Приговор № 22-1430/2024 от 23 июня 2024 г. по делу № 1-230/2024

Председательствующий по делу, Дело № 22-1430/2024

судья Чепцов Ю.Ф.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

24 июня 2024 года г. Чита

Судебная коллегия по уголовным делам Забайкальского краевого суда в составе председательствующего судьи Тишинского А.А.,

судей Аникиной Л.С., Белослюдцева А.А.,

при секретаре судебного заседания Юнусовой Ю.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника прокурора Черновского района г. Читы Иванова И.С. на приговор Черновского районного суда г. Читы от 18 апреля 2024 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>, неработающая, несудимая,

осуждена по ч. 1 ст. 114 УК РФ к 8 месяцам ограничения свободы, с установленными в соответствии со ст. 53 УК РФ ограничениями и возложенной обязанности.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

По уголовному делу разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Тишинского А.А., мнение прокурора Дамдиновой Б.Ц. об изменении приговора по доводам апелляционного представления, пояснения осужденной ФИО1, адвоката Тонких С.А., потерпевшего ФИО об оправдании осужденной ФИО1, судебная коллегия

установила:

органами предварительного следствия ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, то есть умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Обжалуемым приговором вина ФИО1 установлена в умышленном причинении ФИО тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны.

Согласно описанию в приговоре преступного деяния, признанного судом доказанным, <Дата> в период времени с 14 часов до 14 часов 37 минут в квартире по адресу: <адрес>, между ФИО1 и ФИО, находившимися в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, произошел конфликт, в ходе которого ФИО начал выражаться в адрес ФИО1 нецензурной бранью, схватил ее рукой за волосы, ударил головой о раковину, а также нанес 5 ударов кулаком по лицу и телу, причинив кровоподтек и ссадину в околоротовой области слева, кровоподтеки на передней поверхности правого плеча в средней трети, на передней поверхности левого плеча в нижней трети, на задней поверхности левого предплечья в верхней трети, не причинившие вреда здоровью, а также угрожал ей убийством, а ФИО1, защищаясь от посягательства ФИО, используя средство и способ защиты, явно не соответствующие характеру и степени опасности посягательства, которое не создавало реальной угрозы ее жизни и здоровью, то есть явно превышая пределы необходимой обороны, умышленно нанесла ФИО удар ножом в область груди, причинив ему проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева с повреждением верхней доли левого легкого, осложнившееся левосторонним гемотораксом, которое является опасным для жизни и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью.

Действия ФИО1 квалифицированы по ч. 1 ст. 114 УК РФ.

В апелляционном представлении (основном и дополнительном) государственный обвинитель Иванов И.С. выражает несогласие с приговором.

Указывает, что в соответствии со статьей 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Считает, что суд необоснованно переквалифицировал действия ФИО1 с п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ.

Излагая в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства произошедшего, суд фактически вышел за рамки предъявленного обвинения.

Так, суд указал о том, что ФИО схватил ФИО1 за волосы, ударил головой о раковину, а также нанес ей 5 ударов кулаком по лицу и телу, угрожал убийством, а ФИО1, защищаясь от посягательств ФИО, которое не создавало реальной угрозы её жизни и здоровью, умышленно нанесла один удар ножом в область груди ФИО.

При этом, предъявленное обвинение не содержит таких сведений, также они не были установлены в ходе предварительного следствия, не говорила и об этом сама ФИО1

Подробно ссылается на показания ФИО1, которые она давала в ходе предварительного следствия.

Кроме того, отмечает, что потерпевший ФИО в ходе следствия давал неинформативные показания, говоря о том, что не помнит обстоятельства произошедшего, однако в суде ФИО показал, что они с ФИО1 подали заявление в ЗАГС, в конфликте виноват сам, претензий не имеет и пояснил, что он ладонями наносил удары ФИО1, сколько точно не помнит, слова угрозы убийством не высказывал, при этом ФИО пытался убедить суд и настаивал на том, что он держал ее за волосы, бил и именно в этот момент ФИО1 взяла нож и нанесла удар защищаясь.

Считает, что ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании, не было установлено, что ФИО нанес 5 ударов кулаками и высказал слова угрозы убийством. Проведенной судебно-медицинской экспертизой на теле ФИО1 зафиксированы телесные повреждения, не характерные для ударов о раковину и 5 ударов кулаками.

Выражает несогласие с выводами суда о наличии незначительных противоречий в показаниях ФИО и ФИО1 в части описания насилия.

Полагает, что за основу следует брать показания ФИО1, которые она давала в ходе предварительного следствия, а также объективно оценить обстановку в момент причинения ножевого ранения потерпевшему.

Кроме того, суд оставил без внимания, что ФИО1 решила причинить тяжкий вред здоровью потерпевшему ФИО в момент, когда нападение с его стороны было окончено, активных действий потерпевший не предпринимал. Сама ФИО1 объяснила свои действия тем, что находилась в состоянии опьянения, поэтому нанесла телесное повреждение, если была бы трезвой, просто вызвала бы сотрудников полиции.

Учитывая указанное, суд признал в качестве обстоятельства, отягчающего наказание в соответствии с ч. 11 ст. 63 УК РФ совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

При этом, мотивируя наличие отягчающего наказание обстоятельства суд указывает, что состояние опьянение повлияло на развитие конфликта и на выбор способа его разрешения.

Отмечает, что ранее между потерпевшим ФИО и осужденной ФИО1 уже были подобные конфликты, с причинением ФИО1 телесных повреждений. Указанное не было для нее неожиданностью. В момент причинения телесных повреждений потерпевшему с его стороны не было посягательства, мотивом совершения ФИО1 преступления явилась личная неприязнь к ФИО.

Суд в приговоре неоднократно отмечает, что у ФИО1 не имелось оснований опасаться за свою жизнь и здоровье, тем самым подтверждает версию обвинения о необходимости квалификации ее действий по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ.

Считает, что суд, изложив в вводной, описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора имя подсудимой как «С,», фактически допустил ошибку, поскольку, согласно сведений миграционной службы, в том числе по сведениям ранее выданного паспорта, ее официальное имя «С.».

Также в данных о личности суд приводит наличие малолетнего ребенка у ФИО1, тогда как в судебном заседании таковых сведений установлено не было.

В резолютивной части приговора суд, возлагая на осужденную обязанности в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ не раскрыл отдельно каждое ограничение, перечислил их одним предложением, не указав, какие ограничения реализуются с согласия специализированного органа (не выезжать), а какие налагают полный запрет (не посещать места распития алкоголя).

Просит приговор изменить, уточнить в вводной, описательно-мотивировочной и резолютивных частях приговора имя ФИО1, указав - С., вместо С.. Исключить из описательно-резолютивной части приговора указание о наличии у ФИО1 малолетнего ребенка. Действия ФИО1 квалифицировать по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, назначив ей наказание в виде 3 лет 3 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Тонких С.А. высказывает несогласие с ним, просит оставить приговор без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела и имеющиеся в них доказательства, выслушав участников процесса, оценив доводы апелляционного представления и возражения на него, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене в связи с несоответствием изложенных в нем выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Как справедливо отмечено в апелляционном представлении, приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым, и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями, предусмотренными уголовно-процессуальным законом, и основан на правильном применении уголовного закона (ст. 297 УПК РФ).

Основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (п. 1 ст. 38915 УПК РФ).

Судебное решение признается не соответствующим фактическим обстоятельствам, если суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его выводы (п. 2 ст. 38916 УПК РФ), что и имело место по уголовному делу в отношении ФИО1

Признавая ФИО1 виновной в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, и квалифицируя ее действия по ч. 1 ст. 114 УК РФ, суд сослался в приговоре на показания осужденной, данные ею в ходе предварительного следствия и в суде, показания потерпевшего ФИО, данные им в процессе судебного разбирательства, показания свидетелей Ч.С. и А.К., протоколы осмотра места происшествия, предметов, заключения судебных экспертов.

Однако анализ указанных доказательств дает основания утверждать, что вывод суда о причинении ФИО1 тяжкого вреда здоровью ФИО при превышении пределов необходимой обороны, является ошибочным.

Как следует из показаний осужденной ФИО1, данных ею при первом допросе <Дата>, она, ее сожитель ФИО, Ч.С. и А.К. распивали дома спиртное, она пила пиво, остальные – водку. Около 14 часов А.К. и Ч.С. ушли в зал, а ФИО начал предъявлять ей претензии на почве ревности и оскорблять ее нецензурной бранью, на что она стала оскорблять его в ответ. В ходе конфликта ФИО нанес ей удар правым кулаком по лицу в область переносицы и удар кулаком в область челюсти слева. Она спросила его, зачем он ее ударил, на что тот продолжил ее оскорблять нецензурной бранью. Испугавшись, что ФИО находится в эмоциональном состоянии и может продолжить наносить ей удары, она взяла правой рукой кухонный нож и нанесла им удар ФИО между плечом и грудью, после чего вынула нож и держала его в руке. Сразу после этого на кухню зашел А.К. и выбил у нее нож из руки. Она увидела, что у ФИО кровь. После этого ФИО лег на диван. А.К. оказал ФИО первую помощь, а она вызвала скорую помощь (том 1 л.д. 81-85).

В ходе проверки показаний на месте ФИО1 указала место совершения преступления и подтвердила свою причастность (том 1 л.д. 89-94).

В ходе дополнительного допроса <Дата> ФИО1 дополнила ранее данные показания, стала указывать, что ФИО приревновал ее к А.К., начал оскорблять ее нецензурной бранью, на что она в ответ также начала его оскорблять. ФИО схватил ее левой рукой за волосы и несколько раз ударил головой о раковину, после чего нанес ей удар кулаком в область переносицы, а затем в челюсть слева. От всех ударов она испытала физическую боль. Затем ФИО продолжал ее оскорблять и громко кричать, но ударить не пытался. В этот момент она схватила из раковины нож и нанесла им удар ФИО в область левого плеча, тот сразу успокоился. В этот момент на кухню зашел А.К. и выбил у нее из руки нож. Она, Ч.С. и А.К. стали оказывать ФИО первую помощь. Она позвонила в службу спасения, вызвала скорую помощь и сообщила о том, что ударила ФИО ножом (том 1 л.д. 146-149).

При допросе в качестве обвиняемой <Дата> ФИО1 вину в предъявленном обвинении в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ признала частично, указала, что удар ФИО нанесла не умышленно, а пыталась защитить себя от его действий. Умысла на причинение вреда здоровью ФИО у нее не было (том 1 л.д. 156-158).

В процессе судебного разбирательства ФИО1 вину признала частично, указала, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью у нее не было, она защищалась. Подтвердила показания потерпевшего ФИО, данные им суду. От дачи показаний отказалась, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ.

На уточняющие вопросы ФИО1 пояснила, что не знала как себя защитить. ФИО ее держал за волосы, а она, нащупав в раковине нож, ударила его тем, что ей попалось под руку. В итоге стала указывать, что ФИО схватил ее за волосы, два раза ударил о раковину, нанес два удара кулаком по лицу, а затем держал за волосы, кричал, угрожал убийством.

Оценивая показаниям ФИО1, судебная коллегия находит наиболее достоверными и правдивыми показания осужденной данные ею на начальной стадии предварительного следствия, где она рассказывала об обстоятельствах совершенного преступления, подробно поясняла, что удар ножом она нанесла в ходе обоюдной ссоры с ФИО, после нанесенных последним двух ударов по лицу (один в область переносицы, второй в челюсть), в тот момент, когда ФИО продолжал оскорблять ее, кричать, однако ударить не пытался.

Как следует из протокола допроса подозреваемой ФИО1, ее допрос проведен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с участием защитника, после разъяснения прав, предусмотренных ч. 4 ст. 46 УПК РФ, в том числе после предупреждения о возможности использовании ее показаний в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе при последующем отказе от этих показаний. После допроса сторона защиты была ознакомлена с содержанием протокола допроса, подписала его, тем самым подтвердила правильность изложенных в нем обстоятельств произошедших событий.

По прошествии более месяца ФИО1 была допрошена дополнительно и стала менять ранее данные показания, дополнив тем, что ФИО хватал ее за волосы и ударял ее головой о раковину.

При этом версия ФИО1 о том, что удар ножом она нанесла ФИО в момент, когда тот схватил ее за волосы и удерживал, была озвучена ФИО1 после допроса потерпевшего ФИО в судебном заседании, где он изменил ранее данные в ходе предварительного следствия показания.

Вместе с тем, в материалах уголовного дела имеется заключение судебно-медицинской экспертизы, согласно которому у ФИО1 имелись кровоподтек и ссадина в околоротовой области слева, кровоподтеки на передних поверхностях правого и левого плеча, на задней поверхности левого предплечья, которые могли образоваться в результате ударного воздействия тупого твердого предмета, по давности образования не противоречат сроку, указанному обследуемой (с ее слов 9 января 2024 сожитель бил кулаками по лицу, телу, конечностям), расцениваются как не причинившие вреда здоровью.

Кроме того у ФИО1 имелся отек мягких тканей в области переносицы (том 1 л.д. 44).

Таким образом, с учетом пояснений ФИО1 данных в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы, отсутствия телесных повреждений в области волосистой части головы, судебная коллегия считает достоверными показания ФИО1, которые она давала в день совершения преступления, в связи с чем кладет их в основу апелляционного приговора.

Несмотря на отрицание ФИО1 вины в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, ее вина подтверждена показаниями потерпевшего ФИО, данными им на стадии предварительного следствия <Дата>, согласно которым в тот день он, ФИО1, А.К. и Ч.С. распивали спиртное. Когда А.К. и Ч.С. ушли в гостиную комнату, он и ФИО1 находились на кухне. Он из морозильной камеры достал мясо и положил в раковину, хотел его приготовить. ФИО1 в это время сидела и держала в руках телефон, слушала музыку. Далее он ничего не помнит. Очнулся в автомобили скорой медицинской помощи.

Вместе с тем, в процессе судебного разбирательства потерпевший ФИО суду показал, что в процессе распития спиртного Ч.С. ему что-то сказала, из-за этого у него на кухне произошла ссора с ФИО1 Он начал бить ФИО1 ладонью по лицу и по телу, другой рукой схватил ее за волосы и продолжал ее бить, нанес не менее 5 ударов. ФИО1 встала и схватила из раковины нож, который ей попался под руку, и ударила его в область груди слева. Она нанесла ему удар ножом в тот момент, когда он бил ее и держал за волосы. Сам нож он не видел. После удара ножом он отпустил ФИО1 и перестал бить. В этот момент Ч.С. и А.К. находились в комнате.

Давая оценку показаниям потерпевшего ФИО судебная коллегия считает наиболее достоверными показания потерпевшего, данные им на начальной стадии предварительного следствия, где он подробно рассказал о предшествующих преступлению событиях.

При этом, судебная коллегия отмечает, что последующие показания потерпевшего ФИО не только находятся в противоречии с фактическими обстоятельствам дела, но противоречат показаниям осужденной ФИО1, признанным судебной коллегией достоверными, а также ее последующим показаниям, в том числе данным в судебном заседании.

При таких обстоятельствах судебная коллегия относится к показаниям осужденной ФИО1 и потерпевшего ФИО, данных ими суду критически, так как они являются недостоверными, направленными на искажение фактических обстоятельств дела, с целью оказания помощи ФИО1 избежать уголовной ответственности за содеянное.

Утверждения осужденной ФИО1 и потерпевшего ФИО о том, что ФИО ударял ФИО1 держа за волосы головой о раковину, удерживал ФИО1 за волосы, угрожал убийством, в результате чего ФИО1, нащупав в раковине нож, нанесла удар защищаясь, противоречат имеющимся в уголовном деле и исследованным судом доказательствам.

Также вина осужденной ФИО1 подтверждена заключением эксперта, согласно которому у ФИО имелись следующие телесные повреждения: проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева с повреждением верхней доли левого легкого, осложнившееся левосторонним гемотораксом, которое могло образоваться незадолго до оказания медицинской помощи в результате не менее одного травматического воздействия острого предмета, каковым мог быть нож, являлось опасным для жизни и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью (том 1 л.д. 131-132).

Согласно показаниям свидетеля Ч.С. <Дата> она распивала спиртное с А.К., ФИО и ФИО1. Когда она и А.К. сидели в комнате, она услышала, что на кухне между ФИО1 и ФИО происходит конфликт, последний предъявлял ФИО1 претензии на почве ревности и начал оскорблять нецензурной бранью. ФИО1 тому тоже что-то отвечала на повышенных тонах. Другого шума она не слышала. Затем ФИО1 и ФИО вышли к ним в комнату, у ФИО в районе левого плеча шла кровь. Сокорутова сказала, что порезала ФИО, почему, не поясняла, так как была сильно взволнована (том 1 л.д. 60-62).

Свидетель А.К. по обстоятельствам дела дал показания, аналогичные показаниям свидетеля Ч.С., а именно о том, что когда он с Ч.С. находился в комнате, услышали, что между ФИО1 и ФИО на кухне происходит конфликт. Те кричали друг на друга нецензурной бранью. Он зашел на кухню и увидел, что ФИО стоит у стола и держит руку между грудью и левым плечом, откуда шла кровь. С. стояла в метре от ФИО и держала в правой руке нож лезвием вниз. Повреждений у С. он не видел, волосы у той были заплетены в пучок. Он выбил нож из руки С., крикнул ей искать аптечку, отвел ФИО в комнату, перебинтовал тому место кровотечения и сказал Ч.С. и С. вызывать скорую. О произошедшем он ФИО и С. не спрашивал (том 1 л.д. 63-65).

Анализируя показания свидетелей обвинения, судебная коллегия учитывает, что они пояснили лишь о тех обстоятельствах, очевидцами которых они были, которые стали им известны от осужденной ФИО1, которые в своей совокупности не находятся в противоречии между собой, с показаниями осужденной и потерпевшего, данными ими на начальной стадии предварительного следствия, с иными письменными доказательствами. Оснований не доверять показаниям свидетелей суд не усматривает, все свидетели допрошены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, предупреждались об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

В ходе осмотра места происшествия – квартиры по адресу: <адрес> – на кухне на столе обнаружена пустая бутылка из-под пива, под столом – две пустые бутылки из-под водки. Из подставки со стола изъят нож рукояткой синего цвета, на лезвии которого имеются наслоения вещества, похожего на кровь (том 1 л.д. 12-22).

В ходе осмотра склада ГУЗ «<данные изъяты>», изъята одежда потерпевшего (том 1 л.д. 35-40), которая в дальнейшем была осмотрена, при этом установлено, что два фрагмента белой майки пропитаны веществом, похожим на кровь (том 1 л.д. 95-97, 108).

Таким образом, оценивая имеющиеся в материалах уголовного дела и исследованные судом доказательства, в том числе показания потерпевшего ФИО, данные им в ходе предварительного следствия, которые были оглашены судом апелляционной инстанции, судебная коллегия приходит к выводу, что ФИО1 виновна в умышленном причинении ФИО тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

<Дата> в период времени с 14 часов до 14 часов 37 минут в квартире по адресу: <адрес>, между ФИО1 и ФИО, находившимися в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, произошел обоюдный конфликт, в ходе которого ФИО и ФИО1 начали выражаться в адрес друг друга нецензурной бранью, ФИО нанес два удара в область лица ФИО1, после чего ФИО1, осознавая, что посягательство со стороны ФИО окончено, на почве личных неприязненных отношений, взяла из раковины в руку нож и, применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, умышленно нанесла ФИО один удар ножом в область груди, причинив ему проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева с повреждением верхней доли левого легкого, осложнившееся левосторонним гемотораксом, которое является опасным для жизни и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью.

Эти действия ФИО1 судебная коллегия квалифицирует по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

О наличии у ФИО1 умысла на причинение ФИО тяжкого вреда здоровью свидетельствует фактические обстоятельства дела, конкретные действия осужденной по нанесению на почве личных неприязненных отношений целенаправленного удара ножом, обладающим высоким поражающим свойством, в область тела человека, где расположены жизненно важные органы.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, содержащимися в п. 7 постановления от 27.09.2012 № 19 (в редакции от 31.05.2022) «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом. В таких случаях в зависимости от конкретных обстоятельств дела причинение вреда посягавшему лицу может оцениваться по правилам статьи 38 УК РФ либо оборонявшееся лицо подлежит ответственности на общих основаниях.

Как следует из материалов уголовного дела, как осужденная ФИО1, так и потерпевший ФИО распивали спиртное, в момент совершения рассматриваемых событий оба находились в состоянии алкогольного опьянения. Между ФИО1 и ФИО возник обоюдный конфликт, в ходе которого осужденная и потерпевший оскорбляли друг друга, и каждый применил насилие, при этом, после нанесения ФИО двух ударов по лицу ФИО1, он прекратил свои действия, после чего ФИО1, спросив ФИО за что он ее ударил, взяла из раковины кухонный нож и нанесла им удар в область груди ФИО.

Таким образом, вышеперечисленные доказательства и материалы дела, проверенные судом апелляционной инстанции свидетельствуют об отсутствии со стороны ФИО в момент причинения ему тяжкого вреда здоровью каких-либо действий, создававших угрозу для жизни или здоровья ФИО1

Судебная коллегия приходит к выводу, что в момент причинения ФИО1 тяжкого вреда здоровью ФИО со стороны последнего отсутствовало реальное или мнимое посягательство на жизнь и здоровье осужденной. Начатое ФИО посягательство было окончено. Удар ножом ФИО1 нанесла именно на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к ФИО, при этом она явно понимала об отсутствии необходимости в применении мер защиты, осознавала общественную опасность своих действий и желала наступления общественно опасных последствий в виде причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью человека.

Сведений о нахождении ФИО1 в момент совершения настоящего преступления в состоянии необходимой обороны, либо превышении ее пределов, судебной коллегией не установлено.

Изначальное поведение потерпевшего ФИО связанное с применением насилия к ФИО1 следует расценивать как противоправное, явившееся поводом для преступления, поскольку, несмотря на обоюдный конфликт, ФИО первый применил в отношении ФИО1 насилия, не опасное для ее жизни и здоровья.

Следовательно, исходя из фактических обстоятельств дела, показаний осужденной ФИО1, доводы стороны защиты о том, что действия осужденной последовали непосредственно в момент, когда со стороны ФИО посягательство продолжалось, судебная коллегия находит несостоятельным.

Кроме того, несмотря на то, что с момента нанесения ФИО ударов по лицу ФИО1 прошел небольшой промежуток времени, сведений о том, что для ФИО1 был не ясен момент окончания посягательства и что она ошибочно полагала, что посягательство продолжается, материалы уголовного дела не содержат.

Доводы о том, что ранее ФИО применял насилие в отношении ФИО1, не могут влиять на установление фактических обстоятельств уголовного дела, подлежащих доказыванию в рамках настоящего уголовного судопроизводства.

Оснований для вынесения оправдательного приговора, либо для иной квалификации действий ФИО1 не имеется.

В то же время, судебная коллегия считает необходимым исключить из квалификации действий ФИО1 квалифицирующий признак совершения преступления, с использованием оружия, поскольку примененный нож не обладает свойствами, позволяющими отнести его к холодному оружию.

Рассматривая доводы апелляционного представления о неправильном написании имени осужденной, судебная коллегия находит эти доводы несостоятельными, поскольку правильность написания имени осужденной как С. подтверждено копией свидетельством о ее рождении и копией паспорта (том 1 л.д. 184, том 2 л.д. 16).

В этой части апелляционное представление удовлетворению не подлежит.

При назначении наказания судебная коллегия учитывает требования ст.ст. 6, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, личность осужденной, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление и на условия жизни ее семьи.

ФИО1 несудима, работает, по месту жительства со стороны участкового уполномоченного полиции характеризуется посредственно, со стороны знакомых – положительно, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, имеет ряд хронических заболеваний.

Сведений ставящих под сомнение вменяемость осужденной ФИО1, не имеется.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 судебная коллегия в соответствии с пп. «и», «к», «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления на начальной стадии предварительного следствия, оказание медицинской помощи потерпевшему ФИО непосредственно после совершения преступления, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – состояние здоровья осужденной, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение потерпевшему извинений и оказание ему помощи в ходе лечения.

В соответствии с ч. 11 ст. 63 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновной, отягчающим наказание обстоятельством судебная коллегия признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку преступление носит насильственный характер, совершено в ходе совместного распития спиртных напитков, обоюдной ссоры, при этом сама подсудимая подтвердила, что в трезвом состоянии она не использовала бы нож, а вызвала сотрудников полиции.

Несмотря на то, что поводом к совершению ФИО1 преступления послужили противоправные действия потерпевшего, суд приходит к убеждению, что нахождение подсудимой в состоянии алкогольного опьянения существенным образом повлияло и на само развитие конфликта до той степени, когда он из словесного перерос в применение насилия, и на выбор ею способа разрешения возникшей конфликтной ситуации путем совершения насильственного преступления. Нахождение ФИО1 в состоянии опьянения ослабило внутренний контроль за своими действиями.

Как верно отмечено в апелляционном представлении, ФИО1 не имеет малолетних детей. Указание в приговоре об этом является явно ошибочным.

Иных обстоятельств, смягчающих или отягчающих наказание судебная коллегия не находит.

Правовых оснований для применения при назначении наказания ч. 6 ст. 15, ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется, с учетом наличия обстоятельства, отягчающего наказание.

При таком положении судебная коллегия назначает ФИО1 наказание в пределах санкции статьи в виде лишения свободы без назначения дополнительного наказания, признавая, что менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение его целей – восстановление социальной справедливости, исправление подсудимой и предупреждение совершения ею новых преступлений.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ судебная коллегия не находит, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения преступления, поведением осужденной во время или после их совершения, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, не имеется.

Кроме того, с учетом фактических обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, судебная коллегия не усматривает основания для применения к назначенному наказанию ст. 73 УК РФ, поскольку исправление осужденной без изоляции от общества не возможно.

Разрешая в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд считает, что два фрагмента майки со следами вещества бурого цвета, возвращенные потерпевшему ФИО, следует оставить ему по принадлежности, керамический нож с черной рукояткой надлежит уничтожить.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые лишали или ограничивали гарантированные законом права участников уголовного судопроизводства, и свидетельствовали о несоблюдении процедуры судопроизводства в процессе судебного разбирательства не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, судебная коллегия

приговорила:

приговор Черновского районного суда г. Читы от 18 апреля 2024 года в отношении ФИО1 отменить, апелляционное представление удовлетворить частично.

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы, сроком на 2 года, с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить, взять ФИО1 под стражу в зале суда немедленно.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу, то есть с 24 июня 2024 года.

Вещественные доказательства – два фрагмента майки со следами вещества бурого цвета, возвращенные потерпевшему ФИО, оставить ему по принадлежности, керамический нож с черной рукояткой уничтожить.

Апелляционный приговор может быть обжалован в порядке, установленном главой 471 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденной, содержащейся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ей копии апелляционного приговора, путем подачи кассационной жалобы, кассационного представления через Черновский районный суд г. Читы.

В случае пропуска срока обжалования, установленного ч. 4 ст. 4013 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

В случае подачи кассационной жалобы, кассационного представления осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: