Решение № 2-88/2020 2-88/2020(2-887/2019;)~М-600/2019 2-887/2019 М-600/2019 от 27 июля 2020 г. по делу № 2-88/2020

Дело № 2-88/2020


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 июля 2020 года г. Сосновый Бор

Сосновоборский городской суд Ленинградской области в составе:

Председательствующего судьи Колотыгиной И.И.

При секретаре Софроновой Ю.О.

С участием прокурора Куликовой Е.Н.

с участием ФИО1, его представителя, адвоката Педдер Я.О. представившего ордер № и удостоверение №, ФИО6, ее представителя – адвоката Жолнеровского Д.Л., представившего ордер № и удостоверение №,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного ДТП, компенсации морального вреда, встречного иска ФИО6, также действующей в интересах <данные изъяты> о компенсации морального вреда, причиненного ДТП, и убытков,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО6 с названными требованиями. В обоснование иска указал, что 23.08.2018г. около 21 часа 05 минут произошло ДТП с участием автомобиля <данные изъяты>, государственный знак № под управлением ФИО6 и автомобиля <данные изъяты>, государственный знак № под управлением ФИО1 Ответчик была признана виновной в совершении ДТП. Автогражданская ответственность истца на момент ДТП была застрахована в СПАО «РЕСО-Гарантия», он обратился в страховую компанию за выплатой страхового возмещения, однако письмом от 14.06.2019г. истцу было отказано в выплате на основании п.1 ст. 14.1 Закона об ОСАГО, поскольку виновник ДТП ФИО6 не была застрахована в рамках закона об ОСАГО. В результате ДТП был поврежден автомобиль истца, стоимость восстановительного ремонта, согласно сведениям ИП ФИО10 составляет 588.090 рублей. Кроме того, виновными действиями ответчика ему причинен моральный вред, т.к. в результате ДТП был причинен легкий вред здоровью в виде закрытой черепно-мозговой травмы, сотрясения головного мозга, ушибленная рана головытеменно-височной области слева, и он долгое время испытывал физическую боль в области головы, что доставило сильные нравственные страдания. Причиненный моральный вред оценивает в 200.000 рублей. Действиями ответчика ему также причинены убытки в виде расходов по оплате услуг представителя, которые он понес в ходе рассмотрения административного дела, и в Ленинградском областном суде. Просил взыскать с ФИО6 причиненный ущерб в сумме 588.090 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 50.000 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 200.000 рублей, и расходы по оплате госпошлины в сумме 9.380 рублей.

ФИО6, действуя в своих интересах и в <данные изъяты>, ФИО11, обратились со встречным иском к ФИО1 (л.д.37-41) и просили взыскать в пользу ФИО11 сумму ущерба в размере 695.773 рубля, в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в сумме 150.000 рублей, в пользу ФИО2 – 150.000 рублей, убытки в сумме 50.000 рублей. В обоснование иска указала, что 23.08.2018г. около 21 часа 05 минут произошло ДТП с участием автомобиля <данные изъяты>, государственный знак № под управлением ФИО6 и автомобиля <данные изъяты>, государственный знак № под управлением ФИО1 Несмотря на то, что к административной ответственности была привлечена ФИО6, полагает виновным в данном ДТП ФИО1, который приступил к экстренному торможению уже в момент, когда избежать ДТП было невозможно. Именно в связи с неправильной оценкой дорожной ситуации ФИО1 потерял контроль над автомобилем и допустил выезд на встречную полосу движения, где произошло ДТП. Несмотря на то, что ФИО1 утверждал, что спиртных напитков не употреблял, мировым судьей, при рассмотрении в отношении ФИО1 административного дела по ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ, было установлено, что он употреблял алкоголь 22.08.2018г. (накануне ДТП), а также употреблял алкоголь 23.08.2018г. (в день ДТП). И в момент ДТП находился в состоянии алкогольного опьянения, что также подтверждается актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 23.08.2018г. При этом, ответчиком были проигнорированы требования п.2.7 ПДД РФ, и ФИО1 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ, с назначением наказания. Как следует из заключения эксперта, скорость движения автомобиля ФИО1 в момент ДТП составляла 87,2 км\час, при этом следует учесть, что фактическая скорость движения была выше полученной расчетным путем. В указанной дорожно-транспортной ситуации ФИО1 нарушил требования ПДД, установленные п.1.3 ПДД РФ. Таким образом, полагает, что в данной ситуации, если бы ФИО1 в момент управления транспортным средством, мог адекватно и трезво оценивать ситуацию, правильно выбрать скорость движения, и совершить те действия, которые должны быть предприняты дисциплинированным водителем, ДТП бы не произошло. Сразу после ДТП истец и ее <данные изъяты> поступили в приемный покой ЦМСЧ-38, и <данные изъяты> ФИО2 были многочисленные ссадины, кровоподтеки шеи, ссадины левой голени, а у ФИО6 – многочисленные ушибы и ссадины. После ДТП она и ее <данные изъяты> плохо спят, испытывают чувство беспокойства, чувство страха при поездках на автомобиле. Кроме того, истцу также причинены убытки в виде несения расходов по оплате услуг представителя в рамках рассмотрения административного дела в сумме 50.000 рублей.

На основании определения суда от 19.11.2019г. требования ФИО11 о взыскании с ФИО1 ущерба, причиненного ДТП, выделены в отдельное производство (л.д.50-51).

В ходе рассмотрения дела истцом ФИО1 неоднократно уточнялись заявленные требования. В конечном итоге ФИО1 просил взыскать с ФИО6 в счет возмещения ущерба 848.000 рублей, убытки в виде расходов на представителя в административном деле в сумме 50.000 рублей, убытки в виде упущенной выгоды (недополученного заработка) в сумме 8.899,19 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 200.000 рублей, расходы за проведение судебных экспертиз в сумме 21.500 рублей, расходы по оплате госпошлины в сумме 9.380 рублей (л.д.201-203).

В судебном заседании, ФИО1, и его представитель, адвокат Педдер Я.О. просили в удовлетворении встречных требований ФИО6 отказать, требования ФИО1 удовлетворить полностью, поддержав доводы, изложенные в исках, возражениях на встречный иск, дополнительные пояснения к правовой позиции (л.д.47-48, 66-68, 220-221). ФИО1 поддержал объяснения, данные в ходе административного расследования. Также пояснял, что у него был ушиб головы, зашивали голову с левой стороны, и были ссадины, в связи с ДТП. На больничном был примерно две недели. Не оспаривал, что привлекался к административной ответственности за управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, постановление не обжаловал. Не отрицал, что накануне ДТП употреблял алкоголь, в день ДТП не употреблял алкоголь. У видел автомобиль ФИО6 примерно за 10 метро, она стояла с включенным поворотником, а потом стала поворачивать перед самым «носом», примерно метров за 8 до него, когда он ехал. Автомобиль продал на запчасти, поскольку он восстановлению не подлежит. С заключением экспертизы, в части, касающейся его, был не согласен.

Педдер Я.О. полагал требования ФИО1 законными, и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

В судебном заседании ФИО6, также действующая в интересах <данные изъяты>, и ее представитель, адвокат Жолнеровский Д.Л., встречные требования поддержали по доводам, изложенным в нем, просили учесть письменные дополнительные пояснения о виновности ФИО1 (л.д.204-205), просили встречные требования удовлетворить, в иске ФИО1 отказать.

ФИО6 поддержала объяснения, данные в ходе административного расследования. Дополняла, что в связи с ДТП испытывала моральные и нравственные страдания, поскольку в ее машине было <данные изъяты>. У <данные изъяты> были повреждения от сильного удара от ремня безопасности в области грудной клетки, ссадины на левой голени. После ДТП ФИО5 боялась машин, боялась садиться в машину, жаловалась, что у нее все болит, был плохой сон, и воспоминания. У нее, ФИО6 пострадал позвоночник, левое колено было повреждено. Они с дочерью на больничном не были. Утверждала, что когда она подъехала к повороту, автомобиль Романа был примерно в 70 метров от нее. Автомобиль находится в собственности у мужа, в тот день она впервые, после того, как кончилась страховка, села за руль без страховки.

Жолнеровский Д.Л. полагал требования ФИО6 обоснованными, и подлежащими удовлетворению, просил отказать в удовлетворении требований ФИО1, полагая, что в случае удовлетворения требований о возмещении ущерба в сумме, указанной экспертом, он получит имущественную выгоду, поскольку он приобрел свой автомобиль почти за 400.000 рублей, продал за 115.000 рублей. Просил критически отнестись к заказам, представленным в судебном заседании, поскольку доказательств, что детали, указанные в них были поставлены на автомобиль ФИО1, не представлено, и не представлено доказательств, что он оплатил суммы, указанные в заказах. Также, просил учесть, что согласно представленному ФИО1 договору купли-продажи автомобиля, он продал автомобиль, а не годные остатки.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Куликовой Е.Н., полагавшей требования первоначального истца и встречного истца о компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению с учетом разумности и справедливости, а также учитывая заключения экспертиз, требования ФИО1 о взыскании ущерба подлежащими снижению с учетом представленных в судебном заседании документов, суд приходит к следующему.

Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на судебную защиту.

Согласно ст. 45 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Положения п. 1 ст. 15 ГК РФ предусматривают, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статья 1079 ГК РФ предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 ГПК РФ Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11, п. 12 и п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно п. 3 ст. 1ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1ГКРФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Положениями п. 2 ст. 209ГК РФ предусмотрено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

Согласно ч.4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

При рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении ФИО6 №5-1/2019, судом было установлено, что ФИО7, совершила нарушение ПДД, повлекшее причинение легкого вреда здоровью ФИО1 при следующих обстоятельствах: управляя транспортным средством <данные изъяты> г.р.з№, 23.08.2018г. в 21 час. 05 мин. В Ленинградской области по адресу: <адрес> при выезде на дорогу с прилегающей территории со <адрес>, и осуществляя маневр левого поворота в сторону перекрестка <адрес> – <адрес>, не уступила дорогу транспортному средству <данные изъяты>, г.р.з. №, под управлением ФИО1, движущейся по ней (<адрес>) со стороны перекрестка <адрес> – <адрес> в сторону перекрестка <адрес> – <адрес>, в результате чего допустила с ней столкновение.

На основании постановления Сосновоборского городского суда Ленинградской области от 08.02.2019г. ФИО6 была признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.24 КоАП РФ, и ей назначено наказание в виде административного штрафа в размере 3.000 рублей.

На основании решения судьи Ленинградского областного суда от 23.04.2019г., вышеуказанное постановление Сосновоборского городского суда от 08.02.2019г. оставлено без изменений.

Также судом установлено, что на основании постановления мирового судьи судебного участка №63 г. Сосновый Бор Ленинградской области от 15.10.2018г. по делу №5-324/2019 ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. ст. 12.8 КоАП РФ (управление транспортным средством в состоянии опьянения), и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30.000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

Данное постановление от 15.10.2018г. ФИО1 не обжаловалось, и вступило в законную силу.

В рамках административного расследования по факту нарушения ФИО6 Правил дорожного движения была проведена автотехническая экспертиза, из выводов которой следует (л.д.69-86 дела №5-1/2019), что «В указанной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты> г.р.з. № должен был руководствоваться в своих действиях требованиями п.8.3 (чЛ) ПДД РФ. Его действия не соответствовали указанным требованиям Правил, при выполнении которых он мог /имел возможность/ не допустить столкновение с автомобилем <данные изъяты>, уступив ему дорогу, воздержавшись от выезда на пересекаемую проезжую часть, обеспечив тем самым безопасность движения.

В Указанной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты> г.р.з. № должен был руководствоваться в своих действиях требованиями п. 10.2 (ч.1), п. 10.1 (ч.2), а также требованиями п. 1.3 ПДД РФ в части требований горизонтальной дорожной разметки 1.1 Приложения 2 к ПДД РФ. Его действия не соответствовали указанным требованиям Правил и разметки. В данной ситуации он располагал технической возможностью предотвратить ДТП.

Скорость движения автомобиля <данные изъяты> перед началом торможения составляла более 87,2 км/ч (см. исследование)

Версии обоих водителей-участников столкновения несостоятельны».

При этом, из исследовательской части экспертизы, отвечая на вопрос 6 (версия кого из водителей является более состоятельной?), экспертом установлено, что «Водитель автомобиля <данные изъяты> пояснил, что вел свое ТС в правом ряду со скоростью 40-50 км/ч. За 10-15м заметил выезжающий впереди справа с прилегающей территории автомобиль <данные изъяты>. Для предотвращения ДТП применил экстренное торможение, но предотвратить ДТП не смог.

Как усматривается из представленных материалов (протокола осмотра места ДТП, схемы к нему, фотографий с места ДТП), а также проведенного выше исследования, водитель автомобиля <данные изъяты> двигался со скоростью более 87,2 км/ч, выехал на сторону встречного движения, после чего сманеврировал на правую /свою/ сторону дороги, и, двигаясь по диагонали слева направо, на правой стороне дороги произвел столкновение с автомобилем <данные изъяты> (см. привязку места столкновения на схеме ДТП). В момент реагирования водителя на опасность автомобиль <данные изъяты> находился на расстоянии 47,7м от места столкновения, а не на расстоянии 10-15м от выезжающего автомобиля <данные изъяты>

Водитель автомобиля <данные изъяты> пояснил, что при выезде с прилегающей территории поворачивал налево, выехал на свою сторону дороги, закончил маневр, после чего в заднюю левую часть автомобиля <данные изъяты> врезался автомобиль <данные изъяты>

Как усматривается из представленных материалов (протокола осмотра места ДТП, схемы к нему, фотографий с места ДТП), а также проведенного выше исследования, автомобиль <данные изъяты> фактически действовал таким образом, что при выезде с прилегающей территории пересек траекторию движения автомобиля <данные изъяты>, двигавшегося по пересекаемой дороге, а потому имевшего преимущество. При этом своим выездом вынудил водителя автомобиля <данные изъяты> изменить режим движения своего, в частности, применять торможение (см. следы торможения этого ТС). В момент столкновения автомобиль <данные изъяты> не успел полностью покинуть пределы правой стороны дороги автомобиля <данные изъяты> Столкновение ТС (см. схему ДТП) произошло на правой стороне дороги по ходу движения автомобиля <данные изъяты> В момент удара продольная ось автомобиля <данные изъяты> была не параллельно продольной оси дороги. Автомобиль <данные изъяты> в момент удара совершал маневр поворота налево. В случае, если бы автомобиль <данные изъяты> покинул пределы полосы /стороны/ движения автомобиля <данные изъяты> и закончил маневр, т.е. начал бы уже двигаться по своей стороне дороги навстречу автомобилю <данные изъяты> то для того, чтобы произошел удар в заднюю боковую левую часть автомобиля <данные изъяты>в его левое заднее колесо), автомобиль <данные изъяты> должен был перед столкновением смещаться по диагонали справа налево (с правой/своей/ стороны дороги на левую/встречную), а не наоборот, как это фактически усматривается зафиксировано в протоколе ОМП, схеме к нему и на фотографиях с места ГТП (см. направление следов торможения автомобиля <данные изъяты> по диагонали слева - направо).

Анализируя изложенное, следует сделать вывод о том, что версии обоих водителей- участников столкновения не состоятельны по существу ДТП».

Судом установлено, что оба автомобиля, <данные изъяты> г.р.з. № и <данные изъяты> г.р.з. №, получили механические повреждения, что не оспаривалось сторонами по делу.

При этом, судом было установлено, что на момент ДТП гражданская ответственность ФИО6 застрахована не была.

Гражданская ответственность ФИО1 была застрахована в СПАО «РЕСО-Гарантия», которая отказала в страховой выплате в порядке прямого возмещения (л.д.19).

Учитывая, что ФИО6 оспаривала свою вину в совершении ДТП, полагая виновным ФИО1, была не согласна с размером ущерба, указанного первоначальным истцом, а также, что из выводов вышеуказанной экспертизы в рамках административного расследования следует, что ФИО1 также нарушен ПДД РФ, суд, по ходатайству сторон, на основании определения от 21.01.2020г. назначил проведение автотехнической и автотовароведческой экспертиз (л.д.94-98).

Из заключения автотехнической экспертизы (л.д.100-114) следует, что «Удаления а/м <данные изъяты> г.р.з. № от места столкновения с <данные изъяты> г.р.з. № в момент начала реагирования его водителя на опасность для движения фактически составляло более 47,9 м.

Место выезда а/м <данные изъяты> г.р.з. № на сторону проезжей части, предназначенную для встречного направления движения, объективно может быть определено только по следам, оставленным данным автомобилем на дорожной поверхности. В представленной схеме к протоколу осмотра места ДТП место пересечения следов перемещения <данные изъяты> г.р.з. № осевой линии разметки не отражено, что с технической точки зрения исключает возможность установления данного места в рамках настоящего исследования. Соответственно удаление а/м <данные изъяты> г.р.з. № в момент его выезда на встречную сторону проезжей части от места столкновения с а/м <данные изъяты> г.р.з. № также с технической точки зрения объективно не может быть определено в рамках настоящего исследования.

Сопоставление полученного значения остановочного пути а/м <данные изъяты> № при скорости его движения 60 км/ч (41,7 м) с рассчитанным значением удаления данного автомобиля в момент начала реагирования его водителем на опасность для движения от места столкновения с а/м <данные изъяты> г.р.з. № (47,9 м) показывает, что в случае движения а/м <данные изъяты> г.р.з№ со скоростью 60 км/ч без применения его водителем торможения столкновение данного ТС с а/м <данные изъяты> г.р.з. № с технической точки зрения наиболее вероятно произошло бы.

Сопоставление полученного значения остановочного пути а/м <данные изъяты> г.р.з. № при скорости его движения 60 км/ч (41,7 м) с рассчитанным значением удаления данного автомобиля в момент начала реагирования его водителем на опасность для движения от места столкновения с а/м <данные изъяты> г.р.з. № (47,9 м) показывает, что при движении а/м <данные изъяты> г.р.з. № со скоростью, не превышающей установленного ограничения (60 км/ч), его водитель ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить имевшее место столкновение своего автомобиля с а/м <данные изъяты>.р.з№

С технической точки зрения ФИО6 располагала возможностью предотвратить имевшее место ДТП в случае полного и своевременного выполнения ее требований пункта 8.3 ПДД РФ, а именно в случае предоставления ею преимущества в движении двигавшемуся по проезжей части а/м <данные изъяты> г.р.з. №

Допущенное ФИО1 превышение скорости движения а/м <данные изъяты> г.р.з. № с технической точки зрения находилось в причинно-следственной связи с имевшим место столкновением данного ТС с а/м <данные изъяты> г.р.з. У 733 СХ 47 т.к. при движении а/м <данные изъяты> г.р.з. № со скоростью, не превышающей установленного ограничения (60 км/ч), его водитель ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить имевшее место столкновение своего ТС с а/м <данные изъяты> г.р.з. №

Фактически имевшие место действия водителя а/м <данные изъяты> г.р.з. № ФИО6 (выезд с прилегающей территории и создание опасности для движения двигавшемуся по проезжей части а/м <данные изъяты> г.р.з. №) с технической точки зрения находились в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП».

Суд принимает заключения указанных экспертиз, поскольку в распоряжение экспертов были предоставлены все имеющиеся в материалах дела доказательства (в том числе административное дело), которые им учитывались. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение судебной экспертизы составлено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, квалификация экспертов не вызывает сомнений у суда. Сторонами не представлено доказательств, подтверждающих недостоверность выводов проведенных экспертиз (как в рамках настоящего дела, так и в рамках административного дела), либо ставящих под сомнение выводы экспертов.

Согласно ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, учитывая вышеуказанные и установленные судом обстоятельства дела, заключения экспертов, материалы административного дела, суд полагает возможным установить вину ФИО6 и ФИО1 в совершении данного ДТП 23.08.2018г. При этом, степень вины виновников ДТП, суд определяет в размере 30% - ФИО1 и 70% - ФИО6

Определяя степень вины обоих участников ДТП в указанном соотношении, суд учел следующее.

Согласно п.8.3 ПДД РФ при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги - пешеходам и велосипедистам, путь движения которых он пересекает.

В соответствии с пунктами 10.1 и 10.2 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.

Таким образом, учитывая вышеуказанные заключения экспертиз, в силу ст. 55 ГПК РФ, фотографии с места ДТП, протокол осмотра места ДТП и схему, а также вышеуказанное постановление от 15.10.2018г., которое ФИО1 не обжаловалось, суд не принимает объяснения сторон, данных в ходе административного расследования, как доказательства по делу. И полагает установленным, что ФИО1 двигался со скоростью более 60 км\час (что находилось в причинно-следственной связи с столкновением с а\м Мазда), в состоянии опьянения, и располагал технической возможностью предотвратить ДТП. ФИО7, в первую очередь, выезжая с прилегающей территории, должна была уступить дорогу автомобилю под управлением ФИО1 (с какой скоростью и в каком состоянии он бы не ехал), при этом, ФИО6, при выезде с прилегающей территории, пересекла траекторию движения автомобиля <данные изъяты>, двигавшегося по пересекаемой территории, и располагала возможностью предотвратить ДТП, что находилось в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП.

В связи с чем, к доводам ФИО1, что он двигался с допустимой скоростью, и в день ДТП не употреблял алкоголь, суд относится критически.

Учитывая изложенное, суд полагает требования ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного ДТП законным и обоснованным.

Как следует из заключения автотовароведческой экспертизы (л.д.115-187) рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты><данные изъяты>, государственный знак №, без учета износа и без учета расчета по Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Постановлением ЦБ РФ №432-П от 19.09.2014 г. по состоянию на 23.08.2018 г. составляет 848 000,00 руб.

При этом, эксперт, руководствуясь ст. 86 ГПК РФ, установив наличие имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельств, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, принял решение реализовать своё право на инициативу, и обратить внимание суда на существенные обстоятельства, имеющие значения для законного, всестороннего и полного исследования судом доказательств и фактов. Указав, что рыночная стоимость восстановительного ремонта, с большей степенью вероятности, равна или превышает стоимость автомобиля в неповрежденном состоянии до ДТП, что подпадает под определение «гибели КТС в результате его повреждения».

Учитывая данное заключение эксперта, а также, что сторонами не заявлялось ходатайств о проведении судебной экспертизы о стоимости автомобиля на момент ДТП, стоимости годных остатков и. т.п, а также, учитывая, что ФИО1 представлены документы о приобретении автомобиля, расходование средств на его ремонт, и продажу (л.д.213-218), суд полагает возможным, исходя из представленных документов, взыскать с ФИО6 в пользу ФИО1 в возмещение ущерба, причиненного ДТП, учитывая вышеуказанные нормы, в том числе ст. 15 ГК РФ, с учетом определения степени вины ФИО6 (70%) – 249.914 рублей.

Так, согласно договора купли-продажи бывшего в эксплуатации автомобиля от 27.01.2018г. следует, что ФИО1 автомобиль <данные изъяты> был приобретен за 399.780 рублей.

Из заказов от 07.02.2018г. и12.07.2018г. следует, что ФИО1 понес расходы на приведение автомобиля для надлежащей эксплуатации в сумме 38.730 рублей и 33.510 рублей, соответственно.

Из договора купли-продажи транспортного средства от 23.04.2020г. следует, что ФИО1 продал принадлежащий ему автомобиль <данные изъяты> за 115.000 рублей.

Таким образом, ущерб, причиненный ФИО1, составляет 399.780+38.730+33.510-115.000=472.020 рублей. 70% от данной суммы составляет 249.914 руб., которая подлежит взысканию с ФИО6

Определяя вышеуказанную сумму ущерба, суд также учел, что экспертом сделан вывод с большей степени вероятности, в связи с чем суд не находит оснований для установления размера ущерба в сумме 848.000 рублей, как указано выше, ходатайств о проведении судебной экспертизы, сторонами не заявлялось, и во избежание неосновательного обогащения первоначального истца, с учетом представленных им документов, судом установлен указанный размер ущерба.

При этом, у суда нет оснований не доверять представленным ФИО1 документам о стоимости приобретаемого автомобиля, средств, затраченных на его ремонт, и договору о продаже автомобиля.

В связи с чем, к доводам второй стороны, что из представленных заказов не следует, что данные детали были установлены на автомобиль истца, и что они не подтверждают несение ФИО1 расходов на ремонт автомобиля, суд относится критически. Также учитывая, что стороной ответчика также ходатайств о проведении судебной экспертизы не заявлялось, доказательств иного размера причиненного ущерба, не представлено.

Более того, суд также относится критически к пояснениям второй стороны, что из договора купли-продажи от 23.04.2020г. следует, что ФИО1 продал автомобиль, а не годные остатки, по вышеуказанным основаниям.

Следовательно, с ФИО6 в пользу ФИО1 подлежит взысканию ущерб, причиненный ДТП в размере 249.914 рублей.

Учитывая изложенное, суд также полагает законными и обоснованными требования ФИО1 о взыскании упущенной выгоды (недополученной заработной платы), размер которой подтвержден материалами дела (л.д.62).

Таким образом, с учетом определения степени вины (70%), с ФИО6 в пользу ФИО1 подлежит взысканию упущенная выгода в сумме 6.229,43 руб. (70% от 8.899,19).

Доказательств иного размера причиненных убытков в виде упущенной выгоды, стороной ответчика не представлено. Справки с места работы ФИО1 суду оснований не доверять не имеется.

При этом, суд также учел, и из статьи 15 ГК РФ следует, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также, неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы, его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 4 ст. 393 ГК РФ, разъяснениям, данным в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. При определении размера упущенной выгоды учитываются меры, предпринятые потерпевшей стороной для ее получения, а также сделанные с этой целью приготовления.

Таким образом, исходя из смысла указанных норм, бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды относится на истца, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, при этом единственной причиной неполучения которых стали неправомерные действия ответчика.

Возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. При этом возмещение упущенной выгоды не должно обогащать потерпевшего

Кроме того, с ФИО6 в пользу ФИО1 также подлежат взысканию убытки в виде несения расходов по оплате услуг представителя в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении в сумме 50.000 рублей (л.д.25). При этом, учитывая положения ст. 100 ГПК РФ, суд полагает, что соблюден критерий разумности и справедливости, доказательств чрезмерности данных расходов второй стороной не заявлялось, и не представлено.

При этом, суд не находит оснований для удовлетворения требований ФИО6 о взыскании с ФИО1 аналогичных расходов представителя в сумме 50.000 рублей (л.д.42), поскольку судебный акт по административному делу вынесен в пользу ФИО1

Рассматривая требования ФИО1 и ФИО7, также действующей в интересах <данные изъяты>, о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно заключения эксперта № 172 от 09.11.2018 года, проведенного в рамках административного дела, следует, что у ФИО1 обнаружены следующие телесные повреждения: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга. Ушибленная рана головы теменно-височной области слева. ЗЧМТ в виде сотрясения головного мозга не подлежит судебно-медицинской оценке, т.к. по результатам судебно-химического исследования крови ФИО1 обнаружен этиловый спирт в концентрации 0,72 +0,06%, что соответствует алкогольному опьянению легкой степени. Ушибленная рана головы теменно-височной области слева, потребовавшая для своего лечения ушивания, расценивается как причинившая легкий вред здоровью.

Согласно заключения эксперта № 157/21к от 14.09.2018 года, проведенного в рамках административного дела, следует, что у ФИО6 при обращении за медицинской помощью 23.08.2018г. в приемный покой ЦМСЧ-38 выставлен диагноз – ушиб, ссадина левого коленного сустава; в МЦ «На Лахтинской» 25.08.2018г. – выставлен диагноз – сотрясение головного мозга от 23.08.2018г., Дегенеративно-дистрофическое заболевание позвоночника шейного отдела. Синдром недостаточности кровообращения в вертебро-базиллярном бассейне. Неврастения с вегето-сосудистым синдромом, тиком, выявлены признаки экстравазальной компрессии позвоночных артерий больше слева. Ушиб, ссадина левого коленного сустава не влечет кратковременного расстройства здоровья, поэтому не расценивается как причинившее вред здоровью. В связи с отсутствием описания неврологического статуса, симптомов, подтверждающих диагноз сотрясение головного мозга, данный диагноз не может быть расценен как вред здоровью. Дегенеративно-дистрофическое заболевание позвоночника шейного отдела, синдром недостаточности кровообращения в вертебро-базиллярном бассейне, неврастения с вегето-сосудистым синдромом, тиком, являются болезненными состояниями, а не телесными повреждениями, поэтому они также не могут быть расценены как вред здоровью. Достоверно высказаться о причинах экстравазальной комрпрессии позвоночных артерий больше справа не представляется возможным, в виду отсутствия в представленных медицинских документах наличии/отсутствия жалоб и симптомом, а также УЗДГ исследования шеи.

Согласно заключения эксперта № 149 от 05.10.2018 года, проведенного в рамках административного дела, следует, что у несовершеннолетней <данные изъяты> установлены повреждения: ссадины, кровоподтек шеи слева, ссадины левой голени. Повреждения имеют характер поверхностный, не влекущих за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, и квалифицируются как повреждения, не причинившие врез здоровью человека.

Таким образом, требования сторон о компенсации морального вреда законны и обоснованны.

При определении размера компенсации морального вреда, судом учитывается моральное и физическое состояние каждого, ФИО1, ФИО6 и <данные изъяты> ФИО2, их нравственные и физические страдания, в связи с полученными повреждениями, с учетом степени тяжести полученного повреждения (легкий вред здоровью причинен ФИО1, а ФИО6 и ФИО2 повреждения, не причинившие вреда здоровью), а также с учетом обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, учитывая, что ФИО1 производилось ушивание, на больничном был две недели, <данные изъяты> ФИО5 стала бояться садиться в машину, плохо спит, и принципа разумности и справедливости, с учетом степени вины каждого из водителей, а также полученных вышеуказанных повреждений, суд полагает необходимым взыскать в качестве компенсации морального вреда с ФИО7 в пользу ФИО1 – 50.000 рублей, с ФИО1 в пользу ФИО6 – 25.000 рублей, также как законному представителю <данные изъяты> – 25.000 рублей, во взыскании остальной суммы компенсации морального вреда следует отказать.

При этом, суд также учел что сторонами ходатайств о проведении судебно-медицинской экспертизы не заявлялось.

Согласно требованиям ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, состоящие из государственной пошлины и издержек.

Следовательно, с учетом ст. 88,94,98 ГПК РФ, с ФИО7 в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы, произведенные по оплате судебных экспертиз (л.д.193-196) в сумме 15.050 (70% от 21.500), а также расходы по оплате госпошлины в сумме 6.061,43 руб., исходя из суммы удовлетворенных требований 256.143,43 (249.914+6.229,43) руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 и ФИО6, также действующей в <данные изъяты>, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО1 ущерб, причиненный ДТП в сумме 249.914 рублей, убытки в виде расходов по оплате услуг представителя в рамках административного дела 50.000 рублей, упущенную выгоду (недополученный заработок) в размере 6.229 рублей 43 копейки, компенсацию морального вреда в сумме 50.000 рублей, расходы за проведение судебных экспертиз в сумме 15.050 рублей, расходы по оплате госпошлины в сумме 6.061 рубль 43 копейки, а всего 377.254 (триста семьдесят семь тысяч двести пятьдесят четыре) рубля 86 копеек.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО6, также как <данные изъяты> ФИО2, компенсацию морального вреда в общем размере 50.000 рублей.

В удовлетворении остальной части первоначальных и встречных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд через Сосновоборский городской суд Ленинградской области в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения суда.

Судья: Колотыгина И.И.

Мотивированное решение изготовлено 31.07.2020г.

Судья: Колотыгина И.И.