Решение № 12-271/2023 от 18 сентября 2023 г. по делу № 12-271/2023

<...>

Дело № 12-271/2023

УИД № 66RS0002-01-2023-000426-876


РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

г. Екатеринбург 18 сентября 2023 года

Судья Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга Евдокимова Т.А.,

с участием защитников Матаевой М.А., Куликовой А.Г.,

должностного лица - начальника отдела, главного государственного инспектора труда 9по охране труда) Государственной инспекции труда в Свердловской области ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО2 на постановление начальника отдела Государственной инспекции труда в Свердловской области ФИО1 № 66/6-403-22-ИЗ/12-3297-И/57-733 от 14.04.2023, вынесенное в отношении должностного лица – директора по охране труда и промышленной безопасности дивизиона «Урал» ООО «ЕВРАЗ», члена комиссии по расследованию несчастного случая ФИО2,

по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

установил:

постановлением начальника отдела Государственной инспекции труда в Свердловской области ФИО1 № 66/6-403-22-ИЗ/12-3297-И/57-733 от 14.04.2023 директору по охране труда и промышленной безопасности дивизиона «Урал» ООО «ЕВРАЗ», члену комиссии по расследованию несчастного случая ФИО2 назначено наказание за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в виде административного штрафа в размере 2000рублей.

В жалобе ФИО2 просит постановление отменить, производство по делу прекратить.

В судебном заседании защитники ФИО2 - Матаева М.А., Куликова А.Г. доводы жалобы поддержали в полном объеме, просили отменить постановление в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Кроме того, указали, что 27.06.2022 в 7:56 на КПП № 5 «Центральный» АО «ЕВРАЗ НТМК» произошел несчастный случай с лаборантом химического анализа 5 разряда ЦЛК АО «ЕВРАЗ НТМК» Г, которая из-за судорожного приступа упала и разбила голову по причине общего заболевания – сахарного диабета, причина смерти, указанная в справке не является основной, поскольку смерть, по мнению заявителя, наступила из-за осложнения сахарного диабета и развития пневмонии. Данный вывод следует из объяснительной заведующей здравпункта А от 12.08.2022, которая указала, что со слов Г у последней имеется сахарный диабет, утром 27.06.2022 была сделана инъекция инсулина, она не позавтракала, что спровоцировало судороги, а затем падение. Новых обстоятельств по данному несчастному случаю выявлено не было, что подтверждается разделами 5,6,7 Акта о расследовании группового несчастного случая: смерть Г произошла в результате потери сознания с последующим ударом о напольное покрытие КПП «Центральный» и получением травмы в результате падения; лиц, ответственных за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных правовых актов, явившихся причинами несчастного смертельного случая, в период расследования не установлено, вины АО «ЕВРАЗ НТМК» и должностных лиц АО «ЕВРАЗ НТМК» в произошедшем несчастном случае комиссией не усматривается; данный несчастный случай квалифицируется как несчастный случай не связанный с производством. Свои довод, о том что указанный случай с Г не мог быть квалифицирован как связанный с производством, основан в том числе на ответе Государственного учреждения – Московского регионального отделения Фонда социального страхования РФ, из которого следует, что если несчастный случай с работником произошел до начала рабочего времени и не на рабочем месте, в связи с чем несчастный случай подлежит классификации как не страховой. Защитники указали на то, что из содержания мотивировочной части обжалуемого постановления следует, что объективная сторона административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 5.27.1 КоАП РФ, выражается в действиях ФИО2, нарушающих государственные нормативные требования охраны труда, содержащиеся в федеральных законах и иных нормативных правовых актах РФ, а именно в статье 229.2 Трудового Кодекса Российской Федерации. Неправомерность поведения ФИО2 выражается в том, что он, как член комиссии по расследованию несчастного случая, участвуя в голосовании, проголосовал за квалификацию несчастного случая как не связанного с производством, что противоречит заключению государственного инспектора труда, проведенного в ходе дополнительного расследования несчастного случая со смертельным исходом, проведенного в соответствии со ст.229.3 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку согласно выводам заключения инспектора труда данный несчастный случай подлежит квалификации как несчастный случай на производстве, в связи с чем, должностное лицо административного органа пришло к выводу о том, что был нарушен порядок расследования и произведена неправильная квалификация несчастного случая. Между тем, законодательство предусматривает правовые методы разрешения разногласий членов комиссии, данный порядок предусмотрен п.24 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве и в отдельных отраслях и организациях, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 года N 73 "Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и особенностях расследования несчастных случаев на производстве", ст. ст. 229.3, 231 ТК РФ. Вина Сахаровского не установлена, принимая решение об отнесении несчастного случая как не связанного с производством, он исходил из материалов расследования, полагая, что первопричиной наступления смерти Г являлось ее общее заболевание. Кроме того, в соответствии со статьей 227 Трудового Кодекса Российской Федерации поскольку событие с ФИО3 произошло не в течение рабочего времени, а на проходной предприятия, не на ее рабочем месте, до ее допуска работодателем к осуществлению трудовой функции, то вывод ФИО2, как члена комиссии об отнесении несчастного случая к не страховому также является объективным и обоснованным.

Из буквального толкования диспозиции части 1 статьи 5.27.1 КоАП РФ следует, что объективная сторона состава административного правонарушения состоит в нарушении государственных нормативных требований охраны труда, содержащихся в федеральных законах и иных нормативных правовых актах РФ. Положениями статьи 212 Трудового Кодекса Российской Федерации определено, что государственные нормативные требования охраны труда содержатся в федеральных законах, законах субъектов Российской Федерации, постановлениях Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актах, утверждаемых федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, нормативных правовых актах органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации. Государственные нормативные требования охраны труда обязательны для исполнения юридическими и физическими лицами при осуществлении ими любых видов деятельности, в том числе при проектировании, строительстве (реконструкции) и эксплуатации объектов, конструировании машин, механизмов и другого производственного оборудования, разработке технологических процессов, организации производства и труда. К нормативным правовым актам, утверждаемым федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, и содержащим государственные нормативные требования охраны труда, относятся: правила по охране труда, а также иные нормативные правовые акты, содержащие государственные нормативные требования охраны труда, предусмотренные настоящим Кодексом; единые типовые нормы бесплатной выдачи работникам средств индивидуальной защиты. Статья 229.2 Трудового Кодекса Российской Федерации и Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденное Постановлением Минтруда России от 24.10.2002 № 73 устанавливают процедурные моменты, касающиеся порядка расследования несчастных случаев на производстве. Следовательно, они не относятся к документам, содержащим государственные нормативные требования охраны труда, в том смысле, который в них закладывает законодатель с учетом требований, предусмотренных ч. 1 ст. 212 Трудового Кодекса Российской Федерации, так как ими не устанавливаются правила, процедуры, критерии и нормативы, направленные на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности. Таким образом, Сахаровский, осуществляя полномочия члена комиссии по расследованию несчастного случая, действовал самостоятельно, как должностное лицо в рамках предоставленных ему полномочий и не мог быть признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, так как не совершал никаких противоправных действий.

Начальник отдела, главный государственный инспектор труда Государственной инспекции труда в Свердловской области ФИО1 полагал, что постановление законно и обоснованно по следующим основаниям. Поскольку ФИО2, являясь членом комиссии по расследованию несчастного случая, участвовал в голосовании по квалификации несчастного случая и проголосовал за его квалификацию «не связанный с производством». Между тем, из медицинских документов следует, что смерть пострадавшей наступила от закрытой черепно-мозговой травмы, а согласно положениям ст. 229.2 Трудового Кодекса Российской Федерации, то данное событие не могло быть квалифицировано большинством членов комиссии как не связанное с производством. В связи с тем, что данный несчастный случай был неправильно квалифицирован, следовательно, выводы и решения, принятые членами комиссии, включая Сахаровского, по результатам проведенного расследования несчастного случая, необъективны, что является нарушением п. 41 Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденное Постановлением Минтруда России от 24.10.2002 № 73. Данное правонарушение, по мнению должностного лица, совершено ФИО2 с прямым умыслом.

ФИО2, потерпевшая Б, ее защитник В, будучи надлежащим образом извещенными о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, с ходатайством об отложении судебного заседания не обратились, о причинах не явки суд не известили.

Изучив доводы жалобы, заслушав участвующих лиц, исследовав материалы дела об административном правонарушении, судья приходит к следующему выводу.

Частью 1 статьи 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена ответственность за нарушение государственных нормативных требований охраны труда, содержащихся в федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных частями 2-4 настоящей статьи и частью 3 статьи 11.23 настоящего Кодекса.

Из представленных материалов следует, что 27.06.2022 в 07:56 на КПП № 5 «Центральный» АО «ЕВРАЗ НТМК», находящемся в корпусе № 2 Управления комбината ((622025, <...>). Корпус № 2 Управления комбината располагается в здании, примыкающем к комплексу зданий Управления комбината АО «ЕВРАЗ НТМК» (корпус № 1, корпус № 3)), лаборант химического анализа 5 разряда ЦЛК АО «ЕВРАЗ НТМК» Г получила повреждение здоровья, от которого впоследствии скончалась. Согласно выписке из акта судебно-медицинского исследования трупа Г № 01-35/1836 от 17.08.2022, составленного ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы», обнаружена закрытая черепно-мозговая травма в виде повреждений, которые состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти, образовались, как минимум, от однократного травмирующего воздействия (удара) тупого предмета, либо о соударении о таковой, например, при падении. Смерть Г наступила от указанной закрытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся двусторонней нижнедолевой бронхопневмонией. В установленном порядке работодателем была создана комиссия по расследованию данного несчастного случая. ФИО2, являясь членом комиссии по расследованию несчастного случая, участвовал в голосовании по квалификации несчастного случая и проголосовал за квалификацию «не связанный с производством». Большинством голосов членов комиссии данный случай квалифицирован как «не связанный с производством», не подлежащий оформлению актом по форме Н-1, учету и регистрации в АО «ЕВРАЗ НТМК». В связи с обращением Б (дочери Г) о несогласии с выводами комиссии по расследованию данного несчастного случая в порядке статьи 229.3 ТК РФ заместителем начальника отдела Государственной инспекции труда в Свердловской области ФИО1 проведено дополнительное расследование, по результатам проведения которого установлено, что выводы большинства членов комиссии не основаны на законе и не соответствуют обстоятельствам несчастного случая в части его квалификации, составлено заключение от 22.12.2022, выдано соответствующее предписание. Таким образом, членом комиссии ФИО2 по расследованию несчастного случая с лаборантом химического анализа АО «ЕВРАЗ НТМК» Г нарушены требования статьи 229.2 ТК РФ, что образует состав правонарушения, предусмотренный ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ.

Порядок проведения расследования несчастных случаев определен в ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой комиссия, созданная работодателем, на основании собранных материалов расследования устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения государственных нормативных требований охраны труда, вырабатывает мероприятия по устранению причин и предупреждению подобных несчастных случаев, определяет, были ли действия пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос об учете несчастного случая и, руководствуясь требованиями пунктов 2 и 3 настоящего Положения, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Результаты расследования несчастного случая в соответствии со ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации оформляются актом в установленной форме. После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью (при наличии печати).

Постановлением Минтруда России от 24.10.2002 № 73 (действовавшего на дату совершения административного правонарушения) утверждены формы документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях.

В силу пункта 24 указанного Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве и в отдельных отраслях и организациях, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации в случаях разногласий, возникших между членами комиссии в ходе расследования несчастного случая (о его причинах, лицах, виновных в допущенных нарушениях, учете, квалификации и др.), решение принимается большинством голосов членов комиссии. При этом члены комиссии, не согласные с принятым решением, подписывают акты о расследовании с изложением своего аргументированного особого мнения, которое приобщается к материалам расследования несчастного случая.

На основании статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации государственный инспектор труда при выявлении сокрытого несчастного случая, поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), лица, состоявшего на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лица, состоявшего с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая в соответствии с требованиями настоящей главы независимо от срока давности несчастного случая. Дополнительное расследование проводится, как правило, с привлечением профсоюзного инспектора труда, а при необходимости - представителей соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя). Аналогичные положения содержатся в п. 25 Положения №73.

По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем).

Государственный инспектор труда имеет право обязать работодателя (его представителя) составить новый акт о несчастном случае на производстве, если имеющийся акт оформлен с нарушениями или не соответствует материалам расследования несчастного случая. В этом случае прежний акт о несчастном случае на производстве признается утратившим силу на основании решения работодателя (его представителя) или государственного инспектора труда.

В соответствии со статьей 2.4 КоАП РФ административной ответственности подлежит должностное лицо в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей.

Из обжалуемого постановления следует, что объективная сторона административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 5.27.1 КоАП РФ, выражается в действиях ФИО2, нарушившего государственные нормативные требования охраны труда, содержащиеся в федеральных законах и иных нормативных правовых актах РФ, а именно в статье 229.2 Трудового Кодекса Российской Федерации, п. 41 Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденное Постановлением Минтруда России от 24.10.2002 № 73 (действовавшего на момент несчастного случая), поскольку оснований для квалификации несчастного случая, произошедшего с Г как не связанного с производством, у члена комиссии ФИО2 не имелось, поскольку отсутствовали поименованные в ст. 229.2 Трудового Кодекса Российской Федерации условия, следовательно, его вывод являлся необъективным, противоречащим материалам расследования.

Между тем, вопрос об установлении причины и обстоятельств несчастного случая, его квалификации, составлению акта расследования несчастного случая отнесены к компетенции комиссии, а факт голосования ФИО2, как члена комиссии не влечет каких-либо последствий, так как порядок разрешения разногласий по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев регламентирован ст.ст. 229.3, 231 ТК РФ.

Кроме того, принимая решение об отнесении несчастного случая к категории не связанного с производством, защитники ссылались, что ФИО2 полагал, что поскольку случай произошел в нерабочее время, ФИО3 не успела пройти проходную работодателя, к выполнению должностных обязанностей не приступила, не была допущена к осуществлению трудовой деятельности, на нее отсутствовало воздействие внешних факторов, а кроме того, ее смерть произошла в результате приступа судорог, потери сознания с последующим ударом о напольное покрытие КПП «Центральный» и получением травмы в результате падения, то данный случай, по его убеждению, не мог быть отнесен к страховому.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что должностным лицом не представлено доказательств тому, что ФИО2 допустил неполноту, предвзятость, односторонность расследования, не привел данные о наличии его вины в совершении вменяемого правонарушения, как в форме умысла, так и по неосторожности.

В соответствии со статьей 381 Трудового кодекса Российской Федерации индивидуальный трудовой спор - неурегулированные разногласия между работодателем и работником, по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

Индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами (статья 382 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьями 356, 357 Трудового кодекса Российской Федерации урегулированы полномочия и права государственных инспекторов труда при осуществлении федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права.

Анализ положений указанных норм позволяет сделать вывод о том, что, выполняя функцию по надзору и контролю за работодателями, государственная инспекция труда выявляет правонарушения, но не решает трудовые споры, так как не является органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров и не может его заменить.

Таким образом, выполняя функцию по надзору и контролю за работодателями, государственная инспекция труда выявляет правонарушения, но не решает трудовые споры, так как не является органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров и не может его заменить. В противном случае административный орган фактически подменял бы комиссию по трудовым спорам или суд и предрешал возникший гражданско-правовой спор.

Вопросы установления работодателем истинных причин несчастного случая, его квалификации относятся к числу индивидуальных трудовых споров, поэтому не могут быть предметом рассмотрения дела об административном правонарушении.

Установление решением суда по административному делу факта законности выданного предписания, не свидетельствует о наличии в действиях члена комиссии по расследованию несчастного случая состава вменяемого административного правонарушения на момент его совершения.

Кроме того, диспозицией ч. 1 ст. 5.27.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях предусмотрена ответственность за следующие действия: нарушение государственных нормативных требований охраны труда, содержащихся в федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 - 4 настоящей статьи и ч. 3 ст. 11.23 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 211 ТК РФ, государственные нормативные требования охраны труда обязательны для исполнения юридическими и физическими лицами при осуществлении ими любых видов деятельности, в том числе при проектировании, строительстве (реконструкции) и эксплуатации объектов, конструировании машин, механизмов и другого оборудования, разработке технологических процессов, организации производства и труда.

Постановлением Правительства РФ от 27.12.2010 №1160 «Об утверждении Положения о разработке, утверждении и изменении нормативных правовых актов, содержащих государственные нормативные требования охраны труда» (действовавшего на дату совершения административного правонарушеия) к нормативным правовым актам, содержащим государственные нормативные требования охраны труда, относятся: - стандарты безопасности труда, - правила и типовые инструкции по охране труда, - государственные санитарно-эпидемиологические правила и нормативы (санитарные правила и нормы, санитарные нормы, санитарные правила и гигиенические нормативы, устанавливающие требования к факторам производственной среды и трудового процесса).

Вместе с тем ни в протоколе об административном правонарушении, ни в оспариваемом постановлении по делу об административном правонарушении должностным лицом Государственной инспекции труда Свердловской области не указано, какие именно государственные нормативные требования охраны труда, содержащиеся в каких именно федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, были нарушены, то есть не приведено описание правонарушения.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отсутствие состава административного правонарушения является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

При таких обстоятельствах постановление должностного лица в отношении директора по охране труда и промышленной безопасности дивизиона «Урал» ООО «ЕВРАЗ», члена комиссии по расследованию несчастного случая ФИО2 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, подлежат отмене.

Производство по делу об административном правонарушении подлежит прекращению на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с отсутствием в действиях ФИО2 состава административного правонарушения.

На основании изложенного, руководствуясь статьи 30.9, пункта 3 части 1 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

решил:

постановление государственного инспектора Государственной инспекции труда в Свердловской области № № 66/6-403-22-ИЗ/12-3297-И/57-733 от 14.04.2023, вынесенное в отношении должностного лица – директора по охране труда и промышленной безопасности дивизиона «Урал» ООО «ЕВРАЗ», члена комиссии по расследованию несчастного случая ФИО2 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отменить.

Производство по делу об административном правонарушении прекратить на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение 10 суток с момента получения его копии.

<...>

<...>

Судья Т.А. Евдокимова