Решение № 2-647/2018 2-647/2018~М-585/2018 М-585/2018 от 25 сентября 2018 г. по делу № 2-647/2018

Дело №2-647/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Котельнич Кировской области 26 сентября 2018 года

Котельничский районный суд Кировской области в составе председательствующего судьи Перминовой Н.В.,

с участием прокурора Корякина А.Н.,

при секретаре Исуповой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ООО «ТрансКом-Север» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с вышеназванным исковым заявлением. В обоснование требований указав, что 01.04.2018 в результате несчастного случая умер <...> который на день смерти состоял в трудовых отношениях с ООО «ТрансКом-Север» в должности водителя автомобиля. Работодателем было проведено расследование несчастного случая, по результатам которого составлен акт № 2 от 08.06.2018 г., где указано, что степень вины пострадавшего в произошедшем несчастном случае составляет 90 %, поскольку <...>. находился на работе в состоянии алкогольного опьянения, при выходе из кабины не соблюдал внимательность и осторожность, что привело к падению работника на поверхность земли и его смерти. Со стороны работодателя имеется вина в неосуществлении должного контроля за соблюдением работниками производственной дисциплины, выполнении ими должностных инструкций по охране труда. Смертью <...>. истцам причинены нравственные страдания, поскольку погибший являлся им близким и родным человеком, отцом и сыном.

Просят взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в общем размере 1 500 000 рублей по 500 000 рублей каждому.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, о причинах неявки не сообщил.

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО4 поддержала заявленные требования, ссылаясь на доводы указанные в иске, просила их удовлетворить.

Истцы ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании требования поддержали, просили их удовлетворить. Дополнительно пояснили, что независимо чья вина в произошедшем, для них является невосполнимой утратой потеря отца, сына. Полагают, что <...> убили, поскольку он не злоупотреблял спиртным, тем более на работе.

Представитель ответчика по доверенности ФИО5 исковые требования не признала, пояснила, что несчастный случай, повлекший смерть <...> произошел по вине его самого, поскольку он не соблюдал установленные в организации правила внутреннего трудового распорядка, технику безопасности и охрану труда, кроме того допустил нарушения должностной инструкции, в связи с чем повлек свою смерть. Не согласна с заявленным размером компенсации морального вреда, поскольку в данном случае вина работодателя установлена только 10%, в случившемся виноват сам работник. Кроме того, работодателем выплачена ФИО3 материальная помощь в размере 20 000 рублей, а также понесены расходы за проведение медицинской экспертизы в размере 50 100 рублей, за перевозку тела в размере 50 000 рублей и ритуальные услуги в размере 40 870 рублей, так как родственники <...> отказались принимать участие в транспортировке тела и нести указанные расходы.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего требования подлежащими удовлетворению с учетом объема вины работодателя и в разумных пределах, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии с ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с частью восьмой статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Исходя из положений ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, который обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Из материалов дела следует, что <...> с 24.07.2017г. состоял в трудовых отношениях с «ТрансКом-Север», работал вахтовым методом в автомобильной колонне в должности водителя автомобиля, согласно открытых категорий. Местом работы являлся район <адрес>.

01.04.2018 года, во время исполнения <...>. своих должностных обязанностей, при падении из автомобиля последний получил травму, в результате которой наступила его смерть.

По факту произошедшего несчастного случая инспекцией труда составлен акт № 2 о несчастном случае на производстве, утвержденный 08.06.2018, из которого следует, что причиной смерти <...> явилась закрытая тупая травма шеи с разрывами межпозвонковых дисков, ушибом шейного отдела спинного мозга осложнившаяся развитием восходящего отека спинного и головного мозга. При судебно-химическом исследовании крови и моче трупа <...>. обнаружен этиловый спирт в концентрации соответственно 1,0 г/л и 1/6 г/л, на момент наступления смерти <...> находился в состоянии алкогольного опьянения легкой степени.

Из обстоятельств, послуживших несчастному случаю в акте указано, что 31.03.2018 года <...>. возвращался с месторождения на производственную базу в <адрес> на автомобиле <...>, остановился на ночлег совместно с другими водителями. В вечернее время в кабине своего автомобиля ужинал и употреблял спиртное, ночью, когда все спали, он завел автомобиль и проехав небольшое расстояние, наехал на другой автомобиль, затем остановился. О наезде ему сообщил другой водитель, который позднее подошел к автомашине, где находился <...> и увидел, что тот лежал возле кабины автомобиля на земле, дверь кабины была открыта. Водители его подняли и посадили на пассажирское сиденье в автомашину, в то время он был в сознании, что-то бормотал, от него исходил запах алкоголя. Утром, около 06.00 часов, <...> обнаружили в кабине автомобиля без сознания, трясущегося, с пеной изо рта, для оказания медицинской помощи его доставили до ближайшего медицинского пункта, по дороге он скончался.

Причинами несчастного случая признаны: отсутствие контроля со стороны администрации за соблюдением работниками производственной и трудовой дисциплины, выполнении ими должностных инструкций и требований охраны труда (нарушены требования ст.22, 212 ТК РФ, п.2.21 «Должностной инструкции начальника отдела эксплуатации»); нарушение работником трудового распорядка, выразившиеся: в нахождении пострадавшего на работе в состоянии алкогольного опьянения (нарушил требования ст.214 ТК РФ, п.3.3.2 «Правил внутреннего трудового распорядка»), не соблюдении внимательности и осторожности при выходе из кабины, что привело к падению работника на поверхность земли (нарушены требования п.11.1 «Инструкции № 5 по охране труда для водителя грузового автомобиля»), в управлении транспортным средством в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения, состоянии утомления или болезненном состоянии, перевозке спиртных напитков (нарушил требования п.2.24 «Должностной (профессиональной) инструкции № 42 водителя автомобиля согласно открытых категорий»). Степень вины пострадавшего в произошедшем несчастном случае установлена – 90 процентов.

Вышеуказанный акт, в том числе изложенные в нем выводы о вине организации в нарушении контроля соблюдения работниками производственной и трудовой дисциплины, выполнении ими должностных инструкций и требований охраны труда, составлены в соответствии с требованиями статей 227 - 230.1. Трудового Кодекса Российской Федерации никем не оспорены, незаконными не признаны.

Согласно Постановлению от 06.06.2018 года Нарьян-Марского МРСО СУ СК России по Архангельской области и НАО в возбуждении уголовного дела по факту смерти <...>. отказано по основаниям п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступлений, предусмотренных ч.1 ст.105, ч.4 ст.111 и ч.1 ст.109 и ч.2 ст.143 УК РФ.

Поскольку из представленных доказательств по делу установлено, что несчастный случай с <...>. произошел, в том числе, и в результате нарушения работодателем трудового законодательства по охране труда и трудовой дисциплине, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истцов.

Доказательств наличия у потерпевшего умысла на причинение ему вреда, не представлено, в связи с чем, оснований для освобождения ответчика от возмещения причиненного вреда не имеется.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Пунктом 32 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ предусмотрено, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Моральный вред в связи со смертью по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из материалов дела установлено, что погибший являлся истцам ФИО1, ФИО2 - отцом, а истцу ФИО3 – сыном., смерть которого, безусловно повлекла нравственные страдания с утратой близкого родственника.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства несчастного случая, при которых наступила смерть <...>. (нахождение работника в момент получения травмы в состоянии алкогольного опьянения), степень вины ответчика (10%) и погибшего (90%), учитывая, что гибель близкого человека – отца, сына сама по себе является необратимым обстоятельством и тяжелым событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания истцам, суд исходя из требований разумности и справедливости, полагает возможным определить размер подлежащий взысканию в пользу каждого истца компенсации морального вреда в размере по 30 000 рублей.

Доказательств возмещения ответчиком морального вреда до обращения в суд с настоящим иском, суду не представлено. Возмещение ответчиком расходов на погребение и выплаты материальной помощи не освобождает от компенсации морального вреда, которая в силу ч. 3 ст. 1099 ГК РФ осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Доводы представителя ответчика на недобросовестность и злоупотребление правом со стороны истцов несостоятельны, поскольку из разъяснений, содержащихся в абз. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" следует, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, истцы, являясь детьми и матерью погибшего, испытали нравственные страдания, вызванные невосполнимой утратой близкого родственника, и имеют право на возмещение морального вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ с ответчика подлежат взысканию в пользу истца ФИО3 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ООО «ТрансКом-Север» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «ТрансКом-Север» в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 90 000 рублей, по 30 000 рублей каждому.

Взыскать с ООО «ТрансКом-Север» в пользу ФИО3 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

В остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кировский областной суд через Котельничский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 01 октября 2018 года.

Судья Н.В. Перминова