Решение № 2-111/2019 2-111/2019(2-2268/2018;)~М-2383/2018 2-2268/2018 М-2383/2018 от 19 февраля 2019 г. по делу № 2-111/2019

Дело № 2-111/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Воркута 19 февраля 2019 года

Воркутинский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Екимовой Н.И., при секретаре судебного заседания Запорожской В.Ю., с участием представителя ответчика МБУ «СШ «Олимпиец» ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Муниципальному бюджетному учреждению «Спортивная школа «Олимпиец» (далее - МБУ «СШ «Олимпиец») о взыскании недоплаты по заработной плате, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратилась к МБУ ДО «ДЮСШ «Олимпиец» (после переименования - МБУ «СШ «Олимпиец») с учётом уточнения требований в порядке ст.39 ГПК РФ о взыскании недоплаты по заработной плате за октябрь, ноябрь, декабрь 2017 года, компенсации морального вреда в размере 5000 руб., расходов по оплате услуг представителя в размере 2000 руб., ссылаясь на то, что состояла в трудовых отношениях с ответчиком с <дата> по <дата>, в спорный период начисление ей заработной платы не соответствует требованиям действующего трудового законодательства, так как не обеспечивает повышенный размер оплаты ее труда из расчета установленного региональным соглашением размера ежемесячной минимальной заработной платы с начислением на него районного коэффициента в размере 60% и надбавки к заработной плате в связи с работой в районах Крайнего Севера, в размере 80%, определенных условиями заключенного трудового договора.

В письменном отзыве МБУ ДО «ДЮСШ «Олимпиец» содержится просьба об отказе в удовлетворении исковых требований, так как заработная плата в 2017 году начислялась и уплачивалась не ниже прожиточного минимума, установленного постановлениями Правительства Республики Коми. Кроме того, истец пропустила срок обращения в суд с требованиями о взыскании заработной платы за октябрь 2017 года, в связи с чем ответчик просил применить последствия пропуска срока исковой давности.

Истец, извещённая о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, просила рассмотреть дело в её отсутствие.

Руководствуясь ст.167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Представитель ответчика в судебном заседании иск признала частично, ссылаясь на пропуск истцом срока обращения в суд, а также на то, что перерасчёт заработной платы возможен только с момента провозглашения Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 07.12.2017 N 38-П, то есть с 07.12.2017.

Выслушав объяснения представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу ст.133 ТК РФ минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения (ч.1); месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда (ч.3).

Согласно ст.133.1 ТК РФ региональным соглашением о минимальной заработной плате может устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте РФ (ч.1). Размер минимальной заработной платы в субъекте РФ не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом (ч.4).

Заработная плата конкретного работника устанавливается в трудовом договоре в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда, которые разрабатываются на основе требований трудового законодательства (ч. ч. 1 и 2 ст. 135 ТК РФ) и должны гарантировать каждому работнику определение его заработной платы с учетом установленных законодательством критериев, в том числе условий труда.

В силу ст. 146 ТК РФ труд работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями, оплачивается в повышенном размере.

Статья 148 ТК РФ гарантирует оплату труда в повышенном размере работникам, занятым на работах в местностях с особыми климатическими условиями, в порядке и размерах не ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Данные нормы конкретизированы в ст. ст. 315, 316, 317 ТК РФ, предусматривающих, что оплата труда лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал необходимость при установлении системы оплаты труда в равной мере соблюдать как норму, гарантирующую работнику, полностью отработавшему за месяц норму рабочего времени и выполнившему нормы труда (трудовые обязанности), заработную плату не ниже минимального размера оплаты труда, так и правила статей 2, 132, 135, 146, 148, 315, 316 и 317 ТК РФ, в том числе правило об оплате труда, осуществляемого в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в повышенном размере по сравнению с оплатой идентичного труда, выполняемого в нормальных климатических условиях (определения от 01 октября 2009 года N 1160-О-О, от 17 декабря 2009 года N 1557-О-О, от 25 февраля 2010 года N 162-О-О и от 25 февраля 2013 года N 327-О).

Единообразное толкование правовых норм в практике судов общей юрисдикции обеспечивается в соответствии со ст. 126 Конституции Российской Федерации Верховным Судом Российской Федерации, который в разделе 1 "Оплата труда" Обзора судебной практики рассмотрения судами дел, связанных с осуществлением гражданами трудовой деятельности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 февраля 2014 года, разъяснил, что при установлении системы оплаты труда в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера, неблагоприятные факторы, связанные с работой в этих условиях, в силу положений главы 50 ТК РФ должны быть компенсированы специальными коэффициентом и надбавкой к заработной плате.

Из указанного Обзора следует, что изменения, внесенные в ст. 129 и 133 ТК РФ Федеральным законом от 20 апреля 2007 года N 54-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О минимальном размере оплаты труда" и другие законодательные акты Российской Федерации", не затрагивают правил определения заработной платы работника и системы оплаты труда. При установлении системы оплаты труда каждым работодателем должны в равной мере соблюдаться как норма, гарантирующая работнику, полностью отработавшему за месяц норму рабочего времени и выполнившему нормы труда (трудовые обязанности), заработную плату не ниже минимального размера оплаты труда, так и правила статей 2, 130, 132, 135, 146, 148, 315, 316 и 317 ТК РФ, в том числе правило об оплате труда, осуществляемого в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в повышенном размере по сравнению с оплатой идентичного труда, выполняемого в нормальных климатических условиях. Заработная плата работника организации, расположенной в районах Крайнего Севера или приравненной к районам Крайнего Севера местности, должна быть определена в размере не менее минимального размера оплаты труда, после чего к ней должны быть начислены районный коэффициент и надбавка за стаж работы в данных районах и местностях.

Данные выводы соответствуют правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07 декабря 2017 года N 38-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Г., О.Л. Дейдей, К. и И.Я. Кураш", согласно которой взаимосвязанные положения статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации не противоречат Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они не предполагают включения в состав минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте РФ) районных коэффициентов (коэффициентов) и процентных надбавок, начисляемых в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

С учетом приведенных положений закона и толкования этих норм, данных Конституционным Судом Российской Федерации, Верховным Судом Российской Федерации, действия работодателя по выплате истцу заработной платы, размер которой до применения районного коэффициента и надбавки за стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, был ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, являлись неправомерными.

При разрешении спора судом уставлено, что истец состояла в трудовых отношениях с ответчиком с <дата> по <дата>, осуществляла трудовую деятельность в качестве оператора хлораторных установок на основании трудового договора от <дата> и дополнительных соглашений к нему от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>, от <дата>.

Трудовым договором истцу был установлен оклад 3255 руб., компенсационные выплаты за работу в РКС - процентная надбавка 80% и районный коэффициент 1, 6, премии и иные выплаты в соответствии с Положением об оплате труда.

Согласно дополнительному соглашению к трудовому договору от <дата>, действующему, в том числе в спорный период, с <дата> по <дата> должностной оклад был установлен в размере 3610 рублей.

Дополнительным соглашением к трудовому договору от <дата> в пункт 4.1.2 внесены изменения, в соответствии с которыми профессия «оператор хлораторных установок имеет итоговый класс (подкласс) условий труда 3.2 (вредные условия труда 2 степени), в связи с чем предусмотрены дополнительные гарантии и компенсации, предоставляемые работнику, занятому на данном рабочем месте, а именно: повышенная отплата труда работника – 4% тарифной ставки (оклада). Указанные изменения в трудовой договор вступили в силу с <дата>.

Минимальный размер оплаты труда в северной природно-климатической зоне Республики Коми в соответствии с Региональным соглашением от 28.12.2016 №149 составляет с 01.01.2017- 9300 руб.; с 01.07.2017- 10 000 руб. Данный документ действует до заключения нового соглашения, но не более трех лет.

Региональное соглашение в спорный период являлось действующим, установленный им минимальный размер оплаты труда превышал минимальный размер оплаты труда, установленный федеральным законом (с 01.07.2016 - 7 500 руб., с 01.07.2017- 7800 руб. согласно Федеральным законам от 02.06.2016 № 164-ФЗ, от 19.12.2016 № 460-ФЗ), в связи с чем при разрешении заявленных требований суд руководствуется названным региональным соглашением.

Таким образом, установленные истцу размеры оклада были меньше минимального размера оплаты труда, определенного региональным соглашением, но общая сумма заработной платы с учетом всех начислений превышала минимальный размер оплаты труда, как того требует ч.3 ст.133 Трудового кодекса РФ.

В тоже время заявление ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности по требованиям о взыскании недоплаты по заработной плате за октябрь 2017 года подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 392 ТК РФ за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Из смысла приведенной нормы следует, что закон связывает применение последствий пропуска срока для обращения в суд с моментом, когда истцу стало известно о нарушении своего права.

Как следует из материалов дела, Правилами внутреннего трудового распорядка, утвержденными приказом директора МБУ ДО «ДЮСШ «Олимпиец» от <дата> ..., предусмотрено, что заработная плата выдается 11 и 25 (аванс) числа каждого месяца, при этом из справки о сумме начисления заработной платы следует, что окончательный расчет за октябрь 2017 с ФИО2 произведен 10.11.2017.

Таким образом, срок исковой давности по указанному спору следует исчислять с 11.11.2017, и соответственно последним днем является 10.11.2018.

Исковое заявление ФИО2 направлено в суд почтовым отправлением и, согласно штампу «Почта России» на конверте, сдано в отделение почтовой связи - 10.12.2018, т.е. с пропуском установленного законом срока в отношении требований за октябрь 2017 года.

В соответствии с абз. 4 ст. 392 ТК РФ при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжелобольными членами семьи) (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Таким образом, критерием уважительности причин пропуска срока для обращения в суд является их объективный, не зависящий от воли лица, характер.

Вместе с тем доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших истцу обратиться в суд в установленный законом срок, представлено не было.

На основании изложенного требования истца о взыскании недоплаты за октябрь 2017 года удовлетворению не подлежат.

Из справки о сумме начислений заработной платы за ноябрь и декабрь 2017 года следует, что истцу за 21 рабочий день в ноябре и за 21 рабочий день в декабре начислено по 14881,80 руб.

Норма рабочих дней в ноябре и декабре 2017 года – 21 день, что совпадает с фактически отработанным временем ФИО2 за указанный период.

Таким образом, надлежало выплатить:

(10 000 х 1,6)+( 10 000 х 80%)+(10 000 х 4%)=24000 руб. (за каждый месяц).

10000 руб. - МРОТ в соответствии с Региональным соглашением о минимальной заработной плате в Республике Коми от 28.12.2016 № 149

1,6- районный коэффициент;

80%- северная надбавка;

4%-надбавка за работу во вредных условиях труда.

Таким образом, недоплата составила: 24 000 руб.- 14881,80 руб. = 9118,20 х 2 (ноябрь, декабрь 2017) = 18236,40 руб.

В то же суд не может согласиться с расчётом истца, поскольку, ссылаясь в заявлении на региональное соглашение, истец в нарушение ст.133.1 ТК РФ применяет при исчислении минимальный размер оплаты труда, установленный федеральным законом, а не региональным соглашением о минимальной заработной плате в Республике Коми, и не учитывает надбавку за работу во вредных условиях труда, установленную дополнительным соглашением к трудовому договору от 11.10.2017.

Доводы ответчика о том, что произвести перерасчет заработной платы и взыскать недоначисленную заработную плату возможно только с момента провозглашения Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 07.12.2017 N 38-П, то есть с 07.12.2017, несостоятельны.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 07.12.2017 N 38-П признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации взаимосвязанные положения статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они не предполагают включения в состав минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации) районных коэффициентов (коэффициентов) и процентных надбавок, начисляемых в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

В п. 2 Постановления от 07.12.2017 N 38-П указано, что выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл положений статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации является общеобязательным, что исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 08.11.2012 N 25-П разъяснено, что юридической силой постановления Конституционного Суда Российской Федерации, в котором выявляется конституционно-правовой смысл нормы и тем самым устраняется неопределенность в ее интерпретации с точки зрения соответствия Конституции Российской Федерации, обусловливается невозможность применения данной нормы (а значит, прекращение действия) в любом другом истолковании, расходящемся с ее конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации. Иное - в нарушение статьи 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации и части третьей статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" - означало бы возможность применения нормы в прежнем ее понимании, не соответствующем Конституции Российской Федерации и, следовательно, влекущем нарушение конституционных прав и свобод. С момента вступления постановления Конституционного Суда Российской Федерации в силу такая норма не должна толковаться каким-либо иным образом и применяться в каком-либо ином смысле (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от

21.01.2010 N 1-П, от 26.02.2010 N 4-П и от 21.12.2011 N 30-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 11.11.2008 N 556-О-Р, от 16.07.2009 N 957-О-О, от 01.06.2010 N 755-О-О и др.).

На указанные обстоятельства обращено внимание и в Определении Конституционного Суда РФ от 27.02.2018 N 252-О-Р, которым ходатайство Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации о разъяснении Постановления от 07.12.2017 N 38-П признано не подлежащим дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации.

Поскольку спор разрешен судом после 07.12.2017, суд был не вправе применить нормы трудового законодательства в любом другом истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации в Постановления от 07.12.2017 N 38-П.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику.

Принимая во внимание фактические обстоятельств дела, установленный факт нарушения трудовых прав истца, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 руб., что, по мнению суда, соответствует объему нарушенных прав.

В соответствии с ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, в силу ст.94 ГПК РФ относятся, в том числе связанные с рассмотрением дела суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы, понесенные сторонами.

Истец в связи с рассмотрением дела понес расходы на составление искового заявления в сумме 2 000 руб., что подтверждается, квитанцией к приходному кассовому ордеру от <дата> ... на сумму 2 000 руб.

Данные расходы связаны с рассмотрением дела и, по мнению суда, являются необходимыми, следовательно, в силу ст.98 ГПК РФ подлежат взысканию с ответчика.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ п. 2 ч. 2 ст. 333.17 НК РФ подлежит взысканию с ответчика государственная пошлина в размере 1029, 46 руб. (729,46 руб. - по спору о взыскании зарплаты и 300 руб. - по спору о взыскании компенсации морального вреда), от уплаты которой истец был освобожден при обращении в суд с настоящим исковым заявлением.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ,

решил:

исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с муниципального бюджетного учреждения «Спортивная школа «Олимпиец» в пользу ФИО2 недоплату заработной платы в размере 18236 рублей 40 копеек, судебные расходы в размере 2000 рублей, а всего 20236 рублей, 40 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Муниципального бюджетного учреждения «Спортивная школа «Олимпиец» в доход бюджета МО ГО «Воркута» государственную пошлину в размере 1029, 46 руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми путем подачи апелляционной жалобы в Воркутинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме -20.02.2019.

Председательствующий Н.И. Екимова