крестцового уровня, церебральный ангиодистонический синдром);

-п. 2.6..3 – «Вибрационная болезнь, связанная с воздействием общей и локальной вибрации».

п. 4 – заболевания, их последствия, связанные с физическими перегрузками и функциональным перенапряжением отдельных органов и систем (перенапряжение и резкие или повторяющиеся движения – поднятие тяжелого предмета, тяжестей):

-п. 4.1 – «Полинейропатия верхних и нижних конечностей», связанная с воздействием функционального перенапряжения или комплекса производственных факторов,

п. 4.4 – рефлекторные и компрессионные синдромы шейного и пояснично-крестцового уровней, связанные с функциональным перенапряжением:

-4.4.1. – «Мышечно-тонический (миофасциальный) синдром шейного уровня»,

-4.4.2. – «Радикулопатия (компрессионного-ишемический синдром) шейного уровня»,

-4.4.3. – «Миелорадикулопатия шейного отдела»,

-4.4.4. – «Мышечно-тонический (миофасциальный) синдром пояснично-крестцового уровня»,

-4.4.5. - «Радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) пояснично-крестцового уровня»,

-4.4.6 – «Миелорадикулопатия пояснично-крестцового отдела».

п. 4.5 – болезни мягких тканей, связанные с функциональным перенапряжением:

-4.5.1. – «Хронические миофиброзы предплечий и плечевого пояса»,

-4.5.2. – «Поражения плеча, связанные с физическим функциональным перенапряжением (проявления: плечелопаточный периартроз, адгезивный капсулит плеча, синдром сдавления ротатора плеча, тендиноз длинной головки двуглавой мышцы плеча, бурсит плеча, другие поражения плеча (бурсит субакромиальной и/или поддельтовидной синовиальной сумки, тендиноз подостной, малой круглой и надлопаточных мышц)».

В соответствии с пунктом 4.2 Руководства Р2.2.2006-05 "Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда", утвержденного 29 июля 2005 года руководителем Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека - Главным государственным санитарным врачом РФ, вторая степень вредных условий труда характеризуется появлением начальных признаков или легких форм профессиональных заболеваний (без потери профессиональной трудоспособности), возникающих после продолжительной экспозиции (часто после 15 и более лет), работа во вредных условиях третьей степени приводит к развитию, как правило, профессиональных болезней легкой и средней степеней тяжести (с потерей профессиональной трудоспособности) в периоде трудовой деятельности, росту хронической (профессионально обусловленной) патологии.

Аналогичные положения содержаться в п. 2 ч. 4 ст. 14 Федерального закона «О специальной оценке условий труда» о том, что, для появления начальных форм профессиональных заболеваний или профессиональных заболеваний легкой степени тяжести требуется воздействие на работника вредных условий труда 2 степени в течение не менее 15 лет, то есть необходима работа по классу вредности условий труда - 3.2 не менее 15 лет, с учетом того вредного производственного фактора, который определен в качестве основания возникновения такого заболевания согласно вышеуказанному Перечню.

Из пункта 20 Акта о случае профессионального заболевания от 4 февраля 2021 года следует, что у ФИО3 заболевание «<данные изъяты>» установлено как профессиональное, возникшее в результате длительного воздействия общей вибрации, превышающей предельно-допустимые уровни.

При этом, как следует из материалов дела, какие-либо клинические признаки данного заболевания до 2019 года у ФИО7 ЛГ. не проявлялись, он проходил периодические медицинские осмотры и признаков данного заболевания не устанавливалось.

ФИО3 обратился в ГУ-КРО ФСС РФ (Филиал № 14) (в настоящее время Отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю) с заявлением о назначении обеспечения по страхованию в связи с профессиональным заболеванием, в чем решением государственного органа от 17 мая 2021г. было отказано, в связи с оформлением акта о случае профессионального заболевания с нарушением действующего законодательства (отсутствуют подписи членов комиссии) и наличии сомнений связи заболевания с профессией (т. 3 л.д. 9).

Не согласившись с данным решением, ФИО3 обратился в суд.

Разрешая заявленные сторонами требования, оценив представленные доказательства и руководствуясь вышеприведенными нормами Трудового кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона №125-ФЗ от 24 июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Положениями о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967, а также Инструкцией о порядке применения названного положения, утвержденной приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28 мая 2001 года № 176, Федерального закона от 28.12.2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 27.04.2012 года № 417н «Об утверждении перечня профессиональных заболеваний», разъяснениями, данными в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», суд приходит к следующим выводам.

Согласно пунктам 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967 под хроническим профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности. Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем.

Как предусмотрено пунктами 11-12 Положения, при установлении предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание (отравление) извещение о профессиональном заболевании работника в 3-дневный срок направляется в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора. Центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора в 2-недельный срок со дня получения извещения представляет в учреждение здравоохранения санитарно-гигиеническую характеристику условий труда работника.

Оформление санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) осуществляется в соответствии с Инструкцией, утвержденной Приказом Минздрава РФ от 28 мая 2001 года № 176 "О совершенствовании системы расследования и учета профессиональных заболеваний в РФ" (п. 1.6. Инструкции).

Учреждение здравоохранения, установившее предварительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (отравление), в месячный срок обязано направить больного на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (центр профессиональной патологии, клинику или отдел профессиональных заболеваний медицинских научных организаций клинического профиля. Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (пункты 13-14 Положения).

В силу пункта 16 данного Положения, установленный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы.

На основании пункта 19 Положения, работодатель обязан организовать расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания, для чего образует комиссию по расследованию профессионального заболевания (далее именуется - комиссия), возглавляемую главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора. В состав комиссии входят представитель работодателя, специалист по охране труда (или лицо, назначенное работодателем ответственным за организацию работы по охране труда), представитель учреждения здравоохранения, профсоюзного или иного уполномоченного работниками представительного органа.

По результатам расследования комиссия составляет акт о случае профессионального заболевания по прилагаемой форме.

Согласно пункту 35 Положения разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования рассматриваются, в том числе, судом.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» разъяснено, что право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. При этом суду следует учитывать, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: подтвержденный факт повреждения здоровья; принадлежность пострадавшего в кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и воздействием вредного производственного фактора.

Таким образом, одним из обязательных условий для возникновения у лица права на обеспечение по страхованию в связи с профессиональным заболеванием является наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и воздействием вредного производственного фактора, которая в силу части 4 статьи 63 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» устанавливается в результате проведения экспертизы связи заболевания с профессией.

Экспертиза связи заболевания с профессией проводится специализированной медицинской организацией или специализированным структурным подразделением медицинской организации в области профессиональной патологии при выявлении профессионального заболевания. По результатам экспертизы связи заболевания с профессией выносится медицинское заключение о наличии или об отсутствии профессионального заболевания.

Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 31 января 2019 года № 36н утвержден Порядок проведения экспертизы связи заболевания с профессией, который определяет правила проведения экспертизы связи заболевания с профессией в целях установления наличия причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью (пункт 1 Порядка).

Согласно пункту 15 Порядка, по результатам проведения экспертизы связи хронического профессионального заболевания (отравления) с профессией врачебная комиссия устанавливает заключительный диагноз хронического профессионального заболевания (отравления) и выносит одно из следующих решений: а) о наличии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью; б) об отсутствии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью (хронического профессионального заболевания (отравления).

В целях разрешения возникшего между сторонами спора и установления причинно-следственной связи между имеющимися у ФИО3 заболеваниями и его профессиональной деятельностью в ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель», определением от 5 октября 2023г. по делу назначена комплексная судебная экспертиза (экспертиза условий труда и связи заболеваний с профессией), производство которой поручено экспертам Федерального бюджетного учреждения «Центральная клиническая больница гражданской авиации» (ЦКБ ГА) (125367, <...>).

В соответствии с выводами судебной экспертизы ЦКБ ГА от 27 декабря 2024г., на дату извещения об установлении предварительного диагноза профессионального заболевания - 19.09.2019 г. - у ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения имелись следующие заболевания: <данные изъяты>); на дату извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания – 13.08.2020 г. - у ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения имелись следующие заболевания: <данные изъяты>

Исходя из фактических условий труда на рабочем месте ФИО3, установленных по результатам экспертизы условий труда, заболевания, выявленные у ФИО3 на даты извещений об установлении диагноза профессионального заболевания 19.09.2019 и 14.08.2020 гг. не являлись профессиональными; причинно- следственной связи выявленной патологии (на дату установления профессионального заболевания 19.09.2019 и 14.08.2020 гг.) с условиями его труда в течение всего периода работы в ЗФ ОАО «ГМК «Норильский никель» и ПАО «ГМК «Норильский никель» <данные изъяты> с полным рабочим днем под землей подземного <данные изъяты> (31.10.2005 - 20.11.2012 г.) <данные изъяты><данные изъяты> «<данные изъяты> (21.11.2012 - 24.05.2016 г. ) и <данные изъяты>» (25.05.2016 - 13.08.202 г.) не имелось.

Выявленные у ФИО3 заболевания не являются профессиональными.

Выздоровление (полное излечение) от таких заболеваний как «<данные изъяты>» маловероятно, поскольку они характеризуются постепенным нарастанием патологического процесса с увеличением возраста, стойким болевым синдромом с постепенным ограничением жизнедеятельности и снижением качества жизни, особенно в случаях неэффективного лечения и без коррекции образа жизни. Тем не менее, значительное улучшение (длительная ремиссия заболеваний) могла бы наступить в случае, если бы они действительно сформировались преимущественно или полностью вследствие воздействия общей вибрации. Так, согласно Клиническим рекомендациям, при условии диспансерного наблюдения и систематическом проведении курсов лечения через 3-5-7 лет после прекращения контакта с вибрацией отмечается, как правило, уменьшение (регресс) клинических симптомов вибрационной болезни. К моменту проведения настоящей экспертизы ФИО3 проработал вне контакта с вредными производственными факторами 4,5 года, однако каких-либо значимых положительных тенденций в состоянии его здоровья не сформировалось. Напротив, выявлена негативная, хотя и слабо выраженная динамика, что является одним из подтверждений непрофессионального характера выявленных у ФИО3 заболеваний.

Указание в санитарно-гигиенической характеристике конкретных параметров применяемого работником оборудования, а также указание конкретных периодов, в течение которых имели место превышения предельно допустимых уровней вибрации, с количественной характеристикой превышений ПДУ является необходимым условием для понимания врачом-профпатологом механизмов и сроков формирования патологических расстройств у ФИО3

В процедуре установления профессиональных заболеваний (приказ Минздрава России от 13 ноября 2012 г. № 911н) предварительный диагноз профессионального заболевания подтверждается или не подтверждается в процессе экспертизы связи заболевания с профессией. Установленный Лебедеву предварительный диагноз: «1. <данные изъяты>» подтвержден, однако его профессиональная этиология опровергнута, заболевания трактуются как общие.

Заключительный диагноз профессионального заболевания: «<данные изъяты> - подтверждены, но их профессиональная этиология опровергнута, заболевания трактуются как общие.

На дату извещений об установлении диагноза профессионального заболевания 19.09.2019 г. и 14.08.2020 г. у ФИО3 не исключается диагноз <данные изъяты> исключается.

Предварительный диагноз профессионального заболевания не требует документального количественного подтверждения уровней воздействия вредных производственных факторов на рабочем месте. Он устанавливается на основании наличия у работника клинических признаков заболевания и указаний на наличие вредных факторов на рабочем месте в направлениях на периодический медицинский осмотр, а также со слов работника и, исходя из представлений врачей-профпатологов об условиях груда в данной профессии. У специалистов ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора, Центра профпатологии в Северо-Западном федеральном округе г. Санкт-Петербург имелись основания для установления предварительного диагноза профессионального заболевания ФИО3, т.к., у него были выявлены клинические признаки <данные изъяты>, а по данным заключений по периодическим медицинским осмотрам ФИО3 контактировал с вредными факторами (3.4.1 - локальная вибрация; 3.4.2 - общая вибрация; 3.5-шум; 4.1 -тяжесть труда).

У ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» Роспотребнадзора, Центра профпатологии в Северо-Западном федеральном округе г. Санкт-Петербург не имелось достаточных оснований для установления заключительного диагноза профессионального заболевания ФИО3 <данные изъяты> (извещение от 14.08.2020 №). исходя из фактических условий труда, установленных по результатам судебной экспертизы. В п. 10.3 СГХ от 22.10.2019 г. № № указано, что эквивалентный корректированный уровень общей на рабочем месте <данные изъяты> превышает ПДУ по оси Zна 6 дБ. Однако речь идет о транспортно-технологической вибрации, допустимые уровни которой существенно ниже допустимых уровней общей (транспортной) вибрации, признанных безопасными федеральным законом № 426-ФЗ и его подзаконным актом - приказом Минтруда России от 24.01.2014 г. № ЗЗн, согласно которым безопасными для работника уровнями общей вибрации являются уровни 112 дБ по осям X и Yи 115 дБ по оси Z. Следовательно, уровни общей вибрации на рабочем месте <данные изъяты> в действительности не превышают ПДУ. К работе <данные изъяты> Лебедев приступил после 10 лет работы в профессиях <данные изъяты>, на рабочих местах которых отсутствовало воздействие общей вибрации. Совмещение ФИО3 профессий <данные изъяты> не могло привести к риску развития у него <данные изъяты> болезни от воздействия общей вибрации, поскольку было эпизодическим и краткосрочным, а на рабочем месте <данные изъяты> вибрация отсутствует. Даже если принять во внимание, что эпизоды превышения ПДУ общей вибрации в кабине <данные изъяты> могли эпизодически иметь место, следует признать, что, до установления заключительного диагноза профессионального заболевания ФИО3 работал <данные изъяты> всего 4,2 лет, чего, безусловно, недостаточно для формирования <данные изъяты> болезни даже при наличии на рабочем месте уровней воздействия вибрации в пределах подкласса условий труда 3.2.

Симптомы установленного ФИО3 заболевания могли бы регрессировать, если бы заболевание действительно было профессиональным. <данные изъяты> относится к полиэтиологическим иль мультифакториальным хроническим заболеваниям, т.е. вредные производственные факторы не являются единственной причиной ее возникновения. Прогноз для выздоровления сомнительный. В случае наличия или присоединения сопутствующих заболеваний периферической <данные изъяты>, а также нерационального образа жизни, препятствующих реабилитации, в том числе, вне контакта с вредными производственными факторами, с увеличением возраста возможно нарастание неврологического дефекта в связи с многоуровневым поражением спинномозговых корешков пояснично-крестцового уровня. № обычно не представляет угрозы для жизни пациентов. При адекватном лечении возможно купирование симптомов поражения периферических нервов и сохранение длительной ремиссии заболевания. Однако прогноз для полного выздоровления у взрослых лиц также сомнительный.

Из перечисленных в СГХ документов относятся к условиям труда на рабочем месте ФИО3 следующие документы: Карга АРМ № за 2011 г. (электромеханик), Карта АРМ № 2011 г. (<данные изъяты>), Карга № за 2011 г. (<данные изъяты>), Карта № за 2011 г. <данные изъяты>), а также протокол производственного контроля № № от 04.06.2012 г.. Эксперты не могут утверждать, что все перечисленные документы надлежащим образом применены ТО Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю в г. Норильске при составлении СГХ в соответствии с требованиями закона № 426- ФЗ и Инструкции, т.к. сведения, приведенные в п. 24 СГХ по условиям груда <данные изъяты>, не соответствуют данным исходных ссылочных документов.

Из дополнительно представленных на экспертизу документов относится к условиям труда ФИО3 и может (должна) использоваться для подтверждения условий труда на его рабочем месте Карта № от 13.01.2016 <данные изъяты>

Не все сведения об условиях труда на рабочем месте ФИО3, приведенные от 22.10.2019 г. № достоверны. Сведения об условиях труда <данные изъяты> не соответствуют данным исходных ссылочных документов.

Использование документов, перечисленных в п. 5 СГХ (всех или отдельных из них) не повлекло за собой недостоверность выводов, изложенных в п. 24 СГХ о превышении уровня вредных производственных факторов на рабочем месте ФИО3 Соответствующие выводы сделаны произвольно, без учета информации, содержащейся в исходных документах.

Фактические условия груда на рабочем месте ФИО3 за период его работы в ПАО «ГМК «Норильский никель», исходя из представленных для проведения экспертизы карт аттестации рабочих мест, специальной оценки условий труда и протоколов производственного контроля, относящихся к его рабочему месту, характеризуются воздействием следующих факторов:

на рабочем месте <данные изъяты> (31.10.2005

20.11.2012 гг.) — аэрозолей преимущественно фиброгенного действия (ЛГТФД) - на уровне подкласса условий труда 3.1; шума - на уровне подкласса условий труда 3.2; уровни общей вибрации не превышают ПДУ, согласно федеральному закону № 426-ФЗ (Карта АРМ № 263 за 2011 г.);

на рабочем месте <данные изъяты>) - (21.11.2012 - 24.05.2016 гг.)

шума - на уровне подкласса условий труда 3.1 (Карта АРМ № № за 2011 г.);

на рабочем месте <данные изъяты> - шума - на уровне подкласса условий труда 3.3; тяжести трудового процесса на уровне подкласса условий труда 3.2 (нахождение в позе «сидя» от 60 до 80% времени смены; стереотипные рабочие движения; Карта СОУТ № от 13.01.2016 г.).

Согласно п. 5 Инструкции по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной приказом Роспотребнадзора от 31.03.2008 № 103, использование других документов (выписка из трудовой книжки, журналов инструктажа, ссылки на литературные справочные материалы по количественной характеристике факторов производственной среды и трудового процесса для аналогичных производств, профессий и др.), подтверждающих наличие вредных производственных факторов и их количественные характеристики, возможно только в случае установления предварительного диагноза профессионального заболевания (отравления) у работника после прекращения контакта с вредными факторами производственной среды (поздний силикоз, туберкулез, злокачественные образования и др.) и невозможности представления данных об условиях труда (ликвидация цеха, участка, организации, реконструкция, отсутствие документов о количественной характеристике вредных факторов). Указаные, условия не соответствуют случаю профессионального заболевания, установленного у ФИО3, следовательно, в отношении его рабочего места невозможно применение в СГХ материалов, не относящихся к рабочему месту, как материалов, аналогичных по количественной характеристике факторов производственной среды и трудового процесса рабочему месту ФИО3 (т. 3 л.д. 130, 131-179).

Следовательно, оснований для установления причинно-следственнойсвязи, диагностированных ФИО3 заболеваний с профессией в ПАО «ГМК «Норильский никель» не имелось, заболевания, выявленные у ФИО3 в 2019г. и 2020г. не являлись профессиональными.

Принимая заключение судебной экспертизы в качестве надлежащего и достаточного доказательства для разрешения спора, суд исходит из того, что в условиях предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, экспертами приведено обоснование выводов о том, что у ФИО3 не подтверждены ранее установленные диагнозы профессионального заболевания.

Заключение составлено в ясной и понятной форме, носит комплексный комиссионный характер, экспертиза проведена специалистами, имеющими значительный опыт в области знаний, требуемых для ответов на поставленные судом вопросы; процедура проведения данной экспертизы соответствует Порядку, утвержденному приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 31 января 2019 года № 36н, заключение содержит подробное описание произведенных исследований, выводы категоричны и объективно обоснованы.

Также, суд принимает во внимание, что Федеральное бюджетное учреждение «Центральная клиническая больница гражданской авиации» имеет лицензию на дачу заключений о профессиональном характере заболевания, возникшего от воздействия вредных факторов, составление медицинских заключений и направление извещений об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания (отравления) его уточнения или отмене, форма которого утверждена Приказом министерства здравоохранения Российской Федерации от 28 мая 2001г. №176, которые обязывают в соответствии с Положением об учете и расследовании профессиональных заболеваний, утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000г. №967, организовывать и проводить расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания.

Доводы стороны истца ФИО3 о порочности судебной экспертизы ввиду недоверия членам врачебной комиссии – экспертам ЦКБ ГА врачу по гигиене труда ГА доктору медицинских наук, профессору <данные изъяты> кандидату медицинских наук <данные изъяты> являлись предметом проверки и отклонены судом, поскольку достоверно установлено, что эксперт <данные изъяты>. с 08 октября 2020г. не является сотрудником ООО «Клинский институт охраны и условий труда», доказательств участия <данные изъяты> в проектах ПАО «ГМК «Норильский никель» не представлено, наличие повода для формирования конфликта интересов в процессе экспертной деятельности профессора <данные изъяты>. в связи с производством экспертизы условий труда ФИО3 объективно не подтверждено.

Возражения стороны истца ФИО3 отражают субъективную оценку и позицию стороны, однако они не свидетельствует о необоснованности заключения, поскольку на стороне, оспаривающей результаты экспертизы, лежит обязанность доказать обоснованность своих возражений против выводов экспертов, при этом допущенные экспертами нарушения должны быть существенными, способными повлиять на итоговые выводы по поставленным вопросам, однако таких нарушений по настоящему делу не установлено.

Заключение судебной экспертизы суд оценивает в совокупности с другими доказательствами по делу, а именно результатами исследования по условиям труда, данными периодических профосмотров ФИО3 в период всей трудовой деятельности, когда признаков профессионального заболевания, указанного в Извещении об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» не имелось.

Оснований для назначения по делу повторной судебной экспертизы связи заболевания ФИО3 с профессией по ходатайству стороны истца ФИО3 – судом также не установлено.

При таких обстоятельствах, суд принимает заключение судебной экспертизы в качестве надлежащего и достаточного доказательства для разрешения спора по существу, и полагает исковые требования ОСФР по Красноярскому краю подлежащими удовлетворению, а исковые требования ФИО3 не подлежащими удовлетворению.

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов за проведение комплексной судебной экспертизы в пользу ФБУ «Центральная клиническая больница гражданской авиации» в размере 274560 рублей, суд полагает необходимым взыскать данные расходы по следующим основаниям:

Так, согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу положений ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам.

На основании ч. 3 ст. 97 ГПК РФ, денежные суммы, причитающиеся экспертам, выплачиваются по окончании судебного заседания, в котором исследовалось заключение эксперта.

Частями 1, 4 статьи 98 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Определением суда от 5 октября 2023 года по делу была назначена комплексная судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено ФБУ «Центр клинической больницы и гражданской авиации» (т. 2 л.д. 176-180), расходы по проведению экспертизы были возложены судам на ПАО «ГМК «Норильский никель», которое не оплатило данные расходы, что не отрицалось представителем в судебном заседании.

ФБУ «Центральная клиническая больница гражданской авиации» к заявлению представлен перечень оказанных медицинских услуг на сумму 274560 руб. (т. 3 л.д. 192). У суда не вызывает сомнений обоснованность данных расходов.

Стороны, участвующие в деле просили распределить указанные судебные расходы на усмотрение суда в соответствии со ст. 98 ГПК РФ.

Учитывая установленные судом обстоятельства, а также с учетом признания недействительными извещений об установлении предварительного и заключительного диагнозов ФИО3 Акта и СГХ, а также того, что в рамках гражданского дела по иску ФИО3 данная экспертиза не назначалась, объединение дел произведено после назначения судом экспертизы, суд полагает необходимым, данные расходы подлежащими взысканию в пользу ФБУ «Центральная клиническая больница гражданской авиации» с Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю и с ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в равных долях, т.е. по 137280 рублей с каждого.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю, удовлетворить.

Признать недействительным извещение ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья№ от 19 сентября 2019 года об установлении ФИО3 предварительного диагноза профессионального заболевания «<данные изъяты>».

Признать недействительным извещение ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» № от 13 августа 2020г. об установлении ФИО3 заключительного диагноза профессионального заболевания «<данные изъяты>

Признать недействительной и подлежащей отмене с даты составления санитарно-гигиеническую характеристику условий труда ФИО3 № от 22 октября 2019г.

Признать недействительным и подлежащим отмене с даты утверждения акт о случае профессионального заболевания ФИО3 от 4 февраля 2021г., составленный на основании извещения ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» об установлении ФИО3 заключительного диагноза профессионального заболевания.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 о признании случая профессионального заболевания страховым и возложении обязанности назначить страховые выплаты – отказать.

Взыскать в долевом порядке с Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в пользу ФБУ «Центральная клиническая больница гражданской авиации» в счет возмещения расходов за проведение комплексной судебной медицинской экспертизы в размере по 137280 рублей 00 копеек с каждого.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Норильский городской суд Красноярского края в течение месяца с даты изготовления в окончательной форме.

Председательствующий: судья М.Н. Зависнова

Решение суда в окончательной форме изготовлено 21 апреля 2025 года.