Апелляционное определение № 33-1722/2025 от 24 декабря 2025 г.

Дело № 2-1901/2024 Председательствующий Чапанова Х.А.


Апелляционное определение

№ 33-1722/2025
25 декабря 2025 г.
г. Магас
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего – Кориговой М.М.,

судей – Дзаитова М.М. и Горокаевой Х.А.,

при помощнике судьи Акиловой З.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Департаменту социально-политических коммуникаций, информационной политики Военно-гражданской администрации Запорожской области о взыскании денежных средств, положенных работнику в связи с ликвидацией организации.

Заслушав доклад судьи Кориговой М.М., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратился в суд с указанным исковым заявлением, в котором с учетом уточнений просит взыскать с ответчика в свою пользу дополнительную компенсацию в размере среднего заработка, исчисленного пропорционально времени, оставшемуся до истечения срока предупреждения об увольнении в размере 167 025 рублей 60 копеек; выходное пособие в размере среднего месячного заработка в размере 139 188 рублей; среднемесячный заработок на период трудоустройства за июль месяц в размере 139 188 рублей; компенсацию за задержку заработной платы в следующих размерах: за январь-февраль в размере 3 838 рублей 17 копеек, с 31.05.2024 г. по 20.11.2025 г. в размере 294 239 рублей 71 копейки; компенсацию за задержку заработной платы до момента фактической оплаты образовавшейся задолженности; компенсацию за медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию в размере 195 300 рублей; моральный вред в размере 2 000 000 рублей; расходы на оплату юридических услуг в размере 180 000 рублей.

В обоснование искового заявления ФИО1 указал, что он был принят на работу в Департамент социально-политических коммуникаций, информационной политики Военно-гражданской администрации Запорожской области на должность главного специалиста отдела по связям с общественностью, что подтверждается трудовой книжкой. За время работы у ответчика, истец не привлекался к дисциплинарной ответственности, не допускал нарушений трудовой дисциплины, работал, рискуя собственной жизнью на новых территориях, в условиях проведения специальной военной операции (СВО). У ответчика не имелось нареканий относительно исполнения истцом должностных обязанностей. 3 мая 2024 г. в адрес истца направлено уведомление о предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации. 16 мая 2024 г. истцом направлено заявление о расторжении трудового договора до истечения срока, определенного предупреждением о ликвидации организации. На основании заявления истца об освобождении от занимаемой должности до истечения срока, указанного в уведомлении о предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, трудовой договор между сторонами расторгнут 31 мая 2024 г., по инициативе работодателя в связи с ликвидацией организации в порядке ч. 1 ст. 81 ТК РФ, что подтверждается записью в трудовой книжке. По состоянию на 26 июля 2024 г. ответчиком выплата всех сумм причитающихся истцу не произведена, что подтверждается справкой о задолженности от 5 июля 2024 г. В соответствии с вышеизложенным, размер компенсации за задержку заработной платы составляет: январь-февраль - 3 838 рублей 17 копеек; с 31 мая 2024 г. по 26 июля 2024 г. составляет 18 520 рублей 43 копейки. Просьба истца о выплате выходного пособия и остальных причитающихся сумм не были удовлетворены ответчиком в добровольном порядке. Ссылаясь на указанные обстоятельства, просил удовлетворить исковые требования.

Заочным решением Малгобекского городского суда от 17 сентября 2024 г. исковые требования удовлетворены частично.

На указанное решение Председателем ликвидационной комиссии подана апелляционная жалоба, в которой ставится вопрос об изменении решения суда в части определения размера компенсации морального вреда.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 13 февраля 2025 г. заочное решение от 17 сентября 2024 г. изменено, снижен размер взыскиваемой в пользу ФИО1 компенсации морального вреда до 50 000 руб.

Определением СК по гражданским делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 17 июля 2025 г. апелляционное определение от 13 февраля 2025 г. отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Определением от 25 сентября 2025 г. судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК РФ.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не уведомили, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителей ответчика ФИО3 и ФИО4, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 29 июня 2023 г. истец был принят на работу в Департамент социально-политических коммуникаций, информационной политики военно-гражданской администрации Запорожской области на должность главного специалиста отдела по связям с общественностью, что подтверждается записью в трудовой книжке ВТ-П N 1837274 (приказ от 26 июня 2023 года N 74-П).

03 мая 2024 г. ответчиком в адрес истца направлено уведомление о предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации.

16 мая 2024 г. истцом в адрес ответчика направлено заявление о расторжении трудового договора до истечения срока, определенного предупреждением о ликвидации организации, на основании которого трудовой договор между сторонами расторгнут 31 мая 2024 г., по инициативе работодателя в связи с ликвидацией организации в порядке ч. 1 ст. 81 ТК РФ, что подтверждается записью в трудовой книжке.

По состоянию на 26 июля 2024 г. ответчиком выплата всех сумм причитающихся истцу не произведена, что подтверждается справкой о задолженности от 05 июля 2024 г.

Поскольку выплата выходного пособия и остальных причитающихся сумм ответчиком в добровольном порядке не произведена, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

В силу статьи 178 Трудового кодекса РФ при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации, либо сокращением численности или штата работников организации, увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка, а также за ним сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия).

Согласно статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии со статьей 140 Трудового кодекса РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника.

По состоянию на 26 июля 2024 г. выплата всех сумм причитающихся истцу не произведена, что подтверждается справкой о задолженности от 05 июля 2024 г.

Согласно статьи 236 Трудового кодекса РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки ЦБ РФ от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

На основании вышеуказанных норм права, размер компенсации за задержку заработной платы составляет:

- за январь-февраль - 3 838 руб. 17 коп.;

- с 31.05.2024 по 20.11.2025 – 294 239 руб. 71 коп.

Расчет задолженности ответчиком не оспорен и у судебной коллегии не имеется оснований признать его неправильным.

Из ответа начальника отдела по надзору за исполнением федерального законодательства Прокуратуры Запорожской области ФИО5 на обращение истца следует, что изложенные в обращении доводы нашли свое подтверждение. Установлено, что у ликвидационной комиссии Департамента социально-политических коммуникаций, информационной политики Военно-гражданской администрации Запорожской области перед уволенными в связи с ликвидацией организации работниками, в том числе истцом, имеется задолженность по предусмотренным трудовым законодательством выплатами. Кроме того, имеющаяся задолженность является основанием для начисления предусмотренной статьей 236 ТК РФ денежной компенсации за задержку указанных выплат. 05.09.2024 года прокуратурой области внесено представление в адрес ликвидационной комиссии об устранении выявленных нарушений.

Согласно справке о задолженности от 01.08.2024 задолженность по выплатам перед истцом за период с 01 марта 2024 г. по 04 июля 2024 г. составляет:

- компенсация за задержку заработной платы (январь-февраль) – 3838 рублей 17 копеек;

- дополнительная компенсация в размере среднего заработка, исчисленного пропорционально времени, оставшемуся до истечения срока предупреждения об увольнении -167 025 рублей 60 копеек;

- выходное пособие в размере среднего месячного заработка – 139 188 рублей.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 (ред. от 06.02.2007г.) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями, или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Согласно статьи 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (п. 47).

Поскольку факт нарушения работодателем прав ФИО1 на своевременную выплату выходного пособия и остальных причитающихся сумм нашёл своё подтверждение, суд первой инстанции обоснованно возложил на ответчика обязанность по возмещению компенсации причиненного истцу морального вреда.

При этом, при определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает, что ответчиком было нарушены трудовые права истца, которые относятся к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека и с реализацией которых связана возможность использования работником ряда социально-трудовых прав, учитывая, что длительное время с 31 мая 2023 г. и по настоящее время ему не выплачены выходное пособие и остальные причитающиеся суммы, на его иждивении находятся пятеро несовершеннолетних детей (свидетельства о рождении приобщены к материалам дела), которых он должен обеспечивать надлежащим питанием, одеждой, дополнительным образованием, а ввиду отсутствия указанных выплат он не мог исполнить свои обязанности перед близкими, своевременно оплачивать коммунальные платежи, необходимость в судебном порядке отстаивать нарушенное работодателем право.

Учитывая степень вины работодателя, не представившего доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших исполнению возложенной на него обязанности по соблюдению трудового законодательства, а также то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, требования разумности и справедливости, конкретные незаконные действия в виде несвоевременной выплаты выходного пособия и остальных причитающихся истцу сумм, их соотношение с объемом и характером причиненных нравственных страданий, судебная коллегия полагает, что сумма в размере 50 000 руб., отвечает принципу разумности и соразмерности перенесенных истцом нравственных страданий и не приведет его к неосновательному обогащению.

Рассматривая требование истца о взыскании с ответчика расходов на медицинскую, социальную и профессиональную в размере 195 300 рублей, основанные, в том числе, на положениях статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии со статьей 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Таким образом, применение указанной нормы закона обусловлено наличием совокупности обязательных условий, а именно: факта повреждения здоровья работника, производственного характера такого повреждения, причинно-следственной связи между вредом здоровью и исполнением трудовых обязанностей, а также подтверждения указанных обстоятельств соответствующими медицинскими документами.

Между тем из материалов дела не усматривается и истцом не представлено доказательств того, что ухудшение состояния здоровья истца либо обострение имеющегося у него хронического заболевания наступили вследствие несчастного случая на производстве либо в результате профессионального заболевания.

Представленные истцом медицинские документы не содержат выводов о наличии причинно-следственной связи между неправомерными действиями ответчика по несвоевременной выплате причитающихся истцу денежных сумм и ухудшением состояния его здоровья, а также не подтверждают необходимость прохождения санаторно-курортного лечения в качестве меры медицинской, социальной либо профессиональной реабилитации, обусловленной повреждением здоровья производственного характера.

Доводы истца о том, что ухудшение состояния здоровья вызвано психоэмоциональными переживаниями, связанными с нарушением его трудовых прав, не свидетельствуют о наличии предусмотренных статьей 184 Трудового кодекса Российской Федерации условий для возложения на работодателя обязанности по возмещению расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию.

При этом судебная коллегия отмечает, что нравственные переживания истца, вызванные нарушением ответчиком его трудовых прав, учтены при разрешении требования о компенсации морального вреда в порядке статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для возложения на ответчика обязанности по возмещению расходов на санаторно-курортное лечение в размере 195 300 рублей, в связи с чем заявленное требование не подлежит удовлетворению.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле (ст. 94 ГПК Российской Федерации).

Частью 1 статьи 100 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Таким образом, гражданское процессуальное законодательство РФ исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования. В связи с чем, лицом, имеющим право на возмещение таких расходов, будет являться сторона, в пользу которой состоялось решение суда: истец - при удовлетворении (частичном удовлетворении) иска, ответчик - при отказе в удовлетворении исковых требований.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (абз. 2 п. 11).

Расходы истца, понесенные на оплату услуг представителя, подтверждаются договором об оказании юридических услуг от 19.07.2024, дополнительным соглашение № 1 к договору от 19.07.2024, актами об оказании юридических услуг от 24.10.2024, 10.03.2025, 05.08.2025, расписками в получении денежных средств от 19.07.2024, 03.02.2025, 02.06.2025, 01.09.2025 на общую сумму 180 000 рублей.

С учетом требований разумности и справедливости, принимая во внимание объем выполненной представителем истца работы, сложности дела, количества судебных заседаний, судебная коллегия находит указанные расходы подлежащими удовлетворению в сумме 100 000 руб., в том числе 40 000 рублей – за участие в суде первой инстанции, 30 000 рублей –за участие в суде апелляционной инстанции, 30 000 рублей – за участие в суде кассационной инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

заочное решение Малгобекского городского суда от 17 сентября 2024 г. отменить.

Исковое заявление ФИО1 к Департаменту социально-политических коммуникаций, информационной политики Военно-гражданской администрации Запорожской области о взыскании денежных средств, положенных работнику в связи с ликвидацией организации удовлетворить частично.

Взыскать с Департамента социально-политических коммуникаций, информационной политики Военно-гражданской администрации Запорожской области в пользу ФИО1:

- дополнительную компенсацию в размере среднего заработка, исчисленного пропорционально времени, оставшемуся до истечения срока предупреждения об увольнении в размере 167 025 (сто шестьдесят семь тысяч двадцать пять рублей) 60 копеек;

- выходное пособие в размере среднего месячного заработка в размере 139 188 (сто тридцать девять тысяч сто восемьдесят восемь) рублей;

- среднемесячный заработок на период трудоустройства за июль месяц в размере 139 188 (сто тридцать девять тысяч сто восемьдесят восемь) рублей;

- компенсацию за задержку заработной платы в следующих размерах: за январь-февраль в размере 3 838 (три тысячи восемьсот тридцать восемь) рублей 17 копеек; с 31.05.2024 по 20.11.2025 г. в размере 294 239 (двести девяносто четыре тысячи триста тридцать девять) рублей 71 копейка;

- компенсацию за задержку выплаты заработной платы до момента фактической выплаты образовавшейся задолженности;

- компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей (пятьдесят тысяч) рублей;

- расходы по оплате юридических услуг в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

В остальной части иска отказать.

Мотивированное определение изготовлено 12 января 2026 г.

Председательствующий

Судьи

Подлинное за надлежащими подписями

Верно:

Судья ФИО12