Решение № 2-1023/2018 2-1023/2018~М-949/2018 М-949/2018 от 22 октября 2018 г. по делу № 2-1023/2018

Дело № 2-1023/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 октября 2018 года город Орск

Ленинский районный суд г. Орска Оренбургской области в составе: председательствующего судьи Гук Н.А.,

при секретаре Алышове С.Ф.,

с участием

прокурора – старшего помощника прокурора Ленинского района г. Орска Оренбургской области Дергович Веры Павловны,

истца ФИО1 и его представителя адвоката Субботиной Инны Сергеевны,

ответчика – ФИО2,

ответчика и представителя ответчика ООО Мираж – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «Мираж», ФИО3, о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в котором просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального среда в размере 30 000 рублей; судебные расходы – 3 000 рублей.

В обоснование иска указал, что 10 мая 2018 года в 14.05 час., ФИО2, управляя автомобилем ГАЗ-322132 государственный регистрационный знак №, при движении задним ходом вблизи дома № 1 на пл. Гагарина в г. Орске, допустил наезд на пешехода ФИО1

В результате ДТП ему причинены телесные повреждения, не причинившие вред здоровью: ушиб мягких тканей левого бедра в нижней трети.

Данные обстоятельства подтверждаются: постановлением о прекращении дела об административном правонарушении от 25 июня 2018 года, в соответствии с которым причиной ДТП явилось несоблюдение водителем ФИО2 пункта 8.12 ПДД РФ; выпиской из медицинской карты амбулаторного больного, выданной ГАУЗ «ГБ № 2» г. Орска; заключением эксперта № 1621 ГБУЗ «Бюро МСЭ» от 18 июня 2018 года.

Определением суда от 30 августа 2018 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены: собственник автомобиля ГАЗ-322132 государственный регистрационный знак № ФИО3 и работодатель виновника ДТП ФИО2 – ООО «Мираж».

Представитель истца ФИО1 – Субботина И.С. (ордер № К-41/36 от 09 октября 2018 года) в судебном заседании уточнила исковые требования, окончательно просила взыскать с ООО «Мираж» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей на основании положений ст.1068 ГК РФ; взыскать с ФИО2, ООО «Мираж», ФИО3 в пользу истца судебные расходы в размере 13 000 руб.

Дополнила, что 10 мая 2018 года на пл. Гагарина в г. Орске по вине водителя автомобиля ГАЗ 322132 произошло ДТП с участием пешехода- ФИО1 Виновным в ДТП признан водитель автомобиля ГАЗ 322132 ФИО2, который нарушил п.8.12 ПДД РФ - движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц.

Ответчик ФИО2 не убедился в безопасности движения, должен был прибегнуть к помощи других лиц. Ответчик не отрицает, что габариты автомобиля не позволяли видеть истца.

Со слов свидетеля Б, он видел взгляд ФИО2, когда тот осуществлял высадку пассажиров из автомобиля, то есть ответчик их видел. Техническая возможность избежать наезд на пешехода была. Место наезда - искусственная возвышенность, не находится на проезжей части. Истец на проезжей части не находился, там нет сквозного движения ТС. ФИО1 находился на месте отстоя маршрутных автомобилей. Истец- пешеход, не был водителем транспортного средства, возле которого стоял.

Место наезда - не на проезжей части, истец не двигался, статично стоял на месте. Именно ФИО2, как водитель источника повышенной опасности, виновен в наезде на пешехода. Истец пережил физические и нравственные страдания, что подтверждается актом судебно-медицинской экспертизы; записями в медицинской карте амбулаторного больного, периодом нахождения его на амбулаторном лечении с 10 по 15 мая 2018 года, последующим долечиванием по месту жительства в период с 25 мая по 01 июня 2018 года включительно, пояснениями свидетелей Б, В Утверждение ответчика о том, что тот пытался загладить вред, неверное. Ответчик ФИО2 так и говорит, что обиделся на то обстоятельство, что истец вызвал ГИБДД, что действовал как законопослушный гражданин. К сожалению, ответчик полностью отрицает свою вину, говорит о вине истца. Доказательства грубой неосторожности со стороны ФИО1 отсутствуют. Компенсацию морального вреда должен возмещать работодатель.

В ходе рассмотрения дела установлено, что в момент совершения ДТП ответчик ФИО2 управлял транспортным средством «Газель», которое принадлежит ФИО3, который передал автомобиль в аренду ООО «Мираж».

Работодателем ФИО2 является ООО «Мираж», что подтверждают трудовой договор, путевой лист на имя ФИО2 от 10 сентября 2018 года по маршруту «Орск- Новоорск».

Поскольку законом предусмотрено, что ответственность работника возмещается работодателем, полагает, что компенсация морального вреда подлежит взысканию с ООО «Мираж».

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме. Пояснил, что 10 мая 2015 года около 14.00 час. находился на стоянке автомобилей «Газель» в районе автовокзала на пл. Гагарина в г.Орске. Стоял лицом к автомобилю, водитель которого Б ремонтировал переднюю фару автомобиля Газель, капот был открыт. Получил сильный удар в левое бедро. Автомобиль «Газель» маршрута Орск-Новоорск (водитель ФИО2) сдавал задним ходом, совершил на него наезд, не рассчитал расстояние и не заметил его. Не ожидал, от удара левая нога ушла под машину. ФИО2 отъехал. Боль была очень сильной, не мог наступать на ногу, бедро опухло, стало еще больнее. Водитель предложил отвезти в травмпункт. На его предложение отвезти в травмпункт, отказался, поскольку если бы ФИО2 покинул место ДТП, его бы наказали.

Самостоятельно вызвал ГИБДД, СМП. Приехала скорая помощь, предварительный диагноз - перелом. На месте сделали два обезболивающих укола, отвезли в ГАУЗ «ГБ № 2 г. Орска» в отделение травматологии, где сделали рентгеновский снимок, установили, что перелома нет, ушиб. Выдали справку и отправили пешком в травмпункт.

В травмпункте рекомендовали прикладывать холод, открыли больничный, через 5 дней сказали явиться на осмотр. Вызвал такси, поехал на площадь Гагарина. На вопрос ФИО2 ответил, что перелома нет, сильный ушиб. Дома после того, как действие обезболивающих препаратов закончилось, ощущал сильную боль, принимал обезболивающие препараты, лечился самостоятельно. Сидел, лежал, никуда не выходил из дома. Находился на амбулаторном лечении в период с 10 мая по 15 мая 2018 года. На 5 день обратился в травмпункт, был выписан, хотя не мог ногой даже выжать педаль сцепления. Приступить к работе с 16 мая 2018 года не смог из-за сильных болей в ноге, невозможности выжать педаль сцепления. Обратился к хирургу по месту жительства 25 мая 2018 года с жалобами на боль в левом бедре. Согласно медицинской карты амбулаторного больного, был нетрудоспособен с 25 мая 2018 года по 01 июня 2018 года. Ждал, когда позвонят из ГИБДД, но не позвонили. Только после обращения за юридической помощью к адвокату получил в ГИБДД направление на медицинское освидетельствование. 18 июня 2018 года вынесено заключение судебно - медицинской экспертизы: повреждение, не причинившее вреда здоровью человека. Испытал сильную физическую боль, стресс, в первые дни не спал по ночам, испытывал дискомфорт, невозможность свободного передвижения. Место, где было совершено ДТП, - это место парковки ТС, а не проезжая часть. Автомобиль, возле которого он стоял, был не его.

Парковочное место не является проезжей частью, тем более, что он стоял на «островке безопасности». ФИО2 финансовой помощи не предлагал.

До настоящего времени испытывает болевые ощущения в ноге, мучает бессонница, испытывает зависимость от погодных условий.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал. Пояснил, что работает в ООО «Мираж» по трудовому договору водителем автомобиля Газель по маршруту Орск-Новоорск. Собственником автомобиля является ФИО3, он же - директор ООО «Мираж». 10 мая 2018 года работал по маршруту - Орск-Новоорск. Около 14.00 час. на автовокзале на площади Гагарина, находясь за рулем автомобиля, высадил пассажиров, стал двигаться задним ходом. В зеркала заднего вида увидел автомобиль Газель с открытым капотом. Начал парковаться - никого нет, никто не кричал. Вышел, увидел, что придавил ногу ФИО1, отъехал. Предложил помощь ФИО1: или отвезти в травмпункт или вызвать медика автовокзала, а также предлагал оплатить нетрудоспособность, но ФИО1 отказался. В какой-то степени виновен. Б и ФИО1 попали в «мертвую зону» по зеркалам. Считает, что Би ФИО1 должны были сами оградить себя от опасности. Полагает, что еще один виновник ДТП- водитель автомобиля Газель Б, который не соблюдал технику безопасности при ремонте автомобиля, нужно было убедиться, что никому не мешает. Если бы он поставил свой автомобиль на 1 метр от бордюра – наезда не было бы. Совершил наезд неумышленно. Это несчастный случай. Если истец, как говорит свидетель, кричал и волком выл, нужно было вызвать скорую помощь. Приносит свои извинения, где-то был некорректен, но он тоже переживал. Нарушил ПДД РФ, был немного невнимателен.

Ответчик и представитель ответчика ООО «Мираж» - ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал.

Пояснил, что ФИО1 ремонтировал автомобиль как водитель маршрутного такси, осуществлял трудовую деятельность у ИП А, занимающегося пассажирскими перевозками. Им нарушена типовая Инструкция по охране труда водителей автомобилей ТОИ-200-01-95 ( пункт 4.1.49), обязывающая водителя обезопасить себя при проведении ремонта на проезжей части посредством установки знака аварийно остановки. Автомобиль, который ремонтировал ФИО1, находился на площадке отстоя транспортных средств автовокзала, то есть на проезжей части. Более того, указанное ТС фактически частично занимало и перегораживало так называемый «островок безопасности»- платформу, окаймленную бордюром, возвышающуюся над остальным дорожным покрытием и разделяющую посередине площадки отстоя ТС (является дорожкой для движения пешеходов, оборудована урнами для мусора). Ремонт осуществлялся на непредназначенном для этого месте, которое выбрано преднамеренно, использовалось в качестве своеобразной эстакады.

ФИО2 работает в ООО «Мираж» водителем, осуществляет пассажирские перевозки по маршруту Орск-Новоорск. Приехав с рейса на территорию автовокзала, выполнял маневр по установке своего автомобиля на площадку отстоя ТС перпендикулярно «островку безопасности».

По ходу движения автомобиля при движении задним ходом неизбежно возникает так называемая «мертвая зона» обзора вследствие габаритов автомобиля. Ориентируясь по зеркалам заднего вида, водитель не видит, что происходит по ходу движения в нескольких метрах позади его ТС. В такой ситуации ФИО1, как водитель, зная о такой опасности, понимая, что на расположенной впереди него площадке регулярно( через 15-20 мин.) происходит установка ТС на стоянку, не выполнил указанные требования безопасности, отнесся безразлично к своей безопасности, проявил легкомыслие, о чем говорит в исковом заявлении «…не видел приближающийся автомобиль, т.к. находился спиной по отношению к нему..» и « случившееся стало полной неожиданностью». Считает степень виновности обоих участников в ДТП равной.

Доказательства степени физических и нравственных страданий отсутствуют.

Ссылка истца на нормы ст.1100 ГК РФ необоснованна, т.к. не подтверждается факт причинения вреда здоровью ФИО1 в заключении судебно-медицинской экспертизы.

После отказа ФИО1 от материальной помощи его нахождение на амбулаторном лечении должно было быть компенсировано его работодателем на основании больничного листа.

Физические страдания ФИО1 подтверждаются заявлением, но не доказываются соответствующими медицинскими справками или заключениями.

В данном случае правовое значение имеет проявление и умышленных действий и грубой неосторожности, выразившиеся в отсутствии у ФИО1 той степени осмотрительности, которая требовалась от него при ремонте автомобиля (п.2 ст.1101 ГК РФ), что в свою очередь, на основании ст. 1083 ГК РФ является основанием для отказа в возмещении вреда, т.е. причинитель вреда признается невиновным, т.к. имеют место умышленные действия и грубая неосторожность со стороны потерпевшего, причем, форма вины причинителя вреда при этом значения не имеет.

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, заключение прокурора, полагавшего требования о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению с учетом разумности и справедливости, исследовав материалы дела по факту ДТП, материалы гражданского дела, приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (абзац 1).

Применительно к правилам, предусмотренным этой главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац 2).

Согласно части 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 10 мая 2018 года в 14.05 час. водитель ФИО2, управляя автомобилем ГАЗ-322132 государственный регистрационный знак №, при движении задним ходом вблизи дома № 1 на пл. Гагарина в г. Орске, допустил наезд на пешехода ФИО1

В результате ДТП на автомобиле механические повреждения не образовались, у пешехода имеются телесные повреждения, не причинившие вреда здоровью человека: ушиб мягких тканей левого бедра в нижней трети.

Из постановления старшего инспектора группы ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД МУ МВД России «Орское» от 25 июня 2018 года о прекращении дела об административном правонарушении по ст. 12.24 КоАП РФ в отношении водителя ФИО2 следует, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилось несоблюдение водителем ФИО2 п. 8.12 ПДД РФ- движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц.

Действующим законодательством административная ответственность за нарушение п.8.12 (абз1) ПДД РФ не предусмотрена, в связи с чем производство по делу об административном правонарушении подлежит прекращению.

Производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием в действиях ФИО2 состава административного правонарушения.

Поскольку вред здоровью ФИО1 не причинен, оснований для составления протокола по ст.12.24 КоАП РФ в отношении водителя ФИО2 не имеется.

Потерпевшему разъяснено, что вопросы о компенсации морального и физического вреда могут быть разрешены в порядке гражданского судопроизводства путем обращения потерпевшего с иском в суд.

Автомобиль ГАЗ-322132 регистрационный номер Н890ТМ (56) принадлежит на праве собственности ФИО3.(карточка учета ТС в ГИБДД)

Как следует из материалов дела, между ФИО3 и ООО «Мираж» 03 января 2016 года заключен договор аренды транспортного средства ГАЗ-322132 государственный регистрационный знак №) без экипажа на неопределенный срок.

Договор аренды действителен на время работы ТС, что подтверждается наличием путевого листа у водителя (пункт 5 договора).

03 января 2016 года между ФИО2 и ООО «Мираж» заключен трудовой договор на неопределенный срок, согласно которому ФИО2 принят на работу по специальности водитель. Конкретная трудовая функция- водитель автобуса ( категория Д) пригородного маршрута

Согласно путевому листу легкового автомобиля серии 25 № 649 от 10 мая 2018 года, выданному ООО «Мираж», водитель пригородного маршрута ФИО2 10 мая 2018 года исполнял трудовые обязанности по маршруту «Орск-Новоорск» с 07.04 час. до 20.10 час.

Из медицинских документов на имя ФИО1 следует, что 10 мая 2018 года он обратился в ГАУЗ «ГБ № 2» г. Орска с жалобами на боли в левом бедре, находился на амбулаторном лечении с 10 мая 2018 года по 15 мая 2018 года с диагнозом ушиб левого бедра, травма при ДТП.

Согласно заключению эксперта № 1621 Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 18 июня 2018 года у ФИО1 имелось телесное повреждение: ушиб мягких тканей левого бедра в нижней трети, который образовался от воздействия твердого тупого предмета или при ударе о таковой, в срок незадолго до обращения за медицинской помощью, возможно, в срок и при обстоятельствах, указанный в определении, то есть в условиях дорожно-транспортного происшествия, не повлек за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности и расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека.

Из анамнеза больного в заключении эксперта следует, что 10 мая 2018 года на автовокзале пл. Гагарина в г. Орске потерпевший был придавлен легковым автомобилем. Жалобы на боль в области левого бедра. Объективные данные: при осмотре левого бедра наблюдается умеренный отек и боль при пальпации и при движениях. Обращался в ГБ №2, сделана рентгенография. Диагноз: ушиб левого бедра. Покой, холод, обезболивание. Явка 15 мая 2018 года. Труд с 16 мая 2018 года.

Из медицинской карты амбулаторного больного видно, что ФИО1 обращался к хирургу по месту жительства 25 мая 2018 года. Жалобы на боль в левом бедре- удар по бедру бампером. Объективно: отек левого бедра, кровоподтек возле левой голени. Диагноз: ушиб м/ тканей левой конечности. Нетрудоспособен. Лечение с 25 мая по 01 июня 2018 года включительно. Назначено лечение.

Судом допрошен свидетель Б, который пояснил, что работает водителем пригородного маршрута Орск-Новотроицк у ИП Г Приехал с круга, не горела правая фара.Около 14.00 час. подъехал на парковочную площадку, на бордюр («островок безопасности»). Подошел ФИО1, которому сообщил, что провода замыкают. Открыл капот, вдвоем склонились над капотом. Видел автомобиль под управлением ФИО2, а он – видел их. У ФИО2 из автомобиля выходили пассажиры. Услышал шум, повернулся - автомобиль ФИО2 двигался задним ходом на них и зажал ФИО1, нога которого ушла под автомобиль. ФИО2 отъехал. Вызвали СМП и ГИБДД, Спросил ФИО2, видел ли он их. Тот ответил, что ему показалось, что они находились за линией разделительного островка. СМП увезла ФИО1 в травмпункт. Стали разбираться. ФИО2 сказал, « А что они здесь встали, мне надо было здесь припарковаться». Если бы не закричал, то полагает, что автомобиль под управлением ФИО2 вообще бы замял ФИО1 Длительное время не видел ФИО1, вероятно, тот находился на больничном. Когда вышел, хромал. Не слышал, чтобы ФИО2 предлагала ФИО1 помощь.

Свидетель В пояснила, что приходится дочерью истцу, находится в декретном отпуске. 10 мая 2018 года ФИО1 вернулся домой днем. Увидела опухшую ногу, на расспросы он не отвечал, лег, отвернулся. Вечером рассказал, что автомобиль Газель наехал ему на ногу. Ночью слышала, что он не спал, стонал от боли, испытывал дискомфорт, испугалась. Подошли, он стиснул зубы, пытался не показать виду, что испытывает сильную боль. Отлеживался дома 5 дней, около месяца ходил, прихрамывая. Принимал обезболивающие препараты, ночами не спал. Внуки привыкли, что дедушка сильный.

Анализируя собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что между действиями ФИО2, выразившимися в нарушении п. 8.12 ПДД РФ, и телесными повреждениями, не причинившими вреда здоровью (ушибом мягких тканей левого бедра) ФИО1, имеется прямая причинно-следственная связь.

Грубая неосторожность в действиях истца отсутствует. Истец являлся пешеходом, находился на «островке безопасности». К административной ответственности сотрудниками ГИБДД за нарушение каких либо Правил дорожного движения привлечен не был.

Доводы ответчиков о нарушении правил техники безопасности, невозможности компенсации морального вреда в связи с отсутствием вреда здоровью при наличии телесных повреждений, основаны на ошибочном толковании действующего законодательства.

Учитывая, что причинение телесных повреждений умаляет личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

Поскольку потерпевший в связи с наличием телесных повреждений во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

При определении размера компенсации вреда суд учитывает требования разумности и справедливости.

Исходя из положений ст. 1068 ГК РФ, суд полагает, что надлежащим ответчиком является ООО «Мираж» (работодатель), которое в силу закона обязано возместить вред, причиненный его работником потерпевшему.

Определяя размер морального вреда, суд принимает во внимание тот факт, что в результате виновных действий водителя ООО «Мираж» при исполнении трудовых обязанностей - ФИО2 пострадал пешеход; по заключению эксперта пешеходу причинены телесные повреждения, потерпевший испытывал стресс; ушиб мягких тканей левого бедра в нижней трети причинял ему физическую боль и страдания из-за невозможности осуществлять нормальную жизнедеятельность, нормально спать, свободно передвигаться; был лишен возможности вести активный образ жизни; период лечения, возраст и индивидуальные особенности потерпевшего, степень вины ответчика, его материальное положение; учитывает требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать с работодателя виновника ДТП в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы (состоящие в соответствии со ст. 88 ГПК РФ из госпошлины и судебных издержек).

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ).

Расходы подтверждаются квитанциями от 18 июля 2018 года, от 09 октября 2018 года, согласно которым ФИО1 оплатил адвокату Субботиной И.С. за консультацию, сбор документов, составление искового заявления, представление интересов в суде первой инстанции по данному делу -13 000 рублей

Учитывая принцип разумности и справедливости, объем услуг, количество судебных заседаний (три), их продолжительность, суд приходит к выводу о том, что требование истца по оплате услуг представителя подлежит удовлетворению в размере 8 000 рублей.

При этом суд принимает во внимание положения ст. 421 ГК РФ и правовую позицию Конституционного Суда РФ (Определение от 17.07.2007 г. № 382-О-О, от 22.03.2011 г. № 361-О-О).

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается в ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ.

В данном случае истец при подаче искового заявления был освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем с ответчика ООО «Мираж» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мираж» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, судебные расходы в размере 8 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований к ФИО3, ФИО2, - отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мираж» государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «город Орск» в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Ленинский районный суд г. Орска Оренбургской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме – 29 октября 2018 года.

Судья Гук Н. А.